Лиленков

Северо-западнее Сталинграда...
Не забыл нас и командир дивизии генерал-майор Г. П. Лиленков. Приехал он в сопровождении адъютанта. Высокий, широкоплечий, подтянутый, лицо простое, открытое, — всем этим новый комдив невольно располагал к себе.
Лиленков не стал проверять уменье Попова (видимо, полковник Баринов рассказал ему о стрельбе по автомашине), а сразу же пошел на НП командира 4-й батареи.
Коваль стрелял не хуже майора Попова. И тот и другой обладали точным глазомером, подготовка исходных данных к стрельбе проходила у них как-то молниеносно. Весь сложный расчет исходных данных Попов делал в уме, держал в памяти все цифры. Коваль же был несколько методичнее: если позволяло время, он проверял все расчеты на бумаге.
В батарее А. М. Коваля поддерживался образцовый порядок. Даже политрук Копылов прошел боевую школу командира орудия, что, разумеется, было на пользу батарейцам. [100]
Но к удобствам жизни на НП Александр Моисеевич относился как-то безразлично. Попов частенько делал ему замечания. Приходилось вмешиваться и мне, воздействовать на Коваля через Копылова.
Наблюдательный пункт 4-й батареи, маленький. Комбат сидит там сгорбившись. Массивная фигура генерала еле втискивается в окоп. Мы остаемся в траншее.
Слышим голос Лиленкова:
— Неужели не смог сделать НП поудобнее? Не повернешься.
— Для меня одного и этот хорош. На вас не рассчитывал, — спокойно отвечает Коваль.
— Виноват. — Лиленков сразу же понял намек. — Почти забыл артиллеристов. Но вот пришел. Показывай фашистскую оборону, объясняй.
С помощью стереотрубы Коваль показывает весь сектор, объясняет, где у врага блиндажи, огневые точки, называет данные пристрелки.
Лиленков:
— Вот этот блиндажик. Я его знаю. Виден с нашего НП. Порази.
Коваль:
— Сколько снарядов разрешите израсходовать?
Лиленков:
— Сколько положено.
Коваль:
— Это много. Хватит трех.
— Стреляй.
Коваль передал команду на огневую позицию батареи. Стреляет первое орудие. У панорамы стоит Голубитченко, один из лучших наводчиков.
— Огонь!
Мы смотрим в бинокли, хорошо видим вражеский блиндажик. Всплеск разрыва. Как будто не особенно сильный. Но вверх летят короткие бревна. Лиленков:
— Ну, молодец! Теперь ударь вон по тому зданию. Там частенько гитлеровцы появляются. Сколько снарядов? — В голосе генерала послышалась ехидца.
— Трех достаточно. Хотя здание и не в моем секторе, но я пристрелял и его. На всякий случай.
— Что ж, проверим...
Коваль командует. Первый снаряд разорвался чуть [101] ближе здания. Второй выстрел. Снаряд угодил в крышу. Вспыхнул огонь.
Лиленков вылез из окопа, отряхнул песок.
— Хвалю! А НП все же сделай более удобным. В следующий раз взыщу. — Он повернулся ко мне: — Ты, комиссар, сам займись этим. — И к Попову: — Вот если бы все командиры батарей были такими. А то...
Я знаю, на что намекает генерал. На днях он проверял 7-ю и 8-ю батареи. Одна из них выпустила пятнадцать снарядов, и ни один не попал в цель.
— А как остальные? Тоже мастера? — спросил Лиленков.
— Нет, товарищ генерал, — откровенно ответил Борис Васильевич. — Коваль есть Коваль. Но Прохоров и Кривенко тоже неплохие командиры. Умеют вести огонь.
— Посмотрим...
Командиры 5-й и 6-й батарей прошли генеральскую проверку вполне удовлетворительно.
Крылов В. А. Обыкновенные гвардейцы. — М.: Воениздат, 1971. — 264 стр., с портр. и илл. (Военные мемуары.) Тираж 65 000 экз.