Саломахины

Так или иначе, но на третьем году Советской власти партия большевиков поставила четкие задачи и проводила их в жизнь по всей стране, не обходя стороной и село Третьяки. Но до великих советских строек и освоения космических пространств было еще очень и очень далеко…

Где был декоративный сад заложен первыми коммунистами, сказать трудно за давностью лет. Но будучи еще школьником, в 60-х годах прошлого века я участвовал в закладке парка вокруг колхозного клуба, расположенного в деревянном здании бывшего храма Козьмы и Дамиана. Не в этом ли месте раньше закладывался декоративный сад? Спросить уже не у кого. Да и вряд ли, так как храм был действующим до 1934 года.

Колхозный фруктовый сад нынешние многие жители села хорошо помнят. Он располагался на западной окраине поселения и до 60-х годов еще давал неплохой урожай, но, видимо, в архивном документе речь шла не о нем.

О РОДНЫХ И БЛИЗКИХ КОЗЬМЫ АНДРЕЕВИЧА ЧЕРНЫШЕВА

Судьбу родных и близких К.А. Чернышева мне легче было отследить по его ветви, уходящей вниз по архивным документам, а не вверх, потому что в родном селе таковых никого не осталось.

В метрической книге Николаевской церкви села Третьяков Новохоперского уезда Воронежской губернии за 1867 год имеется следующая запись: «Родился 1 июля, крещен 2 июля Козьма у государственного крестьянина Андрея Кондратова Чернышева и законной жены его Вассы Михайловой, оба православные»82. Если строго следовать церковной записи, то Чернышев именовался Козьмой, а не Казьмой, как он себя обычно называл. Родители его, Андрей Кондратьевич и Васса Михайловна, родились также в селе Третьяки в 1846 и 1845 году соответственно.

Дед, Кондратий Иванович Чернышев, 1810 года рождения, также происходил из местных крестьян. Пахал землю в Третьяках и старший брат Козьмы Андреевича Митрофан Андреевич Чернышев, рожденный в 1863 году. Однако Митрофан Чернышев занимался не только землепашеством, о чем свидетельствует обнаруженный мною документ.

«19 ноября 1907 год

Об аресте к-н села Третьяков Новохоперского уезда Степана Беликова, Митрофана Чернышева, Ивана и Семена Лебедевых, Василия Архипова, Василия Данилова, Прохора Хмырова, Якова Третьякова, Бориса Полянского, Ивана Грибкова и Сергея Данилова.

Обвиняются в принадлежности к партии социал-революционеров, внушали крестьянам, что не нужно царя и правительства, и подстрекали к разгрому и захвату помещечьих имений.

19 ноября были арестованы и высланы из пределов Воронежской губернии на срок действия в ней положения об усиленной охране»83.

В 1932 году на него и односельчанина Андриана Петровича Мезенцева ОГПУ было возбуждено уголовное дело по ст. 58 п. 10 УК РСФСР, благодаря которому мне стали известны некоторые подробности его жизни84.

В справке, представленной в ОГПУ, заверенной должностными лицами сельского совета и райисполкома, предупрежденными об уголовной ответственности по ст. 120 УК РСФСР за служебный подлог, сообщается следующее.

Митрофан Андреевич Чернышев имеет состав семьи шесть человек: жена Мария Петровна, 1863 года рождения, сын Владимир, 1901 года рождения, сноха Вера Даниловна, 1902 года рождения, внучка Александра, 1922 года рождения, внучка Нина, 1927 года рождения.

До революции имел 8 десятин надельной земли, купленной 10 десятин, арендованной 25 десятин, 3 лошадей, 2 коров, 15 овец, 3 свиней, 1 сеялку, 2 плуга и 1 веялку. Из надворных построек имел дом деревянный, крытый соломой, сарай деревянный крытый соломой, 2 постоянных и 3 сезонных батрака.

В 1929 году (до раскулачивания) имел 6 десятин надельной земли, 10 десятин арендованной, 2 лошади, 2 коровы, 10 овец, 1 сеялку, 1 плуг и 1 веялку, тот же дом и сарай, в 1924–1925 г.г. имел кустарную маслобойню.

На момент привлечения к уголовной ответственности из земли имел только 6 десятин надельной земли, 2 овцы и тот же дом с сараем, крытые соломой. Имущество изъято в порядке доведения твердого задания.

Репрессировался в 1930 году за невыполнение хлебозаготовки, за штрафы изъято имущество, корова, а за хищнический убой скота в 1931 году оштрафован в сумме 50 рублей.

Задание по хлебозаготовкам имел 150 пудов, выполнил 120 пудов.

Избирательных прав не лишался.

Совместно с братом принимал активное участие в зеленой банде, за что брат расстрелян по постановлению Ревтрибунала.

Вычищен из колхоза, враждебно относится к проводимым компаниям Соввласти и партии85.

