Русские крестьяне ЖИЗНЬ. БЫТ. НРАВЫ

К. Выходящие из ряда обстоятельства

468. Самоубийство.

Я хорошо знал самоубийцу. Звали ее Дарьей, лет ей было восемнадцать или девятнадцать, верно не знаю. Выше среднего роста, с живыми карими глазами, с румянцем во всю щеку, с черной блестящей и густой косой, сумной бойкой речью, Дарья производила выгодное для себя впечатление. Глядя на нее, приходилось только сожалеть, что она не могла получить образования, родившись в крестьянской, хотя и не очень бедной семье, впрочем, сельскую школу она посещала в течение двух зим и умела писать для соседей «слезные грамоты» и «с любовью низкие поклоны». Помню, раз догнал я целую толпу крестьян, шедших молиться. Кучер мой Андрей, парень лет двадцати, поравнявшись с толпой, пустил лошадь шагом. Впереди всех шла Дарья степенной и неспешной походкой. Андрей вступил в разговоры и, обращаясь к Дарье, сказал: «Видно, Дарья Федоровна, грехов ты много оченно накопила: кажинной праздник к обедне ходишь?!» «Милого дружка в женихи вымаливаю, Андрей Петрович!» — бойко, не глядя и вполне серьезным тоном отвечала Дарья на эту шутку. «Кого выберешь, всяк не обракует», — продолжал Андрей, только слова его на этот раз звучали шуткой а убеждением «Неровня! Сам знаешь» опять серьезно ответила Дарья и посмотрела мне. В это время раздался звон к началу обедни. Я, боясь опоздать, попросил Андрея ехать быстрее, — он махнул вожжой и мы скоро оставили спутников далеко за собою. На возвратном пути Андрей рассказал мне, что Дарье «по мысли» «лавочник» из села, который ее также любит, «да батька Сергею
за женитьбу на Дарье сулит белый падаг в награду». Андрей начал свой рассказ сам, — ему, видимо, доставлял удовольствие разговор о Даше и мне показалось, что он сам влюблен в нее...
С той поры и стал я следить за течением этой обыкновенной житейской драмы. Конца пришлось ждать недолго: прошло одно только лето. Осенью того же года лавочник Сергей был принужден отцом жениться на богатой мещанке из города. Долго Сергей сопротивлялся, сначала хотел уехать в город, но боязнь лишиться наследства пересилила в нем любовь к Даше — и он дал свое согласие, хотя будущая жена и была «лицом корява, а умом тупа». Недолго колебалась Даша. Скоро после свадьбы Сергея
нашли ее мертвую в овине: качалась она на поясе, перекинутом через перекладину. От прежней красоты
остались одни только волосы. Сколько слез было пролито всей деревней, не говоря уже о родных, над трупом общей любимицы.
Андрей же чистосердечно признался мне, что и он был безнадежно влюблен в Дашу и, рассказывая об этом, даже заплакал. Желая выразить свою любовь к почившей, он собственноручно сделал большой сосновый крест на ее могилу, вокруг которой посадил несколько березок и ив. Но у всякого своя драма, — и скоро забыли бедную «убивицу». Андрей утешился в ту же зиму. Только мать часто посещает одинокую могилу в самом далеком западном углу на погосте, подолгу плачет она, упавши на землю, — и нельзя
слышать и переносить без боли этих стонов и воплей.

А. Физические природные свойства крестьян
2. Зрение и слух развиты хорошо; первое сохраняется до преклонных лет, так что употребление очков в деревне большая редкость. Слух достаточно развит: крестьяне перекликаются на расстоянии двух верст; дети быстро перенимают мелодии с голоса. Преимущественно занимаются земледелием, почему выносливы. Крестьянин на спине переносит тяжести до пяти, иногда до шести пудов; женщины поднимают три-четыре пуда.

