Войны, рекруты и призывники, армия Миллера, гр.война по доку

На сайте ВГД собираются люди, увлеченные генеалогией, историей, геральдикой и т.д. Здесь вы найдете собеседников, экспертов, умелых помощников в поисках предков и родственников. Вам подскажут где искать документы о павших в боях и пропавших без вести, в какой архив обратиться при исследовании родословной своей семьи, помогут определить по старой фотографии принадлежность к воинским частям, ведомствам и чину. ВГД - поиск людей в прошлом, настоящем и будущем!

Оленин
https://vk.com/club44741316?w=wall637488356_961

В общине от «всевидящего ока» общественности скрыться было трудно. Так, например, призывные списки лиц, которым положено было отбывать воинскую повинность, утверждали весной на сельском сходе, который проходил за полгода до самого мероприятия – жеребьёвки. При этом фиксировалось, что список «составлен верно: все молодые люди внесены в него без исключения, семейное положение каждого и прочие сведения изложены действительно правильно; лиц пропущенных – сверстников призываемых, нет».
Иными словами, подтверждалась законность составления подобного документа.
И обязательная подпись всех глав семейств.
Ну, и собственно, сам приговор по факту проверки призывных списков – опять-таки утверждённый подписями всех глав семейств.
После такого отвертеться было невозможно – как, скажите, потом людям в глаза смотреть? Разве сбежать… Так что, единственным способом «отмазки» оставалось состояние здоровья.

Максим Оленев

Виды опросных листов, которые составлялись на нижних чинов, чьи документы по разным причинам не успели попасть к командованию воинской части, куда эти чины были направлены служить.
Эти листы составлялись «со слов» самих нижних чинов либо специальной опросной комиссией, либо отдельным военным чиновником-делопроизводителем. В некоторых случаях опросные листы остаются единственными вспомогательными документами, рассказывающими о службе нижних чинов (из-за отсутствия основных – послужных списков).

Максим Оленев

Перечневая ведомость нижним чинам, водворённых с правом на получение пособия 1874 г.

Максим Оленев

Чувствительность народного хозяйства России к отвлечению рабочих рук была причиной того, что в Устав о всеобщей воинской повинности вошли многочисленные статьи о льготах по семейному положению. В этой связи можно проследить преемственную связь между Уставом 1874 года и Рекрутским Уставом 1831 года, в котором этим льготам было дано наибольшее развитие.
Устав Рекрутский обращал своё главное внимание на то, чтобы при сдаче рекрут не расстраивалось благосостояние семьи и всей крестьянской общины. А, поскольку благоденствие при примитивном сельскохозяйственном укладе зависело исключительно от числа рабочих рук, то в рекруты сдавались преимущественно сыновья многорабочих семейств.
Как говорилось в Распоряжении Правительствующего Сената от 24-го ноября 1888 года за № 9446:
«… Льготы по семейному положению установлены не лично для призываемых, а с той целью, чтобы остающиеся в семействе лица не были лишаемы единственно способных къ труду работников или единственного сына…».
Льготы по семейному положению подразделялись на три разряда.
I разряд:
а) единственные сыновья,
б) сыновья (или внуки) – единственные работники в семье.
II разряд: сыновья – вторые работники в семье.
III разряд: лицо, непосредственно следующее по возрасту за братом, находящимся по призыву на действительной военной службе или умершем на ней.
Лица, имевшие право на льготы по семейному положению, за исключением льготных I-го разряда, подвергались жребию наравне со всеми остальными и вносились в общие жеребьёвые списки в каждом призывном участке соответственно вытянутым номерам. Если в участке не добиралось нужного количества призывников, то подвергались медицинскому освидетельствованию и назначались на службу по порядку номеров молодые люди, имевшие право на льготы на семейному положению III-го разряда. Затем, если и этого количества не хватало – молодые люди со льготами II-го разряда.
Льготные I-го разряда безусловно освобождались от действительной службы и сразу зачислялись в ополчение II-го разряда; все прочие льготники – в ополчение I-го разряда.
По III-му разряду воинские присутствия составляли особые списки-ведомости, с указанием братьев тех призывников, которым предстояло идти тянуть жребий, находящихся на действительной военной службе. В этих списках указывался год призыва, номер приёмной росписи и воинская часть, куда старшие братья отправились служить.