Расследовал уголовное против него уполномоченный Песковского районного отдела ОГПУ ранее упомянутый Попов. В первую очередь он допросил своих людей в селе. Алексей Владимирович Арнаутов, по-уличному Шарабар, показал, что Чернышев говорил ему, что Советская власть грабит, оставляет крестьян голыми, скоро ей придет конец86.

Другой свидетель, Иван Евдокимович Федоров, такой же бедняк-пролетарий, как и Арнаутов, до революции имевший из имущества одну избу, а после революции получивший от новой власти корову, также уличил М.А. Чернышева в антисоветской агитации и пояснил, что последний чуть его не ударил, когда он стал ему противоречить87.

Иван Иванович Ульянов в своих показаниях вспомнил, что Митрофан Чернышев в 1919 году был организатором зеленых банд, выгонял крестьян на фронт против Красной Армии, а гражданина Бориса Михайловича Полянского, придя к нему, пытался приколоть штыком, но благодаря брату Козьме Чернышеву, который сказал ему, брось, он и так сдохнет, убивать не стал. Показал также, что Митрофан Чернышев называл Советскую власть гибелью для крестьян88. Следует помнить, что оба брата Чернышевы и Борис Полянский до революции боролись за социалистические идеи.

Сельский пролетарий Петр Данилович Третьяков, из имущества ничего не имевший, ранее судимый по ст. 169 УК РСФСР (мошенничество), кроме критики Чернышевым колхозов вспомнил, что кустарная маслобойня обвиняемого перерабатывала в сутки 10 пудов ядра семян, а парусная лодка в весенний сезон приносила ему до 300 рублей89.

20 февраля 1932 года уполномоченный Тамбовского первого сектора ПП ОГПУ по ЦЧО Буданцев, изучив уголовное дело по обвинению М.А. Чернышева и А.П. Мезенцева по ст. 58 п. 10 УК РСФСР, вынес постановление о прекращении уголовного дела в отношении Чернышева в связи с «уклонным» возрастом, а именно 68 лет, и немедленном освобождении его из-под стражи. В отношении А.П. Мезенцева им было составлено обвинительное заключение и дело направлено в тройку ПП ОГПУ по ЦЧО для внесудебного разбирательства. В итоге — три года высылки в северный край этапом. Андриану Петровичу было 53 года90.

Что спасло Митрофана Андреевича Чернышева? Его возраст, состояние здоровья или благоразумие работника ОГПУ? Теперь понять невозможно.

Я долго пытался узнать, что стало с близкими Козьмы Чернышева и его старшего брата Митрофана, но все было безуспешно. В Третьяках об их судьбе никому ничего не было известно. И вдруг, как гром среди ясного неба, в 2013 году в Третьяках неожиданно появилась правнучка Козьмы Андреевича Чернышева — Людмила Зеркель из США. Людмила родилась и много лет прожила в Харькове, потом переехала на постоянное жительство в Америку. В Третьяках она искала свои корни по материнской линии.

Ее мать, Раиса Александровна Крутько (Бородулина), родилась в 1925 году в городе Грозном в семье Бородулина Александра Ивановича (1895–1981) и Бородулиной (Чернышевой) Анны Козьминичны (1893–1942). Умерла в 2007 году в Харькове. Людмила рассказала, что у ее бабушки Анны Козьминичны первой дочерью была Евгения, 1914 года, вторым был сын Василий, 1923 года рождения, который погиб в Отечественную войну, третьим ребенком была дочь Раиса, 1925 года рождения, мать Людмилы, а четвертым — сын Валентин, 1927 года рождения, который долгое время работал на шахте в Кривом Роге.

Людмила Зеркель рассказала, что ее родной дед, Александр Иванович Бородулин, вовсе не погиб во время гражданской войны в России, как об этом на допросе показал его тесть, а скрылся на Кавказе в г. Грозном. После расстрела К.А. Чернышева и конфискации его дома Анна Козьминична с малолетней Евгенией и свекровью Ксенией Георгиевной Бородулиной (Лебедевой) выехала на постоянное место жительство к своему мужу.

Александр Иванович работал на железной дороге, а Анна Козьминична занималась домашним хозяйством и воспитанием четверых детей. В Грозном у них был свой дом на ул. Коммуны. Анна Козьминична погибла в октябре 1942 года от разрыва снаряда при выходе из бомбоубежища. В этом же году придет сообщение о ее без вести пропавшем сыне Василии, который до войны был в Грозном одним из лучших фрезеровщиков.

Старшая дочь Анны Козьминичны — Евгения, которая родилась еще при жизни деда Козьмы, в замужестве Саницкая, в 1956 году станет крестной матерью племянницы Людмилы Зеркель, проживет долгую жизнь и оставит после себя сына Михаила и дочь Аллу. Валентин Александрович Бородулин был шахтером, умер от силикоза легких в г. Грозном. У него остались дети, Вера и Александр.

Раиса Александровна Крутько (Бородулина) всю жизнь посвятила педагогической деятельности. Ее дети, Игорь, 1948 года рождения (Украина) и Людмила, 1956 года рождения (США). У них тоже есть дети — потомки Козьмы Андреевича Чернышева.

