Бессонница

9 октября и 21 мая дни памяти св. Апостола и Евангелиста ИОАННА БОГОСЛОВА

Иоанн Богослов и Марина Цветаева


Марина Цветаева (Marina Cvetaeva)9 октября 1892 года (по нов. ст.), в праздник Иоанна Богослова, в Москве родилась Марина Цветаева. Она так писала об этом: Красною кистью Рябина зажглась. Падали листья Я родилась. Спорили сотни Колоколов День был субботний Иоанн Богослов. Мне и доныне Хочется грызть Жаркой рябины Красную кисть.

Все детство Марина Ивановна провела в Трехпрудном переулке - неподалеку от храма Иоанна Богослова в Бронной слободе на Тверском бульваре. В "споре" сотен колоколов, которым был "отмечен" день рождения великого русского поэта, был и голос и этой церкви Иоанна Богослова.

Церковь Иоанна Богослова в Бронной слободе на Тверском бульваре известна с 1625 года и была основана при Романовых. В ней хранилась древняя икона св. евангелиста Иоанна Богослова, подаренная еще царем Михаилом Федоровичем.

Местность названа так по находившемуся здесь в те времена старинному поселению бронников - мастеров-оружейников, изготовлявших оружие и доспехи. Позднее название "бронники" осталось лишь за теми мастерами, которые делали только броню: шлемы, кольчуги, панцири. Слобожане были богатыми, и в 1652 году "тщанием приходских людей" был возведен новый, большой и красивый, каменный храм, доживший до наших дней.

С середины XIX века район Тверского бульвара и особенно знаменитую Козиху (названную так от того, что в старину здесь паслись козы Патриаршей слободы) облюбовали себе московские студенты.

Местность между обеими Бронными улицами и Палашевским переулком даже называли "Латинским кварталом" Москвы - здесь обитали бедные студенты. Они считали традиционную для студенчества Козиху "родной", и селиться на ней было для них делом чести. По левой стороне улицы Малой Бронной стояли бывшие дома Гирша с дешевыми квартирами в наем, которые снимали студенты (сохранился дом №13).

На Большой Бронной и Козихе находились также два дома домовладельцев Чебышевых - "Чебышевская крепость" или "Чебыши" - со студенческими квартирами, как сейчас бы сказали, по типу общежитий. В каждой комнате жили по 4 человека, порой имевшие на четверых всего по две пары сапог и платья. В одежде по очереди ходили на лекции в университет: двое сидят на Моховой и записывают лекции, двое в комнате поджидают их и готовят скромный обед, а на следующий день они менялись. Вместо чая, кстати, весьма полезного студентам, нередко пили дешевый цикорий - по воспоминаниям, одной круглой палочки хватало четверым на 10 дней. А поскольку не всем студентам квартиры были по карману, то "бездомовники" в теплое время года ночевали прямо на Тверском бульваре. Так, что церковь Иоанна Богослова оказалась самым центром студенческой вольной жизни, кипевшей в этом районе Москвы.

Есть в столице Москве Один шумный квартал -

Он Козихой Большой прозывается.

От зари до зари Лишь зажгут фонари

Вереницей студенты шатаются,

А Иван Богослов На них глядя без слов

С колокольни своей улыбается

Эту студенческую песню часто распевали в Москве. Говорят, что это был наш московский вариант песни киевского студенчества, где св. Владимир заменен св. Иоанном Богословом.

До 1884 года у студентов не было формы, и одевались они вольно, по последнему шику студенческой моды свободолюбивых 60-х годов: особо "радикальные" носили длинные волосы, широкополую шляпу, нахлобученную на глаза, плед на плечах и очки, что придавало им серьезность и солидный ученый вид.

Новый университетский устав 1884 года уничтожил профессорскую автономию, удвоил плату за обучение и ввел обязательную студенческую форму: мундиры, сюртуки, пальто с гербовыми пуговицами и фуражки с синими околышами. Тогда модно стало носить непременно потертую фуражку и расстегнутый сюртук. Такая форма одежды выражала идею студенчества - вольного, удалого, отчаянного...

Между прочим, в Большом Козихинском переулке в бытность свою студентом жил сам В.О. Ключевский. Изъятие церковных ценностей из храма в 1922 году наблюдали О.Э. Мандельштам с супругой, которая записала увиденное: "Мы вошли в церковь, и нас никто не остановил. Священник, пожилой, встрепанный, весь дрожал, и по лицу у него катились крупные слезы, когда сдирали ризы и грохали иконы прямо на пол. Проводившие изъятие вели шумную антирелигиозную пропаганду под плач старух и улюлюканье толпы, развлекавшейся невиданным зрелищем. Церковь, как известно, надстройка, и она уничтожалась вместе с прежним базисом."