мое примечание - да. Это так. У нас в НА РК много подобных бумаг.
Очень интересные документы.

М.Оленев
Эту бумагу хотели бы разыскивать многие исследователи. Поскольку в ней содержится самая главная информация о призыве.
Называется она «Список нижним чинам, назначенным в команду № ___, следующую в ________ (часть), в г. ________ (город)». Она – необходимая и наипервейшая часть работы Уездного Воинского Начальника, который при мобилизации был обязан рассортировать всех запасных нижних чинов, проживающих в подведомственном ему уезду, по командам и отправить их в воинские части согласно специального расписания. На момент начала Первой мировой войны 1914 – 1918 г.г. действовало «Расписание № 19 о призыве нижних чинов армии и флота на действительную службу». В списке указывались звания, фамилия, имя нижних чинов, откуда родом (волость), номер команды, название, номер и место расположения части, куда эта команда должна следовать.

https://vk.com/feed?w=wall637488356_1143

https://numismat.ru/gkcatalogs.shtml

С.Б.Патрикеев. Сводные списки кавалеров Георгиевского креста 1914–1922 гг.
В этом издании впервые приведены данные о более чем 900 000 награжденных Георгиевскими крестами за подвиги, совершенные во время Первой Мировой и Гражданской войн в период с 1914 по 1922 годы. Эта информация получена в результате многолетнего, кропотливого поиска в фондах РГВИА, РГИА, РГА ВМФ, ГАРФ, РГВА, ряда областных исторических архивов, а также в архивах Великобритании, США, Франции и Чехии.

Издание представляет несомненный интерес для широкого круга научных работников, сотрудников музеев, историков, коллекционеров, а также для всех, интересующихся этими страницами истории нашей Родины.

СТАРЫЙ ХРЕН ЛУЧШЕ НОВЫХ ДВУХ

Молодость — это мгновение. Вы не успеете оглянуться, как я изменюсь. И не в лучшую сторону…

Помните это цитату Костика (в исполнении Олега Меньшикова) из фильма «Покровские ворота»? Классика!
Поэтому, внимание! Следующий вопрос…
Кто лучше – старый хрен или молодой красавец?
Что за бред? – скажете Вы и в какой-то степени будете правы. Конечно, для красно девицы поначалу предпочтительнее второй вариант – тут тебе и молодость и пылкость. Да и вообще, ровня во всех отношениях.
А вот для интересов народного хозяйства страны опыт, безусловно, перевешивал. Именно так, в середине 1915 года рассуждало Главное Управление Генерального Штаб (ГУГШ), когда на чашу весов была поставлена дилемма – кем восполнять появившуюся серьезную брешь в действующих войсках?

