Проблемы в архивной отрасли и пути их решения

На сайте ВГД собираются люди, увлеченные генеалогией, историей, геральдикой и т.д. Здесь вы найдете собеседников, экспертов, умелых помощников в поисках предков и родственников. Вам подскажут где искать документы о павших в боях и пропавших без вести, в какой архив обратиться при исследовании родословной своей семьи, помогут определить по старой фотографии принадлежность к воинским частям, ведомствам и чину. ВГД - поиск людей в прошлом, настоящем и будущем!

Проблемы в архивной отрасли и пути их решения

Несомненно, что увлечённому генеалогу хочется получить в архивах как можно больше информации. А поскольку часто заранее неизвестно, будет ли найдено что-то нужное в том или ином деле, пользователь старается заказать как можно большее количество дел одновременно.
Если учесть, что количество таких пользователей год от года возрастает, а темпы строительства новых архивных зданий, увы, не растут, то, естественно, что в государственных архивах всё больше зреет конфликт интересов между пользователями и работниками архивов: пользователей всё больше и больше, и аппетиты их всё более и более растут, а количество работников, обслуживающих их, не увеличивается. Не увеличиваются также и размеры читальных залов, способных принять всех желающих. В результате читальные залы архивов перегружены, а работники перестают успевать вовремя подготовить дела, проконсультировать новых пользователей, принять заявления, завизировать их у начальства, заполнить журнал, одновременно одним глазом следя за порядком в зале.
В результате и пользователи, и работники становятся раздражительными, забывая о том, где они находятся и как должны вести себя в соответствии с традиционными нормами поведения, установившимися испокон веков в архивных учреждениях. В результате пользователь начинает мечтать о том, чтобы кто-то всесильный «навёл порядок» и приструнил зарвавшихся работников архива, а работник архива мечтать о выходных или санитарных днях, либо ремонте, закрытии читального зала на летний отдых и т.д. и т.п. Естественно, что такие взаимоисключающие желания как пользователей, так и работников архивов, не могут привести к нормальному функционированию архивных учреждений и способствовать развитию генеалогии и краеведения в России. Каков выход из создавшейся ситуации? Как одновременно осуществить главную задачу архивов – обеспечить сохранность архивных дел, и в то же время помочь генеалогам получить желаемую информацию?
Ответ предельно прост: оцифровка и создание фонда пользования на цифровых носителях. Преимущества этого метода видны невооружённым глазом: оцифровав один раз архивное дело, его можно уже не выдавать в дальнейшем, а предоставлять для просмотра в цифровом виде на компьютерах, расположенных в читальном зале. Вообще, идея не нова. В архивах уже достаточно давно ведутся работы по микрофильмированию Однако аналоговое копирование не нашло в архивах массового применения. Связано это, прежде всего с тем, что фотоплёнка, так же, как и реактивы, в больших объёмах стоят немалые деньги, которых в архивах всегда не хватало. Более того, плёнка также может портиться, гореть, и со временем разрушаться. Поэтому микрофильмировали в архивах, как правило, особо ценные документы, да и то, далеко не все. Во многих архивах попросту не было соответствующего оборудования для создания и просмотра микрофильмов. Внешне микрофильмы выглядят как обычная фотоплёнка плёночных фотоаппаратов и напоминают детские диафильмы. Стоит отметить, что в архивах федерального значения, например, в РГАДА, до сих пор просмотр дел на микрофильмах широко используется. Понятно конечно, что с резким развитием цифровых технологий, микрофильмы в настоящее время воспринимаются как что-то совсем архаичное. Однако с компьютеризацией современного общества и переводом информации на цифровые носители, а также с повсеместным распространением сети Интернет появились совершенно новые возможности создания страхового фонда и фонда пользования в архивах. Оцифровав документ один раз, при правильном хранении файлов, цифровые копии могут храниться практически вечно без ухудшения качества. Создав при этом правильные условия хранения архивных дел, можно годами не трогать их, занимаясь лишь контролем над соблюдением температурного и других режимов хранения. Более того, при правильном подходе к делу, можно, создав специальный сайт, постепенно начать выкладывать оцифрованные документы в Интернет, начиная с самых востребованных, а заканчивая всеми остальными.
К сожалению, современное законодательство не даёт возможности осуществить реальные перемены в архивном деле. Множество приказов, директив, положений, начиная с федерального уровня, и заканчивая региональным, фактически жёстко регламентируют работу архивов, лишая их возможности воплощать в жизнь новаторские идеи. Во многом архивы унаследовали правила, введённые ещё при СССР. При этом если во времена тоталитаризма они были ещё хоть как-то объяснимы, то сегодня являются пережитком прошлого, идут вразрез со здравым смыслом. При этом некоторые из них не только не исчезают, но, напротив, получают дальнейшее развитие. Трудно разумно объяснить обязанность пользователей заполнять анкеты с указанием не только темы, но и хронологических рамок исследования, а при поиске генеалогической направленности обязанность указывать фамилии, по которым будет вестись поиск. А если пользователь не указал требуемое? Его не допустят к работе в читальном зале? Получается, что так. Но как же тогда соотносить данные правила с правами и свободами граждан, провозглашёнными в основном законе страны – Конституции? А если человек хочет сохранить свои исследования в тайне? А если ему хочется исследовать все фамилии села или волости? А если его интерес во время исследования стал шире, и он увлёкся другими исследованиями, например, краеведением, историей и т.д.? При этом в большинстве своём генеалоги исследуют те дела, которым уже давно минуло 75 лет, и никаких ограничений, если следовать букве закона, по причине секретности или защите персональных данных, в праве пользования этими делами быть не должно.

