Капустин яр Астраханская область (Российская Федерация) : ВГД

Glupshev написал:

[q]
Здравствуйте!
Рядом с г. Капустин Яр чуть выше по течению Ахтубы располагалось владельческое с. Никольское Зубовка тож, основное между 4 и 5 ревизиями. Подскажите, пожалуйста, может кто располагает какой-нибудь информацией о нем? Особенно интересуют ревизские сказки.
[/q]

Село Зубовка.
Село Зубовка имела и другое название Николаевка или Никольское. Жизнь на Ахтубе мало отличалось от других селений, кроме одного – относительной малочисленностью и бедностью. По уточненным данным село Зубовка появилось примерно в 1789 году и это единственное село на Ахтубе было частновладельческим. Тот самый незначительный процент крепостного населения в Царевском уезде был именно из-за этого села.
В 1785 году стали отнимать у Ахтубинского шелкового завода землю и отдавать частным лицам. Всего земель было 300000 десятин, отдали чуть более 105 тысяч, в том числе графу Зубову чуть более 5 тысяч, позже еще 77000. В 1789 году земля была отмежёвана и граф Зубов поселил своих крестьян из белорусского поместья на реке Ахтубе. В 1798 году были по жалобам поселян Ахтубинских шелковых заводов обмежеваны земли АШЗ и земли графа Зубова были найдены незаконопринадлежащими (в том числе решением Сената), а из-за малозаселенности местности все оставить как есть, но взыскать с графа по 1 рублю пашенной и по 2 рубля лесной, все 460 душ (на две деревни, в том числе наша Зубовка была значительно меньшей), по 15 десятин на душу. Граф (с 1793) Александр Николаевич Зубов (1727—1795) — тайный советник, сенатор, родоначальник всех графов Зубовых, после него эти имения отошли генерал-майору его младшему сыну графу Дмитрию Александровичу Зубову (1764—1836). 19 мая 1806 года деревни графа Зубова, лежащие на реке Ахтубе, в том числе и Николаевка Зубовка тож, состоявшие с 1785 года в Черноярском уезде Астраханской губернии, были переданы в Царицынский уезд Саратовской губернии. Граф переселил сюда своих крестьян из великорусских губерний. В 1831 году имения графа Д. А. Зубова перешли к княгине Прасковье Николаевне Голицыной (урожденная Матюнина, 1798—1881), которая в 1861 году освободила 236 ревизских душ, которые проживали в 65 дворах. До этого 15 душ занимались издельным тяглом (надо было накосить по 10 стогов сена), 79 человек состояли частично на оброке, частично на барщине. Всего усадебной земли было 8,99 десятин, а на душу полагалось всего 0,04 десятины, все угодья не разделены были между собой. Лесом пользуются для отопления и починок. Всего полагалось удобной земли крестьянину 5,89 десятина и 0,42 десятины, которой он еще не пользовался. Величина денежного оброка с тягла составляла 22 рубля 28 копеек. Добавочная работа к оброку каждого тягла составляло накашивание одного стога сена. В 1856 году княгиня Прасковья Николаевна Голицына учредила в своей московской усадьбе домовую церковь во имя иконы Божией Матери «Всех скорбящих радость». Храм, освящённый 18 (29) октября 1856 года митрополитом Филаретом (Дроздовым), стал ядром будущего Скорбященского монастыря, этот день считается днём основания обители, а основательницей была дочь Владимира и Прасковьи Голицыных — Александра Владимировна (1831—1900). Первый приют для иногородних монахинь был учреждён в 1865 году; к нему вскоре добавилась больница в стенах голицынского дома. Наконец, 6 сентября 1889 Синод официально преобразовал голицынский приют в «общежительный женский монастырь». Муж княгини князь Владимир Сергеевич Голицын (1794—1861) — тайный советник, генерал-майор, участник Наполеоновских войн и Кавказских походов; знакомый Пушкина и Лермонтова, известный меломан и музыкант.
Известный саратовский краевед Андрей Филиппович Леопольдов (1800-1875) в 1837 году посетил наши края и отметил возле деревни Зубовки «развалины зданий, представляющие ряд правильных укреплений с валами и бастионами: внутри находились два здания, связанные между собой переходом или аркою, одно огромнее другого, но в обоих заметна роскошь материалов». А неменее известный российско-латышский археолог Франц Владимирович Баллод (1882—1947), немало работавший в наших краях как раз во время гражданской войны заметил, что это показатель наличия одного или нескольких ханских дворцов в Сарае.
Надо заметить, что не все села могли в чем-то конкурировать и чего-то у них было в избытке, но иногда и выжить помогала какая-нибудь случайность.
Известный писатель и историк Даниил Лукич Мордовцев (1830-1905) в 1873 году писал: «Одного не знали, что на Ахтубе нужно было сеять пшеницу. Только несколько лет ахтубинская пшеница получила известность, и чем дальше, тем шире должна расти эта известность. Теперь там уже закупаются значительные партии пшеницы для отправки на заграничные хлебные рынки, хотя, в сущности, Ахтуба с этой стороны почти никому неизвестна в Поволжье. Хлебные торговцы, особенно из Камышина и Саратова, впервые проведавшие об ахтубинских богатствах, не любят даже громко говорить об этом предмете, как рыбаки у воды, „чтоб не распугать рыбу“, или как золотопромышленники, почуявшие о нахождении новых приисков.
