Книги памяти жителей Пахотного Угла

ТОГБУ "ГАСПИТО"
К 80-ЛЕТИЮ ВЕЛИКОЙ ПОБЕДЫ ПРОДОЛЖАЕТСЯ РАЗМЕЩЕНИЕ АРХИВНЫХ ДОКУМЕНТОВ ПЕРИОДА ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЫ НА САЙТЕ ГАСПИТО

https://vk.com/wall-217206902_1053
В разделе «Базы данных/Оцифрованные документы» продолжается публикация документов Тамбовского обкома КП РСФСР (ф. П 1045) за 1941 г. (gaspito.68edu.ru/materials/...)

Списки граждан Тамбовской области, мобилизованных на строительство оборонительных сооружений, пополнили списки жителей Гавриловского района (ф. П-85) (gaspito.68edu.ru/materials/...)

2 октября 1941 г. была получена телеграмма начальника НКВД СССР Л.П. Берии о мобилизации 50 тыс. человек из Тамбовской области в распоряжение Юго-Западного фронта на строительство оборонительных сооружений в Воронежской, Курской, Брянской и других областях.

Зимой 1941 г. во исполнение указаний Государственного Комитета Обороны о строительстве оборонительного рубежа, проходящего по Тамбовской области, Тамбовский обком партии и облисполком постановили направить к 8 декабря 1941 г. в распоряжение 15-го и 16-го управлений оборонительных работ НКО для работы на рубеже 400 человек инженерно-технических и административных работников, мобилизовав их на предприятиях и в учреждениях города и области. В порядке трудовой повинности мобилизовать физически здоровое население Тамбовской области (мужчины 18-55 лет, женщины 18-50 лет) в количестве 105 тыс. человек.

Из мобилизуемых образовывались рабочие колонны. Каждый из мобилизованных должен был иметь теплую одежду, исправную обувь, кружку, ложку, миску, а также один инструмент – лопату, кирку или лом. Организованные колонны должны иметь запас продуктов питания не менее чем на 12 дней, а также котлы и кипятильники для приготовления пищи. Продукты питания отпускались для колхозников колхозом в счет трудодней, единоличники и другие группы сельского населения обеспечивались за счет собственных ресурсов.

Персональная ответственность за проведение мобилизации, организацию рабочих колонн, снабжение всем необходимым и организацию отправки возлагалась на первых секретарей райкомов ВКП(б) и председателей райисполкомов.

№ 3
Воспоминания бывшего командира батареи 239-го минометного полка 17-й Киевско-Житомирской ордена Ленина Краснознаменной ордена Суворова 2-й степени артиллерийской дивизии прорыва РВГК М.И.Кобзева *
Ранее 16 октября 1980 г.**

