Николаевы ремесленники ювелиры и их дети Санкт-Петербург

Мастерская знаков и жетонов у фирмы Фаберже появилась только в 1898 году. Это была мастерская Альфреда Тилемана, которая изготавливала почти исключительно юбилейные и другие знаки, жетоны, ордена.
"...Альфред Тилеман приходился дальним родственником Карлу Фаберже.
Франц Бирбаум, главный мастер фирмы Фаберже в своих Записках (1919 г.) после
анализа деятельности мастерских М. Е. Перхина и Н.А. Петрова отмечает: «Третья ма-
стерская – Тилемана изготовляла почти исключительно юбилейные и другие знаки, же-
тоны, ордена. Производство этой работы было некоторым образом вынужденным. Не-
которые клиенты фирмы не удовлетворялись орденами и знаками казенного образца
крайне грубой работы и обращались к фирме за таковыми более художественной рабо-
ты. Этими частными заказами и иногда массовым производством жетонов была глав-
ным образом занята мастерская. По смерти владельца мастерская перешла в ведение са-
мой фирмы и ею управлял мастер В.Г. Николаев». Мастерская Тилемана исполняла
сложные бриллиантовые знаки высших Орденов Империи по заказам Кабинета его Ве-
личества, а также нагрудные и настольные медальоны и статс-дамские знаки. Нагруд-
ные Медальоны, хотя и не были официальными наградами, но по своему статусу стояли
выше орденов, цена их варьировалась от 12 000 до 4000 руб. Настольные медальоны
также можно рассматривать как знак высшей милость Государя. Статс-дамские знаки по
цене 4000 – 6000 орденов по своему статусу также были на уровне орденов и требовали
сложной квалифицированной работы ювелиров. Все эти Ордена и знаки в «бриллианто-
вом» исполнении выполняла мастерская Альфреда Тилемана, которая располагалась по-
сле 1901 года на четвертом этаже главного здания фирмы по Б. Морской улице (с 1902 г.
Морской) и насчитывала порядка 40-50 работников. Сложные эмалевые работы все
главные мастерские дома на Морской улице исполняли в мастерской эмальеров Нико-
лая Петрова (ранее его отца Александра) на нижнем этаже. Также в подвальном этаже
размещались позолотная и футлярная мастерские. Такая специализация способствовала
высшему качеству изделий.
Фирма Фаберже исполнила для Кабинета Его Величества только два Ордена Св.
Екатерины 1-ой степени. Из них второй орден, врученный в 1916 году новой японской
Императрице, исполнила уже в апреле 1912 г. мастерская, формальной владелицей ко-
торой была вдова Альфреда Тилемана Елизавета Максимилиановна, а фактическим ру-
ководителем мастер В. Г. Николаев, который не ставил свое клеймо - именник, а стави-
лось клеймо фирмы. После начала Первой Мировой войны семья Тилеманов была ин-
тернирована, заказы на ордена и знаки продолжали исполнять в той же мастерской, ру-
ководимой В.Г. Николаевым. Таким образом, представленный образец Ордена Св. Ека-
терины, исполненный фирмой Фаберже и, конкретно Альфредом Тилеманом, мастером
исключительно высокой репутации, является единственным в мире..."
форум фалеристика

Миниатюрные эмблемы не только должны быть легко узнаваемы, а поэтому большое внимание уделялось рисунку-эскизу. Требовалась и подлинная виртуозность воплощения. Ведь в одной вещи сочетались как золото и серебро, так и прочие металлы требуемого оттенка цвета, всё обычно обильно дополнялось эмалью, а подчас и камнями. Чёткие силуэты, сложная вязь или идеальный шрифт надписей выгодно отличали эти работы фирмы Фаберже, а поэтому поток заказов не иссякал.
Фирма в 1900-е года выпускала тиражные жетоны " В память Высочайшего посещения". В книге "Жетоны Российской империи" (автор А.Н. Иванов, Москва, 2004 г.) из 200 жетонов 32 изготовлены фирмой Фаберже в разные годы.
Хранившийся в Собственной коллекции императорской семьи жетон Кавалергардского полка в виде полкового флюгера из двух красных и одного белого угла, с накладным золотым вензелем «МФ» в центре, учреждённый в память шефства императрицы Марии Феодоровны 2 марта 1906 года, очень наряден. Мастер применил не только золото, но и серебро, а сквозь прозрачную эмаль просвечивает гильошированный фон.

