Саломахины

На сайте ВГД собираются люди, увлеченные генеалогией, историей, геральдикой и т.д. Здесь вы найдете собеседников, экспертов, умелых помощников в поисках предков и родственников. Вам подскажут где искать документы о павших в боях и пропавших без вести, в какой архив обратиться при исследовании родословной своей семьи, помогут определить по старой фотографии принадлежность к воинским частям, ведомствам и чину. ВГД - поиск людей в прошлом, настоящем и будущем!

Имя этого человека я впервые услышал в далеком детстве от деда, Андрея Павловича Понкратова, мужа моей двоюродной бабушки Натальи Николаевны. Несмотря на то, что дед был ярым сторонником советской власти, в Гражданскую войну был бойцом 25-й Чапаевской дивизии, к этому человеку он относился явно уважительно и с симпатией, хотя и знал, что он новой властью признан врагом народа.

После ранней смерти отца Андрей Павлович со своей матерью жил у деда, старосты села. Однажды, когда ему было лет семь–десять, в период Первой русской революции или немного позднее, он был свидетелем того, как его дед прятал у себя в подполье социал-революционера, за которым охотился полицейский пристав. Об этом он рассказывал с особой гордостью, как причастный к этому неординарному событию, заряжая своим настроением и меня.

Этим необычным человеком был уроженец нашего села Третьяки Новохоперского уезда Козьма Андреевич Чернышев, имя которого вошло в две дореволюционные и одну современную энциклопедии1.

Сын местного хлебопашца, Козьма Андреевич пошел по кузнечному ремеслу. В период революционных событий в начале ХХ века разделял политические взгляды социал-революционеров, стал активно выступать на местных сходах и митингах с антиправительственными речами, за раздел помещичьих земель между крестьянами. Имел авторитет у жителей села и уезда, которые выдвинули его членом Государственной Думы второго созыва в 1906 году.

Так получилось, что народ, пославший сельского кузнеца в Таврический дворец отстаивать его вековые чаяния о земле, через несколько лет поставил его к стенке. В этом и заключена подлинная трагедия той эпохи и Чернышева в частности. В советское время на долгие годы его имя не упоминалось нигде, будто было вычеркнуто полностью из памяти моих односельчан, как и многие другие имена репрессированных земляков.

Но пришли иные времена, когда доступ к архивам был приоткрыт. Пожелтевшие от времени листы столетней давности стали пищей для моих непростых размышлений. Непростых потому, что в их основу легли не только человеческие эмоции, сострадание к людским судьбам, но и холодная правда немых свидетелей истории.

«Арестантское2

Секретно

Его превосходительству Воронежскому Губернатору

Новохоперского Уездного Исправника

Рапорт

Представляя при сем дознание о вредной деятельности крестьянина села Третьяки Новохоперского уезда Казьмы Андреева Чернышева, протокол опроса его, сведения о нем и постановление о заключении Чернышева под стражу в тюрьме в порядке охраны, — прошу ходатайства Вашего превосходительства Чернышева, в виду его опасного и вредного влияния на жителей Новохоперского уезда, выслать из пределов Воронежской губернии не менее как года на 3 в отдаленную местность.

И.д. Уездного Исправника Ушаков

Декабря 17 дня 1910 г.»3.

«Секретно

Протокол

1910 года декабря 14 дня

Пристав 2 стана Новохоперского уезда, вследствие предписания Господина Новохоперского Исправника, от 10 декабря за № 2007 в селе Третьяках Танцырейской волости, производил дознание о крестьянине села Третьяков Казьме Андрееве Чернышеве, обвиняемом в политической неблагонадежности, пропаганде среди населения, против правительства и подозреваемым в ряде поджогов, совершенных в 1907 году, который укрывался от преследования полиции с октября месяца 1907 года и был задержан в селе Третьяках Урядником Танцырейской волости — Губановым 24 ноября 1910 года и негласно опрашивал нижепоименованных лиц, которые показали:

Крестьянин села Третьяков Танцырейской волости Федор Алексеев Новиков показал:

Крестьянина села Третьяков Казьму Андреева Чернышева я знаю хорошо и мне известно, что в политическом отношении он вполне неблагонадежный человек и для населения крестьян села Третьяков крайне вредный и опасный человек, так как в 1906 и 1907 годах во время происходивших в Новохоперском уезде беспорядков, Казьма Чернышев открыто среди населения вел пропаганду, подстрекал крестьян идти против правительства и власти, открыто высказывал между крестьянами «не нужно нам Государя и Правительство», подстрекал не платить подати, не отдавать на военную службу детей, ходил по дворам жителей среди с. Третьяков и угрожал, кто на его сторону не склонится и не перейдет на упомянутые выше условия, то дома таких лиц будут жечь и вообще приносить им ущерб. И действительно, в это время, т.е. в 1906 и 1907 годах, были чрезвычайно усиленные пожары, в поджоге которых все население подозревало Казьму Чернышева. При этом Чернышев собирал митинги, на которых увещевал крестьян громить казенные винные лавки, отбирать землю у помещиков, увозить самовольно хлеб и снопы.

Казьма Чернышев открыто по дворам разносил прокламации противоправительственного революционного содержания и раздавал их по улицам населению села Третьяков.

Чернышев вел знакомство с лицами политически неблагонадежными и лицами, преследуемыми полицией. При появлении его 23 ноября сего года в селе Третьяки он нанес на население страшный ужас и между жителями открыто несся слух, что жители боятся мести, которую он проделал в 1906 и 1907 году.

Если Казьма Чернышев останется на свободе, то он явится среди…»4.

«Протокол

1910 года декабря 17 дня, я, Новохоперский Уездный Исправник, на основании Положения о мерах к охранению Государственного порядка и общественного спокойствия, Высочайше утвержденного в 14 день августа 1881 г., расспрашивал нижепоименованного, который показал.

Зовут меня Казьма Андреев Чернышев. От роду имею 43 года, вероисповедания православного.

Происхождение и народность — крестьянин, великоросс.

Звание: крестьянин села Третьяков Танцырейской волости Новохоперского уезда.

Место рождения и место постоянного жительства: родился в селе Третьяки Новохоперского уезда, где постоянно живу.

Занятие: хлебопашество и кузнечным мастерством.

Средства к жизни: доходы от произведения земли и от заработка по кузнечному мастерству.

Семейное положение: жена Пелагея Матвеевна, 40 лет, и дочь Анна, 17 лет.

Экономическое положение: имеет в селе Третьяки дом с надворными постройками, корову, телку, лошадь.

Воспитание в учебных заведениях: грамоте обучался в Третьяковском земском училище, где и окончил полный курс.

На чей счет воспитывался: на средства родителей.

Был ли за границей, где и когда именно: не был.

Привлекался ли ранее к дознаниям, каким и чем они окончены: не привлекался.

На предложенные мне вопросы отвечаю:

Я не принадлежу ни к какой партии и знакомства с лицами революционного направления не веду. Пропагандой и подстрекательством против правительства, властей и помещиков, к нарушению существующего государственного строя и не платежу казенных податей не занимаюсь и виновным себя в предъявленном ко мне обвинении я не признаю.

Казьма Чернышев

Допрашивал: И. д. Уездного Исправника Ушаков»5.

«Сведения

о представляемом к административной высылке крестьянине Казьме Андреевиче Чернышеве.

с октября 1907 года и до настоящего времени скрывается от преследования полиции.

Где и с какого времени находится под стражей в порядке Положения об охране:

В Новохоперской тюрьме с 17 декабря 1910 года.

Заключение местных властей о предложенной мере административного взыскания:

Ввиду крайне вредной деятельности Чернышева ходатайствую о высылке его из пределов губернии в одну из более отдаленных губерний на три года.

И.д. Уездного исправника Ушаков»6

«Арестантское

Секретно

Новохоперскому Уездному Исправнику

13 января 1911 года.

Рассмотрев представленную при рапорте Вашем от 17 декабря минувшего года переписку о крестьянине села Третьяков Новохоперского уезда Козьме Андрееве Чернышеве, изобличаемом в подстрекательстве крестьян не давать своих сыновей на военную службу, не платить повинности и не подчиняться распоряжениям правительственной власти, я, на основании пункта 4 ст. 16 Положения о государственной охране, признал необходимым воспретить названному Чернышеву пребывание в пределах Воронежской губернии на срок действия в губернии Положения об усиленной охране.