Однако приказ министерства культуры Российской Федерации № 635 от 03.06.2013 г. «Об утверждении Порядка использования архивных документов в государственных и муниципальных архивах» однозначно выносит вердикт: «Утвердить прилагаемый Порядок использования архивных документов в государственных и муниципальных архивах», в котором говорится следующее:
«2.1. Пользователь допускается для работы в читальный зал на основании личного заявления или письма направившей его организации, в которых указываются фамилия, имя, отчество пользователя, должность, ученое звание, ученая степень, тема, хронологические рамки и цель исследования.
2.2. Пользователь заполняет анкету рекомендованного образца (приложение к настоящему Порядку) и предъявляет паспорт сотруднику читального зала для идентификации личности.
2.3. Разрешение на работу в читальном зале дается руководителем архива или уполномоченным им лицом (далее – руководство архива) на срок не более одного года с оформлением пропуска в читальный зал в установленном порядке.
Срок работы в читальном зале может быть продлен руководством архива по заявлению пользователя. Об изменении темы и хронологических рамок исследования пользователь информирует в письменном виде сотрудника читального зала» .
При заполнении заявления и анкеты у рядового исследователя может создаться впечатление, что он попадает на режимный объект или на допрос к следователю. Однако всё становится на свои места, если вспомнить историю, а именно то, что в СССР с 1938 г. по постановлению Президиума Верховного Совета СССР Центральное архивное управление СССР было передано в ведение Народного комиссариата внутренних дел СССР и Центральное архивное управление СССР было преобразовано в Главное архивное управление (ГАУ) НКВД СССР. В 1939 г. Центральные архивные управления союзных и автономных республик были преобразованы в архивные отделы народных комиссариатов внутренних дел этих республик, а архивные управления краев и областей – в архивные отделы управлений внутренних дел. Видимо, такое наследие не прошло даром, поэтому до сих пор пользователей продолжают заставлять предоставлять достаточно личную информацию и о себе, и о исследуемой теме. Помогает ли это рядовому генеалогу в исследованиях? Конечно же нет. Дело в том, что многие работники архивов, в связи с этим отказываются выдавать дела, если они выходят за временные рамки указанной пользователем в анкете исследуемой темы. Некоторые отказываются копировать листы в деле, где отсутствуют указанные в анкете фамилии предков. Некоторые доходят даже то того, что для того, чтобы выдать генеалогу дела XIX века требуют нотариальную доверенность от потомков. В результате простор для коррупционной составляющей велик.
Считаю, что заполнение подобных анкет и отдельных строк в них должно быть делом добровольным, никак не отражающемся на выдаче или невыдаче, копировании или отказе в копировании тех или иных дел. Если хочет генеалог оставить такую информацию о себе, то пусть оставляет, не хочет, это его право. Обязательность заполнения анкет стоит отменить. Непонятно также, по какой причине до сих пор в архивах параллельно с заявлениями граждан продолжают существовать письма (отношения) от организаций. Явно, что и этот пункт в «Порядке использования архивных документов…» является пережитком того времени, когда гражданин сам по себе не мог посещать читальный зал архива. По тем, старым, правилам требовалось обязательно отношение направившей его организации. Теперь же, когда любой человек имеет право посетить читальный зал архива по личному заявлению, зачем оставлять и прежний вариант? Что это меняет? И какая разница, где человек работает, имеет ли учёное звание или нет? Ведь, по сути, указал ли пользователь эти данные или скрыл, значения не имеет, и дела ему всё равно обязаны выдать. Необходимо устранить эти бюрократические препоны на пути исследователей.
В том же «Порядке» есть и новаторские идеи, такие, как, например:
«3.1.5. Заказывать единовременно в течение рабочего дня и получать не позднее чем через 2 рабочих дня со дня оформления заказа: до 20 дел общим объемом не более 1500 листов из архивных фондов государственных органов, органов местного самоуправления и организаций или не более 500 листов из архивных фондов личного происхождения» .
Данное положение сразу же вызвало волну протестов у генеалогов всей страны. Дело в том, что авторы, видимо, сами давно не занимались исследованиями в архивах и забыли о том, что дела в архивах бывают объёмом и гораздо больше, чем в 1500 листов. И как раз это, в большинстве своём, дела, представляющие интерес для генеалогов: метрические книги, ревизские сказки, и т.д. И некоторые работники архивов уже поспешили воспользоваться этой ситуацией и стали отказывать неугодным пользователям в выдаче таких дел вообще, так как в «Положении…» написано «не более 1500 листов», а тут в одном деле их уже сразу более.
В таких ситуациях чтобы пробить стену непонимания, некоторые генеалоги даже доходят до Верховного Суда, который, например, 21.04.2014 г. обязал Министерство культуры РФ признать недействующим абзац второго пункта 3.1.5 «Порядка использования архивных документов в государственных и муниципальных архивах Российской Федерации», утверждённого Приказом Минкультуры России от 03.06.2013 N 635, в части, ограничивающей права пользователей заказывать и получать архивное дело объемом более 1500 листов из архивных фондов. В частности, в данном решении Верховного Суда, сказано: «В соответствии с Положением о Министерстве культуры Российской Федерации при осуществлении правового регулирования в установленной сфере деятельности Минкультуры России не вправе устанавливать не предусмотренные федеральными конституционными законами, федеральными законами, актами Президента Российской Федерации и Правительства Российской Федерации функции и полномочия федеральных органов государственной власти, органов государственной власти субъектов Российской Федерации, органов местного самоуправления, а также не вправе устанавливать ограничения на осуществление прав и свобод граждан, прав негосударственных коммерческих и некоммерческих организаций (пункт 7)» .

