Родные места

На сайте ВГД собираются люди, увлеченные генеалогией, историей, геральдикой и т.д. Здесь вы найдете собеседников, экспертов, умелых помощников в поисках предков и родственников. Вам подскажут где искать документы о павших в боях и пропавших без вести, в какой архив обратиться при исследовании родословной своей семьи, помогут определить по старой фотографии принадлежность к воинским частям, ведомствам и чину. ВГД - поиск людей в прошлом, настоящем и будущем!

Лопаточник из деревни Нушполы — это предмет, созданный в начале XX века. Он представляет собой изделие прямоугольной формы, длинное, неширокое, с треугольным верхом, сплетённое из бересты. На нём нанесён рисунок «в шахмат». Предназначен для хранения на поясе бруска для заточки косы во время косьбы.
Лопаточник происходит из деревни Нушполы Талдомского района Московской области. Автор — неизвестный мастер. В 1975 году объект поступил в Сергиево-Посадский государственный историко-художественный музей-заповедник от В. М. Барышова.
https://archivogram.top
https://goskatalog.ru/portal/#/collections?id=27753740

Надежда Александровна Беляева
https://m.vk.com/wall-21928110...3602070355

По новой дороге в новые Нушполы (фрагмент):
Въезд в Нушполы с загорской стороны ощущается как некое открытие. Отсюда деревня воспринимается совсем по-другому, чем по привычной дороге из Павловичей, как будто бы это новое место. И кажется, что именно на загорскую дорогу и ориентирован «парадный подъезд» деревни, потому что сразу же попадаешь в общественный центр. Самотовинская дорога упирается в необычное строение — в общем-то стандартное здание, но с деревянным теремным кокошником. Это клуб. Рядом с ним, слева, совсем свежее здание с островерхими скатами. Новый детский сад. А чуть поодаль, справа, опять новая островерхая крыша. Новый медпункт. Въездные «ворота» образуют магазин слева и столовая справа.
Далее этого центра надо представить себе поперечный нушпольский проспект с жилыми домами. «Проспект» потому, что улица широка, проезжая часть заасфальтирована, у домов проложены тротуары, скрытые сейчас под снегом. Конец улицы к речке Нушполке, по дороге на Павловичи, более длинный, основной. Другой конец, тупиковый, теперь стал тоже аккуратнее: по топкому прежде краю по ложен асфальт. За селом расположилась главная производственная база, ради которой и отстраиваются Нушполы, — обширный животноводческий комплекс.
Да, это новые Нушполы, преображенные за каких-то два года по плану социального переустройства села. Тому, кто давно здесь не был, деревню не узнать. А уж сравнивать с теми временами, когда старинные Нушполы были волостным центром, и вовсе не приходится.
Давайте, однако, заглянем в новые строения. Хозяином у медпункта и детского садика пока сторож. Поскольку в этих домах-теремах всё уже сдано под ключ, но не хватает кое-чего из оборудования, вот и приходится эти ключи держать на руках.
Наш гид, давно живущий в Нушполах, участник войны, с охотой и личной гордостью раскрывает хоромы и показывает их. «Это же прекрасно!» — приговаривает он, вводя нас в медпункт.— Смотрите: комнатки чистенькие, светлые, просторные, отделаны красиво... Паркетик... Батарейки теплые, от фермской котельной греются... С особым удовольствием он демонстрирует сантехнику в действии. А затем по причудливой лесенке ведет нас во второй этаж, под островерхую крышу, в жилье фельдшера. «Скоро сюда переедет наш медпункт, вот только, говорят, еще немного оборудования нужно...». Примерно то же повторяется и в детском садике. Он побольше медпункта, и жилье наверху попросторнее. Впереди — прогулочно-игровые павильоны, опять островерхие, с резьбой. Садик рассчитан на двенадцать-пятнадцать ребятишек. «На все места уже записались... И заведующая есть», — сообщает наш проводник. А задержка с открытием из-за электроплит.
Позже директор совхоза «Красные всходы» Г. Мирошниченко пояснил, что и детсад, и медпункт, пожалуй, откроют в январе.
А теперь посмотрим новые усадебные дома. Их четырнадцать. Новые дома ставили на свободных местах деревни, заполняя образовавшиеся проемы.
Дома трехкомнатные, с коридорной системой, просторной прихожей и кухней с привозным газом, с ванной, автономной котельной. Две веранды — поменьше и совсем просторная. Одним словом, квартиры городского типа, если не считать, что приходится возиться с топливом. Зато свободно в этих домах чисто по-деревенски, не чета городу.
Первой хозяйкой, которая встретила нас в своем «коттедже», была восьмилетняя Наташа Белова. Мама, Татьяна Николаевна, и папа, Александр Иванович, у нее «ухаживают за телятами».
— Когда же вы въехали сюда?
— В ноябре. А раньше жили в Вербилках, папа с мамой работали на фарфоровом заводе.
— А ты не знаешь, почему они решили переехать в Нушлолы?
— Так у нас здесь две бабушки живут!
Наташа довольна житьем здесь, как, кажется, и ее родители. Но не у всех было таким благополучным заселение нового жилья, особенно у тех, кто вступил во вторую зиму. Тип этих домиков не совсем подходит для наших мест. Поэтому по осени все четырнадцать, домиков утеплили. В некоторых квартирах возникает течь, сырость — и опять надо что-то предпринимать. В нижней части деревни, ближе к Нушполке, в подполах по осени набиралось много воды. Чтоб согнать ее, провели мелиоративную канаву. Ну, а дальше, наверное, и хозяевам надо руки приложить.
Пока все еще решается вопрос с оплатой за пользование жильем, поскольку дома построены как кооперативные, на долевых началах с совхозом.
Оговорки, конечно, есть. О трудностях в становлении новой деревни не раз шла речь и в районе, и в газете «Заря». И все-таки будем считать, что рождение новых Нушпол состоялось. Хоть в прошлом году и не было официального праздника открытия новой деревни, все равно 1985 год стал особой ступенью в жизни Нушпол. В нынешний год деревня вступает уже обновленной.
В добрый путь, Нушполы!

