Фадеев Яков Михайлович

…а вот строки из книжки Евгения Тарасенко «Под крылом самолета»:
…. Фадеев и Калмыков по 40вылетов в Крым сделал каждый . Они вывезли более 120 больных и раненых людей. Это была настоящая мужская привязанность боевых друзей, их дружба окрепла и укрепилась. Летали в паре. Случись что с одним- другой придет на помощь.
.. В первых числах мая 1942 г. летчики авиагруппы стали регулярно летать в Крым к партизанам. А 5 мая 1942г. по указанию С.М.Буденого, командующего Южным фронтом, создано отдельное звено «ПО-2» для полетов в Крым. Сюда вошли Молчанов И.И, В.П..Калмыков, Я.М.Фадеев, и С.С.Свинов.
…. После сытного ужина Я.М.Фадеев не торопится из столовой. Он ходит между столами и ссыпает соль из каждой солонки в бумажный кулек, на кухне туго набивает карманы луком. Те, кто знает. Куда он летит, помогают.
- Это в счет перегруза самолета- улыбается Яков Михайлович. Друзья летчики одобрительно хлопают его по плечу. В глубоком тылу голодают партизаны. Щепотка соли, головка лука неоценимы. Не раз видели пилоты как светятся радостью глаза партизана, получающего сверх скудного пайка личный подарок. И удивительное дело: подаренное летчиками идет в общий котел, большая часть идет обессилившим. Наблюдая все это, летчики готовы сделать все возможное, а порой и невозможное.
Сегодня Яков Михайлович открывает новую трассу полетов. До этого путь в Крым пролегал через Керченский полуостров, а теперь надо лететь над морем.
В это рейс идут новые пилоты: И.Шульгин, И.Нижник,И.Тарелкин.
Трудности полета начинаются с вылета. Маленький самолет поикарпова предназначен для полетов на внутренних линиях: перевозки пассажиров, почты. Но война изменила представления о его возможности. И прежде всего- дальности полета- не менее 1100км.. Для этого на «ПО-2» установили дополнительный бензобак от истребителя «И-15».
Заправка бензином при полных баках доходит до 243 кг.
Сто-120кг груза может доставить партизанам каждый самолет. Самолеты снаряжаются на базовом аэродроме в Сочи. От сюда следуют до последней точки фронта- аэродрома Агой. Здесь дозаправляются бензином, получают партизанскую метеосводку и пароль немцев: «я свой».
Тяжело нагруженные самолеты взлетают с аэродрома. Через несколько минут проплывает прибрежная полоса- впереди Черное море. Справа по курсу- Новороссийск, от него надо уходить юго-западней, как можно быстрее. Здесь сильные береговые зенитные батареи противника, много прожекторов. Яков Михайлович набирает высоту. Это делают другие летчики. Все выше и выше над черной пучиной поднимаются ночные птицы, все дальше уходит берег. Над головой бесконечный темный небосвод, много звезд. И внизу звезды, отраженные , но такие же яркие. Создается впечатление, будто летишь в бездну. Пространственная ориентация теряется.
Фадеев бросает взор на приборную доску. Теперь он не верит своим чувствам. Только им, приборам доверяет пилот. Слепой полет длится 5 часов. Летчик смотрит на часы- надо работать- качать бензин. Из запасного бака альвеерным насосом перекачивает горючее. Утомительная долгая работа. Почти весь путь Яков Михайлович занят этим. Работа отвлекает от тяжелых дум , разгоняет сон.
Справа появилась Керчь. Ее видно по огням пожарищ. Город беспрерывно бомбят наши летчики. Впереди Феодоссия. Надо вновь уходить в открытое море. Фадеев хорошо знает плотность огня в этом районе. Но рядом идут новички. Они должны твердо запомнить опасную зону. Легкое движение ручки, и самолет приближается к мысу Киик-Атлама. Буквально через несколько минут полета в небе вспыхивают десятки прожекторов. Торопливо сверкают ярким фейерверком огни на береге, в нервных конвульсиях мечутся лучи по небосводу. И тут же начинает адскую работу зенитная артиллерия. Яков Михайлович удаляется в сторону моря. Определяет местонахождение самолетов, подсчитывает остаток бензина. Справа по курсу появляется светомаяк. Мыс Меганом. Хорошо работает маяк. В любую погоду он действует отлично. Эта немецкая аккуратность очень нужна нашим летчикам. От мыса Хако до мыса Меганом расстояние известно. Время полета – тоже. Легко подсчитать путевую скорость, каждый знает, когда прибудет к месту посадки, сколько остается бензина на обратный путь.
Мыс Меганом служил узловым пунктом, откуда летчики в разных направлениях идут на партизанские «пятачки».
-Первый путь менее опасный: почти нет зенитных точек. Он лежит от мыса Меганом к плато Желябо. Но когда горы окутаны облаками и увидеть «пятачки» невозможно, маршрут лечит через Карасубазар(Белогорск).
- Второй путь – от мыса Меганом к Алуште, где по ущелью выходили на север, в горы, к Бузулуку.
- Третий- к Алуште и Ялте, в горы заповедника.
строки из книжки Евгения Тарасенко «Под крылом самолета»:

…..Около 3 недель они не были на «пятачках» И.Г.Генова. Летали к защитникам Маруха и Клухора. Но видимо положение у партизан стало тяжелым. Молчанов, Калмыков Фадеев освобождены от полетов в горы Кавказа. Вновь переоборудовали самолеты для дальних полетов.
Трогательной была встреча Ивана Гавриловича Генова и партизан с летчиками. Доставлены письма, газеты, продовольствие, а главное- живое слово старых боевых друзей. …
… Очень гостеприимны партизаны. Особенно к летчикам. Но и для них у них нет времени.Коротка ночь. Быстро разгружены самолеты. На борт внесли раненых, больных. Партизаны прощаются. И вот уже Пузакин, начальник партизанских аэродромов, сам дает старт. Самолеты уходят на базу. Последним взлетает Фадеев. С ним Михаил Мац, бортмеханик недавно сгоревшего «ТБ-3», и партизан Василий Иванович Филиппов.
Вернувшись на базу в Сочи, Калмыков ожидает Фадеева. Ждет до утра. В эту ночь Я.М.Фадеев на базу не вернулся. Запросили утром у партизан. Оттуда подтвердили вылет в 00,30.Это сообщение вовсе расстроило Василия Павловича. Он тяжело переживает потерю своего друга. Весь день не находит себе места. Не может успокоиться ни на минуту. Как долго тянется этот августовский день! Калмыков днем летит на площадку Агоя. Под самые пробки заправляет бензин. Не мог погибнуть такой летчик! Он жив.
Невесело встретил Иван Гаврилович Генов Калмыкова. Обмякший, с затуманенными слезами глазами, он стоит перед Василием, опустив голову. Будто в случившемся виноват он сам. Иван Гаврилович как то особенно, по-отечески был привязан к этим 2 –ум молодым и бесстрашным летчикам, верил в них. И вдруг, одного не стало.
-Не может быть, Вася,- обнимая Калмыкова, говорит он.- Яшу будем искать. Живым или мертвым- найдем!
От этих слов партизанского командира стало легче на душе. Весть о пропаже летчика молнией облетает партизан. Знают, что Василий Калмыков третью ночь летает из отряда в отряд, ищет друга. Василий побывал на «пятачках» от Старого Крыма до Ялты.
-Инспекторская проверка,- шутят в отрядах.
Да, на такое может решиться только настоящий друг. Последнюю ночь Василий проводил в отряде Г.С.Северского, в заповеднике. Но и здесь не оказалось Яши. Тяжело бредет Василий к самолету, внесли 2-х больных партизан. Время шло к полуночи, когда он приземлился на «пятачке» Генова.
Из-за деревьев вышел И.Г.Генов. Свет костра на минуту озарил его светлые с лукавой искоркой глаза, он довольный, улыбается. Широко расставил крепкие руки, обнимая летчика. –Жив, Яша!- закричал командир.
В землянку Вася не вошел, а влетел. –Яшка! Я знал… Искал тебя!!!
-Вася! Друг!- спасибо!
Быстро заправили баки. Внесли лежавших под крылом раненых партизан. Василий порулил к старту. Филиппов и Мац знали, что Яша прилетит за ними….. В пути Фадеев рассказывает, что случилось с ними. В ту ночь он вылетел последний. Мощные кучевые облака, висевшие с вечера над горами в районе Алушты, к этому времени сплошной завесой укрыли и море. Тут они ещё опаснее. Яков Михайлович летит не по морской трассе, им же в первые проложенной, а над Крымским п-овом: перейти линию фронта- меньший риск, чем пробиться через грозовое облако. В районе Старого Крыма обстреляли зенитки. Вторя им , «заговорила « другая батарея. Прямым попаданием в мотор, разбит 3 цилиндр. Теряя скорость самолет летит со снижением. И еще не понимая, что произошло, по интуиции, летчик перекрывает подачу горючего. Глохнет мотор, в самолете становится тихо, только ветер свистит в стойках крепления крыльев. Высота 1500,- можно еще тянуть 5-6 км. Второй раз в этом месяце приходится бороться за жизнь В.М.Мацу. Но не теряется бортмеханик, он тянется к кабине летчика, диктует скорость, высоту:
-Скорость 120,высота1300
-Скорость 120,высота 1000
-Скорость 110,высота 800
Теперь Яков Михайлович все внимание уделяет осмотру местности. Чернеют ущелья, высятся громады скал. Кругом лес. Вон там кажется он гуще и ровнее…
-Скорость 80,высота30
Самолет задирает нос. В ту же секунду раздался треск. Верхушки огромных сосен рванули перкаль, застряли в элеронах. В одно мгновенье от самолета остался только центроплан. Люди пришли в себя на земле. Сосны не тронули кабину. Самортизировав падение, они отпустили ее к земле.
Сколько же мужества и умения надо вложить в такую посадку! Сорентировавшись на местности, выяснили, что до площадки Генова более 100 км. И.Филиппов знает эти места, теперь он за штурмана. Точно по маршруту , наложенному на карту идут спутники Филиппова. Идут ночами. Днем, укрывшись в чащобах, отдыхают. Как-то ночью, вышли на картофельное поле. Заночевали. Печеная картошка подкрепила силы. К концу пятых суток дошли до базы Генова, где их нашел Калмыков.
Прошло несколько дней. Фадеев хорошо отдохнул. В боевых буднях скоро забылась авария. Но сегодня у Василия и Яши печальный вид. Молча сидят на краю обрыва. Кидают камешки. Бульк, бульк… Грустят. Василий встает первым, протягивает руку. -Держи, дружище… Яша обнимает друга. Василий будет летать на восток, к защитникам Кавказа. Яков- в Крым, на «пятачки».
Только 2 самолета оставили для полетов в Крым.- Фадеева и Молчанова. Очень напряженная обстановка на фронтах. В августе 1942г., немцы пытались прорвать оборону на Тереке, овладеть Малгобеком и нефтян.промыслами, далее по Алхан- Чуртской долине пробиться к Грозному,- шли ожесточенные бои. Туда улетел и Молчанов. Третий день подтверждения от партизан о посадке Молчанова. Наконец к вечеру партиз. рация сообщила: « Молчанов не может вернуться: нет горючего.» Фадеев понимает, вся надежда на него. Загрузив 5 бидонов с горючим, вылет. Пять часов туда, 5 обратно. Крым неприветлив. Вот и мыс Меганом. Хмурятся облака над морем. Огромные ,косматые, они опускаются до самой воды. В такую погоду над морем идти нельзя. Летчик берет курс на горное плато. Льет дождь, самолет сильно болтает. Сплошная облачность как из ведра. Над Карасубазаром (Белогорск) появились просветы: Ура!!,- торжествует Фадеев. А вот и площадка. Пока заливали горючее в самолет Молчанова, поступил приказ вылететь на площадку Северского, доставить его в штаб, к Генову. Непогода настигает Якова Михайловича в горах. Облачность прижимает к вершинам утесов. А тут еще арт.обстрел. Близко рвутся снаряды. В памяти поплыли картины недавней аварии: кабина на земле… полусырая картошка….. Сильный удар по самолету, и снова лес.. Судьба хранит смельчака! Самолет зависает в 5 метрах от земли, запутавшись в ветвях, как муха в паутине. Порвана перкаль, поломаны лонжероны. Кровь сочится из рассеченных губ, бровей, заливает глаза. Но летчик не обращает внимания, сидит без движения. Наконец, очнувшись, спускается по ветвям на землю. Под утро, когда стало сереть, Яков Михайлович находит площадку Генова. И.И.Молчанов на «пятачке». На следующую ночь Молчанов увез Фадеева в Сочи.
На фото: второй слева И.Г.Генов и партизанские летчики. Справа Фадеев Я.М.