Двояко можно трактовать и другой, приведённый ниже пункт установленных «Правил»:
«3.1.12. Использовать при работе с делами, документами, справочно-поисковыми средствами к ним, за исключением копирования, собственные технические средства без звуковых сигналов и без подключения к локальной сети архива или арендовать технические средства архива. Использование собственных технических средств допускается, если это не влияет на работу других пользователей».
Этот пункт правил сразу же вооружил работников архивов, дал им хорошую лазейку для того, чтобы трактовать этот пункт так, как им выгодно. Ведь словосочетание «за исключением копирования» может придать данному пункту прямо запретительные указания на фотографирование архивных дел. Ведь фотографирование архивных дел также является копированием, так как фотокопирование является частным вариантом копирования вообще. Получается, что генеалог может использовать в своей работе различные собственные технические средства, но только если эта работа не является копированием. Следуя этому пункту правил логично предположить, что в каком-то другом пункте этих же правил должно быть отдельное указание, а как же поступать с теми генеалогами, которые всё-таки хотят копировать? Можно ли это им делать собственными техническими средствами: своими собственными фотоаппаратами или мобильными телефонами? Увы, ответа на этот вопрос, эти недавно принятые «Правила» не дают, позволяя на своё усмотрение трактовать этот пункт, в большинстве случаев не в пользу генеалогов. . Федеральный закон от 22 октября 2004 г. N 125-ФЗ «Об архивном деле в Российской Федерации» (основной документ, которым руководствуются государственные и муниципальные архивы страны) оставляет этот вопрос на откуп региональным властям. Так, в пункте 3 ст. 15 говорится: «Государственные и муниципальные (за исключением структурных подразделений органов местного самоуправления) архивы вправе осуществлять приносящую доход деятельность постольку, поскольку это предусмотрено их учредительными документами, служит и соответствует достижению целей, ради которых они созданы, а также покрывать свои расходы за счет иных поступлений, разрешенных законодательством Российской Федерации».
А ст. 26, п. 3 гласит: «Государственные органы, органы местного самоуправления, организации и граждане, занимающиеся предпринимательской деятельностью без образования юридического лица, при наличии у них соответствующих архивных документов обязаны бесплатно предоставлять пользователю архивными документами оформленные в установленном порядке архивные справки или копии архивных документов, связанные с социальной защитой граждан, предусматривающей их пенсионное обеспечение, а также получение льгот и компенсаций в соответствии с законодательством Российской Федерации. Запросы и обращения пользователей могут быть направлены в форме электронных документов с использованием информационно-телекоммуникационных сетей общего пользования, в том числе сети Интернет».
То есть, только справки и копии архивных документов, связанные с социальной защитой граждан, архивы обязаны предоставлять бесплатно. Подразумевается, что если запрос не социально-правового характера, то копии документов могут предоставляться за деньги. И уж если в законе прямо говорится о том, что архивы вправе осуществлять приносящую доход деятельность, то большинство архивов пользуются этим на полную катушку, устанавливая любые, зачастую баснословные тарифы, так как ни ограничений, ни каких-либо установленных рамок в ценообразовании архивных услуг нет.
В результате мы имеем полную неразбериху. В некоторых архивах просто заоблачные цены на фотокопирование (например, ГАВО), в некоторых фотографировать разрешено совершенно бесплатно (например, ЦГИА РБ, ГАРО и некоторые другие). Более того, некоторые архивы, просто запрещают копирование метрических книг целиком, а другие, напротив, выставляют все метрические книги и ревизские сказки в отсканированном оцифрованном виде в Интернет совершенно бесплатно для всеобщего пользования по примеру электронной базы данных «ОБД Мемориал». Например, так поступил ГАСО.
Причём аналогичные процессы происходят и с архивами других государств, ранее входивших в Союз ССР. Так, например, в НИАБ фотографирование запрещено в принципе, а в Прибалтийских республиках всё давно отсканировано и выставлено в Интернет. А, например, в Центральном государственном архиве Республики Узбекистан (г. Ташкент), а также в других государственных архивах республики, допуск россиян, и других иностранных граждан, в читальные залы государственных архивов производится только с согласия Министерства иностранных дел Республики Узбекистан (МИД РУ). Согласие МИД РУ оформляется через представительство своего государства в Республике Узбекистан или через официально принимающую пользователя организацию. Этот разброд в законодательствах разных государств на просторах бывшего СССР, и уж, тем более неразбериха с разным подходом к вопросам копирования архивных материалов внутри России порождает множество проблем у генеалогов. Более того, уже отснятый, оцифрованный материал, деятели архивной отрасли стараются всеми правдами и неправдами закрыть для пользователей.
Так, наибольшую известность среди генеалогов России получил скандал, связанный с закрытием выставленных ранее в свободный доступ в сети Интернет метрических книг ряда региональных архивов по инициативе тех, кто, казалось бы, должен был бы, наоборот, всячески способствовать открытости документов и помогать генеалогам и просто исследователям, получить к ним свободный и бесплатный доступ. Именно по инициативе Российского общества историков-архивистов (РОИА) и руководства ГАТО миллионы граждан России лишились возможности бесплатного доступа к метрическим книгам многих архивов России.
Генеалогами России, в частности, по поводу данного факта были отправлены запросы:
 в Росархив,
 в Российский государственный исторический архив,
 в Государственный архив Тверской области,
 в Государственный архив Ульяновской области,
 в Государственный архив Псковской области,
 в Государственный архив Самарской области,
 в Государственный архив Нижегородской области,
 в Народный архив республики Татарстан
 в Министерство культуры РФ и в Администрацию Президента РФ
Однако положительного решения вопроса до сих пор нет. Цепляясь к мелочам, отдельные чиновники и бюрократы от архивной отрасли, всеми силами стараются остановить прогресс, остановить развитие, и не дать российским гражданам получать бесплатно через Интернет то, что должно принадлежать им по праву, так как дореволюционные метрические книги, исповедные ведомости и ревизские сказки – это народное достояние, созданное трудом множества людей и ставшее уже давно историей. Однако до сих пор находятся влиятельные люди, которые добиваются и воплощают в жизнь различные запретительные меры. И таким людям не важно, что тысячам генеалогам придётся из-за этого ехать всё в тот же Тверской архив, заказывать дела, листать их, постепенно приводя их в ветхое состояние вместо того чтобы удобно, дома, за компьютером, получить то же самое, не прикасаясь к делам и обеспечивая этим продление их жизни. Следует заметить, что РОИА объединяет на добровольных началах архивистов, историков, документоведов, работников отделов рукописей музеев и библиотек, краеведов, представителей средств массовой информации и других профессий, деятельность которых связана с сохранением, комплектованием и использованием Архивного фонда Российской Федерации, сохранением историко-культурного наследия народов, развитием архивного дела и исторической науки в России. Так в чём же состоит, с точки зрения руководства РОИА, развитие исторической науки в России? Видимо, в запретах и закрытости.
И, скорее всего, не сохранность дел реально беспокоит руководство РОИА и ГАТО, а, видимо, другие, более приземлённые, и, возможно, не совсем законные интересы. Росархив также замалчивает данную ситуацию.

