В.В.Кожевников
«Дементий Зыков. За славные подвиги награждён был землёю» (статья в краеведческом журнале, к 370-летию посёлка Зыково, 2000 год)
Чем больше богатели господа Строгановы, владельцы общинных земель по Уралу, тем становились жаднее. Тяжёл был труд на их рудниках и солеварнях. За малую провинность виновных жестоко наказывали. Вот и бежали мужики на вольные земли за Урал-камень. Их ловили, нещадно секли розгами, заковывали в кандалы, но ничем не могли удержать.
Дёмка Зыков рос старшим в семье. И уже восьми лет его впрягли в работу на солеварне, отрабатывать долги родителей, которые, несмотря на каторжный труд, почему-то не убывали.
Не счесть, сколько раз плеть надсмотрщика ходила по Дёмкиной спине. Били не только за допущенную оплошность, но и за косо брошенный взгляд.
К восемнадцати годам Дёмка возмужал, окреп, силушка буквально распирала его. «Ну, погоди, ужо доберусь до тебя» – думал Дёмка, исподлобья поглядывая на надсмотрщика. Тот хорошо понимал эти вгляды и остерегался оставаться наедине с Дёмкой.
Но надо же было случиться, что пути их пересеклись. Понравилась надсмотрщику невеста Дёмки. С голубыми, как небо, глазами, ямочками на щеках, длинной русой косой, она вся как бы светилась. И даже сшитое из сурового домотканого полотна платье не скрывало красоты девушки.
Поэтому и потерял голову надсмотрщик. Подкараулил он однажды Агашу, бегущую по тропке на свидание, и потащил в кусты. Но на его беду Агашу недалеко поджидал Дёмка. Прибежав на крик любимой, он увидел её в объятиях надсмотрщика.
– Дёмка, мотри, на цепи в забое сгною, – залепетал, сжимаясь от страха, надсмотрщик.
Всю накопившуюся за долгие годы ярость вложил Дементий в удар в голову своего изгалителя. Тот упал навзничь, дёрнулся и затих.
На семейном совете родители невесты благословили их и посоветовали бежать:
– Нам всё одно помирать, а вы бегите за Урал-камень. Сказывают, в Тобольске сбирается войско на Анисей. Бог даст, тама вас не достанут Строгановы приспешники.
В Тобольске атаман Иван Кольцов поставил Дементия во главе десятка казаков за его ум, сообразительность и силу. Многое для Дементия оказалось внове: владеть саблей, копьём, стрелять из лука, пищали, строить речные посудины, вести судно под стругом, грести на вёслах. Но благодаря природной сметливости, он быстро овладел всем этим мастерством.
Во время похода из Тобольска в Енисейск особенно трудным оказался подъём по реке Кеть, притоку Оби. Из-за неразберихи вышли из Тобольска с опозданием недели на две, поэтому коренная вода на реке уже спала. Через перекаты суда перетаскивали с помощью воротов. Работать приходилось по пояс в ледяной воде. Спали казаки под открытым небом на нарубленном лапнике. И это в сентябре-октябре месяце! Утром надевали на себя влажную, непросушенную одежду, разбитые лапти – и снова в воду. И так до самого Маковского, острожка.
Не менее трудным был путь от острожка до Енисейска. Всю зиму в лютые морозы часть отряда строила на Енисее суда, а остальные перевозили провиант и огненное зелье. От бескормицы лошади, выделенные им, вскоре пали, и тогда в сани впряглись казаки. Три тысячи пудов груза перевезли они на себе.
Учитывая прошлогодний опыт, из Енисейска караван судов с казаками под командованием Андрея Дубенского вышел в мае 1628 года, когда прошёл лёд на Енисее. На этот раз в дороге больше донимали казаков комары и гнус. Если от комаров спасались, намазав лицо и руки дёгтем, то от гнуса житья не было.
Несмотря ни на что, уже в конце июля караван дошёл до места строительства острога, который нарекли Новокачинским. И уже в 1629 году киргизы сделали первый налёт на острог, пограбили окружающие деревни. Захватив полон, они пошли назад в степи.
Воевода отправил вслед за ними сотню конных казаков во главе с атаманом Дементием Злобиным и пеших, которых повёл атаман Иван Кольцов.
Киргизов нагнали на третий день на реке Белый Июс. Сеча была страшная.
«Мы к вам пришли с добром, а вы наших людей убиваете, жёнок и детей в полон угоняете», – от этой мысли ярость закипала в жилах казаков, поэтому они были неудержимыми.
За этот поход в 1630 году и наградил красноярский воевода Ивана Кольцова, Дементия Злобина, десятников Шумку Вострых, Дементия Зыкова землями по берегам реки Берёзовки (а значит, не только зыковцы, но и жители Шумково и Злобино в Берёзовке могут праздновать своё 370-летие).
Иван Кольцов, Дементий Злобин, Шумка Вострых выбрали себе место поближе к устью реки, где она впадает в Енисей. А Дементий Зыков решил уйти подальше. Вдруг ещё его искать начнут за убийство. Поэтому гнал и гнал он свою лодку вверх против течения, пока не начало смеркаться.
С восходом солнца Дементий огляделся. Прямо перед ним уходил далеко заросший лесом косогор с большими еланями. Из-под ног то и дело выпархивали целые выводки рябчиков. За рекой, поросшей высокой травой, расстилалась пойма.
«Господи, сена скоко тута пропадает, однако. Косить – не перекосить», – с тоской подумал он.
– Лучшего места и искать не надо, – решил Дементий и начал делать шалаш.
А на следующий год он привёз сюда жену и начал обустраиваться.
Они вырастили двоих сыновей. Старший, Пашка, служил в остроге в конной сотне казаков, а младший, Мишка, – в пешей. Но как только освобождались от службы, спешили в родную деревню. Их, как и отца, больше тянуло к земле.
Вскоре вокруг появились ещё деревни: Пузырёво, Красная Горка, Кулаково, Лукино, Кузнецово.
Деревня Зыково до открытия церкви входила в Берёзовский приход, поэтому крестили детей, венчались зыковцы в Берёзовской Введенской церкви. Туда они ездили и на престольные праздники.
В 1893 году в Зыково открылась церковно-приходская школа.
В 1900 году через Зыково открылось сквозное движение поездов по железной дороге. Отсюда следует, что станции Зыково в этом (2000) году должно исполниться сто лет.
К сожалению, в настоящее время людей по фамилии Зыковы в селе проживает не так уж много. Может быть, среди них есть и потомки Дементия Зыкова, давшего название селу.
Источник:
https://vk.com/topic-133835_23347246 