https://gaspito.68edu.ru/mater...ries-kursk

До войны учился в семилетке, работал в совхозе. В декабре сорок второго года после окончания Пензенского военного минометного училища в звании лейтенанта был направлен в 239-й минометный полк на должность командира минометного взвода в формирующуюся в Гороховецких учебных лагерях 22-ю минометную бригаду, которая в последствии вошла в состав 17-й артдивизии прорыва РВГК. […]***.
Мне особенно врезались в память жестокие бои на Орловско-Курской дуге в августе 1943 года. Это было в районе города Ахтырка. Моей батарее было приказано: огнем минометов прикрывать отход наших войск, преграждая путь пехоте противника, наступающей за танками. Туго пришлось расчетам моей батареи, когда «тигры» начали поливать ее градом осколков. Они вывели из строя два миномета и почти половину прислуги. Прямым попаданием снаряда был убит заряжающий Банзавай, вражеская пуля угодила в голову наводчика Ирдулина, третьему номеру осколком оторвало подбородок. Чудом остался цел лишь один миномет батареи, замаскированный в зарослях кукурузы, который вместе с разведчиком Коноплевым и радистом Чернышевым двое суток мы трое тащили 17 километров, пока не нашли отступивший на заданные позиции свой полк.
После того, когда контратака была отбита и противник остановлен, с бойцами батареи мне пришлось вернуться на место прежнего боя, оказавшегося в нейтральной полосе, буквально из-под носа гитлеровцев вывозить поврежденные минометы заодно с грузовиком. За этот бой я был награжден орденом Красной Звезды.
В битве за Днепр с группой радистов и разведчиков мы вместе с командиром нашего дивизиона С.К. Ивановым первые переправились через водную ширь на Букринский плацдарм, выполняя приказ командира полка майора Н.Д. Засыпкина о корректировке огня минометных расчетов нашего полка. При форсировании этой водной преграды с нами произошла неприятность. Когда плот находился близко у противоположного берега, взрывом снаряда наш плот опрокинулся, и все мы оказались в воде. Спасая радиостанцию от влаги, достигли правого берега и добрались на плацдарме до условленного места, где оборудовали НП. Радисты развернули рацию и связали нас с огневыми позициями полка и с взаимодействующими пехотными подразделениями. Через считанные минуты минометчики обрушили огонь по вражеским позициям, опоясывающих плацдарм. Наблюдая за разрывами мин, я стремился корректировать огонь с наибольшей точностью по вражеским огневым средствам, препятствующим продвижению нашей пехоте для расширения плацдарма.
За время 20-дневных боев за Киев на Букринском плацдарме огнем нашего дивизиона было уничтожено: одна минометная, одна артиллерийская батареи, два орудия, восемь пулеметных гнезд и до 180 гитлеровцев.
Фашистское командование считало, что главный удар советских войск по освобождению Киева будет наноситься именно с Букринского плацдарма. Поэтому они стягивали в этот район новые танковые и пехотные соединения с намерением сбросить наши войска в Днепр.
Учитывая это, советское командование, решило главный удар произвести с Лютежского плацдарма. С этой целью была произведена перегруппировка войск 1-го Украинского фронта.
В конце октября 1943 года вместе с 17-й артдивизией прорыва, сдав плацдарм новым частям и совершив 200-километровый марш ночью на север, заняли огневые позиции на Лютежском плацдарме.
В ночь на 3 ноября 1943 года минометчики нашего полка ждали сигнала артподготовки. Лишь утром в 8 часов 40 минут раздался гул наших «катюш», известивших о начале арт. наступления. Расчеты по местам! - подал я команду батарее. Когда командиры взводов доложили о готовности расчетов к ведению огня, скомандовал: «Огонь!». После 40-минутного гула артподготовки и поддержки с воздуха в прорыв устремились танковые и пехотные соединения. Вражеские войска не выдержали натиска, начали отступать. К вечеру первого дня наступления советские войска продвинулись на 12-15 километров. Но враг продолжал отчаянно сопротивляться. В результате боев 3-5 ноября 1943 года минометчиками нашего полка было уничтожено 24 пулеметных точки, три минометные батареи, убито и рассеяно до двух батальонов пехоты противника из них значительная часть на счету нашей 5-й батареи и нашего 2-го дивизиона.

К рассвету 6 ноября 1943 года Киев был очищен от фашистов, над городом взвился алый стяг.
7 ноября мы отметили 26-ю годовщину Октябрьской революции. За отличные боевые действия при форсировании Днепра и освобождении Киева в числе многих воинов был удостоен ордена Отечественной войны I степени.

Далее мой боевой путь проходил через Житомир, Винницу, Проскуров, Тернополь, Львов и многие другие города Украины и Польши. Довелось участвовать в ликвидации окруженных группировок противника под Бродами, Корсунь-Шевченковском и Тернополем.