Д. Общественные условия, обычаи и законы, регулирующие отношение крестьян к обществу и государственному строю

7. Власти. Отношение их к крестьянам

а) Земский начальник допускает крестьян к себе во всякое время. Крестьяне его не боятся и встречи не избегают, за исключением тех, которые знают за собой какую-нибудь вину. В хозяйственные дела он не вмешивается. Земский начальник налагает взыскания за неисполнение требований, за пропитие общественного хлеба и т. п. в виде штрафа в размере 20 или 30 копеек.
б) Исправника крестьяне больше боятся, говорят, что он «выше земского»; исправник может налагать взыскания только на старшину и старост за упущение по сбору податей.
в) Урядники, сотские и десятские обращаются с крестьянами гораздо строже, чем высшее начальство; они прямо употребляют силу для исполнения их требований.
г) Волостное правление состоит из старшины, старост (по числу обществ в волости) и писаря. Главным образом старшина в случае неуплаты податей старостам производит опись имущества недоимщика, председательствует на волостном сходе, производит наряды для отправления натуральных повинностей (починка дорог, мостов), производит взыскания по решению судов. Крестьянские дела писарю не подлежат; он состоит только грамотным лицом для ведения дел по волости и волостному суду. Если такая личность
является дельной, то в некоторых случаях приобретает влияние на старшину, старост и волостной суд.
д) В сельские старосты избирается грамотный. Так как жалованье старосты ограниченное, не свыше 40 рублей в год,
то желающих на эту ответственную должность не находится и выбор старосты крестьяне производят из «винных», это из таких семей, в которых, благодаря счастливому жребию или браковке, кто-нибудь миновал рекрутской повинности. Староста зависит от власти земского начальника, этот последний может увольнять старост и с представлениями об увольнении старосты уездный съезд всегда бывает согласен. Исправник имеет право наказывать старосту арестом за неисправные сборы недоимок. Староста является между крестьянами начальством, относятся к нему действительно, как к ближайшему начальству, иногда угощают его с целью отвлечь при сборе податей.

10. Крестьяне не поздравляют и не царят начальство, говорят: «У нас этого и в заведении нет!» Приезд начальства в большинстве случаев возбуждает страх, некоторых, говорят, не выбьешь на зов начальства. Скорее исполняют приказания десятские как подвластные полиции. По отъезде часто говорят: «Вот, незнамо зачем приезжал, только от дела отбил!», а иногда серьезно поговорят, поспорят.

11. Приказания земского начальника и исправника исполняются. Неуважительное отношение в этих случаях
редко и является следствием подстрекательства доморощенных адвокатов, которые неправильно толкуют
манифест о недоимках, и лиц, поддавшихся их убеждениям, эксплуатируют.

12. Из законов употребляются: по проступкам — Устав о наказаниях, и по крестьянскому управлению —обшее положение о крестьянах. С законами крестьяне знакомы мало, а большинство их вовсе не знает.

13. Свобода передвижения. Паспорты

Крестьянин, желающий отлучиться, должен принести в волостное правление видок от сельского старосты, удостоверяющий, что нет причин для отказа в выдаче паспорта крестьянину и, кроме того, если крестьянин принадлежит к семье, то он должен заручиться словесным или письменным согласием домохозяина. В соседние уезды, в особенности, где раньше живал, иногда отправляются без паспорта. Есть случаи, что в столицах живут без паспорта. Задержки со стороны волостного начальства в выдаче паспорта не бывает,
кроме тех случаев, если препятствует домохозяин. Паспорт даровой. Крестьянки должны иметь согласие мужа.

Суд и расправа

44. Различие между уголовными и гражданскими делами есть, но по понятиям крестьян «уголовщина» —это только такие важные проступки, которые влекут за собой очень сильное наказание, не меньше острога. Крестьяне власти судебного следователя не знают, так как выезд его бывает чрезвычайно редок, крестьяне эту должность почему-то соединяют с должностью судебного пристава. Свои суды крестьяне считают ни во что: «Ну что наш суд смыслит, только и глядят эти судьи, как бы им выпить; дела-то и своего не разумеют, и незнамо как судят! Али у нас по закону? Кто вот побогаче, да посмелей, тот и возьмет, а уж нам бедным да темным лучше и не связывайся с этим судом!» К государственным относятся с большим доверием.

45. Самосуд бывает с поличным, например: «На базаре тетка Арсеньева наворовала судаков, а торговец-то догнал, да судаками и отколотил ее! Да мало ли этак: вон рукавицы украли, да так ими вора-то наколотили, что он с того самого раза захворал и помер!»

