Василевские

На сайте ВГД собираются люди, увлеченные генеалогией, историей, геральдикой и т.д. Здесь вы найдете собеседников, экспертов, умелых помощников в поисках предков и родственников. Вам подскажут где искать документы о павших в боях и пропавших без вести, в какой архив обратиться при исследовании родословной своей семьи, помогут определить по старой фотографии принадлежность к воинским частям, ведомствам и чину. ВГД - поиск людей в прошлом, настоящем и будущем!

Школьная сеть Стаецкой волости, 1908-1914 годы
(список школ и относящихся к ним селений с указанием числа жителей и расстояния до школы)

По материалам дела:
ф.733 оп.187 д.928 Школьная сеть Невельского уезда

Может, кому-то интересно будет узнать, в какой школе учился прадедушка)

Как написано в Википедии, после революции 1905—1906 гг., Русско-Японской войны и реформ 1906—1907 гг. в Думе поднимается вопрос о принятии закона о ведении всеобщего начального образования. В 1906 г. на рассмотрение выносится законопроект министра народного просвещения П. фон Кауфмана. Некоторые положения этого закона были приняты 3 мая 1908 г., но обсуждение законопроекта о всеобщем начальном образовании надолго затянулось. Тем не менее с 1908 года начали проводиться подготовительные мероприятия, связанные с реализацией проекта введения всеобщего начального образования, в частности, увеличение числа школ при их доступности в радиусе не более трех верст.

Вот, видимо, в рамках этих мероприятий и был составлен документ, характеризующий школьную сеть Невельского уезда. Даты на документе нет, датировка сделана сотрудниками архива.
В документе перечислены населенные пункты (деревни) каждой волости Невельского уезда с указанием того, какой школой они "обслуживаются". Причем сведения о школах записаны в трех колонках: в первой - существующие школы, подведомственные училищным советам, во второй - церковно-приходские школы, в третьей - планирующиеся или строящиеся школы.
И в каждой колонке для школы повторяются сведения о населенных пунктах с указанием расстояния до школы, причем иногда в этот список добавлено несколько населенных пунктов.
Я буду писать вначале название школы с указанием сведений о ней, а затем список относящихся к ней населенных пунктов со следующими сведениями: количество жителей, количество детей 8-11 лет, расстояние до школы (в верстах, в исходном документе записано в виде простых дробей, например 1 1/4, я пишу в виде десятичных, то есть 1,25)
Сведения привожу только по Стаецкой волости.

Планируется Мушинская школа,
31 ученик, 1 учитель
1_ Колоницы _____ 84 ___ 7 ___ 3
2_ Мушино ______ 64 ___ 8 ___ 3
3_ Черное _______ 52 ___ 5 ___ 2
4_ Хатки(?) ______ 41 ___ 5 ___ 2
5_ Ботяново _____ 49 ___ 6 ___ 1

Планируется школа в Горах
74 ученика, 2 учителя
6_ Горы ________ 142 __ 17 ___ -
7_ Межуево _____ 61 ___ 4 ___ 0,5
8_ Бегуново _____ 90 ___ 9 ___ 1,5
9_ Равнушино ___ 79 ___ 6 ___ 2
10 Крюково ______ 28 ___ 4 ___ 2,5
11 Царево ______ 136 __ 13 ___ 3
12 Лужок ________ 88 ___ 7 ___ 3
13 Ковалиха _____ 46 ___ 5 ___ 2,5
14 Иваново ______ 42 ___ 5 ___ 0,5
15 Харинец ______ 15 ___ 4 ___ 3

Имеется Заволчихинская школа,
сейчас 31 ученик 1 учитель,
планируется 80 учеников 2 учителя
16 Заволчиха ___ 151 ___ 12 ___ -
17 Латыши ______ 100 __ 11 ___ 1
18 Черемха ______ 31 ___ 5 ___ 1,5
19 Шекино ______ 199 __ 22 ___ 1,5
20 Остров _______ 11 ___ 2 ___ 3
21 Шаршани _____ 119 _ 13 ___ 1,5
добавлены
__ Залоги 1,5 версты
__ Бордовка 2
__ Башмаково 2

Имеется Стаецкая школа (2 училища),
сейчас 68 учеников 2 учителя,
планируется 84 ученика 2 учителя
22 Стайки ______ 176 __ 19 ___ -
23 Пушкарево 1 __ 69 ___ 5 ___ 2
24 Пушкарево 2 _ 100 ___ 8 ___ 2
25 Быково _______ 95 ___ 9 ___ 3
26 Голыни ______ 157 __ 11 ___ 3
27 Савино ______ 178 ___ 9 ___ 4
28 Литвиново ___ 198 __ 10 ___ 2
29 Глиновка ____ 126 ___ 8 ___ 1
30 Реутка _______ 15 ___ 1 ___ 1,5
31 Язно _________ 60 ___ 4 ___ 0,5

Имеется Туричинская приходская школа
(2 училища)
сейчас 60 учеников 2 учителя,
планируется 75 учеников 2 учителя
32 Рожново ______ 81 ___ 7 ___ 2,25
33 Каменистица __ 56 ___ 6 ___ 1,25
34 Мухино _______ 60 ___ 4 ___ 1,25
35 Скраблино ____ 70 ___ 6 ___ 1,5
36 Дудки ________ 68 ___ 7 ___ 1,5
37 Молокоедово __ 70 ___ 4 ___ 2
38 Брудово ______ 118 __ 14 ___ 2
39 Ермошино ____ 140 __ 13 ___ 2
40 Бостянино ____ 20 ___ 1 ___ 2,5
41 Быченки ______ 67 ___ 4 ___ 1,5
42 Гульково ______ 62 ___ 6 ___ 1,5
43 Половено(?) ___ 59 ___ 4 ___ 3

Планируется Подтевская школа
45 учеников 1 учитель
44 Подтево ______ 60 ___ 7 ___ 1
45 Загрядно _____ 42 ___ 4 ___ 2
46 Завзноры _____ 66 ___ 7 ___ 1
47 Тетеркино ____ 64 ___ 5 ___ 2
48 Перново ______ 24 ___ 2 ___ 2,5
49 Бардино ______ 98 ___ 8 ___ 3
50 Железницы ___ 14 ___ 2 ___ 3
51 Дубчино _____ 105 ___ 9 ___ 2
добавлено
___ Зеленое 1 верста
___ Осетище 1,5

Есть Неклочинская школа
сейчас 39 учеников 1 учитель,
будет 45 учеников 1 учитель
нумерация населенных пунктов сбита не у меня, а в исходном документе!
51 Замшаны _______ 96 __ 10 ___ 0,5
52 Баутенки ______ 39 ___ 6 ___ -
53 Кулиги _______ 141 __ 19 ___ 1
54 Загорецкие ____ 43 ___ 5 ___ 1,5
55 Бордовка ______ 31 ___ 5 ___ 0,5
56 Баек __________ 57 ___ 7 ___ 1,5
57 Ст.Неклоч _____ 31 ___ 3 ___ 0,5

Планируется Шкелевская школа
58 Шкелево ______ 114 __ 13 ___ -
59 Зазерное(?) ___ 94 ___ 9 ___ 1,75
60 Жулево _______ 157 __ 15 ___ 0,5
61 Кресты ________ 71 ___ 7 ___ 2
62 Броды _________ 23 ___ 2 ___ 1,5

Итого 2408 человек, детей 343,
есть 4 школы (Стаецкая, которых две - мужская и женская, Заволчихинская и Неклочинская) на 143 ученика, будет 209
обслуживают 26 селений;
есть 2 приходские школы (обе Туричинские),
60 учеников, будет 75,
обслуживают 12 селений
планируется 4 школы
194 ученика,
обслуживать будут 30 селений

На фото: (с) Федеральное казенное учреждение "Российский государственный исторический архив" (РГИА), Санкт-Петербург, 20025 год
ф.733 оп.187 д.928 л.61, 62, 63 (может, где-то я неправильно название деревни разобрала, по фото можно проверить; фото с экрана)

Договор на аренду Стаек, 1824 год

по материалам дела:
ф.384 оп.1 д.45 (107) - Дело о взыскании недоимок с помещика Деренговского за аренду имения Стайки

В этом деле есть копия контракта на аренду Стаек, заключенного в 1824 году (лл.27-28).
Понятно, что контракт составлен на основании общих правил, и эти правила, возможно, даже где-то в Интернете опубликованы и откомментированы, но я все-таки привожу дословно списанный с документа текст, и без комментариев.