Источник: https://alaz.moy.su/publ/po_no...u237942615

Елена Сафронова
Высшая мера
(фрагмент, рассказ её бабушки - Ирины Андреевны Сказкиной)

Мы жили в Гатчине, где я родилась и крестилась в русско-эстонской церкви. Но эта церковь сгорела еще в гражданскую войну, и у меня метрик о рождении долгое время вообще не было. Потом мне записали в паспорт село Нушполы Талдомского уезда Московской области - оттуда родом моя мама и моя бабушка по маме. Но это неправильные данные, место моего рождения - Гатчина.
Папа (Андрей Андреевич Сказкин) очень много ездил по России. Однажды, когда ему было уже лет 30, он проезжал мимо Нушполы и на мосту увидел маму, Степаниду Андреевну Олонцеву (1892, Нушполы - 1985, Москва). В девицах она была замечательная красавица. И тут же понял, что она будет его женой. От этого брака родилось две дочери - я и Зина (1920, Нушполы). Папе предсказали его судьбу. Однажды в каком-то поезде он ехал вместе с другом, а напротив сидел странный старичок и наговорил много интересного: с вами, молодые люди, произойдет маленькое несчастье, благодаря которому вы избежите большого несчастья, а вас, молодой человек (обращаясь к папе), ждет еще одно великое несчастье в дальнейшем. У вас будет две дочери... (дальше предсказания то ли обрывались, то ли бабушка их забыла. "Маленькое благотворное несчастье" подтвердилось тут же: прадед с приятелем проспали свою станцию и опоздали на поезд, в который хотели пересесть - а тот попал в крушение. Я ломаю голову - великое несчастье в дальнейшем - что это? Уж не трагический ли финал жизни в тюрьме предсказал старичок моему прадеду? - Е.С.).
Папа работал в Питере на заводе Обухова. Вероятно, в конторе, счетоводом или кем-то в этом роде. Имел квартиру в Петербурге вблизи от улицы Садовой, на втором этаже. В квартире на стене висела картина Кустодиева "Утро" с купанием ребеночка. Папа очень любил своих дочек, и всегда сам нас купал, потому и картина "Утро" была его любимой (явно речь идет не об оригинале "Утра", в лучшем случае - об авторской копии, да и то сомнительно, скорее, чья-то любительская копия - Е.С.). На двери висела бронзовая табличка с его именем-фамилией. В революцию было очень страшно, когда ходили по домам какие-то вооруженные люди. Однажды папа отсутствовал, мама была одна дома со мной, малышкой. Вдруг в дверь застучали, затребовали открывать. Мама чуть не описалась со страху - и, конечно, не открыла. "Гости" чиркнули спичкой, и кто-то из них сказал: "Это не его квартира, тут какой-то Сказкин!". Они ушли. От эдакого страха и голода мама со мной вскоре уехала к мужу в Смоленск - то ли в конце 1918, то ли в начале 1919 года. Жили они там год.
Папа служил в Смоленске в интендантских частях в 1919-1920 годах. Служил, видимо, уже с большевиками, потому что его звали в Москву после демобилизации, как хорошего работника. Он отказался, уехал в Нушполы, на родину жены. Стал работать в Талдоме бухгалтером в каком-то Союзе, на обувном производстве, и счетоводом в магазине Колесова. Снял домик в деревне Дубровке близ Талдома. Сначала папа купил дом (не знаю, как можно было осуществить куплю-продажу жилья в 1920 году, но бабушка все время твердила, что прадед именно приобрел дом! Дальнейшее событие подтверждает, что дом перешел к нему полностью... - Е.С.) в Дубровке и завез туда почти все наше имущество - мебель, картины, сервизы, тот самый серебряный чайник, мамин каракулевый сак, шиншилловую муфту... На следующий день должны были заселяться домочадцы. Но приехали мы... на пепелище. Дом сгорел вместе со всем содержимым. Папа разбирал обгорелые завалы и хотел найти хотя бы слитки расплавленного металла. Но их там не было. Мы думаем, что дом сначала обокрали, потом подожгли. Пришлось снимать дом в Дубровке у семьи Бугайских. Позже мы переехали в Талдом. Там тоже снимали дом. Из талдомской поры мне помнится многое, но больше всего, почему-то, поездка с папой в столицу. Он меня посадил в сквере на Триумфальной площади, пока ходил по своим делам, а чтобы я была умницей и никуда не убегала, купил мне пирожное.
В 1930 году осенью мы переехали в Москву...

