Просто о любви.... Страница: 15 - Генеалогический форум

На сайте ВГД собираются люди, увлеченные генеалогией, историей, геральдикой и т.д. Здесь вы найдете собеседников, экспертов, умелых помощников в поисках предков и родственников. Вам подскажут где искать документы о павших в боях и пропавших без вести, в какой архив обратиться при исследовании родословной своей семьи, помогут определить по старой фотографии принадлежность к воинским частям, ведомствам и чину. ВГД - поиск людей в прошлом, настоящем и будущем!

У слов- "Я тебя люблю", которые мы повторяем так часто, есть тысячи интонаций.

Когда муж моложе на двадцать лет и мудрее на целую жизнь: Выстраданное счастье Анны Керн

Её имя стало известно благодаря Александру Пушкину, посвятившему Анне Керн своё стихотворение
«Я помню чудное мгновенье». К моменту встречи с поэтом она уже была замужем, но о личном счастье
молодой женщины речь даже не шла. Супруга своего Ермолая Керна Анна ненавидела. На протяжении
семейной жизни она то и дело влюблялась, и в результате репутация жены генерала была безнадёжно
испорчена. Но своё настоящее счастье Анна Керн обрела в 36 лет в лице 16-летнего Александра
Маркова-Виноградского.
Мимолётное виденье

Анне Полторацкой не исполнилось ещё и 17 лет, когда отец выдал её замуж за 52-летнего Ермолая Керна.
Пётр Маркович Полторацкий твёрдо решил, что в мужья Анне годится только генерал, а потому все ухажёры,
не имевшие такого звания, попросту не имели никаких шансов.

Замужество обернулось для юной девушки сущим кошмаром. Она не только не любила своего супруга, но
даже не испытывала к нему уважения. И с горечью признавалась: она его почти ненавидит. Впрочем, самого
Ермолая Фёдоровича душевные терзания молодой супруги не слишком заботили.

Дочери, рождённые от супруга, не вызывали в Анне теплых чувств. Екатерина Ермолаевна воспитывалась
в Смольном институте, Анна прожила всего 4 года, а Ольга умерла в семилетнем возрасте.

Анна Керн отчаянно хотела любить и быть любимой. Она следовала, как и положено генеральской жене,
за супругом из города в город. Она находила утешение, бывая на нечастых светских мероприятиях, где ловила
восхищённые взгляды мужчин. Как известно, под обаяние юной Керн попал и Александр Сергеевич Пушкин,
посвятивший ей свои строки.

Анна Керн не придала особого значения этому увлечению и пылким признаниям поэта: за ним уже давно закрепилась
слава ловеласа. Да и его истинное отношение к барышням, которыми он увлекался, было известно. Несомненно,
внимание Пушкина ей льстило, но в жизни Анны Керн были более серьёзные романы.

В дневниках молодой женщины 1819 года встречается упоминание о некоем мужчине, которого в своих записях она
называла Шиповником. Позже у неё был роман с помещиком Аркадием Родзянко, а в 1825 году она была увлечена
кузеном Алексеем Вульфом.

В 1827 году, окончательно распрощавшись со своим супругом, Анна Керн обосновалась в Петербурге. К тому времени
репутация её была совершенно испорчена, в приличном обществе она считалась отверженной. Впрочем, это нисколько
не мешало молодой женщине снова и снова предпринимать попытки найти своё счастье.
Возраст любви не помеха

В 1836 году Анна Керн встретила свою настоящую любовь. Юный кадет Первого Петербургского кадетского корпуса
Александр Марков-Виноградский, её собственный троюродный брат завладел всеми мыслями и чувствами женщины.
На момент знакомства ему было всего 16 лет, ей уже исполнилось 36. Но разве мог возраст помешать им стать
счастливыми?

Саша Марков-Виноградский готов был на всё ради той, которую полюбил со всей своей юношеской страстью. Ему
хватило мудрости не обращать внимания на осуждение общества. Юноше было совершенно всё равно, как сложится
дальше его карьера, он не собирался выслушивать негативные высказывания в адрес любимой женщины от своих
родных, а материальное благополучие не могло сравниться со счастьем быть рядом с обожаемой Анной.