Осенью 1944 года принимал участие в Карпатско-Дуклинской операции. В этих боях наша 17-я артдивизия прорыва в составе 38-й армии взаимодействовала с Первым армейским Чехословацким корпусом. Мне довелось с командного пункта генерала Людвига Свободы корректировать огонь своей батареи, обеспечивая наступление чехословацких воинов на Дуклинский горный перевал. В этом бою мне не повезло. Разорвавшийся снаряд контузил и прошил мое тело множеством осколков, стиснул его жгучей болью. «Неужели конец?» - пронеслось в моем сознании. В мгновение промелькнула вся короткая жизнь: мать, родная «Пахатноугловка», где бегал по лужайке в детстве, парное молоко, школа, сверстники, а затем сознание покинуло меня. Очнулся в госпитале на больничной кровати, где пришлось лечиться несколько месяцев. Врачи, как могли, боролись за мою жизнь. Медленно затягивались раны на изуродованном теле. Выжил!

В начале сорок пятого вернулся домой инвалидом. Отдыхать не пришлось. Снова встал в строй, этого требовала продолжающаяся война. В местной школе начал работать военруком, воспитателем детей. Несколько раз избирался секретарем парторганизации школы. Когда оставил работу педагога, не сидел дома, продолжал работать на рядовой, но очень необходимой должности оператора по приготовлению искусственного молока для выпойки телят в родном совхозе.
Несмотря на ухудшение здоровья, находил время для встречи с молодежью, рассказывал о величии подвига советского народа в годы Великой Отечественной войны, активным участником которой был сам.

За время боевых действий был награжден тремя орденами и медалями: «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.», «За оборону Ленинграда», «За освобождение Киева», чехословацкой медалью «За Дуклу» и ряд других медалей.

ГАСПИТО. Ф. Р-9335. Оп. 3. Д. 29. Л. 4-6 об. Подлинный рукописный.

Алексей Щукин: «На фронте пригодились уроки физрука»

Сергей Банных, Фото Ольги Беляковой

https://sport.lpgzt.ru/aticle/...izruka.htm

«Повезло ему, что жив остался». Эти слова нередко слышали вернувшиеся с войны фронтовики. Но наш земляк Алексей Щукин уверен, что не только везению обязан тому, что не погиб.

На фронте больше шансов выжить у того солдата, кто умеет воевать. Свои первые уроки воинского искусства Алексей Егорович получил задолго до того, как лицом к лицу столкнулся с врагом.

В дружбе с турником

Родился Алексей на Тамбовщине, в селе Пахотный Угол. Он был первым ребёнком в крестьянской семье Егора Ивановича и Евдокии Никитичны Щукиных. Жили бедно, часто голодали. Чтобы прокормить семью, Егор Иванович на зиму нанимался пилить лес для Москвы.

В середине тридцатых годов отец Алексея устроился железнодорожным мастером на станцию Узловая Тульской области, куда вскоре перевёз и семью. К тому времени у Лёши появились братишка Ваня и сестра Маша.

В школе Алексей учился хорошо, одно время был даже отличником. И до сих пор помнит он слова физрука, ветерана финской войны, пришедшего в школу в 1940 году.

— Он не уставал повторять нам, что многие бойцы погибли из-за того, что были плохо подготовлены физически, были просто не готовы к тяготам военной службы. Только сильный, физически развитый солдат может и врага победить, и сам остаться в живых. Эти слова я крепко запомнил и стал усердно заниматься физической подготовкой. Спортивных секций у нас не было, и обычный турник во дворе стал моим лучшим другом. На нём я проводил почти всё свободное время, — вспоминает Щукин.

Когда началась Великая Отечественная война, Алексею было 16 лет. В тёплое воскресное утро 22 июня 1941 года он с приятелями играл в футбол. Парни ещё не успели отдышаться после спортивных баталий, как из репродуктора раздался голос наркома Молотова: «Сегодня, в четыре часа утра, без предъявления каких-либо претензий к Советскому Союзу, без объявления войны, германские войска напали на нашу страну, атаковали наши границы во многих местах и подвергли бомбёжке со своих самолётов наши города...»

Многие думали, что война долго не продлится. Но на деле вышло иначе. По направлению райкома комсомола Алексея Щукина направили на шахту, которая находилась в 25 километрах от дома. Под землёй приходилось проводить по 16 – 18 часов, и в этой работе молодому пареньку помогла спортивная закалка. Работал он крепильщиком. Работа физически трудная, не каждому взрослому мужчине под силу.

