Толбузины Монастыревы

у Василия Юрьевича Березуйского сыновья
Иван и Василий,
у Ивана Васильевича сын Василий Иванович, уб.1378



отчество Юрия. отца Александра, вероятно, не Федорович,
а , возможно, Константинович (если сын Юрия Констанстиновича и внук Константина Ростиславича)

Федор Святославич Вяземский и Дорогобужский, чьим меньшим братом Юрий записан, в Бархатной книге указан как брат Юрия Святославича , в.кн. Смоленского (последнего- до 1404 г), у которого сын Федор Юрьевич (в 1413 г. в Констанце на суде над Яном Гусом).

Где-то здесь и зацепка:
составитель Бархатной книги не разобрался в повторяющихся сочетаниях имен-отчеств и родственных связей представителей различных линий смоленских княжат

стоит смотреть Юрия Святославича, как меньшого брата Федора Святославича из линии князей Вязеских и Дорогобужских (в 1301 г. кн.Андрей (Михайлович) Вяземский защищал Дорогобуж, т.е. княжество единое Вяземское и Дорогобужское, в 1380 г. погибли 4 князя дорогобужских - и Дорогобуж перешел к Твери)

Мария Васильевна, княгиня Ярославская
В ранних источниках - Анастасия Васильевна
Годы правления: 1257 - 1261
Отец: Василий Всеволодович
Мать: Ксения
Муж: Федор Ростиславич Черный

Единственный сын Василия Всеволодовича (Василий Васильевич) , судя по всему, умер младенцем, и Мария осталась единственным ребенком князя. Даже если Константин Всеволодович действительно существовал и погиб в 1257 г., Мария была еще ребенком. По существовавшему тогда обычаю Ярославль должен был остаться в пожизненное владение Ксении, вдове Василия. По ее смерти ростовский князь, ближайший по старшинству родственник Василия, должен был выдать Марию замуж, а затем забрать Ярославль себе. Однако по какой-то причине этого не произошло, и Ярославль перешел во владение Марии. Пока она была ребенком, за нее правили бояре и княгиня-мать Ксения. В 1261 г. Марию выдали замуж за смоленского князя Фёдора Ростиславича, который формально занял ярославский стол. Однако Фёдор был сильно увлечен интригами в Орде, а влияние Ксении было слишком велико, поэтому она так и продолжала править Ярославлем от имени зятя и дочери. Во время очередного пребывания в Орде за Фёдора посватали ханскую дочь, несмотря на наличие живой жены. Впрочем, Мария вскоре умерла, и Фёдор смог вторично жениться.

дочери: старшая — жена Давида Константиновича галицкого,
младшая — жена Михаила Глебовича белозерского,
сын Михаил

В 1239 году князь Василий Всеволодович впервые отправился вместе с дру­гими князьями в Орду «про свою отчину», то есть для того, чтобы получить от хана утверждение на Ярославское княжение; он был отпущен, по свидетельству лето­писца, ханом Батыем «с честью». Позже Василий Всеволодович еще несколь­ко раз ездил в Орду: в 1244 году с Владимиром Константиновичем, князем углич­ским; в 1245 году вместе со своим дядей великим князем Ярославом Всеволодовичем. По возвращении из последней поездки к хану он женился на княжне Ксении. У них было двое детей — дочь Мария и сын Василий , умерший малолетним.

Василий Всеволодович , князь Ярославский , сын Всеволода-Ивана Константиновича, первого князя Ярославского, от брака с Ольгой Олеговной Курской; род. 1229 в Переяславле-Южном, наследовал отцу 1238, ум. 8 февраля 1249; память его совершалась 3 июля; жена 1245 Ксения, от которой имел единственную дочь Марию, замужем за Федором Ростиславичем Черным, князем Можайско-Ярославским.

Не была ли его младшей дочерью Анастасия , тело которой погребено в Ярославле?