1824 года мая 22 дня, я, нижеподписавшийся, Полоцкого повета помещик Викентий Осипов сын Деренговский, заключил сей контракт с Витебской Казенной палатой в том, что с состоявшихся в оной палате торгов 2-е поиезуитское имение Стайки, в Невельском повете состоящее, осталось в 12-летнем моем содержании и принято мною в содержание с 23 апреля сего 1824 года по таковое же число января будущего 1836 года на нижеследующих условиях:

1.
Я, Арендатор Деренговский, принимаю в содержание упомянутое имение Стайки с крестьянами обоего пола по последней ревизии писанными и налицо находящимися, со всеми к тому имению принадлежностями, пахотными и пустопорожними землями, сенокосами, лугами, со всеми крестьянскими службами и другими их обязанностями, положенными по инвентарным пояснениями, которыми снабжен я при сдаче имения, равно с фольварковым скотом и птицами, наличным потребным на яровой посев хлебом, а также сеном, соломой и прочим скотским кормом (ежели оное есть налицо) и со всеми теми оброчными статьями, кои приносят доход, с 23 апреля 1824 года на 12 лет из платежа в год суммы 6025 рублей, оставшейся с торгов и решением начальства утвержденной

2.
Я, Арендатор, приняв имение по описям и вступив во владение оного по праву временного владельца, обязан содержать до окончания срока на предписанном правиле, а по окончании срока аренды должен сдать по той же описи, по которой и принял, все, что мне сдано и мною принято будет во всякой исправности, в случае же какого недостатка должен отвечать представленным от меня в исправном содержании сего имения двухгодовым залогом.

3.
Я, Арендатор, всего имения или же деревень оного ни одной кому-либо другому передавать или субарендовать, занимать под оные деньги и заставлять не могу и не имею права ни под каким предлогом под опасением уничтожения всякой сделки с потерею заплатившим какую-либо сумму на основании Высочайше конфирмованных докладов в 17 день июня 1803 и 17 июля 1806 года

4.
Из предложенной мною ежегодной арендной суммы должен вносить в казну половинное число к октябрю месяцу, а другую половину к 15 марта каждого года, но если бы я не уплатил за первую половину года сей арендной суммы, то к платежу оной буду понуждаем военной экзекуцией, а ежели и за вторую половину не внесу, то в сем случае уничтожается контракт и имение от меня будет отобрано и сверх того со всей неуплаченной суммы взыщется с меня в казну за каждый просроченный месяц по 1%

5.
Отобранное от меня имение отдается из произведенных внутри только губернии публик и в Казенной палате торгов в аренду до истечения постановленного со мною в палате арендного срока, и буде бы уменьшилась в сей последний отдачею до истечения срока цена, то таковой недостаток и всякий от того убыток вычтется от меня и из представленного залога

6.
Во все время содержания имения пользуюсь я, Арендатор, фольварковой землею и принадлежащими к фольварку сенокосными лугами, и должен обрабатывать пахотную землю, удобрять сенокосы и производить всякую касающуюся до экономии фольварковую работу поселянами арендуемого мною имения, числом положенных на Арендатора по количеству владеемой крестьянами земли рабочих или пригонных дней.

7.
Запрещается мне за постановленные дни с содержимой крестьянином земли к работе, которые он в той одной неделе в работу свою употребить не мог по причине непритворной крестьянина болезни, принуждать такого поселянина отрабатывать в следующую, равномерно праздничные дни заменять другими.

8.
Ни в какую работу полевую или домашнюю не должен я, Арендатор, употреблять поселян как мужского, так и женского пола, без зачета в рабочие дни, но всякая служба крестьянская на меня, Арендатора, да зачтется в число рабочих по количеству владеемой крестьянами земли дней, кроме починки и исправления фольварковых строений, равно починки мостов, плотин и прочего, рабочая же душа считается мужская с 15 до 60 лет и женская от 14 до 50 лет, а моложе и старше сих лет поселян обоего пола не должен я, Арендатор, употреблять в свои экономические работы, в прочем молотьба хлеба, ночные и денные караульщики имеют отбывать по очереди.

9.
Я, Арендатор, не должен употреблять ни к какой господской работе тех поселян, которые отправляют обязанности церковного и волостного старосты, выборного сотского войта, десятского и лесного надзирателя, из таковых людей церковный староста с семейством своим, а прочие сами только лично, без семейств, от работы освобождаются.

10.
От поселян, принадлежащих к моей аренде, не требовать никаких более податей и не налагать для себя сборов, равномерно не причинять никаких обид и притеснений в службах, в противном случае, если жалобы на меня от поселян и их старшин принесены будут в притеснениях, обидах и работах, и по исследовании окажутся справедливыми, то на основании Высочайше конфирмованного в 17 день июля 1806 года доклада об арендных правилах и постановлений контракта должен лишиться своей аренды, платя причиненные крестьянам имения убытки какие окажутся. Впрочем жалобы на меня, Арендатора, приемлемы быть должны, как выше значится, только от общества поселян и их старшин, личные же жалобы допускаются при обозрении лишь имений через члена палаты, ежели признаны будут основательными.
Ежели же крестьяне будут непослушны или ленностны и дерзостны, то их предоставляется мне наказывать, но весьма умеренно и сносно и не иначе как при собрании мирского общества, ежели же сии меры исправления не будут действовать на кого-либо из поселян, то в таком случае по требованию моему волостные старшины и мирское общество обязаны непременно доводить таких упрямых и вредных людей до повиновения и порядка способами к тому удобными и общими законами предписываемыми.

11.
Для лучшего удобрения фольварковой земли обязан содержать в арендуемом имении такое количество скота, какое фольварковая пашня и луга требуют и дозволяют, для чего буде бы где случились зыбкие или мокрые места, обсушивать их копанием каналов, а пашенные земли всевозможным унавоживанием и удобриванием в хорошем состоянии содержать, и как от сего зависит собственная моя выгода, то число рабочих людей засчитывать в число положенных для меня, Арендатора, дней; запрещается же с собирании в том имении хлеба солому продавать в посторонние руки, но употреблять оную на содержимый скот и для унавоживания полей.

12.
В последний год аренды обязан я засеять не менее хлеба, сколько при вступлении получил, засев же делать из хорошего хлеба, буде же обстоятельства позволят мне во время содержания аренды засевать более принятого засева, то по окончании срока за посеянный на фольварковых полях излишний хлеб казна или новый арендатор обязан мне заплатить по тогдашним справочным ценам, или толикое же число сколько засеяно хорошим хлебом возвратить, разумея одни семена, а урожай с этого засеянного хлеба будет уже принадлежать казне, но чтобы достоверно знать количество засеянного хлеба, должно быть подтверждено показаниями того селения старосты и хозяев.

13.
Обязываюсь я иметь должное смотрение, чтобы следуемые казне с состоящих на аренде моей поселян поголовные и прочие подати в узаконенное время собраны и внесены были от поселян в уездное казначейство, и о взятии в платеж таковой подати квитанция была бы явлена в суд узаконенным порядком.

