Гвозди б делать из этих людей!

На сайте ВГД собираются люди, увлеченные генеалогией, историей, геральдикой и т.д. Здесь вы найдете собеседников, экспертов, умелых помощников в поисках предков и родственников. Вам подскажут где искать документы о павших в боях и пропавших без вести, в какой архив обратиться при исследовании родословной своей семьи, помогут определить по старой фотографии принадлежность к воинским частям, ведомствам и чину. ВГД - поиск людей в прошлом, настоящем и будущем!

Тема создана под впечатлением от подвига Овчаренко Дмитрия Романовича.
Давно уже задумывал что-то подобное: хотелось бы, чтобы в одном месте были собраны все такие подобные и известные случаи. Пригодится в воспитательных целях

Поискав по сети, обнаружил, что с обобщением всех фактов сложности (или я плохо искал, тогда, подскажите ссылку).
Предлагаю публиковать подвиги русских воинов, выходящие за рамки обычного.
Не помешали бы и ссылки на книги, где о таких подвигах можно узнать.
Приветствуется документальное подтверждение.

Зайцев Василий Григорьевич - снайпер 1047-го стрелкового полка 284-й стрелковой дивизии 62-й армии Сталинградского фронта, младший лейтенант.
Родился 23 марта 1915 года в селе Елининск Агаповского района Челябинской области в семье крестьянина. Русский. Член ВКП(б)/КПСС с 1943 года. Окончил семь классов неполной средней школы. В 1930 году окончил строительный техникум в городе Магнитогорске, где получил специальность арматурщика.
С 1937 года служил на Тихоокеанском флоте, где его зачислили писарем артиллерийского отделения. Прилежного, дисциплинированного матроса приняли в комсомол. После учёбы в Военно-хозяйственной школе его назначили начальником финансовой части на Тихоокеанском флоте, в бухте Преображенье. В этой должности его и застала война.
К лету 1942 года старшина 1-й статьи Зайцев подал уже пять рапортов с просьбой направить его на фронт. Наконец командир удовлетворил его просьбу и Зайцев уехал в действующую армию. Тёмной сентябрьской ночью 1942 года, вместе с другими тихоокеанцами, Зайцев переправился через Волгу и начал участвовать в боях за город.
Уже в первых схватках с врагом Зайцев показал себя незаурядным стрелком. Однажды командир батальона подозвал Зайцева и показал в окно. В 800 метрах бежал фашист. Моряк тщательно прицелился. Раздался выстрел - и немец упал. Через несколько минут на том же месте показались ещё два захватчика. Их постигла тa же участь. В награду Зайцев вместе с медалью "За отвагу" получил снайперскую винтовку. К тому времени из простой "трёхлинейки" Зайцев убил 32 гитлеровца. Вскоре о нём заговорили в полку, дивизии, армии.
В Зайцеве сочетались все качества, присущие снайперу, - острота зрения, чуткий слух, выдержка, хладнокровие, выносливость, военная хитрость. Он умел выбирать самые лучшие позиции, маскировать их; обычно скрывался от фашистов там, где они не могли и предполагать советского снайпера. Прославленный снайпер бил врага беспощадно. Только в период с 10 ноября по 17 декабря 1942 года в боях за Сталинград В.Г. Зайцев уничтожил 225 солдат и офицеров противника, в том числе 11 снайперов, а его товарищи по оружию в 62-й армии - 6000.
Однажды Зайцев пробрался к сгоревшему дому и залез в полуразрушенную чёрную печь. Из этой необычной позиции были хорошо видны два входа во вражеские блиндажи и подход к подвалу дома, где немцы готовили пищу. 10 фашистов сразил в тот день снайпер.
Одной тёмной ночью Зайцев пробирался к передовой узкой тропинкой. Где-то невдалеке укрылся фашистский снайпер; его надо уничтожить. Минут 20 Зайцев осматривал местность, но притаившегося вражеского "охотника" обнаружить не удалось. Плотно прижавшись к стенке сарая, моряк высунул рукавицу; её сильно рвануло из руки.
Осмотрев пробоину, он перешёл на другое место и проделал то же самое. И снова выстрел. Зайцев прильнул к стереотрубе. Начал тщательно просматривать местность. На одном из холмов мелькнула тень. Здесь! Теперь надо фашиста выманить и взять на прицел. Всю ночь пролежал Зайцев в засаде. На рассвете немецкий снайпер был уничтожен.
Действия советских снайперов встревожили врагов, и они решили принять срочные меры. Когда наши разведчики захватили пленного, он сообщил, что в район Сталинграда из Берлина доставлен на самолёте чемпион Европы по пулевой стрельбе, руководитель Берлинской школы снайперов майор Кёниг, получивший задание убить, прежде всего, "главного" советского снайпера.
Появившийся на участке фронта фашистский снайпер был опытен и коварен. Он часто менял позиции, устраивался то в водонапорной башне, то в подбитом танке, то в груде кирпича. Ежедневные наблюдения ничего определённого не давали. Трудно было сказать, где находился фашист.
Но вот произошёл случай. Уральцу Морозову противник разбил оптический прицел, а солдата Шайкина ранил. Морозов и Шайкин считались опытными снайперами, они часто выходили победителями в сложных и трудных схватках с врагом. Сомнений теперь не было - они наткнулись на фашистского "сверхснайпера", которого искал Зайцев.
Зайцев отправился на позицию, которую ранее занимали его ученики и друзья. Вместе с ним был верный фронтовой друг Николай Куликов. На переднем крае знаком каждый бугорок, каждый камень. Где же мог затаиться враг? Внимание Зайцева привлекла куча кирпича и рядом с ней лист железа. Именно здесь мог найти прибежище берлинский "гость".
Николай Куликов всё время ждал приказа выстрелить, чтобы привлечь внимание врага. А Зайцев наблюдал. Так прошёл весь день.
Перед рассветом воины вновь отправились в засаду. Зайцев в одном окопчике, Куликов в другом. Между ними верёвка для сигналов. Томительно тянулось время. В небе гудели самолёты. Где-то близко рвались снаряды и мины. Но Зайцев ни на что не обращал внимания. Он не спускал глаз с железного листа.
Когда рассвело и отчётливо обозначились позиции противника, Зайцев дернул за верёвку. По этому условному сигналу его товарищ поднял надетую на дощечку варежку. С той стороны ожидаемого выстрела не последовало. Через час Куликов вновь поднял рукавицу. Раздался долгожданный хлопок винтовочного выстрела. Пробоина подтвердила предположение Зайцева: фашист находился под железным листом. Теперь надо было взять его на прицел.
Однако торопиться нельзя: можно спугнуть. Зайцев и Куликов сменили позицию. Они наблюдали всю ночь. Первую половину следующего дня тоже переждали. А после обеда, когда на позицию противника упали прямые лучи солнца, а винтовки наших снайперов были в тени, боевые друзья начали действовать. Вот у края железного листа что-то заблестело. Случайный осколок стекла? Нет. Это был оптический прицел винтовки фашистского снайпера.
Куликов осторожно, как это может делать опытный снайпер, стал приподнимать каску. Фашист выстрелил. Каска упала. Немец, по-видимому, сделал заключение, что он выиграл поединок - убил советского снайпера, за которым охотился 4 дня. Решив проверить результат своего выстрела, он высунул из укрытия полголовы. И тут Зайцев нажал на спуск. Ударил метко. Голова фашиста осела, а оптический прицел его винтовки, не двигаясь, блестел на солнце до самого вечера.
Как только стемнело, наши подразделения пошли в атаку. За листом железа бойцы нашли труп фашистского офицера. Это был начальник Берлинской школы снайперов майор Кёниг.
Василию Зайцеву не довелось вместе с боевыми друзьями отпраздновать день победоносного завершения грандиозной Сталинградской битвы. В январе 1943 года, выполняя приказ командира дивизии о срыве немецкой атаки на правофланговый полк силами снайперской группы Зайцева, в которой на тот момент было лишь 13 человек, взрывом мины был тяжело ранен и ослеп. Лишь 10 февраля 1943 после нескольких операций, сделанных в Москве профессором Филатовым, к нему вернулось зрение.
Указом Президиума Верховного Совета СССР от 22 февраля 1943 года за мужество и воинскую доблесть, проявленные в боях с немецко-фашистскими захватчиками младшему лейтенанту Зайцеву Василию Григорьевичу присвоено звание Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина и медали "Золотая Звезда" (№ 801).

