Ссыльные всей огромной страны

продолжение

Л

Лесневский Иосиф Род.ок. 1824. Помещик Могилевской губернии. Бывший Мировой Посредник Быковскаго уезда. Находился под секретным надзором полиции с 5 июня 1864 года "по подозрению в знакомстве с бывшими предволителями мятежнических шаек Топором и Косою, за незадержание их, когда они после разбития их шаек заезжали в имение Свенцпополье". Проживает в Каргополе, выслан из Могилевской губернии. Ничем не занимается. Имеет жену и трех детей, проживающих на родине. Получает на содержание по 15 копеек в сутки и на наем квартиры по 1 руб.50 коп в месяц. Аттестация полиции: "Поведения хорошего". НАРК, ф.1 оп.36 д.91/1 л.145 об.-146.

Липень Франц Род.ок. 1839. Дворянин Виленской губернии. Находился под надзором полиции с 11 ноября 1864 года "выслан из Северо-Западнаго края в г.Москву за неблагонадежность в политическом отношении". Холост. Получает на содержание по 15 копеек в сутки и на наем квартиры по 1 руб.50 коп в месяц. Аттестация полиции: "Ведет себя хорошо". НАРК, ф.1 оп.67 д.1/3 л.45 об.-46.

Липко Александр Род.ок. 1825. Бывший становой пристав Вилкомирскаго уезда Ковенской губернии, Губернский секретарь. Находился под секретным надзором полиции с 11 февраля 1868 года "как вредный для пребывания в крае". Проживает в Пудоже, выслан из Ковенской губернии. Ничем не занимается. Имеет на родине жену и детей. Получает на содержание по 15 копеек в сутки и на наем квартиры по 1 руб.50 коп в месяц. Аттестация полиции: "Ведет себя не дурно". НАРК, ф.1 оп.67 д.1/3 л.103 об.-104.

Лукашевич Викентий Род.ок. 1830. Ксендз. Уроженец Ковенской губернии. Находился под гласным, строгим надзором полиции с 10 января 1862 года "за превратное истолкование им с амвона во время богослужения Правительственных распоряжений, с видимым намерением возбудить народные волнение". Проживает в Пудоже, выслан из Вильно. Ничем не занимается. Семейства не имеет. Получает на содержание по 15 копеек в сутки и на наем квартиры по 1 руб.50 коп в месяц. Аттестация полиции: "Умный, осторожный патер, готовый на все из-за своих убеждений (1864). Умен, осторожен, но злобный и коварный представитель польскаго духа (1868). Неблагонадежный, лукавый и злой человек (1869). Ведет себя хорошо (1872)". НАРК, ф.1 оп.36 д.91/1 л.114 об.-115; НАРК, ф.1 оп.67 д 1/2 л.72; НАРК, ф.1 оп.67 д.1/3 л.73 об.-74.; НАРК, ф.1 оп.67 д.1/4 л.76 об.-77.

Лупинский Род.ок. 1820. Бывший письмоводитель Белостокской Квартирной Комиссии, Коллежский регистратор, уроженец Гродненской губернии. Находился под секретным, строгим надзором полиции с 18 июля 1863 года "за состояние в связях с Варшавским Революционным Комитетом, получение от него и распространение возмутительных брошюр и постоянный сбор денежных приношений в пользу мятежа, и вообще как человека, вредного в политическом отношении для пребывании в том крае". Проживает в Пудоже, выслан из Гродненской губернии. Ничем не занимается. Семейство находится в Белостоке. Содержания не получает. Аттестация полиции: "Поведения скромного. Характера хитрого. Ведет себя порядочно. Убеждений своих не обнаруживает". НАРК, ф.1 оп.36 д.91/1 л.123 об.-124.

Лущик Феликс Род.ок. 1808. Дворянин Виленской губернии. Виленскаго уезда. Находился под секретным надзором полиции с 3 июля 1864 года "за недонесение начальству о посещении его мятежниками, по выдержании в Петербургской градской тюрьме трех месяцев". Проживает в Каргополе, выслан из Виленской губернии. Ничем не занимается. Имеет жену и четырех детей. Получает на содержание по 15 копеек в сутки и на наем квартиры по 1 руб.50 коп в месяц. Аттестация полиции: "Скромен и тих". НАРК, ф.1 оп.36 д.91/1 л.146 об.-147 об.; НАРК, ф.1 оп.67 д 1/2 л.90.

Лычковский Евгений Род.ок. нет свед. Дворянин Могилевской губернии. Бывший студент Горецкаго Земледельческого института. Находился под секретным надзором полиции с 20 августа 1864 года "за нахождение в Горецкой мятежнической шайке". Проживает в Повенце, выслан из Могилевской губернии. Продолжает земледельческий курс наук. Семейства не имеет. Получает на содержание по 15 копеек в сутки и на наем квартиры по 1 руб.50 коп в месяц. Аттестация полиции: "поведения хорошего". НАРК, ф.1 оп.36 д.91/1 л.152 об.-154.

Любичанковский Бронислав Род.ок. 1818. Бывший врач Минской городской больницы, Коллежский ассесор. Находился под секретным надзором полиции с 13 августа 1863 года "по политическим делам". Проживает в Олонце. Выслан из Минской губернии. Состоит вольнопрактикующим врачем. Имеет при себе жену и пятерых детей. Жена Леонида (43 лет), Дети: Бронислава (17 лет), Юзефа (15 лет), Бронислав (13 лет), Марина (9 лет), Евгения (6 лет) (1869). содержание получает по должности врача. Аттестация полиции: "Честная и благородная личность. Готов помочь всякому. Любим и уважаем всеми, в особенности простым народом (1864). Отличный врач, благороднейший человек, имеет самое благотворное влияние ----. Любим всеми сословиями и заслуживает помилования. Сын его воспитывается в Олонецкой гимназии. (1868). Поведения примернаго во всех отношениях. Достоин полнейшаго уважения. Как врач любим и ценим везде в бедном Олонецком крае (1869)". НАРК, ф.1 оп.36 д.91/1 л.133 об.-134; НАРК, ф.1 оп.67 д 1/2 л.84; НАРК, ф.1 оп.67 д.1/3 л.83 об.-84.

Люткевич Бронислав Род.ок. 1826. Бывший окружной Акцизно-Питейный Надзиратель в г.Себеж. Находился под секретным надзором полиции с 17 июля 1863 года "как навлекший на себя подозрение в неблагонадежности в отношении к правительству и за ношение революционного костюма". Проживает в Олонце, выслан из Ковенской губернии. Живет праздно. Имеет при себе семейство. Получает на содержание по 15 копеек в сутки и на наем квартиры по 1 руб.50 коп в месяц. Аттестация полиции: "Умный, дельный и характерный человек. Ведет себя крайне осторожно". Вследствии телеграммы Г.М.В.Д. от 31 декабря 1867 года за №420 и на основании высочайшего повеления 17 мая тогоже года, 4 января 1868 года выбыл в Царство Польское. НАРК, ф.1 оп.36 д.91/1 л.117 об.-118; НАРК, ф.1 оп.67 д 1/2 л.74.

Лянге Вильгельм Род.ок. 1827. Мещанин города Варшавы. Город Варшава. Находился под секретным надзором полиции с 21 мая 1864 года "выслан из Царства Польского в Псков за уплату революционной подати". Проживает в Каргополе, выслан из Пскова. Ничем не занимается. Имеет семейство, которое находится в Варшаве. Содержания не получает. Аттестация полиции: "Пустой и дерзкий болтун". НАРК, ф.1 оп.36 д.91/1 л.086 об.-087.

М

Манжолевский Людомир Род.ок. 1839. Дворянин Гродненской губернии. Служивший в Пружанском городовом магистрате. Находился под секретным надзором полиции с 6 января 1865 года "за самовольную отлучку с места своего служения и намерение поступить в шайку мятежников". Проживает в Пудоже, выслан из Гродненской губернии. Ничем не занимается. Холост. Получает на содержание по 15 копеек в сутки и на наем квартиры по 1 руб.50 коп в месяц. Аттестация полиции: "Любит выпить". НАРК, ф.1 оп.67 д.1/3 л.102 об.-103.

Махнаур Род.ок. нет свед. Отставной Титулярный советник. Находился под секретным надзором полиции с 3 сентября 1862 года "за участие в бывшей в местечке Друзсенишках Гродненской губернии манифестации 31 июля 1862 года в память соединения Литвы с Польшею". Проживает в Петрозаводске, выслан из Вильно. Ничем не занимается. Холост. Содержания не получает. Аттестация полиции: "Ведет себя крайне осторожно". НАРК, ф.1 оп.36 д.91/1 л.116 об.-117.

Мацулевич Иосиф Род.ок. 1810. Дворянин. Каменщик из Динабурга. Находился под секретным, строгим надзором полиции с 21 июля 1863 года "за произнесение дерзких слов против Священной особы Государя Императора". Проживает в Пудоже, выслан из Динабурга. Ничем не занимается. Семейство находится в Динабурге (1864). Жена Елена, дочь Анна (1868) . Получает на содержание по 15 копеек в сутки и на наем квартиры по 1 руб.50 коп в месяц. Аттестация полиции: "Тихий и скромный старик. Любит выпить (1864). Имеет при себе жену Елену. Тихие и скромные люди. Дочь Анна - в замужестве за состоящим в г.Пудоже на учительстве Богдановичем, высланным в Пудож на жительство (1868). Тихие и скромные люди. Муж любит выпить втихомолку (1869)". НАРК, ф.1 оп.36 д.91/1 л.126 об.-127; НАРК, ф.1 оп.67 д 1/2 л.78; НАРК, ф.1 оп.67 д.1/3 л.78 об.-79.

Микульский Род.ок. 1833. Помещик. Минской губернии. Находился под секретным надзором полиции с 18 июля 1863 года "по подозрению в намерении присоединиться к мятежникам и вообще как человека неблагонадежного в политическом отношении". Проживает в Пудоже, выслан из Минской губернии. Ничем не занимается. Семейство находится в Минской губернии. Содержания не получает. Аттестация полиции: "Скрытен и молчалив. Ведет себя всегда выдержано и прилично. Скромен и скрытен до крайности. Убеждений своих не обнаруживает". НАРК, ф.1 оп.36 д.91/1 л.121 об.-122.

