Употребление терминов "Россия", "Русь", "русский"

На сайте ВГД собираются люди, увлеченные генеалогией, историей, геральдикой и т.д. Здесь вы найдете собеседников, экспертов, умелых помощников в поисках предков и родственников. Вам подскажут где искать документы о павших в боях и пропавших без вести, в какой архив обратиться при исследовании родословной своей семьи, помогут определить по старой фотографии принадлежность к воинским частям, ведомствам и чину. ВГД - поиск людей в прошлом, настоящем и будущем!

Вторая «волна» переселенцев в Чугуев представляла собой попа Игнатия Якимова с семьей, пономарем, дьячком, просвирницей и 50 человеками паствы пришедших из литовского города Санжары (совр. Старые Санжары в Полтавской обл.) в 7147 (1639?) году. В архиве Разрядного приказа сохранилось несколько челобитных от попа Игнатия Якимова. 21 февраля 7147 (1639) года в отписке из Белгорода стольник и воевода князь Петр Пожарский уведомлял царя, что 6 февраля того же года приехал из Чугуева «перехожей из литовские стороны поп Игнатей Якимов», которого он послал в Москву. В Разрядном приказе поп Игнатей был допрошен и сказал о себе следующее: «…вышол он на Г[о]с[у]д[а]р[е]во имя из литовские стороны из города Санжара з женою и з детми во 146-м году в Петров пост от изгнаня папежан да с ним вышло детей ево духовных черкас с 50 ч[е]л[о]в[е]к з женами и з детми и поселилис на Чюгуеве городе и дворами построилис а у нево Игнатя на Чюгуеве жена Овдотя Иванова дочь детей с[ы]н Ивашко 16 лет Оксенко 10 лет да дочерей Анютка 12 лет Марица 8 лет Палагейца 4 лет Парасковица 2 лет. Да с ним же вышли дьячек ц[е]рковной пономар просфирница». Находясь в Москве, 8 апреля 7147 (1639) года поп Игнатий Якимов подал челобитную царю следующего содержания: «…выехал я нищей твой Г[о]с[у]д[а]рь б[о]гомолец к тебе праведному и великому Г[о]с[у]д[а]рю из литовские стороны из города Санжарова за тебя праведново Г[о]с[у]д[а]ря Бога молит з женишкою и з детишками по кончину живота своего и с тех Г[о]с[у]д[а]рь мест и по ся место как Г[о]с[у]д[а]рь я выехал живучи на Чюгуеве дворишко устроил и помираю голодною смертью и книг у меня никаких нет впред за тебя праведново Г[о]с[у]д[а]ря Б[о]га молит непочему М[и]л[о]с[е]рдый Г[о]с[у]д[а]рь Ц[а]рь и великий кн[я]зь Михаило Федорович всеа русии пожалуй меня б[о]гомолца своево кн[и]гами рускими по чом бы за тебя праведново Г[о]с[у]д[а]ря Б[о]га молит и вели Г[о]с[у]д[а]рь мне дати свое Г[о]с[у]д[а]р[е]во жаловане…».

Будучи порубежным городом Русского государства, Алешня активно заселялась в 1640/50-х годах выходцами из Московского государства и соседней Литвы. При переходе на новое место жительства служилые люди «целовали крест» на верную службу царю. Особенно это касалось тех переселенцев в Алешню, которые пришли в Русское государство из соседней Литвы, их называли «черкасами» (современные украинцы). В архиве РГАДА сохранился текст «крестоцеловальной записи» 1647 года, посланной из Разрядного приказа алешанскому воеводе князю Юрию Никитичу Борятинскому.

Документ начинается так: «Целую кр[е]ст Г[оспо]д[е]нь Г[о]с[у]д[а]рю своему Ц[а]рю и великому кн[я]зю Алексею Михайловичю всеа русии на том бысти мне ево Г[осу]д[а]р[е]ве стороне к Московскому Г[осу]д[а]рству на вечное житие з женою и з детми в ыные Г[осу]д[а]рства в Литовскую сторону мне самому не соити и детеи своих и братии и племянников и иных никаких людей неотпускат и с Литовскими людми ни на какое из менное дело не ссылатца и никоторого дурна с литовскими людми не советоват…». Тут мы видим запрет на побеги и выезд в соседнюю Литву из Алешни (Русского государства).

