Село Шумовка Симбирского уезда.

О ЛИШЕННЫХ ИЗБИРАТЕЛЬНЫХ ПРАВ.

Привожу списки лишенных избирательных прав в связи с тем, что здесь указываются профессии или занятия людей до революции, что, в свою очередь, может дать представление (возможно, и неверное) об имущественном положении семьи.

На заседании 5.01.1927 г. Шумовской избирательной комиссии по перевыборам с/совета, под председательством тов. Казятина в присутствии Председателя ВИКа тов. Ширманова, членов Еремина, Авериной, Секретарева, Просвирнова, Бурханова и Клюева утвердили список на 51 человек, лишенных избирательных прав.

Именной список.
Лиц, лишённых избирательных прав по с. Шумовке и д. Линёвке Шумовской волости Ульяновского уезда.

1. Юстов Степан Яковлевич, Священник.
2. Юстова Олимпиада (Импияда) Васильевна, его жена.

3. Шафранов Василий Дмитриевич, Дьякон.
4. Шафранова Прасковья А., его жена.
5. Шафранов Василий Васильевич, его сын.

6. Горюнов Михаил Дмитриевич, «Бывший Урядник».
7. Горюнова Мария Петровна, его жена.

8. Шалаев Пётр Степанович, «Бывший Гордовой».
9. Уханов Михаил Ларионович, бывший городовой.
10. Ефремов Ефим Иванович, бывший городовой.
11. Жаринов Иван Дмитриевич, бывший городовой.

12. Ламзин Николай Андреевич, «Прибегающий к наёмному труду».
13. Ламзина Пелагея Ивановна, его жена.
14. Ламзина Александра Андреевна, его мать.
15. Ламзин Василий Николаевич, его сын.
16. Ламзина Александра Семёновна, его сноха.

17. Золотов Алексей Фёдорович, прибегающий к наемному труду.
18. Золотова Пелагея Васильевна, его жена.
19. Золотов Фёдор Васильевич, его отец.
20. Золотова Мария, его мать.

21. Дылдин Пётр Константинович, Дьякон.
22. Дылдина Мария Васильевна, его жена.

23. Просвирнов Михаил Матвеевич, "Бывший Торговец".
24. Просвирнова Прасковья, его жена.

25. Шлепков Василий Иванович, бывший торговец.
26. Шлепкова Прасковья, его жена.
27. Шлепков Михаил Васильевич, его сын.
28. Шлепкова Ольга Васильевна, его сноха.

29. Ерахтин Игнатий, бывший торговец.
30. Ерахтина Пелагея, его жена.

31. Кондраков Фёдор Семёнович, бывший торговец.
32. Кондракова Анастасия, его жена.
33. Кондраков Иван Семёнович, его тесть.
34. Кондракова Матрёна, его свояченица.

35. Андрюшин Ефим Петрович, бывший торговец.
36. Андрюшин Фёдор Ефимович, его сын.
37. Андрюшина Наталья, его жена.
38. Андрюшина Пелагея, его дочь.
39. Андрюшина Наталия, его сноха.

40. Просвирнов Григорий Иванович, бывший торговец.
41. Просвирнова Евдокия, его жена.
42. Просвирнова Наталья, его дочь.

43. Захаров Иван Яковлевич, бывший торговец.
44. Захарова Анастасия, его жена.

45. Паршин Егор Фёдорович, "Скупщик скота".
46. Паршина Мария, его жена.

47. Просвирнов Максим Матвеевич, бывший торговец.
48. Просвирнова Дарья Павловна, его жена.

49. Просвирнов Егор Семёнович, бывший торговец.
50. Просвирнов Фекла Дмитриевна, его жена.

Деревня Линёвка.
1. Фирсов Василий Осипович, скупщик скота.
2. Ястребов Ефим Фёдорович, тюремный служащий.

В конце строчки – пункты и статьи.
У церковных служащих: п. м. ст. 15.
У торговцев и прибегающих к наемному труду: п. S (длинная буква или цифра), ст. 14.
У городовых, тюремного служащего, скупщика скота: п. л. ст. 15.
У родственников: п.п. ст.15 или с.п. ст.15.