Сообщая об этом, предлагаю Вашему Высокоблагородию немедленно выслать Чернышева этапным порядком в ту местность, которую он изберет для жительства, препроводив паспорт начальнику полиции сказанной местности.

О времени высылки Чернышева донести мне с указанием местности, в которую он будет выслан. На паспорте Чернышева не должна быть делаема отметка о принятой против него административной меры.

Губернатор Голиков»7.

«Секретно

Его Превосходительству Воронежскому Губернатору

Новохоперского Уездного Исправника

Рапорт

Вследствие предписания от 13 января сего года доношу Вашему Превосходительству, что крестьянин села Третьяков Новохоперского уезда Казьма Андреев Чернышев 24 января выслан этапным порядком в Управление Окружного Атамана Хоперского округа для водворения его в избранное им место жительства: станицу Михайловскую Хоперского округа.

И.д. Уездного Исправника Ушаков.

Февраля 5 дня 1911 года»8.

Ознакомившись с этими официальными документами, я обратил внимание на то, что ни в одном из них нет упоминания о том, что К.А. Чернышев не просто неблагонадежный в политическом отношении крестьянин Новохоперского уезда, а в прошлом депутат Государственной Думы 2-го созыва. В одном из энциклопедических словарей нашел я фотографию героя моей публикации: молодого, крестьянского вида мужчины с правильными чертами лица, аккуратно подстриженной бородой, в косоворотке и пиджаке. Под фотографией подпись: «Чернышев Козьма Андреевич. Родился в 1867 году. Трудовик. Крестьянин. Хлебопашец. Образование низшее».

Я не думаю, что полицейские чины в Новохоперском уезде не знали прошлого Чернышева. Видимо, специально принижали его уровень до рядового возмутителя порядка. Или просто учитывали сам факт отрицательного отношения к деятельности депутатов Думы 2-го созыва императором, который досрочно распустил ее 3 июня 1907 года.

После роспуска Думы до его ареста в декабре 1910 года Чернышев в связи с антигосударственной деятельностью скрывался за пределами Новохоперского уезда, главным образом на Кавказе, занимаясь торговлей. Почему Чернышев после роспуска Государственной Думы скрывался, а в своих показаниях отрицал принадлежность к какой-либо политической партии?

Для этого достаточно заглянуть в популярную нынче Википедию, общедоступную интернет-энциклопедию.

«Трудовики — российская политическая организация, существовавшая в 1906–1917 годах. До созыва 1-ой Государственной Думы такой организации не было. Возникла она в 1-ой Государственной Думе в апреле 1906 года как группа депутатов из крестьян и интеллигентов народнического направления. Значительное число членов 1-ой Думы, к ней примкнувших, были как беспартийные. В 1-ой Думе трудовиков было около 80-ти. Трудовая партия по численности и по влиянию уступала только конституционным демократам, но не считала нужным называть себя партией, потому что была организацией исключительно парламентской, не отличалась резко и определенно от смежных групп и не подчинялась строгой партийной дисциплине.

У нее не было программы, и даже под конец существования Думы она имела только проект платформы. В Трудовую партию вступали депутаты, которые по своим взглядам были левее кадетов в области аграрного вопроса. В рядах ее было несколько социалистов-революционеров, а сначала и несколько социал-демократов. Идеология Трудовой группы была унаследована от народнических партий и течений. Она стремилась бороться за интересы и отражать настроение всего трудящегося народа, объединяя главным образом три общественных класса, которые она причисляла к трудящимся: крестьянство, рабочий пролетариат и трудовую интеллигенцию. В критические минуты Трудовая группа раскалывалась и голосовала одной своей частью за более крайние предложения, внесенные ее вождями, а другой частью за более умеренные предложения, внесенные партией кадетов.

Как в 1-ой, так и 2-ой Думе (104 человека) группа состояла преимущественно из представителей крестьянства. Трудовики являлись влиятельной политической силой в Думе и имели широкую популярность в народе. Также фракция выставила ряд выдающихся ораторов (Аладьин, Аникин, Бондарев, Брамсон, Жилкин, Локоть и др.). Кроме работы думской, Трудовая группа вела широкую внедумскую деятельность: посылала своих членов на места, распространяла в большом количестве литературу и т.д.; в свою очередь она получала множество наказов и принимала множество ходоков.