После трагической смерти жены Александр Иванович Бородулин вторично женился, прожил долгую жизнь и похоронен в Грозном. Там же похоронена его мать, уроженка села Третьяки Бородулина (Лебедева) Ксения Георгиевна.

К сожалению, ничего не удалось узнать о жене Козьмы Андреевича Чернышева, Пелагее Матвеевне, на долю которой выпало много житейских невзгод в связи с революционной деятельностью мужа и его расстрелом в 1920 году, конфискацией дома и всего имущества. Долго ли она прожила после смерти мужа, никому из ее потомков неизвестно.

Уезжая из Третьяков, Людмила Зеркель оставила много семейных фотографий.

Ничего не известно и о судьбе командира Третьяковской армии зеленых Иване Федотовиче Лебедеве, по-уличному Ваньке Пискуне. Местные коммунисты пытались о нем дознаться у отца его, Федота Лебедева, но, видимо, не дознались.

Многие третьяковские жители в своих показаниях по делу Чернышева не единожды называли И.Ф. Лебедева его племянником. Но это не совсем верно. Согласно записи в метрической книге Николаевской церкви с. Третьяки Новохоперского уезда за 1887 год 4 ноября К.А. Чернышев венчался с Пелагеей Матвеевной Третьяковой, сестра которой Ефросинья Матвеевна была женою Федота Семеновича Лебедева91. Таким образом, Иван Федотович Лебедев был племянником Пелагеи Матвеевны, жены Козьмы Андреевича. Именно поэтому он был поручителем во время венчания у двоюродной сестры Анны с Александром Бородулиным 8 января 1914 года92.

Большим подарком для меня была коллективная фотография Бородулиных из села Третьяки, присланная директором Третьяковской средней школы Юрием Евгеньевичем Бородулиным. Юрий Евгеньевич сообщил мне, что эту фотографию ему передали дальние родственники жены из Волгограда. Последним она была передана из Азербайджана, где умер ее владелец. Передали Юрию Евгеньевичу эту фотографию в надежде, что это могут быть его родственники.

И действительно, в нижнем ряду фотографии молодой человек с гитарой очень напоминает самого Юрия Евгеньевича, что не отрицает и сам владелец фотографии. Я очень заинтересовался этим семейным снимком, потому что, по воспоминаниям свидетеля событий 1919 года А. Хмырова, среди организаторов зеленого восстания были Иван Васильевич и Василий Михайлович Бородулины. Еще один Бородулин, Александр Иванович, был зятем Чернышева. Делопроизводитель волостного военкомата Лебедев, сообщивший в уездный город о восстании зеленых в Третьяках, среди организаторов мятежа называл старого дезертира Степана Бородулина.

Изучая эту фотографию, я решил использовать фото, представленные Людмилой Зеркель, а также портрет К. А. Чернышева из энциклопедии. Меня поразило очень большое сходство молодой женщины во втором ряду слева с ребенком на руках с Козьмой Андреевичем Чернышевым. В связи с этим я пришел к выводу, что это и есть его единственная дочь Анна, 1893 года рождения, с внучкой Евгенией, 1914 года рождения, на руках.

Судя по тому, что ребенок совсем маленький, снимок мог быть сделан в связи с крестинами в 1914 году или немного позднее и предназначался деду Козьме Андреевичу, который в это время был выслан из пределов Воронежской губернии и не имел возможности разделить эту семейную радость.

В это время Анна проживала в семье мужа, которого мы видим на фотографии сзади жены и он держит руку ее плече. Бесспорные снимки А.И. Бородулина подтверждают это сходство.

ГЛАВА ПОСЛЕДНЯЯ

В юные годы я вместе со своими сверстниками ходил смотреть фильмы в сельский клуб, здание которого оборудовали в бывшей церкви, где служил священником Николай Александрович Дольский, ушедший из села вместе с отступающими белыми. Помимо церковных обязанностей он до революции руководил в Третьяках молочной артелью и был председателем кредитного товарищества.

Спешно покидая кров, священник успел прихватить с собой только деньги и самые ценные вещи, а дом и добротную шубу оставил коммунистам. По всей видимости, в его доме близ церкви и помещались долгие годы сельская библиотека и исполком сельского Совета.

Изучая рассказы жителей села и материалы уголовного дела по обвинению Ивана Николаевича Полукарова, 1885 года рождения, в антисоветской агитации, расстрелянного в 1938 году, я узнал, что его кирпичный дом, крытый железом, после раскулачивания был конфискован и использовался под МТС93. Когда МТС были ликвидированы, дом Полукарова оборудовали под классы для занятий старшеклассников на уроках труда. В конце 1950-х годов там же вечерами крутили фильмы с помощью кинопередвижки. В настоящее время дом находится в хорошем состоянии, и в нем проживает семья, которая не имеет никакого отношения к первому собственнику этого дома Ивану Николаевичу Полукарову.