Источник: https://samlib.ru/s/safronowa_...4831559124

История об опытных волчатниках
12 марта 2018

— Так, — Михалыч пальцем потыкал в дырку на шкуре, — стрелял-то чем?
— Кругляком. Да там недалеко было, метров тридцать пять.
— Ну, присаживайся, — Александр Михайлович достал бланк протокола и заполнил шапку.
Все удивленно смотрели на него, а он невозмутимо произнес:
— Все должно быть по закону. Часть 3, пункт 14,6 гласит: «Ношение во время охоты патронов, снаряженных пулями, за исключением случаев, когда проводится охота на крупных копытных зверей, является нарушением правил охоты».
Охотник получил премию, из нее заплатил штраф.
Так я узнал, как проводится работа в Талдомском районе по борьбе с волками.
Талдомский район находится на севере Московской области. Его территория порядка 147 000 гектаров. Лесные массивы, поля, болота — благоприятные условия для обитания охотничьих животных.
Поголовье лося числилось за отметкой трехсот штук, кабана — около шестисот. Водились заяц, лисица, норка, бобр, енотовидная собака и другая более мелкая зверушка, из охотничьих птиц — глухарь, тетерев, вальдшнеп, утка, пролетный гусь. Всего хватало.
В районе Спас-Угла каждый год наблюдался медведь. Естественно, для волка места тоже было достаточно.
По поводу этого представителя семейства псовых всегда существовало и существует два мнения: волк — это санитар леса и волк — это безжалостный хищник. Первое суждение про санитара (волки, мол, подбирают больных и слабых, тем самым сохраняя здоровую популяцию животных), — великое заблуждение.
Поведение волка, все его повадки выдают в нем машину для убийства и оправданы только стремлением к продолжению рода, к выживанию. Нередко можно слышать: «Волк зарезал». И действительно, его челюстной аппарат устроен так, что при закрывании пасти зубы расходятся и режут плоть, как ножницы.
Волк очень прожорлив: за один раз может съесть до 20 кг мяса. Он необычайно умен, вынослив, силен и коварен. Наблюдения за ним в течение 25 лет только подтвердили это.

Район по зонам охот на волков можно разделить на три части. Это северо-восточная зона, деревня Кошелево, где охотами руководил опытнейший егерь Евгений Вениаминович Лебедев; затем центральная зона, город Талдом, где руководителем охот был Евгений Васильевич Белоусов; и восточная зона, деревня Нушполы. Здесь организацией охот занимался егерь Владимир Иванов с охотниками Борисом Кошелевым и Владимиром Чувиковым.

В начале января этого года мне удалось встретиться со старыми волчатниками, побеседовать с ними, повспоминать охоты на волка, посмотреть старые фотографии. И вот что рассказал мне Евгений Васильевич Белоусов.
Для борьбы с волками в 1978 году была создана мобильная группа из шести – восьми человек. В ее арсенале было около 15 км флажков, три рации (мобильных телефонов тогда не было). Талдомское автотранспортное предприятие обеспечивало нас машиной. Директор АТП Марк Михайлович Липанов был заядлым волчатником и почти всегда участвовал в охотах на серого.
Волки заходили из Тверской области и почти сразу, если их не удавалось перехватить в обходе егеря Жени Лебедева, устраивали переполох в центре охотхозяйства. То лося зарежут, то молодых совхозных телок погоняют.
Большой урон приносили поголовью кабана. Как только обнаруживались следы волков, а для этого отслеживались почти все центральные дороги района, на место выезжали два-три человека и определяли местонахождение хищников.
К ним присоединялись еще охотники, зафлаживали волков и уже потом подтягивались все, кого можно было собрать.
Охоты проводились быстро и эффективно. Конечно, иногда волки уходили: то матерый прорывался за флажки, то молодой охотник пропускал волка и не стрелял. Потом оправдывался, говорил, что, мол, испугался. Был случай, когда седьмого марта затянули круг уже поздно ночью.
В окладе была стая из семи особей. Шуметь не стали. Приехали утром, Восьмого марта прошли вдоль флажков и заметили, что волки уже подходили к ним. Потихоньку расставились, и один человек пошел в круг. Все семь волков были убиты. После каждой охоты проводили разбор полетов, анализировали ошибки.
Материал для флажков брали на предприятии «Юность», которое занималось пошивом детской одежды. Усовершенствовали рамки, на которых наматывали флаги. Вертикальные планки укрепляли под углом. Верх делался шире, низ уже. Так легче было разматывать.
На случай нехватки флажков готовили плакаты, то есть отдельные флаги, не скрепленные бечевкой. Их развешивали дополнительно или в ненадежных местах, или там, где флажков не хватало. Изучали методы облавных охот в других областях, помогали с отстрелом волков в соседних хозяйствах. До четырнадцати штук убивали за сезон.
Евгений Васильевич достал с полки серую шапку и сказал:
— Мой последний.
В прошлом году он справил свой 80-летний юбилей. И под конец разговора неожиданно поведал:
— Вот теперь занимаюсь вышивкой, — и показал на стену, где в деревянной рамке на полотне висел вышитый серый волк.

