Струтинские

Пример разборов шляхты - семья Марка Струтынского, служившего в 1802г. Винницким градским субделегатом (дело 6305):

1 декабря 1802 года Винницкий градский субделегат Марк Берлич- Струтынский подал прошение на польском языке, в котором просил внести его с сыновьями Элиашем (Ильёй) Иоспером (Иосифом) в дворянскую книгу Подольской губернии. К прошению прилагались документы, также на польском языке. Депутатское собрание, рассмотрев прошение и прилагаемые документы, утвердило М.Струтынского с сыновьями в дворянстве.
«Дело по прошению, поданному в Подольское дворянское депутатское собрание на простой бумаге. 1 декабря 1802 года субделегатом градским Винницким Марком Берлич Струтынским, написанное не просителем, а Логинским, записано в книгу, называемую синопсиционар.
При сем документы, называемые инструментами:
Выданный земским писарем Брацлавского воеводства Игнатием Кордышем 20 августа 1786 года дворянину Марку Струтынскому на должность вице вице-регента Брацлавского воеводства.
Выданный 17 июля 1789 года подскарбием Великого князя Литовского, генерал- лейтенантом, старостою и кавалером, князем Станиславом Циолен Понятовским дворянину Марку Струтынскому на уряд Винницкого градского субделегата.
Все эти документы явлены в актах Винницкого градского суда. Свидетельство дворян, выданное 13 сентября 1802 года субделегатору градскому Винницкому Марку Берличу Струтынскому, сыну Ивана, внуку Василия, что он по предкам происходит из дворян – это свидетельство явлено в 1802 году в актах Подольского дворянского собрания.
Дворянский посемейный список, составленный в 1802 году Винницким уездным предводителем дворянства, находящийся ныне приделе в копии, заверенной секретарём собрания. В котором показан заседатель Брацлавского уездного суда Марек Струтынский с сыновьями Элиашем и Иоспером.
Поколенная роспись :
Василий – Иван – Марк 56 лет (Марк – сын Ивана, внук Василия и правнук Валентия)
Жена его Марианна из Зуксурницких 40 лет
Сыновья Марка: Элиаш 18, Осип 8
1744 года апреля 25 дня метрическая выпись Зерковецкого костёла о крещении младенца Марка, сына дворянина Ивана и Янины Струтынских, супругов. Явил настоятель Винницкого Градского суда 19 июля 1779г.
Перевёл с польского Игнатий Кордеш, земский писарь Брацлавского воеводства».

Заключение дворянского депутатского собрания: « Депутатское собрание, по рассмотрению этих документов находя, что таковые составляют достаточное доказательство на дворянство, заключило резолюцией, а по оной 4 декабря 1802 года – определение, 5 членами подписанное, о внесении сходно 77 статьи той же Грамоты, в 1 часть Родословной книги субделегата градского Винницкого с сыновьями Элиашем и Иоспером, сына Ивана, внука Василия, в следствие чего в таковую записаны».

В 1840г. при очередном разборе шляхты ревизионная комиссия сообщала:
«Комиссии высочайше учреждённой в Подольской губернии для ревизии действий дворянского депутатского собрания
В Подольское дворянское депутатское собрание, 2 марта 1840г.
Ревизионная комиссия по рассмотрению дела №362 о происхождении рода Струтынских определила:
Хотя из дела Струтынских видно, что они представляют в доказательство на дворянство два патента на уряд вицерегента и сублегата, служащие просителю Марку, но как они не представляли других доказательств на происхождение от родоначальника Валентия и дворянское собрание упустило в сём случае статью Дворянской грамоты, притом же открылись беспорядки, что оное собрание приняло от Струтынских прошение на простой бумаге, то комиссия, руководствуясь 2 частью продолжения 9 тома свода Законов и приложения №116.
Полагает подлинное дело представить своевременно в герольдию и Собрание уведомить».
То есть, М.Струтынским в 1802г. не были представлены документы по его родству от прадеда Валентия (жившего где- то в середине 17 – начале 18 века) и само прошение написано не на гербовой бумаге. К 1840г. Марк Струтынский уже умер, начали розыск его сыновей, продолжавшийся до 1848г. Выяснилось, что его старший сын Илья умер лет 20 назад бездетным.
« 1848 года февраля 25 дня, тотчас по выполнении присяги, ниже поименованные лица опрошены в присутствии Винницкой градской полиции пристава 2 части и показали:
Все они коренные жители города Винницы, мещане и граждане, у исповеди и причастия Святых Тайн ежегодно бывали, женаты, детей имеют, под судом не были, далее говорят:
Мартин Степанов Якубовский, 60 лет имеет от роду, исповедания римско – католического, гражданин г. Винницы, далее говорит – что дворянина было живущего в г. Виннице Струтынского знал, который женился было на мещанке Старого Места Марии Пожаруковой. Который Струтынский уже назад до 20 лет умер и жена его умерла. И было ли больше рода Струтынских в городе Виннице – о сём должен был знать мещанин Старого Места Артём Пожаруков, но ныне на жительстве в г. Виннице никаких Струтынских нет и где бы могли находиться – не знает.
А за него, неграмотного, подписался дворянин Фома Свицинский.
Мещанин Винницкого Старого Места Артём Иванов Пожаруков: лет имеет 40 от роду, исповедания православного, женат, детей имеет, под судом не был, неграмотен, по ревизии записан между мещанами Старого Места, далее говорит: что отца показателева сестра родная Мария была в замужестве за жительствующим было в г. Виннице дворянином Ильёю Струтынским. Который, как полагаю, будет более как 20 лет назад умер, а жена его тоже, после смерти его в течение года умерла и более рода Струтынских в г. Виннице при них не было, и где бы они могли находиться – показать не может».

Так как о местонахождении младшего из сыновей Иосифа ничего выяснить не удалось, то дело было прекращено и данная ветвь Струтынских в дворянстве не утверждена.

Возможно, что указанный EVGENY Иосиф Струтынский с семьёй, однодворец дер. Босовка, и есть тот исчезнувший младший сын Марка Струтынского.