****

В «Отчете о мобилизациях, проведенных в течение войны 1914-1918 г.г.» говорилось:
«… Развившиеся же события на театре военных действий настоятельно требовали быстрых и верных мер для возможного уменьшения размеров катастрофы, создаваемой отходом войск. Необходимо было, затем, выбираемые меры сообразовать так, чтобы ими не нарушать существенных интересов страны...».
Перед Военным Ведомством была поставлена «задача изыскать способы пополнений действующей армии элементом более пригодным к тяжелой боевой обстановке». При этом Штаб Верховного Главнокомандующего (ВГК) нашел, «что высылка в армию ратников старше 35 лет является нежелательной».
Главным «защитником стариков» выступил (как это не покажется странным) Совет Министров, т.е. сугубо гражданское ведомство, которому, по сути, и вменялось в обязанность блюсти интересы страны (естественно, прежде всего, экономические). Тем более что лето – уборочная страда, а мужские руки в данном случае заменить было просто некем:
«… Главным основанием такого решения вопроса было желание не отрывать в страдную пору урожая самых ценных, по мнению Совета Министров работников, чтобы в конец не разрушить хозяйственную жизнь страны…».
В общем, как могли – отстояли (хотя бы на какое-то время)…
Но, палка, как известно, о двух концах. Поэтому, безусловно, везде имелись свои «минусы и плюсы».
Какие изъяны и дефекты были у молодых? Как это ни странно, сам факт молодости (т.е. незрелости). ГУГШ вполне справедливо полагало, что:
«… Суровый уклад жизни большинства сельского населения, которое составляет 9/10 всего контингента, антигигиеничная обстановка и другие условия замедляют естественный рост и физическое развитие детей крестьян, и потому призываемая молодежь не сможет вынести всей тяжести военной обстановки настоящей войны и не будет обладать необходимой моральной стойкостью…».
Учитывая этот факт, ГУГШ выражало серьезную озабоченность, что «досрочный призыв новобранцев для удовлетворения срочной потребности в людях запасных батальонов, даст небоевой материал».
Тем не менее, особо военным выбирать не приходилось. Встретив поначалу довольно серьезное противодействие со стороны гражданских властей, Военное Ведомство было принуждено принять, что «умирать молодым», конечно, проще.
«… Совет Министров не согласился с приведенными соображениями Главного Управления Генерального Штаба и нашел, что в первую очередь все-таки должен был быть использован контингент новобранцев досрочного призыва 1917 года, причем самый призыв должен быть произведен не позже 7-го августа, а призыв ратников должен быть произведен осенью…».
Потом, военные поставят «гражданским» это в вину, как несвоевременную реакцию на насущные потребности армии.

Максим Оленев https://vk.com/feed?w=wall637488356_1341

Максим Оленев

Рекрут самого последнего набора в истории России (январь 1874 г.) учитывали по новым правилам , всеобщей воинской повинности - они состояли в запасе армии и снимались с учёта Управлением Уездного Воинского Начальника по достижении 43-летнего возраста в 1896 году.

ЗАХОДИТЕ К НАМ НА ОГОНЁК /Вербовка войск Максим Оленев

В Европе в Тридцатилетнюю войну (1618 – 1648) и последовавших за ней войнах не знали никакого иного способа комплектования войск, кроме вербовки. Например, войска прусского короля Фридриха Великого более, чем наполовину состояли из завербованных солдат, и даже до конца XIX столетия из них составлялись целые армии (например, английская), полки и вольные корпуса. Для вербования назначались специальные офицеры, которые на ярмарках, сельских праздниках или в питейных и игорных домах старались деньгами и разного рода посулами склонить к поступлению на военную службу годных к тому людей без разбора наций, сословий и ремесел.
Вспомним легендарный французский фильм 1952 года историко-приключенческого жанра «плаща и шпаги» «Фанфан-тюльпан» с Жераром Филиппом и Джиной Лоллобриджидой.
Но особенно популярной была насильственная вербовка, которая, несмотря на принимавшиеся впоследствии меры к упорядочению воинской повинности, держалась особенно долго. Однако, и в этом случае завлечь нужное количество народа удавалось далеко не всегда.
В результате, во время Семилетней войны 1756-1763 г.г., в Австрии в 1759 году было предписано ловить при помощи солдат ночью годных для службы людей. Крестьянин до 40 и даже до 50-летнего возраста ежедневно рисковал быть схваченным для отдачи на всю жизнь в военную службу.
Особенно распространен был так называемый «день открытых дверей», когда любого молодого человека, молящегося в церкви, военные могли беспрепятственно схватить прямо там и зачислять на службу.
Это правило было отменено специальным приказом в 1818 году.

А ЕСЛИ ПРОСТО ВАМ НАЙТИ МЕНЯ?

