Бессонница

На сайте ВГД собираются люди, увлеченные генеалогией, историей, геральдикой и т.д. Здесь вы найдете собеседников, экспертов, умелых помощников в поисках предков и родственников. Вам подскажут где искать документы о павших в боях и пропавших без вести, в какой архив обратиться при исследовании родословной своей семьи, помогут определить по старой фотографии принадлежность к воинским частям, ведомствам и чину. ВГД - поиск людей в прошлом, настоящем и будущем!

Уникальное письмо.

Уникальное письмо.
ГАРФ.Ф.Р- 9
8409.Оп.1Д.510.С.17-19.

Святыни достопримечательности Сизьмы.

http://tcherepovets.narod.ru/text_Sizma.html

УНИКАЛЬНАЯ КОЛЛЕКЦИЯ СТАРИННЫХ ПОЛОТЕНЕЦ В МУЗЕЕ ЛЬНА

В старину каждое полотенце что-то обозначало. И рождавшегося младенца принимали на полотенце, и гроб в могилу тоже опускали на полотенцах.

Праздничные наспичники. Раньше в деревенских избах стены не оклеивали, полы не красили. Чтобы на праздник как-то придать избе праздничный вид, хозяева украшали её с помощью красивых расшитых белых полотенец. Например, на одном из старинных сиземских полотенец вышиты листья конопли. А вешали эти наспичники на спицы – деревянные стержни-гвозди, вколоченные в верхней части стен.

Иконный плат. Таким полотенцем покрывали, украшали икону, стоявшую на божнице в красном углу.

Полотенца-набойки. Набойка от вышивки отличается тем, что рисунок не вышивался, а набивался с помощью набивных досок – специальных деревянных дощечек (примерно 20 на 20 см), которые назывались манеры. На них вырезался незатейливый манерный рисунок-узор, например, “дороги” (полосы), “цветок”, петушки и др. Доски-манеры заливали несмываемой краской и накладывали на холст. Получался несмываемый манерный узор-набойка. На одном из старинных сиземских полотенец-набоек сделана надпись: «Каго люблю. Таму дарю. Люби миня. Как я тибя».

Зажнивное полотенце. Когда заканчивалась уборка зерновых, последний сноп приносили с поля в дом. Его ставили в красный угол, обвязывали таким полотенцем, чтобы год для семьи прошел благополучно и сытно. На полотенце были вышиты колосья, поднимающиеся вверх.

Поминальное полотенце. Когда приходили с похорон с кладбища, гостям предлагали помыть руки и вытереть таким полотенцем. Изображались кресты с павами; кони, возносящие душу человека на небеса.

Встречальное полотенце. Это полотенце, на которое ставили хлеб-соль (каравай) и встречали дорогих гостей.

Плакальное полотенце. Когда выдавали замуж, девушка перед свадьбой плакала, прощалась с подругами, и на этот случай было вышито специальное полотенце.

Свадебный утиральник. Когда девушка уже была сосватана, устраивался свадебный пир, на котором девушка прощалась со своими родителями, собираясь уходить в чужой дом, и плакала в такое полотенце.

Сидельное полотенце. Во время свадебного пира все сидели на скамейках, и никогда молодых не садились на голую скамейку. Обычно на скамейку ложили шубу густым мехом кверху, а поверх меха шубы стелили такое полотенце. Невеста спрашивала у родителей: «Матушка, батюшка, отчего Вы мохнаты?» А матушка говорила: «Оттого мы мохнаты, чтобы Вы жили богато». На старинном сиземском полотенце вышиты барсы.

Свадебный взголовник. Это полотенце во время свадебного пира служило своеобразным оберегом для молодых. Когда их садили в красный угол за стол, над их головами висело такое полотенце – оберег от дурного глаза (от дурного взгляда), от плохих людей.

Подножное полотенце. Когда молодые шли в церковь венчаться, им под ноги ложили такое полотенце, на котором было изображено древо жизни как намек на продолжение рода человеческого.

Дружкин плат. Сейчас в свадьбе участвуют тамада и свидетель, а раньше был дружка. Приезжая в дом за невестой, чтобы увезти её на свадьбу, он первым делом нахваливал жениха и его друзей. Чтобы отличить, дружку обвязывали очень длинным полотенцем. Оно перебрасывалось через плечо, а завязанные концы его могли даже волочиться по земле. На старинном сиземском полотенце вышиты лебеди.