Вот ещё пример – другая ветвь Струтынских, тоже из Винницкого уезда (бывшего Брацлавского воеводства) Подольской губернии. (д.6269)
В 1802г. они, как и предыдущий род, были утверждены в российском дворянстве.
В 1832г. при разборе бывшей шляхты ревизионная комиссия сообщала:
«По справке оказалось, что определениями 1802 года декабря 18: Семён, Антон с сыновьями Александром и Афанасием, Семён и Афанасий с сыном Иосифом, сыновья Иосифа и Степан сын Ивана, вместе внуки Стефана;
И 1832 года 10 августа: Иосиф с сыновьями Сельвестром и Семёном, Игнатий и Иван -сыновья двуимённого Афанасия Фомы, внуки Иосифа, правнуки Стефана . Иван, Яков и Александр с сыном Иваном - сыновья Антона; Николай с сыном Станиславом, сын Семёна – вместе внуки Стефана Струтынские признаны во дворянстве со внесением в первую часть родословной книги».
Комиссия Подольской губернии утвердила их в дворянском звании, но Киевская центральная комиссия – не утвердила. «Бывшей Киевской центральной комиссии при отношении ея от 13 февраля 1842 года за № 321, препровождены в список исключённых из родословной книги, в котором под № 9 показаны выше означенные Струтынские».
Позднее данные Струтынские были переведены в однодворцы.
В 1858г. представители этой семьи вновь пытались хлопотать о возвращении дворянства. Винницкий уездный предводитель дворянства сообщал: «Усматривая из предъявленной мне записанным в однодворское звание Струтынским выписи с протокола Подольского дворянского депутатского собрания, состоявшегося 1832 года августа 10 дня: что род сей признан был Собранием в дворянском достоинстве. Имею честь покорнейше просить депутатское собрание уведомить меня, какие последовали от времени заключения того протокола распоряжения по делу сказанных Струтынских и не утверждён ли кто из их рода сего в дворянстве Правительствующим Сенатом по Департаменту герольдии».

Подольское губернское дворянское собрание извещало: «10 марта 1858г. о Струтынских
Слушали отзыв Винницкого уездного предводителя дворянства от 11 марта 1858 года за № 268, коим просит прислать ему сведение, как исполнено распоряжение по делу Струтынских, утверждён ли кто Правительствующим Сенатом, о признании которых в дворянстве протокол заключен 10 августа 1832 года.
(л.3) Приказали: об оказавшемся в справке уведомить Винницкого предводителя дворянства, в ответе на отзыв его за № 268».
На этом записи в данном деле прекращаются.

Следующая ветвь Струтынских – из Балтского уезда Подольской губернии (дело 5823)
В деле о их дворянстве 1802г. имеются метрические записи о рождении и родословная роспись, все на польском языке, без перевода на русский.
Из родословной росписи (на польском ) понятно, что родоначальником данной ветви был Jakub (Якуб или Яков), у него было двое сыновей Stefan и Jan (Степан и Иван).
У Стефана был сын Bazyli (Василий). У Ивана – 3 сына: Ян (род. 27 января 1754), Бенедикт (род. 14 марта 1757) и Антон (9 августа 1759)
Антон Иванов сын Струтынский, проживавший на момент 7-й ревизии 1816г. в селе Мижирички Балтского уезда Подольской губернии, ещё в 1802г. был внесён с сыновьями в дворянскую книгу Подольской губернии.
В 1832г. при разборе шляхты в Киев в центральную комиссию было предоставлено следующее свидетельство: «Подольской губернии Балтского уезда жителю села Мижирички Ипполиту Антонову Струтинскому в том, что по забратой в окладах бывшей ревизской коллегии , хранящейся при моей архиве выправке, оказался он записанным по ревизии 1816 года при отце своём, между шляхтою в селе Мижирички, тако: «Антон Янов Струтинский 51, его жена Марьяна 40, их сыны Павел 25, Ипполит 22, Францишек 6, дочь Ульяна 16 лет». По оному и значит, что по определению Подольской дворянской комиссии, состоявшейся 4 декабря 1802 года, фамилия просителя признана во дворянстве, в упреже чего и дано сие с фамильным на обороте списком, за подписом и печатию моими.
11 октября 1832 года
Балтский предводитель дворянства и кавалер (неразборчиво,подпись)
Секретарь Курошинский (подпись)»

В 1832г. Павел Антонов сообщал Балтскому предводителю о своей семье:
" Павел Антонов Струтынский 46 лет
Его жена Матрона 40, его сын Григорий 11 лет
Братья его родные: Ипполит 38 лет, Францишек 22 лет - холостые"
Также была предоставлена роспись этой ветви Струтынских , составленная в 1802г.
"1802г. декабря 4-го
Яков
Ян Яковлев
Стефан Яковлев
Антон Янов (род.1759)
Ян Янов (род.1754) жена Юрчана (род.1775), дочь Юстина (род.1789)"

Дело о дворянстве было утверждено собранием Подольской губернии и отправлено на ревизию в Киев (где, вероятно, утверждено не было).

Следующее дело о дворянстве Струтынских (д.6352)
Данная ветвь Струтынских, именуемая в документах также Струтинскими, начала дело о своём дворянстве позднее прочих Струтынских – лишь в 1820 году.
Подано генваря 24 дня 1820 года в Подольскую дворянскую комиссию
«Губернское правление по выслушиванию сообщения оной комиссии от 19 марта 1820 года за № 107 о признании фамилии Струтинских в дворянском звании, жительствующей Брацлавского повета в селе Клебаны – решения в оной комиссии нет».
И здесь последовал отказ уже на стадии Подольской дворянской комиссии (в то время к утверждению в дворянстве подходили уже гораздо более придирчиво, чем в 1802г). Вероятно, они не сумели доказать своё дворянство по происхождению, не предоставив нужной родословной росписи. Тогда он начали хлопотать о дворянстве по праву владения имением, населённым крестьянами. Представитель этой ветви Струтынских, городовой секретарь Антон Степанов Струтынский предоставил купчую на имение в Тираспольском уезде и сведения о переводе туда купленных в Подольской губернии крестьянах. Также в деле есть любопытные сведения о намерении содержать в купленном имении шинок и винную торговлю (обычно данный промысел был характерен для еврейской диаспоры, бывшие шляхтичи не отличались особой предприимчивостью).
«Определение: хотя Подольская дворянская комиссия уведомляет правление, что в оной фамилии Струтинских, в селе Клебаны Брацлавского повета значащихся, ничего признающего их дворянство не имеется, поелику доставленная Инспекторским департаментом копия свидетельства, доставленная Тираспольским уездным исправником дворянину Ивану Струтынскому значится, яко решение о признании в дворянстве Струтинских в Подольской дворянской комиссии, составленной 1820 года сентября 25 числа. Для того в оную комиссию вновь сообща требовать о деятельности с уведомлением».
Купчая на имение
«Лета 1816 февраля в двадцать четвёртый день помещики, доказывающие дворянство, Димитрий и Клим Васильевы сыновья Новицы продали Антону Степанову сыну Струтинскому во вечное потомственное владение собственную нашу двести десятин землю, состоящую в Тираспольском уезде при речке Валегоцыловской и овраге Плоском, с построенными на оном двумя жителей домами и к тому принадлежащими угодьями, доставшуюся нам по покупке от молдавских дворян Степана и Леонтия Марзиных . Которые земли смежность имеют с помещьичьими землями шляхтичей Кондрицких, Заруцкого казённого имения Валегоцыловой шлободы Перитор.
А взяли мы, Димитрий и Клим у него, Антона, за ту проданную нашу землю с домами и принадлежащими к ней угодьями денег государственных ассигнациями тысячу четыреста рублей. Напред же сего, оная наша земля иному никому не продана, не заложена и у никого ни в каких крепостных не укреплена, за казённые долги и партикулярные ими не отписана . И при отпуске наследует владеть ему Антону и наследникам его тою землёю с домами и угодьями вечно.
А нам, Димитрию и Климу, равно и наследникам нашим, во оную не вступаться, а от вступщиков и просителей, буде таковые случатся, очистка по неуказанию о утайке с договорной ценой, и с тех в казну пошлин. Указ, состоявшийся в 1792 году июля 29 дня, при написании купчей поверенные продавцов и покупщика объявляют в сей купчей : собственность свою двести десятин землю к означенному в сей купчей городовому секретарю Антону Степанову сыну Струтинскому продана за деньги государственными ассигнациями 1400 рублей, и деньги от него все сполна получили доказывающие дворянство Димитрий и Клим Васильевы сыновья Новицы. В том поданном от них доверенностью засвидетельствованием в Тирашпольском уездном суде генваря 14 дня 1816 года руку приложил губернский секретарь Сава Павлов сын Панорин, у купчей свидетелем был титулярный советник Арсений Федосьев сын Мазилевский, …»