Хмыров М. Д. Алфавитно-справочный перечень
удельных князей русских: А-И СПб., 1871

severinn


Добрый вечер,

Кузьмин оспаривает родство Юрия и Федора Святославича.
пока сведения про бабку Александра Монастыря тоже не стыкуются с историческими сведениями.

Не менее интересна судьба смоленского по происхождению рода Монастыревых. История землевладения и переход вотчин этой фамилии в распоряжение Кирилло-Белозерского монастыря подробно разобраны в трудах А.И. Копанева и С. Б. Веселовского65. По источникам хорошо известно, что во второй половине XIV в. Монастыревы стали активно родниться с представителями московской нетитулованной знати. Они служат великим князьям, в следствии чего теряют свой титул. Однако до этого у них была не менее интересная судьба, о которой до сих пор достоверно мало что известно, так как противоречивая версия А.И. Копанева при самом тщательном разборе родословных источников оказывается несостоятельной.

Дело в том, что А.И. Копанев фактически учел в работе сведения только одной – поздней, третьей (Пространной) редакции – росписи Монастыревых. Она была ему известна по тексту родословной, открывавшей приписные главы к Румянцевской редакции родословных книг (40-е гг. XVI в.), а они возникли не ранее 60-х гг. XVI в.66 Между тем, данные двух других редакций росписи Монастыревых, сохранившихся в большинстве списков редакций – 43 главы с приписными, Компилятивной, Патриаршей, редакции в 81 главу, им для исследования привлечены не были. Поэтому А.И. Копанев не смог проследить ни развитие, ни трансформацию легенды о родственных связях Монастыревых с княжескими семьями Северо-Восточной Руси в XIV в.

Между тем, в первой (Краткой или Сокращенной?) редакции росписи Монастыревых, размещенной в списках редакции в 43 главы с приписными и Компилятивной, кроме записи о выезде из Смоленска, нет ни слова о степени родства этой фамилии с правящей в Москве династией. Здесь находится лишь информация о браках дочерей Д.А. Монастырева († 1378).

Более подробны Патриаршая и близкая к ней редакция в 81 главу. Они содержат вторую редакцию росписи Монастыревых. Здесь находится подробный рассказ о родственных связях фамилии с великокняжеской семьей, но не в том ключе, как это дано в Румянцевской редакции. В одном из списков росписи отмечается: «А у княз Федора С[вя]тославича брат был меньшои княз Юрье, а женился, взял за себя княз Васильеву дочь Ярославского. А у княз Юрья сын Олександр и после отца своего купил вотчину на Белеозере у княз Федора да у княз Романа. А жил княз Олександр Юрьевичь у бабки своеи у княгини Настасьи Ярославскои в монастыре, и потому и прозвали ево Олександръ Монастырь»67. Итак , оказывается , что первоначально в двух редакциях росписи Монастыревых нет ни слова о родстве с семьей белозерских князей. Более того, именно Александр Юрьевич, а не его бабка Анастасия покупает для себя вотчину у белозерских князей. Его прозвище вызвано не тем, что он был вскормлен в монастыре, а тем, что Александр позднее здесь жил сам. Таким образом, казалось бы стройная версия А.И. Копанева в ряде деталей по данной редакции росписи Монастыревых не находит подтверждения. И это неслучайно, ведь исследователь при работе с источниками сделал ряд весьма спорных отождествлений. Так, по мнению А.И. Копанева, княгиня Анастасия была женой князя Василия Васильевича, который умер после 1375 г., но до Куликовской битвы 1380 г. Однако, такой вывод не подтверждается источниками. На самом деле, князь Василий умер не позднее 1391 г. Правителем Ярославля в это время впервые был назван его сын Иван68. Поэтому незаслуженно отвергнутое А.И. Копаневым родство Василия Давыдовича Ярославского († 1345) и Ивана Калиты, как о том упоминает Комиссионный список середины XV в. младшего извода Новгородской I летописи, остается в силе69. Впрочем, источники знают Евдокию († 1342), а не Анастасию70. Следовательно, последняя не была женой Василия. Поэтому из всех ярославских князей на выбор остаются лишь двое, либо сын Всеволода Константиновича Василий († 1250), либо его внук Василий Васильевич.