Всю войну В.Г. Зайцев служил в армии, в рядах которой начал свой боевой путь, возглавлял школу снайперов, командовал миномётным взводом, затем был командиром роты. Он громил врага в Донбассе, участвовал в битве за Днепр, сражался под Одессой и на Днестре. Май 1945 года капитан В.Г. Зайцев встретил в Киеве - снова в госпитале.
В военные годы В.Г. Зайцев написал два учебника для снайперов, а также изобрёл применяемый до сих пор приём снайперской охоты "шестерками" - когда одну и ту же зону боя перекрывают огнём три пары снайперов (стрелок и наблюдатель).
В Берлине он побывал после окончания войны. Там встретился с друзьями, прошедшими боевой путь от Волги до Шпрее. В торжественной обстановке Зайцеву была вручена его снайперская винтовка с надписью: "Герою Советского Союза Зайцеву Василию, похоронившему в Сталинграде более 300 фашистов".
Ныне эта винтовка хранится в Волгоградском музее обороны города. Рядом с ней помещена табличка: "В период уличных боёв в городе снайпер 284-й стрелковой дивизии В.Г. Зайцев из этой винтовки уничтожил более 300 гитлеровцев, обучил снайперскому искусству 28 советских бойцов. Во время ранения Зайцева эта винтовка передавалась лучшим снайперам части".
После окончания Великой Отечественной войны демобилизовался и поселился в Киеве. Сначала был комендантом Печерского района. Заочно учился во Всесоюзном институте текстильной и лёгкой промышленности, стал инженером. Работал директором машиностроительного завода, директором швейной фабрики "Украина", возглавлял техникум лёгкой промышленности.
Скончался 15 декабря 1991 года. Был похоронен в Киеве на Лукьяновском военном кладбище, хотя его последним желанием было быть похороненным в сталинградской земле, которую он защищал.
31 января 2006 года прах Василия Григорьевича Зайцева был перевезён в город-герой Волгоград, и торжественно перезахоронен на Мамаевом Кургане.
Награжден орденом Ленина, двумя орденами Красного Знамени, орденом Отечественной войны 1-й степени, медалями.
Решением Волгоградского городского Совета народных депутатов от 7 мая 1980 года за особые заслуги, проявленные в обороне города и разгроме немецко-фашистских войск в Сталинградской битве удостоен звания "Почётный гражданин города-героя Волгограда".
Имя Героя носит теплоход, курсирующий по Днепру.
О снайпере В.Г. Зайцеве сняты два фильма. "Ангелы смерти", 1992 г., режисер Ю.Н. Озеров, в главной роли Фёдор Бондарчук, и "Враг у Ворот", 2001 г., режиссер Жан-Жак Анно, в роли Зайцева - Джуд Ло.
Его книга "За Волгой у нас земли не было"
Наградной лист
Ещё материал
Отсюда

Мне сегодня посчастливилось узнать о человеке, который
заслуживает быть в этой теме. Он не фронтовик, но для меня он
настоящий Герой.
http://www.3porosenka.ru/see/art32660.html

Может, автор дневника СТОКРАТ не обидится на меня

Более подходящей темы я не нашла на всем форуме.

Огромное небо

Борис Владиславович Капустин ( 11.12.1931 - 06.04.1966 ) и Юрий Николаевич Янов ( 02.08.1931 - 06.04.1966 )

В не очень погожий весенний день, а именно 6 апреля 1966 года, лётчики 668 авиационного полка бомбардировщиков 132 бомбардировочной дивизии 24 Воздушной армии, дислоцировавшейся тогда в немецком городке Финов (Finow), командир самолёта капитан Борис Владиславович Капустин и штурман старший лейтенант Юрий Николаевич Янов получили приказ перегнать Як-28 на другой аэродром. Пролетая над Берлином, у самолёта в результате помпажа отказали оба двигателя сразу, и машина стала падать на жилые кварталы Берлина. В безуспешных попытках запустить двигатели, лётчикам всё-таки удалось отвести самолёт от густонаселённых кварталов за черту города. Они приняли решение посадить самолёт в лесу, который виднелся неподалёку, но, к несчастью, это было всего лишь немецкое кладбище, на котором в тот Пасхальный день было много людей. И хоть с аэродрома уже поступила команда катапультироваться, лётчики всё ещё старались максимально обезопасить мирных жителей, которые случайно могли оказаться в зоне взрыва многих тонн горючего, остававшегося в баках самолёта. Пилоты решили не покидать падающую машину – этим волевым решением они полностью отрезали себе все варианты своего спасения, поскольку сам выстрел катапульты мог уменьшить и без того критически малую высоту полёта. Показавшееся вдали озеро Штёссензее вполне могло подойти для экстремальной посадки самолёта на воду, но возникшая вдруг впереди дамба с шоссе, на котором было много автомобилей, вновь заставила командира экипажа Капустина неимоверным физическим усилием приподнять уже совершенно неуправляемый самолёт и перенести его через дамбу. После этого манёвра машина резко и с большим наклоном ушла в толстый слой ила на дне озера…
Полторы сотни слов – минута чтения, – описывающих всего лишь 30 последних секунд жизни пилотов.
Самолёт упал в английском секторе ответственности Западного Берлина, свидетелем чего был единственный рыбак. Наша служба ПВО о точном месте падения не знала. На место падения прибыли английские водолазы и сапёры, которые сразу же занялись подъёмом некоторых особо важных частей разбившегося самолёта. Тела лётчиков-героев для них не представляли никакого значения в отличие от уникальной радио-локационной системы «Орёл-Д» («Skipspin» по НАТОвской классификации), которую им удалось демонтировать и позже вместе с деталями двигателей за 2 дня исследовать в Фарнборо (Farnborough). Корреспондент британской газеты «Telegraph» вообще горделиво назвал эту вопиющую провокацию одной из самых «поразительных шпионских операций „холодной войны“.
Только на третьи сутки, 8 апреля 1966 года, когда всё, что хотели, НАТОвцы с разбившегося самолёта изучили, состоялась передача останков советских лётчиков представителям Группы Советских войск в Германии.
Мирные граждане обеих частей Германии по достоинству оценили подвиг героев – каждый город ГДР прислал свою делегацию для участия в траурной церемонии, а из Великобритании даже прибыл королевский оркестр. Тогдашний бургомистр Западного Берлина, будущий канцлер ФРГ Вилли Бранд, сказал: «Мы можем исходить из предположения, что оба они в решающие минуты сознавали опасность падения в густонаселенные районы, и в согласовании с наземной службой наблюдения повернули самолет в сторону озера Штёссензее. Это означало отказ от собственного спасения. Я это говорю с благодарным признанием жертве, предотвратившей катастрофу».
Указом Президиума Верховного Совета СССР от 10.05.1966, за мужество и отвагу, проявленные при исполнении воинского долга, капитан Капустин Борис Владиславович и старший лейтенант Янов Юрий Николаевич были посмертно награждены орденами Красного Знамени.
Именем Бориса Капустина, похороненного в Ростове-на-Дону, названы улица Ворошиловского района города и школа № 51. Юрий Янов похоронен на родине, в Вязьме, на Екатерининском кладбище, и в его честь 1 сентября 2001 года на здании Вяземской средней школы №1 установлена памятная доска.
30 марта 2001 года, к 35-летию подвига лётчиков, в Берлине прошли торжественные мероприятия, а в авиационном музее на аэродроме Финова, созданном после вывода наших войск, воздвигнут мемориал.