— Аль на Ахтубе пшеничное золото лопатами загребали, что долго вас не видать было? – спрашивает один купеческий приказчик другого.
— Типун тебе на язык — не кричи: услышат хлебники, — как саранча налетят, цену собьют, мужика от рук отобьют, — отвечает этот последний.
Но здесь хлебная почва спорит еще с солончаком. Ахтуба — это нечто вроде долин реки Нила, который илом своим обогащает скудную египетскую почву. То же делает и Волга с ахтубинскими притоками, только на Ахтубе это плодородие создавалось долгими годами».
В 1902 году в Зубовке занимались хлебопашеством 128 дворов, при этом имели собственные плуги 83 двора, а 45 дворов не имели собственных плугов. Да и все эти плуги были простые, несовременные. Крестьянин Конякин арендовал у сельского общества сенокосный участок в 100 десятин по 75 рублей, то есть за 7500 рублей в год, при этом само общество арендовало три казенных участка 4285 десятин за 2227 рублей в год. Никаких сельскохозяйственных машин и механизмов в селе не использовалось. Всего 141 двор, из них 102 имели лошадей, 39 не имели, рогатого скота имели 91 двор, 50 не имели, овец и коз имелось в 71 дворе, не имелось в 70.
Уже упоминаемый не раз нами Иван Иванович Солосин (1875-1938) в 1907 году застал такую картину: «село Зубовка издали, кажется, стоящим на довольно высоком плоскогорье. В дальнейшем своем течении Ахтуба делится на несколько рукавов, то расходящихся, то соединяющихся (в одну реку), образующих мелкие заливы и озера в займище. Далее, чем ближе к среднему течению, тем Ахтуба делается мельче, уже. Левый берег ее здесь снова понижается, в некоторых местах он – такой же низкий, пологий, как и правый (напр. против села Пологого Займища), изредка рукава Ахтубы, уклоняясь от нее влево, в степь, образуют берег довольно крутой, обрывистый (как напр. против села Капустина Яра). Такие рукава Ахтубы, врезывающиеся в степь, называются общим именем «Подстёпок». Следующее за Колобовкой село Зубовка (бывшая дер. гр. Зубова). О времени заселения ее сведений не удалось достать. Говорят, что это одно из старых сел на Ахтубе. Крестьяне Зубовские, бывшие крепостные гр. Зубова, называют себя выходцами из Воронежской, Курской и Тамбовской губ. Некоторые из стариков говорили, что отцы их «пришли из Польского краю, их поляками дразнили». Есть основание думать, что это переселенцы из Белорусского края. Зубовка — небольшое сельцо душ около 1.000 обоего пола. Здесь — церковь и 1 школа церковно-приходская. Зубовцы владеют сравнительно хорошими рыболовными участками на Ахтубе и потому более других ахтубинских крестьян занимаются рыболовством. Ловят частиковую и красную рыбу (осетров, севрюг, стерлядей). Рыболовство занимает второе место в промысле Зубовцев, после хлебопашества и связанного с ним скотоводства. Многие из крестьян летом живут отдельно от села в степи по хуторам. Здесь они на своих участках засевают хлеб, разводят бахчи, а в займище у них — прекрасные сенокосы… В с. Зубовке — в подавляющем большинстве живут великоруссы, прибывшие сюда. Среди населения вкраплены и малоруссы, но они настолько уже ассимилировались, численно превосходящим их великоруссам, что, кажется, ничем не отличаются от них по наречию и образу жизни».
В 1914 году в Зубовке (Никольском) было 1004 жителя, а в 1917 году уже 1272.
В гражданскую войну небольшая Зубовка стала одним из главных пунктов войны в Заволжье: красные войска не могли вести свою флотилию выше этого населенного пункта по Ахтубе в 1919 году. 15 июля в Зубовке появляются белые после ожесточенного боя, а в а 1 ноября белых выбили. Священником местной Николаевской церкви был самарский уроженец Власий Дмитриевич Киселев, перемещенный 9 августа 1917 года из Покровской церкви села Пришиба Царевского же уезда. Понятно, что в эпоху войн и революций служить в данном селе было непросто и его печальная судьба тому подтверждение. Он был осужден по обвинению в контрреволюционной деятельности и приговорен к расстрелу с заменой казни на ссылку в лагерь на 10 лет, где он и скончался. Да и церковь, построенная еще в 1884 году, 20 лет была приписной к Колобовской Михаило-Архангельской, была закрыта в 1934 году. Не сохранилось ни одной фотографии ни села, ни церкви.
Новая власть мало что хорошего дала селу, а коллективизация выявила, что и в относительно бедной Зубовке тоже, оказывается, есть кулаки.
Во время войны в Зубовке был расквартирован 190-й запасной пехотный полк, который 23 августа 1942 года был отправлен в Сталинград на пополнение 64-й армии.
Решением Сталинградского облисполкома от 09 июля 1953 года № 24/1600 в Ленинском районе были объединены следующие сельсоветы: Буденновский и Зубовский - в один Буденновский сельсовет, центр – поселок Ильичевский, с включением в Буденновский сельсовет следующих населенных пунктов: пос. Буденного, пос. Тракторострой и пос. Ильича. Решением Сталинградского облисполкома от 24 октября 1957 года № 23/591 в Ленинском районе были переименованы следующие сельсоветы и населенные пункты:. Буденновский сельсовет переименован в Степновский сельсовет и центр этого сельсовета пос. им. Буденного в пос. Степной. Так прекратило свое существование одно из самобытных селений на Ахтубе — Зубовка.