Братынное полотенце. На него во время пира ставили заздравную чашу-братыню (братину), из которой всех угощали. Обходя гостей, пели: «Чарочка маленькая серебряная, на золотом блюдце поставленная. Кому чару пить, тому здраву быть. Свет, Николаю Алексеевичу. Чару выпивай, нас не забывай. То не лес, не трава к земле клонится. На здоровьице». Так пели каждому, чтобы каждый отпивал.

Свадебный взрушник. Когда шла свадьба, руки молодых крепко связывали таким полотенцем, чтоб сидели они как можно ближе, плотнее друг к другу. Делалось это с тем смыслом, чтобы люди всю жизнь прожили вместе и никогда не разлучались.

Величальное полотенце. На этом полотенце встречали (величали) дорогих гостей, держали величальную чашу. На одном из старинных сиземских полотенец вышит двуглавый орел.

Утиральное полотенце (утиральник). Им вытирали (утирали) лицо.

Рукотерники (рукотерки). Ими вытирали руки. По виду и украшению рукотерник намного проще утиральника.

Христовские скатерти. Такие скатерти хозяйка доставала из сундука и стелила на столы только на Пасху. В другое время она их никогда не доставала.

В заброшенной церкви
Елена Котелевская

Заструился тёплый свет
Из окна витражного.
Никого в церквушке нет.
Ветерок безбашенный

Бродит здесь давно один
Сторожем нечаянным
Позабывшихся святынь,
Ликов опечаленных.

А они глядят со стен,
Будто нам прощая
И разрухи страшной плен,
И воронью стаю,

Что на крыше и окрест
Разместилась вольно…
Заструился тёплый свет,
А глазам аж больно.
___________________________________
Память под куполами
Кованов Александр Николаевич

«…Неужели стены помнят
Тех, кто здесь когда-то жил?!…»

Помнят люди, стены помнят,
Напитав в себя веками,
Благовесты с колокольни,
И кресты под облаками…

Помнят камни старой кладки
И поруганные фрески….
Было свято… Было гадко…
Долго помнят… Гулко… Веско…

Скачет время голосами,
Отражаясь эхом тихим
По стенам, под куполами…
Было свято… Было лихо…

ДОРОГАЯ ОЛЕЧКА НИКОЛАЕВНА!

Поздравляю Вас с ДНЁМ РОЖДЕНИЯ! Желаю Вам всего самого наилучшего в жизни!

Не только в День рождения
Желаю Вам везения,
Радостной улыбки и счастливых глаз.
Поверьте, без сомненья
Вы лучшее творенье
Матушки Природы, приятное для нас.

Желаю я, как прежде,
Жить всегда в надежде,
Что наш de Facto возраст -
Не повод для тоски.

Пусть всё всегда сбывается,
В жизни претворяется,
А возрастные планки будут высоки!

Г. Смирнова

Рождество Христово

СЛАВА В ВЫШНИХ БОГУ

Мы слышим детский лепет, словно пенье
Тех ангелов, что вдруг, для всей земли,
Сквозь эту ночь и звездное горенье
К пустынным пастухам пришли.
Мы замечаем братское согласье
И ясность кроткую людей простых,
Открытых Небу, ангелам и счастью,
Что родилось в святую ночь для них.
Мы постигаем веру и терпенье
Волхвов, искавших вечной глубины,
И - снова слышим в этом мире пенье,
Которым Небеса полны.
О, Господи, Великий, Безначальный,
Творец всех звезд, былинок и людей,
Ты утешаешь этот мир печальный
Безмерной близостью Своей!
Ты видишь скорбь земли: все наше неуменье
Тебя искать, любить, принять, найти;
И оставляешь Ты средь мира это пенье,
Как исполненье всякого пути.
Горит Твоя звезда - святая человечность,
И мир идет к своей любви большой;
И если кто ее увидел, значит вечность
Остановилась над его душой.

Архиепископ Иоанн (Шаховской)1960

https://foma-ru.turbopages.org...ation=true

Православный журнал " Фома"
Весь зал суда хохотал, когда святитель Лука остроумно ответил чекисту

7 сентября 2021

Летом 1921 года в Ташкенте проходил судебный процесс над группой медиков. Предъявленное им обвинение во вредительстве было полностью сфабрикованным, но процесс был задуман как показательная расправа, поэтому исход судебного разбирательства был предрешен заранее.

Общественным обвинителем на суде выступал сам начальник Ташкентской ЧК Якоб Петерс. У оболганных жертв не было никаких шансов на спасение. Но в защиту их неожиданно выступил главный врач ташкентской больницы Валентин Войно-Ясенецкий, незадолго до этого принявший священный сан. Всего несколькими фразами он неоспоримо опроверг все безграмотные обвинения в адрес своих коллег. Возмущенный Петерс попытался взять реванш:

— Скажите, поп и профессор Ясенецкий-Войно, как это Вы ночью молитесь, а днем людей режете?