Из Тираспольского нижнего земского суда деревни Плоской помещику, господину городовому секретарю Струтинскому
Повестка
Сему суду докладывано:
Что в поданном в сей суд прошении 1816 года июля 21-го, что на доставшуюся вам по купчей сего уезда слободы Плоской от дворян Новицовых землю, перевели вы с Подольской губернии и поселили купленных от разных лиц 25 душ мужска и 26 женска полу крестьян, также обзавели знатное хозяйство; просит учредить в новопоселённой в другой же год слободке вольную продажу горячих напитков, сходно проекта условия с 1816 по 1819 год на винный откуп изданных, при чём представляет о принадлежности крестьян и земли документы. В следствие чего сей суд, рассматривая дело, не мог тогда удовлетворить таковую просьбу, потому что в купленной в слободе Плоской землю не введены ещё были тогда во владение и помещиком в том уезде не числилися. Да и крестьяне, коих переведение показывали с Подольской губернии, Херсонскою Казённою палатою в сём уезде не утверждены были.
После этого указом из Тираспольского уездного суда от 27 июля 1816 года за № 1647, что поверенный ваш губернский секретарь Бодарив представил в наш уездный суд купчую крепость совершённую Херсонской гражданской палатой на имя ваше новокупленную у доказывающих дворянство Дмитрия и Клима Новицовых 200 десятин земли, состоящей в сём уезде при речке Валигоцуловой на овраге Плоском. При чём предписано сему суду допустить вас к владению оной землёю и в том, кого следует известить в том, что указ уездного суда приведён в исполнение.
Затем в поданном сему суду, что вы при сей Плоской на купленной земле с поселёнными крестьянами поселились и формально хозяйством уже в другой год обзавелись, но не получая удовлетворительного разрешения на просьбы, в рассуждении позволения открыть вам вольную продажу горячих напитков, вынужденными нашли необходимость открыть свой шинок, и просите от помешательства винного откупа защиту сей суд справить. Здешнего уездного казначейства сообщением августа 14 дня за № 940 дано знать, что по присланному из Херсонской Казённой палаты сообщению от 8 марта сего года за № 838 о числе душ в данном уезде по 7-й ревизии написанных. И показано вами мужска 25, женска пола 26 душ, кои в оклад на сей 1817 год в книги внесены, и их платежу казённых податей и земских повинностей обложены.
Дворянский заседатель Микулин на предписание сего суда от 18-го августа и учинения удостоверения, точно ли вы при деревне Плоской поселили переведённых с Подольской губернии 25 мужска и 256 женска пола крестьян и какое имеется у них хозяйственное обзаведение, рапортом сему суду за № 211 донёс, что упомянутые вами крестьяне, переведённые вами при деревне Плоской, поселены все и находятся налицо и обзавелись хозяйством.
Определили: как вы по уезду здешнего уездного суда допущены по владению купленной здешнего уезда при овраге Плоском земле и перевели, как дворянский заседатель рапортом удостоверил, на поселение с Подольской губернии 25 мужска и 26 женска душ крестьян, также и завели с ними хлебопашества хозяйственным заведением.
При том сообщении уездное казначейство даёт знать, что крестьяне записаны по 7-й ревизии в здешнем уезде, равно и окладом обложены. По сему резону и вследствие условия с 1816 по 1819 год … дозволить вам открыть вам свой шинок и вольную винную в нём продажу. Однако же, что о том, что в селении Плоском существует казённый шинок для проживающих там доказывающих дворянское звание, обращённых до утверждения Герольдией в казённое ведомство людей, и чтобы производили винную продажу одинаковыми ценами, каковые в казённом шинку существуют, о чём дать знать с прописанием в здешнюю питейную контору».
После представления данных документов в 1820г. Струтинские были утверждены собранием Подольской губернии, но Герольдия в 1821г. не утвердила их и исключила из родословной книги.
В 1838г. Василий Лукьянович Струтинский подавал запрос о своём дворянстве, в нём фигурировала родословная роспись этой ветви Струтынских, составленная в 1820г.
«Марта 2 дня 1838 года, Ананьевский земский суд в Подольское дворянское депутатское собрание.
По делу, в сём суде производящемуся, об отыскивающем, из поселян казённого селения Кривого Озера слободы Василие Струтинском. От оного Струтинского Собранию нужно иметь сведения, внесён ли оным собранием по определению 1820 года августа 25 дня состоявшемуся: городовой секретарь Антоний с сыном Григорием и Иван с сыновьями Ницетим и Венедиктом – сыновья Степановы; Василий с сыновьями Севастьяном и Мартином, сын Гаврилы Марко с сыном Александром и Цирил – сыновья Лукьяновы, братья меж собой двоюродные, внуки Васильевы, а праправнуки Ивановы Берлич Струтинские в Дворянскую родословную книгу. Ежели внесены, то в какую часть и утверждены ли в сём звании Герольдиею. Если нет, то когда об утверждении оных представлено в Герольдию.
Вследствие чего, оного Депутатского собрания уездный Земский суд просит прописать сведение и доставить ему, Суду в скорости».
Позднее ещё два представителя этого рода хлопотали о дворянстве. Первый – в 1840г., будучи унтер- офицером Белостокского полка, второй – для поступления на военную службу
«23 августа 1840 года, командира Белостокского пехотного полка полковника Сколона в Каменец- Подольское дворянское депутатское собрание
Из доставленного ко мне, вверенного мне пока унтер- офицером Григорием Антоновым сыном Струтинским в копии протокола 25 августа 1829 года состоявшегося видно, что он, вместе с прочими, внесён в 6-ю часть книги Подольской губернии. По бытии документов, вошедших в состав определений, отсылаемых на рассмотрение Герольдии того не значится. По чему честь имею покорнейше просить оное Собрание на посылаемый при сём в копии протокол сделать пометку сию, и оный в возможной скорости доставить ко мне для представления к рассмотрению по команде.
Приписка из Подольского депутатского собрания: «по справке оказалось, что дела о дворянстве Струтынских были в рассмотрении в Герольдии и указами 1821 генваря 11 и 4 августа признано исключить род сей из родословной книги».
«Штаб резервной дивизии 5-го пехотного корпуса, за № 5467, августа 2 дня, город Николаев- в Каменец – Подольское дворянское депутатское собрание, 16 августа 1854г.
Просящий об определении в военную службу дворянин Трофим Струтынский, в числе документов своих, предоставил копию об определении оного собрания, состоявшегося 25 августа 1820 года, о признании в дворянстве рода Струтынских. В определении этом хотя и показан отец Трофима Иван Струтынский, но самого просителя не значится.
В следствии чего, дивизионный штаб, по поручению г-на Командующего дивизией, препровождая при сём от оного Собрания копию с помянутого определения и метрическое свидетельство о рождении и крещении дворянина Трофима Струтынского за № 30, имеет честь покорнейше просить постановить особое определение о дворянстве его и копию с оного определения в сей штаб, с пояснениями на самом определениями: когда и за каким № будет такое представлено на утверждение Герольдии».
Ответ из Подольского депутатского собрания был аналогичным предыдущему.
Больше прошений от представителей данной ветви Струтынских о признании в дворянстве не поступало.