А младший сын И.Н. Полукарова, Дмитрий Иванович, 1931 года рождения, всю свою жизнь прожил в маленьком домике, который успел приобрести его отец для многочисленной семьи после раскулачивания и возвращения домой после отбытия первого наказания.

Дмитрий Иванович Полукаров был добросовестным колхозником и добрым человеком. Он умер несколько лет назад. Я успел поговорить с ним об отце, которого он помнил очень смутно. На мой вопрос, знал ли он, что на одной с ним улице жил человек, который обличал его отца, он без всякой злобы ответил: «А что ему оставалось делать? Если бы он не дал показания на отца, то дали бы на него».

В доме, где располагался колхозный радиоузел, раньше была начальная школа, в которой я учился с 1-го по 4-й класс. Первой моей учительницей была Клавдия Степановна Лутцева, которая для меня и моих сверстников была образцом советского педагога. Умная, внимательная и очень добрая. Она умерла совсем недавно на 91-м году жизни. Во время нашей последней встречи она рассказала интересную историю, о которой ранее было говорить не принято. Оказывается, большой кирпичный дом, в котором мы учились, принадлежал ее деду Митрофану Николаевичу Полукарову и ее отцу Степану Митрофановичу. Дом отца и деда Клавдии Степановны до сих пор цел и стоит по соседству с домом Ивана Николаевича Полукарова на ул. Ленинской. Когда-то эти кирпичные дома принадлежали двум родным братьям.

Антонина Ивановна Юрченко (Михайлова), внучка Митрофана Николаевича Полукарова, рассказала все, что она знала про родных ее матери Надежды Митрофановны Михайловой (Полукаровой). Ее дед Митрофан и бабушка Аграфена имели восьмерых детей: Ивана, Андрея, Степана, Анастасию, Надежду, Марию, Евдокию и Ольгу. Старшие сыновья были женаты, но жили вместе с отцом в одном доме. Дед Митрофан умер от тифа еще до раскулачивания. Фактически раскулачивали бабушку Аграфену с незамужними дочерьми и ее женатых сыновей. Было очень горько. Чтобы выжить, вырыли землянку. Сыновья Аграфены Иван и Андрей вынуждены были покинуть село в поисках лучшей доли. Степан погиб в годы Великой Отечественной войны.

Я хорошо помню большую и дружную семью Надежды Митрофановны и Ивана Никифоровича Михайловых, особенно их младшего сына Алексея, с которым я учился в школе в одном классе в доме его деда. Внуки Митрофана Николаевича были примерными учениками, получили хорошее образование и покинули отчий дом навсегда. От семейной ли обиды или по другим причинам? Наверное, им самим на этот вопрос ответить непросто…

Большая часть раскулаченных Ивановых проживала в Ольшанке (ул. Коммуны). Один из больших деревянных домов располагался в середине улицы и использовался в 50-х — 60-х годах прошлого века под правление колхоза «Рассвет», где бухгалтерами работали мой отец Иван Спиридонович Третьяков и сын одного из раскулаченных Петр Григорьевич Иванов. После упразднения колхоза в этом доме долгое время был детский садик. В настоящее время этот дом не сохранился. Но первая в моей жизни новогодняя елка для детей связана именно с этим домом под железной крышей. Он отличался от других деревянных домов не только большим размером, но и тем, что не был обмазан глиной, как принято было в селе, а построен из добротного строевого привозного леса. Резные наличники украшали высокие окна. Все говорило о зажиточности хозяина дома.

О судьбе одного из раскулаченных Ивановых я узнал несколько лет назад из письма Ирины Ивановны Ивановой, гражданки Киргизии, профессора Кыргызско-Российского Славянского университета в г. Бишкеке. Она мне представилась внучкой Афанасия Яковлевича Иванова, 1899 г.р., и Александры Яковлевны Ивановой (Грибковой), 1899 г.р., которые были обвенчаны в селе Третьяки в 1917 году. Она сообщила, что ее отец был Иван Афанасьевич Иванов, 1928 года рождения. У отца было трое братьев: Василий, Павел и Петр, которые рождены были в селе Третьяки, а также сестра Нина.

Ирина Ивановна сообщала, что семья ее деда Афанасия была раскулачена приблизительно в 1930 году и выселена из собственного дома. Дед и бабушка, а также их дети умерли, не оставив после себя никаких воспоминаний о жизни в Третьяках; видимо, скрывали прошлое. Помнит только, что дед Афанасий называл местный пруд в Киргизии Хопром, как реку в его родном селе.

Благодаря тому, что у меня сохранилось много выписок из архивно-следственного дела Афанасия Яковлевича Иванова, я сообщил внучке анкетные данные ее деда. На момент ареста в июле 1930 года ему был 31 год, на его иждивении находилась мать Надежда Михайловна Иванова, 80-ти лет, жена Александра Яковлевна, 30-ти лет, сыновья Павел, 8-ми лет, Василий, 6-ти лет, Петр, 4,5 года, и Иван, 3-х лет. Владел избой деревянной, крытой железом, амбаром каменным, крытым железом, двором, крытым соломой. В Красной Армии служил 3 года 7 месяцев. Арестован был во время уборки ржи на своем загоне, помещен в Борисоглебский дом заключения. Состояние здоровья удовлетворительное.