14.
Обязываюсь я, Арендатор, всевозможное иметь попечение о сохранении крестьянских хозяйств, защищая их и не допуская до того, чтобы поселяне от непорядочного житья хозяйства своего лишились и в бедность прийти могли. В случае же худого урожая, когда хлебы градом побиты будут или другим случаем в хлебе претерпят недостаточность, то буде бы в сих обстоятельствах запасного крестьянского магазина было недостаточно, обязан я как в таковом недостатке хлеба, так и в других крестьянских нуждах, бываемых от непредвиденных случаев, всевозможными способами помогать и недостаточествующих за умеренную цену образом займоснабжать, но так, чтобы плата сия была не вдруг, а расположена на некоторое время по возможности поселянина, и чтобы строгим взысканием не ввергнуть его так же в разорение.
Если же крестьянин и по истечении последнего арендного срока по каким-либо несчастным приключениям не будет в состоянии всего взаймы ссуженного возвратить, то я, Арендатор, о таковых долгах должен представить ведомость в казенную палату. Палата, изыскав через кого следует о справедливости сих долгов, и о том, что заем сделан в необходимом случае и что поселянин не от ленности или небрежения в хозяйстве не в состоянии был удовлетворить меня взаймы взятым, а по особым несчастным случаям, предоставит взыскать таковой заем новому арендатору, ежели он будет, а когда имение поступит в казенное управление, то казна таковые долги с должных крестьян взыскивает исподволь со всевозможною для поселян пощадою и возвращает прежнему арендатору; когда же у поселянина окажутся долги не от несчастья, а от каких-либо случаев, то таковых долгов арендатору не возвращать, ибо сие означать будет нерадение мое о благосостоянии моей аренды, за чем я надзирать обязан.

15.
Обязываюсь прилагать старания все к тому, чтобы бобылям и земли не имеющим крестьянам с ведома и дозволения Казенной палаты, дав из пустопорожней земли, буде она в том имении есть, надлежащее число, делать к исправлению их и приведению в настоящее хозяйство всевозможнейшее пособие и всем нужным к поправлению домов и на обзаведение их ссудить, получая данное тому новопоселившемуся крестьянину обратно исподволь, а в случае таком, если на том крестьянине при окончании арендного срока что-либо останется, то поступать по определениям 14 пункта. Если же к поселению таких бобылей или не имеющих земли крестьян пустой земли, которую им дать можно было, в арендуемом имении не будет, то стараться мне поместить такого у другого доброго хозяина, у которого довольного числа работников не состоит, мужчин в работники, а женщин в работницы, определяя им за работу их безнужное содержание, в прочем не имеющих земли крестьян употреблять к господской работе и услужению, но за приличную заплату, и доносить обо всем Казенной палате.

16.
Мосты, плотины и прочее я, Арендатор, должен содержать всегда в хорошем состоянии, исправлять то поселянами без всякой заплаты, как мне от казны, так и от меня крестьянам, потребный же на то лес может быть употреблен из казенного леса по ассигнованию от обер-форестмейстера, к работам таким употреблять поселян из всего общества казенного имения по очереди, не зачитая их работу в число дней пригона.

17.
Запрещается мне крестьян употреблять куда-либо в работу вне арендного имения, но вся положенная крестьянская работа должна быть исправляема только в том самом арендном имении.

18.
Свободное винокурение и продажа вина, пива и меду в арендуемом имении в пользу мою имеет быть на основании законов на Белорусский край изданных, однако ж не имею права принуждать крестьян покупать у меня напитки, ежели крестьяне на стороне могут получать дешевейшими ценами, противу тех, которыми я буду торговать.

19.
С даваемого взаймы хлеба дозволяется брать насыпь в пользу мою от одной четверти восьмичетвериковой меры, данной весною, при возвращении сего долга осенью по одному четверику, но если бы который крестьянин не мог взятого по снятии урожая возвратить и долг тем продлился бы более, то полагается на отдаче не более как по четверику на четверть, и все взаем данное от меня крестьянам, равно все поборы от крестьян мне следуемые, когда первые даны, а последние приняты будут, равномерно когда взаем взятое невозвратно будет, выписывать в книгу, долженствующую быть в экономии; равно имею я, Арендатор, дать каждому хозяину небольшую сделанную книжку, в которую исправно записывать как все то, что крестьянин из подати своей по оброку заплатит, так и то, что ему когда в ссуду дано, и в то число от него возвращено будет, затем же обратный прием, а также отдачу продуктов, всяких поборов, должно чинить при старосте и крестьянском обществе, дабы в случае какого-либо сомнения в том или другом можно было иметь справедливое доказательство, без чего претензия арендатора в случае таком, если бы на отдачу продуктов или на заплату оброков от поселян я не мог доказать свидетелями, не принимается за действительную.

20.
Предоставляется поселянам на волю положенные продукты, следуемые в оброк мне, Арендатору, отдавать натурою или деньгами по ценам торговым, и отнюдь Арендатору поселян в том или другом не принуждать, всякий избыток крестьяне продают там, где они за выгоду для себя почтут.

21.
Казенные леса, состоящие в арендном имении, не принадлежат мне, и от них никакой прибыли мне не предоставляется, а для домашнего обихода и на дрова отводится на вырубку из казенных лесов по распоряжению местного начальства, в ведении коего лесные дачи состоят, годовые участки по предписанным в изданных на сей предмет по лесной части узаконениях и правилах, сверх же таковых отводимых участков я, Арендатор, казенного лесу без дозволения и ассигнования лесного начальства употреблять не могу.

22.
Для отвозу продуктов с арендуемого мною имения до уездного города того повета, в котором имение лежит, или же в иное место не далее расстояния 50 верст, крестьяне должны дать мне с каждой осьмухи земли не более одной подводы в свободное от полевых работ время, а тягость на подводы полагать умеренную, и при возвратном пути таким же образом нужные для экономии припасы на тех же подводах арендатору привозить в имение, не накладывая отнюдь больше на одну конную подводу от 12 до 15 пудов, и сию повинность зачитать в число положенных рабочих дней.

23.
Казенные фольварковые строения, как жилые так и прочие, как то овин, сараи и корчмы, обязываюсь я содержать всегда в хорошем состоянии, исправляя нужную в том починку и поправку крестьянами аренды без всякой на то заплаты, как от казны мне, Арендатору, так и от меня крестьянам, потребный же на то лес, равно и в том случае, если бы какое строение вновь необходимо построено должно было, отпускаем быть имеет из лесов казенных по смете нижнего Земского суда с утверждения Казенной палаты по ассигнованию обер-форестмейстера на основании лесных правил, работу же крестьян арендных по сему не зачитать как выше сказано в число рабочих дней, производя однако же оную в свободное от полевых работ время, к исправлению же и поддержанию состоящих в поиезуитских имениях мельниц арендаторы могут употреблять крестьян тех самых фольварков, к коим доходы с оных приписаны, с зачетом сих работ в число положенных рабочих дней, если же числом оных при других занятиях крестьян невозможно будет обходиться, то дополнение рабочих людей зависеть будет от собственных способов арендатора.

24.
Смотрение иметь, чтобы отданным мне в имении землям, угодьям и межам от чего-либо вреда причинено не было, а буде то как учиниться, обязан я дать знать в то же время Казенной палате, которая и поступит по изданным на то законам.

25.
Установленной пошлины за право винокурения и раздробительную питей продажу по 2 руб с души по тем имениям, по коим доходы с винокурения и корчм исчислены свыше уже определенной оной по числу душ количества, особым платежом не полагается, а по тем имениям, по коим доходы с сей статьи исчислены менее нежели причитается оной по числу пошлины, должен я недостающую противу оной сумму доплачивать из своих доходов.

26.
Я, Арендатор, и управляющий от меня не должны участвовать и вмешиваться в крестьянский расклад на платеж Государственных и общественных податей, в повинности рекрутской, а предоставляется все сие уравнительным образом производить поселянскому обществу.

27.
Сверх сего вышеизъясненного обязуюсь исполнять во всем предписанное в Высочайшем именном указе, данном Правительствующему Сенату 1818 года Марта в 3-й день, по колику предписанное до меня относиться может.

28.
Во всех тех имениях, в которых фольварковая пахотная земля для удобнейшего обрабатывания разделяется на крестьян моргами, по размеренности владеемых ими самими земель, в то время, в которое производиться будет таковое обрабатывание сих моргов, также в сгоны и при вывозке навоза, крестьяне должны быть от пригона свободны, сгона же назначается в год 4 мужских и 4 женских.

29.
В исправном содержании казенного имения Стаек и платежа арендной суммы в течение 12 лет подвергаю в залог вверенные мне Люцинского повета от помещика Егора Деренговского из имения Кодени деревень Барсукова 8 и Пурпува 30 и Андреем Шахною из имения Рундан деревень Рундан 20 и Ягменища 3, а всего 61 душа, писанные за ними по ревизии 1816 года.

