Боровитины, Миклашевские и другие

alexander gupalov
Спасибо!
А остались ли у кого-нибудь в Вашем поле зрения какие-либо сведения (сверх росписи) о Масловых и их потомках (период 1790-1850), фамильные легенды, записи, письма 19 века, а также фото прямых потомков конца 19 - нач.20 века?

1 поколение

1 Афанасий Сумин возможно сын Ивана Юрьевича Сумина

2 поколение
2/1 Мирон Афанасьевич Сумин * 1606 – умер до 1685.
был 14 лет в1620 год - Старичане Пустопоместные
Недоросли в службу не поспели поместьями и деньгами не верстаны живут у отцов и дядьев, братьев.
Поместьев и вотчин за ними нет

возможно?? его жена Сумина Марья Ивановна помещица - 1685 год Можайский и Вяземский уезды Московской губернии


3 поколение

расчетная дата рождения *1639

3/2 Сумин Андрей Миронович – стряпчий 1681 г . помещик 1685 (Можайский и Вяземский уезды Московской губернии )
Умер до 1710.

4/2 Сумин Федор Миронович (Боярские списки 1708 и 1709 гг.)-дворянин отставной с 1703 г. в Москве для посылок
помещик 1685 (Можайский и Вяземский уезды Московской губернии ). Умер до 1710.

5/2 Сумин Никита Миронович. помещик 1685 (Можайский и Вяземский уезды Московской губернии )
1710 - За Никитою Мироновым сыном Суминым четверть села Страшевич двор вотчинников

6/2 Сумин Семен Миронович помещик 1685 умер до 1710 (Можайский и Вяземский уезды Московской губернии )
= Ксения Яковлевна . вдова
1710 За вдовою Ксеньею Яковлевою дочерью Семеновскою женою Сумина четверть села Страшевич двор вотчинников

4 поколение

расчетная дата рождения *1672

7/3 Василий Андреевич Сумин
1710 За Васильем Андреевым сыном Суминым четверть села Страшевич двор вотчинников

8/4 Дмитрий Федорович Сумин
(*1677 - ?), в службе с 1700, жилец в 1700 - 1707, солдат в 1707 - 1708, адъютант в 1708 - 1710, поручик в 1710 - 1719,
в 1714 поручик Копорского полка – 26 июля 1714 у Ангут –мыса (Гангут) был в первой команде и прошли швецкой карабелной флот и был с господином Лефортом при отаке фрегат-карабля и галер швецких.
капитан-поручик в 1719 - 1725, капитан в 1725 - 1735, отставлен от военной службы в 1735, майор с 17.II.1741, новоторжский воевода 5(19).II.1736 (вступил 1.I.1737) - 1739 (преемник назначен 27.III.1738)
1710 За Дмитрием Федоровым сыном Суминым четверть села Страшевич двор вотчинников 3 двора крестьянских


Иван

5 поколение
разыскиваются представители 5 поколения

расчетная дата рождения *1706

Федор

Иван

Алексей

Прасковья Ивановна Сумина
= Сергей Михайлович Шишков (Батурин, Тверь). (Полковник в 1729, присланный в Москву для ускорения сбора налогов)

6 поколение

расчетная дата рождения *1739

Пелагия Федоровна Сумина. дочь дворянина.
Жена Василия Алексеевича Дубасова
(поручик опись 16.10.1796 6 ч. - † 12.1.1787 похоронен в селе Страшевичи Старицкого уезда)

Прасковья Алексеевна – * 1747? + 1795 – 48 лет (С. Страшевичи Стариц. у.)
жена Гордеева Филиппа Кирилловича кол.асс.* 1752? (+17.1.1800 - 48 лет) (С. Страшевичи Стариц. у.)

Петр Алексеевич Сумин + 30.1.1800 (С. Страшевичи Стариц. у.)
1783 – Старица – нижний земский суд – поручик
1776 - январь – присутствовал на 1 сборе дворянства в Твери от Ржевского уезда – поручик Петр Сумин
Наследственное предков имение Старицкого уезда в селе Страшевичи по пятой ревизии. За Петром Алексеевым особенно состояло 42 души мужчин.

Иван Иванович Сумин –
1783- Торжок – Нижний земский суд – дв. заседатель кап., капитан
1795 – предводитель дворянства в дворянской опеке

Дмитрий Иванович морской артиллерии унтер-лейтенанта
† 30.7.1777 похоронен в селе Страшевичи Старицкого уезда

alex_energo

Спасибо большое за Екатерину Дмитриевну - это сестра моей прапрапра....бабушки Елизаветы Дмитриевны

С уважением
Александр

alex_energo

по Суминым я пытаюсь восстановит всю цепочку от Федора Юрьевича Сумы (родоначальника Суминых) и его предков до отца моей прапрапра...бабушки Елизаветы Дмитриевны Суминой - Дмитрия Ивановича Сумина.

К сожалению в архиве Департамента Герольдии РГИА нет дел по дворянству по Суминым. По моей ветке были только дочери. А ветка от Петра Алексеевича Сумина - не подавала документы на дворянство. (о них есть немного в Тверском архиве - но там нет ничего о предках Петра Алексеевича.