Бориса Васильевича Кошелева только что выписали из больницы. Здоровье стало подводить, как никак уже 83 года. В деревне Нушполы у него небольшой еще крепкий дом.
— Давай, Валентин, посидим на террасе, — предложил Кошелев. — Здесь посвежее и реку видно.
Из окна была видна пойма реки Дубна. На мою просьбу рассказать про волков ответил:
— Будто сам не знаешь? А так смотри: пойма перед тобой. Еще пацаном с мужиками туда лошадей в ночное водил. Серые, бывало, налетали, дядя их стрелял. Овец они резали до десятка. Двух утащат, остальных бросят — жадные были до крови.
У Бориса Васильевича дядька был егерем, и весь охотничий опыт Борис перенял от него. Про повадки волков старый охотник рассказывал с упоением: как правильно зафлажить хищников, где расставить стрелков…
— Разматывай катушки в стороны от входного следа и сразу ставь здесь стрелка.
Ложится волк в чащобнике, носом к югу, к теплой стороне. Так он больше запах чувствует. И бежит сразу на юг, если ветер не сбивает запахов. Это уже потом, после выстрела, они разбегаются кто куда.
Вовка Иванов, егерь наш, салага еще был. Не понимал ничего. Все спрашивал, что да как. Мы его с Володей Чувиковым натаскали. Теперь разбирается, понимает что к чему. Да и ему уже за 60. Опытный! Помню, прибежал:
— Дядь Борь, пара за Нушполкой лося завалила и ушла в вырубки. Что делать?
Говорю:
— Беги за Чувиковым!
А сам флаги с печки достал, лыжи, ружье в охапку и побежали обкладывать. Зафлажили уже по-темному. Километров семь получилось. Хотели с утра прийти, а потом подумал: луна яркая, видно все, попробуем толкнем…
Я на входном встал, Чувиков на перекрестке просек, а Иванов тихонько крикнул с противоположной стороны. Светло, тени от деревьев черные. Смотрю — катит, тень впереди бежит. И второй за ним. Подпустил и по заднему выстрелил.
Первый куда денется-то? А первый ну бежать. По нему стрельнул — ткнулся мордой в снег и понесся к Володе. Чувиков, конечно, не пропустил… Ну что тебе еще рассказать? Коварные звери.
Помнишь, в Апсареве корову с лосенком погубили, лосихе ноги пооборвали, а телка сожрали? Появляются они в основном, когда гон начинается, а с осени так, одиночки забегают. Заходят обычно из Тверской, уходят, через реку, в Загорский район.
Как-то поздней осенью за карьерами сидели на гуся с молодыми. Стемнело. Они и попросили меня: подвой, мол, волком. Ну я и подвыл. А волк рядом оказался, метрах в ста. Ответил мне.
Моих ребят как ветром на скирду занесло. Комиссия приезжала как-то из МООиРа, просили приехать повыть. Отказался… Ишь господа какие!
Помнишь, раньше все пешком, на лыжах, катушки на себе? Сейчас все на машинах да снегоходах. Да и флажить почти перестали. Загонами стараются.
Небылицу хочешь? Володю Чувикова похоронили в декабре, уж не помню, сколько лет назад. Кладбище знаешь у нас? Так вот на второй день к нему пара волков забегала на могилку, чтоб удостовериться. Вот и думай!
Поговорили еще немного и разошлись.

Сейчас иногда доходят до меня слухи. Пару лет назад егерь Решетов застрелил из карабина двух волков прямо на подкормочной площадке для кабанов. Прошлый год, весной, подранил под Нушполами егерь волка, тот ушел. А зимой зафлажили его, убили. Больной был, тощий, как скелет.
Совсем редко стали появляться волки. Лося стало меньше, кабана практически нет. Дачные участки перекрыли пути миграций животных.
По охотугодьям колесят снегоходы и машины. Охотники вооружились нарезным оружием, приборами ночного видения, электронными манками. Куда деваться зверю? Удастся ли ему выжить?

P.S. С Женей Лебедевым встретиться уже не удалось. О нем осталась только память и фотографии.
Фото
http://www.ohotniki.ru/upload/..._31735.jpg
Борис Васильевич Кошелев —
старейший охотник-волчатник Талдомского района Московской области.

Источник: https://ege09.ru/2018/03/12/is...chatnikah/

Солдаты Первой Мировой, уроженцы Нушпол:

1. Кудрявцев Яков Андреевич
Место службы: 160-й пехотный Абхазский полк, рядовой, Дата события: 04.12.1914 пропал без вести д. Адамово
Именные списки потерь
2. Шилов Петр Дмитриевич
Место службы: 279-й запасной батальон, рядовой, Дата события: 12.09.1916 поступил в лазарет N2 г. Баку, болен (язва левой голени)
Картотека потерь
3. Никифоров Степан Васильевич
Место службы: 261-й пехотный Ахульгинский полк, рядовой, Дата события: 01.01.1917 поступил в лазарет N53 г. Армавира Кубанской обл., болен (анемия после брюшного тифа)
Картотека потерь
4. Суслов Петр Иванович
Место службы: 12-й гренадерский Астраханский полк, гренадер
Выбыл 28.11.1914, ранен/контужен под д. Хуциско
Картотека потерь
5. Кошелев Сергей Григорьевич
Место службы: 320-й стрелковый полк 41-я пехотная дивизия; 1-й кадровый полк 41-я кадровая бригада, красноармеец
Сведений нет с января 1920 г.
По слухам лежал в больнице
Родственница - Пелагея Алексеевна Кошелева
Картотека потерь
6. Галкин Иван Васильевич
Место службы: 156-й пехотный Елисаветпольский полк, рядовой, Дата события: 17.05.1917 поступил в лазарет N40 г. Тифлис, болен (сыпной тиф)
Картотека потерь
7. Свижов Афанасий Егорович
Место службы: 260-й пехотный Брацлавский полк, ефрейтор, Дата события: 13.09.1915, выбыл: госпиталь, ранен/контужен м. Крево
Именные списки потерь
8. Лагунцов Михаил Тихонович
Место службы: 89-й пехотный Беломорский полк, ст. унтер-офицер, Дата события: 15.03.1915 - 01.04.1915 ранее/контужен Выбыл: Карпаты; перевязочный отряд 23 пехотной дивизии
Именные списки потерь
9. Федулов Василий Алексеевич
Место службы: 11-й гренадерский Фанагорийский полк, ст. унтер-офицер, Дата события: 19.10.1914 пропал без вести у д. Витославице
Именные списки потерь
10. Королёв Петр Васильевич
Место службы: 33-й Сибирский стрелковый полк, стрелок, Дата события: 20.12.1916 болен
Картотека потерь
11. Комаров Александр Николаевич
Место службы: не определено
Красноармеец. Причина выбытия: не уточнено Сведений нет с 1921 г.
Картотека потерь
12. Каленов Алексей Андреевич
Воинская часть 416-й пехотный Верхне-Днепровский полк, рядовой
Причина выбытия болен (цинга) Дата события 16.05.1917 Лазарет: с. Кулебаки Нижегородской губ.
Картотека потерь
13. Иванов Дмитрий Михайлович
Воинская часть 289-й пехотный Коротоякский полк, рядовой
Дата события: 01.07.1916 ранен/контужен
Именные списки потерь