Осенью 1941 года, когда немцы подходили к Туле, Алексея вместе с другими рабочими эвакуировали в Иркутскую область, где он сначала работал на шахте в Черемхово, а затем — в Иркутске, на выпускавшем боеприпасы военном заводе. Несколько раз Щукин подавал заявление на фронт. Но ответ всегда был одним: «А здесь, в тылу, кто работать будет?»

Спасение в болоте

И всё же в марте 1943 года Алексея призвали в армию, направив в воинскую часть на станцию Мальта, что в 60 километрах от Иркутска. Служил он исправно, и как отличника боевой и политической подготовки Щукина определили в полковую школу. Правда, и по её окончании, получив звание сержанта, на фронт он не попал. Алексея, как одного из лучших курсантов, направили в Сретенское военно-пехотное училище, что в Читинской области.

Погоны младшего лейтенанта Алексей Щукин примерил уже после разгрома фашистской Германии. Но повоевать молодому офицеру пришлось — ведь ещё не была разбита Япония.

Алексей был назначен командиром стрелкового взвода в 39-ю армию Забайкальского фронта и служил под командованием героя Сталинграда Ивана Людникова. Свой первый бой комвзвода Щукин принял в Маньчжурии, у подножия Большого Хингана.

— В течение полутора суток мы совершили 120-километровый рейд и «оседлали» дорогу, идущую из Хэлун-Аршанского укрепрайона. Задача была простой: не дать японцам прорваться, — рассказывает Алексей Егорович. — Три дня мы сдерживали яростные атаки самураев. Чтобы сохранить личный состав и при этом выполнить приказ, порой приходилось отлёживаться в болоте, спасаясь от губительного артиллерийского огня противника. Во время боя погиб командир взвода противотанковых ружей и мне пришлось взять командование подразделением на себя.

В ожесточённом сражении в живых осталось не более трети бойцов. Сам Щукин был контужен, но поля боя не покинул, продолжая руководить подразделением. Вот где пригодилась наука школьного физрука. За тот бой офицер был награждён орденом Красной Звезды.

Дальневосточная кампания Красной армии была недолгой, враг был разбит менее чем за месяц. А известие о победе пришло как-то буднично.

— Утром на построении нам объявили, что Япония капитулировала, война окончена, — вспоминает ветеран. — Неужели всё так просто, подумалось тогда, больше не будет ни выстрелов, ни гибели товарищей... Из нас пятерых — выпускников училища, попавших в один полк, в живых остался только я.

Война закончилась, но служба Алексея Щукина на Дальнем Востоке в должности командира взвода продолжалась ещё почти два года. Он всегда и во всём был примером для своих солдат. Особенно это касалось физической подготовки. Глядя, как ловко Алексей выполняет упражнения на перекладине и на брусьях, у тех глаза на лоб вылезали: «Да наш взводный настоящий циркач!»

Там же, на Дальнем Востоке, молодой офицер пристрастился к танцам.

Сила бьёт технику

Демобилизовавшись в 1947 году, Алексей Щукин вернулся в родные края, в Узловую. Здесь он отучился в школе машинистов, а попутно занимался в аэроклубе и в секции бокса.

— Мне было 23 года, а со мной тренировались 17-18-летние ребята. Техника у них была получше, но я своё брал силой, — улыбается Щукин. — Таким способом не раз побеждал в боях на первенство города и района. Соперник чувствует, что технически превосходит меня и считает, что его победа — лишь дело времени. А я его изматываю, стараюсь уклоняться от его атак. А когда он на мгновенье расслабляется, наношу разящий удар и отправляю в нокаут.

Учёба и занятия в аэроклубе отнимали у Алексея почти всё время, из-за чего боксёрские тренировки пришлось прекратить. Молодой человек даже всерьёз думал посвятить свою жизнь авиации и подал документы в военное авиационное училище. Но ему отказали. Как он сам говорит, отказ мотивировали тем, что офицер, пусть и демобилизованный, не может обучаться вместе с рядовыми курсантами. Да и вообще он своё уже отвоевал, пусть лучше займётся какой-нибудь мирной деятельностью.