Подлинный подписали:
Полоцкого повета помещик Викентий Осипов сын Деренговский
Статский советник вице-губернатор кавалер Могучий
Губернский казначей Коссович
Советник и кавалер Крассовский

Как казна защищала своих крестьян.
Часть 1. Дело по иску наследников священника Страшновского (1857 - 1866)

По материалам дела: РГИА, ф.1347 оп.73 д.399
Третий (апелляционный) департамент Сената. Дело о взыскании наследниками Страшновского с государственных крестьян Стаецкого общества 99 рублей 20 копеек за необработку земли

Стаецкие крестьяне были казенными, то есть государственными. Дела, касающиеся интересов сельского общества государственных крестьян, относились к "делам, защищаемых на правах казны", и для таких дел был установлен особый порядок рассмотрения. Во-первых, в их рассмотрении в суде участвовал представитель Палаты Государственных имуществ; во-вторых, судебное решение направлялось для заключения опять же в Палату Госимуществ, а та, если была не согласна с решением, направляла представление Начальнику губернии, который мог обратиться к Министру Госимуществ или непосредственно в Сенат.
И, надо отдать должное, Палата Госимуществ вставала на защиту своих крестьян, о чем свидетельствуют материалы данного и следующего дела.

Данное дело, в общем, простое и понятное.
В Стайках был священник Яков (Иаков) Страшновский (кстати, это он подписывал в 1845 году за крестьян прошение о переводе на оброк, о котором я писала здесь)
У этого священника Страшновского был надел земли - 10 десятин, который должны были обрабатывать прихожане Стаецкой церкви. Ну они и обрабатывали, получалось по одному дню в год на лошади с ревизской души (а ревизских душ мужского пола в Стайках было около 500). Но при этом зажиточные крестьяне договорились со Страшновским, что они вместо отработки натурой будут платить ему 11 копеек серебром в год с ревизской души (вполне приличная плата, обычно крестьянский рабочий день считался по 10 копеек). Никакими документами эта договоренность не оформлялась, никаких квитанций ни за обработку земли, ни за уплату вместо нее денег крестьяне не требовали, в общем, все были свои и как-то друг с другом разбирались.

16 октября 1852 года Иаков Страшновский умер. Остались у него малолетние наследники (количество их, имена и возраст в деле не упоминаются). Опекунами детей стали священники Михаил Моздалевский и Иоанн Зубовский.

И вот в 1857 году (через пять лет после смерти Страшновского!) опекуны эти обратились в Невельский уездный суд с исковым прошением, в котором жаловались, что "государственные крестьяне Стаецкого сельского общества по особому условию обязывались бывшему там приходским священником Страшновскому вместо обработки натурой 10-десятинного участка земли уплачивать ежегодно 51 руб 20 коп (прим - явно завышенная сумма, получается, что все крестьяне должны были платить по 11 копеек с души, а ведь договаривались платить только зажиточные, бедные отрабатывали натурой), что условие это ими в 1844 году вовсе не выполнено, и по 1849 год накопилась на них недоимка 99 руб. 20 коп."

Никаких документов истцы не представили.
При расследовании этого дела были приняты во внимание показания Благочинного священника Белинского, который сообщил, что в рапорте 23 июня 1846 года Страшновский доносил, что Стаецкие крестьяне в натуре священническую землю не обрабатывают и денег не платят, и за 1845 год уплатили 39 руб 12 коп, и 9 февраля 1848 года пишет, что крестьяне деньги платят несвоевременно, а за 1844 год не уплатили вовсе. Собственно, никаких других подтверждений, что крестьяне не выполняли свои повинности, не было.

Тем не менее Невельский уездный суд иск наследников Страшновского удовлетворил, поскольку "крестьяне не предоставили доказательств исполнения своих повинностей", и решил взыскать со Стаецких крестьян 99 руб 20 копеек.

На это решение Уездного суда Невельский Окружной начальник Государственных имуществ Ролле фон Лильенштерн подал 22 сентября 1860 года апелляционную жалобу в Витебскую Палату по Уголовным и Гражданским делам, которая 4 ноября 1861 года утвердила решение суда и передала дело в Палату Госимуществ.

А та посчитала, что деньги с крестьян взыскивать не следует, причем, в общем, по тому же основанию, по которым уездный суд постановил эти деньги взыскать - поскольку не было представлено никаких доказательств.
(надо сказать, что мнение Палаты Госимуществ лично мне представляется гораздо более логичным, чем мнение Невельского суда: это ведь истец должен доказывать правомерность своих претензий, а иначе любой может сказать, что Стаецкие крестьяне что-то ему должны, и попробуй докажи, что нет)

Палата Госимуществ направила свое заключение Начальнику Губернии, тот согласился и 19 января 1863 года направил свое мнение Министру Госимуществ.
Министр Госимуществ 23 февраля 1863 года направил в Сенат свое заключение, в котором соглашался с мнением Витебской Казенной Палаты о том, что казенных крестьян надо от уплаты освободить.

Сенат затребовал следственное дело и на всякий случай (поскольку в деле замешано духовное лицо) "поручил обер-прокурору Святейшего Синода доставить свое по оному заключение".
На что обер-прокурор Синода ответил, что "дело сие не имеет никакого отношения к интересу Стаецкой церкви, предмет оного заключается в частном интересе по денежной претензии опекунов наследников Страшновского к Стаецкому обществу государственных крестьян, и настоящее дело представлено Начальником Витебской губернии Министру Госимуществ на основании Свода 1857 т.10 ч.2 Зак.суд.Гражд. ст.850, в которой установлен порядок производства дел о денежных претензиях и вообще движимого имущества между обществами государственных крестьян и частными лицами. Вследствие чего я нахожу, что дело сие, как несопряженное с интересом какого-либо Духовного установления, не подлежит заключению обер-прокурора Синода."

И 15 декабря 1866 года (ох, нескоро в Сенате дошла очередь до рассмотрения этого дела!) Сенат слушал доклад по следственному делу о взыскании наследниками Страшновского с государственных крестьян Стаецкого общества 99 рублей 20 копеек за необработку земли и приказал, поскольку письменно ничего не доказано, Страшновским отказать.

Вот так благополучно для Стаецких крестьян, благодаря защите Министерства Госимуществ, закончилось это дело.

Как казна защищала своих крестьян.
Часть 2. Дело по иску помещика Николая Шишко. (1854 - 1869)

По материалам дела: РГИА, ф.1347 оп.74 д.55
Третий (апелляционный) департамент Сената. Дело помещика Шишко о денежной претензии к государственным крестьянам Стаецкого общества.

В этом деле защита Стаецких крестьян потребовала от сотрудников Министерства Госимуществ большого упорства. Дело дошло до самого-самого верха, то есть до общего собрания 4, 5 и Межевого департаментов Сената (я так понимаю, что по современному это был бы Пленум Верховного суда), и все-таки Министерство Госимуществ интересы Стаецких крестьян отстояло.

Если кратко, то суть дела в том, что помещик Николай Шишко подрядил сотню Стаецких крестьян на строительство Санкт-Петербург-Варшавской железной дороги, но на работу вышла только половина крестьян, в результате чего Шишко, как он утверждал, понес убытки, и требовал взыскать их с крестьян, а Министерство Госимуществ сумело показать несостоятельность претензий Шишко.

Для меня это дело представляет особый интерес, поскольку одним из "фигурантов" является Захар Станиславович Василевский. Так что будут подробности.