Населенные пункты и храмы Ополья.
Список учителей и учительниц начальных народных училищ,
содержимых Александровским уездным земством, за 1898 год

Нушпольское: Екатерина Александровна Будилова, состоит на службе с 17 января 1898 года.

Источник: https://pomnirod.ru/materialy-...tr.-3.html

О блюде с изображением Ильича

ПОРТРЕТ
В конторе отделения в Нушполах, как говорят, в Красном углу, долгое время висит портрет Ильича, сделанный на фарфоровой тарелке и вставленный в деревянную рамку, окрашенную в красный цвет. На портрете надпись: «В память открытия колхоза в селе Нушполы от рабочих Дмитровской фабрики 5 октября 1929 года». Сменяются годы, когда вглядываешься в этот портрет, заключенный в старомодную, по-деревенски изготовленную рамку. О многом он говорит и напоминает.
- Снять бы этот портрет да в музей передать, - говорят нушпольчане, - но жаль. И рамку менять жаль. Мужицкая любовь и душа в том портрете.
Я долго искал тех, кто мог бы рассказать об истории портрета, о том первом колхозном собрании, когда его преподносили нушпольчанам как самый дорогой подарок.
Беседовал с Василием Васильевичем Кошелевым, который долго и обстоятельно рассказывал о том, как в Нушполы пришла Советская власть, как воспринял народ новые преобразования в деревне.
- И вообще, - подчеркнул он, - говорить о портрете, значит вспоминать все то, с чего начиналась наша жизнь… В 1927 году была в нашей деревне первая комсомольская свадьба с флагами и частушками, и верующие люди поговаривали, что не будет этой паре счастья в жизни. А вышло по-другому. Воспитали мы с супругой восьмерых детей, старший из них, Анатолий, ныне капитан второго ранга, преподаватель в Высшем морском училище.
Нушпольская молодежь еще в начале 20-х годов повела антирелигиозную агитацию, устраивала в церковные праздники вечера с «безбожными» песнями.
Слова Василия Васильевича дополняли другие люди. Наконец нить разговора привела к тому знаменитому дню 5 октября 1929 года.
Мужики курили, затягивались, думали.
- Не будет толку в артели, - говорили одни, - ты, скажем, будешь лямку тянуть, а другой отлынивать помаленьку. Вот и выйдет: один – с сошкой, а семеро – с ложкой.
- Ну и так толку нет, - отвечали другие, - Глянь, под одними межами сколько земли занято, болота душат. А всем миром можно землицу в порядок привести.
Откашливались, медленно думали, чесали затылки, советовались с бабами, снова собирались.
Наконец, решились. Голосовали «за» дружно. Сами избрали председателем Василия Васильевича Бутатова - сами же предупредили его: «Окажешься плохим хозяином – снимем. Мало того – за ущерб платить будешь.
Василий Васильевич не испугался. Согласился с мнением колхозников, разрешил даже в случае чего гнать его из села.
Среди гостей на собрании был нушпольский уроженец, художник Дмитровского фарфорового завода Василий Алексеевич Федулов.
- Земляки, - сказал он, когда немного улегся шум, - мне поручили фабричные передать вам поздравление и вот… подарок.
Люди с восторгом смотрели на фарфоровое блюдо с изображением В.И.Ленина.
- Вот за это спасибо! – раздалось несколько голосов, - пускай всегда глядит на нашу жизнь.
- Ее еще построить надо, чтоб не совестно было перед Ильичем, - говорили другие.
- Построим помаленьку…
Потом задумались, как назвать новое хозяйство. Предложения были разные, но ни одно из них не принималось.
- А что если «Красной нивой»? – нерешительно предложил кто-то.
- Неплохо, только рановато о ниве… Всходами… «Красными всходами» назвать артель самое правильное. Ведь мы только начинаем жить…
Сейчас и не припомнят старожилы, кому пришла мысль «Красными всходами» назвать колхоз, но эту мысль поддержали все.
А портрет миром решили оставить в колхозной конторе.
Прошло почти 40 лет с тех пор. Вырастали дети, мужала молодежь. Уходя в армию, долго смотрел на портрет Ильича Сергей Чувиков, который потом сражался в Брестской крепости и геройски погиб на Днепре. Приезжая в родное село и заходя в контору, любуется Ильичом кандидат технических наук Олег Иванович Стеклов.
Да, история портрета – история жизни.
Новый совхоз назвали «Красными всходами». Может быть, несколько несовременно. Но это дань памяти тем, кто в трудные годы создавал артель, учился хозяйствовать, сумел доказать преимущества ленинской идеи коллективного труда.
А.Дюков.