Михневич Казимир Род.ок. нет свед. Бывший особый врач при имении Поставах Дисненского уезда, Надворный советник. Находился под секретным, строгим надзором полиции с 30 ноября 1864 года "за неблагонадежность в политическом отношении". Проживает в Повенце, выслан из Виленской губернии. Имеет семейство, которое находится на родине. Содержания не получает. Аттестация полиции: "По недавнему прибытию не аттестуется". На основаниии Высочайшено повеления 17 мая 1967 года выбыл в Царство Польское 19 марта 1868 года. НАРК, ф.1 оп.36 д.91/1 л.168 об.-169; НАРК, ф.1 оп.67 д 1/2 л.109.

Монтвилло Антон Род.ок. 1825. Дворянин Ковенской губернии. Россиенского уезда . Находился под надзором полиции с 28 февраля 1865 года "за участие в мятеже". Проживает в Повенце, выслан из Ковенской губернии. Ничем не занимается. Имеет мать в Ковенской губернии. Получает на содержание по 15 копеек в сутки и на наем квартиры по 1 руб.50 коп в месяц. Аттестация полиции: "Ведет себя хорошо". НАРК, ф.1 оп.67 д.1/3 л.103 об.-104.

Мороз Павел Род.ок. 1834. Губернский секретарь, уроженец Минской губернии. Находился под секретным, строгим надзором полиции с 8 мая 1864 года "по неблагонадежности в политическом отношении". Проживает в Олонце. Выслан из Минской губернии. Ничем не занимается. Имеет при себе семейство. Получает на содержание по 15 копеек в сутки и на наем квартиры по 1 руб.50 коп в месяц. Аттестация полиции: "Ведет себя очень хорошо". НАРК, ф.1 оп.36 д.91/1 л.143 об.-144.

Мосцицкий Виктор Род.ок. 1824. Ксендз, уроженец Царства Польскаго. Находился под надзором полиции с 2 января 1862 года "за произнесение 5/17 ноября возмутительной проповеди об угнетении религии и церкви, участии в бывших там беспорядках, и обращении приходского костела в политическое сходбище". Холост. Получает содержание от казны по 9 рублей в месяц. Аттестация полиции: "Ведет себя скромно, но злой враг русского правительства". Вследствие предписания Г.Министра Внутренних Дел от 12 мая 1869 года за № 4362 отправлен 19 июня в Пермскую губернию. НАРК, ф.1 оп.36 д.91/1 л.049 об.-50; НАРК, ф.1 оп.67 д.1/3 л.34 об.-35.

Н

Непокойчицкий Александр Род.ок. 1835. Дворянин Витебской губернии. Бывший управляющий имением Людвиново. Люциянского уезда. Находился под секретным, строгим надзором полиции с 25 июля 1863 года "навлекший на себя сильное подозрение в неблагонамеренных действиях против правительства". Проживает в Повенце, выслан из Динабурга. Ничем не занимается. Имеет мать, проживающую в Полоцком уезде. Получает на содержание по 15 копеек в сутки и на наем квартиры по 1 руб.50 коп в месяц. Аттестация полиции: "Поведения хорошего". По Высочайшему повелению, изъясненному в предложении Г.Министра В.Дел от 14 октября 1869 года за №9493, переведен на жительство в город Малоярославец Калужской губернии. НАРК, ф.1 оп.36 д.91/1 л.127 об.-128; НАРК, ф.1 оп.67 д 1/2 л.79; НАРК, ф.1 оп.67 д.1/3 л.79 об.-80.

О

Оброцкая Изабелла Род.ок. 1825. Вдова чиновника. Находился под секретным надзором полиции с 23 июля 1870 года "за неблагонадежность в политическом отношении". Проживает в Олонце, выслана из Вильно. Имеет при себе двух детей - сын Семен 5 лет и дочь Анна 11 лет (в 72м). Получает на содержание по 15 копеек в сутки и на наем квартиры по 1 руб.50 коп в месяц, а детям в половину того количества. Аттестация полиции: "". На основаниии 3-го пункта Всемилостливейшаго повеления 13/17 мая 1871 года от надзора полиции освобожден. НАРК, ф.1 оп.67 д.1/4 л.84 об.-85..

Овицкий Константин Род.ок. 1829. Дворянин. Прусский подданый, бывший эконом помещика деревни Немиры Остроленскаго уезда Полоцкой губернии. Находился под секретным надзором полиции с 2 июля 1864 года "высланный из Царства Польскаго в г.Псков как навлекший на себя подозрение в участии в мятеже". Проживает в Пудоже, выслан из Пскова. Ничем не занимается. Имеет семейство которое находится на родине. Получает на содержание по 15 копеек в сутки и на наем квартиры по 1 руб.50 коп в месяц. Аттестация полиции: "Личность скрытная и подозрительная. Убеждений своих не обнаруживает". НАРК, ф.1 оп.36 д.91/1 л.089 об.-90.

Ольшевский Франц Род.ок. 1830. Дворянин Августовской губернии. Сейненскаго уезда. Находился под секретным, строгим надзором полиции с 21 ноября 1864 года "за недонесение начальнику о месте пребывания мятежников, при знании где таковые находятся". Проживает в Пудоже, выслан из Ковенской губернии. Ничем не занимается. Имеет семейство на родине. Содержания не получает. Аттестация полиции: "По недавнему прибытию не аттестуется (1864). Ведет себя хорошо (1868)". НАРК, ф.1 оп.36 д.91/1 л.165 об.-166; НАРК, ф.1 оп.67 д 1/2 л.106.

Оржельский Владислав Род.ок. 1833. Дворянин. Бавший Сенненский городовой врач. Находился под секретным надзором полиции с 10 мая 1864 года "за участие в мятеже". Проживает в Пудоже, выслан из Могилевской губернии. Ничем не занимается. Холост. Получает на содержание по 15 копеек в сутки и на наем квартиры по 1 руб.50 коп в месяц. Аттестация полиции: "Ведет себя хорошо". НАРК, ф.1 оп.36 д.91/1 л.144 об.-145.

Орлов Венедикт Род.ок. 1834. Бывший директор русской Гимназии в Варшаве, доктор медицины. Находился под секретным, строгим надзором полиции с 10 ноября 1869 года "выслан в Олонецкую губернию с воспрещением всяких отлучек с места жительства". Проживает в Повенце, выслан из С.Петербурга. Ничем не занимается. Имеет в С.Пб жену и детей. Содержания не получает. Аттестация полиции: "Ведет себя отлично". НАРК, ф.1 оп.67 д.1/3 л.064 об.-065.

Остроменцкий Лев Род.ок. 1835. Помещик. Сокольскаго уезда Гродненской губернии. Находился под секретным, строгим надзором полиции с 31 декабря 1864 года "за сношение с членами революционных организаций". Проживает в Олонце, выслана из Гродненской губернии. Имеет при себе жену и дочь. Содержания не получает. По Высочайшему повелению, изъясненному в предписании Г.Министра В.Дел от 17 мая 1968 года №4514, выбыл в Царство Польское. НАРК, ф.1 оп.67 д 1/2 л.109.

П

Павлович Эдуард Род.ок. 1818. художник. Находился под секретным, строгим надзором полиции с 17 июля 1863 года "за найденные у него сочинения преступного содержания и подозрительные письма". Проживает в Олонце. Выслан из Минской губернии. Ничем не занимается. Семейства не имеет. Получает на содержание по 15 копеек в сутки и на наем квартиры по 1 руб.50 коп в месяц. Аттестация полиции: "Поведения безукоризненно хорошего". НАРК, ф.1 оп.36 д.91/1 л.118 об.-119.

Пашковский Казимир Род.ок. 1823. Бывший Товарищ Председателя Виленской Палаты Гражданского суда, надворный советник. Находился под секретным, строгим надзором полиции с 28 июля 1863 года "оказавшийся совершенно неблагонадежным в политическом отношении и вредным для пребывания в том крае". Проживает в Каргополе, выслан из Вильно. Ничем не занимается. Имеет семейство, которое находится в Вильно. Получает на содержание по 15 копеек в сутки и на наем квартиры по 1 руб.50 коп в месяц. Аттестация полиции: "Умный, но хитрый и ненадежный человек. Держит себя осторожно и думает, как бы опять попасть на службу". НАРК, ф.1 оп.36 д.91/1 л.128 об.-129.

Пержинекий Юлиан (Перминекий ?) Род.ок. 1846. Из мещан Плоцкой губернии. Бывший ученик Варшавской главной школы. Находился под секретным надзором полиции с 9 марта 1864 года "высланный из Царства Польскаго в г.Псков за незадержание и неуказание казакам и полицейским служителям лиц, покушавшихся на жизнь Графа Берга". Проживает в Каргополе, выслан из Пскова. Ничем не занимается. Холост. Содержания не получает. Аттестация полиции: "Ведет себя хорошо". НАРК, ф.1 оп.36 д.91/1 л.082 об.-083.

Петровский Генрих Род.ок. 1812. Дворянин Киевской губернии. Бердичевскаго уезда. Находился под секретным надзором полиции с 16 июня 1865 года "как навлекшие на себя сильное подозрение в сношениях с мятежниками и в содействии мятежу". Проживает в Олонце, выслан из Киевской губернии. Имеет семейство на родине. Содержания не получает. Аттестация полиции: "". По Высочайшему повелению, изъясненному в предписании Г.Министра В.Дел от 5 декабря 1968 года №11541, в феврале выбыл в г.Варшаву. НАРК, ф.1 оп.67 д.1/3 л.106 об.-107.

Печковский Григорий Род.ок. нет свед. Помещик Могилевской губернии. Помещик Рогачевскаго и Быховскаго уездов. Отставной Губернский Секретарь. Находился под секретным, строгим надзором полиции с 28 ноября 1864 года "за сношение с самыми главными деятелями мятежа и совершенную неблагонадежность в политическом отношении". Проживает в Повенце, выслан из Могилевской губернии. Имеет семейство, которое находится в Могилевской губернии. Содержания не получает. Аттестация полиции: "По недавнему прибытию не аттестуется". НАРК, ф.1 оп.36 д.91/1 л.167 об.-168.