Последнее (д.6246) из пяти дел Подольского депутатского собрания о дворянстве Струтынских отличается от предыдущих охватом гораздо более значительного промежутка рассматриваемого периода и большим числом просителей. В одно делопроизводство объединились два дела, начатые в Подольской и Волынской губерниях представителями одного древнего рода, обособившимися ещё до разделов Польши и практически ничего не знавшими друг о друге.
Данный род Струтынских был внесён в родословные книги подольской губернии в 1802г., утверждён в 1808, 1818 и 1832г. Проблемы начались лишь во время очередного разбора шляхты 1839 года. Основание – заверенные только одним секретарём копии с ревизских сказок 1795, 1811 и 1816 годов.
«В комиссию, Высочайше утверждённую в Подольской губернии для ревизии действий дворянского депутатского собрания № 299, июля 4 дня 1839г.
Ревизионная комиссия, рассматривая дело, присланное при сообщении оного собрания от 21 июня за № 1350 - о происхождении рода Струтынских, составляющееся из подлинных документов, нашла в числе оных свидетельство, выданное 13 сентября 1816 года Подольской Казённой палаты о записке Струтынских в 1795, 1811, 1816 годах в дворянские сказки, в копии заверенной одним только секретарём.
По справке оказалось: господин генерал – губернатор при предложении от24 июля 1837 года за № 4604 препроводил для точного исполнения копию предложения, данную оному собранию, из коей между прочим видно, что оное собрание должно требовать подлинных документов, если в деле не находятся узаконенные копии».
Родословная роспись 1818 года сообщала: « … о признании в дворянстве: Войцех и Мартин - сыновья Василия, внуки Михаила, правнуки Адама и праправнуки Якова, также их (Войцеха и Мартина) родные дяди Михаил и Антон - сыновья Михаила Струтынские».
Кроме того, в деле имелось прошение Войцеха Васильева Струтынского « о причислении братьев его двоюродных : Андрея, Станислава и Михаила - сыновей Петра, внуков Василия, правнуков Адама и праправнуков Якова к роду его».
При тщательном сравнении документов 18 века (на польском языке) выяснились следующие несоответствия: в делах о дворянстве рода Струтынских был документ «… 1782 года 11 февраля состоявшегося дворянства с происхождением Ивана, Станислава, Василия , Антона и Григория Берличов Струтынских. Но в деле других Струтынских с 1821 года под № 966… подобного документа, заверенного в справедливой копии о дворянском роде происхождении тоже Ивана, Станислава, Василия, Антона и Григория, сыновей Петра, а внуков Самуила Берличов Струтынских». А данная ветвь указывала в качестве предков Адама и Якова, которые не были найдены в старинных росписях, возникли сомнения в их дворянском происхождении.

Стали разыскивать представителей этой ветви Струтынских, проживавших согласно сказке 1816г. в селении Доброгорица (Голенищева) Проскуровского уезда 2-го стана.
«Того же года, месяца и числа, в присутствии Проскуровского уезда пристава 2 стана, селения Доброгорица помещиков Грабянков жители крестьяне на клятвенном обещании поименованные, по выполнении предварительной присяги, порознь опрашиваемые, единогласно показали, что:
В сём селении Доброгорице Василий и Антон Струтинские действительно имели жительство, из коих первый, Василий, назад тому до 15 лет вышел неизвестно куда с Доброгорицы на жительство и где он ныне находится, не ведаем, а Антон около 10 лет тут же умер. Михаила же Струтинского не было и места жительства его не знаем. Что справедливо по долгу выполненной присяги показали, в этом за неграмотных подписался дворянин Викентий Ионовский.
Допрашивал становой пристав Добчинский (!)»
Так как Струтынские не были отысканы, а необходимые документы «до истечения срока, назначенного Высочайшим указом 5 ноября 1841 года, в Собрание не представлено, то род Струтынских внесён в список лиц, не предоставивших документов, препровождённых в Подольское губернское правление 24 июля 1844 года за № 2355». За этим последовало исключение данного рода из родословной книги Подольской губернии.

Первым в 1840 году собирать необходимые документы стал «дворянин Ксаверий Андреев Струтынский, жительствующий Каменецкого уезда в деревне Слободке Михалковецкой».
Он предоставил выписку из метрической книги о смерти своего деда Петра Васильева Струтынского: «1824 года сентября 22 дня: метрическая выпись, выданная настоятелем Шустинецкого костёла о погребении 13 апреля 1824 года дворянина Петра Струтинского, который оставил жену Марианну с детьми Андреем, Станиславом и Михаилом».

