Мусины-Пушкины

К вопросу о происхождении Радшичей и предков А. С. Пушкина: линия R-YP569 / R-A11917, голядь и верхнеокско-вятичский круг

Уважаемые форумчане,

Предлагается рассмотреть аргументацию по родственной Радшичам линии R-YP569 / / YP682/R-A11915/R-A11917 с учётом миграционного пути FTDNA Discover / GlobeTrekker, SNP- и STR-сопоставлений, археолого-генетического контекста восточных славян, а также предания о происхождении Радши.

Основная гипотеза состоит в том, что R-YP569 / YP682/R-A11915 /R-A11917 следует рассматривать не как изначально славянскую линию I–VІI вв. н. э., а как восточнобалтскую / голядскую линию Верхнего Поднепровья, Подесенья и Верхней Оки, которая была включена в славянский поток и позднее стала частью вятичского круга.

По линии субкладов картина выглядит так:

**R-Y5570 → R-YP682 → R-TY89860 → R-A11915 → R-A11917**

Если доверительно принять миграционный путь FTDNA Discover / GlobeTrekker, эта последовательность хорошо ложится на движение и закрепление линии в ареале:

**Верхнее Поднепровье → Подесенье → Брянщина → Орловщина → Верхняя Ока → Орловско-Тульско-Рязанский вятичский круг.**

По скриншотам FTDNA видно, что ранние этапы линии проходят через Верхнее Поднепровье и Подесенье, затем маршрут смещается к Брянщине, Орловщине и Верхней Оке. Особенно важно, что в период примерно I–VІI вв. н. э. эта линия ещё не должна автоматически называться славянской. По хронологии FTDNA и по археологическому контексту это скорее восточнобалтский ареал, а не уже сформированные славяне.

Именно здесь принципиальный аспект: R-YP569 / YP682/R-A11915 /R-A11917 не выглядит как линия исходного славянского ядра. Если бы эта ветвь в 100–700 гг. н. э. была частью ранней славянской миграционной массы, логично было бы ожидать её следы и среди южных славян. Однако по наблюдаемой проектной картине R-YP569 не выглядит характерной южнославянской ветвью. Поэтому более сильная реконструкция такова: это была местная восточнобалтская линия Верхнего Поднепровья — Подесенья — Верхней Оки, ассимилированная по ходу славянской экспансии.

В этом смысле недавняя статья Nature — “Ancient DNA connects large-scale migration with the spread of Slavs” помогает правильно развести два слоя. В статье показано крупное движение восточноевропейского населения в VI–VIII веках, связанное с распространением славян. В изложении Института Макса Планка указано, что генетические сигнатуры раннесредневековой славянской экспансии указывают на регион происхождения от южной Беларуси - центральной Украины. Это хорошо согласуется с маршрутом R-YP569 / YP682/R-A11915 /R-A11917 через Верхнее Поднепровье и Подесенье, но не как доказательство её изначальной славянскости, а как объяснение того, каким образом восточнобалтская линия была включена в славянский поток.

Здесь особенно важна археологическая схема В. В. Седова. По Седову, славяне пришли на Верхнюю Оку в “землю голяди”, где существовало местное балтское население, связанное с мощинской культурой. Далее произошло смешение и ассимиляция этого населения. Поэтому наиболее логичная этническая хронология линии выглядит следующим образом:

**I–III вв. н. э.**

Линия R-YP569 / YP682 находится в верхнеднепровско-деснянском ареале. Эту стадию корректнее понимать как восточнобалтскую среду .

**IV–VII вв. н. э.**

Маршрут FTDNA выводит линию R-YP569 / YP682/R-A11915 /R-A11917 в район Верхней Оки. Это территория мощинской культуры, которую археологическая традиция связывает с балтским населением и предками летописной голяди. На этом этапе наиболее точное определение — восточные балты Верхней Оки / голядский субстрат.

**VIII–X вв. н. э.**

Это период славянизации Верхней Оки. Славяне приходят в землю голяди, смешиваются с местным балтским населением и ассимилируют его. В результате формируется вятичский круг. Поэтому для этого периода корректнее говорить: вятичи, сформировавшиеся на восточнобалтском / голядском основании.

**XI–XIII вв.**

Это уже древнерусское население вятичской земли. Линия R-YP569 / YP682/R-A11915 /R-A11917, с учётом маршрута FTDNA, выглядит как линия верхнеокско-вятичского круга, а не как кривичская в чистом виде. Это в основном только рязанские, московские и орловские гаплотипы

**XIV–XX вв.**

После исчезновения племенного имени “вятичи” эта линия естественно переходит в состав южно-центрального русского населения Орловско-Брянско-Тульско-Московско-Рязанского региона.

Отдельного внимания заслуживает предание о Радше. А. С. Пушкин писал о Радше как о “прусском выходце”. Это не обязательно следует понимать буквально как доказательство прямого происхождения из исторической Пруссии. Но в этом предании могла сохраняться память о связи с балтским населением, родственным пруссам.