В связи с вышеизложенным, генеалогам в России и в странах бывшего СССР приходится работать по старинке: ехать в архивы лично, заказывать дела, и работать с ними в читальном зале, постепенно приводя их в плохое физическое состояние. И именно это понятие и есть ещё одна жесточайшая мера воздействия на генеалога со стороны архивных работников. Дело в том, что в Законе об архивном деле в РФ есть ст.25, п. 2, который гласит: «Ограничивается доступ к архивным документам независимо от их форм собственности, содержащим сведения, составляющие государственную и иную охраняемую законодательством Российской Федерации тайну, а также к подлинникам особо ценных документов, в том числе уникальных документов, и документам Архивного фонда Российской Федерации, признанным в порядке, установленном специально уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти, находящимися в неудовлетворительном физическом состоянии» .
То есть дела могут быть, но считаться в неудовлетворительном физическом состоянии, и по этой причине, к выдаче их пользователям в читальный зал может быть отказано. Более того, закон никак не ограничивает сроки реставрации или оцифровки. Так как данные дела могут быть не оцифрованы (как в большинстве случаев и бывает), то генеалог не может получить их ни в каком виде, ведь в правилах чёрным по белому написано:
«5.13. Не производится копирование документов Архивного фонда Российской Федерации, находящихся в неудовлетворительном физическом состоянии». В результате генеалогам остаётся только годами (а то и десятилетиями) ждать окончания реставрации или оцифровки. Если учесть, что всё-таки большинство генеалогов – это люди пенсионного возраста, то шансы дожить до этого момента у многих из них просто минимальны.
Проблемы платного фотографирования дел осложняются во многом тем, что в большинстве случаев архивы являются монополистами, так как чаще всего документы, необходимые генеалогу, дошли до наших дней в единственном экземпляре. Поэтому, какую бы цену архив ни назначил, какие бы расценки ни принял, исследователю деваться некуда, рано или поздно он всё равно заплатит.
Хорошо, когда архив ведёт разумную политику, устанавливая разумные расценки, в то же время некоторые архивы, например, ГАСО оценивают копирование в 141 рубль, уточняя при этом, что речь идёт о фотографировании 1-го листа, а не разворота, что повышает стоимость ещё в 2 раза, так как фото одного разворота уже обходится в 282 рубля. При этом существует множество нюансов, которые не прописаны ни в прейскурантах, ни в правилах, например, необходимость заранее договариваться о фотографировании. При этом, так как желающих много, то вводятся ограничения на количество предоставленных для фотографирования дел и т.д. и т.п.
В случае, когда генеалог занимается поиском в архиве своего города, это не так проблематично. Но в большинстве своём генеалоги вынуждены ездить по городам других регионов и стран, проживать в гостиницах, тратить на питание, проживание и транспортные расходы достаточно большие средства. Прежде чем ехать в другой регион, исследователь, как правило, планирует свой бюджет. Но «сюрпризы», которые преподносят работники архивов, бывают совсем не предсказуемыми и не вписывающимися ни в какие рамки.
Так, например, в российских государственных архивах стало модно устраивать летние выходные для читальных залов общей длительностью от одного до двух месяцев. Часто это совершенно обескураживает генеалогов, целый год планировавших поездку в архив с другого конца страны, и посвятивших этому событию свой отпуск. Но, приехав, они уезжают восвояси, ничего не получив, так как читальный зал «на летних каникулах». Более того, об этих «каникулах», как правило, информации на сайтах архивов найти нельзя, её там попросту нет.
Другой огромной проблемой для работающих генеалогов является невозможность посещать архивы в выходные дни, так как все архивы отдыхают в субботу и воскресенье, а также во все праздничные дни. А как быть генеалогу, который ещё не дожил до пенсии? Единственные дни, которые он может посвятить любимому занятию – выходные, но архив на замке. И единственный месяц – это летний отпуск, но и в это время шансы попасть в архив также малы. Так как и когда попасть в архив рядовому гражданину, обычному трудящемуся человеку?
Согласно «Порядку» в обязанности пользователя, посещающего читальный зал архива, входит «3.2.3. Регистрироваться при каждом посещении в журнале учета посещений читального зала» . Непонятно, для каких целей существует эта обязательная регистрация, ведь на входе в архив, охрана обязана проверять пропуска и записывать каждого входящего в читальный зал, о получении дел пользователь расписывается в бланке заявки, затем приобщаемой к личному делу, которое заводится на каждого, кто хотя бы раз посетил читальный зал. Так для чего же тогда журнал регистрации? Какую дополнительную информацию он в себе несёт? Ведь достаточно поставить на входе в архив компьютер, и охрана с легкостью может заносить туда имя каждого входящего, а если уж создавать базу данных посетителей архива, то это будет осуществляться одним нажатием клавиши. Более того, с помощью любой обычной компьютерной программы можно легко увидеть и статистику посещений каждого, и полную выборку всех его визитов в архив.
Не совсем понятно, для чего в «Порядке» присутствует и вот этот пункт: «3.2.16. Указывать при использовании документов в опубликованной работе источник информации – место хранения дел, документов, их поисковые данные»? Во-первых, любой мало-мальски грамотный исследователь и так знает об этом, так как это общее правило написания научных работ. Это всё равно, что вести в правила ещё один подпункт о правилах орфографии. Во-вторых, если работа является не научной, а научно-популярной или просто публицистической, или мемуарной, или художественной, и автор не хочет этого делать? Так почему же это вменяют ему в обязанность? Можно понять, когда речь идёт об авторском праве частного лица. Но в данном случае ведь речь идёт обо всех, хранящихся в архивах, документах вообще. И собственность вроде как общенародная.
В «Правилах организации хранения…» присутствует установка, согласно которой можно «влиять» на любого генеалога, посещающего читальный зал: «5.12. Исходя из конкретных возможностей обслуживания пользователей, архив может устанавливать очередность и время посещения ими читального зала» .
Фраза эта настолько расплывчата, что при желании можно ограничить посещение читального зала и одним днём в месяц, аргументируя это тем, что читальный зал недостаточно вместительный. Например, читальный зал ГАСО (Государственный архив Саратовской области) имеет всего 6 посадочных мест. При этом здание самого архива достигает 9 этажей. Неужели при такой вместимости так сложно выделить чуть больше квадратных метров для читального зала? Однако никаким законом не ограничивается размер читального зала архива. При желании можно и на одно место его сделать. И тогда устанавливать очерёдность посещения один раз в полгода.