Молодая женщина, встретившая свою любовь, мгновенно переменилась. Её перестали занимать балы и мужские
восхищенные взгляды. Она практически перестала появляться в обществе и всецело предалась своему тихому
семейному счастью.

В 1839 году на свет появился сын влюблённых, которого Анна назвала Александром. С ним она поняла, что такое
настоящие материнские чувства.

После смерти своего законного супруга в 1841 году Анна Керн могла рассчитывать на получение весьма приличной
пенсии, однако уже через год она вышла замуж за любимого человека, отказавшись от всех привилегий генеральской
вдовы.

Супруги Марковы-Виноградские были невероятно счастливы, невзирая на материальные трудности и откровенную
нужду. Александр Васильевич не обладал особыми талантами, да и обеспечивать свою семью у него получалось не
слишком хорошо. Но при всём при этом он не мог надышаться на свою жену, бесконечно признавался ей в любви и
благодарил Бога за подаренное ему счастье быть мужем «его душечки».

Анна Петровна вторила своему супругу и признавалась в письмах родственнице: даже в бедности есть свои радости,
если в супругах много любви.

Почти 40 лет Анна Петровна и Александр Васильевич Марковы-Виноградские были счастливы. Они жили очень бедно,
иногда отчаянно нуждались. После выхода супруга на пенсию Анна Петровна была вынуждена продать за бесценок
свои сокровища — письма Пушкина, по 5 рублей за штуку.

Александр Васильевич скончался в январе 1879 года от рака желудка, а через четыре месяца покинула этот мир и
Анна Петровна. 40-летний сын Марковых-Виноградских вскоре после смерти родителей покончил с собой. К жизни в
одиночестве он оказался совершенно не приспособлен.

Анна Петровна похоронена на погосте возле старой каменной церкви в деревне Прутня, что в 6 километрах от Торжка —
дожди размыли дорогу и не позволили доставить гроб на кладбище, «к мужу». Точное место захоронения на кладбище
в Прутне к настоящему времени установить невозможно, однако на кладбище есть символическое надгробие.

...Слишком холодно на дворе,
Зря любовь пришла в декабре.
У любви зимой - короткий век.
Тихо падает на землю снег.

Снег - на улицах, снег - в лесах
И в словах твоих. И в глазах.
У любви зимой - короткий век.
Тихо падает на землю снег.

Вот прощаешься ты со мной,
Слышу голос я ледяной.
У любви зимой - короткий век.
Тихо падает на землю снег.

Клятвы зимние холодны,
Дол)го буду я ждать весны...
У любви зимой - короткий век.
Тихо падает на землю снег.

Роберт Рождественский

Я собираю бусы из жемчужин наших встреч...
А между ними нитки бисера из расстояния...
Но как я не стараюсь жемчуг наш сберечь...
Последней все же будет бусинка прощания...

Далекая Нежность

Надевайте красивые вещи,
Не ищите особый повод.
Пейте вина и жгите свечи,
Обнимайте того, кто дорог.
Не играйте с судьбою в фанты,
И не думайте: быть? Не быть?
Вы сегодня живите. Завтра.
Может просто не наступить.

ИОСИФ БРОДСКИЙ. ПРОЩАЙ...

Прощай,
позабудь
и не обессудь.
А письма сожги,
как мост.
Да будет мужественным
твой путь,
да будет он прям
и прост.
Да будет во мгле
для тебя гореть
звёздная мишура,
да будет надежда
ладони греть
у твоего костра.
Да будут метели,
снега, дожди
и бешеный рёв огня,
да будет удач у тебя впереди
больше, чем у меня.
Да будет могуч и прекрасен
бой,
гремящий в твоей груди.

Я счастлив за тех,
которым с тобой,
может быть,
по пути.

Я ПИШУ ВАМ ПИСЬМО...

Я пишу Вам письмо. Строчки лягут неровно
На оторванном наспех тетрадном листке.
Я пишу Вам письмо. Это так старомодно
Даже в нашем весьма небольшом городке.

Я пишу Вам о том, как тепла нынче осень,
Что раскрасила в рыжее листья, траву.
И плакучая ива роскошные косы
Распустила игриво на лёгком ветру.