Итак, 18 апреля 1854 года помещик Николай Шишко заключил контракт со 100 человеками Стаецкого сельского общества следующего содержания:
"1854 года апреля 18 дня мы, нижподписавшиеся, Витебской губернии Невельского уезда помещик коллежский асессор и кавалер Николай Шишко и государственные крестьяне Стаецкого сельского общества, в приложенном при сем списке поименованные, (прим: очень бы мне хотелось этот список увидеть, но, увы, в сенатском деле он не приложен) заключили сие условие, на основании контракта, заключенного мною, Шишком, в 23 день марта сего года с подрядчиком Витегорским 1-й гильдии купеческим сыном Иваном Григорьевым Гладиным, в том, что мы, крестьяне имения Стаек, обязуемся поступить на земляную работу по линии Санкт-Петербург-Варшавской железной дороги на 1-е отделение между городами Гатчиной и Лугой в числе 100 человек землекопов, не моложе 20 и не старше 40 лет с законными визами, для сего края предоставленными, на следующих условиях:
1) В работу вступить нам, крестьянам, не позднее с 1 числа мая месяца сего года и продолжать оную по 15 ноября, полагая 6 месяцев, с платой за все время каждому рабочему 27 рублей серебром, в уплату каковой суммы получено нами в задаток вообще по 5 рублей, про приходе нас, рабочих, на место должны получить по 2 рубля, 10 июля по 5 рублей, 10 сентября по 5 рублей на каждого, остальные же за тем при окончательном расчете. Уплату денег производить не из рук комиссионеров помещика Шишки, а из конторы г. подрядчика Гладина, под ведомством которого будут состоять рабочие, в противном же случае, если в определенные сроки означенное количество денег дорожному старосте или же самим людям выдано не будет, то за всяким разом рабочие имеют полное право потребовать из конторы обратно паспорта и сойти с работ куда им угодно, но во всяком случае не раньше, как по истечение трех дней после вышеозначенных сроков.
2) Во время пути до места работы и обратно в свои места рабочие должны иметь содержание и харчи собственные свои, а со дня вступления в работу получать от подрядчика, а именно: в постные дни кашица и каша с постным маслом, полагая на то и другое круп 10 фунтов и масла 1 фунт на 10 человек, в скоромные дни кашица с говядиной свежей или соленой, на каждого рабочего в сыром виде по 1 фунту в день и каша с постным маслом, хлеба ржаного досыта, но продавать и разбрасывать хлеб, оставшийся от стола, рабочим строго воспрещается под опасением взыскания штрафа по 10 копеек серебром за каждый фунт и по 1 рублю за каждый раз, квас должен быть хороший и не хуже того, какой употребляется местными жителями.
3) Работы производить ежедневно кроме воскресенья и следующих праздничных дней, а именно: 9 мая день Святого Николая, 17 мая Вознесение Господне, 28 мая Сошествие Святаго Духа, 24 июня рождество Предтечи, 29 июня Святых апостолов Петра и Павла, 20 июля Святого пророка Илии, 6 августа Преображение Господне, 15 августа Успение Пресвятой Богородицы, 8 сентября Рождество Богородицы, 14 сентября Воздвижение честного и животворящего креста Господня и 1 октября Покров Пресвятой Богородицы, что составляет 11 дней, рабочим католического вероисповедания не запрещается праздновать День Тела Христова, но с обязательством отработать оный в другой праздничный день по их произволу, а в случае засчитать прогульным днем, как сказано в 6 пункте.
4) Все землекопы должны иметь непременную обязанность вырабатывать вполне назначенную им десятскими уроки, наравне с прочими артелями, соразмерно качеству земли
5) Рабочим по 15 августа на обед и отдых полагается 2 часа, но при завтраке отдых не полагается
6) За прогульные дни рабочим вычитается по 1 рублю. Равно же и за неявившихся в срок дневной платы не полагается
7) Никто из рабочих, исключая прочих причин, объясненных в 1 пункте, не имеет права переходить к другому лицу в работу, хотя бы и в праздничные дни, без дозволения подрядчика или его доверенных, самовольную же отлучку считать прогулом
8) Если кто из рабочих сделается больным, то подрядчик обязан больного отправить в Городскую или другую ближайшую к месту работы больницу, подрядчиком устроенную, после трех дней его болезни на счет артели, за все время пользования полагается каждый больной день 25 коп. в сутки, вычитая оные из условленной платы по расчету.
9) Квартиры, баня и следующие каждому рабочему инструменты должны быть от подрядчика, но одежда, обувь, пользование больных и чего Боже сохрани погребение умерших остается на счет рабочих
10) Переход рабочих с одного места на другое считать рабочим временем, полагая 30 верст в сутки, 20 за полдня
11) Выданные рабочим инструменты должны быть хранимы в целости, и за утраченный вычитать ту сумму, которой утраченная вещь по усмотрению стоит подрядчику в покупке.
12) В продолжение всего рабочего времени рабочие люди и их артельщики должны находиться в полном повиновении и послушании купца Гладина, его доверенных и приказчиков, и также и моего комиссионера. За уклонность же от работ, неповиновение и ослушание подвергать через кого будет следовать исправлению. Над всеми рабочими должен быть поставлен староста, который бы мог вполне распоряжаться оными.
13) В случае экстренной надобности по распоряжению начальства или подрядчика, если потребуется работать и в праздничные дни, то рабочие обязаны выходить на работу по первой повестке за особую договоренную плату.
14) Условие сие с обеих сторон содержать свято и нерушимо.
Подлинному храниться у меня, Шишко, а рабочим получить с оного копию.
К сему условию руку приложили:
Помещик колежский асессор и кавалер Николай Шишко
Государственные крестьяне Стаецкого общества (следует список из 100 лиц)
А вместо всех вышеозначенных крестьян, по личной просьбе и рукоданию, по неграмотности расписался Великолукский мещанин Р.Попов.
При заключении сего условия находились должностные лица Стаецкого сельского Управления: сельский старшина Захар Василевский, Добросовестные старший Манох Герасимов, младший Прохор Данилов, а по неграмотности приложили печати.
Сельский писарь Стацевич
Сии условия в Стаецком сельском управлении явлены и в книгу на записку духовных завещаний и другого рода сделках 18 апреля под №1 записаны, в том удостоверяет сельский старшина Захар Василевский, писарь Стацевич.
Этот контракт явлен 10 мая 1854 года в Невельском городском магистрате."

Шишко в январе 1855 года подал в Витебскую Уголовную плату прошение, в котором объяснял, что по контракту крестьяне обязаны были поступить на работу, но некоторые прибыли несвоевременно, а прочие 49 человек вовсе не явились, вследствие чего он понес убытки на 1210 руб. 79 коп. серебром.
Вообще-то такое дело должно было рассматриваться в Гражданской Палате, но Шишко считал, что одним из виновников его убытков является Захар Василевский, который получил от Шишко задаток, но не отдал денег крестьянам и не озаботился об исполнении ими контракта. А Василевский незадолго до этого обвинялся в растрате казенных денег (прим. - да, в мае того же 1854 года Василевский пытался застрелиться, а "по обревизованию денежной книги не оказалось 1659 руб 87 1/2 коп серебром, каковые деньги, как письменно сознался старшина, им одним, без участия дугих лиц, растрачены", и об этом я писала здесь )
Шишко считал, что поступок Василевского "на основании ст.156 Уложения о наказаниях подлежит совокупному рассмотрению с прочими его преступлениями", а поскольку дело о растрате было уголовное, то он и обратился в Уголовную Палату.

Но еще раньше, в 1854 году, почти сразу же после заключения контракта, крестьяне Стаецкого общества жаловались Управляющему Витебской палатой Госимуществ на бывшего старшину Василевского, что он без их ведома заключил контракт с Шишко на поставку 100 человек, и хотя вышли на работу 43 человека (число работающих в разных местах указывается по-разному: здесь 43 человека, где-то 45, где-то 49, где-то 55, в любом случае, около половины), но старшина получил на всех задаточные деньги и неизвестно на что употребил, а работающие не могут получить заработанных денег.
Палата Госимуществ 6 июля 1854 года просила Губернское правление сделать распоряжение о производстве по жалобе крестьян формального следствия при депутате со стороны Управления Госимуществ.

На этом следствии, во-первых, пытались разобраться, добровольно ли крестьяне заключили контракт, а во-вторых, действительно ли Василевский получил задаточные деньги и не роздал их крестьянам.

С первым вопросом вроде бы все было ясно - контракт заключен добровольно. Как показали Стаецкие крестьяне, "на полном сходе в сельском Управлении, который был по общественным надобностям, по прибытии рядчика Лавриновича они согласились поставить 100 человек и заключили контракт". Это же подтверждали крестьяне помещика Хржановского (это Туричинские крестьяне, то есть соседи) - что "они слышали от Стаецких крестьян, что некоторые добровольно желают поступить на земляные работы". Кроме того, "Мещанин Попов и писарь Стацевич показали, что крестьяне добровольно согласились заключить контракт с Шишко", и это же подтверждал мещанин Ярошко.