Есть в «Правилах» и такой абзац: «Порядок выполнения заказов на копирование, в том числе объемы копирования архивных документов, неопубликованных описей дел, документов, других архивных справочно-поисковых средств и баз данных, стоимость изготовления копий и порядок расчетов за их изготовление определяются руководством архива» . Что это означает на практике? Фактически полное всевластие архивных чиновников над пользователем. «Хочу разрешу опись сфотографировать, а хочу – не разрешу». Своя рука – владыка. Как правило, описи фотографировать запрещают вообще, объясняя это тем, что это внутренний документ архива, созданный трудом архивных работников, и никто не может заставить разрешить их копирование. Поэтому зачастую первая поездка в архив у иногородних генеалогов бывает чисто ознакомительная с целью почитать описи и понять, что же в архиве есть интересного, что можно было бы в следующий раз заказать. Люди едут, тратят время, занимают места в читальном зале, на посещение которых установлена очередь, только потому, что архивистам почему-то очень жалко выставить описи на всеобщее обозрение хотя бы всё в тот же Интернет. Тогда любой генеалог мог бы внимательно ознакомиться, какие дела по нужному ему приходу имеются в том или ином архиве, составить заявку, отправить её по электронной почте и ехать уже к конкретному дню для конкретной работы. Но, увы, пока в Интернет выставляются в основном лишь путеводители, которых для практического поиска явно недостаточно. Несовершенно и само законодательство. В некоторых законах есть такие пункты, что создаётся впечатление, что кто-то назло принимает такие решения, чтобы загнать генеалогов и историков в тупик, а возможно, и фальсифицировать некоторые трагические моменты нашей истории. Так, например, в законе «Об актах гражданского состояния» от 22.10.1997 г. № 44-ФЗ в статье 77, п. 2 говорится: «По истечении ста лет органы записи актов гражданского состояния передают в государственные архивы собранные из первых экземпляров записей актов гражданского состояния актовые книги и метрические книги в порядке, установленном уполномоченным Правительство Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти. Актовые книги, собранные из вторых экземпляров записей актов гражданского состояния, подлежат уничтожению» . К сожалению, в данном законе не сказано, что делать со вторыми экземплярами метрических книг, что позволяет работникам ЗАГСов трактовать закон по своему усмотрению. Уничтожение документов для генеалога – это варварство и кощунство над реликвиями, не имеющими цены.
Огромной проблемой является также то, что ведомственные архивы не принимают во внимание «Закон об архивном деле в РФ», а руководствуются другими, своими законами, по которым функционирует то или иное предприятие, учреждение или ведомство. Так, архивы ФСБ основываются в своей работе на закон от 3 апреля 1995 г. № 40-ФЗ «О федеральной службе безопасности» , архивы МВД на закон «О полиции» № 3-ФЗ от 07.02.2011 г. , архивы ЗАГСов на законе «Об актах гражданского состояния» от 22.10.1997 г. № 44-ФЗ , а также на различные подзаконные акты и ведомственные приказы и распоряжения, не обращая внимание на закон № 125- ФЗ «Об архивном деле в Российской Федерации».
В результате, эти и другие ведомства не делают открытыми документы, которым минуло 75 лет, а их работники разъясняют, что это правило действует только в отношении документов, хранящихся в государственных и муниципальных архивах. В связи с этим генеалоги лишаются возможности исследовать огромный пласт документов, который не сдан в государственные архивы. Более того, многие документов по решению этих ведомств могут быть уничтожены и вообще никогда не попасть на постоянное хранение в государственные архивы, а вопросом контроля над обязанностью сдавать документы в архив, никто не занимается. Ни в ЗАГСах, ни в органах судов, ФСБ, МВД и других нет открытости, невозможно получить информацию о том, планируется ли передача дел в государственные архивы, а если да, то когда. Кроме того, если документы будут уничтожены, то никакой ответственности эти органы не понесут.
В результате на сегодняшний день по всему пространству бывшего СССР уже уничтожены сотни тысяч, а, возможно, и миллионы уголовных и других дел, которые попросту сожгли, в лучшем случае оставив лишь личные карточки осуждённых, как это произошло, например, в Карагандинской области Республики Казахстан по Карлагу и во многих других регионах. К сожалению, Россия продолжает жить по двойным стандартам, когда, с одной стороны, с официальных трибун провозглашается открытость, право на получение закрытой ранее информации, в архивах устраиваются выставки, на телевидении идут передачи, популяризирующие генеалогию, а на деле, за редкими исключениями, происходит обратное: затрудняется доступ к документам, вводятся дополнительные ограничения, устанавливаются новые запреты, и происходит всё это параллельно с уничтожением архивных документов, представляющих генеалогическую и историческую ценность. Конечно людей, действительно увлечённых, имеющих большой опыт поиска в архивах, вышеперечисленные проблемы не останавливают. Генеалоги учатся обходить острые углы и изворачиваться, получать желаемые дела вопреки всему. Распространённая фраза генеалога: «Главное, что нужные дела сохранены, а уж достать их мы как-нибудь сможем. Вот когда дела уничтожены, тут уж ничего не поделаешь». Но ведь это не выход. Невольно вспоминаются времена социализма, когда дефицитный товар приходилось не покупать, а «доставать». Нечто подобное происходит в настоящее время и в архивах. Наличие в них нужных дел – ещё не главное. Главное – суметь их получить, а после этого ещё и умудриться скопировать.
В связи с этим генеалоги со стажем задумываются, как передать исследованный материал по наследству молодёжи, и при этом так, чтобы начатое дело продолжили внуки или правнуки. Ведь они не жили при социализме, и не понимают, что значит «доставать», и им в этом плане гораздо труднее. Этому способствуют и телепередачи, в которых та или иная знаменитость приходит в архив с целью составить своё родословное древо, и перед этой знаменитостью сразу же распахиваются все двери, бегут навстречу доброжелательные и угодливые работники архива и несут на блюдечке с голубой каёмочкой нужные этой знаменитости дела. Знаменитость мило восторгается, благодарит, узнаёт свои корни вплоть до 10-го колена, и всё готово. Насмотревшись таких телепередач, молодёжь идёт в архив, ожидая, что их предки уже все давно занесены в компьютер, и осталось только захотеть это дерево распечатать. И сталкиваются с множеством проблем. В результате у них опускаются руки, и желание заниматься исследованием своих корней исчезает навсегда.
Естественно, никто не говорит, что в компьютеры должно быть занесено всё и вся, так как это невозможно, ведь у каждого свой подход к истории, свой подход к генеалогии, но, по крайней мере, можно постараться сделать так, чтобы все имеющиеся в архивах материалы, были общедоступны, это задача ближайшего будущего. Каждый человек имеет право получить любой архивный документ, не ограниченный режимами секретности и конфиденциальности. А чтобы такое произошло, необходимо на самом высоком государственном уровне изменить отношение к архивной деятельности, пересмотреть закон «Об архивном деле в РФ», принять революционную программу перемен в архивной отрасли, обеспечить финансирование и установить реальные сроки её воплощения в жизнь. Только тогда, когда каждая семья задумается о прошлом своего рода, вспомнит о своих предках, создаст свою семейную историю и свой семейный архив, только тогда возможно переосмысление многих событий, исчезновение вооружённых конфликтов, установление мира и благоденствия.
В настоящее время, когда максимально остро столкнулось старое и новое, когда резко возрос интерес к генеалогии, когда прогресс в науке и умах тормозится консервативными чиновниками от архивной деятельности и культуры, необходимо совершенствовать работу архивов по всем возможным направлениям.