Писанко Антон Род.ок. 1806. Коллежский Секретарь, уроженец Гродненской губернии. Находился под секретным, строгим надзором полиции с 11 ноября 1864 года "за неблагонадежность в политическом отношении". Проживает в Повенце, выслан из Гродненской губернии. Ничем не занимается. Имеет на родине жену и сына. Получает на содержание по 15 копеек в сутки и на наем квартиры по 1 руб.50 коп в месяц. Аттестация полиции: "Ни в чем дурном пока не замечен". НАРК, ф.1 оп.36 д.91/1 л.163 об.-164; НАРК, ф.1 оп.67 д 1/2 л.104.

Полубинский Антон Род.ок. 1824. Дворянин Виленской губернии. Дисненскаго уезда. Находился под секретным надзором полиции с 20 июля 1864 года "оставленный в подозрении в подговоре крестьян в принятии участия в мятеже, неуместные рассуждения с ними о бесполезности сельских караулов и предосудительные сношения с мятежником Ляховичем". Проживает в Каргополе, выслан из Могилевской губернии. Ничем не занимается. Имеет семейство в Виленской губернии (1864). Жена его Клотильда (38 лет), дети их: Александр (14 лет), Вильгельмина (9 лет) (1868). Получает на содержание по 15 копеек в сутки и на наем квартиры по 1 руб.50 коп в месяц. Аттестация полиции: "Ведет себя тихо". НАРК, ф.1 оп.36 д.91/1 л.147 об.-148 об.; НАРК, ф.1 оп.67 д 1/2 л.91.

Понихвицкий Феликс Род.ок. 1808. Помещик. Гродненской губернии, Брест-Литовского уезда. Находился под секретным надзором полиции с 25 октября 1863 года "за неблагонадежности в политическом отношении". Проживает в Каргополе, выслан из Гродненской губернии. Ничем не занимается. Имеет жену и трех детей. Получает на содержание по 15 копеек в сутки и на наем квартиры по 1 руб.50 коп в месяц. Аттестация полиции: "Ведет себя хорошо". НАРК, ф.1 оп.36 д.91/1 л.138 об.-139.

Порафинский Казимир Род.ок. 1818. Ксендз Червинского костела Варшавской губернии. Находился под секретным надзором полиции с 3 марта 1864 года "как сознавшийся в том, что ему предлагаемо было звание начальника города Черска, которое он, будто бы, не принял". Проживает в Повенце, выслан из Царства Польскаго, занимается обучением грамоте детей. Холост. Получает на содержание по 15 копеек в сутки и на наем квартиры по 1 руб.50 коп в месяц. Аттестация полиции: "Злой и фанатик вредный, ненавидит Россию и русское правительство". НАРК, ф.1 оп.36 д.91/1 л.058 об.-59; НАРК, ф.1 оп.67 д.1/3 л.35 об.-36.

Почепович Казимир Род.ок. 1838. Дворянин Виленской губернии. Бывший землемер Виленской Палаты Государственных Имуществ. Находился под секретным, строгим надзором полиции с 10 августа 1863 года "за необъявление о найденных им у брата сваего, Феликса Почеповича бумагах револючионного содержания и хранение самим пороха". Проживает в Каргополе, выслан из Вильно. Ничем не занимается. Холост. Получает на содержание по 15 копеек в сутки и на наем квартиры по 1 руб.50 коп в месяц. Аттестация полиции: "Человек характера твердого и решительного. Не замечается ни в чем дурном (1864). Ведет себя хорошо (1869)". НАРК, ф.1 оп.36 д.91/1 л.130 об.-131 об.; НАРК, ф.1 оп.67 д 1/2 л.81; НАРК, ф.1 оп.67 д.1/3 л.81 об.-82.

Пухальский Иван Род.ок. 1824. Ксендз, Новогрудского костела. Находился под секретным надзором полиции с 15 марта 1868 года "по обвинению в умышленно-ложном убеждении крестьян, принявших православие, в том что они снова могут возвратиться в латинство, и подговор их к подаче о сем прошения Минскому Римско-Католическому Епископу Войткевичу и как признанный исключительно вредным для пребывания в Западном крае". Проживает в Пудоже, выслан из Минской губернии. Ничем не занимается. Холост. Получает на содержание по 15 копеек в сутки и на наем квартиры по 1 руб.50 коп в месяц. Аттестация полиции: "ведет себя хорошо". НАРК, ф.1 оп.67 д.1/4 л.82 об.-84..

Пушко Куприян Род.ок. 1837. Лишенный права состояния бывший дворянин Ковенской губернии. Находился под секретным надзором полиции с 15 сентября 1863 года "за поступление в шайку мятежников по собственному и внешним будто бы побуждениям". Проживает в Пудоже, выслан из Вильно. Ничем не занимается. Холост. Содержания не получает. Аттестация полиции: "Скрытен и коварен. Злобы своей к русским не маскирует. Поведения скромного". НАРК, ф.1 оп.36 д.91/1 л.134 об.-135 об; НАРК, ф.1 оп.67 д 1/2 л.85-86.

Р

Ральцевич Константин Род.ок. нет свед. Дворянин Минской губернии. Находился под секретным, строгим надзором полиции с 8 сентября 1864 года "за сношения с мятежниками, недонесении о скрывавшихся мятежниках в находившемся в управлении его имении". Проживает в Повенце, выслан из Ковно. Определенных занятий не имеет. Содержания не получает. Аттестация полиции: "поведения хорошего". НАРК, ф.1 оп.36 д.91/1 л.153 об.-154.

Рачинский Евстафий Род.ок. 1809. Из дворян. Подольской губернии житель. Возвращенный на родину из Сибири по Всемилостейшему Манифесту 1856 года. Находился под секретным надзором полиции с 18 февраля 1864 года "как вредныя для пребывания в том крае в политическом отношении". Проживает в городе Олонце. Выслан из Подольской губернии.Особых занятий не имеет. Семейства не имеет. Получает на содержание по 15 копеек в сутки и на наем квартиры по 1 руб.50 коп в месяц. Аттестация полиции: "Ведет себя хорошо". НАРК, ф.1 оп.36 д.91/1 л.139 об.-140.

Рачковская Екатерина Род.ок. 1855. дочь Рачковской Памелии. Находился под надзором полиции с 28 мерта 1865 года "". Проживает в Олонце. Аттестация полиции: "". НАРК, ф.1 оп.67 д.1/3 л.104 об.-105.

Рачковская Памелия Род.ок. 1819. Дворянка Ковенской губернии. Шавельскаго уезда. Находился под секретным надзором полиции с 28 мерта 1865 года "за деятельное участие в мятеже". Проживает в Олонце, выслана из Шавеля. Ничем не занимается. Имеет при себе сына и дочь. Получает на содержание по 15 копеек в сутки и на наем квартиры по 1 руб.50 коп в месяц., а дочь в половину противу сего количества. Аттестация полиции: "Ведут себя хорошо". Вследствие предписания Г.Министра Внутренних Дел от 2 августа1868 года за №7180 сын Антон 4 января 1869 года выбыл на родину. НАРК, ф.1 оп.67 д.1/3 л.104 об.-105.

Рачковский Антон Игнатьев Род.ок. 1850. сын Рачковской Памелии. Находился под надзором полиции с 28 мерта 1865 года "". Проживает в Олонце. Содержания не получает. Аттестация полиции: "". НАРК, ф.1 оп.67 д.1/3 л.104 об.-105.

Рачковский Юзеф Род.ок. 1853. сын Рачковской Памелии. Находился под надзором полиции с 28 мерта 1865 года "". Проживает в Олонце. Содержания не получает. Аттестация полиции: "". НАРК, ф.1 оп.67 д.1/3 л.104 об.-105.

Реутов Фома Род.ок. 1806. Бывший мировой посредник , уроженец Витебской губернии. Находился под секретным, строгим надзором полиции с 18 октября 1863 года "как вредный для пребывания в Западном крае". Проживает в Олонце, выслан из Витебской губернии. Ничем не занимается. Семейства не имеет. Содержания не получает. Аттестация полиции: "Скромная и сдержанная личность. Умен и злобен". НАРК, ф.1 оп.36 д.91/1 л.137 об.-138.

Рыбакевич Матеуш Род.ок. 1841. Дворянин Гродненской губернии. бывший студент. Находился под секретным надзором полиции с 7 апреля 1864 года "за неблагонадежность в политическом отношении". Проживает в Каргополе, выслан из Гродненской губернии. Ничем не занимается. Холост. Получает на содержание по 15 копеек в сутки и на наем квартиры по 1 руб.50 коп в месяц. Аттестация полиции: "Ведет себя очень скромно". НАРК, ф.1 оп.36 д.91/1 л.142 об.-143.

С

Савашковская Текля Род.ок. 1839. Дворянка Гродненской губернии. девица. Находился под надзором полиции с 26 мая 1865 года "по обвинению в знании о принадлежности одного лица к числу членов Варшавскаго революционнаго комитета, и кроме сего в подговоре к побегу лица, содержавшегося за политические преступления". Проживает в Олонце, выслана из Виленской губернии. Ничем не занимается. Девица. Получает на содержание по 15 копеек в сутки и на наем квартиры по 1 руб.50 коп в месяц. Аттестация полиции: "Ведет себя очень хорошо". НАРК, ф.1 оп.67 д.1/3 л.105 об.-106.

Савицкий Игнатий Род.ок. 1845. Бывший воспитанник Сокольского писарского Егерского училища, уроженец Гродненской губернии. Находился под секретным надзором полиции с 16 октября 1863 года "как навлекший на себя подозрение в намерении присоединиться к мятежническим шайкам". Проживает в Повенце, выслан из Гродненской губернии. Находится в услужении. Семейства не имеет. Получает арестантскую дачу. Аттестация полиции: "Молод и легко поддается мечтам несбыточным о возрождении Царства Польского. Ведет себя примерно. В дурном отнюдь не замечен". НАРК, ф.1 оп.36 д.91/1 л.137 об.-138.