Перевод надписи на обелиске:

«В память всем жертвам холодной войны
Они отдали свои жизни, чтобы спасти других людей
Старший лейтенант Янов, капитан Капустин
6 апреля 1966 г.»

Сослуживцы лётчиков-героев сложили такие стихи об их подвиге:

Ценой нечеловеческих усилий
Агонию машины поборов,
Ушли в бессмертье сыновья России,
Лишь только став на жизненный порог.
Им бы любить, дерзать в просторе вольном,
Но долг суров, а сердце горячо.
Гордись, страна! Гордись, хотя и больно.
Теснее строй, друзья, к плечу плечо!

Вот что рассказала Галина Андреевна Каустина в одном из интервью:
«Специально ехать на концерты Э.Пьехи я из-за этой песни не могла, потому что я не могла её слышать. У меня, знаете, всё переворачивалось, всё сразу наплывало, как говорится, все воспоминания… Я её проживала, эту песню, - не просто слушала».
Эдита Станиславовна сама разыскала вдову и лично пригласила на концерт: второй ряд, партер. Эдита Станиславовна не раз признавалась: так проникновенно, как в тот день, она не пела никогда.
«Вдруг она объявляет о том, что вот песня, в зале присутствует жена. И эта песня – реальные события, посвящается Капустину, Янову. И начинает петь эту песню…»
Даже 43 года спустя Галина Андреевна не может сдержать слёз при звуках «Огромного неба»...

Ещё интересная статья, но слишком большая, чтоб вставить на форум.
Для желающих СЮДА
Послушать и скачать можно ЗДЕСЬ
Мультфильм по мотивам СКАЧАТЬ или СМОТРЕТЬ

На безымянной высоте

Дымилась роща под горою
И вместе с ней горей закат
Нас оставалось только трое
Из восемнадцати ребят.
Как много их, друзей хороших,
Лежать осталось в темноте,
У незнакомого поселка,
На безымянной высоте.

Светилась, падая, ракета,
Как догоревшаая звезда.
Кто хоть однажды видел это,
Тот не забудет никогда.
Тот не забудет, не забудет
Атаки яростные те
У незнакомого поселка,
На безымянной высоте.

Над нами мессеры кружили,
И было видно словно днём,
Но только крепче мы дружили
Под перекрестным артогнём.
И как бы трудно не бывало,
Ты верен был своей мечте
У незнакомого поселка,
На безымянной высоте.

Мне часто снятся те ребята
Друзья моих военных дней.
Землянка наша в три наката,
Сосна сгоревшая над ней.
Как будто снова вместе с ними
Стою на огненной черте
У незнакомого поселка,
На безымянной высоте.

САМА ПЕСНЯ

[ Изображение на стороннем сайте: 2b3570beca4a.jpg ]

Эта «Безымянная» находилась в полосе наступления 139-ой стрелковой дивизии, там, впереди, в руках врага. Высота была господствующей, ее взятие могло резко изменить в нашу пользу положение на этом участке фронта. Это было 13-14 сентября 1943 года.
В августе 1943 года в дивизию прибыло пополнение — сибиряки — добровольцы, новосибирские рабочие. Боевая группа, состоящая из сибиряков, коммунистов, под командованием младшего лейтенанта Евгения Порошина должна была произвести смелую операцию — пройти в ночь на 14 сентября в тыл противника и захватить высоту Безымянную. Радиопозывным этой группы смельчаков было слово «Луна».
«Луна» сообщила командованию, что высота занята. Дальше события разворачивались трагически. Обнаруженные врагом сибиряки были со всех сторон окружены во много раз превосходящими силами противника. Восемнадцать приняли бой против двухсот!!!
В ходе Смоленской наступательной операции советских войск осенью 1943 года, в полосе наступления 139-й стрелковой дивизии (10-я Армия) путь советским воинам к реке Десна и городу Рославль преграждала господствующая над всей местностью, сильно укрепленная высота 224,1. Она была укреплена тремя рядами траншей, густо усеянная пулеметными гнездами, двумя танками, самоходной установкой «скрипач». Окруженная минными полями, высота занимала важное стратегическое положение и представлялась неприступной. Многочисленные попытки 718-го полка подполковника Е. Г. Салова овладеть опорным пунктом врага успеха не принесли. Было принято решение создать штурмовую группу и возложить на нее выполнение этой задачи. Добровольцев оказалось много. Выбрали взвод уральца младшего лейтенанта Е. И. Порошина, который в прошедших боях уже отличился.
В ночь на 14 сентября штурмовая группа выступила на выполнение задания. Незаметно подкравшись к укреплениям, сибиряки забросали гранатами первую траншею и находящихся в ней гитлеровцев, выбили их и ринулись ко второму ряду укреплений. Внезапность атаки, стремительность действий позволили молниеносно преодолеть 600 метров и ворваться на высоту! Однако следовавшая за ними восьмая пехотная рота третьего батальона была отсечена пулеметным огнем и штурмовая группа оказалась в окружении превосходящих сил противника.
Заняв круговую оборону, смельчаки вели неравный кровопролитный бой в течение всей ночи. Первым погиб старшина Панин, потом замолк Емельян Белоконов, потом Липовецер и Шляхов. Уничтожая гранатами пулемет противника, пал от вражеской пули командир группы Порошин. Оставшиеся в живых окопались и продолжали сдерживать натиск врага. Сибиряки отбили несколько атак гитлеровцев.
Под утро началась артиллерийская перестрелка. Немцы в упор расстреливали наших из танков, пушек и шестиствольных минометов. Дмитрию Яруте миной перебило ноги, Борису Кителю оторвало руку. Они, истекая кровью, продолжали вести огонь по врагу до последнего дыхания. Весь израненный, Николай Голенкин поднялся в полный рост и, держа автомат левой рукой (правая была перебита и повисла, как плеть), ринулся вперед, стреляя по врагу. Ворвавшись в ряды врагов, он упал на автоматы фашистов. Так ценой своей жизни, Голенкин дал возможность своим товарищам перезарядить оружие, перевязать раны, собраться с силами и продолжать смертельную схватку.
С рассветом силы сибиряков иссякли. Сначала все затихло на правом фланге, где отбивалась группа Денисова. Потом пал Артамонов, сражавшийся рядом с Власовым.
Ведя этот смертельный бой, группа сковала значительные силы противника, что дало возможность основным силам 718-го полка нанести врагу жестокий удар с флангов и отбросить его за реку Десну. Путь на Рославль был открыт. Утром 14 сентября 1943 года, когда бойцы 718-го стрелкового полка прорвались на высоту, перед ними предстала картина жестокого кровопролитного побоища. Кроме шестнадцати погибших наших бойцов, там было больше сотни трупов немецких солдат и офицеров из подразделений 317-го гренадерского и 365-го пехотного полков германской армии. А в одной из воронок, засыпанной землей, наши бойцы увидели торчащий ботинок, а когда стали откапывать, то обнаружили своего однополчанина Герасима Лапина, у которого еще бился пульс. Взрывом мины его контузило и отбросило в воронку, а потом присыпало.
В медсанбате бойца подлечили, и потом он продолжал воевать в составе этого же полка, был дважды ранен, но оба раза после излечения возвращался в свою часть. Затем был направлен на учебу и переведен в другую часть, с которой и дошел до Берлина. После войны Лапин вернулся в родной Донецк.
Иначе сложилась судьба другого оставшегося в живых героя безымянной высоты, сержанта Константина Власова. Когда у него уже кончились патроны, из трех гранат он сделал связку, а четвертую оставил на самый крайний случай. Когда четверо фрицев стали приближаться к нему, он бросил связку гранат и уложил их на месте. Потом показались еще семеро. Власов решил подпустить их поближе и подорвать вместе с собой последней гранатой, но граната не взорвалась, и он раненым был захвачен в плен.
Сутки провел сержант Власов в рославльской тюрьме, 49 суток в бобруйском лагере военнопленных. 4 ноября 1943 года пленных погрузили в эшелон и повезли на запад, в Германию. Перед самой отправкой Костя спрятал под стелькой другого ботинка примитивный складной нож с плоской ручкой. Уже в пути, под стук колес, Власов вместе с другими пленными поочередно надрезали этим ножом доску против наружного запора двери, выдавили надрезанную доску, раскрутили проволоку на щеколде и, откатив тяжелую вагонную дверь, на полном ходу выпрыгнули из вагона. В ночной темноте они разбежались по окрестным кустам. Через несколько минут их окликнули партизаны. Вместе с другими бойцами, спасшимися от немецкого рабства, Власов был зачислен в белорусский партизанский отряд «Мститель», участвовал во многих партизанских операциях, беспощадно мстил за погибших товарищей. После войны работал в Новосибирске на родном заводе. Скончался в 1978 году.