По поводу денежных расчетов Шишко с Василевским и Василевского с крестьянами все намного запутаннее, так что я даже не уверена, что правильно разобралась.
В контракте написано, что крестьяне получили в задаток при заключении контракта по 5 рублей. Поскольку контракт заключили 100 человек, то "задаточная сумма" составляет 500 рублей. Эти деньги Шишко должен был передать Василевскому, а тот уже раздать крестьянам.
Но на самом деле всех этих денег "вживую" Шишко Василевскому не передал, а просто "списал его долг".
Дело в том, что у Шишко были расписки Василевского, которые он и предъявил на следствии:
1) расписка, что Василевский получил от Шишко 100 рублей 3 февраля 1854 года
2) расписка, что Василевский получил 21 марта 1854 года от комиссионера Шишко Лавриновича 200 рублей
3) расписка, что Василевский получил 100 рублей от Шишко 28 апреля 1854 года - 50 рублей в счет контракта и 50 за картофель
Так вот при заключении контракта Лавринович привез 200 рублей, а остальные 300 Василевский должен был уплатить из своего кармана, за что Шишко "списывал с него долг" по первым двум распискам. При этом сами расписки Василевскому не вернули, но Лавринович (а именно с ним велись все расчеты, касающиеся контракта) выдал Василевскому расписку в том, что две его расписки (на 100 рублей от 3 февраля и 200 рублей от 21 марта) уничтожены. Причем Василевский лично обращался к Шишко, и тот уверил его, что такой "зачет долга" Лавринович с ним согласовал.
Так что получается, что Василевский действительно получил от Лавриновича 200 рублей наличными, и должен был добавить к ним 300 своих, за что Шишко прощал ему долг по первым двум распискам, а что касается третьей расписки, то, как оказал на следствии Василевский, все эти 100 рублей получены за картофель, который, впрочем, Василевский еще Шишко не поставил, так что 100 рублей он действительно должен.

С первыми двумя расписками Шишко Василевского обманул: Лавринович выдал расписку, что они уничтожены, а они вовсе не были уничтожены, и Шишко предъявил их на следствии, при этом Лавринович уверял, что предъявленная Василевским его расписка об уничтожении двух расписок выдана Василевскому для каких-то его расчетов с крестьянами. Кроме того, Лавринович утверждал, что в день заключения контракта привез не 200, а 500 рублей, 50 роздал непосредственно крестьянам, а 450 выдал Василевскому, и свидетелем этого был мещанин Ярошко. Впрочем, Ярошко показал, что был свидетелем того, что Василевский подряжал крестьян для работы на железной дороги, а вот сколько денег получил Василевский, Ярошко не видел и не знает.

В общем, Шишко требовал с Василевского 900 рублей (500 "задаточных по контракту" и 400 по трем распискам), Василевский же утверждал, что должен только 100 рублей по третьей расписке. (прим. - ну аппетиты у Шишко вообще были большие; 500 рублей Василевский должен был раздать крестьянам, так что Шишко на эти деньги совсем никакого права не имеет, а он требовал эти 500 рублей с Василевского, но при этом еще включил их как выплаченные крестьянам в свой "расчет убытков")
Но это что касается расчетов Василевского с Шишко.
Что же касается расчетов Василевского с крестьянами, то тут тоже не очень понятно, какую сумму он из 500 "задаточных" рублей им роздал. Как показали Стаецкие крестьяне, на работу отправились все 100 человек, но вскоре вернулись 55 человек, при этом 45 человек получили задаток "за себя или своих сыновей", остальные же ничего не получили.
В общем, как я понимаю, Василевский "задаточные деньги" роздал только тем крестьянам, которые действительно работали на строительстве дороги (или наоборот, на строительстве работали только те, которые получили задаток от Василевского). А остальные "задаточные" деньги Василевский прикарманил. Но это исключительно мое личное мнение.

В общем, Витебская палата Госимуществ передала результаты "формального следствия" в Уголовную палату "для совместного рассмотрения с производящимся уголовным следствием по делу о покушении Василевского на самоубийство и растрате им общественных денег 1569 руб 87и1/2 коп."
Витебская уголовная палата решила, что Василевский должен будет возместить Шишко понесенные им убытки, но необходимо определить размер этих убытков.
24 января 1855 года Палата определила:
1) Василевского от должности отстранить
2) все бумаги отослать в Невельский Земский суд
Об этом было объявлено Василевскому 3 июля 1855 года и Шишко 3 апреля 1856 года, оба выразили удовлетворение

Невельский уездный суд 4 ноября 1858 года (прим: почти четыре года прошло! неторопливое было правосудие) определил:
1) деньги 400 рублей взыскать с Василевского в пользу Шишко, а по несостоятельности его с крестьян Стаецкого общества, поручившего ему получить задаточные деньги
2) Шишко заявляет об убытке 1210 руб 79 коп, но никаких доказательств этих убытков нет, кроме рассчетного листка, им самим составленного, поэтому Шишко должен предоставить доказательства понесенных убытков.

Решение объявлено Шишко и Василевскому, которые принесли в Гражданскую палату апелляционные жалобы.

Шишко заявил, что крестьяне получили задаточные деньги под расписки 900 рублей, но на работу вышли не все, и он понес убытки, а ему присудили только 400 рублей с Василевского, он хочет получить еще 500 рублей с Василевского и возмещения убытков.
Василевский же повторил свои объяснения по поводу расписок, и признал долг перед Шишко только в размере 100 рублей.

Витебская Гражданская палата 13 сентября 1861 года (прим - еще три года прошло!) нашла, что в данном деле имеется два предмета:
1) неотдача Василевским задатка крестьянам
2) неисполенние крестьянами контракта

По первому пункту Палата решила: "отдал ли Василевский задаток крестьянам или нет, в то Палате вникать не следует, ибо жалобы и иска со стороны крестьян не имеется", поэтому по данному вопросу предложено крестьянам самим разбираться с Василевским.

По второму пункту Палата решила: из 100 человек крестьян 49 человек не явились к работе и от сего Шишко понес убытки, поэтому всю сумму 1210 рублей 79 копеек взыскать с крестьян в пользу Шишко, а решение Невельского суда отменить.
"Но не приводя сего решения Гражданской Палаты в исполнение, объявить его тяжущимся: помещику Шишко, крестьянам Стаецкого общества и Стряпчему Палаты Госимуществ, и дело передать на заключение в Палату Госимуществ."

Можно было подать жалобу на решение Витебской Гражданской палаты в Сенат.
Это и было сделано: апелляционные жалобы подали Василевский и стряпчий Палаты Госимуществ.
Но Василевский пропустил апелляционный срок, а в апелляционной жалобе стряпчего палаты по какой-то нелепой описке был неправильно написан Высочайший Титул, то есть вместо "Всепресветлейшему" было написано "Всемилостивейшему" (имеется в виду государь император). Поэтому обе жалобы были отклонены.

Но кроме того, Витебская Палата Госимуществ представила свое несогласие с решением Витебской Гражданской палаты Начальнику губернии для внесения дела в Правительствующий Сенат.

Однако Витебский Вице-губернатор, представляя дело в Сенат 17 декабря 1863 года, объяснил, что он находит, "что предмет настоящего дела не есть ни спор о недвижимом имуществе между казною и частными лицами, ни иск сельского мирского общества, а только претензия Шишко к некоторым крестьянам, не явившимися на работу, и к бывшему старшине Василевскому, поэтому оно не принадлежит к разряду тех, которые должны быть внесены в Сенат или на рассмотрение министра Госимуществ с заключением Начальника губернии, так что он не входит в правильность судебных решений."

И Сенат 25 января 1866 года (прим - ну очень неторопливое правосудие!) решил, что "дело не относится к числу дел с казенным интересом или защищаемых на правах казны, и предложил вернуть в Витебскую Палату для приведения решения по оному в исполнение относительно тех из тяжущихся, которые, будучи вызваны к выслушиванию того решения установленным порядком, не обжалуют его в установленные сроки."
Это решение отправлено указом в Витебскую Гражданскую палату с уведомлением Министра Госимуществ.