Алексей и занялся. 15 лет водил паровозы и тепловозы. О спорте не забывал и на работе. Если выпадала свободная минутка, а поблизости находился турник, Щукин тут же устремлялся к нему. Он и своих коллег пытался приобщить к активному образу жизни, причём, даже если эти методы резко контрастировали со спортивными.

— В качестве стимула своему помощнику и кочегару обещал по сто граммов водки за свой счёт, если те смогут сделать «склёпку» или провисеть на турнике в течение пяти минут. Но раскошелиться так ни разу и не пришлось — слабаками оказались. Максимум на минуту хватало, — смеётся Алексей Егорович.

Хорошая спортивная форма Алексея Щукина стала залогом его трудовых успехов. Он не раз становился победителем соцсоревнования, а фотография передовика производства долгое время висела на Доске почёта.

По окончании Московского института инженеров железнодорожного транспорта, следующие 15 лет своей жизни Алексей Щукин посвятил педагогической деятельности. Пять лет он работал в должности завуча Узловского железнодорожного техникума, ещё десять лет трудился там же преподавателем начальной военной подготовки. Спортивная команда техникума под руководством Щукина не раз становилась победителем и призёром соревнований среди профильных учебных заведений.

Выйдя на пенсию, Алексей Егорович не смог сидеть без дела и ещё целых десять лет проработал начальником отдела гражданской обороны местного винного завода.

— И жена моя, Мария Петровна, и друзья отговаривали меня от этой должности. Ведь до этого никто из моих предшественников не мог продержаться там хотя бы пару месяцев. Причины, я думаю, понятны. Но меня сия участь миновала, так что опасения были напрасны, — с хитроватой улыбкой говорит Алексей Щукин.

На зависть молодым

Незадолго до своего 80-летия Алексей Егорович перебрался в Липецк, где живут его дети — сын Юрий и дочь Елена.

Несмотря на солидный возраст, Алексей Щукин старается вести активный образ жизни. По мере сил работает на приусадебном участке: как правило, делает это после завтрака. Ветеран соблюдает режим дня, позже полуночи не засиживается и обязательно отдыхает в обеденное время.

Также он тщательно следит за рационом питания, в котором преобладают овощи, фрукты, зелень, творог, сыры, и обязательно тыква и козье молоко. А вот мяса Алексей Егорович почти не ест, исключение составляет разве что сало домашнего приготовления. Сам готовит различные настойки — как для внутреннего, так и для наружного применения — больные колени дают о себе знать.

Алексей Щукин внимательно следит за всеми медицинскими новостями, самостоятельно штудирует многочисленные печатные публикации.

— Никакой коронавирус меня не возьмёт, — уверен фронтовик. — Жаль только, из-за эпидемии не смог как следует отметить 95-летний юбилей, пригласив на него всех друзей. Ну, ничего, перенесём торжества на столетнюю годовщину и отметим с двойным размахом.

С таким отношением к своему здоровью эти планы выглядят вполне реалистичными. Кстати, в следующем году Алексей Егорович собирается отметить ещё один юбилей — 60 лет(!) как он бросил курить.

Настоящая отдушина для ветерана войны и труда — баня. Щукин старается посещать парилку не реже, чем раз в неделю. Париться предпочитает на самой верхней полке, а жару поддаёт такого, что более молодые любители банных процедур не выдерживают. Алексей Егорович признаётся: любовь к бане у него с самого детства, ещё отец приучил.

Большой любитель спорта Алексей Щукин всегда является желанным гостем на соревнованиях с участием юных боксёров, воспитанников известного липецкого тренера Алексея Заева, с которым они стали хорошими друзьями. Для мальчишек ветеран уже далёкой, но такой близкой каждой российской семье войны служит прекрасным примером мужества и отваги.

Досье «ЛСГ»

Книги памяти жителей Пахотного Угла

Списки участников ПМВ, ВОВ, репрессированных и священнослужителей.