Следующим по тексту является: «…и оприч Г[осу]д[а]ря своево Ц[а]ря и великого кн[я]зя Алексея Михаиловича веа Русии на Владимерское и на Московское Государство и на все великие Г[осу]д[а]рства Росииского ц[а]рствия и нового Г[осу]д[а]ря из ыных Г[осу]д[а]рств Литовского и немецкого королей и королевичей и из розных земел царей и царевичей и из руских родов никово нехотети…». В этом запрете мы видим боязнь правительства повторения Смутного времени начала XVII века, когда на трон Русского государства претендовали самозванцы Лжедмитрий, польский королевич Владислав IV. На момент написания крестоцеловальной записи в Речи Посполитой еще находился самозванец Ян Фаустин Луба, выдававший себя за чудом спасшегося сына Лжедмитрия и Марии Мнишек. Первыми упомянуты Московское, Владимирское княжества и только затем упомянуто «все великие Росииские царствия».

Поцеловавшие крест алешанцы должны были зорко следить за возможными изменами и заговорами против царя Алексея: «…а хто не станет Г[осу]д[а]рю Ц[а]рю и великому кн[я]зю Алексею Михаиловичю всеа русии служити и прямити или хто учнет с ызменники или с тотары или с литовскими и с неметцкими людми ссылатца на какое изменное дело и мне с теми людми за Г[осу]д[а]ря своево и за ево Г[осу]д[а]рства бится до смерти и изменников имая приводити к Г[осу]д[а]рю и к ево Г[осу]д[а]р[е]вым бояром и в городех к воеводам и к приказным людем а самому мне никакой измене и к воровству ни х какову и ни х какой к воровской прелести непристават…».

Заканчивается крестоцеловальная запись следующим образом: «Целую сеи Святыи животворящий кр[е]ст Г[оспо]д[е]нь на том на всем как в сей записи написано по тому мне Г[осу]д[а]рю своему Ц[а]рю и великому кн[я]зю Алексею Михаиловичю всеа русии служити и прямити и добра хотети во всем правду безо всякие хитрости и до своево живота по сему кр[е]стному целованю».

Все алешанцы (русские, черкасы) в 1648 г. присягали в службе царю Алексею Михайловичу. Как увидим из последующих событий, верой и правдой служили своему Государю.

«Русь или Московия?» (свидетельства иностранцев)

Среди сторонников обособленного «украинства» или «литвинства» главным тезисом является демонстративное непризнание в качестве правопреемника Домонгольской Руси сформировавшихся княжеств Северо-Восточной Руси. Сторонники данных политических течений называют Северо-Восточные княжества не иначе как «Московия», а население «московитами». Причем, наиболее радикальные «историки», исповедующие «украинство» или «литвинство», апелируют простейшим трюком, приводя в качестве «аргументов» всевозможные Западноевропейские карты, планы XVI-XVII вв. с обозначением «MOSCOVIA». Недалекий же обыватель и вовсе скатывается в область примитивных исторических «анекдотов» и «агиток», распространяя глупое утверждение, что «Московия стала «Россией» по указу Петра I в 1721 году для европеизации московитов». А часть «историков» из медийного поля (например, Владлен Ростиславович Мараев), являющихся убёжденными сторонниками «украинства» и вовсе транслируют абсурдный тезис о «присвоении московитами Руси». Подобные антинаучные и политизированные вбросы стали возможны по причине отсутствия обширного фактического материала (архивных первоисточников) в открытом доступе. Основной массив делопроизводства XVI-XVII вв. находится в России (архив РГАДА), но недоступен для широкого круга лиц и исследователей. По этой причине, подобные инсинуации оказались возможны в цифровом XXI веке.

