Трифонов из Киндасово

Деревню Киндасово Пряжинского района вряд ли можно назвать забытой, потому что в ней осталось несколько постоянных жителей и сейчас происходит активное дачное строительство. Начинает развиваться сельский туризм, основанный на фольклорных источниках (всем в Карелии известны байки о нелепых киндасовцах). Ежегодно здесь проходит фестиваль сельского юмора, на который съезжаются гости из разных уголков России и даже других стран.

Сколько лет деревне, киндасовцы знают точно, потому что в 2006 г. проводился большой праздник, посвященный 510-летию поселения.

Ученые же приводят отрывок из Писцовой книги Обонежской пятины 1496 г., где находится первое упоминание о деревне, которая тогда была только что основана (считалась починком) и единственным жителем ее был крестьянин Офоноско, который сажал так мало («четвертку ржи»1), что она не была занесена в подати как самостоятельная единица.

В ответе на вопрос, почему деревня носит такое название, киндасовцы единодушны: киннас — по-карельски означает рукавица. Они связывают его с легендой. «Мужик шел по домам и спросил: „Как деревня называется? Ну, раз не знаете...“ — и он бросил рукавицу на землю и сказал по-карельски: „Kindahat“. И с тех пор образовалось Киндасово». Жители говорят, что «если ехать по дороге вдоль деревни, то после реки в сторону уходит поворот с несколькими домами и это выглядит на как палец рабочей рукавицы». Кроме того, они вспоминают, что в деревне занимались вязанием перчаток.

Такого же мнения придерживался известный наш земляк, педагог, ученый-этнограф и краевед, сын святозерского священника и внук пряжинского пономаря Николай Феофилактович Лесков, который в одной из своей статей 1892 г. называл Киндасово так: «небольшая деревенька Киндаз-рукавица»2.

Научное сообщество, в отличие от народной этимологии, считает по-другому. Ирма Ивановна Мулонен выдвигает несколько версий:

название может происходить от той же основы, что и слово кинос, сугроб (возвышенное место, гора, пригорок);
ему близко слово кенття — ровное место, связанное как с сельским хозяйством, так и с поселением;
это могут и более древние, саамские корни: киндас, киндис (как и прибалтийско-финское прилагательное kiinteȁ - тесное, узкое место) означает бурное, многоводное течение реки, что и наблюдается в этом месте Шуи («Возможно, Киндасом назывался один из порогов или быстрое течение»3).
Что интересно, в принесенных фотографиях мы увидели одну, подписанную «Остров Киндас». На ней — приметный остров рядом с деревней. Он составляет характерную особенность, по которой легко опознать поселение. А если спускаться с Вогатозера по Шуе, то на пути до деревни Киндасово встретятся четыре порога, самый последний из которых назван Долгим. Он заканчивается как раз перед длинным, вытянутым островом. На финских картах военных времен это пространство носит название Kinnasvaara.

Вначале поселение называлось Ит-наволок, и только в 1563 году появилось название Киндасово. Деревня действительно расположена в очень удобном месте, на перекрестке водного пути по реке Шуе и сухопутной дороги от Пряжи к Сямозеру. Наверное, именно поэтому за неё боролись в разные времена захватчики, которые выжигали деревню до пустоши и уничтожали ее жителей. В Писцовых книгах 1582/83 г. и 1616-1619 гг. не случайно встречается одна и та же запись: «дворы сожгли и крестьян побили»4. Но русские жители и карелы с упорством вновь отстраивали родное поселение.

Конечно, такую давнюю историю народная память не сохранила. Но находки жителей, сделанные в середине XX века, говорят о давней истории деревни. Так, В. П. Васильев рассказал, что будучи мальчишкой, вместе с другими ребятами, нашел на высоком берегу реки Шуи, недалеко от нынешнего моста, женский череп с длинными волосами и обломок копья.

К середине XVII века в деревне насчитывалось до десятка жителей мужского пола, а в XVIII-XIX веке 10-12 дворов с населением уже более 100 человек5.

Тем не менее в середине XIX в., как отмечает один из современников, Киндасово воспринималось как «бѣдная, небольшая и плохо обстроенная деревушка, населенная Кореляками»6, которые, особенно женщины, не умеют объясниться на русском языке. В своих этнографических заметках автор рисует типичную бедную карельскую избу: печь, широкие полки с домашней посудой, ларь во всю длину печи, на котором сидят и спят, подпол. Одежда на женщинах, кторые пряли и тихо разговаривали, традиционная карельская: ситцевые сарафаны, «такiя же курточки на ватѣ; на ногахъ сапоги, а на головѣ платокъ, у пожилыхъ или замужнихъ шапочки (повойникъ)». Сами киндасовцы, основываясь на воспоминаниях старших родственников, рассказывают, каким было и как жило Киндасово в конце XIX — начале XX века.