46. Постоянный суд — волостной. Временных и третейских нет. Судебных сходок тоже не бывает.

47. Волостной суд состоит из председателя и трех судей; избираются большей частью шарами. Судьи избираются из грамотных, в возрасте не моложе 35 лет; может быть и не главой семьи. Жалованье — рублей 35 в год.

48. При разбирательстве дела сперва опрашивают стороны и различными вопросами стараются добиться истины. Употребляют даже вопросы с хитростью. Свидетелей допрашивают порознь.

49. Влияния волостного старшины и старост в делах судебных не бывает. Писарь, как более сведущий в судебных делах, безусловно может влиять.

50. Отводы судей допускаются в тех случаях, если судья — член семьи одной из сторон.

51. 52, 53. Нет в данной местности.

54. Бывает. См. № 11. Редко.

55. Предрассудков относительно суда нет.

56. Волостное правление наказывает со старостами, сотскими и десятскими, чтобы тяжущиеся и свидетели
являлись на суд.
58. Бывают случаи, что на суд являются за кого-нибудь отец, сын или другой кто из ближайших родственников.

59. Не случается.

60. Общество является обвинителем в тех случаях, когда нарушены его права, например, пастьбой скота на их общих угодьях, порубкой общественного леса и т. п.

62. В важных случаях принято или снятие иконы, целование шейного креста, сличение следов. Улики имеют немалое значение. Если совершена кража, то крестьяне пользуются всяким неосторожным словом м подозреваемого лица, чтоб придраться к этому и сделать должный обыск. Так, например, во время пожара из училища пропал эмалированный таз, после этого события прошло много времени, так что никто и не вспоминал, вдруг кто-то услыхал, что один крестьянин говорил своей жене, чтобы она сало вытопила в таз. Слова эти были подхвачены и во всей деревне заговорили о давнишней пропаже таза: «Какой у мужика таз! Знамо это тот, краденый!» И сейчас же собрались делать обыск.

86. Обращается внимание на материальное положение обвиняемого.

87. Позорящих наказаний вовсе не существует.

88. «Грех пополам» — существует. Было такое дело: лошадь потерлась об огород и потревожила соседние ульи; пчелы зажалили лошадь. Владелец ульев заплатил половину стоимости лошади ее хозяину.

Опека

91. Опека в крестьянском быту существует. Опекунами над малолетними назначаются родственники, если они ничем не опозорены (тогда назначаются опекунами и посторонние). Опекуны выбираются сельским сходом. Контроль над имуществом бывает плохой. Случается, что умирает отец, который расточал имущество, при матери же хозяйство поправляется и видимо увеличивается материальное благосостояние; о этих случаях сельский сход не считает нужным производить опекунам учет.

92.
1) До законного возраста. Так как опекунами избираются большей частью ближайшие родственники, то вознаграждения они не получают, но что касается мелких продуктов, то при ведении хозяйства они пользуются ими одинаково как своими собственными. Не имеющие ничего сироты кормятся по дворам поочередно. Различия в этом случае между мальчиками и девочками не делается. Одни говорят; «Отчего для Бога не покормить!». Другие иногда высказывают ропот на их родителей, которые не позаботились
при жизни устроить и обеспечить сирот. Участь девочек все-таки хуже: «Мальчишка, так хоть в работники выйдет, а девчонка-то, кто ее знает, пожалуй, и избалуется по чужим людям, приведет ли еще Бог такую к закону, Бог весть!»
2) Опекун представляет словесный отчет сельскому сходу. Растрата имущества бывает, но очень редко; решается такое дело только земским начальником.
4) Большей частью назначаются родственники, только в случае видимой неблагонадежности таких лиц избираются посторонние.
5) Опекун выбирается сельским сходом.
6) Опека налагается в случае малолетства и неуплаты податей.
7) Бывает, в этих случаях управляет имуществом жена.
8) Опекун делается наследником в некоторых случаях: например, если он — родственник и живет в одном
дворе.