Однако, даже при беглом изучении документов делопроизводства Русского государства XVII века, можно сделать наблюдение об использовании терминов «Русь», «Россия», «русский» и самоназвании наших предков. Об употреблении термина «Россия» и «русский» как самоназвании наших предков свидетельствовали и иностранцы, побывавшие с России. Наиболее яркую и лаконичную трактовку различия терминов «русский» - «московит», «Россия» - «Московия» дал очевидец и участник Смуты начала XVII века французский наёмник Жак Маржерет. В книге, которая была издана 2 марта 1607 года в Париже, он поместил «Extraict du Privilege du Roy» (Предуведомление к читателю), в котором содержится интересующий взгляд иностранца на Россию и русских конца XVI – начала XVII вв. Приведем его.

«Эти Русские, с некоторых пор, после того, как сбросили иго Татар, и Христианский мир получил о них некоторое представление, стали называться Московитами, по имени столичного города Москва, обладание которым дает герцогский титул, но не первый в стране. Ибо некогда государь именовался Великим герцогом Владимирским и поныне продолжает именовать себя Великим герцогом Владимирским и Московским. Таким образом, не только мы, удаленные от них, но и ближайшие их соседи впадают в ошибку, именуя их Московитами, а не Русскими. Сами же они, когда их спрашивают, какой они нации, отвечают «Руссак», что означает — Русские, а если спрашивают, откуда они, то отвечают «из Москвы» - из Москвы, Вологды, Рязани или из других городов»

Уделяет внимание Жак Маржерет и титулатуре царя, с которой он безусловно был знаком.

«Об этом я хотел предуведомить читателя, чтобы он знал, что русские, о которых идет здесь речь – это те, кого некогда звали Скифами, затем, по ошибке – Московитами, хотя московитами могут называться жители одного лишь города, все равно как если бы всех Французов начали бы называть Парижанами по той причине, что Париж – столица Франции, да и то с большим основанием, поскольку Париж является столицей с незапамятных времен, а Москва – всего лишь сто или двести лет. Также краткий титул их Государя — «царь Господарь и Великий князь всея Россия», что дословно означает: «Король, сеньор и великий герцог N всех Русских», или можно понимать также: «всей России», но отнюдь не «Московитов» или «Московии». А чтобы отличать Черную Россию от этой, Поляки все расположенное по ту сторону Днепра зовут Белой Россией, иначе же, без такого различения, в этом сочинении будут все время путаться, поскольку речь здесь идет только о Белой России, некогда Скифии, а ныне – Московии».

В прошлом 1699-м году декабря в 7 день к великому государю и великому князю Петру Алексеевичю всеа Великия и Малыя и Белыя Росии самодержцу присланы з Дону с отпискою атамана Фрола Минаева с товарыщи, и всего атаман Лукьян Максимов, ясаул Ларион Кузьмин, рядовых казаков РУСКИХ 102 человек, калмыков 13 человек, всего РУСКИХ и калмыков 117 человек, бити челом ему, великому государю, о его великого государя годовом жалованье против прошлых лет"

Источник: https://vk.com/wall5680621_492

«Измена черкас в Чугуеве и попытка перебить русских людей в 1641 году»

Черкасы были выбиты их города, среди взятых пленных оказался и черкашенин станичный голова Мартынко Хмель. Воевода Кокорев велел стрелецкому сотнику Ивану Крюкову его пытать об измене. Стало ясно, что измена была поощряема извне, из Полтавы. С пытки черкашенин Мартынко сказал следующее.

«...а с пытки Мартынко говорил наперед де сево присылан лист из Литвы к сотником черкаским к Онопрейку Попову с товарыщи а велено де ему Онопрейку итить в Литву беспенно и Онопрейко де Попов с товарыщи писал против того в Литву привел де я на Чюгуево черкас могу де я и опять свесть в литовскую сторону и Онопрейко поехал к Москве и они де без нево в Литву не пошли дажидались ево Онопрейка да в Великий пост прислал лист ис Полтавы к сотнику к Степанку Степанову а с кем тот лист прислан тово де он не упомнит а велено итить в Полтаву а чугуевских служилых и жилецких и всяких людей высечь и они де черкасы хотели побивать как пойдут в Светлое Воскресене к заутрени и руские де к заутрени пошли не все и учели стрелять и с пищалей и они де чая что руские люди в тот день сведали другая де у них мысль была вызвать руских людей чюгуевцов и московских стрельцов за острог и в те де поры тех людей де побивать в остроге и по караулом сечь а гетмана им убить а сына ево с собою взять за то что де гетман с ними ни о чем не думал».