В архиве Каменец- Подольской казённой палаты для него были сняты заверенные копии с ревизских сказок 1795, 1811 и 1816г, но большего он не сумел добиться.
В 1847г. стал хлопотать о дворянстве брат Ксаверия, Венедикт Андреев Струтынский.
28 декабря 1845г. дядя Ксаверия Струтынского, «дворянин 2-го разряда» Станислав Петров Струтынский извещал Подольское дворянское собрание, что вступил в суд с прошением о исходатайствовании ему паспорта на прожитие в Киевской губернии…»
В результате хлопот Ксаверия Андреева Струтынского, перебравшегося уже в Волынскую губернию, были найдены, переведены и переданы в Подольское дворянское собрание две метрики.
«Июля 17 дня 1853 года по указу ЕИВ Подольская духовная консистория надлежащим подписанием и с приложением казённой печати сим заверяет, что пояснённые в сей выписи акты о рождении и крещении Войцеха и Мартина Васильевых Струтынских, за справкою и охранявшиеся в консисторском архиве униатской церкви с. Доброгорицы метрических книгах, оказались записанными без всякого сомнения.
Перевод метрических актов, писанных польскими буквами: Лета тысяча семьсот восемьдесят восьмого (1788) , мая двадцать пятого (25) дня иерей Андрей Кадржицкий окрестил и миром Святым помазал раба Божия Войцеха , от законно венчанных родителей, дворян Василия и Марии из Хомицких Струтынских. Восприемниками были Михаил Лучинский и Мария Яницкая.
Тысяча семьсот девяносто седьмого года (1797) октября десятого (10) дня парох Доброгорской церкви иерей Иоанн Александрович окрестил и миром Святым помазал младенца Мартина, рождённого от законно венчанных родителей: дворян Василия и Марии из Хомицких Струтынских. Восприемниками были дворянин Антон Хомицкий и вдова Анна Колюбинская.
Подписали: марта 26 дня 1848 года соборный священник М.Новицкий, секретарь Дмитрий Китновский, архивариус И. Машкович за № 4158.»
Вскоре у Ксаверия Струтынского возникли проблемы с возвращением ему дворянства, так как из Дубенского суда было прислано в Подольское дворянское собрание сообщение, в котором извещалось о судимости его отца Андрея Петрова Струтынского.
«28 октября 1843г. Уездному суду докладываю дело о содержащихся под стражею арестантах Андрее Струтинском и Григории Богдановиче, судящихся по сомнению воровства лошадей. Из коего видно – Дубенский земский суд 9 октября сего 1843 года сообщил в Дубенскую градскую полицию об учинении из жителей г. Дубна разыскания, по какому именно письменному виду и сколько времени в г. Дубно проживал Андрей Струтинский при дочери своей Сабине, состоящей в замужестве за старшим писарем Коломейцовым, и чем именно занимался, а также об учинении повального обыска о жизнеповедении его. Независимо же от сего отнёсся в Подольское дворянское депутатское собрание о сообщении сведения о последствиях состоявшегося в оном Собрании решения о дворянском происхождении рода Струтинских 3 октября 1824 года за № 539. Но таковых дополнений ни от полиции, ни от Подольского дворянского депутатского собрания не доставлено. По тому определили: о скорейшем доставлении выше изъяснённых дополнений в Дубенскую полицию и Подольское дворянское депутатское собрание от всего суда повторить требование. Дубенский уездный судья (подпись)».
В 1858г. начал хлопотать о дворянстве другой дядя Ксаверия Струтынского Михаил Петров, также проживавший тогда в Волынской губернии. «В следствие просьбы Михаила Петрова Струтынского, желающего в том (Подольском) Собрании доказывать дворянство, отношением от 9 апреля 1858 года за № 1994 просило о передаче из сего в оное Собрание для дальнейшего производства дело о дворянстве рода Струтынских, то сие Собрание при отношении от 8 мая 1859 года за № 1518 препроводило в Волынское дворянское депутатское собрание документы Струтынских по отрасли, происшедшей от Петра сына Василия, внука Адамова Струтынского».
Вновь начали разыскивать Ксаверия Струтынского,чтобы взыскать с него деньги за найденные в архивах и переведённые с польского языка документы, но выяснили, что он давно умер, а его брат Бенедикт (Венедикт) служил управляющим имениями в разных поместьях .
Должностные лица извещали: 31 августа 1856 года: «С представлением этой переписки честь имею донести, что Струтынский находится экономом у помещика Виельгорского, Овручского уезда в д. Злобичах».
28 января 1858г. : «Г-ну помощнику стана Житомирского уезда от управителя селением Злобичи
На повестку Вашего благородия от 22 числа сего месяца, честь имею пояснить, что в д. Злобичах никакого Струтынского на жительстве, сколько припоминаю, тому никогда не было и ныне не находится. А проживает таковой Радомышльского уезда в д. Скоскове, служит в административной части».
«По расспросам в д. Отревинях оказалось: Струтынский, с которого следовало взыскать гербовую пошлину, находится ныне, как объявил помещик Мясковский, находится в имении их в экономической должности, Радомышльского уезда в деревне Горбулеве, в чём с представлением настоящей переписки, г-ну приставу 1 стана честь имею донести. Помощник Ющинский, апреля 15 дня 1858г».
«7 сентября 1858г. Новоград-Волынскому земскому суду честь имею донести, что Ксаверий Струтынский умер в селении Куйтнове Заславского уезда и похоронен в м. Грицове того же уезда на римско – католическом кладбище, чему проходит до 15 и более лет. Родственник же Струтынского, Бенедикт Струтынский, к которому отписана настоящая переписка, жительствует Киевской губернии Радомышльского уезда в селении Вышетичах, где служит экономом у помещицы Оскерки».

В 1858г. прошение о дворянстве подал Иосиф Мартинович Струтынский, в то время служивший унтер- офицером Люблинского полка, он сообщал, в частности:
«Род Струтынских определениями Подольского дворянского депутатского собрания, состоявшимися в 1802, 1818, 1824 и 1832 годах признан во дворянстве и дело о том производилось поныне в Подольском дворянском депутатском собрании, которое требовало от троюродного моего брата Ксаверия Андреева Струтынского недостающих по делу документов и сведений. Но коих Ксаверий Струтынский, вместе с целым семейством, происходящим от Петра Васильева, переселился на жительство в Волынскую губернию, где (как я узнал), предположил доказывать своё дворянство и для сей надобности истребовал уже из Подольского Собрания относящиеся к его отрасли документы, не представив в дополнение целого дела никаких дополнений, то я, желая иметь окончательное разрешение дела о моём и родных моих дворянстве, представляя при сём два документа, выданные Киевским центральным архивом за № 787 и 788 о владении предками рода моего недвижимым с крестьянами имения – частью с. Струтынки, метрические свидетельства о рождении моём, отца и братьев моих: Петра, Антона, Ивана, Людвика и Доминика Струтынских, выданное Каменецким уездным предводителем дворянства за № 400 о записке отца моего с братьями по ревизии 1832 года в числе дворян 2 разряда с копиями».
Вот эти документы:
«Дарственная запись: выпись из Винницкой градской книги дарственной записи 10 марта 1720 года совершённой, по которой дворянин Адам Струтынский отказал сыну своему Михаилу вотчинное недвижимое, населённое крестьянами имение – части села Струтынки, состоящего в Брацлавском воеводстве.
Сделка: выпись из тех же актовых книг продажной сделке, совершённой 24 марта 1784 года, по которой дворянин Василий сын Михаила, внук Адама, от имени своего и родных братьев Михаила и Антона, снискавшее на них по отце вотчинное, крестьянами населённое имение - помянутую часть с. Струтынки, продал дворянину Теофилию Боровскому.
Отношение Подольского губернского управления от 12 января 1862 года за № 168, последовавшее в Подольское дворянское депутатское собрание в том, что показанное по документам рода Струтынских населённое крестьянами имение с. Струтынка, по владению которым доказывают они своё дворянское происхождение, значится в списках Брацлавского воеводства, а ныне существует в Винницком уезде».
Также были сняты копии с ревизских сказок 5, 5 и 7 ревизий:
«Отношение Подольской Казённой палаты от 22 сентября 1861 года за № 16243, последовавшее в Подольское дворянское депутатское собрание, коим уведомила: что ревизских сказках, хранящихся в Казённой палате, в числе Шляхты Проскуровского уезда с. Доброгорица состоят записаны по ревизии 1795 года под № 3 Василий Михайлов Струтынский 58, его жена Мария Иванова 30, у них дети – сын Войцех 7, дочери Марианна 12, Анна 10 лет. Могилёвского уезда по с. Скачинцам под № 3 Михаил Михайлов Струтынский 43, его брат Антон 23, Антона жена Тересса 20.
По ревизии 1811 года, Каменецкого уезда по с. Голенищев : № 6 Василий Михайлов Струтынский 60, его дети - сыны Войцех 20, Мартин 14 ; №8 Михаил Михайлов Струтынский 59 лет
По ревизии 1816 года: под № 2 Василий Михайлов Струтынский 78 с детьми Войцехом 27, Мартин 19. Могилёвского уезда по с. Лучинцу под № 4 Антон Михайлов Струтынский 44, его жена Тересса Иванова 41, их сыновья Павел 18, Гиполит 10, (7) Франциск 8 лет.