Из заявлений в Шумовскую избирательную комиссию:

- от Михаила Матвеевича Просвирнова: «торговал мелочной торговлей в 1907 году и лишь всего два месяца»;

- от Дарьи Павловны Просвирновой: «мой муж, Просвирнов Максим Матвеевич торговал пивом в 1905 году, я за него вышла замуж в 1922 году, как из всего видно я по торговле с мужем совершенно не связана».
- от Максима Матвеевича Просвирнова: «…в 1905 году я действительно торговал, но торговал не лично своей лавкой, а был по найму приказчиком от завода Сачкова при пивной в с. Шумовке и занимал указанною должность1½ года, а потом бросил указаною должность перешел на должность кучера каковой продолжал до дня Революции. Служить на вышеуказанных должностях меня заставило маломощность семейства и (мало?)земелие, а также и в настоящее время служу приказчиком в Шумовском П.а.»
На заседании Шум. волизбиркома от 26.01.1927 г. лишение избирательных прав было признано правильным, заявление направлено в Уизбирком.

- от Золотова Алексея Федоровича: «Я лишен избирательного права за то, что по сельскому хозяйству содерживаю работника, сам я имею профессию портного и во дворе мне работать по моей профессии нет времени ввиду чего мне пришлось нанять работника, каковому по договору плачу жалование, даю квартиру и содержание…» (21.01.1926 г.)
Шум. волизбирком от 28.01.1927 г.: «лишение прав признать правильным и жалобу оставить без последствий».

Еще одно заявление от лишенного избирательных прав. Обратите внимание, что в списке от 5 января этого человека нет. Он пишет, что ему объявили о том, что он лишен прав, 9 января. Интересно, с какой периодичностью заседала эта комиссия и выносила свои решения.
Очень тяжело это все читать. Заявлений в комиссии разных уровней в делах много. И так трудная жизнь крестьянина, потрясенная до основания войнами, революционными событиями, получала еще и такие удары: то, чем человек занимался до революции, могло рассматриваться при новой экономической формации как идеологически вредное, компрометирующее, и приносило новые проблемы, иногда просто выбрасывало человека за борт. И кто бы знал, как себя вести... Привела судьба Михаила Алексеевича Ефремова к мельничному делу, а оказалось, что не вовремя. Чем же тогда ему жить? И тот же самый портной, у которого шила, наверно, вся Шумовка. Если пахать, то когда же шить? Его научили добывать свой хлеб ремеслом портного. Как им тогда было трудно! Не понимающим в чем их вина, которой и не было. Фраза "Не дай Бог жить в эпоху перемен" красноречиво иллюстрируется подобными заявлениями.

«В Ульяновскую Уездную Избирательную Комиссию Ульяновского уезда
Гражданина Села Шумовки Той же Волости Ульяновского уезда
Ефремова Михаила Алексеевича
Заявление.
9 января 1927 года мне было объявлено Сельской избирательной комиссией в том что я лишён избирательного права голоса по перевыборам Сель-советов. Но мне это крайне обидно а почему - Потому что я всю свою жизнь проводил в батрачестве, родитель мой был бедного состояния, но хорошо был знаком с мельничным и плотничным делом и так я с ним учился до его смерти этому делу. Когда он помер в 1906 году, мне в это время было 14 лет. На моём иждивении остались два брата две сестры моложе меня и мать. Семейство состояло из 6ти человек. Скота у нас никакого не было, земли было только на две души 26 сажен по 13 сажен на душу и я не имея возможности прокормить такое семейство при своём хозяйстве с 15 лет пошёл по плотничному делу. Работал в своём селе и на стороне. Проработавши таким родом с плотниками 2½ года мне эта работа оказалась не подсильной по моему малосилию и я Ефремов решил заучиться мукомольному делу где и поступил первое время на мельницу при селе Полдомасове Шумовской волости и кончая свою службу на Кресниковской мельницы Нагаткинской волости и так до 1923 года. Вся моя жизнь протекала в батрачестве мукомольному делу и только в 1924 году я Ефремов поставил с помощью своих сельских граждан ветрянку то есть ветряную мельницу на один камень, которая приобреталась мною не менее 5ти лет отказывая себе даже в самом необходимом для своей жизни и теперь работая своим личным трудом стоя около размольного камня, терпя голод (холод?) и глотая пыль каждый день. Так какой же я эксплотатор чужого труда, или противник советской власти, когда до сего времени, не имея ничего, кроме ветрянки даже и коровы которая необходима бы для пропитания своего семейства. Хотя ко мне приходил временно один человек гражданин Скворцов в свободное для его время для изучения мукомольного дела и по его личной просьбе я Ефремов ему в этом не отказывал т. к. ему желательно заучится мукомольному делу но я могу обойтись и без него. При подаче моего заявления в сельскую избирательную комиссию 11 января 1927 года которая разобралась в этом что лишение меня права избирательного голоса было ошибочным и дала свое заключение в волостную избирательную комиссию о возстановлении меня в правах избирательного голоса, но волостная избирательная комиссия при заседании 2го февраля 1927 года почему-то воздержалась и так прошу уездную избирательную комиссию возстановить меня в правах избирательного голоса.
4го февраля 1927 года
К сему и подписуюсь М Ефремов.
Ежели Вам потребуется подтверждение всего общества с. Шумовки по первому вашему требованию будет выслано».
(ГАУО, Р-324 - 1 - 46).