Чтобы что-то начать менять и осуществлять, нужно сначала определиться с целью, к которой стремишься. Когда этого нет, то вместо прогресса может получиться регресс и развал. Примером может служить недавнее прошлое нашей страны. Так, руководитель СССР М.С. Горбачёв хотел построить в стране «социализм с человеческим лицом», не совсем понимая, что это такое. Для этого начал «перестройку», в результате которой он получил обратное явление – не «социализм с человеческим лицом», а «капитализм со звериным оскалом», и, как результат, развал страны. Поэтому прежде чем предлагать пути решения проблем в архивной отрасли, которые особенно остро проявились после начала массового увлечения генеалогией в нашей стране, необходимо понять, каким мы хотим видеть архивы в ближайшем будущем, каким мы хотим видеть возможности для генеалогического поиска для граждан.
Не стоит забывать, что главная и первостепенная задача архивов – это, прежде всего, физическая сохранность документов в их первозданном или отреставрированном виде и хранение их настолько долго, насколько это возможно в природе. Вторая, наиболее значимая и социальная задача, которая особо беспокоит генеалогов и других людей, занимающихся поиском в архивах, это полная доступность и открытость всех незасекреченных и не являющихся конфиденциальными, документов, для любых исследований с правом их копирования, создание в обществе равных возможностей для всех для исследований и научных изысканий.
Итак, для обеспечения сохранности документов и создания условий для их максимально широкого использования одновременно, необходимо осуществить следующие глобальные задачи:
1. Ликвидировать автономию архивов, ввести единоначалие, единые тарифы на услуги, единые правила для всех государственных и муниципальных архивов страны. В этом случае исчезнут непомерно завышенные цены на услуги архивов, исчезнет самоуправство архивного руководства, действующего по принципу «что хочу, то и ворочу», руководствуясь им же сочинёнными, и утверждёнными региональными властями, правилами и расценками. В результате исчезнет десятикратная (а то и более) разница в ценах на одни и те же услуги в разных регионах страны.
2. Осуществить экспертизу зданий федеральных и областных государственных архивов в плане их соответствия современным требованиям с перспективой роста объёмов единиц хранения на десятилетия вперёд. В тех регионах, где здания архивов полностью заполнены, где нет возможности для расширения, нет территории для построения новых корпусов, необходимо выделить новые земельные участки и запроектировать новые архивные здания с учётом всех необходимых потребностей современности и с полным соблюдением всех условий хранения и правил противопожарной безопасности.
Государственным органам власти необходимо выделить на всё это, в том числе и на строительство, денежные средства и установить точный график строительства, причём во всех регионах должен быть единый финальный срок, когда все объекты должны быть сданы в эксплуатацию. В таких зданиях должны быть предусмотрены читальные залы большой вместимостью с оснащением компьютерами на каждый стол, система видеонаблюдения в каждом помещении, система пожаротушения, специальные боксы для ликвидации грибка на делах, необходимо предусмотреть мощные лаборатории для реставрации и оцифровки с современными сканерами, специальные кабинеты для сервера, для компьютеров, специальные хранилища для страхового фонда, для фонда пользования. Ну и, главное, создание просторных и объёмных хранилищ, условия хранения в которых отвечали бы всем нормам и правилам.
3. Принять единую государственную программу оцифровки всех архивных документов, хранящихся в архивах, с указанием точных сроков её окончания. На законодательном уровне обязать все организации, которые сдают документы в архив, сдавать документы не только в обычном, но и в электронном, оцифрованном виде. В случае, если организация не имеет условий для приведения дел в нормальное состояние и оцифровки (отсутствие оборудования, желания или рабочей силы), обязать их оплачивать эту работу, которая выполнялась бы сотрудниками архивов на оборудовании архивов. Именно эту работу считать основной статьёй дохода архивов. Для повышения прибыли использовать рекламу, маркетинг и т.д. При достаточном экономическом обосновании, разрешить архивам увеличивать количество рабочих мест в этом направлении деятельности.
Таким образом, через определённый, запланированный государством срок, все документы во всех государственных архивах будут оцифрованы, а все новые документы (за исключением документов личных фондов или каких-либо исторически ценных находок) будут поступать в архив уже в оцифрованном виде. Оцифровку хранящихся в архивах дел необходимо проводить с полной расшивкой и реставрацией каждой единицы хранения (включая лечение документов от губительного для них грибка, которым заражено множество дел в различных архивах страны (например, в ГАСО).
Параллельно при этом необходимо вносить уточнения и исправления в описи, ликвидируя, таким образом, ошибки, допущенные при их составлении и устраняя недочёты. Описи должны иметь новый вид, и в компьютере иметь удобные возможности для общего поиска по различным критериям, по образцу сети Интернет. Когда данная процедура будет осуществлена, то необходимость выдавать дела в оригинале просто почти исчезнет. В качестве исключения можно разрешить выдачу оригиналов дел только в случае государственной необходимости (судам, органам следствия, ФСБ и т.д.), а также тем пользователям, для которых лично увидеть оригинал и прикоснуться к истории имеет чрезвычайно важное значение. Такой показ дела должен происходить даже не в читальном зале, а в специально приспособленном для таких случаев помещении, где соблюдался бы режим хранения (температурный, влажностный и т.д.) полностью идентичный режиму хранения в хранилище. Знакомство с оригиналом дела должно происходить только в присутствии и под полным контролем работника архива. Естественно, что такая услуга должна быть платная, и, причём, по очень высоким тарифам, чтобы это не носило массовый характер, и в то же время, давало бы возможность людям при желании увидеть оригинал документа с записью о своих предках, как говорится, «живьём».
В читальном зале все компьютеры должны быть подсоединены к единой базе, чтобы пользователь мог на основе электронного поиска открыть и ознакомиться с любым делом, за исключением дел, на которых наложен гриф секретности или содержащих конфиденциальную информацию с неистёкшим сроком её сохранения в тайне. Необходимо на каждом компьютере обеспечить возможность для любого пользователя осуществлять бесплатное самостоятельное копирование на флеш-карты, диски или какие-либо другие цифровые носители. Таким образом, будет обеспечена глобальная задача совмещения доступности и идеального хранения дел. При этом произойдёт сокращение должностей хранителей, так как огромные хранилища может обслуживать всего один человек в связи с отсутствием необходимости готовить дела, пролистывать их, принимать их обратно, выдавать их как пользователям, так и сотрудникам. Это, если и не сократит общую численность работников архива, но перенаправит их на более нужные направления (например, оцифровки, реставрации, работы с гражданами по социальным и другим запросам, научную деятельность и т.д.).
4. Принять программу также с вполне определённым сроком по созданию единого глобального архивного сайта в сети Интернет с выставлением всех оцифрованных дел для всеобщего пользования и копирования. Доступ на такой сайт должен быть либо бесплатным, либо за символическую абонентскую или разовую плату. Осуществление данного проекта позволит резко сократить работу с гражданами в читальных залах, так как большинству не придётся никуда ехать, а иметь доступ ко всенародному достоянию у себя дома. Кроме того, осуществление данного проекта позволит людям с ограниченными возможностями, инвалидам, для которых ранее посещение архивов было недоступно, также в полной мере почувствовать себя равными в обществе, а, возможно, и добиться всевозможных открытий в исторической или других науках. Возможно, что осуществление такого проекта именно в России, подтолкнёт и другие страны (особенно, образовавшиеся в результате распада СССР) к аналогичным действиям.
5. Строжайшим образом контролировать организации всех форм собственности на предмет обязательной сдачи всех основных документов (личные дела работников, любые документы, содержащие персональные данные) по истечении установленных законом сроков хранения в организациях, в государственные архивы, и в особом порядке при ликвидации. Запретить ликвидацию организаций всех форм собственности без акта (с подробным перечнем сданных документов) государственного или муниципального архива о том, что все документы у них приняты в полном объёме.
6. Принять все меры, включая полный видеоконтроль в каждом кабинете и хранилищах, к выявлению незаконных заработков среди архивных работников и ликвидации коррупции. Установить жёсткий контроль над работниками за использованием рабочего времени. Запретить использовать рабочее время на дела, не связанные с непосредственным выполнением своих рабочих обязанностей. Это приведёт к резкому увеличению производительности труда и увольнению тех, кто находится не на своём месте. Произвести переаттестацию архивных работников, уволив некомпетентных и неспособных работать по-новому, повысив оставшимся зарплату в несколько раз.
7. Запретить уничтожение архивных документов в принципе. Установить единые сроки секретности документов, без права их увеличения. Обеспечить равные права для всех граждан Российской Федерации для доступа к любым документам (электронным копиям), хранящимся в архивах. Ввести уголовную ответственность за порчу и утрату архивных дел, в том числе и в случае небрежного их хранения. Ввести административную ответственность и большие штрафы за отказ руководства архивов по тем или иным причинам принимать в архив документы дореволюционного периода.
8. В случае признания каких-либо документов, хранящихся в организациях, не представляющими ценности для истории и генеалогии, с истёкшим установленным сроком хранения, вместо уничтожения ввести продажу этих документов через открытые аукционы физическим или юридическим лицам.
9. Разработать систему поощрительных мер для всех желающих сдать в архивы любые документы дореволюционного периода, причём документы генеалогического характера (метрические книги, исповедные росписи, брачные обыски и т.д.) разрешить выкупать у частных лиц за государственный счёт. В будущем, можно будет поднять планку, например, до 1950 года, и т.д., постепенно аккумулируя в архивном фонде всё большее и большее количество исторических архивных документов. Гарантировать гражданам приём в архивах таких документов в любом виде и состоянии, не требуя от них оплачивать реставрацию или оцифровку, производя всё это за государственный счёт.
10. Произвести укрупнение государственных архивов за счёт слияния. Например, в ряде региональных центров бывшие партийные архивы слились с государственными региональными, что привело к сокращению численности работников и обеспечению большего удобства пользователям.
11. Установить для читальных залов федеральных и региональных архивов удлинённый рабочий день и (по примеру торговых комплексов) единственный выходной день в году – 1 января.
12. На базе новых современных зданий государственных архивов часть зданий заранее запланировать как досуговый интеллектуальный центр для приезжих гостей: должна быть современная парковка для автомобилей, гостиничные номера от дешёвых до дорогих, столовая или кафе, интернет-зал, библиотека, магазин малотиражной литературы архивного направления, и, если будет в том необходимость, то и собственная типография (например, как это существует уже сейчас в РГАДА).
13. Освободить граждан от бюрократических пережитков прошлого, заполнения всевозможных заявлений, анкет и прочего. Заявления оставить только для тех, у кого будет желание всё-таки физически прикоснуться к архивному делу. Всем остальным, работающим только с цифровыми копиями, ограничиться лишь предъявлением паспорта и учётом охраной при входе.
14. Разрешить частным генеалогическим организациям рекламировать свою деятельность в специальном досуговом центре современного архива.
15. Перед допуском в читальный зал архива проводить краткую вводную лекцию с инструктажем по правилам работы пользователей в читальном зале.