Садовник Антон Род.ок. 1830. Бывший почтовый экспедитор Слуцкой почтовой станции Конинскаго уезда Варшавской губернии. Находился под секретным надзором полиции с 18 февраля 1864 года "высланный из Царства Польскаго в г.Псков, как навлекший подозрение в сношениях с мятежниками и имевший вредное влияние на окрестных жителей". Проживает в Пудоже, выслан из Пскова. Ничем не занимается. Холост. Получает на содержание по 15 копеек в сутки и на наем квартиры по 1 руб.50 коп в месяц. Аттестация полиции: "Ведет себя скромно. Убеждений своих не обнаруживает". НАРК, ф.1 оп.36 д.91/1 л.081 об.-082.

Свидерский Эдуард Род.ок. 1839. Лишенный права состояния бывший дворянин Минской губернии. Находился под секретным надзором полиции с 12 августа 1863 года "за участие в шайке мятежников, разграбившей транспорт с оружием в Динабургском уезде". Проживает в Пудоже, выслан из Динабурга. Ничем не занимается. Холост. Содержания не получает. Аттестация полиции: "Человек решительный и резкий, но всегда выдержан и невысказывающийся (1864). Скрытен по прежнему, непокорен и буян, за что и был переведен из Пудожа в Повенец, обратным порядком (1868). В минувшем году, со времени перевода в Повенец, ведет себя вполне скромно (1869)". НАРК, ф.1 оп.36 д.91/1 л.132 об.-133 об.; НАРК, ф.1 оп.67 д 1/2 л.83; НАРК, ф.1 оп.67 д.1/3 л.82 об.-83.

Серафимович Иосиф Род.ок. 1811. Вольнопрактикующий лекарь, в г.Себеж Витебской губернии. Находился под гласным надзором полиции с 17 июля 1863 года "по подозрению в деятельном участии в Польском Революционном Комитете и в непристанных сношениях с его агентами". Проживает в Олонце. Выслан из Витебской губернии. Ничем не занимается. Семейства не имеет. Содержания не получает. Аттестация полиции: "Поведения самого скромного. Скрытен. Непр-- в своих политических стремлениях. Умен и начитан. Пользуется уважением (1864). Отличный врач, ведет жизнь скромную, но ярый представитель польщизны (1868). Поведения отличнаго. Как человек и врач достоин полнейшаго уважения (1869)". НАРК, ф.1 оп.36 д.91/1 л.119 об.-120; НАРК, ф.1 оп.67 д 1/2 л.74; НАРК, ф.1 оп.67 д.1/3 л.75 об.-76..

Слезиер Феликс Род.ок. 1840. Дворянин. Уроженец Ковенской губернии, Новоалександровского уезда. Находился под секретным, строгим надзором полиции с 20 июля 1863 года "за проживание в городе Динабурге при отце, без всяких занятий, и несмотря на свою праздную жизнь и бедное состояние отца, одеваться щегольски, вследствии чего в городе распространились слухи, что он получает пособие от Польскаго Революционнаго Комитета и участвует в нынешнем мятеже, то появляясь в городе, то удаляясь в мятежнические шайки". Проживает в Каргополе, выслан из Динабурга. Ничем не занимается. Холост. Получает на содержание по 15 копеек в сутки и на наем квартиры по 1 руб.50 коп в месяц. Аттестация полиции: "Ведет себя хорошо. Но твердо держится своих политических верований (1864). Пьет чуть не ежедневно. Дерзкий нахал (1868). Ведет себя неодобрительно. Дерзкий и пьяный нахал (1869)". НАРК, ф.1 оп.36 д.91/1 л.125 об.-126; НАРК, ф.1 оп.67 д 1/2 л.76-77; НАРК, ф.1 оп.67 д.1/3 л.77 об.-78..

Сопоцько Константин Род.ок. 1816. Дворянин Ковенской губернии. Колежский ассесор. Находился под секретным надзором полиции с 25 сентября 1863 года "навлекший на себя подозрение в сношении с мятежниками". Проживает в Пудоже, выслан из Гродненской губернии. Ничем не занимается. Холост. Содержания не получает. Аттестация полиции: "Самая подозрительная личность. Русские его не любят, поляки и того менее. Польский язык почти не знает, вряд ли способен быть политическим деятелем". НАРК, ф.1 оп.36 д.91/1 л.136 об.-137; НАРК, ф.1 оп.67 д 1/2 л.87.

Станкевич Терезия Род.ок. 1814. Дворянка Виленской губернии. Находился под секретным, строгим надзором полиции с 11 ноября 1864 года "за укрывательство своего мужа по возвращении из шайки мятежников". Проживает в Олонце, выслана из Виленской губернии. Ничем не занимается. Имеет при себе сына Антона 17 лет. Получает на содержание по 15 копеек в сутки и на наем квартиры по 1 руб.50 коп в месяц. /--/ и сын ея Антон в половину сего количества. Аттестация полиции: "Ведет себя тихо и прилично". Где находится сын - неизвестно(1869). НАРК, ф.1 оп.36 д.91/1 л.162 об.-163; НАРК, ф.1 оп.67 д 1/2 л.103.

Статковская Мария Род.ок. 1824. жена Статковского Аполинария. Находился под секретным, строгим надзором полиции с 12 сентября 1864 года "за хранение непропущенных цензурою противуправительственных книг и совершенную неблагонадежность в политическом отношении". Семейства не имеет. Содержания не получает. Аттестация полиции: "поведения примерного, скромного". НАРК, ф.1 оп.36 д.91/1 л.158 об.-159.

Статковский Аполинарий Род.ок. 1814. Бывший Ковенский Урядный судья, отставной губернский секретарь. Находился под секретным, строгим надзором полиции с 12 сентября 1864 года "за хранение непропущенных цензурою противуправительственных книг и совершенную неблагонадежность в политическом отношении". Проживает в городе Каргополь. Высланы из Ковенской губернии. Ничем не занимаются. Семейства не имеет (в 1864). В 1868 - Жена Мария 44 лет. Содержания не получает. Аттестация полиции: "Поведения хорошего, тихого и скромного (1864). Умный, но неблагонадежный человек в политическом отношении. (1868)". НАРК, ф.1 оп.36 д.91/1 л.158 об.-159; НАРК, ф.1 оп.67 д 1/2 л.98.

Сыпович Мальвина Род.ок. 1843. Дворянка Полоцкой губернии . Млавскаго уезда, местечка Залынь. Находился под гласным, строгим надзором полиции с 13 марта 1864 года "за сношение с мятежниками и ношение одежды по их форме". Проживает в Олонце, выслана из Царства Польскаго, ни чем не занимается. В 1864 - девица. В 1868 - Вдовица, имеет при себе сына Бронислава 5 лет и дочь Марию 7 месяцев. Получает на содержание по 15 копеек в сутки и на наем квартиры по 1 руб.50 коп в месяц. Аттестация полиции: "Поведения распутного". Направлена на излечение в Петрозаводскую земскую больницу. НАРК, ф.1 оп.36 д.91/1 л.059 об.-60; НАРК, ф.1 оп.67 д.1/3 л.36 об.-37.

, д.91/1, л.159об.-160).

Политическая ссылка в Олонецкой губернии второй половины ХІХ в.
Общая характеристика Олонецкой губернии. Анализ социального и национального состава политических ссыльных в Олонецкой губернии, а также условия их содержания, быт и основные направления деятельности. Вклад польских политических ссыльных в развитие Сибири.
https://stud.wiki/history/3c0b...c37_1.html


Крестьяне получали в полную собственность, без выкупа, всю землю, какая находилась в их пользовании, а также и ту, которую помещики незаконно захватили у них в последние годы. За крестьянами сохранялись сервитуты - право охоты и рыбной ловли, разработки недр на отведенном им земле, а также право "пропинации" - торговли спиртными напитками (оно ранее было монополией помещиков). Земельными собственниками крестьяне становились сразу - без переходного периода и без уплаты выкупа. Помещики получали за уступаемую крестьянам землю вознаграждение от государства в размере ее рыночной стоимости.

1.3 Социальный и национальный состав

Образ репрессий после восстания, относительно статистических данных, в том числе касающихся лиц, приговоренных к смертной казни, осужденных на каторжные работы и сосланных административно на поселение, опирается в значительной степени на гипотетических, оценочных расчетах. Неполное число приговоренных к смертной казни, на которых приведено приговор в исполнение, составляет 669 лиц.

Число повстанцев, принудительно призванных в царскую армию, неизвестно. Число политических ссыльных оценивается на 38 тыс. Из этого 38 % ссыльных приходится на лица, происходящие из Царства Польского (14 тыс.), 57 % из Литвы и Белоруссии (21 тыс.) и 5 % из Украины (2 тыс.).

Для остальных определено разные формы поселения. Как писал Стефан Кеневич, автор обширной монографии восстания, среди каторжников из так называемой исторической Литвы преобладала шляхта(дворянство), среди каторжников из Королевства лица из более низких, податных сословий.

Изучая социальный и этнографический состав Олонецкой губернии можно провести небольшое исследование, обратившись к архивным источникам Национального Карельского архива. Для этого используем документы, которые включают в себя данные по ссыльному контингенту. К этим документам относятся:

Канцелярия олонецкого губернатора (1780-1919 гг.): оп. 36, д. 91/1 - "Ведомость о лицах, состоящих под надзором полиции в Олонецкой губернии за 1864 г.", оп. 67, д. 1/2 - "Ведомость о лицах, состоящих под надзором полиции за в Олонецкой губернии 1868 г.", оп. 67, д.1/3 - "Ведомость о лицах, состоящих под надзором полиции за в Олонецкой губернии 1869 г.", оп. 67, д. 1/4 - "Ведомость о лицах, состоящих под надзором полиции за в Олонецкой губернии 1872 г." по лицам, содержащимся в ссылке Олонецкой губернии . Дашков В. Описание Олонецкой губернии в историческом, статистическом и

этнографическом отношениях. - Санкт-Петербург, 1842.

Во-первых, обратим внимание на численность населения Олонецкой губернии.

Если она в 1835 г. включала в себя около 171,7 тыс. чел., то в 1897 г. - 208, 1 тыс. чел. Из-за ссыльных население увеличилось значительно, любой прирост населения такого бы не дал.

Во-вторых, территория, с которой направлялись ссыльные - это Люблинская, Плоцкая, Августовская, Радомская губернии, в настоящее время Польша; Виленская, Ковенская губерния - на данный момент Литва; Киевская, Волынская, Подольская, Винницкая губернии - в настоящее время Украина; и Витебская, Могилевская, Минская губернии - современная территория Беларуси.