Согласно справке сельского совета, Афанасий Яковлевич до революции имел 6 десятин земли надельной, 150 десятин купленной и 50 десятин арендованной земли, 4 лошадей, 3 коров, 20 овец, 3 свиней, жатку, молотилку, маслобойню, 8 сезонных и 3 постоянных батраков. На момент ареста имел 6 десятин надельной и 2 десятины арендованной земли, 1 лошадь и 1 корову, 5 овец, два плуга, веялку и маслобойню94.

По электронной почте я выслал также Ирине Ивановне Ивановой коллективную фотографию обвиняемых по уголовному делу третьяковских крестьян, находившихся в то время в домзаке, где под № 6 запечатлен ее дед.

Примерно таким же колоритным, как дом Ивановых в Ольшанке, до недавнего времени выглядел дом на Планту (ул. Свободы), где ранее располагалась начальная школа, пока стены его не покрыли сайдингом и не разместили в нем детский сад. Со слов директора местной школы Ю.Е. Бородулина, в этой школе учился не только он, но учились его отец Евгений Ефимович и дед Ефим, 1901 года рождения. Последний получил трехклассное образование. Из сказанного можно сделать вывод, что это была земская школа, построенная еще до революции, о чем свидетельствует и планировка здания под классы с большим коридором.

По этой причине версия, что этот дом принадлежал К.А. Чернышеву, отпадает.

По данным справочного издания «Россия. Полное географическое описание нашего отечества»95 за 1902 год, в селе Третьяки Новохоперского уезда Воронежской губернии имелись три школы. В 1934 году моя мама, Нина Прохоровна Третьякова, училась в школе, расположенной рядом с церковью Козьмы и Дамиана. Видимо, рядом с храмом и была раньше церковно-приходская школа, в которой сейчас размещается сельский медицинский пункт (ул. Ленинская).

Возможно, была еще одна церковно-приходская школа при Николаевском храме, но здание, как и сам храм, не сохранилось. О том, что попытка создания такой школы при Николаевском храме имела место еще в 1864 году в помещении церковной караулки, писал в 1868 году местный священник Даниил Похомов, но она окончилась неудачей96. Не исключено, что вторая попытка создания школы была более удачной.

Здания хлебопекарни и сельпо в настоящее время утрачены, здание старой почты пустует, а в кирпичном помещении родильного дома на Планту, где появилось на свет много сельских детишек, нынче размещается продуктовый магазин. Кто был первым собственником этих строений, не знаю. Мне кажется, что советская история специально стирала напрочь из памяти людей их имена.

Однако судьбу одного из собственников кирпичного завода в селе Третьяки мне удалось установить по архивному уголовному делу. Даниил Долматович Соломахин, 1876 года рождения, уроженец села Третьяки, до революции имел под обработкой 36 десятин земли, домов и складских помещений — 4, хозяйственных построек — 6, один кирпичный завод, 4 лошади, 2 коровы, 16 быков, 50 овец, 3 свиней, сельхозинвентарь. В 1930 году был раскулачен и лишен избирательных прав97.

На момент возбуждения в отношении него уголовного дела по обвинению в контрреволюционной агитации в 1938 году он жил на ст. Байчурово, один, супруги в живых не было. Дети: Екатерина, 1910 г.р., Петр, 1913 г.р., Федор, 1917 г.р., и Алексей, 1918 г.р., — жили отдельно своими семьями. 2 марта 1938 года по постановлению тройки Управления НКВД по Воронежской области Даниил Долматович Соломахин был расстрелян. Сыновья Петр, Федор и Алексей погибли при защите Отечества в годы Великой Отечественной войны. Единственная оставшаяся в живых из детей Соломахина, Екатерина Даниловна, проживавшая в Запорожье, в 1988 году добилась полной реабилитации отца98. Эту невеселую историю мне подтвердил и внучатый племянник Даниила Долматовича Николай Алексеевич Соломахин, ныне проживающий в селе Третьяки. Он же рассказал, что дом родного брата его деда стоял напротив домов братьев Полукаровых, сейчас его нет.

Грустно, а порой очень тяжело читать страницы архивных документов о наших односельчанах, наших родственниках. О некоторых моментах хотелось бы вообще не знать, так как они нелицеприятны. Но историю поменять нельзя. Ее надо принять такой, какой она есть. Возможно, она поможет нам, нынешним, жить по-другому, жить лучше, жить по совести.

Я более двадцати лет раздумывал над тем, стоит ли печатать все документы о страшных страницах классовой борьбы в моем селе? Ведь остались внуки и правнуки многих участников тех событий. И не всем будет приятно читать о тех или иных моментах их жизни. И все-таки решил — стоит. Поступки наших дедов и прадедов — это только их поступки. А нам отвечать за свои. Очень хочется надеяться, что они не будут такими тяжкими.