Рядовой Артамонов Александр Алексеевич. Это был мастер на все руки. Он любил петь, с песней брался за любую работу. Самостоятельно подготовившись, сдал экзамены на шофера. Любил и хорошо умел рисовать. Когда началась война, сутками не вылезал из кабины. Его назначили начальником транспортного отдела завода. Александр Алексеевич не раз просился на фронт. Его долго не отпускали, но в июне 1943 г. просьба его была удовлетворена.

Рядовой Белоконов Емельян Иванович. Трудовой путь его начался в 1917 г. на Ростовском заводе. В 1928 г. поехал строить «Ростсельмаш». Через несколько лет Белоконов стал председателем постройкома «Ростсельмаша». Перед войной работал на стройке важного значения. В Новосибирск прибыл в составе строительной организации. Отсюда с путёвкой Октябрьского райкома партии добровольно отправился на фронт.

Сержант Власов Константин Николаевич. Константин Власов был одним из двоих, кто остался в живых после этого боя. Когда закончились боеприпасы, он решил взорвать себя и окружавших его фашистов последней гранатой. Он выдернул чеку, но взрыва не последовало. Гитлеровцы схватили его и бросили в Рославльскую тюрьму, потом – в Бобруйский лагерь военнопленных, а оттуда отправили на Запад. Бежал из поезда. С 5 ноября 1943 г. по 5 июня 1944 г. сержант Власов служил рядовым в отдельно действующем отряде «Мститель» Минской области, где был тяжело ранен.

Рядовой Воробьев Гавриил Андреевич. Мастер управления жилищно-коммунального строительства. Гавриил Воробьев пришел на «Сибсельмаш», когда завод еще строился. Первое время возил из заводских котлованов землю. Затем руководил бригадой слесарей. Все знали этого огромного, плотного здоровяка как человека нежной души, умевшего радостно и по-доброму улыбаться, весело и остроумно шутить. На фронте с его легкой руки пошла гулять по полку присказка о том, что солдат с врагом всегда делится: себе гильзу оставляет, врагу – пулю посылает. Он очень любил труд, песню и жизнь. Таким остался в памяти и сердцах знавших его.

Рядовой Голенкин Николай Иванович. Он пал смертью героя там, где прошла его юность. Голенкина назначили ответственным за эвакуацию предприятия, где он работал. Он провожал товарищей в тыл, а сам просился на фронт. Последним эшелоном его отправили в Сибирь. Он работал бригадиром, парторгом цеха. Работал сутками. Отдавал свой паек слабым. В июле 1943 г. добровольцем ушел на фронт.

Сержант Даниленко Николай Федорович. Родился и вырос в деревне Лягушье Купинского района Новосибирской области. Ему не было и двух лет, когда был убит его отец, красный партизан. Николай вступил в комсомол, стал работать механизатором. Четыре года служил в Морфлоте. В декабре 1940 г. коммунист Николай Даниленко вернулся в Сибирь и стал работать на заводе.

Старший сержант Денисов Даниил Алексеевич. Потомственный мастер-модельщик. Строил Комсомольск-на-Амуре, служил в танковых войсках, а когда создавались трудовые резервы, был в числе тех, кому доверили воспитание подрастающей рабочей смены. Началась война, и Даниил заявил: «Раз война, значит, воевать пойдем!» Но на фронт его не пустили, приказали готовить трудовую смену фронтовикам. Раньше него в армию ушли его сестры – Ольга и Анна.

Старший сержант Закомолдин Роман Емельянович. Вырос на Тамбовщине в большой дружной семье. В числе первых вступил в комсомол. В 1933 г. пришла пора служить в Красной Армии. Романа направили в артиллерию. После армии поехал в Таганрог, к родным, и стал работать на комбайновом заводе. С началом войны вместе с коллективом завода он эвакуировался в Новосибирск. Осенью 1941 г. подал заявление с просьбой принять его в члены ВКП(б). Товарищи, не задумываясь, дали ему рекомендацию. Одним из них бал Герасим Ильич Лапин. Тот самый Лапин, с которым Роману пришлось драться на Безымянной высоте.

Рядовой Касабиев Татари Налыкович. В автобиографии он написал: «До революции отец не имел ничего кроме рабочих рук». Советская власть дала их семье счастливую жизнь. В 1931 г. он вступил в комсомол. Потом работал на одном из заводов в Дзержинском районе Новосибирска. Во время войны все пять братьев Касабиевых защищали Родину.

