И это все о них. ШТЕЙНГЕЛИ.

Ирина Зенцова: «Легенды о бароне Штейнгеле мне рассказывали с детства»

В последней книге из серии «Усадебное наследие Кубани», в которой речь идет о семье и имениях баронов фон Штейнгель, содержится немало фотографий и сведений, собранных жительницей города Новокубанска Ириной Зенцовой.

Эти материалы помогли авторам книги более полно и интересно рассказать об имении «Хуторок», которое в то, дореволюционное, время гремело на всю Россию. Мы побеседовали с Ириной Зенцовой о тайнах поместья баронов Штейнгелей, о которых она слышала с детства:
— Еще три год тому назад я и не подозревала, что начну серьезно заниматься историей наших мест и в частности баронами Штейнгель. Помню, как в детстве часто просила бабушку рассказать о баронах, какие они были, кто у них работал. Она хоть и рассказывала о том, что знала, но очень нехотя.

Это и понятно. Нюра – Анна Ковалева — была из первых комсомолок Хуторка. А ее муж Яков одно время даже возглавлял хуторскую комячейку. Но в начале белоказаки зарубили брата ее мужа, Григория Щербину, а затем разделались и с Яковом. Кулаки избили его так, что он через некоторое время скончался от побоев. Видимо тяжело ей было все это вспоминать, вот и отговаривалась мимолетными рассказами о том времени, но в основном о своей комсомольской юности.
3. Внуки Ирины Зенцовой пяти и семи лет с удовольствием рассказывают, кто такие бароны Штейнгель. Они с радостью раскапывали с бабушкой остатки былого дворца в парке «Хуторка», когда там проводились ремонтные работы, и восхищались старинным куском стены, случайно выкопанном ремонтниками (фото из личного архива Ирины Зенцовой).

Однако видя мое рвение и желание знать больше, водила меня к знакомым женщинам, которые работали у Штенгеля (так его называли в народе) горничными, прачками… Мне было тогда лет 10-12.

Конечно, дословно я сейчас не помню их рассказы, только урывками: «Были большие окна, которые постоянно мыли…», «барон был не строгий и не наказывал сильно…», «баронесса помогала уж сильно бедным многодетным семьям, где нечего было даже есть…». Вот что осталось в моей памяти. И никто не заботился тогда о бароновском доме, который при желании можно было восстановить. «Мир – хижинам. Война — дворцам» — в те времена этот лозунг принимался всеми на «Ура!».

Я стала взрослеть, появились другие интересы. Запретная тема сама собой отошла на задний план. Да и боялись люди говорить об этом. Однако недавно познакомилась с одним человеком, с которым нас объединила «бароновская» тема. Он рассказал, что у его бабушки в доме были ценные бумаги, оставшиеся от Штейнгеля с гербовыми печатями, якобы очень важные и секретные. Она всю жизнь прятала их на чердаке и очень боялась, что кто-нибудь увидит. Но бабушка умерла, внуку вовремя не сообщили, а соседка, которая за ней ухаживала, просто взяла и сожгла эти не нужные ей документы.

Стоит отметить, что временами бабушка все же радовала меня таинственными байками. Рассказывала то про клад барона, который случайно нашли в подполье, то про найденную замурованную комнату в подвале дома, в которой хранились мебель и утварь, якобы для внебрачной дочки Штейнгеля из г. Армавира, и про пять сосен, растущих за курганом и посаженных бароном и баронессой: они символизировали барона, баронессу и троих их детей. Кстати, клад действительно был и даже очень не маленький.

А еще я всю жизнь живу в домах, построенных бароном. Мой первый дом находился на ул. Ленина, 32, где проживали работники усадьбы. Второй дом — на Ленина, 1. До революции в нем жили акцизный директор и главный инженер винокуренного завода. Сейчас он расселен и стоит заброшенным. В настоящее время живу в бывших бароновских конюшнях по ул. Московской, а вернее — в здании бывшего государственного конного завода барона В.Р. Штейнгель.

Вы не представляете, какими интересными для нас в детстве были бароновские подвалы и чердаки! Сколько рассказов, легенд связано с ними. Словами не передать ту таинственную атмосферу старины, которая всегда окутывает эти постройки.
Прошли годы, выросли дети, родились внуки, и уже на пенсии я стала вновь интересоваться волновавшей когда-то меня темой. Конечно, без Интернета здесь не обошлось. Вначале нашла немного сведений, но и это меня очень увлекло и вдохновило! Со временем проявился такой поток информации, что просто не могла сидеть, сложа руки. На радостях стала писать статьи в соцсетях, собирать и выставлять снимки, покупать старые книги и фотографии на эту тему. Люди тоже начали мне помогать. Они так заинтересовались нашей стариной, что стали рассказывать о своих родственниках, работавших у барона, пересказывать их воспоминания, присылать касающиеся баронов фотографии из семейных альбомов. В общем, все это привело к тому, что однажды я позвонила доктору исторических наук, профессору Н.А. Гангур и рассказала, что уже просто не могу «сидеть» на такой горе документов и артефактов, касающихся семьи Штейнгель.