Здесь возникает важная связка:

**голядь Верхней Оки - галинды - западнобалтский ( прусский круг).**

Седов связывал голядь с балтским населением Верхней Оки; при этом голядь и прусское племя галинды обычно рассматриваются как близкородственные балтские группы. Поэтому “прусское” предание о Радше может отражать не буквальный выход из Пруссии, а более широкий галиндский (голядский) слой, родственный западным балтам и пруссам.

В такой модели Радша мог быть не кривичем и не прямым пришельцем из далёкой Пруссии, а человеком верхнеокского вятичско-голядского региона, где славянская вятичская идентичность уже формировалась, но балтский, голядский субстрат ещё был жив или хорошо памятен. Иными словами, Радша мог быть вятичем (славеном), но при этом выходцем из балтов Верхней Оки, родственных голяди/галиндам и шире — прусскому / западнобалтскому кругу. Голядь ещё фиксируется в Верхнем Поочье в XII веке — главное летописное место относится к 1147 году: Святослав Ольгович «взя люди Голядь верх Поротве».

Дополнительный аргумент — родственные гаплотипы у Радшичей. Среди Радшичей присутствуют близкородственные рязанские, орловские и московские гаплотипы, которые могут быть связаны с вятичским кругом и борщёвской / ромено-борщёвской археологической средой. Это усиливает именно вятичскую, а не кривичскую интерпретацию.

Верхняя Ока, Рязанщина, Орловщина, Московская область, борщёвский археологический контекст, а также SNP- и STR-параллели в совокупности формируют цельную верхнеокско-вятичскую картину.

Отдельно следует подчеркнуть: сравнение с кривичским гаплотипом из статьи Меркулова-Рожанского не подтверждает кривичскую версию для Радшичей. Уже на первых 17 маркерах там более пяти мутаций разницы. Для такой постановки вопроса это слишком большое расхождение. Поэтому кривичский гаплотип из работы Меркулова-Рожанского — это отдельная история, а не основная линия Радшичей.

Генетически такая модель согласуется со статьёй с участием Олега Балановского “Genetic Heritage of the Balto-Slavic Speaking Populations: A Synthesis of Autosomal, Mitochondrial and Y-Chromosomal Data”. В ней показано, что славянская экспансия включала местные субстраты, а генетическая история славян не сводится к простой миграции одной “чистой” группы. Для восточных и западных славян важен центрально-восточноевропейский субстрат и географическая преемственность.

Инструменты FTDNA Discover / GlobeTrekker также следует оценивать серьёзно. Показателен пример крупного проекта Clan Donald / MacDonald: администраторы проекта отмечали, что FTDNA хорошо выполнила работу с Big Y SNP- и временными графиками Discover, а миграционные пути и времена выглядят очень точными. Поэтому маршрут FTDNA по R-A11908 является значимым аргументом, особенно когда он совпадает с STR-данными, географией предков и археологическим контекстом.

**Общий вывод:**

R-YP569 / R-A11917 в данном случае следует рассматривать как родственную Радшичам ветвь верхнеокско-вятичского круга. Её более глубокий слой — восточные балты Верхнего Поднепровья, Подесенья и Верхней Оки; затем голядь (мощинская культура); затем славянизация и формирование вятичей; позднейший слой — русские Орловско-Брянско-Тульско- Московско-Рязанского региона.

В этой модели пушкинское предание о Радше как о “прусском выходце” получает рациональное объяснение: оно может отражать не буквальный приход из Пруссии, а память о голядском происхождении, близкородственном прусскому кругу. Поэтому гипотеза о Радше как о человеке верхнеокского вятичско-голядского региона, где голядь ещё не была полностью ассимилирована, выглядит логичной и не противоречит ни маршруту FTDNA, ни археологической схеме Седова.

---

Список источников:

В. В. Седов, материалы о ранних курганах вятичей и связи вятичей с землёй голяди:
[https://arheologija.ru/sedov-rannie-kurganyi-vyatichey/](https://arheologija.ru/sedov-rannie-kurganyi-vyatichey/)

Genetic Heritage of the Balto-Slavic Speaking Populations: A Synthesis of Autosomal, Mitochondrial and Y-Chromosomal Data:
[https://journals.plos.org/plosone/article?id=10.1371/journal.pone.0135820](https://journals.plos.org/plosone/article?id=10.1371/journal.pone.0135820)

Ancient DNA connects large-scale migration with the spread of Slavs, Nature:
[https://www.nature.com/articles/s41586-025-09437-6](https://www.nature.com/articles/s41586-025-09437-6)

Институт Макса Планка, изложение о славянской миграции и регионе происхождения от южной Беларуси до центральной Украины:
[https://www.mpg.de/25256341/0827-evan-slavic-migration-reshaped-central-and-eastern-europe-150495-x](https://www.mpg.de/25256341/0827-evan-slavic-migration-reshaped-central-and-eastern-europe-150495-x)

FTDNA Clan Donald / MacDonald Project, оценка инструментов FTDNA Discover:
[https://www.familytreedna.com/groups/mcdonald/about/results](https://www.familytreedna.com/groups/mcdonald/about/results)

FTDNA project-группа: R1a-Y5570 & Subclades

YFull: R-A11915

Важное значение для данной реконструкции имеет статья В. В. Седова “Голядь”, где летописные известия XI–XIII вв. рассматриваются именно в связи с голядью Западного Подмосковья и бассейна Протвы.

