Русские крестьяне ЖИЗНЬ. БЫТ. НРАВЫ

КОСТРОМСКАЯ ГУБЕРНИЯ НА РУБЕЖЕ XIX—XX ВЕКОВ

Костромская губерния на рубеже XIX—XX исков граничила с Владимирской, Нижегородской, Вятской и Вологодской. В ее состав входило двенадцать уездов: Буйский, Варнавинский, Ветлужский, Галичский, Кинешемский, Кологривский, Костромской, Макарьевский, Нерехотский, Солигаличский, Чухломской, Юрьевецкий; площадь составляла 79393,7 кв. км, а численность населения по переписи 1897 года — 1411 636 человек. Наиболее плотно были заселены ее юго-западные и северо-западные районы, менее плотно — восточные, прежде всего Ветлужский и Варнавинский уезды.
Костромская губерния являлась территорией компактного расселения русского народа, составлявшего ее подавляющее большинство. Из других народов Российской империи в Костромской губернии в XIX веке жили марийцы и татары. Марийцы, населявшие Тоншаевскую волость Ветлужского уезда (1619 человек на 185Г год*, появились в этих местах в XVII веке, а татары 325 человек на 1857 год! были переведены водно юсел пол Костромой в 1761 году из Романове-Борисоглебского уезда Ярославской губернии1.
Большинство русских принадлежали к православной церкви — 1 388 865 человек. В Варнавинском, Кннешемском и Макарьевском уездах часть населения придерживалась старообрядчества различных толков (12 543 на 1865 год), а также относилось к единоверческой церкви (4804 человек на 1865 год)2.
На рубеже XIX—XX веков русские Костромской губернии занимались земледелием, однако оно не получило большого развития в связи с неблагоприятными почвенными и климатическими условиями. Под пашней было занято только 21 % всего земельного фонда губернии. Основными зерновыми культурами были рожь, ячмень, овес. Население губернии, за исключением крестьян Чухломского и Галичского уездов, не обеспечивало себя зерном него приходилось ввозить из Вятской губернии и из губерний Средней Волги. В юго-западных уездах Костромской губернии (Нерехотский, Костромской, Кинешемский, Юрьевецкий) с середины XIX века стало развиваться яьаоводство, получившее товарное значение. Огородничеством население занималось в основном для удовлетворения собственных потребностей. Товарное значение оно имело лишь в селах по берегам Волги и на волжских островах, где крестьяне выращивали хтя продажи капусту. В Шунгенской волости
Костромского уезда, в г. Унжа и Луха с этой же целью сажали чеснок и некоторые другие овощи.
Скотоводство было развито слабо в связи с отсутствием хороших заливных лугов и пастбищ. Оно не имело товарного значения и выступало в комплексе с земледелием, обеспечивая крестьянское хозяйство тягловой силой, органическими удобрениями, а также молоком, мясом и шерстью. На одну десятину паровой земли приходилось от одной до трех голов скота, что было недостаточно для хорошего удобрения полей навозом и подъема пашни.
В селах, расположенных по рекам и озерам, занимались рыболовством, которое было особенно развито на Чухломском и Галичском озерах и на Волге. Охотой занимались жители северо-восточной лесной части губернии, где она носила в основном любительский характер.
Важнейшее значение для экономики Костромской губернии имели лесные промыслы. Это было обусловлено изобилием здесь леса, составлявшего 72% всей площади губернии. Главным в лесных промыслах была заготовка леса и сплав его по рекам на Волгу, а оттуда на Дон и вверх по Оке. В лесах занимались также смолокурением и гонкой дегтя. Во всех лесных районах были развиты промыслы по выделке мочала, рогожи, коробов, тележных ободов, деревянной утвари разного назначения, а также мебели. В Макарьевском уезде кроме того были мастера, занимавшиеся росписью деревянной посуды, прялок и мебели. Их изделия имели довольно широкий сбыт в соседних губерниях, особеннов губерниях Северной России. В Костромской губернии было также развито строительство речных судов разных размеров.
Второе место по значимости имел промысел по выделке хлопчатобумажных и льняных тканей. Он развивался в Нерехотском, Костромском, Кинешемском, Юрьевецком уездах и южной части Макарьевского. В небольших кустарных мастерских выделывали хлопчатобумажные ткани, льняное полотно и холст. В этих же уездах было много прядильных и ткацких фабрик со станками, приводимыми в движение паровыми машинами. В кустарных мастерских Кинешемского и Юрьевецкого уездов выделывалось сукно и валяная обувь.