Приходите в архив, изучайте дела фонда Р-324, Шумовского Волостного Исполнительного Комитета Совета Рабоче-Крестьянских и красных Депутатов.

Лишённые избирательных прав на 5.06.1931 года (ГАУО, ф. Р-1050, оп. 1, д. 191, л. 11) в основном те же. Не повторяя уже известную информацию, напишу, где они находились в тот момент.

Горюнов Михаил Дмитриевич, 59 л., в Ульяновске.

Ефремов Ефим Иванович, 53 г., Шалаев Пётр Семёнович, 49 л., Уханов Михаил Лаврентьевич, 49 л., Жаринов Михаил Дмитриевич, 45 л., в Ульяновске в ОГПУ.

Юстов Степан Яковлевич, 69 л., Священник, и Юстова Александра (Олимпиада Михайловна), 64 л., в Шумовке.

Шафранов Василий Дмитриевич, 58 л., Дьякон, и Шафранова Прасковья в Ульяновске.

Ульянов Василий Дмитриевич, 49 л., выслан за пределы Ульяновской губернии.

Ульянова Татьяна, 47 л., живет в Линевке.

Ерахтина Пелагея, 61 г., живёт в Шумовке.

Гусев Алексей Иванович, 58 л., и Гусева Агафья Тихоновна, 56 л. живут в дер. Семеновке.

Ламзин Иван Николаевич, 58 л., взятой Ульяновским ОГПУ.

Краснов Дмитрий Флорович или Фёдорович, 53 г., взятой Ульяновским ОГПУ.

Триханов Константин, 59 л., "находится неизвестно, где".

Белов Иван Степанович, 49 лет, "бежал не известно, куда».
Белова Александра, 47 л., его жена, тоже.

Николай Андреевич Ламзин, 52 г., имел участок земли, эксплуатировал, в Ульяновске.

Клюев Пётр Семёнович, 55 л., имел участок земли и эксплуатировал им, в Ульяновске.

Корчагин Михаил Иванович, 59 л., бывший торговец скотом, участок земли, в Ульяновске.

Захаров Александр Павлович, 35 л., собственник .
(ГАУО, Р-1050-1-191, л. 11).

Список заводских и торгово-промышленных предприятий, находящихся в районе Шумовской волости, подлежащих оценке на основании распоряжений Симу(ездного)финотдела от 2.1.1924 г.
Эти находятся в Шумовке.

1. Белов Михаил Степанович.
Маслобойка, на усадьбе, деревянная, одноэтажная. Длина 4 саж., ширина 4 саж., высота 4 арш. Оценка помещения заведения в червонном исчислении - 500.
2. Ламзин Николай Андреевич.
Маслобойка, в улице, деревянная, одноэтажная, д. 4 с., ш. 3½ с., в. 4 ар., 330.
3. Мохнаков Иван Андреевич.
Маслобойка, на усадьбе, деревянная, одноэтажная, д. 4 с., ш. 3 с., в. 1 с. ½ ар., 330.
4. Бурханов Михаил Ефимович.
Маслобойка, на усадьбе, деревянная, одноэтажная, д. 2½ с., ш. 2 с., в. 4 ар., 170.
5. Дылдин Сергей Андреевич.
Просорушка, во дворе, плетневая, одноэтажная, -, 800 (?).
6. Кашицын Степан Яковлевич.
Просорушка, во дворе, плетневая, одноэтажная, -, 120.
7. Белов Дмитрий Иванович.
Кузница, в улице, деревянная, одноэтажная, д. 1½ с., ш. 1½ с., в 1с., 125.
8. Ерахтин Андрей Романович.
Кузница, в улице, деревянная, одноэтажная, д. 1½ с., ш. 1½ с., в. 1 с, 130.
9. Палюткин Пётр Григорьевич.
Кузница, в улице, кизячная, крытая тёсом, одноэтажная, д. 1½ с., ш. 1½ с., в. 1 с., 15.
10. Золотов Пётр Данилович.
Кузница, на усадьбе, деревянная, одноэтажная, д. 1½ с., ш. 1½ с., в. 1 с., 18.
11. Шумовское многолавочное общество потребителей.
Водяная мельница на берегу р. Бирюча, деревянная, д. 6 с., ш. 6 с., в. 3 с., 820.
Бакалейная лавка, в улице, деревянная, д. 4 с., ш. 7 ар., в. 2 1/2 с., 440.
(ГАУО, Р-184 - 1 - 357).