— Я режу людей для их спасения, а во имя чего режете людей Вы, гражданин общественный обвинитель?

Зал встретил удачный ответ хохотом и аплодисментами. Все симпатии были теперь на стороне священника-хирурга. Ему аплодировали и рабочие, и врачи. Следующий вопрос, по расчетам Петерса, должен был изменить настроение рабочей аудитории:

— Как это Вы верите в Бога, поп и профессор Ясенецкий-Войно? Разве Вы его видели, своего Бога?

— Бога я действительно не видел, гражданин общественный обвинитель. Но я много оперировал на мозге и, открывая черепную коробку, никогда не видел там также и ума. И совести тоже не находил.

Колокольчик председателя потонул в долго не смолкавшем хохоте всего зала. «Дело врачей» с треском провалилось.

***

Сегодня мы все знаем героя этой истории как святителя Луку (Войно-Ясенецкого). Его биография потрясает своим драматизмом. Политзаключенный, прошедший ссылки, тюрьмы и пытки и… ставший лауреатом Сталинской премии. Хирург, спасший от слепоты сотни людей и сам потерявший зрение в конце жизни. Гениальный врач и талантливый проповедник, порой метавшийся между этими двумя призваниями. Христианин огромной силы воли, честности и безбоязненной веры, но не избежавший серьезных ошибок на своем пути. Рекомендуем всем почитать нашу статью о святителе Луке.

ФОМА.РU
Вдруг бабушка сказала: «Видеть попов не могу!» — как слова монаха совершили настоящее чудо
КАМЕНЕВА Ольcга
29 марта 2020

Был Великий пост. На улице пахло весной, звенела капель, птицы щебетали на все лады будто бы в предчувствии Светлого Дня.

— Бабушка, а почему бы тебе не поисповедаться, не причаститься?

Несмотря на «келейные» молитвы, которые моя любимая бабушка каждый вечер возносила горячим шепотом перед иконой преподобного Серафима, в храме, сколько я ее помнила, бабуля бывала один раз в году — на Пасху — только для того, чтобы освятить крашеные яйца и куличи собственного изготовления. В кулинарном искусстве она была непревзойденная мастерица: пышные и легкие куличи тонко благоухали чем-то неземным и таяли во рту.

— Да кому исповедоваться — батюшки-то все мне во внуки годятся… — уклончиво ответила старушка.

— Ну, хочешь — найдем тебе пожилого батюшку, — предложила я.

— Видеть попов не могу… — вдруг с горечью ответила моя любимая и обычно сдержанная бабушка. Категоричный тон разговора не оставлял шансов на успех: похоже, я коснулась какой-то застарелой и глубокой раны, которая болела и о которой бабушка говорить не хотела. Я решила не продолжать…

Через некоторое время мне с друзьями-журналистами довелось паломничать в древний Свято-Успенский Псково-Печерский монастырь, где еще принимал старец Иоанн (Крестьянкин). Нашу группу радушно встретил тогдашний наместник обители — архимандрит Тихон (Секретарев), сообщив, однако, что отец Иоанн болен, поэтому встреча со старцем, увы, не состоится. Пока мужчины обсуждали дальнейшую программу паломничества и беседовали «о высоком» с отцом-наместником, женщины и дети «на галерке» пили чай с монастырским вареньем.

В это время в приемную наместника заглянул старый худенький монах в простенькой, видавшей виды рясе без «опознавательных знаков». Из-под черной шапочки-скуфейки выбивались в разные стороны его седенькие волосы и выглядывали чудные глаза — ясные и лучистые, полные доброго света и одновременно — легкой иронии, затаенных «смешинок», которые вот-вот вырвутся наружу. Он незаметно обвел всю компанию взором-рентгеном и подошел к нашей «галерке».

— А ты, деточка, значит, журналист? — подсаживаясь ко мне, завел разговор старенький монах.

— Да, дедушка, — ответила я, не придумав лучшего обращения к монаху — столь простой и непритязательный был у него вид.

«Дедушка» без запинки выдал несколько цитат из Священного Писания о пророках и лжепророках, напоминавших, по его мнению, иных известных журналистов. При этом от монаха веяло такой радостью и теплом, что я немедленно вспомнила о родном мне человеке.

— Дедушка, -— сказала я — у меня бабушка есть, такая же, как и Вы…

— Да ну…

— Только в церковь не ходит, не хочет ни исповедоваться, ни причащаться, говорит: попов видеть не могу…

«Дедушка» весело и заразительно рассмеялся, ничуть не смутившись...