Сержант Кигель Борис Давыдович. Ушел добровольцем на фронт с Новосибирского мясокомбината, где вырос от ученика электромонтера до главного технолога. Он был человеком неиссякаемой энергии и разносторонних интересов. Почти мальчишкой комсомолец Борис Кигель по призыву партии поехал в село участвовать в ликвидации неграмотности, там сконструировал приемник. Его интересовали проблемы автоматизации производства и улучшения качества выпускаемой продукции. Был активным рационализатором. В начале войны добровольцем ушел на фронт.

Рядовой Куликов Иван Иванович. Родился в Тобольске. Круг его интересов был широк. В свободное время Иван Ивановича можно застать за чтением томиков Пушкина, Лермонтова, Гете. Любил рисовать, писать пейзажи. Это был высокий, крепкий, не слишком разговорчивый, но очень отзывчивый и душевный человек, хороший товарищ, работник и семьянин. В тот день, когда сгорел дом, где жила семья Куликовых, Иван Иванович Куликов поцеловал жену и дочурку и ушел добровольцем на фронт.

Рядовой Лапин Герасим Ильич. До войны Герасим Лапин был шахтером, избирался председателем участкового комитета профсоюза. В первые дни войны его направляют в Новосибирск, чтобы помочь быстрее установить оборудование, необходимое для производства боеприпасов. В бою на Безымянной высоте Лапина взрывной волной отбросило в сторону, и он потерял сознание. В глубокой яме под кустом его нашли наши бойцы. Именно он рассказал о том, что происходило за «огненной чертой». Рядовой Лапин дошел до Берлина и отомстил за гибель друзей. Осенью 1945 года он вернулся в родной Донбасс.

Рядовой Липовецер Элюша Яковлевич. На харьковском тракторном заводе его знали, как замечательного технолога. Работал он много, не жалея ни сил, ни времени. На Новосибирский «Тяжелстанкогидропресс» пришел, когда этого предприятия еще не было. Стояли два пустых корпуса. В них нужно было установить станки. Липовецер с бригадой шестнадцатилетних мальчишек и девчонок выполнил задание. Перед отъездом на фронт забежал на завод и неторопливо сказал: «Ну вот, ребята, пришел прощаться. Уезжаю. До скорой встречи с победой!»

Старшина Панин Петр Иванович. Он служил в Баку, на Дальнем Востоке и в Сибири. Ему было поручено испытание боеприпасов. Целыми сутками он работал на полигоне. «Вы и так на фронте», — сказали Панину в военкомате, когда он пришел проситься в действующую армию. И лишь после того, как был полностью освоен новый вид боеприпасов, коммунист Панин Петр Иванович получил направление на фронт.

Рядовой Романов Петр Андреевич. Петр Романов был самым молодым из восемнадцати. Вырос в селе Мишенском Тульской области. С детства любил стихи. В пятнадцать лет он стал колхозным счетоводом. Все были довольны его работой. С нетерпением ждал, когда придет срок служить в армии. Служил на Дальнем Востоке в зенитной артиллерии. Поступил работать на завод – и его эвакуировали вместе с заводом в Новосибирск. Летом 1943 г. ушел на фронт. Написал родным: «Еду мстить фашистским гадам. Ребята – один лучше другого. Немцы запомнят нас!»

Рядовой Шляхов Дмитрий Агеевич. Коммунист Дмитрий Агеевич Шляхов стал командиром производства после окончания института транспортного машиностроения. В первые месяцы войны ему пришлось организовать перебазирование станков на Урал, в Сибирь. Потом руководить установкой их в Красноярске и Новосибирске. Несмотря на мягкость своего характера и на то, что он до 1943 г. не служил в армии, воин из Шляхова получился отличный. Оружие в руках держал твёрдо и уверенно, стрелял на редкость точно и в борьбе с врагом отдал свою жизнь.

Рядовой Ярута Дмитрий Ильич. В шестнадцать лет поехал строить Днепрогэс. Потом отправился на «Запорожсталь». Трудился рабочим, перевыполнял нормы, учился. Был комсоргом цеха, рабкором заводской многотиражки. Добровольцем пошёл на фронт ещё и потому, что хотел отомстить фашистам за гибель двух своих братьев.

Младший лейтенант Порошин Евгений Иванович. Командир отряда. Родился 3 февраля 1913 г. в Екатеринбурге. Закончив школу, поступил в химико-технологический техникум. После его окончания по комсомольской путёвке поехал на север области, где строился целый комплекс заводов. Осенью 1935 г. призван в армию. В ноябре 1941 г. участвовал в боях под Москвой. Был ранен, но из госпиталя рвался па фронт. В 718-й стрелковый полк младший лейтенант Порошин прибыл, когда наши прорывались к р. Снопоть.

Тихим августовским утром младший лейтенант Порошин прибыл в 718-й полк, где и принял взвод сибиряков. — Главная задача у каждого из нас — разбить немецкую свору. И только тогда можно будет жить нормально,—сказал офицер, знакомясь с подчиненными. Такими они были — людьми, любящими свое дело, коллектив, семью, солдаты с дипломами техника и инженера, с сердцами рыцарей без страха, добровольцы из Новосибирска.
Целиком статья ЗДЕСЬ

Траулер "Электрон" и его Капитан.

Валерий Владимирович Яранцев родился 23 мая 1954 года в городе Яранске Кировской области. В 1973 году окончил Архангельский морской рыбопромышленный техникум по специальности "морское судовождение". На Мурмане сделал карьеру капитана рыболовецкого флота. После эпопеи "Электрона" работал в ЗАО "Мурманский рыболовный флот" заместителем директора по безопасности мореплавания. 15 марта 2009 года на повторном голосовании по выборам главы муниципального образования "Сельское поселение Териберка" Кольского района Мурманской области избран его главой.