101. Празднества

Деревенский праздник в Глебовском — это зимний Николин день. В честь святого Николая построена часовня: деревянное здание, выкрашенное разными красками, по карнизу написан с одной стороны тропарь святому, а с другой стороны — «Боже, царя храни»; здание обнесено палисадом из точеного балясника, обсажено березками. Мною замечено, что всякий проходящий мимо часовни глебовский житель останавливается и крестится, сколько бы раз в день ни случилось пройти мимо нее. Накануне Николина дня служится всенощная, молебен с освящением воды, а на другой день после обедни начинается деревенское гулянье. В этот день и накануне съезжаются к хозяевам гости, забирая всех ребят. В ожидании гостей у хозяев немало приготовлений: ставится пиво, которого в каждой избе бывает средним числом до девяти глиняных ведерных корчаг; для гостей женского пола делается закваска, это тоже пиво, но без хмеля, прибавляют туда изюму, мяты, меду, что у кого есть. Покупается водка, где четверть, где полведра, ведро, смотря по состоянию. Этого количества не хватает, на другой, на третий день подвыпившие хозяева и гости прикупают водку бутылками, иногда для этого складываются по 20, по 30 копеек. У взрослых день проходит исключительно в выпивании то водки, то пива. Несколько раз садятся за стол справлять завтрак, обед, паужин и ужин, состоящие из варева: картофельной похлебки, лапши, кислых щей, гороховой похлебки, затем следуют каши — гречневая, пшенная, яшная; подаются пироги сперва ржаные, облитые крупой, гороховой мукой, потом из домашней пшеничной муки и затем белые с изюмом, сушеной малиной, черникой или брусникой. Подобных кушаний печется и варится на три дня, ими угощаются только приезжие родственники, а других гостей потчуют пивом из жестяной кружки, вмещающей пива бутылку или больше, гостей получше угощают водкой. В промежутках между яствами подается самовар; эта роскошь далеко не у всех имеется, некоторые совсем не пьют чай, но на праздник где-нибудь раздобывают самовар и к чаю везде подаются баранки, полбутылки наливки, дешевые лакомства в виде гадательной карамели, сыропных пряников и каленых орехов. Это угощения наших крестьян. Замечательно то, что везде буквально оно одинаково, и в бедных, и в зажиточных домах.
Взрослые больше сидят в избах, пока не пьяны, ведутся разговоры о хозяйстве довольно чинно, даже иногда говорят «Вы». За столом угощает хозяин:
— Сват Иван, ешь!
— Нет, довольно будет!
— Да что довольно, ешь, пока влезет. «Сделайте милость, покушайте!» — добавляет хозяйка.
Это упрашиванье и отказы повторяются очень много раз и всегда оканчиваются соглашением гостя. От гостеприимного хозяина требуется, чтоб он как можно больше угощал, поэтому его роль за столом состоит только в угощении, а самому есть почти не приходится. Подвыпивши и хорошо закусивши разговоры начинаются оживленнее, первое время спрашивают и впопад отвечают, затем уже каждый говорит свое. В избе поднимается крик, топанье, бабы выходят в горенку. Завязываются споры, иногда переходящие в драку. Молодежь с утра на улицах. Парни, несмотря на зимнее время в одних «спинжаках», на шее шерстяной шарф, на ногах калоши, в руках гармоника. Девицы в ярких платьях, почти у всех одного цвета, глядя по тому, какой в моде, нынче алые платья, обшитые дешевыми кружевами. Поверх надет «жикет», а на голове белая шерстяная шаль. Поются песни, уничтожаются подсолнечники. Парни называют девиц барышнями, угощают лакомствами, а барышни «модятся», т. е. отказываются. Общих разговоров почти не ведется. Вечером вся молодежь собирается в избу к одной из подруг, которой потом за помещение платится копеек 50 ото всех, а если соблюдается очередь (т. е. заранее на год распределено, у кого беседа), то в этом случае не платится. «Барышни», натертые стеарином, нарумяненные и разодетые, сидят и поют песни, входят молодцы. Которому-нибудь из них поют песню, называя его в песне по имени и отчеству, он выходит на середину и перед какой-нибудь махнет носовым платком, девица встает и ходит за парнем, потом он повернет ее за талию, покружит и этим дело кончается, это называется «гулять вдоль полу». Потом танцуется «Чижик». Это смесь кадрили, лансье и еще чего-то. Поется песня, или вернее несколько песен довольно быстрого темпа. Начинается так:

Где ты, чижик, где ты был?
За морями вино пил.
Выпил рюмочку, другую,
Пригласил к себе милую...