Источник:
https://alaz.moy.su/publ/12-1-...j829256133

Скульпторы и художники по фарфору
Федулов Василий Алексеевич
Федулов Василий Алексеевич (1895–1950)
Художник по фарфору, мастер подглазурной росписи.

Имя Василия Алексеевича Федулова занимает важное место в истории советского художественного фарфора 1920–1930-х годов. Его деятельность тесно связана с Дмитровским фарфоровым заводом в Вербилках, где он проявил себя как один из ведущих художников живописного цеха и сыграл значительную роль в формировании художественного облика предприятия. Для специалистов и коллекционеров особый интерес представляет вклад Федулова в развитие подглазурной росписи, техники сложной, технологически требовательной и сравнительно редкой для массового фарфорового производства того времени.

Происхождение и ранняя профессиональная подготовка
Василий Алексеевич Федулов родился в 1895 году. Его профессиональное становление началось ещё в дореволюционный период и проходило вне системы академического художественного образования, что, однако, не помешало ему выработать высокий уровень мастерства.

До Октябрьской революции Федулов в течение нескольких лет занимался орнаментальной росписью в ювелирных мастерских фирм Фаберже и Рюккерта. Этот этап оказал решающее влияние на его художественное мышление: работа с драгоценными металлами, эмалями и миниатюрной орнаментикой сформировала у него исключительное чувство ритма, цвета и композиционной уравновешенности. Именно ювелирная школа объясняет тонкость и изысканность его позднейших фарфоровых росписей.

Работа на Дмитровском фарфоровом заводе
Начальный период
Сразу после Октябрьской революции Василий Алексеевич поступил на работу на Дмитровский фарфоровый завод (бывший завод М. С. Кузнецова в Вербилках). Здесь он начал деятельность в живописном цехе, быстро зарекомендовав себя как художник высокой квалификации.
В 1920-е годы Дмитровский завод стал одним из важнейших центров советского фарфора, и Федулов оказался в числе мастеров, формировавших его художественную программу. Он участвовал в разработке как уникальных выставочных образцов, так и моделей, предназначенных для серийного производства.

Художественное руководство и лаборатория
В 1934 году на Дмитровском фарфоровом заводе была введена должность художественного руководителя, что отражало возрастающее значение художественного начала в промышленном производстве. Уже в 1935 году на эту должность был назначен Василий Алексеевич Федулов.
С образованием в 1938 году художественной лаборатории Федулов стал её первым заведующим. В течение года он курировал экспериментальные работы, связанные с:
- разработкой новых орнаментальных схем;
- совершенствованием подглазурной росписи;
- внедрением художественно выверенных деколей.
В 1939 году он передал руководство лабораторией Евгению Петровичу Смирнову, одному из своих учеников и последователей, что свидетельствует о преемственности художественной школы Дмитровского завода.

Подглазурная роспись как основа творчества
Техника и особенности
Наибольшего мастерства Василий Алексеевич достиг именно в технике подглазурной росписи, которая требует точного расчёта цвета, так как пигменты после обжига существенно меняют тон и насыщенность. В отличие от надглазурной росписи, подглазурная:
более устойчива к истиранию;
обладает мягкой, глубокой цветовой гаммой;
предполагает строгую дисциплину формы и рисунка.
Федулов виртуозно владел этой техникой, создавая композиции, отличающиеся орнаментальной ясностью, тонкой цветовой гармонией и стилистической цельностью.

Народные мотивы
Значительное место в его творчестве занимали русские народные орнаментальные мотивы, переосмысленные в духе советского декоративного искусства. Он не копировал традиционные узоры буквально, а адаптировал их к форме фарфорового предмета — чашки, блюда, вазы или сервиза.

Международное признание
Высшим подтверждением художественного уровня Федулова стало участие Дмитровского фарфорового завода во Всемирной выставке в Париже 1937 года. Сервиз с подглазурной росписью на тему русских народных мотивов, выполненный Василием Алексеевичем, был отмечен современниками как один из лучших образцов советского фарфора, представленных на выставке.
Это признание поставило Федулова в один ряд с ведущими мастерами советского декоративно-прикладного искусства 1930-х годов.

Педагогическое и художественное влияние
Хотя Федулов не занимался преподаванием в институциональном смысле, его роль как художественного наставника была значительной. Он оказал прямое влияние на формирование следующего поколения художников Дмитровского завода, прежде всего на Е. П. Смирнова, который продолжил развитие подглазурной росписи и художественной лаборатории.
Через своих учеников и последователей Федулов фактически заложил основы дмитровской школы фарфоровой росписи, отличающейся сдержанной декоративностью и высоким профессиональным уровнем исполнения.