ВЕРХУШКА АЙСБЕРГА

Траулер "Электрон" ловил рыбу в международных водах, свободных от признанного статуса норвежской экономической зоны. Координаты я помню до сих пор, спустя даже четыре года: 76 градусов 30 минут северной широты и 39 градусов 15 минут восточной долготы (плюс-минус пять миль). В этой точке мирового океана действуют Международная конвенция о рыболовстве в Северо-Западной Атлантике, Конвенция об открытом море и Парижский договор о Шпицбергене 1920 года. Всё! Больше никаких юридических документов, регламентирующих промысел в этих водах, нет. Есть только некие потуги, предпринимаемые в одностороннем порядке: распространить на этот район Шпицбергена законы континентальной Норвегии.
Первая попытка захапать эти богатейшие рыбные угодья была предпринята Норвегией еще в 1977 году. Но Северный флот на два месяца послал к Шпицбергену военный корабль, и норвежцы притихли. Ведь то, что в одностороннем порядке декларирует Норвегия, не подпадает под узаконенное международное положение о деятельности на море. Между Россией и Норвегией никаких соглашений насчет этой "зоны" нет.
В 1998 году норвежцы с использованием вертолётов высадили десант на группу из 50 российских судов, работавших у Медвежки, и попытались впервые закрыть район. Потом прижилась тактика перманентного давления: инспектора, подымаясь на борт с проверкой, тянули время, мешали работать, изобретательно находили поводы для претензий.
Рано утром 15 октября 2005 года к нам подошёл норвежский корабль береговой охраны "Тромсё" с группой инспекторов.
Инспекторы задали вопрос: не работал ли я на этом судне в мае? Нет, не работал. Этот рейс был моим первым рейсом на "Электроне" и вообще первым промыслом под флагом фирмы "Коре". Дальше началась проверка, которая закончилась фактически провокацией. Мне вручили заранее заготовленный акт, датированный предыдущими сутками: 14 октября 2005 года. Лишь позже, когда стали всплывать документы этих дней, выяснилось, что это была только верхушка айсберга.
В этот день к работе приступило новое правительство Норвегии. Полагаю, что именно к этому событию была приурочена морская спецоперация, в ходе которой предусматривался арест трех российских траулеров в так называемой 200-мильной рыбоохранной зоне Шпицбергена.
К "Электрону", видимо, еще с весны были какие-то вопросы, и он попал в некий "черный список" Поэтому при первом же удобном слу чае норвежцы прибегли к репрессивным мерам.
При этом могу сказать, что нас просто "сдали" в России, сообщив норвежцам координаты траулера, иначе им было бы не найти "Электрон" в открытом море.
В конце концов траулеру велели следовать в норвежский порт Тромсё для разбирательства А мне предложили "сотрудничество". Это слово меня царапнуло, поскольку в русском языке у него есть определенный подтекст. И я понял что в норвежском — тоже. Можно так "насотрудничать", что государственная граница России стронется со своего места на восток...

ШУМ НА МОРЕ
Согласно закрытой инструкции, в 19.15 дал радиограммы в несколько адресов: "15.10.05 с 03.50 по 18.50 мск проверены судном норвежской береговой охраны... "Тромсё". За выявленные нарушения было предложено следовать в порт Тромсё, Норвегия. Акт не подписан. Предписание вручено 18.50 мск. При этом изъяты промысловый, судовой журналы, паспорт моряка капитана, свидетельство права плавания под флагом РФ. В противном случае судно будет взято на буксир. 68 КМ Яранцев".
Уже через минуту в России знали ситуацию с "Электроном". В этот момент к нам подошел заранее заказанный танкер. Нашему траулеру требовалась бункеровка. Попросил у норвежцев разрешения на перекачку топлива, потому что двигаться куда-либо мы не могли. Нам предложили буксировку — я отказался.
Утром 16 октября мне заявили открытым текстом: траулер арестован. Никаких слов о сотрудничестве я больше не слышал. Всё обозначилось предельно четко и ясно. Яснее некуда.
Тогда я, конечно, еще многого не знал, думая, что всё происходящее — обычная проверка с большей или меньшей долей неприятностей и придирок. Я вел себя как нормальный капитан, не согласный с претензиями и действиями норвежцев, с их субъективными действиями, с практикой регулярных и откровенных накатов на российские траулеры. Ведь нас такой политикой фактически выжимают с моря, не имея на то никакого права. Грубый нажим силы в мягкой оболочке приличий. Кстати замечу, что русские и норвежцы уже многие века хозяйствуют в этом районе и, видимо, односторонняя борьба за влияние перешла в решающую стадию...
Лишь позднее, уже на суде, из разговора с норвежскими военнослужащими, с командиром корабля береговой охраны Норвегии КV "Тромсё" Ярле Видеволдом я понял, что это была спецоперация, целью которой был арест группы российских судов и, соответственно, громкий международный скандал, выгодный новому кабинету министров Норвегии для создания имиджа. Да, шум на море случился, но вовсе не тот, на который рассчитывали норвежцы.
Получив от норвежцев прямой приказ следовать в порт Тромсё, я отправил на берег радиограммы с просьбой пояснить, не вошла ли Россия в состав королевства Норвегия, так как мы находились к тому моменту на промысле уже в течение почти трех месяцев и фактически жили в информационном вакууме. Если нет, то я, имея на флагштоке траулера российский флаг, подчиняюсь законам России, а не Норвегии. Эта радиограмма ушла в Комитет по рыболовству РФ, в офис судовладельца, в управление морской погранслужбы Мурманской области. Ответила только фирма: "Сведений не имеем". Всё стало понятно. Решение мной было принято. Оно не было спонтанной вспышкой гнева, эмоциональным жестом человека, загнанного в угол. Я был поставлен перед выбором между наглым унижением и возможностью честной борьбы за свою законную свободу, полностью осознавал свою правоту. Это решение — еще и от поморской гордости и независимости, мы никогда и ни перед кем шею не гнули...
Тем временем мы, следуя курсом на юг, уже приблизились к норвежской экономической зоне, где действует совершенно иная юрисдикция. После этого я во второй раз, уже письменно (диктуя текст), заявил норвежцам морской протест о незаконных действиях, отказавшись выполнить незаконное требование ВМС Норвеги: следовать в порт Тромсё. "Электрон" по приказу судовладельца сошёл с рекомендованного норвежцами курса и направился в порт Мурманск. Мы подняли на флагшток новый российский триколор. Я повернул на восток и повёл траулер той трассой, какой шестьдесят лет назад в СССР ходили северные морские конвои.
Тогда норвежцы попытались разными способами остановить "Электрон". Пользуясь почти двукратным преимуществом в скорости хода (десять узлов траулера против семнадцати узлов КV "Тромсё") пытались завести стальной трос. Был момент, когда мне пришлось стопорить ход, чтобы благополучно перепрыгнуть через плавучий конец и не намотать его на винт. Норвежцы были поражены: как так, не может быть?! Они же не знали, что у меня есть опыт лова "кошелем". Риск был в том, что я глушил двигатель. Но игра стоила свеч: судно на инерции проходило по тросу.
Угроза захвата была реальной — в воздух с "Тромсё" поднимался корабельный вертолёт. Он ходил вокруг нас, но высадить группу захвата на "Электрон" не решился. Я видел в проеме вертолётного люка эту команду. У всех было оружие. Если бы пилоты сделали попытку высадки группы на палубу траулера, то вертолёт можно было бы сбить. Это не составило бы труда. Единственное, что останавливало от агрессивные действий, — люди. Они же не виноваты в жёсткости приказа...