В канун отъезда Емельяненко В.Б. с Астрахани, Фадеев с женой появились в номере гостиницы «Лотос». Ходил Яков Михайлович тяжело, делая частые остановки.
-Помню езе такой случай,- Было это 13 октября . Прилетели с Молчановым к партизанам, сели на Караби-Яйлу, разгружаемся. Ночь светлая, на небе ни облачка, какие рисуют на иконах. Штиль такой, что воздух не шелохнется и будто звон стоит. Мы уже договорились к вылету с ранеными. В ту ночь ждали еще ЛИ-2, на котором должен был улететь Северский, а он был в эту ночь на Малой площадке, оттуда пехом добираться часа три. Партизаны просят: Товарищ Фадеев, слетай на Орта- Сырт, привези сюда Северского. –«Будет сделано!»- говорю. Взлетел, развернулся на Орта- Сырт. Смотрю, а над Голубиной балкой серебристое облачко возникло и встало на пути. Хотел обойти, а оно вроде отжимает меня в сторону. Тогда решил его легонечко проткнуть. Вошел в облачко, почувствовал сильный удар, и дух из меня вон! Очнулся под дождем часов через 5 после взлета. Сижу в кабине меж вековых деревьев, а крыльев нет и хвост отлетел. Голова болит, руки не поднять. Где я? Озираюсь по сторонам и глазам свои не верю: на бугре выше меня, стоит самолет Молчанова. Он оказывается, тоже на Орта- Сырт прилетел, поднял на ноги партизан, те нашли меня только к вечеру. В лагере Молчанов меня не сразу узнал. Был я весь в масле, оборванный, лицо перебинтовано тряпьем…. На следующую ночь он доставил меня с Северским в Сочи, и там я оклемался… Это был последний полет к Крымским партизанам.
К этому времени сложные полеты в горы освоили летчики 8-го отдельного полка ГВФ, к исходу 1942г. к обеспечению крымских партизан начала привлекаться транспортная авиация, а затем 8 – й полк улетел на курское направление.
После того , как дед летал к Крымским партизанам в качестве командира звена 5
воздушной армии на Южном фронте , ему довелось полетать и на других фронтах:
С 19 октября 1942 года по 22 марта 1943 года в 8-м отдельном авиаполку ГВФ 5 воздушной армии Закавказского фронта , в качестве пилота.

