Тутукины. Три поколения

АЛЕКСАНДРА ПЕТРОВНА ТУТУКИНА (1861-1914)
(ЦГИА СПб. Фонд 411. Опись 3. Дело 3752 «Помощница смотрительницы А.П.Тутукина»)

Александра Петровна: У истоков столичного просвещения

Младшая дочь коллежского асессора Петра Львовича, Александра Петровна Тутукина (родилась 14 июня 1861 года), выбрала для себя не менее благородный, но тихий и размеренный путь. Она стала народной учительницей.
Благодаря её личному делу, обнаруженному в фондах Совета Санкт-Петербургских детских приютов (ЦГИА СПб. Ф. 411. Оп. 3. Д. 3752), нам открываются самые первые, шаги 19-летней девушки на ниве милосердия и просвещения.
Александра получила блестящее по тем временам образование: она окончила престижную столичную Петровскую женскую гимназию и знаменитую Санкт-Петербургскую Земскую учительскую школу, дававшую глубокую педагогическую базу. Одержав победу над первыми жизненными трудностями дочь Колежского Ассесора подает официальное прошение в Совет С.Петербургских Детских Приютов:
«Окончивши курс в Петровской Гимназии и в Земской Учительской Школе, я желала бы получить место в помощницы смотрительницы в одном из С.Петербургских Детских Приютов, а потому покорнейше прошу зачислить меня в кандидатки... Жительство имею: Петерб. Ч. 2-го уч. по Колпинской ул., дом № 20, кв. 1».
Земский диплом и безупречное происхождение сделали свое дело. На прошении тут же появилась благосклонная резолюция чиновников, за которой последовало согласование с ведомством барона и мецената Штиглица: «Зачислена кандидаткою на должность помощницы смотрительницы 23 октября 1880г…»
Выдержав строгие испытания, 19 октября 1881 года Александра Петровна официально определяется на службу помощницей смотрительницы Екатерининского детского приюта с жалованьем 125 рублей в год.
Детские приюты тех лет были пристанищем для сирот и детей из самых обездоленных слоев столицы. Молодая Александра Тутукина практически заменила этим детям мать: она ежедневно следила за их бытом, лечила, кормила и открывала для них первые буквы букваря. Эта изнурительная, но благородная десятилетняя школа милосердия закалила её характер и подготовила к главному призванию жизни.

В тишине Петроградской стороны

Накопив колоссальный опыт работы с детьми, в начале 1891 года Александра Петровна переходит на чисто педагогическую стезю — в систему городских начальных училищ. Страницы первых выпусков «Адресной книги города С.-Петербурга» за 1892–1896 годы переносят нас на тихую, еще патриархальную Петербургскую (ныне Петроградскую) сторону.
Профессиональная судьба молодой 30-летней учительницы оказалась прочно связана с одним адресом: угол Каменноостровского проспекта и Архиерейской улицы (ныне ул. Льва Толстого), дом 35.
Здесь располагалось 11-е Петербургское городское начальное училище в память святых Кирилла и Мефодия. В этих же казенных стенах Александра Петровна и проживала, полностью растворяясь в своей работе.
Нагрузка на молодую учительницу была колоссальной. Архивные справочники раскрывают штатный состав училища: Слово Божие детям преподавал законоучитель, священник Иоанн Шишов, церковному пению обучала Татьяна Беляева, а вот все остальные светские предметы — от букваря и чистописания до счета и истории — вела одна-единственная классная учительница: Александра Петровна Тутукина.
Каждый день под её опеку приходили десятки мальчишек и девчонок из семей местных ремесленников, извозчиков и мелких конторщиков. Александра открывала для них мир знаний, закладывая фундамент для будущих грамотных петербуржцев.
Как и её старшая сестра, Александра Петровна так и не создала собственной семьи. Все её тепло, терпение и материнская забота без остатка отдавались ученикам Кирилло-Мефодиевского училища, где её звонкий голос каждое утро начинал уроки...

Вслед за сестрой: Административный взлет

На рубеже веков, в 1901 году, в школьной системе Петроградской стороны происходит крупная реформа. Несколько начальных школ объединяют в одно большое 1-е Петербургское городское училище с тремя классами. В его состав вошли прежние классы в память святых Кирилла и Мефодия (1 кл.) и новые — в память А. С. Пушкина (2кл.), учрежденные к недавнему пушкинскому юбилею.
Укрупненное училище переехало в новое просторное здание по адресу: угол Большой и Малой Дворянской улиц (ныне улица Куйбышева), дом 9-11. Расширился и коллектив: теперь здесь трудились классная учительница Е. Н. Соколова, учительница рисования Варвара Пороховникова и школьный врач Я. Б. Эйгер. Неизменнымы остались духовный наставник — законоучитель отец Иоанн Дмитриевич Шишов, а также учительница пения Беляева Татьяна Алексеевна и учительница Тутукина Александра Петровна.
Для самой Александры Петровны этот переезд ознаменовался серьезным карьерным взлетом. Городское управление по достоинству оценило её многолетний безупречный труд, назначив её Заведующей хозяйством всего этого сложного и крупного школьного комплекса.

Удивительно, как совпали судьбы сестер: Мария Петровна твердой рукой вела хозяйственные дела Спасского роддома на Садовой, а Александра Петровна в это же время взяла под свой финансовый и административный контроль учебное заведение на Дворянской улице. Род Тутукиных продолжал держать высокую марку столичной интеллигенции.