В селе Красном под Костромой изготавливались серебряные украшения, которые расходились не только по России, но продавались в Персию и государства Балканского полуострова.
В Костромской губернии были весьма распространены также отхожие промыслы. В Галичском, Чухломском, Солигаличском уездах, получивших название «бабья сторона», псе мужчины каждую зиму уходили на заработки. На заработки уходила также и часть мужского населения Буйского, Кологрив-ского, Макарьевского уездов. Большинство отходников было занято строительными профессиями, работали плотниками, столярами, каменщиками, штукатурами, кирпичниками и малярами. Многие мужчины работали матросами и лоцманами на судах, плававших по Волге, Ветлуге иУнже, а также нанимались в бурлаки. Бурлачество особенно было распространено в селениях, примыкающих к судоходным рекам.
Костромская губерния интересна и в этнографическом отношении. Исследователи характеризуют его как местность неоднородную в этнокультурном плане. Известный этнограф и статистик XIX века П.П.Семенов писал, что русское население Костромской губернии «в бытовом отношении <...> не представляет безусловного однообразия, изменяясь в частностях, зависящих от исторических и экономических условий, от окружающей природы, от большого или меньшего влияния городской культуры»3.
На территории Костромской губернии исследователи выделяют несколько историко-культурных зон, которые складывались на протяжении несколько веков и определялись физико-географическими, климатическими, хозяйственными, историческими, демографическими, языковыми и собственно этнографическими факторами в их взаимосвязи. В пределах Костромской губернии выделяется Костромское Заволжье, то есть Буйский, Галичский, Солигаличс-кий, Чухломской уезды; Ветлужский край (Ветлужье, Поветлужье), включающий в себя Ветлужский и Вар-навинский уезды Костромской губернии, а также часть Макарьевского уезда Нижегородской губернии. Внутри Ветлужского края выделяется северное Поветлужье, то есть верхнее течение Ветлуги в пределах Ветлужского уезда, и Уренский край — земли пор. Урень, притока Ветлуги в левобережной части Варнавинского уезда. Кроме того говорится об Ун-жинском крае, земле, расположенной по течению р. Унжи в пределах Кологривского уезда, Ковернин-ском, то есть Ковернинской волости Макарьевского уезда Костромской губернии, затем юго-западной части Костромской губернии, то есть земли по правобережью Волги: Нерехотский, Юрьевецкий уезды, южная часть Костромского и Кинешемского уездов.
Такова краткая картина социальной, экономической и демографической ситуации Костромской губернии к моменту ее фиксации корреспондентами «Этнографического бюро» В.Н. Тенишева.
Материалы «Этнографического бюро» по Костромской губернии
В архивном фонде «Этнографического бюро» В.Н. Тенишева в настоящее время имеется шестьдесят восемь архивных дел, содержащих рукописи корреспондентов по Костромской губернии. Кроме того, как уже указывалось, здесь хранятся их машинописные копии, выполненные в начале XX века сотрудниками бюро. Однако они не являются точной перепечаткой текстов, присланных из Костромской губернии: они стилистически отработаны сотрудниками «Этнографического бюро», исправлены грамматические ошибки, информация распределена в соответствии с пунктами программы В.Н. Тенишева, внесены названия ее разделов. Следует отметить, что редакторская правка рукописей была проведена профессионально: смысл рукописей не подвергся искажению, полностью был сохранен авторский стиль. В ходе работы по сравнению рукописных текстов и машинописных копий были обнаружены три машинописных текста к отсутствующим в фонде рукописям, они были включены в соответствующие разделы книги.
Все рукописи подписаны авторами, датированы и имеют точное географическое указание: они поступили в 1897—1899 годах от тринадцати корреспондентов (см. с. 573) из Буйского, Варнавинского, Ветлужского, Галичского, Макарьевского, Солигаличского и Чухломского уездов.