Выписки из метрических книг:
«По указу Его Величества Государя Императора Александра Николаевича Самодержца Всероссийского и прочее и прочее и прочее
Ниже подписавшийся исправляющий должность заведующего делами выдал из подлинной крестоприводной Збржизского костёла книги, перевод из латинского:
1.« Лета Господня тысяча восемьсот двадцать четвёртого (1824) января восемнадцатого (18) дня я, Лука Павловский, настоятель Кутновецкого прелатского костёла окрестил дитя по имени Пётр, дворян Мартина и Терезии Струтынских, законных супругов сына.
Восприемниками были дворянине Иосиф Мрочковский и Мария Залевская. Присутствовали Матвей Лашчынский и Мария Мрочковская из Голенищева».
2.»Перевод из польского : №67 лета Господня тысяча восемьсот тридцать первого (1831) августа седьмого (7) дня в Збржизской римско- католическом монало - приладском костёле окрещено Св. Мирами дитя по имени Антон преподобным ксендзом Григорием Капуцыном, проповедником Збружского костёла, дворян Мартина и Терезии из Брончковских Струтынских, законных супругов сын, родившийся 1831 года августа 6 дня в том же приходе в селении Жабинцах.
Восприемниками были дворянин Иосиф Грабовский с дворянкой Антониною Боржемской. Присутствовали же дворянин Викентий Лежаский с Марией Мрочковскою». (Здесь ошибка в метрической записи, конечно, Терезия из Мрочковских, а не Брончковских – это тоже препятствие к возможному получению дворянства Антоном Мартиновым Струтынским).
3. «Перевод из польского : №36 лета Господня тысяча восемьсот тридцать четвёртого (1834) марта девятнадцатого (19) дня в Збржизской римско- католической прелатской каплице окрещено Св. Мирами дитя по имени Иосиф преподобным ксендзом Григорием Возницким, администратором той же каплицы, дворян Мартина и Терезии из Мрочковских Струтынских, законных супругов сын, родившийся 1834 года марта 18 дня утром в Жабинцах.
Восприемниками были дворянин Войцех Тржештовский с дворянкой Марией Мрочковскою».
4. «Перевод из польского : №9 лета Господня тысяча восемьсот тридцать седьмого (1837) февраля тридцатого (30) дня в Збржизской римско- католической прелатской каплице окрещено Св. Мирами дитя по имени Иван преподобным ксендзом Григорием Возницким, администратором Збржизского прилада, дворян Мартина и Терезии из Мрочковских Струтынских, законных супругов сын, родившийся 1837 года февраля 2 дня в селении Жабинцах.
Восприемниками были Игнатий Реут с дворянкой Марией Мрочковскою».
5. «№15 лета Господня тысяча восемьсот сорокового (1840) февраля тридцатого (30) дня в Збржизской римско- католической прелатской каплице окрещено Св. Мирами дитя по имени Людовик преподобным ксендзом Григорием Возницким, администратором Збржизского прилада, дворян Мартина и Терезии из Мрочковских Струтынских, законных супругов сын, родившийся 1840 года февраля 12 дня в селении Михайлович.
Восприемниками были дворянин Андрей Грабовецкий с Францискою Тржештовскою».
6. «№18 лета Господня тысяча восемьсот сорок пятого (1845) марта седьмого (7) дня в Збржизской римско- католическом прелатском костёле окрещено Св. Мирами дитя по имени Доминик преподобным ксендзом Бассарским, дворян Мартина и Терезии из Мрочковских Струтынских, законных супругов сын, родившийся настоящего марта 4 дня в том же приходе в селении Михайлович.
Восприемниками были дворянин Войцех Тржештовский с Марией Николая Мрочковского супругою».
Что сия выпись с подлинником во всём сладна, в том собственноручною подписью и приложением казённой печати удостоверил мая 1 дня 1859 года ксёндз Ипполит Игнатовский».
Из метрических записей понятно, что из села Доброгориц Мартин Васильев Струтынский перебрался сначала в Жабинцы, а затем в Михайловичи.

В 1861г. к поискам документов подключился Цезарий Францев Струтынский – сын Франца Антонова и внук Антона Михайлова Струтынских, живший в городе Ананьеве, который отыскал в архивах копии метрических записей о рождении отца, брата Антона и своём рождении.
«Выпись из подлинной метрической крестоприводной Краснянского приходского костёла книги:
Перевод с латинского: лета тысяча восемьсот двенадцатого (1812) июня месяца двадцатого (20) дня капеллан Краснянского костёла ксёндз Теодор Яворовский окрестил младенца по имени Франца, родившегося первого (1) октября тысяча восемьсот девятого (1809) года, дворян Антона и Терезии из Невистайлов Струтынских , законных супругов сын. Восприемниками были дворяне Антон Дротковский с Марианною Томашевской».

«Выпись из подлинной метрической крестоприводной Дзвеговецкого приходского костёла книги:
Тысяча восемьсот тридцать седьмого года (1837) генваря месяца шестого (6) дня в Дзвеговецком римско- католическом приходском костёле настоятель оного ксёндз Иосиф Левицкий дополнил обряд Святого крещения над младенцем, имеющим от роду два (2) года шесть (6) месяцев и десять (10) дней, по имени Цезарий, господ Францишка и Мариянны, урождённой Огорович, Струтинских, законных супругов сыном, родившемся двадцать седьмого (27) августа тысяча восемьсот тридцать четвёртого (1834) года в селении Шляховой Голованиевского прихода. И в тоже время, по случаю болезни одного, только управляющим Голованьевским костёлом ксёндзом Антонием Залевским окрещён был. Предстательствовали при дополнении Святого крещения господа: Ямпольский уездный штаб- лекарь Александр Романовский с вдовствующею майоршей Бальтазарой Баумгартиновою, также поручик российской артиллерии и кавалер Пётр Луневский с Мариянною, супругою заседателя Уманьского уездного суда Андрея Пиотровского, господин Ямпольский заседатель Иосиф Маевский с девицею Францишкою Пиотровской».