Часовня находилась не там, где сейчас, а чуть выше по течению реки, на самом высоком месте — так, что с воды она была сразу заметна. Как она выглядела, никто не знает, как не знает и того, когда была построена и когда уничтожена. В деревне отмечались все церковные праздники («дни рождения не отмечали, в основном церковные праздники»). Священника на отпевания привозили на лошади из Пряжи. На Троицу ходили в Пряжу, в Маньгу — на Покров. В каждой деревне были свои праздники, в Киндасово все съезжались два раза в год: весной и зимой.

Жители не вспомнили названия часовни — видимо, потому, что тема была запретной. Она была названа в честь Введения во храм Пресвятой Богородицы. Свой общий праздник отмечали 21 ноября и 9 мая. Когда-то (видимо, до появления в Пряже своего прихода в 1762 г.) жители были прихожанами Сямозерского прихода. Что касается священников, то в XVIII-XIX вв. ими были о. Сергей Григорьев, Иоанн Федоров, Феодор Васильев, Тимофей Велеславов, Никита Успенский, Иоанн Лоянский, Зотик Дьячков, Иоанн Флеренский, Георгий Гумилев, Николай Цветаев7. Нынешний настоятель Прихода Покрова Богородицы в поселке Пряжа о. Константин Кукушкин рассказывает, что в 1930-е годы, когда Пряжинская церковь была закрыта, прихожане ходили за десять километров в Киндасово, чтобы там в часовне вести службы. Возможно, именно за это был репрессирован и расстрелян священник Василий Фадеев.

Как и было положено, рядом с часовней, выше по течению реки, находилось кладбище. Во время весеннего половодья воды Шуи поднимались высоко и подмывали берег — так что обнажались доски гробов. Новое кладбище, действующее и поныне, открылось в 1930 г. Располагалось оно за деревней по Сямозерской дороге слева. Об этом тоже одна из семейных историй, которую рассказал В. П. Васильев: «Новое кладбище открывали мои прадед Ефим и прабабушка. Похоронили бабушку, возвращались с похорон. Дедушка и говорит: „Я долго жить не буду, поезжайте за попом“. Умер он через день после бабушки».

О местонахождении старого кладбища жители не распространялись, и на этом месте дважды отстраивался один из жителей деревни, и дважды его дом горел. Уже в XXI веке дом был отстроен заново и продан дачникам из Петрозаводска, которые узнали об особенностях этого места совсем недавно и долго не могли решить, что же им делать.

Переправлялись раньше через Шую на лодках. Об этом же писал и один из проезжающиих через Киндасово в 1864 году: «Наконецъ добрались до рѣки Шуи, которая въ то время была не замерзши и обильна водою; мостъ снесло и потому приходилось переѣзжать въ лодкѣ. Эта переправа представлялась тѣмъ непрiятнѣе, что дулъ сильный вѣтеръ и по рѣкѣ шло сало. Ямщикъ поднялъ крикъ, а затѣмъ по ту сторону рѣки въ деревнѣ замелькали огни и до слуха доносился говоръ по корельски. Черезъ нѣсколько минутъ лодка причалила къ нашему берегу. Кромѣ гребцовъ и рулеваго, правившаго весломъ, въ носу лодки сидѣлъ человѣкъ съ зажженнымъ пукомъ лучины. Вещи мои перенесли въ лодку, до половины наполненною снѣгомъ, всѣ кое какъ усѣлись и стали пробираться между плывшимъ льдомъ, благодаря лучинѣ, освѣщавшей вокругъ воду»8.

Об этом же способе переправы и спустя век рассказывали бабушки своим внукам 1950-60 годов рождения. На лодках добирались и до Нижней Салмы. Пороги не мешали — умелые проводники знали реку. «Это сейчас на моторках против течения, а раньше на шестах или веслах, протаскивали лодку веревками», — говорят мужчины. Насколько был трудным путь, рассказала Т. В. Титова: «Помню, поехали в Большой Пушкас — ручей такой. Сено заготавливать. Бабушка и говорит: „Высадите меня на остров, я пешком пойду“. Так боялась этих порогов».

Мост через Шую тоже находился не там, где сейчас, и постоянно менял свое расположение. Первый мост был значительно выше по течению реки, чем нынешний (перед расширением реки), и соединял с последними домами на другом берегу. Жители вспоминают, что часто были временные переправы, которые постоянно сносило бурной водой.

Во время войны в 1941 г. мост разбомбили. Финны построили временную переправу, а потом и новый мост. Финский мост располагался уже совсем недалеко от нынешнего моста. В финских архивах существует несколько фотографий, которые передают сельский пейзаж 1941 года. Одним из памятных событий второй половины XX в. для жителей деревни стало строительство в 1985 году нового моста, который стоит и поныне.