И здесь защитой Стаецких крестьян занялись уже не местные (Витебская Палата Госимуществ), а центральные органы Министерства Госимуществ.

Товарищ Министра Госимуществ 19 июля 1866 года подал рапорт Сенату, где соощил, что сходное дело было признано "подлежащим ходу как защищаемое на правах казны", а именно:
"В Велижском уездном суде в 1848 году слушалось дело по иску казенных крестьян и поверенного их к Викентию Яновскому по поводу 2021 рубля, полученных им за выполненную крестьянами работу по ремонту Динабургского шоссе.
Витебская Гражданская палата направила дело в Витебскую палату Госимуществ, но та нашла, что это дело не относится к ней, поскольку происходит по иску хотя и многих крестьян, но не целого общества. Поверенный крестьян подал в Сенат апелляционную жалобу, в том числе на Витебскую палату Госимуществ, "уклонившуюся от защиты доверителей его"
Сенат решил, что иск с дворянина Яновского производит целое Режицкое староство, состоящее из более 70 домохозяйств, и признал это дело подлежащим ходу, установленному для дел, защищаемых на правах казны, и направил на заключение Министра Госимуществ.
А нынешнее дело однородно с поименованным, значит, должно рассматриваться в том же порядке."

Поэтому Товарищ Министра, рассмотрев суть дела, нашел, что решения судов неправильные, поскольку по поводу претензии Шишко в Василевскому вообще не было проведено серьезного следствия, а расчеты Шишко по поводу его убытков не проверены.
А далее в рапорте подробнейшим образом рассмотрены как вопрос о расписках Василевского, так и вопрос о сумме убытков Шишко.

Что касается расписок Василевского, то Товарищ Министра посчитал, что Лавринович имел право зачесть долг Василевского в "задаточные" деньги и уничтожить расписки, поскольку именно Лавронович вел все расчеты Шишко, связанные с контрактом на строительство. Кроме того, в расписке Лавриновича "об уничтожении расписок" явно говорится о том, что эти деньги будут использованы для раздачи крестьянам в качестве задатка, поэтому претензии Шишко, что Василевский ему должен 400 рублей, несправедливы, а что касается 100 рублей за картофель, который Василевский ему не поставил, то этот вопрос вообще к данному делу не относится.

Что же касается записки Шишко, где он насчитал свой убыток в размере 1210 руб 79 коп, то Товарищ Министра не поленился эту записку проанализировать и расчет тщательно проверить и показать его неправильность
(прим - ну то есть понятно, что не сам, а кому-то из сотрудников поручил, но не важно. Вообще, с моей точки зрения, расчет Шишко довольно странный: в нем выплаченная крестьянам сумма не соотносится ни с объемом выполненных ими работ, ни с суммой, которую получил Шишко за привлечение рабочих на строительство; просто к выплаченной сумме прибавляются "вычеты", якобы причитающиеся с крестьян, и результат сравнивается с планируемой суммой. Я расчеты проверяла на калькуляторе))))

Итак, Шишко считал следующим образом:
Он должен был выплатить крестьянам _____________________ 2700 руб
(считая 159 рабочих дней на человека)

Выплачено
Василевскому задаточных денег____________________________ 500 руб
Выплачено Василевскому для передачи Крестьянам ___________ 400 рублей

(прим - ну вот опять! Шишко и с Василевского эти 900 рублей требует отдельно, и в расчет своего убытка включает)
Выплачено крестьянам __________________________________ 324 руб
Выдано вещей ___________________________________________ 1 руб 50 коп

Вычеты с крестьян:
за неявку в срок 221 день по 17 коп _________________________ 37 руб 57 коп
(17 коп - плата за рабочий день - получилась, видимо, так: 27 рублей делим на 159 рабочих дней, как раз получается 16,98)
за пользование в больнице
за 302 дня по 42 коп, итого _______________________________ 126 руб 84 коп
за 52 прогульных дня _____________________________________ 52 рубля
за 46 дождливых дней по 17 коп _____________________________ 7 руб 82 коп
за бежавших с работ за 1010 дней по 1 руб _________________ 1010 руб
за недоживших до срока 714 дней по 17 коп __________________121 руб 38 коп
за 49 человек не явившихся на работы ____________________ 1323 руб
(видимо, эта сумма получилась так: 159 рабочих дней*17 коп*49человек, тогда, правда, получится 1324 руб 47 коп)

Всего получается 3904 руб 11 коп, то есть лишних (по сравнению с оговоренной суммой 2700) получается 1204 руб 11 коп,
Шишко показывает сумму 1210 руб 79 коп, так как он еще 6 руб 66 коп должен заплатить крестьянам, но пока не заплатил

Как отмечено в рапорте Товарища Министра,
"хотя без расписок крестьян нельзя сказать, сколько они работали, но в любом случае расчет содержит следующие неправильности:
а) крестьяне обещали работать 6 месяцев с 1 мая по 15 ноября, с учетом праздников получается рабочих денй не 159, а 144
(вот по календарю число рабочих дней я не стала проверять)
б) за пользование больных контрактом определен вычет по 25 копеек и с третьего дня болезни, а Шишко вычитает за все дни и по 42 копейки
в) о вычете за дождливые дни в контракте вообще ничего не сказано, поэтому за них вычитать нельзя
г) с крестьян, ушедших с работы, Шишко вычитает по одному рублю, как за прогульные дни, в то время как по контракту прогульными днями, за которые вычитается по 1 рублю, считаются дни работы крестьян без позволения хозяина у другого подрядчика, а за дни, в которые крестьяне не явились на работу, им не полагается дневной платы, и сам Шишко так рассчитывает недоживших до срока."

И правильный расчет будет такой:
Крестьянам следовало _____________________2700 рублей,
уплачено задатка __________________________ 500 рублей,
во время работы уплачено по распискам _______311 рублей,
(прим - честно говоря, не поняла, почему сумма, уплаченная крестьянам во время работы, разная: у Шишко 324, здесь 311. В деле были расписки крестьян на суммы 100 руб, 2 руб, 19 руб, 75 руб, 50 руб и 90 руб, у меня получается 336 руб.
Ну то есть самих-то расписок в деле нет, но написано, что они был в следственном деле, которое затем вернули в Витебскую Палату)
выдано вещей _____________________________на 1 руб 50 коп,

подлежит вычету
за 49 неявившихся _______________________ 1323 руб,
за 1180 дней, в продолжении которых
крестьяне не работали, считая дни
по числу рабочих в течение 6 месяцев
по 18и3/4 коп, получается __________________220 руб 75 коп,
(дневная плата рассчитана как 2700:144, а с количеством нерабочих дней получается, видимо, так: Шишко считал 1010 (бежавшие)+221(неявка в срок)+46дождливые)+714(умершие)=1991, но поскольку рабочих дней за это время было не 159, а 144, то делим на 159 и умножаем на 144, как раз будет 1803; но, возможно, в записке Шишко были приведены конкретные даты, самой-то записки в архивном деле тоже нет)
за 179и1/2 дня в больнице __________________ 44 руб 87и1/2 коп,
за 52 прогульных дня ______________________ 52 руб,
итого 2453руб 12и1/2 коп

"то есть Шишко еще не доплатил крестьянам 246 руб 87и1/2 коп, и они могут эти деньги с него потребовать, если не истек срок исковой давности."