«Выпись из подлинной метрической крестоприводной Чечельницкого приходского костёла книги:
Тысяча восемьсот сорок первого года (1841) мая месяца двадцать седьмого (27) дня в Бершадском римско – католическом костёле ксёндз Томаш Улицкий окрестил с надлежащею церемонией младенца по имени Антония, дворян Францишка и Мариянны, урождённой Огорович Струтинских, законных супругов сына, родившегося десятого (10) мая текущего года в местечке Бершадь Чечельницкого прихода. Восприемниками были: дворянин Антоний Радванский с дворянкою Мариянною Логовской, супругою Игнатия Логовского».
После предоставления всех необходимых документов, в 1864г. дело о дворянстве Струтынских было решено в Подольском депутатском собрании и направлено на утверждение в Герольдию (где, вероятно, вновь не было утверждено).
Последний документ этого дела датирован 14 марта 1894г.
Дворянин Антон Францев Струтынский, проживавший Полтавской губернии Золотоношского уезда в селе Красиановке, просил дворянское депутатское собрание сообщить о том, в каком состоянии находится дело о его дворянстве, отправленное в Герольдию на утверждение. «Так как мой сын Леон, которого метрика за № 66 настоятеля М.Кривое Озеро, приписался в Кременчугские мещане Полтавской губернии для отбытия воинской повинности в 1894 году».
Антон Францев вскоре умер, а его сын Леон (1872 – 1909), служивший в Николаеве на железной дороге, в начале 20 века перевёлся на Рязанско- Уральскую ж.д. и жил с семьёй в Самарской, Тамбовской, Саратовской губерниях.
Он был женат на православной дворянке из г. Николаева Елизавете Петровне Денисовой (1872 – 1949), дочери морского офицера, погибшего в 1877г., все их дети: Николай, Антонина, Георгий и Владислав были крещены по православному обряду.
Выписка из метрической книги Михаило – Архангельской церкви Саратовской губернии Новоузенского уезда села Дергачи за 1897год:
«Антонина (моя бабушка)
Рождена 5 декабря, крещена 26 декабря
Родители: Полтавской губернии города Кременчуга мещанин Леон Антонов Струтынский и его законная жена Елизавета Петрова, оба (?) православные.
Восприемники: дворянин коллежский регистратор Вячеслав Григорьев Кабузан и жена поручика дворянка Олимпиада Петрова Пиотровская (муж сестры и другая сестра Елизаветы Петровны)».

Некоторые примеры из жизни шляхтичей Струтынских XVIIIв.- характерные, впрочем, и для других представителей шляхты бывшего Великого княжества Литовского. Обнаружил в интернете на сайте «Russia region press» одну очень интересную статью Людмилы Врублевской, опубликованную 22.09.2011г., под названием «Роковая паненка Струтынская». В ней идёт речь об одной из ветвей Струтынских, которые, как известно, в XVIIIв. ещё «компактно» проживали в Брацлавском воеводстве и занимали далеко не самые последние места в иерархии местной шляхты.

Цитирую статью: « XVIII век… Эпоха авантюристов, дворцовых интриг и кровопролитных войн. В белорусской истории это столетие отметилось столь ярко, что до сих пор остается полем находок и открытий и для ученых, и для литераторов, ищущих увлекательные сюжеты. «Золотая вольница» шляхты, сорванные сеймы, шляхетские наезды и поединки, и параллельно — появление мануфактур и театров в магнатских усадьбах, воплощенное в камне великолепное барокко. Трагическое и противоречивое время.

Черноглазая блондинка

У каждой эпохи свой идеал женской красоты. Конечно, и в XVIII веке были свои оригиналы, настоящие женщины–рыцари, гнувшие руками монеты и умело обращавшиеся с оружием. Сестра Пане Коханку Теофилия Радзивилл, например, билась, как опытный воин, в первых рядах войска. Но вообще Прекрасная Дама должна была быть хрупкой, с осиной талией — для чего корсеты затягивались до обморочного состояния. Вошли в моду платья–«роговки», с необъятными юбками, лежащими на трех обручах из китового уса. В таком платье нельзя было даже руки выпрямить, приходилось держать их согнутыми в локтях (отсюда еще одно название особо пышной «роговки» — «локтевое платье»). Дама должна была быть с белоснежной кожей, но при этом с «карминовым румянцем». Как вы понимаете, эффекта можно достичь с помощью белил и румян. И еще истинная красавица — непременно блондинка с темными глазами. Напудренный парик, конечно, выручал, но соединить в себе все требуемые черты… Это встречалось редко. А вот в юной паненке Ядвиге Струтынской идеал женской красоты XVIII века воплотился полностью. И не только во внешности — и ее характер, и ее невероятная жизненная история вполне соответствуют «веку авантюристов».

Неверная жена

Руки красавицы добился Ян Техановецкий, староста опсовский. Это сегодня Опса — небольшая деревня в Браславском районе. А в XVIII веке — местечко, центр староства. Ядвига Струтынская тоже была не из бедных. Отец, богатый сенатор, обещал за ней приданое 100 тысяч золотых — сумма очень достойная. Вот только не спешил обещанное отдавать. А когда дошло до расчета с зятем, оказалось, что тесть готов раскошелиться только на вдвое меньшую сумму. Техановецкий оскорбился и потребовал развода. Причину найти было несложно: красавица Ядвига не отличалась благонравием. Была ли она действительно столь легкомысленна, как утверждал муж, или он, обойденный приданым, приписывал ей всевозможные грехи — не знаю, но, согласно некоторым источникам, развод ему дали. То есть свидетели «непрыстойных паводзiн» Ядвиги были достаточно убедительны. Между двумя родами — Струтынских и Техановецких — разгорелась нешуточная вражда.

Кровавые разборки

Взрыв страстей случился во время очередного шляхетского сеймика в Браславе в 1756 году. Это неудивительно. Как пишет Адам Мальдис, «на кожным сеймiку вiно, гарэлка i пiва лiлiся ракой. Калi ж нейкую справу не удавалася вырашыць у застоллi, мiрным шляхам, ракою лiлася кроу. П’яная шляхта успыхвала як порах. Бойкi узнiкалi нават у касцёле, дзе звычайна праводзiлiся сеймiкi».