ЕЩЕ НЕМНОГО О ЛИШЕННЫХ ИЗБИРАТЕЛЬНЫХ ПРАВ.

Сравнивая приведенные выше списки, можно увидеть появление в них одних и исчезновение других: кто-то умер, кто-то уехал, кого-то в правах восстановили.

Ничего не изменилось в положении служителей церкви. Они по-прежнему в списках.

В ноябре 1930 г. сельская избирательная комиссия постановила просить райизбирком о восстановлении в правах бывших городовых (рядовых городской полиции, вольнонаемных, следивших за порядком в городе), в то время бедняков и маломощных середняков. Но в ноябре 1931 г. они по-прежнему в списках. К тому же сидят в домзаке в Ульяновске (Дом заключения — один из основных видов мест лишения свободы на территории РСФСР в 1925—29 гг. В д.з. содержались подследственные заключенные; осужденные на срок не более 6 мес.; приговоренные к лишению свободы, приговор которых не вступил в законную силу. Из Википедии).

По поводу «служил у Колчака».
Двоих братьев моего прадеда, согласно семейному преданию, проходящие через село «белые» насильно увели с собой. (Оба отслужили до революции в армии). Обоих я нашла в базе Волкова. На момент их встречи где-то в Сибири, один был в Белой, другой – в Красной армии. Один вернулся после Гражданской, другой – нет.
Так что, Ивана Павловича Дылдина, может быть, «белые» тогда тоже с собой увели, как и других шумовских крестьян. А сколько их было? Кто теперь скажет…

В последнем списке появились новые лица – братья Захаровы (и их сноха), сыновья богатого шумовского крестьянина Павла Васильевича Захарова (Антипьева, Антипычева) (1851 – 26.02.1909).

В книге «Селения Симбирского уезда», в главе об Ишеевке, П.Л. Мартынов пишет, что в 1881 году у помещика, коллежского секретаря «Сергея Сергеевича Кроткова купил крестьянин с. Шумовки Василий Степанов Захаров 274 дес. 1722 саж. пашни и построил здесь, на большой Казанской дороге, хутор; в 1894 году это именье перешло, по наследству, к крестьянину Павлу Васильеву Захарову», сыну его. Хутор находился в 9 км от Шумовки: в 1897 г. - «Хутор П.В. Захарова», где в одном дворе числилось 12 мужчин и 8 женщин; в 1913 году – «Хутор наслед. Захарова при с. Ишеевке», в двух дворах - 10 мужчин и 9 женщин (из списков населенных мест Симбирской губернии). От дяди слышала название «Антипычев хутор».

Родная сестра Павла Васильевича, Евдокия, была замужем за Михаилом Федоровичем Пылаевым, который в МК всегда именовался Яшаниным. За внуком того богатого крестьянина, Ивана Антоновича Пылаева, который «заразился расколом» и которого сельское общество приговорило в 1867 г. к высылке в Сибирь на поселение «за уклонение из православия в раскол».

Крестьянин Василий Яковлевич Кузьмин из с. Крестникова купил у графини Остен-Сакен в 1887 году 50 дес. 880 саж. земли при с. Шумовке и наряду с графиней числился здешним помещиком (П.Л. Мартынов, 1903). Через своих дочь и сына породнился Павел Васильевич и с этой семьей.