В 1909 году в Петербурге прошла с большим успехом Международная выставка новейших изобретений имени его императорского высочества наследника и цесаревича и великого князя Алексея Николаевича. Чтобы напоминать об этом событии, мастерская Альфреда Тилемана выпустила круглые серебряные жетоны с цепочкой. В центре лицевой стороны красовался портрет наследника в морской шинели и фуражке, а на обороте чётко читалось название выставки. Экземпляр, поднесённый августейшей чете, сделали особенно тщательно: портрет порфирородного малыша благодаря тончайшей гравировке напоминает, скорее, фотографию, да и надпись на обороте также аккуратно выгравирована. Участникам же выставки раздали на память аналогичные, но уже штампованные жетоны, зато на околышке фуражки высочайшего покровителя престижного мероприятия читались литеры названия императорской яхты «Штандарт».

Мастерской Тилемана приходилось много работать для Императорского Кабинета, заказывавшего всевозможные мелкие предметы для награждения отличившихся. Николай II, посетивший Московский дворянский институт благородных девиц, был доволен увиденным. Особенно ему понравилась выставка рисунков, сделанных институтками под руководством их учительницы Инны Григорьевны Самсоновой (1877–1972), выпускницы Московской школы живописи и ваяния. Преподавательница заслужила высочайшее пожалование: Московский губернский предводитель дворянства передал ей при официальном письме прелестную брошь: двуглавый орёл российского герба как будто парил над лавровым венком. Драгоценный подарок, исполненный из цветного золота, отчасти матового, отчасти полированного, дополняли синие сапфиры и искрящиеся всеми цветами радуги алмазы.
После смерти Альфреда Тилемана мастерская перешла его вдове – Елизавете Максимилиановне (которая доводилась двоюродной племянницей Карлу Фаберже),но фактически мастерской руководил старшиймастер В.Г. Николаев ик апрелю 1915 годамастерская окончательно перешла в ведение фирмы«Фаберже», когда под его руководством из ювелировмастерских Хольминга, Хольмстрема и Тилемана об-разовалась единое подразделение по производствузнаков, жетонов и орденов.Вместе с тем существует проблема атрибуциизнаков и жетонов, производимых мастерской Альфреда Тилемана. Несмотря на то, что ювелир скончался еще в ноябре 1909 года , его клеймомастера «А.Т» использовалось как минимум до 1913 года, так как по Ремесленному уставу вдова имела право продолжать дело покойного мужа и по прошествии года она должна была объявить, желает ли она продолжать его ремесло.

https://culture.wikireading.ru/hupFvnW6ho
Скурлов В.В. (Санкт-Петербург). Дипломатические подарки из Кабинета Его Величества восточным монархиям. Восточный вектор российской дипломатии. Японская империя. 1890 – 1917 гг. Клио. №4 (136) 2018 м.162
http://skurlov.blogspot.com/2022/04/

ТИЛЕМАН Эдуард — Альфред, он же Альфред Рудольфович (1872 – 1910). 1899: Справочная книга Купеческой управы, купец 2-ой гильдии с 1899 г.: Невский, 18, мастерская там же. «Весь Петербург, 1903-1910»: Раздел «Золото и Серебро»: Морская, 24. В 1899 г. предъявил в СПб Пробирное управление золотые изделия. Из семьи потомственных ювелиров. Отец Тилеман Карл — Рудольф, 1867 год: Золотых дел Мастер: Б. Мещанская, 37, кв. 9. С 1873 г. эта улица стала Казанской, где в доме 35 была мастерская А. Хольминга, в доме 36 мастерская А. Хольмстрема, а в доме 39 мастерская Г. Нюкканена). «Весь Петербург за 1895 г.»: мастерская золотых и серебряных изделий, Б. Морская, 11. В этом же доме помещались мастерские Михаила Перхина и Вильгельма Реймера, племянника Карла Фаберже. В 1903 г. Тилеман Карл — Рудольф председатель Иностранной (Немецкой) Ремесленной управы, на праздновании 200-летия Петербурга нес знамя Управы. Член Германского благотворительного общества. Вместе с Альфредом работал его брат Отто Рудольфович, золотых дел мастер (умер в 1914 г.).

В 1894 или 1895 году ВЛАДИМИР ГАВРИЛОВИЧ НИКОЛАЕВ женился на белошвейке ИРИНЕ СЕРГЕЕВНЕ БОГДАНОВОЙ, родившейся в Олонецкой губернии в 1868 году. (пока не удалось найти ее свидетельства о рождении)

Ирина Сергеевна была замечательной портнихой. Она была очень хрупкой женщиной. Сохранилась ее приталенная блузка, которая подходит по размеру на 12-13-летнюю девочку, а ее колечко можно было надеть только на мизинец.
Осталась опись вещей, которые принадлежали молодоженам. Из больших вещей у них в хозяйстве были кровать, два стула, стол и швейная машинка. Главным богатством была щвейная машинка и их "золотые руки". Постепенно благодаря трудолюбию их благосостояние возрастало.

У них родилось четверо детей:
Николай 1896 г.р.
Варвара 1898 г.р.
Александр 1900 г.р.
Анна 1902 г.р.