Тогда же была заасфальтирована и дорога Пряжа-Киндасово. Многие с радостью говорят о том, как легко стало ездить в деревню, раньше же «пыли наглотаешься по грунтовке», особенно во время поездок на мотоцикле. А если женщине пришло время рожать — то ее просили приехать раньше положенного срока из-за плохой дороги. Невольно вспоминается отрывок из упоминавшейся статьи М. Г., который более чем на 100 лет раньше также пишет об этой плохой дороге:

«Дорога сдѣлалась уже и дурнѣе. Она проведена въ недавнее время, когда потребовалось болѣе удобное сообщенiе съ вновь прiобрѣтеннымъ Суоярвiискимъ заводомъ. Надо отмѣтить, что дорога эта весьма сносна и по ней, по крайней мѣрѣ до Сямозера, въ лѣтнее время можно проѣхать въ порядочномъ экипажѣ. Зимою, разумѣется, она не разъ — ѣзжена и не расчищается трехъугольникомъ, а потому только и доступна легкимъ санямъ съ неширокимъ ходомъ, и то въ одну лошадь или гусемъ. Хотя перегонъ отъ Пряжи весьма не великъ, но онъ показался мнѣ слишкомъ длиннымъ: такъ непрiятна была ѣзда. Снѣгъ валилъ большими хлопьями, а кибитку на бѣду не привязали, оправдываясь тѣмъ что она „не налажена“ (т. е. не починена, не приведена въ порядокъ); лошади лѣниво тащились по образовавшимся сугробамъ, вѣтеръ продувалъ на сквозь, а снѣгомъ совершенно забрасывало. Предоставляю судить объ удовольствiи ѣхать при такой погодѣ, ночью, въ открытыхъ саняхъ»9.

По мнению бывших киндасовцев, жизнь в деревне была хорошей. «В каждой семье имелась лошадь».

О том, находилась ли до революции в деревне школа, нынешние жители не помнят. Между тем, по данным Е. А. Калининой, Киндасовская школа грамоты была основана в 1903 году. Приюта в ней не было, зато была училищная библиотека10.

Во время революции 1917 года была уничтожена мельница, раскулачены зажиточные крестьяне. На съезде одна из жительниц говорила: «Бабушка рассказывала, когда маленькие были: до обеда придут красные — грабят, после обеда придут белые — грабят. А семья была зажиточная, у них 8 детей было. Кони были, рожь сажали. А их все грабили».

События гражданской войны (оккупация), коллективизации и репрессий не остались в памяти жителей деревни, наверное, по двум причинам: либо они не затронули Киндасово, либо их обходили стороной, потому что было опасно, и информация об этом ушла вместе со старым поколением.

Излагая историю деревни до 1917 года, ее жители проявили активность и открытость. Они охотно рассказывали то, что помнят со слов своих старших родственников. Благодаря этому удалось зафиксировать коллективную память о поселении. Жители сохраняют память о своем роде, чтут традиции, продолжают традиции гостевания. Очень активную роль в процессе общения играли и мужья жительниц деревни Киндасово. Они, как и их жены, берегут память о старшем поколении.

Текст подготовлен по материалам исследовательской работы Петрова Артёва, учащегося Пряжинской СОШ, научный руководитель Велеславова И.Н.

1. Цит. по ст. Чернякова И. Пряжа, деревни Киндасово и Маньга: начальный период истории и первые обитатели. Историческая справка и материалы к установлению празднования первого упоминания в документальных источниках// Мейян элайгу — Наша жизнь. — 2001. — 2 февраля. — № 5. — С.10

2. Лесков Н. Доклад о поездке в Олонецкую губернию летом 1892 г. // Живая старина. — 1893.- Вып. 3.- С. 435

3. Kintahan kylȁ. Lȁhtin minȁ lȁkkȍilȁh [Электронный ресурс] — Режим доступа. — URL: https://vk.com/video-48634186_...47c88f50b5 Дата обращения: 20.01.201

4. Цит. по ст. Цит. по ст. Чернякова И. Пряжа, деревни Киндасово и Маньга: начальный период истории и первые обитатели. Историческая справка и материалы к установлению празднования первого упоминания в документальных источниках// Мейян элайгу — Наша жизнь. — 2001. — 2 февраля. — № 5. — С.10

5. Велеславова И.Н. Православные приходы Пряжинского прихода. — Пряжа, Приход Покрова Богородицы, 2016. — С.89

6. М.Г. Салменижская волость // Олонецкие губернские ведомости. — 1866. — № 21. — С. 358

7. Велеславова И.Н. Православные приходы Пряжинского прихода. — Пряжа, Приход Покрова Богородицы, 2016. — С.95-103

8. М.Г. Салменижская волость // Олонецкие губернские ведомости. — 1866. — № 21. — С. 357

9. М.Г. Салменижская волость // Олонецкие губернские ведомости. — 1866. — № 21. — С. 357

10. Калинина Е.А. Народные школы Олонецкого края в XIX-начале XX века. — СПб: «Дмитрий Буланин», 2009. — С.227

Трифоновы из Карелия, Пряжинский рн, д.Киндасово