В первой половине ноября 1941 года Крым, за исключени­ем Севастополя, был захвачен фашистскими войсками. С пер­вых же дней оккупации на полуострове начали создаваться партизанские отряды. Действовали они в очень сложных условиях, постоянно нуждаясь в помощи Большой земли.
Самолёты с боеприпаса­ми, продовольствием, медикаментами и другими гру­зами сначала летали из Крас­нодара, затем, с января по май 1942 года, еще и из Керчи. Позже, когда фронт стал уда­ляться от Крыма, они летали из Сочи.
На рейсы от Керчи и Крас­нодара горючего в баках хва­тало в оба конца. Но рассто­яние увеличилось, и летчики вынуждены были брать с со­бой запасные канистры с бен­зином. Пока партизаны раз­гружали самолет, пилот успе­вал залить горючее в баки. Но произошел однажды случай, заставивший пересмотреть схе­му полетов в Крым.
В ту ночь летел к партизанам пилот Яков Фадеев. На борту самолета находились предста­витель подпольного обкома партии и командир одного из партизанских отрядов. Благо­получно долетели в район расположения партизанского аэродрома и уже шли на по­садку, как вдруг увидели, что на посадочной площадке идёт бой: в темноте были отчетливо видны разрывы гранат, пунк­тиры трассирующих пуль. О посадке не могло быть и ре­чи. Запасной площадки не бы­ло. Бензобаки почти пустые. Приземлиться где-нибудь в крымской степи, не зная мест­ности, да еще ночью — значит идти на верную гибель. И Фа­деев решает воспользовать­ся… вражеским аэродромом.
Ближайший из них был у Семи Колодезей. Но и там сесть не удалось: взлётное по­ле было освещено прожекто­ром, и в воздух почти беспре­рывно взлетали бомбардиров­щики. Аналогичную картину пришлось наблюдать на аэ­родромах Семисотки и Багерово. Оставалась последняя на­дежда — сесть в Марфовке. К счастью, здесь было тихо. На небольшой высоте, почти бес­шумно, «кукурузник» летит вдоль шеренги «хейнкелей» и «мессершмидтов» и благопо­лучно садится в центре поля. Фадеев вставляет лейку в гор­ловину бака, пассажиры пода­ют ему канистры с горючим. И вдруг в небо взлетает освети­тельная ракета. Где-то, кажет­ся, совсем недалеко захлебы­вается от лая овчарка. Начи­нается беспорядочная стрель­ба. Как видно, фашистская служба противовоздушной обороны сообщила, что в сторону аэродрома прошел советский самолет, и теперь зенитчики лихорадочно ищут его в небе. Лучи прожекторов не сколько раз скользнули и по взлетному полю, но гитлеровцы самолет так и не заметили. Последняя пустая канистра с грохотом падает на бетонку.