Я очень благодарна Наталье Александровне, что она меня внимательно выслушала и вдохновила меня на новые поиски недостающей информации о бароне и его близких. Так мы стали время от времени общаться, а затем наступил тот день, когда она позвонила мне и предложила участвовать в написании книги о баронах фон Штейнгель и их усадьбе «Хуторок». Для меня это был праздник! Имея массу документов, архивных данных, снимков, я все же не решалась самостоятельно начать писать собственный материал. Да оно и понятно: кроме школьных сочинений и писем мне никогда не приходилось выкладывать свои размышления на бумагу. Я начала отбирать и передавать нужный материал, который помог в написании и издании такой интересной и важной для меня книги.

Летом прошлого года Наталья Александровна и Дмитрий Иванович Гангур, а с ними их преданный помощник Наталия Владимировна Борщакова, приезжали в «Хуторок». Мы тепло встретились, прошлись по парку, посмотрели больницу, обновленную бывшую школу, винодельню барона. Дмитрий Иванович сделал много фотографий. В объектив попали и мы. Вот таким был мой путь от заинтересованной девочки до любителя-краеведа, чья помощь и исследования помогли возродить историю наших мест.

Сейчас мне приятно, что мои внуки пяти и семи лет с удовольствием расскажут, кто такие бароны Штейнгель, как звали детей Рудольфа и что он построил, где жил Владимир и как именно располагался бароновский дом. Они с радостью раскапывали со мною остатки былого дворца в парке «Хуторка», когда там проводились ремонтные работы, и восхищались старинным куском стены, случайно выкопанном ремонтниками. Еще один подарок нас ждал в кустах кургана. Там сохранилась предположительно часть забора бароновских времен. Нашли мы и осколки старого бутылочного стекла, и куски облицовочной плитки… Ну чем не клад!

Сейчас, когда я предлагаю внукам рассказать на ночь сказку, они мне говорят: «Бабушка, расскажи лучше о бароне Владимире Штейнгеле и его детях». Я улыбаюсь, потому что верю, что наша история в надежных руках.
https://novokubansk.bezformata.../91694277/

RinaZ написал:

[q]

Среди жителей Карагача было много убитых и раненных, в том числе глубокие старики, а уцелевшие были вынуждены искать убежище в других осетинских обществах, за пределами Осетии и России. Был среди них и П.Л.Штейгель.

[/q]

Ни за что не поверю, что барон жил в глухом осетинском селе в горах. Это полный абсурд. Такого априори не может быть. Возможно, имел там дом для каких-то целей. Но чтобы проживать...Это курам на смех. И покинул он Осетию не в связи с событиями в селении Карагач, а по той причине, по которой эмигрирвоали все другие из всех частей Российской Империи.

P.S. Проживаю в Осетии, давно увлекаюсь краеведением, имею также интерес к представителям рода Штейнгель, связанных с Владикавказом.

Дела Департамента Морского Министра
№ 4435
1811 г.
...
По разъяснению недоразумений , возникших между главным командиром свеаборгского порта вице-адмиралом Саблиным и главнокомандующим в Финляндии генерал-лейтенантом Штенгелем, по поводу самостоятельного распоряжения Саблина об отправлении, для необходимых рекогностировок, нескольких судов из Паркалаутского отряда, не подведомственного ему, Саблину (с приложение копии с предписания по этому предмету Военного министра).
...
Источник:
Описание дел архива Морского Министерства за время с половины XVII до начала XIX столетия. Санктпетербургъ. Том 09. 1902. С. 728.

Дела Департамента Морского Министра
№ 4482
1812, 1813, 1815.
...
По пересылке адмиралу Тету и командующему войсками в Финляндии генерал-лейтенанту Штейнгелю Высочайшего повеления об исполнении ими распоряжений наследнаго принца шведскаго по "известной им экспедиции"; ...
...
В числе документов находятся:
1812 г.
...
- мая 20, секретное отношение Морского министра (копия) к командующему войсками в Финляндии генерал-лейтенанту Штейнгелю, с объяснением Высочайшего повеления, чтобы все относящееся к амбаркированию войск иметь в совершенной готовности, но не приступать к самому амбаркированию без особого на то повеления...
...
- июня 16 и 17, письма Морского министра (копия), генерал-лейтенанту Штейнгелю и адмиралу Тету, с объяснением Высочайшего повеления о том, что время отправления "известной экспедиции" должно зависеть от повелений наследного принца Шведского, ...
...
Содержание указов и резолюций Его Величества, собственоручных и за подписанием:
...
- июля 2, ... Штейнгелю...
...
Августа "_", ... на имя генерал-лейтенанта Штенгеля...

Источник:
Описание дел архива Морского Министерства за время с половины XVII до начала XIX столетия. Санктпетербургъ. Том 09. 1902. С. 774, 775 - 776.

>> Ответ на сообщение пользователя Klim2018 от 5 августа 2022 13:32

Здравствуйте!
Благодарю за информацию по баронам. О Ф.Ф.Штейнгеле у меня тоже есть информация, но пока у меня достаточно работы по баронам "Хуторка", да и эта часть рода мне ближе. На фото усадьба Ф.Ф.Ш.
С уважением, И.З.