Определенные сомнения вызывает и предложенная А.И. Копаневым реконструкция родственных связей Монастыревых с белозерскими князьями. Если Феодора-Феодосия – жена Федора Романовича, как на том настаивал исследователь, то у нее не могло быть сыновей по имени Федор и Роман, продавших земли Анастасии. А.И. Копанев оставил без внимания факт, что в данном случае речь идет о князьях, правивших на Белоозере в первой трети XIV в. С такими именами в это время в Северо-Восточной Руси действуют лишь дети Михаила Глебовича († 1293). Этот князь был женат на дочери ярославского князя из смоленской династии Федора Черного71. Если родословная Монастыревых не путает имен, то выясняется, что ее звали Феодорой. Правда, такое же имя носила и жена князя Глеба Васильковича. Никакого отношения к Феодосии († после 1389), дочери Ивана Калиты, она не имела72. Итак , оказывается , что отцом Александра Монастыря , если и был Юрий Святославич , то он точно никак не мог быть братом дорогобужско-вяземского князя Федора73 . У последнего, согласно харатейному синодику московского Успенского собора, известны братья Иван, Михаил и Глеб († 1340)74. Однако данный источник ничего не знает о Юрии. Это весьма странно, если он , действительно, брат Федора Святославича и родственник великокняжеской семьи, но вполне объяснимо, если данного родства не было. Реальный Юрий , отец Александра Монастыря жил в конце XIII в. – начале XIV в., т.е. на несколько десятков лет раньше, чем это считал А.И. Копанев75. Появление этого выходца из Смоленска на Белоозере, возможно, обусловлено родством Юрия с князем Федором Черным, а, следовательно, и его зятем Михаилом. Таким образом, можно прийти к следующим выводам:

к образованию вотчин Монастыревых на территории Белозерского княжества в первой трети XIV в. Иван Калита и его дочери никакого отношения не имели;
составители первоначальной родословной легенды фамилии ничего не знали о земельной сделке предков Монастыревых;
составители второй редакции, очевидно, использовали какой-то документ из семейного архива (купчую грамоту на землю?), где не было ни слова о княгине Феодоре и ее родстве с Иваном Калитой; сюда вписывается лишь летописное известие о втором браке Семена Гордого; при этом предок Монастыревых – Юрий Святославич – становится под пером автора данной редакции росписи родным братом тестя великого князя – Федора Святославича.
составители третьей (Пространной) редакции росписи несколько изменяют характер ее информации, покупателем становится не Александр Монастырь, а его бабка Анастасия, причем у последней появляется сестра Феодора, мать князей Федора и Романа.

В некоторых источниках упоминается Анастасия Федоровна (Ксения) – княгиня Ярославская (память 29 октября), сестра князя Михаила Федоровича –
видимо, было зафиксировано ее местное почитание, но уточняется, что открытие мощей в 1692 г. не состоялось .

Возможно что богоугодная княгиня Анастасия - это дочь Марии Васильевны Ярославской и Федора Ростиславича ??

Возможно Анастасия Ярославская (которую Экземплярский считал дочью Василия Всеволодовича или сестрой его жены Ксении) - на самом деле внучка Василия Всеволодовича Ярославского.
- дочь Марии-(Анастасии?) Васильевны Ярославской и Федора Черного - и сестра Михаила Федоровича (За малолетством его княжеством правили мать и бабка его. Он скончался в отроческом возрасте в 1287 или 1288 г.)

И она подходит на роль матери или бабки Александра Юрьевича Монастыря.

Тогда ее дети ее сестры (Феодоры Федоровны) - князья Белозерские, у которых А.Ю.Монастырь приобрел вотчину.