Бароны Фон-дер-Рыцк (Рыцк, Рык, Ryck) - Генеалогический форум

Русско-польские революционные связи. Под ред. Дьяков В.А.; М. 1963
1863 г. апреля 16, 18.- Показания отставного поручика А. Рыка в Петербургской следственной комиссии (1)
Вопрос 1(2). Как ваше имя, отчество и фамилия; сколько вам от роду лет; какого вы вероисповедания; бываете ли ежегодно на исповеди у св. причастия, и если не были, то почему; живы ли ваши родители, и если живы, то где находятся; имеете ли вы братьев, сестер и других родственников, кто они и где находятся; где вы воспитывались, когда и куда по окончании воспитания поступили на службу, в каких полках и командах проходили оную, были ли вы в походах и в сражениях с неприятелем; получали ли вы какие-либо награды и какие; когда и по какому случаю вышли в отставку, с которого времени проживали в Мариенгаузене; есть ли у вас или родителей ваших недвижимая собственность, и если есть, то где она находится и в чём заключается; женаты вы или холосты; не были ли вы под следствием или судом, и если были, то когда, за что, где дело производилось и чем кончилось?
Ответ. Антон Александров Рыцк 2-й, лет от роду 28, вероисповедания римско-католического, у исповеди бываю несколько раз в год и св. причастие принимал. Родители мои в мертвых. Братьев нас трое, из них старший Урбан Александров — штабс-капитан путей сообщения, инженер — находится в гор. Тамбове на службе; другой — отставной поручик 18-го стрелкового батальона держит имение, смежное с Мариенгаузеном. Я же сам воспитывался сперва в Петербурге в 4-й гимназии, потом дома; [в] 1852 г. поступил юнкером в е. выс. Николая Николаевича полк, произведен в Великолуцкий полк, а оттуда, по воле начальства, переведен в 18-й стрелковый батальон (3). По случаю смерти моего отца я подал в отставку и приехал к сестре моей в Мариенгаузен (4). После смерти моего отца досталось нам недвижимое имение Витебской губ. Режицкого у. Старое Риково, но я от него отказался в пользу младших моих сестер. Я холост, под следствием и судом никогда не был. В походах был на Кавказе при покорении Чечни и Дагестана, за что имею медаль и крест Анны 4 степени, притом имею медаль в память воины минувшего 1854 г.

Вопрос 2. Знакомы ли вы с вольнослушателем здешнего университета Степановым и отставным штабс-капитаном Жуковым: когда и где и по какому случаю познакомились с ними и какие были отношения ваши к каждому из них?
Ответ. Ни одного из поименованных господ я не только не знаю, но и фамилий подобных не слышал и отношений никаких с ними не имел.

Вопрос 3. Комиссий известно, что в числе молодых людей, бывавших в последнее время у вас в Мариенгаузене, к вам приезжали Жуков и Степанов и занимались печатанием воззвания под заглавием «Земля и Воля», для чего у них были необходимые принадлежности, с коими они задержаны в дер. Кобыльске Островского у. на возвратном пути из Мариенгаузена в С.-Петербург. Комиссия требует, чтобы вы объяснили, когда, с кем и откуда приезжали в Мариенгаузен Степанов и Жуков, по чьей рекомендации или приглашению они приехали, сколько времени они пробыли у вас, где вы помещали их; что именно они печатали и от кого достали принадлежности для печатания; во время пребывания у вас Жукова и Степанова кто из молодых людей находился в Мариенгаузене и мог видеть их, а также занятия их; был ли в это время у вас Вейде?
Ответ. Так как я этих господ вовсе не знаю, то и не могу ведать, печатали ли они что-нибудь подобное. Слышал только, что Псковской губ. в Островском y. крестьяне задержали каких-то двух инсургентов, которых отправили в гор. Остров. Незадолго до моего ареста студент Вейде, возвращаясь от своего брата из Боловска, заезжал ко мне, как старый знакомый, но он был один и с ним никого не было. Около этого времени проезжало несколько молодых людей разного звания. Одни из них спрашивали места, другие отправлялись на родину, в разные губернии. Все же они, сколько мне известно, были поляки, или, по крайней мере, говорили по-польски, следовательно, не могу думать, чтобы кто-нибудь из спрашиваемых господ, был в числе их. Все эти господа, когда они находились у меня, то помещением для них была моя охотничья комната у нас же в доме в Мариенгаузене.