Чтобы осуществить предложенную выше программу, необходимы, конечно же, воля и желание президента, необходимо принять новый закон «Об архивном деле в РФ», изменив в корне всю структуру подчинённости и принципов деятельности, пересмотреть ранее принятые правила хранения архивных дел, правила работы с гражданами, внести поправки как в административный, так и в уголовный кодекс. В настоящее же время Архивное ведомство настолько инертно, настолько привыкло жить по старинке, что, хотя на словах и провозглашаются красивые лозунги и ставятся новые цели, на деле создаётся только видимость кипучей деятельности, ситуация же в своей основе не меняется. Особенно сложно и трудно что-то изменить без поддержки сверху. Поэтому именно Президент должен дать старт революционным преобразованиям в архивной отрасли по примеру, например, изменений, которые произошли за последние годы в сфере недвижимости, кадастрового учёта.
С точки зрения положительного примера можно сказать о созданной и выставленной в Интернет базе погибших в Великую Отечественную войну – Объединённой базе данных «Мемориал» – с прикреплением отсканированных документов. А ведь раньше о таком нереально было даже мечтать. Всегда находятся те, кто не хотят перемен. И против базы данных «Мемориал» также было много людей, обвиняя этот сайт в нарушение закона о персональных данных, требуя его закрыть и т.д. и т.п. Но здравый смысл и поддержка Президента победили.
Робкие шаги на пути к прогрессу уже произошли в некоторых региональных архивах (Самара, Уфа). Пока ещё на начальном этапе, но всё же ведётся оцифровка и в Государственном архиве Оренбургской области (директор – Валентина Анатольевна Ильина) и в некоторых других. Но это всё капля в море.
Только принятые в совокупности все вышеперечисленные меры, приведут к желаемому результату, уничтожив коррупционный разгул в архивной сфере и ликвидировав беспочвенно-неоправданные запреты и ограничения на выдачу дел, при этом максимально полно сохранив, и год от года приумножая, весь архивный фонд.
Естественно, что ни один архив в одиночку не потянет такой объём перемен, поэтому нужна консолидация как архивных работников, так и общественности, историков, генеалогов, краеведов, депутатов всех уровней с целью добиться реальных перемен в лучшую сторону. Необходимо не замалчивать, а больше говорить о проблемах, писать запросы, общаться с депутатами, судиться, в конце концов, и добиваться справедливости, добиваться того, чтобы все пункты предложенного в этой работе плана, были выполнены и воплощены в жизнь.
Хочется верить, что уже скоро граждане нашей страны смогут беспрепятственно получать доступ к любым документам, хранящимся в архивах, за исключением особо секретных, находясь у монитора компьютера, зайдя на соответствующие сайты в Интернете. Наступит время, когда любой человек, имеющий лишь желание и стремление исследовать историю своих предков, сможет беспрепятственно, самостоятельно изучать историю не по книгам, а по реальным подлинным архивным документам. От этого выиграют все: и общество, и государство, и весь мир в целом.