После роспуска 2-ой Государственной Думы к концу августа 1907 года не менее 15 членов Трудовой группы были арестованы, многие другие, скрываясь от ареста, перешли на нелегальное положение или уехали за границу.

Правительство относилось к Трудовой группе как к организации революционной. Некоторые газеты, напечатавшие ее платформу, были конфискованы с привлечением редакторов к суду по 129 статье. К февралю 1907 года в России имелось 32 местных комитета Трудовой группы со многими тысячами зарегистрированных активных членов. Организовавшись наподобие политической партии, Трудовая группа все-таки дорожила своим названием «группы» и противопоставляла себя политическим партиям, настаивая на том, что она является политической организацией беспартийных.

После Третьеиюньского государственного переворота деятельность Трудовиков на местах прекратилась. После Февральской революции 1917 года часть Трудовиков вошла в состав партии эсеров, в свою очередь руководство движения объединилось с близкими идеологически народными социалистами (энесами) и образовали Трудовую народно-социалистическую партию на 6-ом съезде Трудовиков (июнь-июль 1917 года). Партия поддержала Временное правительство, а после Октябрьской революции 1917 года заняла антибольшевистскую позицию и вскоре распалась».

Из вышеизложенного становится понятным, что в своих показаниях, данных полицейским чинам, Чернышев не кривил душою относительно своей беспартийности. Скрываться от правоохранительных государственных органов Чернышеву приходилось по двум причинам: из-за антиправительственных выступлений, а также из-за бескомпромиссно жесткого отношения к разогнанным трудовикам со стороны властных структур.

«Его Превосходительству Господину Воронежскому Губернатору

Крестьянина села Третьяков Танцырейской волости Новохоперского уезда Казьмы Андреевича Чернышева

Прошение.

Согласно предписания Вашего Превосходительства в январе месяце сего года я выслан за пределы Воронежской губернии на неопределенный срок за распространение речи среди крестьян.

Наказание это велико, но милость Ваша еще больше, поэтому, падая перед Вами на колени вместе с родной семьей и детьми, умилительно прошу Ваше Превосходительство, пожалейте ради Создателя сложить таковое с меня или ограничить сроком, в противном же случае я ходатайствовал бы о переводе на родину под надзор полиции. При этом честь имею доложить, что 12 августа 1908 года все мое имущественное положение уничтожено пожаром до основания в мое отсутствие, так что не представилось возможным спасти никакой вещи или предмета, с тех пор жена с детьми скитается где ночь, где день, не имея своего теплого угла, вследствие этих обстоятельств отбывание мною наказания отозвалось так тяжело для жены и детей, которые, в свою очередь, отбывают такое же наказание по чужим углам, не видя конца.

Правда, я сознаюсь, что взял не свое на себя, теперь же беру все свои слова назад, клянусь впредь этого не делать и не повторять.

Жительство имею: хутор Дуплятка Михайловской станицы Хоперского округа Области Войска Донского.

1911 года марта 28 дня, к сему подписуюсь, крестьянин Казьма Андреев Чернышев»9.

«Секретно

Окружному Атаману Хоперского округа

31 марта 1911 г.

Предлагаю вашему Высокоблагородию объявить проживающему в хуторе Дуплятка Михайловской станицы Хоперского округа крестьянина села Третьяков Новохоперского уезда Козьме Андрееву Чернышеву на поданное им прошение, что ходатайство его о разрешении возвратиться на родину признано не подлежащим удовлетворению.

Расписку Чернышева в объявлении изложенного предлагаю Вам препроводить в мою канцелярию.

Губернатор Голиков»10.

В своем прошении губернатору Голикову Чернышев сообщает о существенном в жизни семьи факте — сгоревшем его доме в селе Третьяки. Раньше пожары в селе были явлением частым. Но в революционные 1905–1907 годы в поджогах в нашем селе обвиняли в первую очередь самого Чернышева. В 1908 году, после того, как он покинул родное село, сгорел его дом. Напрашивается вопрос: не месть ли это потерпевших от пожаров односельчан?