Значение для истории фарфора и антиквариата
Произведения Василия Алексеевича Федулова сегодня представляют значительный интерес для:
музейных собраний;
частных коллекций;
исследователей советского фарфора.
Его работы ценятся за редкость подглазурной техники, высокое качество исполнения и связь с ключевыми этапами развития советского декоративного искусства. Федулов по праву считается одним из тех мастеров, кто сумел соединить дореволюционную ремесленную культуру с новыми художественными задачами советской эпохи.

Источник: https://skupkazolota-spb.ru/sp...k245311256

В этой биографии неточность: судя по захоронению на кладбище в Вербилках (ул. Рубцова) годы жизни Василия Алексеевича - 1885-1952.
Супруга - Аврелия Брониславовна Федулова 1897-1976, захоронена там же.

Предположительно, Василий Алексеевич Федулов участвовал в Первой Мировой Войне - старший унтер-офицер 11 гренадёрского Фанагорийского полка (любимого полка Александра Суворова). На сайте gwar.mil.ru есть несколько записей о нем:
https://gwar.mil.ru/heroes/?la...son&page=1

О детях Василия Алексеевича (найдено через Яндекс. Архивы):

О рождении:
29.01.1927 г. Валентин
У Федуловых Василия Алексеевича и Аврелии Брониславовны в Вербилках
ЦГА Московской области (ЦГАМО), фонд №13482, опись №1, дело №181, стр. 85

О смерти младенца
04.03.1927 г. Валентин Васильевич Федулов 1 мес. от воспаления легких, заявитель - Федулов Василий Алексеевич
ЦГА Московской области (ЦГАМО), фонд №13482, опись №1, дело №182, стр. 59

О рождении
07.03.1929 г. Марта
У Федуловых Василия Алексеевича и Аврелии Брониславовны, Вербилки
(Интересно, что у матери указана национальность - полька).
ЦГА Московской области (ЦГАМО), фонд №13482, опись №1, дело №181, стр. 204

Мягкова (Федулова) Марта Васильевна (07.03.1929-09.04.2016) захоронена рядом с родителями на кладбище в Вербилках на ул. Рубцова (https://rgis.mosreg.ru/v3/#/burial/13924721811)

Метрическая книга Воскресенской церкви с. Нушполы, 1903 г. (ГАВО ф. 590, оп. 15, д. 81):
о смерти
N 21 14(15) мая
С. Нушполы крестьянина Алексия Анисимова ФЕДУЛОВа младенец Мария, 11 мес. 11 дней от поноса

Можно предположить, что Алексей Анисимович Федулов - отец Василия Алексеевича.

Фарфор:
ЦГАМО
Ф. 2151 Дмитровская фарфоровая фабрика 1924-1927 гг.
Оп. 1 - 19 дел, в т.ч. анкеты, списки рабочих и служащих Фарфортреста ВСНХ с. Вербилки Ленинского у. Московской губ.

Ф. 7569 Ордена Трудового Красного Знамени Дмитровский фарфоровый завод Российского промышленного объединения по производству фарфоровых и фаянсовых изделий (Роспромфарфор) Министерства легкой промышленности РСФСР
1950-1993 г. ( в описи N 1 указано, что личные дела оставлены на хранение на заводе).

Археологическая тема:

Открытие и изучение многослойных торфяниковых памятников мезолита и неолита лесной зоны Русской равнины (ИА РАН)

Многослойные торфяниковые памятники мезолита и неолита на Русской равнине известны, главным образом, в Волго-Окском междуречье. С начала 1960-х гг. они исследовались Верхневолжской экспедицией под руководством Д.А. Крайнова, а с 1993 г. – М.Г. Жилина, Подмосковной экспедицией под руководством В.В. Сидорова и А.В. Энговатовой, а также В.М. Лозовским и А.Н. Сорокиным. В настоящее время открыто около 50 таких памятников, около 20 раскопано. Они располагаются на крупных торфяниках, образовавшихся на месте озёр и озёрных систем: Озерецком (Тверская обл.), Дубненском (Московская обл.), Ивановском (Ярославская обл.), Подозерском и Сахтышском (Ивановская обл.).
К среднему мезолиту (~8300-7200 кал. лет до н.э.) относятся нижние слои Озерков 16 и 17; Нушпол 11; средние слои Ивановского 7, Станового 4 и Сахтыша 14. К позднему мезолиту (~7200–6000 кал. лет до н.э.) – нижние слои Озерков 5; Замостья 2; Окаёмово 4 и 5; Ивановского 3; Сахтыша 2а; верхние слои Ивановского 7, Сахтыша 14. Указанные памятники относятся к бутовской мезолитической культуре. Слои раннего неолита (~6000–5000 кал. лет до н.э.) изучены на стоянках Озерки 5 и 17; Замостье 3; Окаёмово 5; Ивановское 3 и 7; Сахтыш 2, 2а, 8 и др. Они относятся к верхневолжской неолитической культуре. На этих же стоянках исследованы слои льяловской культуры среднего неолита и волосовской культуры позднего неолита.
Источник: https://archaeolog.ru/about/hi...yanikovykh

В Государственном Историческом Музее хранится наконечник стрелы с биконической головкой из эпохи позднего мезолита, принадлежащий бутовской культуре, найденный при раскопках Жилина М.Г. в 1989-1991 г. на стоянке Нушполы-11:
https://nav.shm.ru/exhibits/3241/