Когда младшей дочери, Ане, исполнился год, они сняли на лето домик в финской деревушке у Черной речки возле деревни Дыбун. Сняли
маленькую комнатку в крошечном деревенском домике у ключа. Этот домик до войны (1941-1945) был еще цел. Размерами он не превышал
деревенскую баню, да формой сруба тоже. В этом домике они провели летнее время несколько лет подряд. Незадолго перед
этим, в 1902 году, из расположенного рядом имения под общим названием «Осиновая роща», принадлежавшего княгине Марии
Владимировне Вяземской и доставшегося ей по наследству от ее отца, графа Владимира Васильевича Левашова, был выделен возле
деревни Дибун участок земли, который был поделен на участки для продажи под дачи. Были сделаны просеки под будущие
улицы, по бокам которых были вырыты канавы, а около ветки Финляндской железной дороги построена платформа,
получившая название – Графская (Песочная после революции). Все улицы в поселке получили названия по имени детей княгини,
а последняя, одиннадцатая, была названа Безымянной. Пересекающий их центральный проспект стал Вяземским. Все
названия сохранялись до послевоенного времени, когда и туда докатилась мода на переименования.

Один из участков купил Владимир Гаврилович и начал строить дачу по адресу Лидинская 38 (теперь ст. Песочная, Школьная 38). В купчей было обозначено,
что она заключена между поверенным законноправоспособной Княгини Вяземской, урожденной Графини Левашовой, Статским
Советником Александром Никандровичем Андреевым и С.Петербургским ремесленником Владимиром Гавриловичем
Николаевым, который жительствует в Петербургской части, по Введенской улице №17. Купчая была на покупку Николаевым
«одного пустопорожнего участка земли под № 152 по Лидинской улице» с растущим на нем лесом. «Участок заключает в себе меру
четыреста квадратных сажен».
«И взял Андреев для доверительницы своей за тот участок ШЕТЬСОТ РУБЛЕЙ со всеми расходами по совершению и утверждению сего акта на счет
покупщика и с тем, что на проданном участке не могут быть устраиваемы трактирные и чайные заведения, пивные лавки, а
также и другие какие либо заведения, торгующие питиями распивочно и на вынос.».
Купчая была совершена 13 августа 1909 года и.д. Старшим нотариусом Рачинским в конторе нотариуса Каченовского по Литейному проспекту. Выписка из крепостной была написана на
гербовой бумаге, внесена в нотариальный архив С Петербургского суда и заверена печатью.
(Из воспоминаний внучки В.Г.Николаева Н.Б.Ильинской)

Покупка земли и постройка дома была сделана из коммерческих соображений. Владимир Гаврилович решил построить дом, жить в нем пока его сделают, а потом
продать. На участке дом и построен был в глубине, сбоку, чтобы потом спереди можно было поставить еще один маленький дом для себя.

В начале в глубине участка из растущих в нем деревьев был построен небольшой домик, а позже он был расширен до сравнительно большой двухэтажной дачи с пристроенной баней
и даже башенкой. Дом строился по частям, и вся семья жила за городом. Там в Песочной ИРИНЕ СЕРГЕЕВНЕ стало плохо, врач велел лежать, но ухаживать за ней было некому, так как муж ее был в городе
на работе. У Ирины Сергеевны был порок сердца и последние годы жизни она много болела. Она скончалась на даче в октябре 1910 года и была похоронена на Митрофаньевском кладбище. Часто в Петербург приезжала мать Ирины Сергеевны Анна Богданова из Олонецкой губернии. В момент смерти дочери ее не было в Петербурге.

Дети Николаевы на даче: Коля, Варя, Шура и Аня

Входил Владимир Гаврилович и в церковный совет местной церкви Серафима Саровского в Графской.

Церковь стоит на участке, выделенном из имения «Осиновая Роща» графиней Ольгой Викторовной Левашовой (урожденной Паниной) для постройки детской летней колонии для беднейших детей, обучающихся в школах Общества, и церкви при ней. Деньги на строительство собирались по подписке, а самый большой вклад внёс купец первой гильдии Евстифеев Василий Евстигнеевич, награждённый за это орденом Святой Анны Ш степени. Освящал церковь епископ Ямбургский Сергий (Страгородский), будущий патриарх Московский и всея Руси.
Первый настоятель храма — протоиерей Иоанн Кронштадтский и св. муч. Философ Орнатский. С ростом числа жителей нового посёлка усиливалось значение церкви, богослужения в которой стали совершаться не только летом, но и зимой при пении народного любительского хора. В летнее время число богомольцев было столь велико, что церковь не вмещала всех желающих. После революции 1917 года налаженная церковная жизнь меняется. Философ Орнатский вместе с сыновьями Николаем и Борисом был арестован в августе 1918 года.

Википедия.

На фотографии в центре в светлой шляпе на паперти сидит В.Г. Николаев с прихожанами.