— А ты спроси свою бабушку, — сказал он, пряча улыбку в растрепанную бороду, — она дом продавала?

— Продавала, дедушка, — ответила я, вспомнив, что бабуля, и правда, недавно продала дом в деревне, и теперь сидела, как она выражалась, «в скворечнике» — кооперативной квартире многоэтажного дома.

— Справку она в сельсовете получала?

— Получала.

— Так вот, пусть представит себе: приходит она в сельсовет за справкой, чтобы дом продать, а там никого нет, один сторож, да и тот напился. Взял этот пьяный сторож печать, да на справку-то и поставил. Печать действительна?

— Да, действительна…

— Так и скажи ей: печать действительна. Вот и в Церкви: печать-то действительна!

— Помолитесь о моей бабушке, рабе Божией Параскеве, — выдала я первую разумную фразу за все время нашего разговора.

— Хорошо, помолюсь, — согласился монах, извлекая из кармана потертый помянничек.

— Дедушка, а как Вас зовут?

— Монах Нафанаил, по хозяйству я тут, казначей…

Так я узнала, что беседовала с одним из Псково-Печерских старцев — архимандритом Нафанаилом (Поспеловым), казначеем обители, ее уставщиком, молитвенником и аскетом, «самым вредным монахом», крепко и скурпулезно державшим в своих руках финансы монастыря более полувека, о подвигах которого написал в «Несвятых святых» владыка Тихон (Шевкунов).

…По возвращении домой я в деталях передала слова отца Нафанаила своей бабушке, которая, надо сказать, терпеть не могла морализаторства и весьма ценила добрую шутку. Выслушав наставление отца Нафанаила, бабушка тоже как-то тихо и радостно посмеялась… и впервые за много лет согласилась пойти в храм.

Несколько лет после этого она будет регулярно исповедоваться, причащаться и собороваться. Ее кончина окажется тихой и мирной, по-настоящему христианской. Вспоминая тот случай, я думаю: начни отец Нафанаил оправдывать и возвышать пастырей (может, и справедливо), на которых бабуля «смотреть не могла» — ее сердце только бы утвердилось в своей холодной правоте. А вот смиренное слово старца, его сочувствие и молитва, а также непоколебимая вера в «печать Церкви», призванной отпускать наши грехи, исцелили застарелую рану, тайну которой бабушка унесла с собой.

Впрочем, эта тайна уже не имеет никакого значения…

https://azbyka.ru/otechnik/Luk...povedi/2_5

Проповедь на Богоявление. Святитель Лука ( Войно- Ясенецкий).

Окончание проповеди.

... При троекратном погружении в воду, освященную глубокими молитвами, крестным знамением, помазанием освященным елеем крещаемый освобождается от первородного Адамова греха и от всех собственных грехов своих и выходит из купели святым и чистым.

Освящение воды, совершаемое при таинстве крещения совсем не так, как при водосвятном молебне и даже при великом освящении воды в день Богоявления, составляет весьма важную часть таинства крещения.

В глубокой молитве на освящении воды священник призывает Самого Господа Иисуса Христа, освятившего Иорданскую воду Своим Крещением, освятить и воду купели для крещаемого.

С благоговейным трепетом да произносит священник эту молитву и да совершает великое таинство, мысленно взирая на Крещение Господа Иисуса Христа в водах Иорданских.

И мы, все христиане, с великим благоговением и страхом да возносим в святой день Богоявления сердца наши к Богу, только однажды, в день Крещения Господня, ощутительно явившего нам великую тайну Своей Троичности.

Своими ушами слышали люди на берегу Иордана глас Бога Отца, говорившего: «Сей есть Сын мой возлюбленный, о немже благоволих» (Мф. 3, 17).

Своими глазами видели они Второе Лицо Святой Троицы, Богочеловека Иисуса, стоящего в воде Иорданской; видели Третье Лицо Святой Троицы – Пресвятого Духа, в виде голубя, спускавшегося с небес на Господа Иисуса.

А для людей гораздо легче было уверовать в Святую Троицу, видя и слыша Ее, чем уверовать только по проповеди о Ней. Примем же и мы с глубокой верой свидетельство этих древних христиан и пойдем вместе с ними по пути, указанному нам Богочеловеком Иисусом Христом, прося благодатной помощи Святого Духа на этом трудном пути.

Аминь.
1957 г.

groznyy_petr.pdf
Это документ с сайта cultinfo.ru

Стихи, афоризмы, цитаты, мысли вслух, которые иногда захочется перечитать и вспомнить, и чаще всего ночью, когда не спится...