В первом браке у Павла Васильевича было пятеро детей. Анисья (1873 г.р.), вышедшая замуж в село Новый Урень в 1890 г., умерла в июле 1892 г. от холеры в Симбирской больнице. Через пять дней в Шумовке умерла, также от холеры, ее мать, Евфимия Яковлевна (Тормозова в девичестве). С отцом остались Мария (1881), Владимир (1885), Федор (1889), Екатерина.
Вторым браком Павел Васильевич был женат, с 6.09.1892 г., на крестьянской вдове из Мостовой слободы – Матрене Ивановне Курушиной, 29 лет.
К моменту смерти Павла Васильевича от апоплексического удара 26.02.1909 г. дети от 1-го брака были все определены. Дочери вышли замуж в другие села: Екатерина - за крестьянина с. Каменки Андрея Петровича Ильина. Мария – за Константина Васильевича Кузьмина из с. Крестникова.
От 2-го брака остались четыре несовершеннолетних сына:
Николай (21.07.1893), Василий (29.11.1894), Александр (4.03.1896) и Иван (13.05.1899 г.) Им был назначен опекун. Интересно, были ли у Матрены Ивановны дети от двух предыдущих браков.
Недвижимые владения Павла Васильевича к этому времени были: при с. Ишеевке 261 дес. 1185 саж. пашни, 13 дес. 537 саж. лугов и 51 дес. леса на реке Волге при дер. Поливном Враге (из дела о завещании).

К концу 20-х гг., когда начали лишать избирательных прав сыновей П.В. Захарова от 2-го брака, все они жили в Шумовке. Только сына Василия уже, видимо, не было в живых, здесь жила его вдова, Александра Петровна.
В поселенных списках 20-х гг. все три брата присутствуют.
В 1927-28 г. у Николая 6 едоков, у Александра и Ивана – по 4. Все имеют по корове и лошади. У Николая 2 гол. мелкого скота, у Ивана – 3. У каждого дом, двор, хлев, конюшня. У Николая и Ивана есть еще сарай и овин. Земли давали на количество едоков.
Никого из детей от 1-го брака в списках лишенцев нет. Младших лишали избирательных прав как бывших хуторян, землевладельцев, использовавших наемный труд.

В одном архивном деле ГАУО о лишении и восстановлении в избирательных правах, есть документы, касающиеся Ивана и Александра Захаровых, больше их об Иване. Это и заявления, и ответы, и решения, и личные карточки, и свидетельские показания.

Попытки восстановиться в избирательных правах предпринимались Иваном в 1929 - 1-й половине 1930 года.
Из его писем выясняется, что «имущество после смерти отца было передано обществу села Шумовки под опеку до возраста малолетних как меня, а также и остальных братьев, и в 1918 году этот участок земли находился в распоряжении общества с. Н. Уреня».

В 1918 году Иван перешел на жительство в Шумовку, где получил душевой земельный надел и до настоящего времени его и обрабатывал своим личным трудом, не прибегая к найму. Наверно, и все остальные родные, кто жил на хуторе, переехали в Шумовку. (21-м мая 1930 г. датируется «Свидетельское показание», подписанное односельчанами: «братья Захаровы Иван Павлович, Александр Павлович, Николай Павлович и жена брата Василия Александра имели до революции имение, собственной земли 270 дес. из коих 50 дес. леса, 15 лошадей, 5-6 коров, работников 8 человек. Имение в революцию ликвидировано». Из социально–экономической характеристики на Ивана: «Во время Гражданской войны имение реквизировано»).
Из документа об Иване: «со дня революции занимается сельским хозяйством, проживает в с. Шумовке. По имущественному положению значится маломощный средняк».

