Сметанко

Сметанко Василь Григорович
1905, с. Кульчиці,
українець,
освіта початкова,
селянин.
8.04.1951 виселений з релігійних мотивів у Тайшетський р-н, Іркутська обл.
Звільнений 13.12.1965.
Реабіліт. ЗУ від 17.04.1991.
АГУМВСУЛО, Р-26539.


Сметанко Марія Василівна
1933, с. Кульчиці,
українка,
освіта початкова,
селянка.
8.04.1951 виселена з релігійних мотивів
у Тайшетський р-н, Іркутська обл.
Звільнена 13.12.1965.
Реабіліт. ЗУ від 17.04.1991.
АГУМВСУЛО, Р-26539.


Сметанко Марія Семенівна
1912, с. Кульчиці,
українка,
освіта початкова,
селянка.
8.04.1951 виселена з релігійних мотивів у Тайшетський р-н, Іркутська обл.
Звільнена 13.12.1965.
Реабіліт. ЗУ від 17.04.1991.
АГУМВСУЛО, Р-26539.

АГУМВСУЛО – Архів Головного управління МВС України у Львівській області


Джерело:
Реабілітовані історією. У двадцяти семи томах. Львівська область. Книга десята: Радехівський район, Самбірський район. – Львів: Простір-М, 2022. С. 774.

Ведомости о казаках полков Левобережной Украины, готовых к походу в 1735г. (ЦГИАК 51-3-5152).

№ плёнки - 111498489, номера снимков по Лубенскому полку: 96-125.

Ведомости о козаках полков Левобережной Украины 1738-1739гг. (ЦГИАК 51-3-5747).

№ плёнки - 111476151, номера снимков по Лубенскому полку: 31-37; 49-100.

Ведомости о службе старшины полков Левобережной Украины 1757г. (ЦГИАК 51-3-10591).

№ плёнки - 112308589, номера снимков по Лубенскому полку: 80-87.

ЦДИАК фонд 51 опись 3 дело 7028 Дело об отправке козаков и посполитых полков Левобережной Украины в военный поход на границы в связи с угрозой нападения крымского хана со 100 тыс. войском 1738г.
https://www.familysearch.org/a...5-43485-55
Лубенский полк снимки 222 - 262

ЦДИАК фонд 51 опись 3 дело 7028 Дело об отправке козаков и посполитых полков Левобережной Украины в военный поход на границы в связи с угрозой нападения крымского хана со 100 тыс. войском 1738г.
https://www.familysearch.org/a...5-43485-55
Лубенский полк снимки 222 - 262