Олонецкая губерния с 1860 года по 1870 год пополнилась различными национальностями, такими как, поляки, белорусы, украинцы, литовцы. Так как уже с 1930 года разрешался брак между карелами и русскими, соответственно, другими национальностями, пошла ассимиляция населения .

Для примера, в подтверждение моих слов, приведем несколько фамилий из архивных данных национального Карельского архива :

Хан Фердинанд - мещанин. Национальность - поляк.

Хрущевич Франц - дворянин. Национальность - поляк.

Черниховский Ипполит - дворянин Киевской губернии. Национальность, украинец.

Чернявский Яков - крестьянин. Национальность - поляк.

Шукановский Норберт - ксендз, духовное лицо, представитель католической церкви. Национальность - поляк.

Щенснович Люциан - чиновник. Национальность - поляк.

Из этого следует, что политическая ссылка в Олонецкую губернию приобрела черты многонационального характера. Социальный состав ссыльных так же разнообразен.

1.4 Условия содержания политических ссыльных

Количество ссыльных поляков в Олонецкой губернии дошло до 300 человек, сюда же выслано было 700 семей кавказских горцев.

Из-за большого количества людей, не хватало места в домах и острогах.

Началась серьезная борьба революционеров и самодержавной властью.

В шестидесятых городах девятнадцатого столетия правительство издает циркуляцию и инструкцию для губернаторов и полиции, в которых устанавливается определенный порядок надзора за лицами, обнаружившими вредные политические стремления Иванов А.А. Историография политической ссылки в Сибирь второй половины XIX - начала XX в..

Каждый циркуляр, каждая инструкция имела своей целью ухудшить общее положение, стеснить даже личную жизнь политических ссыльных.

На месте ссылки высылаемые должны были жить в определенном поселении и не имели права без разрешения полицейской власти отлучаться за черту города или деревни.

Определено было даже время возможного отсутствия с квартиры не свыше двенадцати часов в сутки.

Политические ссыльные обязаны были ежедневно являться в местное политическое управление и расписываться в специально для этого заведенной книге, чтобы начальство знало, что они не сбежали. В противном случае полиция всегда имела право проверить местонахождение поднадзорного. Независимо от этого и полиция и жандармы в любое время дня иночи могли делать обыски и заходить в квартиры для наблюдении за поведением политических ссыльных.

И этим правом усиленно пользовались, когда хотели. Полиция была настолько невежественна, что при обыске, забирала все, казавшееся ей подозрительным (особенно подозрительным являлись записки, так как привлекали особое внимание).

Политические ссыльные не имели право заниматься ни государственной, ни общественной службой, кроме того им категорически воспрещалось:

Всякая педагогическая деятельность

Обучение каким-либо искусствам и ремеслам

Чтение публичных лекций

Участие в публичных заседаниях ученых обществ

Участие в сценических представлениях

Вообще всякая публичная деятельность

Содержание типографий, библиотек и кабинетов для чтения

Занятие фотографией

Запрещалась поднадзорным и охота с применением стрелкового оружия, которое при обнаружении подлежало немедленной конфискации. Политссыльные не имели право покидать обозначенную территорию. Всякая отлучка за означенную черту считалась за побег и виновные привлекались к судебной ответственности по какой то мифологической статье не существующего закона. Приходилось отсиживать в тюрьме или платить штраф.

Отчеты и рапорта уездных исправников на имя Олонецкого губернатора раскрывают мрачную картину жизни польских политических ссыльных в Олонецкой губернии. Главной проблемой для сосланных было их бедственное, а подчас и полунищенское положение в незнакомом краю. В случае, если сосланный не мог себя содержать в ссылке за свой счет, чаще всего с доходов имения, казной назначалось денежное содержание: 15 копеек в сутки на проживание и 1 рубля 50 копеек в месяц для оплаты снимаемого жилья.

Такой объем содержания при существовавших тогда в Олонецкой губернии, фактически принуждал сосланных к постоянным просьбам на имя олонецкого губернатора о дополнительном денежном вспомоществовании. Не всегда, впрочем, эти прошения удовлетворялись в силу отсутствия соответствующих законов, буквы которых неуклонно держались чиновники Олонецкой губернии.

Бедственность положения ссыльных отягощалась еще и тем, что для них по различным причинам фактически отсутствовала возможность собственным трудом или службой поправить свое материальное положение. Причиной могла быть невозможность работать в силу болезней, развитие которых лишь провоцировалось влиянием сурового северного климата на непривычных к нему жителей южных областей.

Ярким свидетельством такого положения вещей является судьба дворянина Ковенской губернии Киприана Пушко, сосланного в Олонецкую губернию в июле 1863 г., который долгое время страдал размягчением спинного мозга, частичным параличом нижних конечностей и, в конце концов, умер в пудожской земской больнице в августе 1868 г .

Сложность в нахождении работы также была связана с трудностями в контакте с местным населением. К примеру, из прошения на имя Олонецкого губернатора от дворянина Ковенской губернии Владислава Загорского следует, что найти какую-либо службу в г. Каргополе не представлялось возможным в силу «недоверчивости здешних жителей».

Такое положение отягощалось также жестким правительственным контролем, а также некоторыми ограничениями в переписке и общении с родными и друзьями. Особенно настороженно уездная администрация и полиция относились к польскому духовенству сосланному в Олонецкую губернию.

Особая политическая роль польского духовенства объяснялась его традиционной социальной активностью, а также более высокими, чем у польской шляхты, образовательным уровнем и политическим кругозором. Такое особое отношение местных властей к польским священнослужителям видно из весьма точной фразы, приведенной в письме ксендза Казимира Порафинского брату по поводу возможности возвращения из ссылки в г. Повенце на родину: «…Наше возвращение зависит от известных религиозно-политических планов, которыми определена продолжительность нашего здесь пребывания…» Иванов А.А. Историография политической ссылки в Сибирь второй половины XIX - начала XX в..

Подводя итог первой главы, следует отметить, что изучение истории ссылки участников восстания 1863-1864 годов, в том числе их высылки в Олонецкую губернию, несомненно, важно. Потому как Россия и Польша имеет общую историю, историю взаимоотношений, пусть и не всегда дружественных.

Наша страна всегда принимало активное участие во всех разделах и изменениях Польского государства. История определила так, что Польша находилась под влиянием нашей страны и в дальнейшем (СССР вторая половина ХХвека).

Все это повлияло на население польских граждан, породило негативные стереотипы в отношении враждебности России. Бытовало мнение среди поляк о том, что целью нашего государства на протяжении веков являлось уничтожение польского народа и свержение его государственности.

Более того, даже на современном этапе, польская общественность представляет как и XIX веке, ужасающие условия жизни сосланных в Сибирский край польских политических заключенных. При этом они часто ошибочно отождествляют любой другой вид ссылки с сибирской каторгой.

Глава 2. Вклад в развитие Олонецкой губернии польских политических ссыльных

2.1 Основные направления деятельности политических ссыльных

В своих воспоминаниях каторжане преимущественно писали об организации быта и внутреннего распорядка каторги и ссылки, отношениях с уголовными заключенными и администрациями тюрем, каких-то внутренних брожениях внутри ссыльного общества и так далее. Связям с волей, с действующими революционными организациями, практически не уделяется внимания.

В первую очередь каторжане интересуются не ситуацией в центре России, а положением в ближайшей тюрьме. Так, например, каторжанки Нерчинской женской каторги вели активную нелегальную переписку с заключенными из тюрьмы в Горном Зерентуе, тогда как письма в Европейскую часть России или региональные партийные организации обычно проходили через цензурный контроль тюремных администраций.

Существовали правила, при которых следовало содержать поляков обособленно и не смешивая с остальными политссыльными - «отдельно от других арестантов и с ними не смешиваться» ГААО. Ф.4. Оп.21. Т.2. Д.298. Л. 130 ..

Более того, в соответствии с Высочайшим повелением от 16 ноября 1863 г. предполагалось «всех поступающих в арестантские роты польских мятежников подчинить непосредственно попечителям роты» Там же. Л.132..

Попечители должны были разделить политзаключенных на две группы по физическим данным и по состоянию здоровья. К первой группе относили тех преступников, которые не отличались хорошим здоровьем, но обладали каким-либо образованием. Ко второй категории относились преступники крепкого телосложения, но безграмотных. Собственно по этим критериям и велось распределение работ Там же..

Общественные работы в условиях ссылки считались своего рода одним из условий исправления политзаключенных. Начальник роты был лично ответственен за обучение арестантов новым видам деятельности Положение об Олонецкой арестантской роте гражданского ведомства. СПб. 1839. Ст. 21..

Обязательным считалось наличие в роте таких рабочих специальностей, как столяры, маляры, стекольщики, кузнецы, слесари, кровельщики, каменщики, мостовщики улиц булыжным камнем, штукатуры, печники, плотники, и др.

Считалось важным, чтобы каждый осужденный по возможности освоил как можно больше. Ротный командир должен был также следить, чтобы Там же. Ст. 23..

Строительный комитет выполнял распределительную функцию ссыльных на различные виды работ, данное решение так же зависело от начальника роты.

Работа проводилась шесть дней в неделю, субботний день работали до обеда, потому как суббота считалась банным днем, и всех арестантов отправляли в баню Там же. Ст. 26. .

Количество заработной платы рассчитывалось каждый год Строительным комитетом или комиссией с утверждением начальником губернии из расчета уменьшения ее на 30% по сравнению с установленной в данной местности оплатой рабочего дня.

Две трети арестантского заработка должны были идти на «пополнение земского сбора», за счет которого содержались арестантские роты; одна треть оставалась в роте для улучшения условий содержания арестантов, показывавших лучшие результаты в исправлении, а также на пособия освобождавшимся. К доходам арестантских рот добавлялось и подаяние, собираемое в кружках, выставленных у дверей занимаемого ротой здания и в одной из местных церквей, причем эти средства можно было использовать только для устройства больницы и для пособий освобождавшимся. На руки арестантам деньги выдавать было строго запрещено Рассказов Л.П., Упоров И.В. Исправительные арестантские роты гражданского ведомства как вид лишения свободы в российском праве 19 в. // Правоведение. 2000. №4. С. 182..