- Представляю физиономии фрицев, когда они утром обнаружат этот «трофей», — сказал своим спутникам Фадеев, забираясь в кабину.

Взлетели. Самолет снова летит, чуть не задевая крыши ангаров. Вслед слышна стрельба. Но поздно. Опасная зона уже позади. В Сочи возвратились благополучно. Но после этого слу­чая летать с канистрами в Крым запретили. Вместо них на каждом самолете установили дополнительные баки.
По данным штаба Крымского партизанского движения, время с ноября 1941 по апрель 1944 года к партизанам окку¬пированного фашистами полу¬острова было совершено 711 самолето-вылетов, доставлено 725 тонн грузов, заброшено в отряды народных мстителей и вражеские тылы свыше 500 военных специалистов, развед¬чиков, радистов, вывезено на Большую землю свыше 1300 раненых и больных партизан, 545 человек гражданского на-селения, скрывавшихся от ре¬прессий гитлеровцев. Добрая половина всего этого сделана в ту пору, когда на крымские партизанские базы наши са¬молеты летали из Сочи.
Начальником Сочинского аэродрома в военные годы был Сурен Суренович Демерчян, который ещё в 1930 году по призыву «Комсомол – на самолёты!» окончил Одесскую школу военных пилотов и стал лётчиком-инструктором.
- Каких трудов, какого мужества стоили нашим летчикам ночные рейсы к партизанам Крыма! - вспоминал Сурен Суренович, - летали почти вслепую. Ничего, кроме магнитного компаса, у пилота не было. Никакой радионавигационной аппаратуры. В воздухе на ПО-2, этих фанерных тихоходах, приходилось находиться почти восемь часов. И всё время над морем.
Самолёты По-2, второе название - У-2 («учебный второй») были созданы ещё в 1928 году для о обучения в аэроклубах и лётных школах. Это был биплан из сосны и фанеры, для его обшивки использовался перкаль – хлопчатобумажное полотно, пропитанное авиалаком. Весил порожний самолёт 650-750 кг, а его скорость была 100-120 км/ч. Самолёты имели две открытые кабины, во вторую кабину ухитрялись помещать двух раненых, а ещё самолёт мог перевозить двух человек в подвесных гондолах под крыльями.


http://sochived.info/aerodromyi-sochi/

17апреля1945года дед получил награду за «оборону Кавказа»

Высокую оценку дед получил от Крымских партизан, ему был вручен памятный знак: «партизанВОВ»

В 35-летие победы над немецко-фашисткими войсками был выдан юбилейный знак:
Последнее место работы Якова Михайловича- Астраханский аэропорт.
. На фото ниже, Фадеев Я.М. крайний справа.

[ Изображение на стороннем сайте: 663d4f54d50c.jpg ]


[ Изображение на стороннем сайте: df7b11d00219.jpg ]