Парень подходит и кланяется. Затем и начинают танцевать. На весь танец этой песни не хватает и для последней фигуры поется:

Березки, березки истребленные
На вас веточки серебряные
Листочки позолоченные,
Чьи молодчики хорошенькие?
Буесъкие прикашшички (Буевские приказчики)
Положили ручки в яшшички (ящички)
У хозяина часы унесли
На три года товару запасли
Товару уважительного
Табаку себе курительного.

Танцуют это четыре — восемь пар. Оканчивается беседа иногда в 5, в 6 часов утра. Так «гуляют» (здесь не говорят «танцуют») во все праздники, т. е. в святки, Новый год, в Смоленскую 28 июля, в Кузьминки; в последнем случае беседы называются «ссыпшенки», потому что все девицы делают складчину — «ссыпаются», т. е. приносят солод, муку, хмель, за неимением этого — деньги; варят пиво, которым угощают молодцев. Молодцы приходят не только из своей деревни, но и из других; продолжаются ссыпшенки от 1 ноября до 8 ноября; в это время и в святки женихи главным образом присматривают невест. Существуют еще беседы; они устраиваются великим постом: девицы сходятся в один дом прясть, потихоньку разговаривают, к ним приходят молодцы, шутят, посмеиваются над пряхами; последние через несколько времени переглядываются и убегают из избы «на волю»; их места занимают молодцы, прядут, путают лен, рвут волокно; девицы, наконец, приходят опять, надо прялки выкупать, каждая выкупает свою поцелуем парня в губы. Обычай целоваться с парнями мало-помалу начинает исчезать: года два тому назад целовались во всех беседах в каждом «гулянье»; теперь это выводится благодаря тому, что некоторые из парней живали в Питере или в Москве, они внесли иное, более утонченное обращение с девицами. Бесед в деревне три: одна в «краю» (название улицы), другая на «Курмыше» (тоже улица) и третья детская, где гуляют девочки от 10—15 лет с мальчишками таких же лет.
Эти великопостные посиделки устраиваются, чтоб больше напрясть и меньше сжечь огня, так объясняют это и взрослые, и молодежь; обыкновенно ложатся в 9 часов, а тут досиживают до двух часов. Что касается других праздников, то замечателен еще Михайлов день {8 ноября). Это храмовой праздник, продолжается он ровно неделю: один день — в одной, другой — в другой деревне за исключением Глебовского, но наши жители со всеми ребятами уезжают по гостям: в одной деревне — к свату, в другой — к дочке замужней; родия найдется везде. Так что в Глебовском остаются только старики и убогие. Таким образом проводятся праздники во всех деревнях не только Контсевской волости, по почти всего Буйского уезда. Перед началом полевых работ в апреле бывают молебствия у крестьян: на домах всенощная и в поле водосвятный молебен, для чего ежегодно привозят священника поочередно, т.е. подводу посылает в село то один, то другой, у этого крестьянина обыкновенно после молебна священник закусывает; для него делается та же закуска, что в праздник. Летом тоже есть дни, в которые всем селением положено молиться; это делается и память каких-нибудь несчастий, постигших деревню: градобоя, пожара и т.п. При закладке школы и ее открытии в Глебовском было трехдневное торжество, открывались три школы в волости и три дня было празднование. В новую школу приглашался весь причт, члены училищного совета, учителя и учительницы, строители, попечители при стечении жителей всех деревень, из которых учатся дети. Тут делалось угощение от сельских обществ.

Празднества
На празднествах не принимают участил убогие, слабые здоровьем или келейницы — это старые девушки, которые по причинам только им известным одеваются во все черное, низко опускают на лоб темный платок. На вопросы, почему они не бывают на праздниках, обыкновенно слышишь ответ: «А кто их знает!» На праздники главным образом приглашаются старшие члены семьи; если почему-нибудь не удалось попасть в гости, то со стороны приглашавших бывает много упреков и они не ездят на отозвины, т.е. на приглашение.