Все три брата служили в Красной армии.
В арх. деле (ГАУО, Р-324-1-352) есть удостоверение от 5.12.1920 г., «что предъявитель сего есть действительно красноармеец Шумовского Волостного Военного Коммиссариата Захаров Николай Павлович, прикомандированный от Симуездвоенкомата для письменных работ. Дйствительно по 15 Января 1921 года». На момент истории с лишением избирательных прав служил в Красной армии в оружейной мастерской.
Про Александра написано, что в Красной Армии был писцом комиссариата в раб. баталионе. Из личного показания: «был в рядах Красной Армии по день <де?>мобилизации».
В 1919 г., как пишет Иван, он «был призван по мобилизации в ряды Красной Армии, где и прослужил не более одного месяца. Во время моего нахождения в командировке по сопровождению закупочных лошадей в волостях, где и заболел от удара в голову паралича <инсульт с парализацией?> и был направлен из села Шумовки тов. Щербаковым, председателем закупочной комиссии, в Нагаткинскую больницу, где находился на излечении до 3х месяцев. После чего Нагаткинским врачом был направлен на комиссию при Уездном военкомате. Уездная Врачебная Комиссия признала необходимо отправить на испытание в 117-й военный госпиталь, и положил на испытание около месяца. Из 117-го воен. госпиталя с заключением последнего был направлен в комиссию при Уезд. военкомате и оттуда был уволен вовсе от службы со снятием с учета».
Болезнь «осталась так и до настоящего времени. Основное занятие мое как раньше так и в данное время сельское хозяйство». «Из скота начал иметь с 1926 г. лошадь, которая приобретена через посредство с/х банка».

И вот однажды и до них дошла очередь лишить их избирательных прав.
До 9.02.1929 г. Иван Павлович был их лишен, а постановлением президиума Окризбиркома от 22 Марта 1929 г. был в них восстановлен.
Но Шумовкая сельская избирательная комиссия 21.12.1929 года вновь лишила его избирательных прав. Опять из-за того, что он был крупным землевладельцем, использовал наемный труд, а также «добавляя к этому новый поступивший материал, что, как будто, через посредство меня и моих братьев были преданы 5-ть человек красноармейцев» (из письма Ивана Павловича в Сельизбирком). «Действительно отец мой в дореволюционное время имел собственной земли. Но я в тот момент ещё был в детском возрасте, так что собственность как таковая относилась исключительно к моему умершему несколько лет тому назад отцу». «В виду поступившего в сель. избирком на меня заявления, как будто бы я предал 5 человек красноармейцев совместно с моими братьями. Считая это показание ложным, т.к. меня в это время даже не было дома. Я был с братом Александром на Абушаевской мельнице. Дома была моя мать, и она обвинялась в предании 5-ти красноармейцев, была арестована и сидела в тюрьме 5 месяцев, пока Чрезвычайная следственная комиссия по этому делу вела следствие. По окончании следствия и была оправдана и освобождена из тюрьмы. На что имеется документ Чрезвычайной Следственной Комиссии. И это показание как на меня, а также и моих братьев, считаю все это неправильно и на основании вышеизложенного прошу Шумовскую Сель Избир Комиссию о восстановлении меня в избирательных правах как честного и трудового гражданина для Советской Власти».
В социально-экономической характеристике на вопрос, уходил ли с Белой армией, про Ивана написано: «скрывался в 1918-1919 гг.», про Александра: «В 1918-19 гг. уходил с белой армией». Но, возможно, это не было правдой. Как, например, в одном из документов, что в Красной армии Иван не служил.
Наличие вопроса в характеристике говорит о том, что такие случаи были не единичными. Теперь, при желании, этим можно было воспользоваться как предлогом для лишения избирательных прав. По одному вопросу Иван в письме написал: «…и прошу Сель. избирком в этом деле разобраться, а потом обвинять». Так и по этому вопросу: как ушли люди с Белой армией? Была война, люди вернулись. Иван Павлович, чувствуется, очень хотел восстановиться в избирательных правах, ему было обидно, он писал заявления, объяснял, добивался справедливости. У них ведь все отобрали, они жили и трудились как все.

В газете ПРОЛЕТАРСКИЙ ПУТЬ от 23 марта 1931 года на 3 странице поместили статью из рубрики ПАРТИЙНАЯ ЖИЗНЬ с заголовком и двумя подзаголовками:

"В решительной борьбе на два фронта обеспечим успех второй большевистской весны.

Ряд сельских партячеек надеждой на самотек, рожденной нежеланием вести самоотверженную работу по коллективизации, дает отсрочку на существование отмирающему классу—кулачеству.
Правая практика грозит сорвать весенний сев в ряде сельсоветов".

Отрывок:
«Иногда оппортунистические занавесы покрывают даже белобандитов, быв. землевладельцев. Всем известно, что в Шумовке процент коллективизации чрезвычайно низок, практическое воплощение в жизнь решений партии проводилось с большим трудом. И это неудивительно, раз в Шумовке целый ряд лет местные организации укрывали бывшего помещика, ярого противника советской власти Захарова Ивана. Он <!!!> имел 300 га земли, 60 га лесу, 10 га лугов, 15 постоянных рабочих, ветряную мельницу, маслобойку, табун лошадей, коров и овец. После взятия Симбирска красными, отступал с белыми. Скрывался около двух лет. В 1918 г. белогвардейцам выдал 5 красногвардейцев, которые были зверски истерзаны».