При написании использовались документы, взятые в сети Интернет:

Об утверждении Порядка использования архивных документов в государственных и муниципальных архивах. Приказ министерства культуры Российской Федерации № 635 от 03.06.2013 г. http://egov.law.kodeks.ru/npd/show_document/499031059
http://egov.law.kodeks.ru/npd/show_document/499031059
http://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_163342/
http://base.garant.ru/12137300/
http://base.garant.ru/12137300/6/
http://egov.law.kodeks.ru/npd/show_document/499031059.
http://www.rusarchives.ru/lows/pohkuidaf.shtml
http://base.consultant.ru/cons...W;n=173279
http://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_172567/
http://www.consultant.ru/popular/police/
http://base.consultant.ru/cons...W;n=173279

[q]
Сообщений: 767
Регистрация: 10 авг. 2012
[--] Рейтинг: 500 [+]
[/q]

У Вас был юбилейный рейтинг, а я его вам испортил:

[q]
Рейтинг: 501
[/q]

Спасибо за статью!

Оренбург общество Однодворец написал:

[q]
С точки зрения положительного примера можно сказать о созданной и выставленной в Интернет базе погибших в Великую Отечественную войну – Объединённой базе данных «Мемориал» – с прикреплением отсканированных документов.
[/q]

Основную ценность данному проекту придает создание справочного аппарата к отсканированным документам с возможностью поиска. Трудозатраты на сканирование одной страницы (один проход профессионального сканера, несколько секунд) не сопоставимы с созданием 15-20 записей базы данных по информации с этой страницы (вычитывание, структуризация по полям и т.д.). А отсутствие возможностей поиска резко сужает целевую группу пользователей оцифрованных документов. Мне, например, будет не сложно, зная губернию, уезд и приход найти нужные сведения, если речь идет о метриках. Но государство, выделяя деньги, не должно ориентироваться на малочисленную группу относительно продвинутых граждан.

Проблемы в архивной отрасли и пути их решения

Мысли вслух. Автор - Пчелинцев Константин Анатольевич, директор ООО "Историко-родословное общество "Однодворец" (г. Оренбург). Ждём дополнений, замечаний и критики.