Большую часть работы политзаключенных представляли работы по внутреннему содержанию роты. Организовывались работы по уборке снега, работа в прачечной, приготовление пищи и т.п.

Бывали моменты, когда у основной массы совсем не было работы. Бывшие повстанцы, владевшие каким-либо ремеслом, могли заниматься им в специально созданных при арестантской роте мастерских. При этом, несмотря на запреты, некоторым из них удавалось выполнять частные заказы и оставлять деньги себе Там же. Л. 184..

Политзаключенные нуждались в работе. Так как это во многом определяло их дальнейшее существование, потому как не у всех была возможность получать помощь от своих родных и близких. Выдаваемое пособие было крайне скудно, и прожить на него не представлялось возможным. В любом случае работа отвлекала, давала толчок к жизни. Учитывая категорию ссыльных, необходимо заметить, что полит заклюючонные не сколько искали самой работы, сколько дела «по душе». Именно там, в жестких условиях ссылки подчас рождались гениальные произведения.

Разнообразная деятельность ссыльных оказывала влияние не только на хозяйственную, общественную и культурную жизнь края. Влияние ссыльных на общественно-политическую жизнь Сибири наиболее ярко проявилось в их борьбе против самодержавия. Содержание и формы этого влияния изменялись в зависимости от численности и состава политической ссылки, степени развития революционного движения и других факторов. В конечном счете они определялись этапами освободительного движения в России, их характером.

На втором этапе освободительного движения (первый этап - декабристы), когда политическая ссылка по количеству стала более массовой Хотя нельзя забывать, что, как писал Дж. Кеннан, в конце Х1Х века политические ссыльные составляли менее 1% от числа всех ссыльных Сибири, а по составу и характеру - преимущественно народнической, расширились связи ссыльных с местным населением, более разнообразными стали формы их влияния на жизнь в Сибири.

Наряду с просветительской деятельностью ссыльные вели активную борьбу против самодержавия - создавали подпольные кружки и организации, вовлекая в них представителей местной интеллигенции, устраивая с их помощью побеги из ссылки, развернули политическую пропаганду, распространяя нелегальную литературу и рукописные прокламации, используя периодическую печать, заявляли письменные и устные протесты, готовили вооруженные выступления против самодержавия.

Вплоть до конца 19 века женщин по политическим причинам отправляли только в ссылку, однако, в последние два десятилетия в связи с ухудшением политической ситуации в стране их начинают отправлять в ссылку на каторжные работы наравне с мужчинами.

Термин "каторга" происходит от греческого слова "катергон" - "галера" Ссылка и каторга//Советская историческая энциклопедия. Т. 13. М., 1971. С. 770. В конце средних веков преступников часто приговаривали к "галерам". Там они работали гребцами, прикованными цепями к тяжелым веслам. В России подобный вид уголовного наказания впервые применили по указу Петра I от 1699 г. к нескольким жителям города Венева: их отправили в Азов в качестве гребцов на каторгах (в российском флоте так назывались некоторые гребные суда) там же, с. 772.

Постепенно словом "каторга" стали обозначать все виды подневольного труда, к которым приговаривались осужденные. Заключенных собирали в большие группы (партии) и "гнали по этапу". Этапами назывались пункты, где партии осужденных и их конвой отдыхали во время длительных пеших переходов по грунтовым дорогам. Обычно расстояние между этапами составляло от 15 до 25 км. Часто на этапе строилось или нанималось специальное здание с помещениями для арестантов и конвоя.

Е.П. Клевакин так описывал это путешествие: "Переход партии в 25-30 верст занимал целый день. Через два перехода - дневка. Ночевали и дневали в этапных помещениях, попросту в крестьянских домах, нанятых на этот случай и приспособленных для содержания арестантов. Помещения неудобные, тесные, с миллиардами насекомых.

Таким вот образом убивало бесправное положение пересылаемых по этапу людей. Грубые окрики конвоя при каждом удобном и необходимом случае. Все это действовало угнетающе.

Чтобы легче было, надо было попросту смириться и исполнять все, что приказывает конвой - идти по середине дороги, не заглядываться по сторонам, не разговаривать со встречными и даже между сотоварищами по этапу" ЦХАФ АК, Ф. 77. Оп. 1. Д. 12 л. 36.

Каторжан гнали в облегченных кандалах из множества соединенных друг с другом колец. Арестанты называли такие кандалы "мелкозвоном". Когда осужденные прибывали на место, в тюрьме их перековывали в кандалы из четырех толстых железных прутьев, соединенных тремя кольцами. К среднему кольцу привязывали ремень, крепившийся к поясу каторжанина.

Несомненно, все ссыльные находились под полицейским надзором.

Тем не менее, в рапорте начальника от 21 сентября 1864 г. отмечалась сложность осуществления надзора и указывалось, что “людей подобного разряда до нынешнего года никогда не присылали и, хотя они состоят под надзором полиции, но состав полиции так ничтожен, что не представляется никакой возможности подробно следить за образом жизни сих людей”. Ссылка и каторга//Советская историческая энциклопедия. Т. 13. М., 1971. С. 770

Часть ссыльных проживала на квартирах; другие - в казармах. Суточное пособие получали далеко не все. Лицам низшего сословия пособие не выдавалось, за исключением признанных нетрудоспособными. Им назначались кормовые арестантские деньги. Ссыльным из дворян, высланным без лишения и ограничения прав и не имеющим собственных средств к жизни, разрешалось выдавать по 15 коп. в сутки.

Лицам из привилегированных сословий, сосланным в Сибирь с лишением прав состояния впредь до прочного устройства их на местах, выдавались арестантские кормовые деньги по 7 коп. в сутки. Следует отметить, что долгое время ссыльные вообще не получали определенного от казны пособия, затем оно стало выдаваться частями. Это, конечно, вызывало у них большие затруднения.

Все политические ссыльные жили в “крайне бедных избушках, которые они нанимали у казахов, вся обстановка указывала на лишения и ограниченные средства к жизни, но видно было, что ссыльные с редкой выносливостью умели подчиняться гнету обстоятельств”. Ссылка и каторга//Советская историческая энциклопедия. Т. 13. М., 1971. С. 770

У всех ссыльных, несмотря на нищенскую обстановку, были собственные письменные принадлежности, книги и периодические издания, например, “Русский Вестник” и другие.

Следует отметить, что 12 марта 1882 г. было принято “Положение о полицейском надзоре”, сделавшее ссыльных в Сибири совершенно бесправными. Как только ссыльные прибывали на место назначения, у них отбирали паспорта, а взамен выдавались документы с отметкой, где им разрешалось жить.

Они должны были являться в полицейское управление по первому требованию. Полицейский имел право в любое время суток входить в дом или комнату ссыльных, производить обыск и конфискацию того, что считал нужным.

Ссыльным не разрешалось состоять на государственной или общественной службе до окончания срока наказания. Они могли быть допущены к “письменным занятиям” в учреждениях по найму только с разрешения МВД. Пособия ссыльным назначались “судя по состоянию и потреблением нуждающихся” ГААО. Ф.1. Оп.4. Т.5а. Д.671. Л. 85.

Лицам дворянского происхождения назначалось 15 коп. в сутки. Лицам “низшего сословия” определялось арестантское содержание “и то лишь, когда по старости или по болезни они не были способны ни к каким работам”.

Таким образом, материальное и правовое положение политических ссыльных было довольно тяжелым.

Важными источниками, позволяющими судить об условиях жизни арестантов, являются результаты различных проверок, донесения в губернское правление и т.д.

Серьезные нарушения обнаруживались при сопровождении политических преступников на работы. Так, в соответствии с правилами содержания в арестантской роте по дороге к месту работ арестанты должны были идти по два человека в ряд под строгим надзором сопровождавших их конвойных.

Пребывание политзаключенных было жестко регламентировано. Их запирали в помещения, велся постоянный контроль. Вскрывалась и прочитывалась вся входящая и исходящая корреспонденция.

Уведомление об отправляемой корреспонденции было обязательным условием для всех ссыльных. Пренебрежение этим правилом расценивалось как нарушение закона и влекло за собой привлечение виновного к ответственности ГААО. Ф.1. Оп.4. Т.5а. Д.671. Л. 87..

......

Рекрутские присутствия в Олонецкой губернии в 1831-1874 годах
Опубликовано в: Иванов Ф.Н. Рекрутские присутствия в Олонецкой губернии в 1831-1874 годах // Вестник Сыктывкарского университета. Серия гуманитарных наук. - 2016. - Выпуск 5. – С. 27-33.