Стоянки древнего человека:
На сайте Памятники архитектуры Москвы и области (https://mosculture.ru/?s=&type...e=0&arch=0) фигурирует 3 стоянки в районе Нушпол (выявленные объекты культурного наследия - памятники археологии):
1) № 2520 - поселение 7, д. Нушполы, 0,7 км к востоку,
2) № 2521 - поселение 8, д. Нушполы, 3 км к северо - востоку,
3) № 2522 - поселение 9, д. Нушполы, 1,2 км к юго- востоку от южного конца.
(приказ Комитета по культуре Администрации Московской области от 31.12.1998 № 354)

Крупнейший археологический памятник
Когда вы посетите Николо-Перевоз или Сущево и, стоя на бетонном мосту, что перекинут через Дубну, будете смотреть в мутные воды реки, вспомните, что три тысячелетия тому назад и позднее здесь между Николо-Перевозом и Сущевым селились древние люди.
Об этом поведали раскопки, произведенные здесь еще в 20-х годах. Но наиболее известны в археологической науке раскопки, произведенные в 50-х и особенно в 60-х годах экспедицией под руководством кандидата исторических наук В.М.Раушенбах (ныне доктор исторических наук).
Произведение раскопок — очень кропотливый труд. Мне вспоминается посещение этих мест 23 июня 1959 года. Вера Михайловна Раушенбах предоставила возможность ознакомиться с работами по раскопкам в Николо-Перевозе. Несколько девушек перетирали пальцами землю культурного слоя, чтобы не пропустить ни одной мелочи: таков кропотливый и утомительный путь к отысканию сокровищ. Каждый найденный предмет очищался специальными щеточками. В то время из земли былa извлечена масса различных предметов: наконечники стрел, топоры, ножевидные пластинки, долота, костяные шилья, иглы, рыболовные крючки, гарпуны и даже костяная ложка.
Особый интерес представила единственная в своем роде, выполненная с большим искусством, костяная подвеска в виде соединенных головок двух хищных птиц. Подвеска, по всей видимости, служила украшением женского головного убора.
В 1962 году на том же берегу реки, на небольшой возвышенности, ограниченной с севера и северо-востока слегка заболоченной низиной, а с юга и запада овражками, с протекающими в них ручьями, было открыто еще строение, названное Николо-Перевоз-2.
Раскопки, произведенные в этом месте в 1964—66 годах на площади 462 квадратных метра, показали, что здесь в древности размещались временные стоянки людей, на что указали 4 вскрытых очага без признаков жилья. В одном кострище было обнаружено большое скопление раздробленных и обожженных костей птиц и животных, а также осколки посуды и почти целый сосуд фатьяновского типа. В толще золы были обнаружены кремневый дротик и фигурка женщины, изготовленные из тонкой кремневой пластинки с мелкой ретушью по краям. На глубине 150 сантиметров от поверхности нашли сильно разрушенный скелет с совершенно раздробленным черепом.
Предметы погребального обряда дали понять, что останки человека относились к
племени, так называемой поздняковской культуры. Было обнаружено и другое погребение, но без погребальных обрядов. Стоянка Николо-Перевоз-2 явилась, как говорят исследователи, многослойным памятником, который включил в себя материалы льяловской, волосовской, фатьяновской, поздняковской и дьяковской
археологических культур.
На южной стороне деревни Сущево также была обнаружена стоянка, правда строители во время прокладки дороги и моста через Дубну разрушили ее и потому насыщенность культурного слоя оказалась слабой, но все же и здесь была обнаружена керамика и кремневый инвентарь. Особенно большое число находок составляют различных размеров ножевидные пластинки. Здесь были найдены два резца, которые обычно встречаются при раскопках стоянок более раннего периода. Интересна была находка сверленого молотка с двусторонним округлым обушком, изготовленным из естественной гальки. Но больше всего внимание исследователей привлекли наконечники стрел. Они явились весьма ранними типами наконечников и были сходны по своим формам с наконечниками эпохи лизолита и раннего неолита. Даже в неолитических памятниках они встречаются в единичных экземплярах.
Находки позволили сделать вывод, что стоянка под Сущевым является древнейшим мятником культуры не только в этом районе, но и вообще в Волго-Окском бассейне. В. М. Раушенбах датирует ее концом IV или первой половиной III тысячелетия до новой эры. Во втором тысячелетии до нашей эры на Дубне появились новые племена, с иными бытовыми предметами. Это были представители волосовской культуры. Они пришли с Оки и породнились с льяловцами. Не всегда приход других племен оканчивался мирно. На поселении были обнаружены захоронения, принадлежащие представителям южных скотоводческих племен. Они, очевидно, силой захватили стоянку. Погибших захоронили тут же.
Исследователи считают, что культурные слои Дубненских памятников таят в себе еще много загадочного, требующего изучения. Невыясненным остается, например, вопрос о происхождении племен, которые изготовляли так называемую гребенчато-штраховую керамику, неизвестно и время их продвижения на Дубну, было ли это ранее прихода волосовских племен или позднее.
Но священные места эти запахиваются, засеваются. В какой степени это повлияет на сохранность всего, что еще не разведано и скрыто в глубине земли?
Источник: https://alaz.moy.su/publ/1-1-0-123

Стоянка Николо-Перевоз эпохи неолита и бронзы является объектом культурного наследия федерального значения. Режим использования территории установлен распоряжением Главного управления культурного наследия Московской области от 24.12.2025 г. № 06РВ-883.

Старинное фото Никольской церкви на Никольском, что на Дубне, погосте: https://vk.com/wall-169810472_14124

Краеведческая тема