А дальше "Этот рапорт г.Обер-прокурор 1 отделения 3 департамента предложил на благоуважение Правительствуюещго Сената, но господа сенаторы, участвующие в сужении по сему делу К.И.Фишер, А.И.Крузенштерн, В.И.Булыгин, Н.А.Гернгрос, Д.Н.Набоков остались при своем мнении, и г.Обер-прокурор поручил канцелярии изготовить настоящее дело к докладу на общем собрании 4, 5 и Межевого Департаментов Сената"

Дело было подготовлено, и на Общем собрании 4 ноября 1866 года господа Сенаторы единогласно объявили: ""не усматривая из дела сего, на чем г.Товарищ Министра Государственных имуществ основывает свое удостоверение о том, что контракт заключен помещиком Шишко с
целым Стаецким обществом, Сенаторы полагают о доставлении этих сведений предписать г.Министру Государственных Имуществ"

Сведения были немедленно доставлены - в очередном рапорте Товарищ Министра написал следующее:
"1) предложение Шишко сделал не некоторым только крестьянам, а всему обществу через их старшину
2) не некоторые крестьяне согласились поступить на работу, а все общество на полном сельском сходе постановило поставить 100 человек рабочих, по числу коих Шишко и выдал задаточные деньги Василевскому, как старшине общества, а не как поверенному только крестьян, согласившихся поступить на работу
3) контракт заключен присутствии старшины, Добросовестных и писаря и записан в книгу сельского управления
4) Сенат своим решением от 11 мая и 13 сентября 1853 года №3611 и 7264 по однородному делу об иске крестьян Режицкого сельского общества к помещику Яновскому признал иск этот иском целого общества"

После этого был подготовлен "проект разных мнений". Варианты были такие:
1) не следует ли согласиться с определением 1 отделения 3 департамента и возвратить дело в Виетбскую палату для привеедния решения в исполнение
или
2) не следует ли признать, что оно подлежит рассмотрению в 1-м отделении 3-го департамента
(то есть речь шла о том, признать ли решение Витебской палаты окончательным или рассмотреть дело по существу в Сенате)
В результате 17 человек признали, что дело должно рассматриваться в Сенате, а 3 человека - что оно не принадлежит к числу дел, "сопряженных с казенным интересом или защищаемых на правах казны."

И г. Управляющий Министерством юстиции, соглашаясь с решением Общего собрания, ордером от 11 ноября 1868 года поручил г.Заведующему делами Общего собрания приводить это дело к окончанию в установленном порядке

И вот наконец 23 января 1869 года Правительствующий Сенат
слушали: доклад по следственному делу о денежной претензии помещика Николая Шишко к государственным крестьянам Стаецкого общества
приказали: приступая, согласно вышеизложенному определению общего собрания Сената, к рассмотрению настоящего дела по существу, Правительствующий Сенат находит, что в нем обсуждаются по усмотрению следующие предметы:
1) претензия помещика Шишко к крестьянам Стаецкого общества об убытках, понесенных им вследствие неявки крестьян на работы, всего на сумму 1210 руб 79 коп
2) претензия его же к старосте Василевскому о возвращении полученного и не выданного крестьянам задатка на сумму 900 рублей
3) претензия упомянутых крестьян к Василевскому за растрату полученных им от Шишко задаточных денег

По первому предмету: из обстоятельств дела видно, что объяснение помещика Шишко о неявке крестьян на работу по железной дороге подтверждается показаниями этих крестьян, данных ими при производстве по сему делу следствию и поданной ими Управляющим палатой Госимуществ жалобой по тому событию, поэтому претензия помещика Шишко к крестьянам представляется волне доказанной. Что же касается убытков, то при определении их Шишко во время производства сего дела предоставил расчет, им самим составленный и подписанный. Расчет этот не признан бесспорным со стороны крестьян. Но независимо от сего в нем допущены следующие неправильности и отступления от заключенного контракта:
(дальше переписаны замечания товарища Министра по расчету)
Вследствие сего и равно на основании 340 ст. 2 части 10 Тома означенный расчет не может быть принят за какое-либо доказательство при определении помещику Шишко количества вознаграждения за убытки, понесенные им от неявки крестьян на работы. Но затем в подтверждение вышеизложенной своей претензии Шишко не предоставил никаких других доказательств, а потому эта претензия за силою 312 ст. 2 части 10 Тома и 610 статьи 1 части 10 Тома не подлежит удовлетворению.

По второму предмету: из содерaжния представленных помещиком Шишко расписок Василевского видно, что значащиеся в них деньги взяты были Василевским в счет тех, которые следовали крестьянам по заключенному с ними контракту, вследствие чего все упомянутые в расписках деньги как уплаченные помещиком Шишко в исполнение контракта не могут подлежать возвращению помещику Шишко в его пользу.
Что же касается того, что часть этих денег не вручена Василевским крестьянам, то обстоятельства эти относительно права помещика Шишко посторонние и касаются взаимных отношений Васиелвского с крестьянами, которые могут послужить основанием для предъявления своих требований к Василевскому. О чем, как видно из дела, крестьянами и подана жалоба Управляющму Палатой Госимуществ.
Но имея в виду, что в апелляции в Палату на решение уездного суда Василевский признал себя должным помещику Шишко 100 рублей, то эта сумма и подлежит бесспорному взысканию с первого в пользу последнего, а остальная сумма удовлетворению не подлежит.

Обращаясь затем к третьему предмету, оказывается, что крестьяне Стаецкого сельского общества в 1854 году жаловались упpавляющему Палатой Госимуществ на Василевского за неотдачу им полученных от помещика Шишко задаточных денег, по жалобе этой и в действие указа Губернского правления от 6 июля 1854 года было произведено следствие, которое и представлено в Уголовную палату. Эта последняя согласно решению 24 января 1855 года, подвергнув Василевского установленному законом наказанию, обратилась в гражданский суд лишь для рассмотрения оного по претензии помещика Шишко к Василевскому и крестьянам для определения следующего Шишко количества вознаграждения за убытки. Затем из обстоятельств дела видно, что вышеупомянутая претензия была присоединена к настоящему делу для совместного с ним обсуждения, при постановлении же окончательного решения оставлена без всякого рассмотрения.
Принимая затем во внимание, что вышеупомянутая претензия крестьян не имеет прямого соотношения с претензией помещика Шишко и должна состаивть предмет особого от данного дела иска,
Правительствующий Сенат определил:
1) состоявшееся по сему делу решение Граждансокй палаты отменить
2) в претензии помещику Шишко к крестьянам Стаецкого общества отказать
3) взыскать с Василевского в пользу Шишко 100 руб
4) предоставить крестьянам стаецкого общества право относительно и претензии к Василевскому начать в установленном порядке иск в надлежащем судебном месте
О чем для исполнения послать Указ Витебской Палате Гражданского и уголовного суда с возвращением дела, предписав ей объявить состоящее в претензии участвующим в сем деле лицам и вместе с тем о содержании настоящего определения уведомить г.Министра Госимуществ.

Вот и все.
Не могу удержаться от комментариев.

Сотрудникам Министерства Госимуществ и лично Товарищу Министра (подпись его не смогла разобрать, только звание uенерал-лейтенант) я просто аплодирую стоя.

Господин Шишко вполне соответствует созданному советской школой образу "хитрого и наглого представителя эксплуататорских классов, безжалостно обирающего крестьян, пользуясь их неграмотностью и беззащитностью"
К счастью, крестьяне оказались не такими уж беззащитными.
А сам Николай Шишко меня, пожалуй, не интересует.
Кстати, в РГИА есть еще дела, связанные с Шишко (или Шишкой) и Стайками, но это другой Шишко (возможно, родственник нашего) и, главное, другие Стайки - Городокские.

Про знаменитых купцов Ивана Григорьевича Гладина и его отца Григория Васильевича Гладина есть информация в Интернете, но Гладины меня, пожалуй, тоже не интересуют.
В РГИА есть дела, касающиеся расчетов с Гладиными при строительстве железной дороги, но вряд ли там можно будет узнать что-то про Стаецких крестьян, так что я пока эти дела смотреть не планирую.

Захар Василевский в этом деле предстает ну в очень неприглядном виде. Но от этого мой интерес к нему меньше не становится.

А Стаецким крестьянам я искренне сочувствую.
Работали полсотни человек полгода на строительстве железной дороги. Получили на всех около 300 рублей - по 6 рублей на человека. Если им еще Василевский задаточные деньги выдал по 5 рублей, то, значит, по 11, вместо обещанных 27. А больше всего жаль тех, за которых Шишко вычитает по 17 копеек за 714 дней.
После этого строки из стихотворения Некрасова "Железная дорога" воспринимаются совсем иначе. Хотя там про другую дорогу.

Псковская область