На самом деле – ой, как не просто!
Немалой проблемой в годы Первой мировой войны был розыск нижнего чина, поступившего из запасной части в действующую армию. Порой (а особенно в первые два года войны) путь призванного был настолько витиеват, что проследить его в деталях было неимоверно сложно даже должностным лицам, непосредственно за это отвечавшим.
Как происходило обнаружение нижнего чина? Какой порядок при этом соблюдался и какой путь проделывали документы, посылаемые вслед?

****

15-го октября 1015 года Командир 3-й роты 104-го пехотного запасного батальона (г. Оренбург) доложил рапортом за № 1230 Командиру своего батальона, что -
«… нижние чины вверенной мне роты: Бакий Арасламбаев, Нибатулла Искаков и Мухамет Кутлусурин, находящиеся в самовольной отлучке, возвратились 14-го сего октября, пробыв в таковой семь дней. С довольствия приказом не исключались …» .
19-го октября Командир батальона Иванов предписал младшему офицеру 6-й роты прапорщику Савицкому:
«… немедленно произвести дознание по содержанию рапорта командира 3-й роты от 15-го Октября за № 1230, всю переписку с дознанием представить мне.
Приложение: рапорт № 1230…» .
Спустя две недели, 5-го ноября, Савицкий доложил об окончании разбирательства «по делу о самовольной отлучке 3-х нижних чинов 3-й роты».
В рапорте говорилось :
«… Спрошенный мной рядовой 3-й роты, Набатулла Искаков, срока службы 1910 года, ратник 1-го разряда, вероисповедания магометанского, находящийся в роте налицо, показал следующее:
Когда меня взяли в военную службу, семья моя осталась в критическом положении: работника, кроме меня, дома для прокормления семейства не было (дети ещё малы). Между тем, дома не оставалось ни зерна вымолоченного хлеба. Спустя некоторое время, после моего призыва на военную службу ко мне явился мой односельчанин и напомнил мне о моём семействе, которое, не получая от казны ещё положенного пособия, не имело средств нанять работников для вымолотки оставленного мною хлеба, почему приходилось ему голодать. В силу этого я и решил, не спросившись у своего взводного командира, пойти к себе домой в деревню Сандяново, где, пробыв 4 дня и намолотив самое необходимое количество хлеба, вернулся 14-го октября к себе в роту. Воинская дисциплина мне была ещё мало знакома, так как в роте до совершения побега, я находился только две недели. Добавить больше ничего не могу.
Взводный командир обвиняемого показал, что последний просил у него разрешения идти в город, от 7 часов до 9 часов вечера 14-го октября сего года, что и было разрешено обвиняемому; но к назначенному времени обвиняемый не явился, а, как видно, и ушёл в это время домой.
Спрошенный мною рядовой 3 роты Мухамет Кутлусурин, призванный из запаса, срока службы 1897 года, вероисповедания магометанского, числящийся в роте налицо, показал следующее:
Мне необходимо было побывать дома и устроить дела, так как хлеб не был ещё вымолочен; сено находилось на лугу, и соседи ежедневно травили его своим скотом. Кроме того, встретившись с односельчанином в г. Оренбурге, я узнал от него, что семейное моё положение находится в беспорядке: семья за отсутствием работника терпит нужду и не в состоянии справиться с работой по уборке сена и молотьбе хлеба; ввиду этого я и просил у своего взводного отпустить меня домой, в деревню Сандяново, но получил от него на это отказ. Тогда я и решил самостоятельно уйти домой, где, пробыв 4 дня и убравши сено, намолотивши хлеба, я вернулся 14-го октября сего года к себе в роту.
Спрошенный мною взводный командир Мухамета Кутлусурина подтвердил, что последний, действительно, просил у него отпуска, о чём взводный командир докладывал фельдфебелю, который не доложил об этом ротному командиру, так как в это время много людей из 3-й роты было в отпуску. Взводный командир отзывается об обвиняемом, как о послушном и весёлом солдате.
Спрошенный мною рядовой 3-й роты Бакия Арасланбаев, срока службы 1901 года, ратник ополчения 1-го разряда, вероисповедания магометанского, находящийся в роте налицо, показал следующее:
После моего призыва на военную службу моя большая и бедная семья осталась без всякого работника, между тем, дома вымолоченного хлеба для прокормления семейства я не оставил, а нанять работника для вымолотки хлеба семья была не в состоянии. Поэтому я, не зная хорошо воинских порядков и дисциплины (обвиняемый до совершения побега находился в роте только две недели), решил самовольно, не спрашивая у своего взводного командира, уйти домой, в деревню Бикужинск, что и было сделано мной. Дома я пробыл 4 дня, за это время я успел намолотить только самое необходимое количество хлеба, после чего 14-го октября сего года вернулся в свою роту. Семья моя пособия от казны не получала. Добавить больше ничего не могу.
Дознание производилось 28-го октября 1915 года…».
К сожалению, в переписке не сохранились материалы батальонного суда. Однако, согласно ст. 133 Воинского Устава о наказаниях 1869 года, «самовольное отсутствие военнослужащего от команды или от места своего служения, продолжающееся в мирное время долее шести дней, а в военное долее трех дней, признается побегом».
Согласно ст. 136 того же Устава, нижние чины, состоящие на срочной службе подвергались на первый раз «одиночному заключению в военной тюрьме от 2-х месяцев до 4-х месяцев и двух недель».
К тому моменту, когда завершилось дознание, и дело было передано в суд, всех троих в батальоне уже не имелось. 24-го ноября Савицкий доложил, что «по справкам канцелярии 3 роты рядовые Набатулла Искаков, Мухамет Кутлусурин и Бакия Арасланбаев убыли в действующую армию с 81-й очередной ротой пополнения лит. Б» .
Таким образом, заключить в тюрьму бежавших нижних чинов уже обязано было военное начальство по новому месту службы.
Оставалось дело «за малым» - пустить документы вдогонку, чтобы карающая длань правосудия всё-таки настигла и покарала преступивших закон.