Источник: https://vk.com/wall-213154198_89

«Турецкие вкусы на русских пленниц»

Истории русских пленников встречаются гораздо чаще, поскольку после долгих лет плена мужчинам, как правило, удавалось вернуться на Родину путём выкупа (частного или государственного), побега или отпуска самим хозяином по причине старости и т.д. Иначе обстояли дела с русскими пленницами, захваченными татарами и уведёнными в Крым и затем проданными в Турцию. Для таких несчастных плен оказывался билетом в один конец.

Между 1665 и 1666 годами в Стамбуле некий турок, тяжело заболев, решил отпустить на волю свою русскую пленницу («жонку») по имени Анна. На арабском, писарем Алеем Асановым была написана грамота, в присутствии свидетелей («послухов»): Агмета Шеребея Серблюкова, Алея Алебека Мегеремова, Олиши Аристова, Осан Обдулы, Бажелей Муратова и Малика Биразова. В этой отпускной грамоте, чувствуя приближение смерти, турок писал: «В Цареве Городе сулейском монастыре яз Мурат Пиразав сын от своих прямова животы московскую руского роду жонку Анну а приметы ей брови жолты сера глаза ростом середнея лицо жолто отпустил по душе своей на волю за то что на том Свете душа моя была от Бога была в покое а вперед да нея никому по сей отпускной грамоте дела нет а на то сиделцы и послуси Агмет Шеребей Серблюков да Алей Алебек Мегеремов да Олиша Аристов да Осан Обдулыл да Маябул Аюстом да Бабажелей Муратов да Малик Биразов а писал лета 1076 году месяце шеввале а писал отпускную сею в Костен тенполи Хадей имя Алей Асенав и печат свою приложил». Грамота была написана в месяце шеввале (месяц исламского лунного календаря, соответствующий периоду с 10 апреля по 8 мая) 1076 года хиджры.

Пленница добралась в Москву, где отпускная грамота была переведена с арабского переводчиком Кучуком Сакаевым. Благодаря короткому описанию внешности русской пленницы, мы можем представить невысокую девушку с серыми глазами, русыми волосами («брови жолты») и светлым лицом.

Употребление слова "русак" в значении "русский человек" в 1-й пол. XVII века

"Да тово ж... числа (4 ноября 1632 г.) вышел из-за рубежа (в Рыльск) из Новгородсково уезда (Новгород-Северского) из деревни Шалыгиной руской мужик Ивашка Гаврилов з женою и з детьми. А в роспросе ... скозал родом де он, Ивашка, Смоленсково уезду, а взяли де ... ево в полон литовские люди малово тому ныне дватцать шесть лет и из литовские де земли пришол он в Новгородцкой уезд в деревню Шалыгину и жил в деревне Шалыгине года с четыре"
(*челобитная воеводы Василия Ромодановского в Разрядный приказ)

"...перешли в Рылеск... из-за рубежа литовские пашенные люди Ромашка Григорьев да Евсютка Миколаев сын Коробаев да русак руской человек Ивашко Гаврилов з женами и з детьми. И ты б тех литовских выходцев приведчи ко кресту велел им жить в Рыльску на посаде до нашего указу ... и ты б тех перехожих литовских людей и русака Ивашка Гаврилова с товарыщи з женами и з детьми ... прислал к нам к Москве"
(*ответ Ромодановскому из Разрядного приказа)

Употребление терминов "Россия", "Русь", "русский"

Употребление терминов в самом Русском государстве, самоидентификация народа