смотрите по этой теме - мои поиски
https://forum.vgd.ru/155/14580/

Спасибо за информацию ( уже внес ее в тему по Суминым)

Кстати - по Боровитиновым у меня тоже отдельная тема -
https://forum.vgd.ru/155/15371/

С уважением,
Александр

http://www.booksite.ru/recollection/09.htm

Милая, всем нам дорогая фигурка старичка, дедушки, по матери, Николая Петровича Жеребцова появлялась у нас слишком редко, по разу в год. Завидевши его, вылезающего из повозки, я прыгал как козлик и выкрикивал: «дедушка, дедушка приехал!» Он нас всех очень любил, а меня, кажется, жаловал еще больше других детей; как мамаша после рассказывала, он говорил иногда ей и папаше, гладя меня по голове: «помяните меня этим мальчиком!» Когда-то дедушка был высок, красив и богат, но в это время это был уже небольшой, сморщенный небогатый старичок, разделивши свое большое состояние между детьми и пробавлявшийся небольшой частью, оставленною себе и своей бывшей экономке Олимпиаде Ильинишне, с которой под старость вступил во второй брак. За этот последний поступок все дети его от первой жены, нашей бабушки, рассердились и долго не хотели признавать «глупости», «фантазии» старика, как они называли эту женитьбу. Кончилось однако тем, что дедушка стал ездить к ним с Олимпиадой Ильинишной и с дочерью от этого брака Людмилой, к которой, помнится, я был немножко неравнодушен. Когда во время игры эта милая девушка, старшая из всех нас, говорила: «горю, горю на камышке, кто меня любит, тот меня сменит», – я всегда бросался к ней; а когда мы играли в прятки, я старался прятаться вместе с ней и совсем не торопился выходить из приятной засады, где чувствовал ее дыхание рядом с моим и совсем замирал от наслаждения. Как раз после одного из таких горений на камышке, когда Людмилушка заигралась с нами до сумерек и сырости, несмотря на то, что дедушка не раз уже звал ее в комнаты, – он, потерявши терпение, вышел с палкою и несколькими ударами сзади буквально загнал ее на крыльцо, к великому моему огорчению. Это показалось мне очень строго и грубо – нас так никогда не «учили» – уж как жалко было Людмилушки и сказать нельзя – сейчас готов был бы принять наказание на себя. После, будучи в корпусе, я узнал от мамаши, что Людмила вышла замуж за Засецкого и имела троих детей, но потом вскоре умерла. Засецким теперь и принадлежит деревянный Вологодский дом дедушки.

Отец и мать дедушки Жеребцова т. е. мои прадеды, имели кроме него еще воспитанницу и за нею не только назначили в приданое половину своего состояния, но, как мне рассказывали, деда прямо заставили на ней жениться, под угрозой лишения наследства. Кто такая была эта воспитанница – мне неизвестно, знаю только, со слов мамаши, что она была не то турчанка, не то татарка и очень не дурная собой – теперь я очень сожалею о том, что не расспросил о ней больше, но верно то, что кем-то пущенный в ход рассказ о данных за ней в приданое верблюдах и кобылицах, чистейший вздор: какие могут быть верблюды в Вологде?

Дедушку я любил за то, что он говорил со мною не о пустяках, а разумно, как с большим. Все ли дети это любят – полагаю, что да – но я всегда это очень ценил и крепко привязывался к тем, кто говорил со мною обыкновенным языком, не подделываясь под ребяческий выговор и жеманство, с картавленьем, подслащиванием выражения и т. п. приторностями. Не знаю который из нас, старичок или младенец, больше любили собирать грибы, – но верно то, что оба очень любили и, часто ходя по лесу один на один, рука в руку, – мы болтали к немалому облегчению всевозможных отварушек, рыжиков и особенно маслюшек, на которых мы вооружились корзинками, но которые тут пропускались мной по рассеянности, за разговором, а им – по слепоте. Брал он, недоглядывая маленьких грибов, большею частию огромные, старые шапки, сплошь и рядом поганки, так что мамаша, поблагодаривши его за принос и похваливши за хороший выбор и свежесть, потихоньку приказывала обыкновенно их выбросить и приготовить ему другие, под видом его собственных. «Дедушка, бывало говорю ему, не берите этот гриб, ведь он червивый! вон черви-то, вон!... «Не те черви, друг мой, которых мы едим, а те черви, которые нас будут есть!» – отвечал он мне. Эти слова так удивили меня, что я часто потом вспоминал их и до сих пор не только помню место, где они были произнесены, но и вижу тот старый, зеленоватый гриб, по поводу которого они были сказаны.

Вообще, кстати сказать, я хорошо запоминал те слова, или случаи жизни, которые почему-либо производили на меня особенное впечатление, за то они уже врезались в памяти так сильно, что снова вызванные намеком, сравнением или усилием воображения, являются и теперь окруженными всеми мелочами и подробностями – хоть сейчас рисуй их!

В то время я не замечал, и уже после слышал, что милый дедушка очень любил винцо, а так как у нас его стесняли в этом отношении, то он с особенным удовольствием уезжал от нас гостить к дяде Алексею Васильевичу, с которым был большим приятелем, и где запрета не было: графинчик для него всегда был готов. За то же мамаша и не любила отпускать старичка к дяде, что мы всегда замечали.