Изучение отдельных аспектов региональной истории рекрутской повинности, в частности, рекрутских присутствий на территории Олонецкой губернии, позволяет лучше понять функционирование рекрутчины как особого государственного института и уточнить сложившиеся научные представления о рекрутчине, как историческом явлении. Между тем, данный сюжет ещё не становился предметом для самостоятельного изучения исследователями [1, с. 41, 109-118; 13, с. 98-101; 14, с. 196; 29, с. 57]. Мы, в свою очередь, хотя ранее и обращались к истории рекрутских присутствий на Европейском Севере страны и в Олонецкой губернии, в частности [3;4], однако, заявленная выше тема нами так же специально не рассматривалась. Предлагаемая вашему вниманию статья направлена на определение местной специфики в размещении и функционировании рекрутских присутствий на территории Олонецкой губернии в 1831-1874 гг., в качестве объекта изучения выступают рекрутские присутствия Олонецкой губернии. Хронологические рамки исследования ограничиваются периодом с 1831 по 1874 гг. и охватывают время от издания нового Рекрутского устава до отмены рекрутской повинности. Основу источниковой базы составляют законодательные акты по рекрутской повинности, опубликованные во Втором собрании Полного собрания законов и в Своде законов Российской империи, а также делопроизводственные материалы, отложившиеся в фондах Российского государственного исторического архива (г. Санкт-Петербург) и Государственного казенного учреждения «Национальный архив Республики Карелия» (г. Петрозаводск).
Рекрутские присутствия – временные комиссии, осуществлявшие сбор рекрутов на определенной для них территории в течение срока рекрутского набора. В соответствии с Рекрутским уставом 1831 г. в обширных и многолюдных губерниях должны были назначаться до четырех мест для приема рекрутов – «одно в губернском городе при казенной палате, а прочие в городах уездных». В каждом из них должно было открываться рекрутское присутствие, к которому приписывались два или три уезда [2, с. 520]. Олонецкая губерния была регионом с небольшой численностью населения и при этом обладала обширной и малоосвоенной территорией со сложными климатическими условиями и плохими путями сообщения, о чем местные губернаторы неоднократно писали в своих ежегодных отчётах в Санкт-Петербург [27, л. 64 об.; 19, л. 45]. Тем удивительнее, что в 1830-1840-х гг. «начальники губернии» (в рассматриваемое время этот пост последовательно занимали А.И. Яковлев, А.В. Дашков, Х.Х. Повало-Швейковский и Н.Э. Писарев) из раза в раз санкционировали открытие только двух рекрутских присутствий – губернского в Петрозаводске (для Петрозаводского, Олонецкого, Лодейнопольского и Повенецкого уездов) и первого уездного в Каргополе (для Каргопольского, Вытегорского и Пудожского уездов) [19, л. 45; 20, л. 42; 21, л. 28; 22, л. 23об; 23, л. 38; 24, л. 28 об. – 29; 25, л. 28 об.; 26, л. 48; 15, л. 365; 16, л. 1727 об.; 6, л. 23]. Для сравнения, в двух других губерниях, составлявших исторический регион – Европейский Север страны и сходных по численности населения и природным условиям, всегда открывалось большее число рекрутских присутствий: в Архангельской губернии – четыре, в Вологодской – первоначально три, затем тоже четыре [4, с. 97-98].
Лишь в 1849 г. в Олонецкой губернии было добавлено третье, Вытегорское, уездное рекрутское присутствие (ему был доверен сбор рекрутов с территории Вытегорского и Лодейнопольского уездов и Филимоновской волости Пудожского уезда). Произошло это только после прямого вмешательства центрального руководства, когда в 1847 г. проводившие анализ губернаторского отчета за предшествовавший год чиновники Департамента полиции исполнительной МВД и Совета МВД обратили внимание на то, что двух рекрутских присутствий для обширной Олонецкой губернии мало и что их недостаток приводит к увеличению расходов населения на отдачу рекрутов. Начальнику губернии было предписано учреждать на будущее время больше присутствий [23, л. 146-146 об., 209-212 об.]. То, что это решение было принято в русле целенаправленной правительственной политики, показывает замечание одного из чиновников Департамента полиции исполнительной МВД, сделанное им при рассмотрении отчета начальника Олонецкой губернии за 1849 г.: «в примечании к ведомости №13 сказано, что в 1849 году издержки [населения – Ф.И.] по сдаче рекрут были менее 1848 г. от того, что при учреждении одним рекрутским присутствием более, расстояние высылки рекрутов к месту приема сокращено, что сделано по положению Совета» [24, л. 172-172 об.]. Наконец, в пореформенное время, с возобновлением рекрутских наборов в 1863 г. и вплоть до отмены повинности в 1874 г., рекрутские присутствия стали открываться в каждый набор в губернских центрах и во всех уездных городах губерний страны [5, л. 10 – 10 об.].
Обычно сбор рекрутов проводился в помещениях казенных учреждений – местных «присутственных» мест. Однако, это было возможно далеко не всегда. Так, в ходе подготовки набора 1849 г. из рапортов городничего и городской думы г. Каргополя стало известно, что просто освободить для работы рекрутского присутствия второй этаж здания городнического правления, переместив временно полицию на первый, не получится, поскольку «по ветхости дома … во время приемов рекрут при большом стечении народа от тяжести весьма легко может обрушиться пол внизу поддерживаемый в многих местах подставками» [7, л. 265-266]. Если учитывать, что в тот год планировалось собрать в указанном присутствии с территории Каргопольского и Пудожского уездов (включая Филимоновскую волость) и удельного Никольского приказа Вытегорского уезда 277 рекрутов [7, л. 29-109об.], то надо признать, что эти опасения городских властей были не напрасны: вместе с подставными, отдатчиками, провожатыми, самими чиновниками и воинской командой ветхому зданию предстояло пережить за короткое время визит примерно тысячи человек. В таких случаях Рекрутский устав разрешал нанимать один из обывательских домов, причем деньги на оплату аренды должны были идти из сумм, собранных в число земского сбора с населения города. Деньги эти каждый раз выделялись городской думой с разрешения губернатора по особенному распоряжению губернской казенной палаты через соответствующее уездное казначейство. В нашем случае в Каргополе для решения проблемы на один месяц сняли дом жены губернского секретаря Натальи Горбуновской, причем хозяйка за уплаченные ей относительно небольшие деньги – всего 30 рублей серебром – обязалась обеспечить «все к удобному помещению упомянутого присутствия потребности, а так же отопление, освещение и наем сторожа» [7, л. 265-265об.]. Впрочем, иногда сложно было найти и подходящий частный дом. В 1850 г. в Вытегре рекрутское присутствие даже не было открыто своевременно в назначенный срок, поскольку традиционно нанимавшийся для этого каменный двухэтажный дом купца Шалапанова оказался «весьма ветхим» и с трещинами во всех наружных стенах, причем, по отзыву местных городничего и городского головы найти другую удобную квартиру было «невозможно» [8, л. 171-171об.]. Однако, в конечном итоге, после вмешательства губернатора рекрутское присутствие приступило к работе в подобранном для него помещении.
Местные жители были всегда рады возможности дополнительно заработать значительные для них деньги. Порой между горожанами разгоралась нешуточная конкурентная борьба за право сдать свой дом в аренду, одним из орудий которой было обращение с прошениями к губернатору. Из поданного в январе 1850 г. девицей Верой Молчановой прошения мы узнаем, что в наследство от умершего отца – каргопольского священника Я. Молчанова – ей с братьями достался деревянный дом «о семи жилых покоях», в который она с согласия братьев пускала постояльцев, чем и зарабатывала себе на пропитание. Ранее она уже сдавала дом под рекрутское присутствие за 30 рублей серебром и в новом 1850 г. тоже была не против подзаработать, но городской думой был нанят дом мещанина Петра Ковригина. Особое возмущение просительницы вызывал тот факт, что её конкурент должен был получить 40 рублей серебром всего за один месяц, в то время, как она была согласна сдать дом за 30 рублей за два месяца, и теперь В. Молчанова просила снять её дом, как более подходящий, причём уже за 40 рублей. Губернатор решил проявить беспристрастность и дал предписание городничему и городскому голове осмотреть оба дома и выбрать более удобный из них. Не забыл «начальник губернии» и о государственном интересе, предписав снизить стоимость аренды до 30 рублей серебром. В конечном итоге, был нанят дом П. Ковригина, которому пришлось согласиться на меньшее денежное вознаграждение [8, л. 67-86]. Однако, далеко не всегда владельцы домов довольствовались такими скромными деньгами – в 1850 г. в г. Вытегре купец Новинский получил 84 рубля 19 копеек серебром [10, л. 206], в 1852 г. в Каргополе государство выплатило домовладельцу 45 рублей серебром [9, л. 146], а в 1854 г. в Вытегре для размещения присутствия был снят дом купца Горина за 56 рублей серебром, в Каргополе же расходы на помещение составили 40 рублей серебром [11, л. 74, 235].
Функции рекрутских присутствий заключались в проверке правильности представления людей в рекруты и их годности к военной службе, приеме рекрутов и разборе жалоб, подававшихся непосредственно при приеме людей в рекруты. Рекрутские присутствия были частью созданной в Российской империи системы проведения рекрутских наборов, в которой были задействованы все должностные лица и органы государственного и местного управления страны. В своей работе присутствия осуществляли тесное взаимодействие с губернской и уездной администрацией, при помощи которых получали все необходимые справки и содействие в «законном понуждении» к исполнению своих требований. В контроле над ходом рекрутских наборов были задействованы губернские органы управления и центральные ведомства [4, с. 84-85, 96-103]. Структурно рекрутское присутствие подразделялось на собственно «присутствие» – комиссию из губернских и уездных чиновников и воинского приемщика под руководством председателя и канцелярию, обеспечивавшую работу комиссии. В соответствии с Рекрутским уставом, председателем губернского рекрутского присутствия был вице-губернатор (затем вместо него – председатель казенной палаты), первого уездного – губернский предводитель дворянства, второго и третьего – старшие в чине уездные предводители дворянства (если их не было – старшие в чине уездные судьи). Членами уездного рекрутского присутствия назначались: судья ближайшего приписного уезда, уездный судья и городничий города, в котором открывалось присутствие, офицер-военный приемщик и врач. Старший в чине из уездных судей назначался председателем [2, с. 520-524]. В Олонецкой губернии «за несуществованием … дворянских выборов и следовательно предводителей дворянства» вместо них в рекрутских присутствиях работали уездные судьи [19, л. 29об., 45]. Например, в 1840 г. губернское петрозаводское рекрутское присутствие за болезнью председателя казенной палаты возглавлял старший член палаты губернский контролер надворный советник Крыцин, членами присутствия были советник ревизского отделения казенной палаты надворный советник Муромский, петрозаводский уездный судья коллежский асессор Гуляев, воинский приемщик гренадерского принца Евгения Вюртембергского полка майор Подолецкий, петрозаводский уездный лекарь Трейтер и «для разрешения недоразумений» акушер врачебной управы Блинов, первое каргопольское уездное рекрутское присутствие возглавлял каргопольский уездный судья коллежский асессор Никитин, членами были исполняющий должность вытегорского уездного судьи коллежский секретарь Красковский, каргопольский городничий коллежский секретарь Пушечников, воинский приемщик петрозаводского внутреннего гарнизонного батальона майор Барановский, повенецкий уездный лекарь Поспелов и «для разрешения недоразумений» олонецкий уездный штаб-лекарь Чернявский [28, л. 238-239].
При сдаче в рекруты горнозаводских крестьян и после создания министерства государственных имуществ так же и государственных крестьян к работе присутствий для разбора поступавших от рекрутов жалоб привлекались чиновники местных подразделений соответствующих ведомств. Губернаторы в своих отчетах неоднократно отмечали хорошую работу горного начальника Олонецких заводов полковника Армстронга и чинов палаты государственных имуществ [19, л. 30; 15, л. 364 об.].
Конечно, порой чиновники рекрутских присутствий Олонецкой губернии действовали недостаточно эффективно, что тоже привлекало внимание вышестоящих властей. Например, в годовом отчёте за 1839 г. губернатор счел нужным указать, что «при рассмотрении дел бывшего по сему набору в городе Каргополе первого уездного рекрутского присутствия, по выводам Казенной палаты, оказались разные беспорядки, о коих внесено мною ... представление в МВД и испрашивается разрешение, как на счет порядка отобрания от членов, составлявших рекрутское присутствие, объяснений, так и о м, должно ли быть дело сие передано на рассмотрение уголовной палаты или следует представить его в Правительствующий Сенат» [20, л. 42 - 42 об.]. К сожалению, информации о том, чем закончилось данное разбирательство, у нас не имеется. Тем не менее, можно уверенно сказать, что, в целом, олонецкие рекрутские присутствия справлялись со своими обязанностями на должном уровне: из требовавшихся к поставке в 1833-1874 гг. 18145 рекрутов было набрано «натурой» 15520 человек (85,5%), за 2540 рекрутов (14,0%) были внесены рекрутские зачетные квитанции и не были набраны на службу, то есть остались в «недоимке», только лишь 85 человек или 0,5% от общего числа рекрутов «по раскладке» [4, с. 210].
Как можно видеть, хотя в 1831-1874 гг. размещение и функционирование рекрутских присутствий на территории Олонецкой губернии полностью определялись общегосударственным законодательством, в практике организации рекрутских наборов в 1830-1840-е годы была заметна региональная специфика, которая проявлялась в действиях губернских властей, открывавших для работы только два рекрутских присутствия вместо возможных четырёх. На наш взгляд, это может быть объяснено не только стремлением к экономии государственных средств, но и тем, что территория губернии была относительно небольшой, когда по одному присутствию, расположенному на удобных транспортных путях в западной (г. Петрозаводск) и восточной (г. Каргополь) частях губернии, было вполне достаточно для успешного завершения наборов. Судя по всему, снижение затрат населения при сдаче рекрутов не было приоритетом для высшего губернского руководства в 1830-е-1840-е годы. Ситуация была исправлена в 1849 г. благодаря вмешательству центральной власти, потребовавшей открытия третьего рекрутского присутствия. Кроме того, можно видеть, что губернским властям удавалось хорошо координировать и направлять работу отраслевых сословных органов управления (горнозаводского начальства, палаты государственных имуществ, казенной палаты), что позволило наладить достаточно эффективную работу рекрутских присутствий по сбору рекрутов.