Я пишу Вам о том, что поспела рябина,
Полыхая, как пламя, у наших ворот,
И прозрачное небо огромною льдиной
Распростерлось повсюду и к звездам зовёт.

Я пишу Вам, как чисто прохладное утро,
Как оно непорочно по сути своей.
И себя напоказ выставляя как будто,
Золотятся на солнце макушки церквей.

Я пишу Вам о том, как воробушек лихо
Кем –то брошенный хлебный кусочек клюет,
И у нас во дворе, неразбуженном, тихом
Старый дворник усердно дорожки метёт.

Я пишу, что за ель зацепились случайно
И застыли недвижно в ветвях облака.
Я пишу Вам про всё, но о том, что скучаю,
Я не стану писать. Никогда. Никогда.

И в письме моём скромном средь буков и точек
Поцелуя лишь Вам я оставлю печать.
Но так дышит любовью в нём каждая строчка,
Что Вам будет нетрудно её разгадать.

Юлия Вихарева

Художник Андрей Выструпов

Мы на финишной прямой...

Слушая старые пластинки, закрываю глаза и уношусь в прошлое.
Я заново переживаю те моменты, с которыми связала меня музыка...

24 декабря морозный день,как и тогда 45 лет назад, только мороз был покрепче...
Наша Сапфировая свадьба — 45 лет со дня бракосочетания. Даже не верится...
Сегодня я благодарю Бога за нашу семью...Хочется танцевать..

ДВЕ ДУШИ ....

Две Души соприкоснулись на какое-то мгновенье...
Вдруг почуяли, как нужно это соприкосновенье им...
До сей поры далеким...Им...Разбросанным по свету...
Безнадежно одиноким в бесконечном мире этом...
Им...О близости мечтавшим...
Но потерянном в пространстве...
Им...Давно уже уставшим от земных и звездных странствий.
Разным...Но необычно друг на друга похожим...
Оказавшимся случайно в двух столкнувшихся прохожих...
И тогда...Во время встречи...Прикоснувшись на мгновенье...
Две души познали Вечность...
В этом соприкосновении...

БЕЖИТ ПО ОБЛАКАМ НАД СПЯЩИМ ГОРОДОМ…

Бежит по облакам над спящим городом…
Улыбка в сонных звёздах отражается…
И выглядит на удивленье молодо,
И Ангелом быть вовсе не пытается…

Бежит по облакам, смахнув украдкою
Слезинки - просто признаки бессонницы…
И хочет быть кому-то самой сладкою…
И хочет лишь такой ЕМУ запомниться…

Бежит по облакам, роняя всполохи
Сомнений, и чудачеств, и печальности…
А ночь ей что-то шепчет нежным шорохом,
А ночь её баюкает в астральности…

Бежит по облакам… Все несуразности
Ей кажутся смешным несовпадением…
Сама себе придумывает праздники…
Терпеть свои не может Дни рождения…

Бежит по облакам… И рифмы строчками
Живут в её следах искристой россыпью…
За тайными своими многоточьями
Она спешит кошачьей лёгкой поступью…

Бежит по облакам… И Мир ей нравится!..
И то, что этим Миром ей завещано…
Улыбка в сонных звёздах отражается…
И Звёзды берегут Любовь и Женщину…

Люблю декабрь ...

Люблю декабрь за призраки былого,
За все, что было в жизни дорогого
И милого, немыслимого вновь.
За этот снег, что падал и кружился,
За вещий сон, который сладко снился,
Как снится нам последняя любовь.
Не все ль равно? Под всеми небесами
Какой-то мир мы выдумали сами
И жили в нем, в видениях, в мечтах,
Играя чувствами, которых не бывает,
Взыскуя нежности, которой мир не знает,
Стремясь к бессмертию и падая во прах.
Придет декабрь... Озябшие, чужие,
Поймем ли мы, почувствуем впервые,
Что нас к себе никто не позовет?
Что будет елка, ангел со звездою
И Дед Мороз с седою бородою,
Волшебный принц и коврик-самолет.
И только нас на празднике не будет.
Холодный ветр безрадостно остудит
Усталую и медленную кровь,
И будет снег над городом кружиться,
И, может быть, нам... наша жизнь приснится,
Как снится нам последняя любовь.

Дон - Аминадо