ПЫЛАЮЩЕЕ МОРЕ
В телеграммах с борта нашего траулера точно отражалась горячая ситуация тех часов морской гонки. "20.00мск, 17.10. 05, координаты 73°23,0' северной, 4Г40,9' восточной, курс 180, ИЭЗ РФ, "№313 и норвежский военный корабль, подошли еще два военных норвежских корабля и вертолет. Захват пока приостановлен. Постоянно требуют лечь на 270 градусов. Следую в сопровождении четырех военных кораблей Норвегии. Возможна намотка на винт и потеря хода. Прошу помощи. Рядом находится российское рыбопромысловое судно М-0131 "Г. Арлашкин" , возможна связь через него. КМ Яранцев",
"24.00 мск, 17.10.05, координаты 72°47' северной, 41°51' восточной, курс 180, скорость 9 узлов, следуем по указанию судовладельца в порт Мурманск. 4 корабля береговой охраны Норвегии постоянно маневрируют вблизи, от 2 до 8 кабельтовых, пытаются завести конец под винт с кормы, угрозы обстрела... "Орион" начал прицельно бросать на траулер зажигательные бомбы". Все, кто потом уверял, что это были такие "специальные ракеты", которыми нам указывали рекомендуемый курс, мягко говоря, заблуждались. Потому что снаряды, сброшенные с самолета, падали в море, растекались пятнами напалма и вспыхивали огнем... То есть нас бомбили, и никто мне не докажет, что всё это были невинные шутки с бенгальским огнем. В случае прямого попадания в "Электрон" траулер вспыхнул бы и погиб. Потушить пожар в таких условиях нереально. А за бортом — арктическая вода, в которой человек выдерживает лишь пять минут: останавливается сердце...
Невероятно, но в ночи я видел, как от "Ориона" на курсе атаки отделялись бомбы! Они падали с плеском, и море горело, выдыхая вонь керосиновой гари... Потом самолет стал сбрасывать ловушки: связку поплави, сетей и металлического троса. В нашем "конверте" было так тесно, что в одну из них угодил норвежский корабль.
Летчика я, видимо, довел до белого каления. Самолет штурмовал нас, бросаясь на траулер с разворота в пике. Меня эта настырность тоже достала, и я заявил командиру "Тромсё", что если этот пират не уймется, то я тараном утоплю корабль береговой охраны. Норвежец несколько раз переспросил, уточняя мои намерения, не решаясь, очевидно, поверить в их серьезность. Но все-таки понял, что я не шучу. А положение, меж тем, было отчаянное: норвежские корабли взяли меня в плотную "коробочку" и, затирая, подходили все ближе и ближе... После моего заявления дистанция была немедленно увеличена до шести кабельтовых. И ближе полумили корабли уже не подходили.
Я ведь в течение 35 лет изучал военную тактику, штудируя мероприятия по защите и обороне судна. Подняли бы боевой флаг СССР (был у меня с собой) и пошли бы на таран...

ЛИЧИНА
Спустя 12 часов после начала прорыва мы услышали сообщение "Радио России", что экипаж траулера "Электрон" захватил в порту двух мирных граждан Норвегии и сбежал с ними в море. Откровенного вранья в СМИ довелось услышать много. Слово "браконьер" порой было самым мягким из эпитетов. Слушал и поражался: "Да неужели это про нас?! Они что, с ума посходили?" На нас с "вежливой" наглостью напали в открытом море, и мы бескровно защищаемся, как можем, одним лишь мореходным искусством и братской взаимовыручкой. А тут... 17 октября я послал на "Радио России" радиограмму, чтобы там перестали дезинформировать страну.
К нам на выручку наконец-то вышел противолодочный корабль, но двигался он далеко не полным ходом, сетуя на сильный шторм, от которого почти вся команда корабля слегла в приступе "морской болезни". Наша военная авиация якобы тоже из-за сильного ветра не смогла подняться в воздух. А норвежцы летали — только шум стоял!
На границе экономической зоны России нас остановил большой противолодочный корабль "Адмирал Левченко". Получил от него приказ: "Ты арестован. В территориальные воды России не входить". Я вспылил: "Да арестовывали меня уже! Вы уж только с норвежцами как-то разберитесь, кто первый!" Как обухом по голове! Потеряли ход, легли в дрейф. "Тромсё" остановился рядом с нами, а остальные три корабля подошли к "Левченко". Оттуда меня запрашивают: "Чего они хотят?" Отвечаю: "Ну должны же они хоть кого-то взять за жабры!" Молчание длилось с минуту. Потом с БПЛК скомандовали: "Так, давай быстро ко мне, входи в терводы и берем курс на Мурманск!"
Родина встретила далеко не духовыми оркестрами... Подошли к спецпричалу, где базируются корабли российской береговой охраны. Ошвартовались. Заглушили двигатель. Ребята пошли устанавливать трап. Глянул я в иллюминатор на берег, а там — одни фуражки: милиция, госбезопасность, прокуратура... Посмотрел я на эту толпу с борта и пошел тихонько к себе в каюту. Помню, зашел в нее, подравнял стопку документов, сел в кресло...
И вдруг дверь распахивается настежь! В проеме, теснясь и мешая друг другу, — люди в форме, размахивая своими "ксивами": "Я из прокуратуры... Я — из инспекции... Я из... Я... Я..." Повернул к ним голову, поднял глаза, и вдруг... зрение пропало. Ослеп! Голоса слышу, но ничего не вижу. И меня повезли в реанимацию...
На фоне действий властей, сделавших всё возможное, чтобы опозорить моё имя и посадить меня в тюрьму, удивила реакция простых людей по всей России. Первая радиограмма со словами поддержки и ободрения пришла 17 октября из Читы. Потом были и другие. Тогда их не читал, было некогда. Занялся этим лишь в российских территориальных водах. Честно говоря, прослезился. Давно так не гордился тем, что я — русский человек и за мной — вся Россия.
Статья целиком:
http://forum.bmwland.ru/index.php?showtopic=75292

СТОКРАТ написал:

[q]
нас просто "сдали" в России
[/q]

В продолжение темы: http://www.newsru.com/world/04mar2013/oil.html
Печально...

А то не ясно, ЧТО у нас в Кремле сидит, всплывши. И продав всё за корзинку с печеньем и бочку варенья.
По моей ссылке про то же говорится.