1. Балагуров Я.А. Приписные крестьяне Карелии в XVIII-XIX вв. – Петрозаводск, 1962. 352 с.
2. Высочайше утвержденный Устав рекрутский: именной указ, данный Сенату от 28 июня 1831 г. № 4677 // Полное собрание законов Российской империи (далее – ПСЗРИ). – СПб.: Тип. II Отделения Собственной Его Императорского Величества Канцелярии, 1832. Собрание II. Т. VI. 790 с.
3. Иванов Ф.Н. Губернаторские отчёты как источник по истории рекрутской повинности в Олонецкой губернии в XIX веке // Исторические, философские, политические и юридические науки, культурология и искусствоведение. Вопросы теории и практики. Тамбов: Грамота, 2013. № 7 (33): в 2-х ч. Ч. I. C. 78-82.
4. Иванов Ф.Н. Рекрутская повинность на Европейском Севере России в 1831-1874 годах (по материалам Архангельской, Вологодской и Олонецкой губерний): монография / Ф.Н. Иванов. – М., 2016. 212 с.
5. Государственный архив Вологодской области. Ф. 18. Оп. 1. Д. 1904.
6. Государственное казенное учреждение Национальный архив Республики Карелия (далее – ГКУ НАРК). Ф. 1. Оп.1. Д. 7/1.
7. ГКУ НАРК. Ф.1. Оп.1. Д. 11/17.
8. ГКУ НАРК. Ф. 1. Оп. 1. Д. 12/6.
9. ГКУ НАРК. Ф.1. Оп.1. Д. 16/24.
10. ГКУ НАРК. Ф.1. Оп.1 Д. 17/25.
11. ГКУ НАРК. Ф.1. Оп.1. Д. 19/13.
12. О производстве в 1863 году рекрутского набора с обеих полос империи: Манифест № 38622 от 1 сентября 1862 г. // ПСЗРИ. – СПб., 1862. Собрание II.Т. XXXVII. С. 1–4.
13. Пашков А.М. Олонец в первой половине XIX в. // Олонец: историко-краеведческий очерк: в 2-х ч. – Петрозаводск, 1999. Ч. I. С. 91-117.
14. Пулькин М.В. Карелия в XVIII – первой половине XIX в. // История Карелии с древнейших времен до наших дней. – Петрозаводск, 2001. С. 181-240.
15. Российский государственный исторический архив (далее – РГИА). Ф. 1263. Оп. 1. Д. 1549.
16. РГИА. Ф. 1263. Оп. 1. Д. 2181.
17. РГИА. Ф. 1263. Оп. 1. Д. 3482.
18. РГИА. Ф. 1263. Оп. 1. Д. 3552.
19. РГИА. Ф. 1281. Оп. 3. Д. 64.
20. РГИА. Ф. 1281. Оп. 3. Д. 103.
21. РГИА. Ф. 1281. Оп. 4. Д. 21.
22. РГИА. Ф. 1281. Оп. 4. Д. 24.
23. РГИА. Ф. 1281. Оп. 4. Д. 40.
24. РГИА. Ф. 1281. Оп.5. Д. 21.
25. РГИА. Ф. 1281. Оп. 5. Д. 42.
26. РГИА. Ф. 1281. Оп. 5. Д. 60.
27. РГИА. Ф. 1286. Оп. 4. Д. 799.
28. РГИА. Ф. 1341. Оп. 44. Д. 493.
29. Филимончик С.Н., Гольденберг М.Л. История Петрозаводска: учебное пособие. – Петрозаводск, 2003. 279 с.

https://provincialhisto.livejournal.com/34909.html

///

1839 – 1855

Март 1839 г.
Министром внутренних дел назначен граф Строганов Александр Григорьевич.

Сентябрь 1841 г.
Министром внутренних дел назначен граф Перовский Лев Алексеевич.

11 декабря 1841 г.
Утверждено положение о Медицинском совете МВД, где указывалось:

постановить, что Медицинский совет есть высшее в государстве врачебно-учебное, врачебно-полицейское и врачебно-судебное место,
обязать каждого из членов Совета, управляющего отдельной частью, давать отчет о действиях своих по этой части,
чтобы никакая мера по медицинскому устройству не была представляема на Высочайшее утверждение, без предварительного ее обсуждения в Медицинском совете и т.д.

1842 г.
При Департаменте исполнительной полиции создается временное отделение для "производства дел по обозрению присутственных мест и учреждений Министерства внутренних дел".

Жандармский полк при войсках включен в состав Особого корпуса жандармов.

Март 1842 г.
Для ведения секретного делопроизводства при Министре внутренних дел вновь учреждена Особая канцелярия. Общая канцелярия переименована в Департамент общих дел.

Учреждены должности вице-директоров всех департаментов (раньше такая должность существовала только в Департаменте исполнительной полиции). Эта мера связана с усилением контроля за деятельностью органов местного управления. Руководители департаментов начинают чаще выезжать в губернии Империи.

17 сентября 1844 г.
Начальником III-его отделения Собственной Его Императорского Величества канцелярии назначается князь Орлов Алексей Федорович.

2 января 1845 г.
Получил высочайшее утверждение проект графа Перовского о разделении всех дел поступающих в губернские правления на 3 разряда: судные, которые правление решало коллегиально; распорядительные, которые решались губернским правлением и утверждались губернатором; исполнительные, решаемые вице-губернатором и советниками. Утверждение нового порядка во всех губерниях закончилось в 1852 г.

1846 г.
Издан Устав городских пожарных обществ, согласно которому определялись состав и функции добровольных пожарных команд.

Наиболее боеспособные команды включают несколько отрядов. Например, отряд водоснабжения обеспечивает доставку воды к месту пожара, трубный отряд насосами подает воду на горящий объект, лестничный отряд проникает на верхние этажи и чердачные помещения, топорный - разбирает горящее строение, отряд охранителей - ограждает место пожара от любопытных и мародеров и т.д.

Pogar.png
Пожарная дружина за работой, Санкт-Петербург

1848 г.
При Департаменте исполнительной полиции создается временное отделение для "наблюдения за течением дел арестантских".

Из средств, выделяемых на возведение "присутственных мест", земских сборов и городских доходов около 500 тыс. руб. серебром ассигновано на "устройство исправительных тюрем по системе одиночного заключения".

1850 г.
По распоряжению Николая I в МВД проводится первое сокращение штатов. Число чиновничьих должностей уменьшается на 17 и составляет 270 штатных сотрудников.

1852 г.
Высочайше утверждено положение "О сокращении делопроизводства", после введения которого штат Министерства внутренних дел сократился на 67 чиновников (в том числе два вице-директора).

Август 1852 г.
Министром внутренних дел назначен Бибиков Дмитрий Гаврилович.

1853 г.
Издан закон по которому для усиления патрульно-постовой службы полиции в городах (по аналогии со столицами) формируются полицейские команды из "нижних военных чинов". Их численность определяется из расчета 5 полицейских на 2 тыс. жителей и 10 полицейских во главе с унтер-офицером на 5 тыс. жителей. Полицейские команды комплектовались "неспособными к строевой службе нижними чинами" и подчинялись полицмейстеру.

Объединяются отделения для "производства дел по обозрению присутственных мест и учреждений Министерства внутренних дел" и "наблюдения за течением дел арестантских" Департамента исполнительной полиции.

17 марта 1853 г.
Утверждена "Нормальная табель состава пожарной части в городах". В соотвествии с этим документом штатный состав пожарных команд определяется не по "Высочайшему разрешению", а по числу горожан.

Все города делятся на семь разрядов. К первому относятся города с населением до двух тысяч жителей, к седьмому - до 30 тыс. Число пожарных устанавливалось соответственно 5 и 75 человек, набираемых из военного ведомства. Согласно штату определялась положенность пожарной техники и средств на ее содержание и ремонт.