Вопрос 4. Из Мариенгаузена Степанов и Жуков были отправлены в приселок Семеново и помещались там в квартире управляющего приселком Полонского. Когда, кем и на чем были отправлены Жуков и Степанов в Семеново, для какой надобности они отправлены туда, сколько времени там пробыли и чем занимались; кто из посторонних находился тогда в Семенове; были ли тогда у Полонского Тржецяк, Хоревич и Бейнар. Кто из прислуги и домашних Полонского видел в Семенове Степанова и Жукова и занятия их; когда, куда и на чем они уехали из Семенова? Вообще объясните подробно и с полною откровенностью, какие известны вам обстоятельства, относящиеся до печатания и распространения возмутительных воззваний как Жуковым и Степановым, так и другими лицами?
Ответ. Совершенно мне неизвестно, были ли подобные господа отправляемы в приселок Семеново из Мариенгаузена и находились ли в оном приселке Степанов и штабс-капитан Жуков. Что же касается господ Хоревича, Тржедяка и Бейнаровича (последних двух я не знаю фамилий), то они после первого у нас обыска приезжали ко мне, но я не имел времени расспросить их, когда они приехали; знаю только, что из С.-Петербурга Хоревич приехал. Прислуги Полонского я никогда не видал и не говорил с нею и поэтому не могу знать, был ли кто у них из вышеупомянутых господ; сам же я весьма редко заходил к Полонскому и большей частью разговаривал с ним на улице или у нас в Мариенгаузене. Что же касается возмутительных воззваний, то я ни одного из них не читал и не знаю, чтобы кроме Литвы и Царства Польского они где-нибудь существовали и печатались.

Вопрос 5. В дополнение к 4-му пункту ваших ответов объясните, какие известны вам воззвания, существовавшие и печатавшиеся в Литве и Царстве Польском, какие из них вы имели у себя, от кого получали их и какое делали с ними употребление? Кто сочинял, печатал и распространял в Литве и Царстве Польском воззвания?
Ответ. По слухам мне только известно, что существуют в Литве и Царстве Польском какие-то воззвания, но я их не читал и под какими заглавиями, не знаю. Одно только я видел у проезжающего, на небольшом листке бумаги было напечатано несколько строк такого смысла: «показателю сего бланка (взывает Центральный польский комитет) оказывать содействие во всем, что он потребует», и печать была приложена того же комитета. Показав мне его, он спрятал у себя. Больше я никаких не имел воззваний и что-нибудь в том роде.

ЦГИА Лит. ССР, ф. 1248, оп. 2, д. 60, ч. 3, ЛЛ.239—241. Копия

1 В связи с тем, что не удалось обнаружить подлинник показаний А. Рыка, документ воспроизведен с копии, в которой объединены показания за 16 и 18 апреля.
2 Аналогичные вопросы (за исключением 5) были даны 16 апреля 1863 г. И. Будковскому. В ответах Будковский показал, что ему ничего не известно о печатании и распространении журнала «Земля и Воля» и что он никогда не был знаком со Степановым и Жуковым и другими лицами, названными в вопросах. Относительно М. Вейде Будковский показал, что видел его лишь один раз в Мариенгаузене (ЦГИА Лит. ССР, ф. 1248, оп. 2, д. 60, ч. 3, лл. 242—245).
3 В послужном списке отставного поручика А. Рыка указано, что 26 декабря 1857 г. он переведен в 18-й стрелковый батальон по собственному желанию (ЦГВИА, ф. 395, оп. 54/578, 1 отд., 3 стол, 1862 г., д. 876, лл. 19—21).
4 А. Рык 3 сентября 1862 г. был уволен из 18-го стрелкового батальона в звании поручика (там же, л. 28).