Разведчик, десантник, прошел две войны - афганскую и чеченскую. За Афган награжден четырьмя орденами (!) - три - Красной Звезды и «За службу Родине в Вооруженных Силах», за Чечню - три ордена Мужества, за грузинскую кампанию - высший военный орден святого Георгия Победоносца 4 степени, боевые медали. А в 2006 году Президент России вручил ему Золотую Звезду Героя. Имя этого человека - Анатолий Лебедь.
В ходе одной из спецопераций он получил тяжелое ранение - взрывом мины оторвало ступню. Как сказал один хирург: «Этот парень - инвалид. Вторая группа». Так вот этот «инвалид», которому летом 2003 года сделали операцию, уже зимой с разведчиками 45-го полка ВДВ банду Гелаева преследовал. Одиннадцать суток в снегах по горам... Вот о каких людях надо снимать кинофильмы
"Молодой ветеран Анатолий Лебедь под пули полез. Хотя, казалось бы, двух лет войны должно было хватить за глаза. Он кадровый офицер, отслужил срочную в десантных войсках, закончил вертолетное училище, служил в Афганистане.
— Лучшие годы были, — с удовольствием вспоминает он. — Искал и уничтожал душманские караваны. Подбивали нас несколько раз, борта простреливали, лопасти. Однажды в районе Бараки долбанули из гранатомета, потом из КПВТ в упор: все в дырах, но не упали.
В 1994 году Лебедь в свои тридцать один был уже военным пенсионером. Армия тогда загибалась, перспектив никаких, квартиру не давали — чего служить? Так что первая война в Чечне прошла мимо. Но когда в 1999 году боевики Хаттаба и Шамиля Басаева вторглись в Дагестан, Лебедь дома не усидел. Вместе с другом Игорем Нестеренко они купили всю необходимую экипировку и полетели в Махачкалу добровольцами.
— Там неразбериха была, первое сопротивление боевикам оказало местное ополчение. У нас был боевой опыт. Потому нас сразу приняли, прикрепили к сводному милицейскому отряду. Я не помню, что нас к этому подтолкнуло, — честно признается он. — Никто ведь нас не звал. Но мы подумали, что боевики — люди опытные, а дагестанцы нет. Надо было людям помогать, вот мы и рванули.
Когда военная операция переместилась на территорию Чечни, Лебедь решил, что начатое дело надо довести до конца. Вместе с Нестеренко они съездили в Москву, чтобы уже по закону заключить контракт с Министерством обороны, и снова вернулись на войну. Игорь погиб в декабре 1999−го под Аргуном, а Анатолий продолжает начатое уже шесть лет кряду.
— Если бандиты взяли оружие, их надо уничтожать, — объясняет он свою нехитрую философию. — Чтобы не вылезли где-нибудь в центре Москвы. Сколько бы их там ни было: один, два, пятьсот, две тысячи. Народ взрослый, самостоятельный. Если сотворил что-то, надо и ответ держать по-взрослому. Поэтому их надо ловить, пока они готовятся, формируются, тренируются. Больше там уничтожим — меньше здесь будет.
В 2003 году в горах под Улус-Кертом он подорвался на мине.
— Меня вытащили на горбу в гору. Потом на вертушке в Ханкалу. Там посмотрели на ногу да и отрезали.
Полтора месяца он пролежал в госпитале Бурденко, там ему сделали протез. Пообкатал его и — обратно в Чечню. Командование пошло навстречу. Желания увольняться Лебедь не изъявил, так чего увольнять, если ходит нормально.
— Протез хороший, — хвалится он. — Пару раз, правда, ломался, так я его перемотаю скотчем — и дальше. На ерунду отвлекаться некогда.Разговор на аэродроме в Киржаче, где Анатолий прыгает с парашютом вместе со своими солдатами. Трижды кавалер ордена Красной Звезды, дважды кавалер ордена Мужества, Герой России, он невысок ростом и мускулист. Совсем не похож на доброго дядю-офицера — скорее, на черта. У него обритый наголо череп, франтоватая стриженая бородка и черная «Мазда-6». Есть в этом одноногом человеке что-то пугающее и притягательное одновременно. Такие люди — вне привычных социальных отношений. С ними бесполезно говорить про мораль и про деньги. Их трудно представить в мирной жизни. И трудно представить мирную жизнь без них, воюющих где-то на окраинах страны.
— Тебе, видно, все это нравится?
— Не знаю, — смеется он.
— Квартира, семья есть?
— Семья есть, квартиру пока не дают.
— Нет обиды на государство?
— Да ладно, — отмахивается он, — чего там государство! Государство вон — парни стоят. Вот за них и воюю. Надо успеть их научить, чтобы не мычали, когда им глотки режут. Ну и за народ — за бабулек, за бомжей, чтобы не издевались над ними. Надо думать о тех, кто рядом, тогда и получается нормальная работа. Это наверху пускай предают — хоть нас, хоть себя, хоть родных своих, нам главное — задачу свою выполнять. У каждого свой бой в жизни, у кого-то он уже был, у кого-то еще впереди."

Свой бой Анатолий выиграл, а вот бесценный опыт передать в полной мере наверное не успел. Жизнь его оборвалась трагически, погиб разбившись на мотоцикле 27 апреля 2012 года, в Москве.
Мы удивляемся, что смерть столько раз обходила Анатолия в бою, а здесь – такая нелепость… Но в бою великий воин, в отличие от простых смертных, неуязвим. Как Ахиллес. А в быту и на «гражданке» даже у Ахиллеса есть «пята». Вечная память герою!

Ниже привожу краткую биографию Героя:
Анатолий Лебедь в Вооружённых Силах с 1981 года. Срочную службу проходил в ВДВ. Затем окончил Ломоносовское военное авиационно-техническое училище в 1986 году в звании лейтенанта и воевал в 1986—1987 гг. в Афганистане в составе 239-й отдельной вертолётной эскадрильи ВВС, совершал боевые вылеты в качестве борттехника вертолёта МИ-8. Служил в Группе Советских войск в Германии, Забайкальском и Сибирском военных округах — в 329-м транспортно-боевом вертолётном полку и 337-м отдельном вертолётном полку. В 1994 году уволился в запас, работал в фонде ветеранов Афганистана в Подмосковье. Добровольцем воевал на Балканах за сербов, но об этом периоде жизни не рассказывал. С ноября 1999 года участвовал в контртеррористической операции на Северном Кавказе. Купив всю необходимую экипировку, полетел в Махачкалу добровольцем для защиты Дагестана от нападения боевиков. Был прикомандирован к сводному милицейскому отряд Когда военная операция переместилась на территорию Чечни, он отправился в Москву и заключил контракт с Министерством обороны, после чего снова вернулся на войну в звании старшего лейтенанта. Служил заместителем командира разведывательной группы 218-го батальона 45-го отдельного полка специального назначения ВДВ в районе Гудермеса, Аргуна, в пригородах Грозного, в Веденском районе. 25 июня 2003 года в горах под Улус-Кертом Анатолий Лебедь подорвался на мине в Аргунском ущелье, в результате чего ему была ампутирована правая ступня. Командование пошло навстречу боевому офицеру и разрешило продолжать службу с протезом. 9 января 2005 года лично уничтожил трёх боевиков в неравном бою и тем самым спас своих раненых товарищей. В одном из последующих боёв 24 января собственным телом прикрыл раненого рядового от выстрела из гранатомёта. Получив легкое осколочное ранение в поясницу, продолжил командовать головным дозором. В результате того боя была захвачена база боевиков и уничтожен связной Шамиля Басаева. Указом Президента Российской Федерации от 6 апреля 2005 года за мужество и героизм, проявленные при исполнении воинского долга в Северо-Кавказском регионе капитану Лебедю Анатолию Вячеславовичу было присвоено звание Героя Российской Федерации. В 2008 году участвовал в боевых действиях с Грузией на абхазском направлении. Был в составе группы, захватившей военно-морскую базу в Поти и потопившей катера грузинских ВМС. За успешное выполнение заданий удостоился стать кавалером ордена Св. Георгия IV степени, вторым после командующего войсками Северо-Кавказского военного округа — Сергея Макарова. Награды:Звезда Героя России,три ордена Красной Звезды,три ордена Мужества,орден за службу Родине в Вооруженных Силах 3 степени,высший военный орден святого Георгия Победоносца 4 степени за №003.

СТОКРАТ написал:

[q]
Предлагаю публиковать подвиги русских воинов, выходящие за рамки обычного.
[/q]

14-летний Ваня, ценой своей жизни остановил атаку немецких танков
Цитата:
"А лейтенант Очкин выжил и дошёл до Победы . И написал о своём боевом младшем брате книжку «Иван — я, Фёдоровы — мы», главы из которой под названием «Четырнадцатилетний истребитель» впервые опубликовал «Искатель» в 1966 году, а первое издание вышло в 1973."
Очкин Алексей Яковлевич Иван - я, Федоровы - мы

1914. Список (по старшинству в чинах) на штаб, обер-офицеров и прапорщиков крепости Осовец. PDF.

Архив: Российский Государственный Военно-исторический архив
Фонд: №408, Списки по старшинству генералов, штаб- и обер-офицеров. Коллекция.
Опись: №1, [отсутствует]
Номер дела: 15194., 165 стр., 102,20 Мб.

Скачать ...

Подвиги русских людей.