Приехали в Браслав и Ян Техановецкий с братом. Шли они себе мимо дома Струтынских, как потом объяснит Ян, на охоту. То есть в полном вооружении. Действительно ли братья во время проведения сеймика собрались стрелять белок и валить вепрей или их цели были более воинственны, опять же не знаю. Бывший тесть увидел подлого зятя и… приказал стрелять по нему из окон. Яна Техановецкого ранили в ногу, а вот его брат был убит. Можете представить, что началось в и без того «гудящем» городе! Шляхта разделилась на два лагеря. Ян Техановецкий, несмотря на ранение, возглавил своих сторонников, они захватили дом Струтынского… На счастье сенатора, он уже успел тайно уехать из Браслава. Но тех, кто оставался в доме, схватили, связали и повезли в трибунал в Вильно. Ян Техановецкий опознал среди схваченных убийцу брата. Труп жертвы, кстати, прихватили с собой в Вильно тоже. К процессии, по свидетельству мемуариста Яна Матушевича, присоединились все чиновники Браславского уезда.

Но каждый шляхетский род существовал не сам по себе — он примыкал к лагерю кого–то из могущественных магнатов, чья воля все и решала в Речи Посполитой. Струтынские принадлежали к партии Чарторыйских, а Михал Чарторыйский был канцлером Великого княжества Литовского. Поэтому Техановецкие дело проиграли.

Веселая вдова

А между тем в Речи Посполитой настали смутные времена. После смерти Августа III за трон развернулась битва между магнатскими группировками. Победил Станислав Понятовский, в котором текла и кровь Чарторыйских, активно поддерживавших его кандидатуру. Решающим обстоятельством оказалось, что Понятовский еще в бытность свою послом в России покорил сердце будущей великой императрицы Екатерины II, она даже родила от него дочь Анну и сохранила к бывшему любовнику теплые чувства. Поддержка могущественных соседей решала многое. Но далеко не вся шляхта признала нового короля. Начались выступления магнатов, страну охватила война. В 1764 году в своем имении Опса был убит Ян Техановецкий. А после его смерти владелицей Опсы стала его бывшая жена. Кстати, этот факт позволяет усомниться, был ли осуществлен развод или Ядвига официально оставалась женой Техановецкого?

Ядвига Техановецкая из Струтынских нового монарха признала… И притом всей душой. Вдова постоянно блистала на балах… И хотя была уже не столь юной, но оставалась столь же прекрасной и завоевала сердце Станислава Понятовского. Король даже заказал себе на память ее портрет — то есть речь шла не о мимолетной интрижке. Хотя Понятовский, как известно, был любителем прекрасного пола. Говорят, российская императрица, возведя бывшего любовника на престол, запретила ему жениться, и Станислав это компенсировал многочисленными романами. С официальной своей любовницей, Эльжбетой Грабовской, он имел пятерых детей. Ядвига Струтынская, видимо, тоже попала в интересное положение. Выход из щекотливой ситуации был простой: брак. Вот тут и нарисовался еще один персонаж — некто граф Мануцци.

Очаровательная графиня

Об Антонио Никколо Мануцци сведения остались противоречивые. Встречается упоминание о нем в мемуарах знаменитого Казановы — оба были беспринципными авантюристами. Мануцци приятельствовал с Понятовским, и ходили упорные слухи, скорее всего, имевшие под собой основание, что он был петербургским шпионом в Речи Посполитой. Вот за Никколо Мануцци Станислав Понятовский и просватал свою любовницу. Тут опять исторические источники расходятся: в одних говорится, что в благодарность король сделал Мануцци графом, в других утверждается, что графский титул Мануцци получил от Баварского курфюрста… Во всяком случае, молодожен не прогадал, в его владении оказались и опсовские земли, и прочие щедрые дары. Свадьба Ядвиги и Никколо Мануцци состоялась в 1773 году. Молодые поселились в имении Бельмонты, теперь это деревня Ахремовцы Браславского района. Ядвига родила сына, которого назвали Станислав. Мало кто сомневался, что это был внебрачный ребенок короля. После отречения Станислава Августа Мануцци пользовался благосклонностью новых правителей. Павел I утвердил его герб и пожаловал чин действительного статского советника.

Ядвига умерла раньше своего мужа, который стал ее наследником. А после его смерти все перешло к Станиславу Мануцци. Он женился на Констанции Броэль–Плятер, но детей у них не было. Умер Станислав в 1823 году, и Опса с Бельмонтами остались во владении рода Броэль–Плятеров.

Тайна портрета

Ядвига из Струтынских сыграла зловещую роль для рода Техановецких. Но один из этого рода, Юзеф Техановецкий, стал адъютантом ее любовника Понятовского. Иногда можно встретить сведения, что в своем имении Бочейково Юзеф построил дворец специально для приема короля. На самом деле строительство дворца было начато раньше, чем туда мог бы явиться король. Но когда это стало возможно, дворец в ожидании монаршего визита был перестроен. Одна из спален даже называлась королевской, ее украшали зеркала в позолоченных рамах и хрустальная лампа из бронзы, а также огромная кровать под красным балдахином. Правда, говорят, Станиславу Понятовскому так и не довелось тут почивать. В материале Адама Мальдиса о судьбе предметов искусства из Бочейковского дворца перечисляются картины, украшавшие его стены. Там много портретов Техановецких. А в «красном салоне», обитом понятно какого цвета тканью, висело изображение Ядвиги из Струтынских. Черноглазой блондинки из Браслава. Как пишет Адам Мальдис, этот портрет вместе с другими ценностями был в 1916 году перед наступлением немцев вывезен в одном из трех вагонов, загруженных имуществом Техановецких, в направлении Москвы… Дальнейшая его судьба неизвестна».

Другой подобный пример тогдашнего «беспредела» шляхтичей, в котором опять участвовали Струтынские из Брацлавского воеводства, отражён в сборнике «Архив юго – западной России», изданном в 1870-х годах. Большинство документов этого сборника приведено на польском языке, с переводом лишь его краткого содержания. Краткое содержание гласит: «Жалоба дворянина Иосифа Вушовского на дворян Струтынских, о том, что они, получив от региментаря украинской партии Нитославского, в своё распоряжение сотню надворных Уманских козаков, напали с ними ночью на дом истца в селе Таращи, окружили оный, приказали стрелять в окна и двери, и, наконец, ограбив всё имущество Вушовского и его гостей, приказали его изгнать из села, которым сами насильно завладели. 1744 года мая 21-го, книга Житомирская декретов и записовая, годы 1733 – 1744, № 228, лист 812». (Архив юго- западной России, издание 1870г., часть 3, том 3, стр. 485). Здесь речь идёт об одном из эпизодов борьбы польской шляхты с украинскими гайдамаками. Зачастую шляхтичи, объединившись для поимки очередной из шаек гайдамаков, свирепствовавших тогда в Подолии и Волыни, вместо борьбы с ними, занимались междуусобными разборками, сопровождавшимися грабежами и переделом собственности.

Также в этом сборнике имеется «Дарственная запись от дворянина Луки Струтинского козаку Кондрату Запорожцу на хутор, лежащий в окрестности села Зозова. 1775 года сентября 13, книга градская Житомирская записовая, год 1794, лист 1280 на обороте». (Архив юго- западной России, издание 1870г., часть 6, том 2, стр. 249)

Общая тема