****

27-го ноября командир 104-го пехотного запасного батальона Иванов отправил рапорт Дежурному Генералу Западного фронта, с просьбой наказать виновных уже по прибытии в части:
«… Представляя переписку с дознанием на нижних чинов вверенного мне батальона Набатуллу Искакова, Мухамета Кутлусурина и Бакия Арасланбаева, прошу о направлении таковой по месту службы последних для привлечения их к ответственности за самовольную отлучку…» .
С указанием, что означенные в переписке нижние чины убыли в действующую армию 13-го ноября. Начался розыск Исакова, Кутлусурина и Арасланбаева в боевых частях.
8-го января 1916 года Дежурный Генерал Штаба 10-й армии полковник Новожильский сообщил Начальнику Штаба 26-го армейского корпуса, что «4 роты 104-го пехотного запасного батальона эшелон № 21797 были направлены на пополнение 26 армейского корпуса» .
В состав корпуса на тот момент входили 64-я и 84-я пехотные дивизии.
13-го января вр. и.д. Начальника Штаба 26-го армейского корпуса подполковник М. Г. Дроздовский направил распоряжение Начальнику Штаба 64-й пехотной дивизии:
«… Если означенные в сей переписке нижние чины не прибывали на укомплектование частей войск дивизии, переписку эту прошу направить в Штаб 84- дивизии…» .
18-го января Начальник Штаба 64-й пехотной дивизии предписал Командиру 253-го пехотного Перекопского полка произвести розыск нижних чинов в полках своей дивизии. Розыск должен был производиться от старшего по номеру полка к младшему.
«… Если означенные в сей переписке нижние чины на службе во вверенном Вам полку не состоят, то переписку в передаточном порядке надлежит направить командирам 254, 255 и 256 полков, а последующему – в Штаб дивизии…» .
22-го января переписка из 253-го полка перешла в 254-й Николаевский, 1-го февраля – из 254-го в 255-й Аккерманский, 5-го – из 255-го Аккерманского в 256-й Елисаветградский, а 17-го – возвращена обратно в Штаб дивизии.
Арасламбаева, Исакова и Кутлусурина в полках не оказалось и розыск продолжился в частях второй дивизии в корпусе.
18-го февраля и.д. Начальника Штаба 64-й пехотной дивизии передал переписку Начальнику Штаба 84-й пехотной дивизии со следующей резолюцией:
«… Рядовые Исаков, Кутлусурин и Арасламбаев на службе в частях 64-й пех. дивизии не состояли и не состоят…»
26-го февраля Начальник Штаба 84-й пехотной дивизии, отправляя дознание и переписку на 10-ти листах для исполнения, сделал распоряжение на имя Командира 333-го пехотного Глазовского полка:
«… Если означенные в сей переписке рядовые Исаков, Кутлусурин и Арасламбаев не прибывали на укомплектование вверенного Вам полка, то переписку для той же цели надлежит направить в передаточном порядке Командирам 334, 335 и 336 пехотных полков, а последнему в Штаб дивизии…» .
13-го марта Командир 335-го пехотного Анапского полка, передавая переписку, сообщил Командиру 336-го пехотного Челябинского полка:
«… Рядовой Арасламбаев прибыл во вверенный мне полк 28-го ноября 1915 г. из 104-го пех. запасного батальона. Но как негодный к строевой службе отправлен на службу в 31 бригаду Государственного ополчения 12-го февраля 1916 г. Рядовые же Исаков и Кутлусурин в списках полка не состоят и не состояли…» .
29-го марта Начальник Штаба 84-й пехотной дивизии донёс Начальнику Штаба 26-го армейского корпуса, что -
«…Рядовые Исаков и Кутлусурин на службе в частях дивизии не состоят и не состояли, а Арасламбаев состоял на службе в 335 пех. Анапском полку, но 12-го февраля с. г. переведён как негодный к строевой службе, в 31 бригаду Государственного ополчения…» .
31-го марта вр. и.д. Начальника Штаба 26-го армейского корпуса даёт распоряжение Начальнику 31-й бригады Государственного ополчения:
«… Для исполнения в отношении рядового Арасламбаева. По исполнении переписку препроводить мне…» .
6-го апреля Начальник 31-й бригады Государственного ополчения донёс Начальнику Штаба 26-го армейского корпуса:
«… С возвращением настоящей переписки сообщаю, что копия сношения Командира 194 пех. запасного батальона от 27-го ноября 1915 г. за № 22011 на имя Дежурного Генерала Западного фронта вместе с копией дознания прапорщика Савцикого о самовольной отлучке рядового Арасламбаева и др. мною сего числа за № 1634 препровождена Командиру 186 пех. Астраханской дружины для надлежащего исполнения в отношении Арасламбаева ...» .

****

Как видно, с момента произведения дознания (28-го октября 1915 года) и по момент возвращения переписки в Штаб корпуса (6-го апреля 1916 года) прошло почти полгода. За это время следы двух из трёх нижних чинов, находившихся под следствием, потерялись. Куда они в итоге делись, документы умалчивают.
Документы (изначальные плюс накопившаяся служебная переписка) проделали значительный зигзагообразный путь: по цепочке из корпуса – в первую дивизию и далее по четырём полкам, затем возврат в первую дивизию, передача во вторую дивизию и далее опять-таки по четырём полка. Затем снова возврат во вторую дивизию и в корпус. А оттуда – уже в бригаду Государственного ополчения (место обнаружения нижнего чина).
Такой путь назывался «передаточным» и позволял накапливать информацию, не теряя её по пути.

Максим Оленев

Войны, рекруты и призывники, армия Миллера, гр.война по доку

Войны, рекруты и призывники, армия Миллера, гр.война, концлагеря, партизаны, минеры по документам из НА РК и не только Карелиядо 1925

Войны, рекруты и призывники, армия Миллера, гр.война, концлагеря, партизаны, минеры по документам из НА РК и не только Карелия
до 1925