Седов прямо пишет:

“К голяди Подмосковья относится и сообщение летописей под 1058 годом о победе Изяслава Ярославича над голядью (ПСРЛ, 1962, с. 114). Нередко это трактуется как свидетельство военного похода Изяслава в Галиндию (Пашуто, 1959, с. 11). Однако Изяслав в эти годы находился на Смоленщине и в Северо–Западной Руси, был занят "установлением" этих земель и вряд ли оттуда мог организовать поход в далекую прусскую Галиндию. Более того, с той же смоленской голядью, по–видимому, связано отмеченное летописями событие 1248 г.: "И Михаиле Ярославичъ московский убьенъ бысть от Литвы на Протве" (ПСРЛ, 1925, с. 38). Московский князь Михаил Хоробрит вынужден был снова отправиться на Протву, где и погибает в сражении с Литвой. Литва на р. Протве в середине XIII в. это — безусловно потомки голяди. Таким образом, надежно определяется, что в ХI–ХIII вв. в Западном Подмосковье в бассейне р. Протвы проживала голядь.”

Это место принципиально важно для вопроса о Радше и Радшичах. Оно показывает, что голядь в Верхнем Поочье была не поздней книжной легендой и не абстрактным воспоминанием о далёкой Пруссии, а реальной летописной группой, сохранявшейся в бассейне Протвы в XI–XIII вв.

Особое значение имеет и известие 1147 года:

«…и шед Святославъ и взя люди Голядь, верхъ Поротве…»

Таким образом, уже в середине XII века летопись прямо фиксирует голядь в верховьях Протвы. Это почти тот же исторический горизонт, в который можно осторожно помещать Радшу. Поздняя родословная традиция относит его выезд к 1198 году, однако эта дата проблемна: его правнук Гаврила Алексич уже выступает в середине XIII века, в частности в событиях 1240 года. Поэтому более вероятная историческая реконструкция помещает Радшу в первую половину или середину XII века. Возможна также его идентификация с киевским тиуном Ратшей, известным по событиям 1146 года.

В таком случае хронология выглядит особенно выразительно: около 1146 года фиксируется возможный Радша; в 1147 году летопись прямо упоминает голядь “верхъ Поротве”; в 1248 году на той же Протве летопись говорит уже о “Литве”, которую Седов определяет как потомков голяди. Следовательно, во времена Радши голядский балтский элемент в Верхнем Поочье был исторически живым и этнически заметным.

Показательно, что в летописной перспективе эта среда могла восприниматься уже не только как собственно “голядь”, но и как “Литва”. Именно так Седов объясняет известие 1248 года о гибели Михаила Ярославича Московского “от Литвы на Протве”: эта “Литва” на Протве, по его прямому выводу, была потомками голяди. Следовательно, для древнерусского книжника и летописно-княжеской традиции XIII века потомки голяди могли входить в более широкий прусский круг, обозначавшийся словом “Литва”.

Сама голядь, в свою очередь, имеет прямые исторические предпосылки для связи с галиндско-прусским кругом.

Не менее важно, что у Седова голядь связана не просто с неопределённым “балтским” населением, а с западнобалтским, галиндско-прусским кругом. Он указывает на гидронимию западнобалтского, тоесть “прусско-ятвяжско-галиндского облика”, а также на соответствия между галиндо-прусской и верхнеднепровско-окской, то есть “голядской”, гидронимией. Поэтому голядь Верхней Оки можно рассматривать как восточную ветвь более широкого галиндско-западнобалтского массива, родственного пруссам.

Именно здесь пушкинское и родословное предание о Радше как о “прусском выходце” получает рациональное объяснение. Его не обязательно понимать буквально как прямой приход Радши из исторической Пруссии. Более сильная и исторически связная версия заключается в том, что в родовой памяти сохранилось представление о литовско-голядском, то есть галиндском, происхождении Радши. Позднее это происхождение могли передать более простыми и понятными словами — как “выходец из пруссов”, поскольку галинды были одним из балтских племён, связанных с прусским миром.

Другими словами, если в летописной традиции потомки голяди на Протве могли обозначаться как “Литва”, а сама голядь по своему происхождению и гидронимическим связям восходит к галиндско-прусскому западнобалтскому кругу, то предание о “прусском” происхождении Радши уже не выглядит случайной поздней легендой. Оно может быть отражением той же исторической памяти: голядь — галинды — прусский круг — “Литва” на Протве.

Следовательно, гипотеза о Радше как человеке из верхнеокского вятичско-голядского региона выглядит достаточно логичной. Он мог жить уже в славянизированной среде и быть связан со служилым сословием, но по происхождению восходить к местному балтскому голядскому населению. Это население было родственно галиндам и, шире, связано с прусско-балтским кругом.

Общая тема