СНОСКИ И ПРИМЕЧАНИЯ:

1 ГАОПИ ВО. Ф. 9353. Оп. 2. Д. 23815.

2 ГАОПИ ВО. Ф. 9353. Оп. 2. Д. 32815. Л. 4 и об.

3 Правильно: Иван Федотович Лебедев.

4 ГАОПИ ВО. Ф. 9353. Оп. 2. Д. 23815. Л. 4–8.

5 Там же. Л. 9 и об.

6 ГАОПИ ВО. Ф. 9353. Оп. 2. Д. 23815. Л. 11.

7 Там же. Л. 12.

8 Там же. Л. 14.

9 ГАОПИ ВО. Ф. 9353. Оп. 2. Д. 23815. Л. 14.

10 ГАОПИ ВО. Ф. 9353. Оп. 2. Д. 23815. Л. 16–17.

11 ГАОПИ ВО. Ф. 9353. Оп. 2. Д. 23815. Л. 19–21.

12 ГАОПИ ВО. Ф. 9353. Оп. 2. Д. 23815. Л. 18 об.

13 ГАОПИ ВО. Ф. 9353. Оп. 2. Д. 23815. Л. 21 об.

14 Там же.

15 Там же. Л. 22.

16 ГАОПИ ВО. Ф. 9353. Оп. 2. Д. 23815. Л. 22.

17 Там же.

18 Там же. Л. 18.

19 Там же. Л. 20.

20 ГАОПИ ВО. Ф. 9353. Оп. 2. Д. 23815. Л. 24–25.

21 ГАОПИ ВО. Ф. 9353. Оп. 2. Д. 23815. Л. 23.

22 Там же.

23 ГАВО. Ф. 9353. Оп. 2. Д. 23815. Л. 26.

24 Воронежская энциклопедия / гл. ред. М.Д. Карпачев. Т. 1. Воронеж, 2008. С. 32.

25 ГАОПИ ВО. Ф. 9353. Оп. 2. Д. 23815. Л. 29.

26 ГАОПИ ВО. Ф. 9353. Оп. 2. Д. 11833.

27 Там же. Л. 3.

28 ГАОПИ ВО. Ф. 9353. Оп. 2. Д. 11833. Л. 6–8.

29 Там же. Л. 10–17.

30 Там же. Л. 17.

31 ГАОПИ ВО. Ф. 9353. Оп. 2. Д. 22486.

32 Там же. Д. 11833. Л. 23–24.

33 Там же. Л. 30.

34 ГАОПИ ВО. Ф. 9353. Оп. 2. Д. 11833. Л. 35–38.

35 ГАОПИ ВО. Ф. 9353. Оп. 2. Д. 11833. Л. 69.

36 Там же. Ф. 1478. Оп. 1. Д. 41а. Л. 78.

37 ГАОПИ ВО. Ф. 1478. Оп. 1. Д. 41а. Л. 78 об.

38 Там же. Л. 79.

39 ГАОПИ ВО. Ф. 5. Оп. 1. Д. 560. Л. 2.

40 Там же. Ф. 1. Оп. 1. Д. 81. Л. 8.

41 Там же. Ф. 1478. Оп. 1. Д. 41а. Л. 123.

42 Пономарев И.И. Быль о Варяге. Владивосток, 1972.

43 ГАОПИ ВО. Ф. 1478. Оп. 1. Д. 41а. Л. 76 и об.

44 ГАВОПИ ВО. Ф. 1478. Оп. 1. Д. 41а. Л. 77 и об.

45 Там же. Л. 84 и об.

46 ГАОПИ ВО. Ф. 1478. Оп. 1. Д. 41а. Л. 86 и об.

47 Там же. Л. 88–89 об.

48 Там же. Л. 92.

49 ГАОПИ ВО. Ф. 1478. Оп. 1. Д. 41а. Л. 93 и об.

50 ГАОПИ ВО. Ф. 1478. Оп. 1. Д. 41а. Л. 97 и об.

51 Там же. Л. 103 и об.

52 Там же. Л. 104.

53 ГАОЛПИ ВО. Ф. 1478. Оп. 1. Д. 41а. Л. 106-107 об.

54 ГАОПИ ВО. Ф. 1478. Оп. 1. Д. 41а. Л. 110 и об.

55 ГАОПИ ВО. Ф. 5. Оп. 1. Д. 562. Л. 27-28.

56 ГАОПИ ВО. Ф. 1478. Оп. 1. Д. 41а. Л. 112-113.

57 Там же. Л. 115.

58 Там же. Л. 116.

59 Там же. Л. 117.

60 ГАОПИ ВО. Ф. 1478. Оп. 1. Д. 41а. Л. 121.

61 Там же. Л. 122–123.

62 ГАОПИ ВО. Ф. 1478. Оп. 1. Д. 41а. Л. 125.

63 Там же. Л. 126 и об.