Что Ивана Павловича могло ждать после такой статьи? Трудно вообразить себе его состояние.

К 17.11.1931 г.
Николай арестован ОГПУ.
Александр выслан в Казахстан.
Иван бежал неизвестно, куда. А что оставалось делать?

В этом же деле есть материалы еще об одном крестьянине из Шумовки, которого в приведенных списках нет.
Михаил Степанович Белов, 13.10.1884 г.р., был лишен избирательных прав за применение скрытого наемного труда 26.02.1930 г. Похоже, что это родной брат лишенного прав, раскулаченного и бежавшего из Шумовки неизвестно, куда Ивана Степановича Белова. Он тоже обвинялся в использовании «скрытого наемного труда».
У Михаила Степановича была большая семья, детей было 9. В поселенном списке 1927-28 г. в семье указано 11 едоков, из них 5 трудоспособного возраста.
В карточке лишенного избирательных прав написано, что он раскулачен. Количество работоспособных указано – 2. Ни скота, ни сложных машин. Указан «маслобойный завод». В заявлении в Шумовскую сельизбиркомиссию в марте 1930 г. Михаил Степанович писал:
«Шумовской сельизбиркомиссией я, Белов, лишен прав избирательного голоса, якобы, я имел укрытый наемный труд, но в действительности я этого не делал, т.к. в моем середняцком хозяйстве этого не требовалось, т.к. у меня свое семейство было в количестве 12 человек, трудоспособных членов семьи было все время 6 или 7 человек, а посему я, Белов, наемный труд совершенно не применял, как в обработке посева, а также в маслобойном заведении…»
Брат, Иван Степанович, возможно, тоже помогал в выработке масла, написано же «за масло».

В сельской местности все - растениеводы и животноводы, есть у тебя способности к этому или нет. Иначе не выживешь. Но тот, у кого способности к этому есть, есть силы, чутье, большая семья, просто иногда везение, преуспевает в этом больше, чем другие.
Информация из документов архивного дела 1925 года.
Председатель сельсовета - Дылдин Иван Павлович. Он избирался в члены сельсовета в 3-й раз. Белов Михаил Степанович – в 3-й раз. Ламзин Николай Андреевич – во 2-й раз. Ведь не просто так выбирали, а за деловые и личные качества. А потом лишали избирательных прав… Понятно: согласно инструкциям...

Знать бы, удалось ли спастись тем, кто скрылся; остались ли впоследствии в живых лишенные прав в 20-е – начале 30-х, или этот факт был предлогом для дальнейших репрессий; выжили ли их семьи… А потом была Великая Отечественная…

О лишенцах, о том как это было, можно почитать в Интернете. Записи о рождении, браках, смерти найдутся в метрических книгах церкви села Шумовки. Из этих записей видно, что Захаровы были в родстве с некоторыми из лишенных прав из приведенных выше списков.
Родственники смогут изучить документы в ГАУО лично (фонд Р-1050, опись 1, д. 102).

Доброе утро!

В фонде ГАУО Р-324 можно найти дела с заявлениями кустарей в Шумовский ВИК о выдаче удостоверений на право деятельности.
Например, в деле Р-324 – 1 – 102 (13.10.1925 – 27.12.1926). Заявления на выдачу патентов подали следующие жители Шумовки:

- Белов Дмитрий Иванович.
Починка и ремонт сельскохозяйственных изделий. Никто из семьи в промысле не участвует. Учеников нет.

- Ерахтин Андрей Романович.
Починка и ремонт сельскохозяйственных изделий. То же.

- Золотов Алексей Федорович.
Портной, работает одежду. Семья не участвует. Ученик – Рузаев Федор Филиппович.

- Золотов Петр Данилович.
Ремонт сельскохозяйственных изделий. Никто из семьи в промысле не участвует. Учеников нет.

- Ефремов Михаил Алексеевич.
Размол зерна в муку населению (на ветряной мельнице).

- Ламзин Николай Андреевич.
Выработка масла на маслобойном завдении. Никто из семьи в промысле не участвует. Учеников нет.