Накануне Первой мировой войны Александра Петровна Тутукина берет свою самую главную профессиональную высоту. Согласно адресным книгам «Весь СПб» за 1913–1915 годы, её статус официально меняется: она значится как «Завед. ж. гор. Нач. уч. Петр. Ч». Пройдя долгий тридцатилетний путь от молодой помощницы смотрительницы приюта для сирот, дочь Придворной Конюшни Ст. ветеринара, коллежского ассесора становится полноправной Заведующей (директором) женского городского начального училища на родной Петроградской стороне.
Но на этой вершине признания её земной путь оборвался внезапно — она скончалась 13 ноября 1914 года в возрасте 53 лет, застав лишь первые месяцы Первой мировой войны. Списки справочника на 1915 год, собранные незадолго до её кончины, зафиксировали её директорский статус уже посмертно. В метрических книгах о смерти её имя было записано с заслуженным уважением — «дворянка». Её похоронили на Волковском (Волковом, так в МК) православном кладбище, в ту же землю, где с 1867 года покоился её отец, Старший ветеринарный врач Петр Львович.

Первой же из женщин этой ветви семьи ушла их мать — Татьяна Никитична Тутукина (в девичестве Семенова). Пережив супруга на 38 лет, она скончалась в Петербурге 30 сентября 1905 года и упокоилась рядом с мужем , где позже обрела покой и младшая дочь, на Волковском кладбище.
Так старый семейный очаг Тутукиных в Петербурге угас. Мужчины и женщины этого рода беззаветно отдали свои судьбы служению человеку. И лишь младший сын, военный врач Николай Петрович Тутукин, остался жить в новом, советском Ленинграде, чтобы продолжить медицинскую династию ...

Наконец то получила из РГВИА дело Петра Тутукина - ф.316, оп.9, дело 227 (дело небольшое, поэтому позволила себе подарок)
Конечно же тут же поделилась с ИИ . Он помог с расшифровкой фамилий (надеюсь не очень нафантазировал)

P.P.S. Новые находки: Академический узел Петра Тутукина (1836–1837 гг.)

Когда основные главы этой темы уже были написаны, архивные фонды преподнесли мне еще один неожиданный и невероятно фактурный подарок. Из Российского государственного военно-исторического архива в Москве (РГВИА. Ф. 316. Оп. 9. Д. 227) пришло личное дело, проливающее свет на юность будущего Старшего ветеринарного врача Придворной конюшни Петра Львовича Тутукина. Девять пожелтевших листов пушкинской эпохи, покрытых размашистой писарской скорописью, обнажили драматичный министерский кризис, едва не пустивший под откос всю его ветеринарную карьеру.
В 1836 году 17-летний Петр, сын безвременно ушедшего московского придворного конюха Левона Тутукина, обучался в Императорской Медико-хирургической академии. Он числился «пенсионером» — воспитанником ветеринарного отделения 2-го разряда, за чьё содержание платило Министерство Императорского Двора.

Под косой нового штата

Мирный ход учебы оборвался в июне 1836 года, когда император Николай I утвердил новый, сокращенный штат Академии. Из-за бюрократических пертурбаций молодой Тутукин в один день оказался вычеркнут из списков как «оказавшийся излишним противу нового штата». Конференция Академии заняла жесткую позицию и 1 июля 1836 года направила в Придворную конюшенную контору ультиматум за № 525: либо забирайте Тутукина обратно в конюхи, либо извольте платить за его дальнейшее обучение повышенную сумму, положенную новым регламентом.
Придворное ведомство платить вслепую не пожелало. 21 августа 1836 года Управляющий Конюшенной конторой, действительный статский советник Федор Поггенполь, отправил в Академию встречный запрос: имеет ли Тутукин успехи в науках и можно ли вообще надеяться от его дальнейшего учения «надлежащей для службы пользы».

Защита профессора и вердикт Академии

Судьба сироты Петра Тутукина повисла на волоске. Канцелярия Академии спустила приказ столоначальнику Плетневу немедленно поднять экзаменационные ведомости. В его защиту выступил сам заведующий ветеринарным отделением, основоположник русской ветеринарной науки профессор Иван Всеволодович Всеволодов, начертав спасительное: «Учился хорошо».
Опираясь на авторитет профессора, 29 августа 1836 года Конференция Академии направила в Конюшенную контору ответ за № 778:
«...Петр Тутукин в течение прошлого учебного года, при похвальном поведении оказывал хорошие успехи в науках и переведен во второй класс... Посему, если он и впредь будет оказывать столь же хорошие успехи, то через три года окончит курс наук и может быть полезным на службе ветеринарным врачом».

Бронницкий «грант» и Высочайшее соизволение

Бумажный маховик двух министерств закрутился с новой силой. Ознакомившись с похвальным рапортом, руководство Конюшенной конторы представило доклад лично Министру Императорского Двора, графу Петру Михайловичу Волконскому.
13 февраля 1837 года за № 63 за подписью советника Ивана Фортунатова в Академию летит долгожданная весть. Государь Император милостиво соизволил оставить конюшеннослужительского сына Петра Тутукина в Академии до окончания наук. Более того, министр нашел для сироты уникальный источник финансирования, назначив выплату огромной по тем временам суммы — по 360 рублей в год — из остатков сумм знаменитого Дворцового Бронницкого конского завода под Новгородом.
5 марта 1837 года секретарь Конференции Яков Попов официально превпроводил копию этого распоряжения в Правление Академии. Казенный ветеринарный ученик Петр Тутукин официально зачислялся Пенсионером Дворцового Бронницкого конного завода. Опасность отступила. Впереди были три года упорного труда, получение диплома и блестящая придворная карьера.

Удивительно, но спустя ровно пятьдесят лет этот академический кризис, как под копирку, повторит его младший сын Николай Тутукин в стенах Введенской гимназии, где его точно так же отчислят в 6-м классе и точно так же спасут материнские прошения, похвальные отзывы учителей и две гербовые марки. Извечный круговорот времени, закольцевавший судьбы отца и сына в пожелтевших архивных листах разных эпох...