В ближайшем разстоянии от Воробьев расположены Гонци, частью на взгорьях и под горою, а частью на мысе, обращенном к м. Куреньке, лохвицкаго уезда. В илистой и песчаной почве Гонцов найдена стоянка человека каменнаго периода и кости мамонта, за четыре же версты от них проходит граница лесной земли лубенсваго уезда и за этой границей разстилается супесчаный чернозем. Название села объясняется различным образом. Местная интеллигенция производит это название от гонцов или нарочных, посланных из Лубен в Куреньку и переменявших лошадей здесь на Старосильи. Крестьяне представляют другое объяснение. "Колись були охотники і на Старосильйі занімали собі будку, і тут були ліса і меж йіми проход. Ті охотники звались гонці і ловили, гонили звіря. Тут було тоді багаго всякого звіря: бобри, дикі кабани. Годів може пятьдесят, як прийіхали з батьком у ліс, коли кабан рийеться. Загледів нас, як чмихнув — тілько й бачили" (вокруг Лубен еще недавно устраивались облавы на диких кабанов. Уже в XV в. Каневцы промышляли в опустевшей Лубенщине ловлей зверей. Были и бобровые гоны. Гоны значат еще: разстояние в 120 саж. и небольшие нивки, так что Гонцы могут означать: маленькия короткия, гоны). Таким образом обе версии считают Старосилье началом села. В нем живут козачьи роды: Сметанок, Калайтанов, Клышей; дальше на Пидлисьи основался древний возацкий род Легуши (вероятно, в начале насмешливое прозвище, как Рак и т. п., вызванное болотистостью жилья). Вправо от церкви на Заричьи или Заставьи живут Завалии и Гудзи; затем к Удаю протянулся обширный выгон с мельницами, а за ним местность в Духовой сохранила название Березник, от покрывавшаго ее некогда сплошного березоваго леса. На краю села, к Духовой, в зелени стариннаго сада, среди итальянсвих тополей и тенистых аллей ясеня видна бывшая усадьба покойнаго Лубенскаго предводителя дворянства, председателя съезда и земской управы, потом мирового судьи Г . С. Кириякова ( Г. С. Кирияков был одним из типичных представителей части стараго украинскаго панства. Разносторонне образованный, хорошо воспитанный, остроумный и любезный, он был большим любителем истории, археологии, палеонтологии. Он имел большую предковскую библиотеку). Недалеко от усадьбы стоит, несколько покривившись на бок, маленькая Вознесенская церковь с готической кровлей, колокольня отдельно в углу ограды. Церковь эта новая (старая церковь сгорела. Она существовала с 1781 г., но и до того в Гонцах была церковь) икона Божьей Матери, изображенной, как итальянския мадонны, большою полной женщиной, но с своеобразным круглым лицом. Грудь пронзена шестью мечами, по три с каждой стороны; другой образ Богоматери, пронзенной мечом, и третий — копия явившейся в 1739 г. иконы ахтырской Божией Матери. В церковный пол вделаны две чугунные плиты над могилами покойных гонцовских помещиц: Нежинцевой и Минькевич-Петровской. Число жителей в настоящее время 1229, поровну козаков и крестьян. Последние — „переходни“ , т. е. переселены панами в Гонцы из хорольскаго и кременчугскаго уездов. Прежде местным владельцем был Павлов, потом Приймы, из бывшей лубенской войсковой старшины. На Прийминой женился Огранович, на Ограновичевой — Нежинцев, на Нежинцевой — помещик кременчугскаго уезда, С. Г. Кирияков, (но и до того фамилия Кирияковых встречается в Лубенском уезде, что видно, между прочим, из акта о продаже 20 апреля 1771 г. сыновьями хорунжаго второ-пирятинской сотни Арсеня Григорием и Гаврилом Арсененками хутора «с трома подсуседочными хатами» жене войскового товарища Федосии Кирияковой. На документе подписи судьи И. Кулябки и подсудка Ф. Булюбаша) отец предводителя. В Гонцах, как и везде, где жили паны, жизнь приобретает драматический интерес вследствие сословных столкновений, о которых старожилы передают следующее:
„ Предок Легуш заспорив з паном Потомским (жительство Потомскаго указано в усадьбе Кириякова, и пан этот распоряжался козаками. Может быть, это был Семен Прійма в 1740 г. сотник, а с 1749 — 1750 г. есаул) за Дібраву. Той пан був прийомщик і оддав його у козаки. Прийшов з козаків Легуша, коли на Дібровці вже й панська цегельня. Так він розігнав робочих і взяв запалив цегельню. Так люди дали знать пану Потомському, шо тут горить завод, а Легуша на коню грайе. Той прийіхав, коли пізнав Легушу — і тікать, а Легуша його з пістолета — не попав. І Дібровка зосталась за Легушою. Так пан той підкиув вещі: шуби і друге, та піднис, та у солому і пхнули. Устав Легуша і іде, коли потоп (сліди). Він дивиться, коли поворушена солома, — вещі. Розвервув." Е! дума собі, „се шось воно не таке. Е, се вещі Потомського!" Та напалив грубу та тоді ті вещі в грубу, і перепалив і перебив. На утро струс. Потомського обікрадено, — трусить. Берутся до Легуші, трусять, трусять — нема вещей. Тим Потомський доволен. Підйізжайе потім пан до двора Легуші.
— „Легуша, садись, пойідем помолимся."
— „Ні, пане, я не імію гріха". А далі согласивсь йіхать.
— „Ну, ми йідем в Божий храм; скажи, де ти вещі дів? Ну, я божусь, шо нікому не скажу!" Розскавав Легуша. Помирились і пан підписку дав“ . Об одной из старинных паней так же разсказывают. „Дівок вона сікла на конюшні. Побила вона дівчину і нахвалилась іще бить. Пішла та дівчина до матері. Мати каже: „не могу я тебе удержать, — іди до барині“. Так дівчина та пішла у Удай утопилась. Потім пані поодрізувала коси у дівок і викидала коси на вигін. І хто не найде, думайе: шо воно за коси, де вони взялись? Хоть буде мир, а хоч пожар. І люде йіх закопали“.
Матеріал: В. Милорадович "Лесная Лубенщина"