64 ГАОПИ ВО. Ф. 1478. Оп. 1. Д. 41а. Л. 128.

65 Там же. Л. 129.

66 Там же. Л. 130 и об.

67 Там же. Л. 131 и об.

68 ГАОПИ ВО. Ф. 1478. Оп. 1. Д. 41а. Л. 133.

69 Там же. Л. 136.

70 ГАОПИ ВО. Ф. 1478. Оп. 1. Д. 41а. Л. 136 об.

71 ГАОПИ ВО. Ф. 1478. Оп. 1. Д. 41а. Л. 137 и об.

72 ГАОПИ ВО. Ф. 1478. Оп. 1. Д. 41а. Л. 138 и об.

73 Там же. Л. 142.

74 Там же. Л. 148 и об.

75 ГАОПИ ВО. Ф. 1478. Оп. 1. Д. 41а. Л. 145 и об.

76 Там же. Л. 147 и об.

77 Там же. Л. 144 и об.

78 ГАОПИ ВО. Ф. 1478. Оп. 1. Д. 41а. Л. 150–151 об.

79 Там же. Л. 153 и об.

80 Там же. Л. 157.

81 ГАОПИ ВО. Ф. 1478. Оп. 1. Д. 41а. Л. 149 и об.

82 ГАВО. Ф. И-84. Оп. 2. Д. 51б. Л. 312 об.

83 ГАОПИ ВО. Ф. 5. Оп. 1. Д. 275. Л. 115.

84 ГАОПИ ВО. Ф. 9353. Оп. 2. Д. 11184.

85 ГАОПИ ВО. Ф. 9353. Оп. 2. Д. 11184. Л. 12 и об.

86 Там же. Л. 14.

87 ГАОПИ ВО. Ф. 9353. Оп. 2. Д. 11184. Л. 21.

88 Там же. Л. 22.

89 Там же. Л. 20.

90 Там же. Л. 28–30.

91 ГАВО. Ф. И-282. Оп. 2. Д. 504. Л. 47 об.

92 Там же. Д. 511. Л. 202 об.

93 ГАОПИ ВО. Ф. 9353. Оп. 2. Д. 21939. Л. 12-13.

94 ГАОПИ ВО, Ф. 9353. Оп. 2 Д. 27176. Л. 26.

95 Россия. Полное географическое описание нашего отечества». Т. 2. СПб., 1902. С. 596 .

96 Пахомов Д. Село Третьяки Новохоперского уезда. Воронеж, 2005. С. 18.

97 ГАОПИ ВО. Ф. 9353. Оп. 2. Д. 17049. Л. 7.

98 ГАОПИ ВО. Ф. 9353. Оп. 2. Д. 17049. Л. 15, 16, 19, 22, 23.

1779-1782 - Тамбовское наместничество
1782-1796 - Саратовское наместничество
1796-1797 - Пензенская губерния
1797-1802 - Саратовская губерния
1802-1928 - Воронежская губерния

Уездный город - Новохоперск.

Волости Новохоперского уезда1,2,3:
Алферовская волость
Алферовка (Корсаковка) - волостной центр
Богдан (Богданов, Боковой)
Варварин (Варваровка, Голый)

Бурляевская волость
Бурляевка (Бурлеевка) - волостной центр

Верхнекарачанская волость (Верхне-Карачанская волость)
Верхний Карачан (Верхний Корочан, Верхняя Пятина) - волостной центр
Дмитриевка (Макрино, Колтовская, Кирсановка)
Кирсановка (Старая Кирсановка)
Паганка (Поганка, Новая Кирсановка, Новокирсановка)
Средний Карачан (Средний Корочан, Средняя Пятина, Самодуровка)
Ржавец (Ржавчик)

Еланская волость
Абрамовка
Еланское Колено (Коленовская Елань, Елань-Колено) - волостной центр

Калмыкская волость (Калмыковская волость), создана после 1892 до 1913
Калмык (Калмыкское) - волостной центр

Краснянская волость
Белавкины (к с. Русаново)
Коноплянка (к сл. Кочерга)
Кочерга (Самодуровка, Окладная)
Красная (Красненькая) - волостной центр
Некрылово (Некрылов, Некрыловский, Некриловский)
Печерский (Добринский, Добренький)
Подосиновка
Русаново

Макаровская волость
Елань (Еланское, Еланские, Макаровские, Новомакарово)
Краснореченское (Краснореченская, Краснореченский, Грачевка)
Красовка (Пески)
Лавровка
Макарово - волостной центр
Тихвинское (Савала, Сафоновка, Ключи)

Макашевская волость (создана после 1892, до 1913)
Макашево - волостной центр

Нижнекарачанская волость (Нижне-Карачанская волость, Нижне-Корочанская волость)
Васильевка (Васильевская, Русская Поляна, Поляна, Поспеловка), 1887-1892
Нижний Карачан (Нижний Корочан, Желновка, Жалновка, Нижняя Пятина) - волостной центр
Таволжанка
Тюменевка 1-я (Тюменевское, Тюменево, Тюменово, Маламы)
Тюменевка 2-я (Алексеевка, Гусева Поляна, Тржасковский)