В 1932 году Московский Городской камерный театр (им. Пушкина) ходатайствовал о сносе храма, но архитектор Д.П.Сухов выступил против, и тогда разрушили только церковные купола и сам барабан. Затем внутри разместились театральные мастерские, склад декораций и столярный цех.

В начале 70-х годов началась медленная реставрация храма: была исправлена колокольня и по фотографии из альбома Найденова изготовлен крест. Однако строительные работы велись с перерывами, не хватало то средств, то строителей. Рассказывали, что однажды М.А.Суслов, главный идеолог коммунистической партии, живший рядом с храмом на Большой Бронной улице, прогуливался около дома и обратил внимание на полуразрушенную церковь, которую долго реставрировали и никак не могли закончить работы. Был один его звонок в Министерство культуры - и появились и средства, и материалы, и строители. Только вмешательство Суслова ограничилось всего лишь этим одним звонком, и реставрационные работы вскоре опять "повисли".

Еще в 90-х годах здание церкви пугало своими зияющими через всю стену трещинами. Выяснилось, что в 1985 году у западной стены трапезной открыли шурф для обследования фундамента, и попавшая под основание вода привела к появлению этих глубоких трещин.

Тогда казалось, что состояние храма безнадежное, хотя с 1992 - год 100-летнего юбилея Марины Ивановны Цветаевой - года в нем возобновилось богослужение. Для нас этот день - день памяти святого апостола и евангелиста Иоанна Богослова - повод не только рассказать об одном из московских храмов, но и повод вспомнить поэта, навсегда связавшего поэтической строкой свое имя с именем святого апостола.

Храм Иоанна Богослова в Бронной Слободе Москва
По материалам сайта Православие.ру

Crotik49

Эти выразительные глаза!


[ Изображение на стороннем сайте: 2325jpg_1424198_17373888.jpg ]

Внучка писательницы и мемуаристки Анастасии Цветаевой побывала в Вологде
.........
О бабушке, Анастасии Цветаевой, Ольга Андреевна рассказывала в первую очередь не как о писательнице, переводчице, публицистке – а как о человеке, женщине с нелегкой судьбой, прожившей долгую жизнь, переступившую пороги несколько эпох; вспоминала подробности семейных отношений, особенности бабушкиного характера и ее подхода к воспитанию детей и внуков. «Мы с сестрой чаще обращались к бабушке в мужском роде – Баб. Баб приехал, Баб сказал. Наверное, потому, что она обладала очень сильным, волевым характером. «Я тяну ваши души за уши», – говорила нам бабушка. И в этом стремлении она бывала жесткой, властной, даже деспотичной. Развивая и воспитывая нас, бабушка стремилась по крупицам воссоздать атмосферу своего детства – атмосферу простоты и спартанства. К примеру, она не разрешала нам с сестрой носить короткие юбки и брюки. Не давала лениться – слово «труд» для нее было на первом месте. Первые буквы, первые книжки, первые английские слова – это бабушка. Даже имена нам с сестрой выбрала бабушка. Каждый год в мае она приезжала к нам в Павлодар, забирала на лето в Прибалтику и там заставляла заниматься музыкой (мы играли на рояле по 6 часов каждый день) и английским. Учебник английского я должна была пройти за лето дважды, от корки до корки, выполнить все упражнения. «Учи, Оля, учи! Язык и музыка помогут тебе выжить». Разговаривала она с нами, детьми, исключительно по-английски и по-французски. Она была прекрасной переводчицей, немецкий и французский языки знала с детства, английский выучила, повзрослев, потом увлеклась японским и испанским. Первые стихи бабушка написала на английском языке, и читавшие их англичане говорили, что это классика. Свой поэтический сборник (все ее стихи были написаны в лагере) бабушка назвала «Мой единственный». Когда бабушка узнала о смерти Марины (два года это страшное известие от нее скрывали), рифма от нее ушла. А в восемьдесят лет Ася снова вернулась к стихам. Стихи же Марины Цветаевой она заставляла нас читать постоянно – при любых гостях она ставила нас на стул, и мы их читали».


с http://mkrf.ru/press-tsentr/news/region/detail.php?id=616347

фото с http://t-smertina.narod.ru/biloe/tsvetaeva/index-263.html

В 1915 у Анастасии вышла первая книга, философский текст проникнутый ницшеанским духом, - «Королевские размышления».