Все рукописи являются оригинальными произведениями, это результат длительных наблюдений их авторов за жизнью крестьян той местности, око-торой они писали. Это обусловлено прежде всего тем, что корреспонденты в период сотрудничества с «Этнографическим бюро» жили в описываемых им селах или часто бывали в них, имея там родственные связи. Среди корреспондентов было шесть учителей начальных сельских школ, один крестьянин, один фельдшер, один студент духовной семинарии в Вологде, живший в летнее время в родном селе. Для четырех корреспондентов профессиональную принадлежность точно установить не удалось, но, судя по тексту, они были учителями.
Рукописи составлены в форме ответов на вопросы программы В.Н. Тенишева. При этом часть корреспондентов давала развернутые ответы на большинство вопросов, благодаря чему рукописи принимали вид довольно подробного монографического описания местности. Другие смогли ответить лишь на отдельные вопросы программы. Манера изложения материала у разных авторов также различна. В одних случаях текст представляет собой сухое изложение фактов с включением документов: копий договоров найма, смет на различные работы и т. п., в других— яркое описание, насыщенное диалогами между корреспондентом и крестьянами, рассказами крестьян, описанием случаев из жизни корреспондента. В рассказах, сказках, бывальщинах запеатлена народная лексика и фонетика.
Некоторые корреспонденты не только описывали картины народного быта, но и давали свои оценки; они старались определить свое отношение к тому или иному явлению народной жизни, дать характеристику конкретным должностным лицам, им упоминаемым — волостным начальникам, старостам, урядникам, священникам.
Характерной особенностью рукописей является доброжелательное отношение корреспондентов к людям, полное отсутствие снисходительности образованного человека к неграмотному крестьянину.
В рукописях дается информация о современном для его корреспондентов состоянии народного быта и культуры, то есть на 1890-е годы. Они характеризуют быт и мировосприятие русских крестьян перед военными и революционными потрясениями XX века, приведшими к изменению их образа жизни.
В поступивших из Костромской губернии материалах имеются сведения о культуре крестьян Костромского Заволжья, Ветлужья, Ковернинского и Уренского края, то есть хотя и интересной в этнографическом отношении, но только части губернии. Однако, отталкиваясь от них, можно понять общую социально-культурную ситуацию в губернии, составить «этническое лицо» ее русского населения. К сожалению, в рукописях не имеется достаточно материала, чтобы можно было судить о локальной специфике традиционной культуры этих зон. Это, вероятно, обусловлено направленностью самой программы В. Н. Тенишева, в которой не ставилась задача выявления локального своеобразия отдельных групп русского населения.
Наиболее значительное количество материалов характеризует социально-экономическую сторону жизни крестьянства. Достаточно подробно рассказывается об экономическом положении крестьянской семьи, о ее собственности и отношениях вокруг собственности, о выделах сыновей из больших крестьянских семей и разделах семей, правилах наследования имущества, принятых в сельской среде. Корреспонденты много внимания уделяют вопросам общинной жизни: управление общиной, сходы, выполнение повинностей, вопросы, связанные с выкупными платежами, ссудами, арендой пахотных угодий, наймом рабочей силы, помощью крестьянам со стороны общины. В рукописях дается довольно подробная информация о взаимоотношениях крестьянского сообщества и власти, в том числе и судебной, об отношении крестьян к церкви, степени их религиозности и воцерковленности. В текстах обращается внимание на соотношении обычного права и законов Российской империи. Такая социологическая направленность текстов вполне естественна для корреспондентов «Этнографического бюро», так как в самой программе социально-экономические вопросы являются преобладающими, дай в конце XIX века они были достаточно злободневны.
Материалы, которые условно можно назвать этнографическими, хотя и не преобладают в рукописях по Костромской губернии, но довольно интересны. Любопытны тексты, через которые раскрывается традиционное мировосприятие русского крестьянина: воззрения на природу и судьбу человека, поверья, связанные с основными занятиями населения, проблемы веры, в том числе и представления О загробном мире, колдовстве и сверхъестественных силах. Особое место занимает информация об обря-дово-праздничной жизни русского народа. При этом на первый план выходит молодежная субкультура: посиделки, гулянья, игры, пляски, а также свадебный обряд. Сведения о родинно-крестильных и поминально-погребальных обрядах очень скудные. Столь же скудны и материалы, характеризующие жилище, одежду, пищу, орудия труда и утвари.

Материалы «Этнографического бюро» князя В.Н. Тенишева