Новогольская волость
Белая Яруга
Дмитриевка (Дмитриевское, Дмитриевская, Дмитриево, Анучино, Анучинака, Тагайка)
Нагорное (Князевка)
Новогольские (Новогольский, Еланские, Елань)
Новогольское (Новогальское) - волостной центр
Паганка (Поганка, Тюменевка)
Рождественское (Поворино)
Старогольские (Еланские)
Старогольское (Старогальское)
Тагайка (Корогодин)

Песковская волость (Песковатская волость)
Александровка (Соленый Хутор, Нагорый Хутор)
Ивановка (Сушкова)
Ильмень (Новоспасовка, Новоспасовское)
Кардаиловка (Кардаил, Кардайловка, Желновка)
Мазурка (Мазурки, Никольское)
Марьевка (Байчуровка)
Николаевка (Колтовская, Колтовские), 1892
Новониколаевка (1892)
Пески - волостной центр

Пыховская волость
Ивановка (Татарка)
Каменка-Садовка (Каменка, Садовка)
Пыховка - волостной центр

Рождественская волость
Калмык (Верховое, Верховой Калмык)
Марьина-Новинка (Марьино, Новинка, Маринно-Новинка)
Моховой (Маховой)
Никандровка (Никандровки, Никандровское, Благодарша, Аршеневка)
Поворинский
Полянский
Рождественское (Рожественское, Поворино) - волостной центр
Солдатский (Солдатские, Самодуровка)
Ульяновка

Синявская волость
Абрамовка (Аврамовка), д. Абрамовка, д.
Артюшкино (Артюшкина)
Вязовка (Верх-Вязовка, Верхо-Вязовка, Верховязовка)
Ивановка (Коневка, Канёвки)
Новоникольское (Артюшкино, Богохранимовка, Богохранимовское, Сергиевка)
Сергеевка (Страховка, Синявка)
Синявка - волостной центр

Сухоеланская волость (упразднена после 1887, до 1892)
Вихляйка (1887)
Николаевка (Колтовская, Колтовские), 1887
Новониколаевка (1887)
Сухая Елань - волостной центр (1887)

Танцырейская волость
Жуликовка (Жуликова, Жуливка, Жулино, Свинцовка)
Ивановка (Белозеровка, Белозерки, Белозеровская)
Петровское (Мерлино)
Сасновка (Сосновка)
Селама (Шаславка)
Старая Воскресеновка (Старая Воскресенка, Старовоскресенская)
Танцырей (Танцыреи, Танцыри) - волостной центр
Третьяки (Никольское)

Троицкая волость
Аврамовка (Жихаревка, Ключи, Ключ)
Ауловка
Екатериновка (Екатеринино, Зубриловка, Зубрицкий)
Кутки (Олений Кут, Оленино-Кут, Филиппово, Ширинкино, Растуновское, Ростунцы)
Таволжанка (Товолжанка)
Троицкое (Троицкий Юрт, Юрты) - волостной центр

Тюковская волость
Вихляйка (1892)
Горелка (Горелки, Горелово)
Губаревский (Ближний Губаревский, Дальний Губаревский)
Губари (Губарево)
Макашевка
Новая Воскресеновка (Бобровка, Воскресеновка, Новая Воскресенка, Нововоскресенская)
Сухая Елань (1892)
Тюковка - волостной центр

Ярковская волость
Александровка (Соколовка, Ивановка)
Алексеевка (Красовицкое)
Анновка (Аннинское)
Анучина (Анучино, Еланка)
Богохранимовка (Кирилино)
Вязовка
Гусево 1-е (Гусева Поляна, Рамонь)
Гусево 2-е (Гусева Поляна, Рамонь)
Деевка
Еланка (Усть-Такай, Усть-Тай, Елань)
Знаменское (Знаменская слобода, Знаменка, Спицынка, Богохранимовка, Богохронимовское, Богохронимое)
Ивановка (Чернецкий Угорь)
Ивановка (Байчуровка)
Красная Речка (Бейгловка, Еланка, Алексеевка)
Михайловка
Николаевка (Бутырки)
Петровское (Петровская, Александровка)
Подгоренское (Подгоринское, Рагозинское)
Подгорное
Рамонье (Раманье, Раменье)
Сафоновка (Еланка 2-я)
Тржасковская (Алексеевка)
Ярки (Ярков) - волостной центр

1. «Памятная книжка Воронежской губернии на 1887 год». Воронеж: Типо-литография губернского правления, 1887.
2. «Памятная книжка Воронежской губернии на 1892 год». Воронеж: Типо-литография губернского правления, 1892.
3. «Волостные, станичные, сельские, гминные правления и управления, а также полицейские станы всей России с обозначением места их нахождения».
Киев: Книгоиздательство товарищества Л. М. Фиш, 1913.

с. Третьяки Воронежская область