Второй супруг Анастасии – Маврикий Александрович Минц (1886 – 1917) скончался от перитонита. Сын от него – Алеша, прожил один год (1916-1917).

В 1921 году Анастасию приняли в Союз писателей.
В 28 лет Анастасия Ивановна приняла обет нестяжания, неедения мяса, целомудрия и запрещения лжи. И соблюдала это до конца жизни.

В 1926 году она завершила книгу «Голодная эпопея», а затем «SOS, или Созвездие Скорпиона» - обе книги не удалось опубликовать. В 1927 она отправилась в Европу и во Франции последний раз в жизни увиделась с сестрой Мариной.

Книга Анастасии Цветаевой "Воспоминания", изданная в 2005

Анастасия Ивановна очень заботилась о могиле сестры, которая похоронена на Петропавловском кладбище в Елабуге, в 1960 году она возвела на могиле крест.
Затем, благодаря прошению Анастасии Ивановны и группы верующих, в 1990 году патриарх Алексий II дал благословение на отпевание Марины Цветаевой, которое состоялось в день пятидесятилетия её кончины в Московском храме Вознесения Господня у Никитских ворот.



Идешь на меня похожий,
Глаза устремляя вниз.
Я их опускала - тоже!
Прохожий, остановись!

Прочти - слепоты куриной

И маков нарвав букет,
Что звали меня Мариной
И сколько мне было лет.

Не думай, что здесь - могила,
Что я появлюсь, грозя...
Я слишком сама любила
Смеяться, когда нельзя!

И кровь приливала к коже,
И кудри мои вились...
Я тоже была, прохожий!
Прохожий, остановись!

Сорви себе стебель дикий
И ягоду ему вслед, -
Кладбищенской земляники
Крупнее и слаще нет.

Но только не стой угрюмо,
Главу опустив на грудь.
Легко обо мне подумай,
Легко обо мне забудь.

Как луч тебя освещает!
Ты весь в золотой пыли...
- И пусть тебя не смущает
Мой голос из-под земли.
Коктебель, 3 мая 1913

Марина Цветаева похоронена 2 сентября 1941 года на Петропавловском кладбище в Елабуге. Точное расположение её могилы неизвестно. На южной стороне кладбища, у каменной стены, где находится её затерявшееся последнее пристанище, в 1960 году сестра Анастасия Цветаева между четырёх безвестных могил 1941 года установила крест с надписью «В этой стороне кладбища похоронена Марина Ивановна Цветаева».
В 1970 году на этом месте было сооружено гранитное надгробие. Позднее, будучи уже в возрасте за 90, Анастасия Цветаева стала утверждать, что могила находится на точном месте захоронения сестры и все сомнения являются всего лишь домыслами. С начала 2000-х годов место расположения гранитного надгробия, обрамлённое плиткой и висячими цепями, по решению Союза писателей Татарстана именуется «официальной могилой М. И. Цветаевой».
Существует документальный фильм Марины Голдовской 1989 года «Мне девяносто лет, ещё легка походка…»

об Анастасии Цветаевой и её воспоминаниях о Марине Цветаевой.

«Уж сколько их упало в эту бездну…» Марина Цветаева

Уж сколько их упало в эту бездну,
Разверзтую вдали!
Настанет день, когда и я исчезну
С поверхности земли.

Застынет все, что пело и боролось,
Сияло и рвалось.
И зелень глаз моих, и нежный голос,
И золото волос.

И будет жизнь с ее насущным хлебом,
С забывчивостью дня.
И будет все — как будто бы под небом
И не было меня!

Изменчивой, как дети, в каждой мине,
И так недолго злой,
Любившей час, когда дрова в камине
Становятся золой.

Виолончель, и кавалькады в чаще,
И колокол в селе…
— Меня, такой живой и настоящей
На ласковой земле!

К вам всем — что мне, ни в чем не знавшей меры,
Чужие и свои?!-
Я обращаюсь с требованьем веры
И с просьбой о любви.

И день и ночь, и письменно и устно:
За правду да и нет,
За то, что мне так часто — слишком грустно
И только двадцать лет,

За то, что мне прямая неизбежность —
Прощение обид,
За всю мою безудержную нежность
И слишком гордый вид,

За быстроту стремительных событий,
За правду, за игру…
— Послушайте!- Еще меня любите
За то, что я умру.

Кириллица и глаголица