«Секретно

Новохоперскому Уездному Исправнику

2 июня 1911 г.

Препровождая при сем прошение крестьянки села Третьяков Новохоперского уезда Пелагеи Матвеевой Чернышевой, ходатайствующей о разрешении упомянутому в предложении г. Губернатора от 13 января сего года мужу ее Козьме Андрееву Чернышеву возвратиться на родину, предлагаю Вашему Высокоблагородию с возвращением приложения представить мне сведения о семейном и имущественном положении Чернышева и свое заключение о возможности удовлетворения ходатайства просительницы.

Подписал: И.д. Губернатора,

Управляющий Государственными Имуществами Хомутов»11.

«Секретно

Войсковому Наказному Атаману Области Войска Донского

2 июня 1911 года.

Крестьянка села Третьяков Новохоперского уезда Пелагея Матвеевна Чернышева в поданном мне прошении ходатайствует о разрешении упоминаемому в отношении г. Губернатора от 8 февраля сего года и проживающему в станице Михайловской Хоперского округа мужу ее крестьянину Козьме Андрееву Чернышеву возвратиться на родину.

Вследствие сего прошу Ваше Превосходительство сообщить мне сведения о поведении Чернышева за время проживания его в Донской Области.

Подписал: И.д. Губернатора

Управляющий Государственными Имуществами Хомутов»12.

«Его Высокопревосходительству Г. Губернатору

Крестьянки села Третьяков Новохоперского уезда

Пелагеи Матвеевны Чернышевой

Прошение

Сего 1911 года января постановлением Вашим выслан мой муж Казьма Чернышев за пределы Воронежской губернии на неопределенный срок за распространение речи среди крестьян, и теперь я, ходатайствуя пред вами, не могу сказать, что мой муж не по праву вами обвинен, значит была доля правды, но теперь я вам поведаю всю истину, что он и сам хватился и узнал, что взял на себя не свое, и давно уже покаялся больше того не делать.

На основании вышеизложенного имею честь всепокорнейшее просить Ваше Высокопревосходительство и, повергаясь пред вами ниц, приношу вам горячие мольбы: воззрите, Бога ради, на нашу нищету, как она за шестилетнее преследование властями до самых вопиющих пределов доросла: то есть все движимое проедено, а имущество сгорело в 1908 году 12 августа.

Поэтому и просим ваше высокопревосходительство дать волю моему супругу. А в последнем я уверена и даю полную гарантию в безопасности политического отношения.

Пелагея Чернышева,

а по неграмотности родная дочь Анна Чернышева, село Третьяки Танцырейской волости.

1911 мая 9»13.

«Секретно

В канцелярию Воронежского Губернатора

Крестьянин Воронежской губернии Козьма Андреев Чернышев за время жительства его в станице Михайловской Хоперского округа ни в чем предосудительном замечен не был.

Канцелярия Войскового Наказнаго Атамана Войска Донского»14.

«Его Превосходительству Воронежскому Губернатору

Новохоперского Уездного Исправника

Рапорт

Вследствие предписания от 2 июля сего года, представляя при сем прошение крестьянки Пелагеи Чернышевой, — доношу Вашему Превосходительству, что семейное положение административно высланного крестьянина Козьмы Андреева Чернышева состоит из 3 человек: его самого, жены Пелагеи 38 лет и дочери Анны 17 лет. Имущественное положение Чернышева следующее: лошадь, стоющая 80 руб., телка — 25 руб., и, кроме того, Чернышев пользуется от общества земельным наделом на одну душу в количестве 12 сажен15, приносящим в год дохода 15 рублей. Возвращение Чернышева на родину является крайне нежелательным, так как он за время проживания в селе Третьяках занимался вымогательством денег с крестьян и состоял членом шайки поджигателей и занимался противоправительственной пропагандой, вследствие чего Чернышев является вредным элементом для жителей села Третьяков.

И.д. Уездного Исправника Ушаков

Июля 18 дня 1911 г.»16.

«Секретно

Новохоперскому Уездному Исправнику

20 июля 1911 г.

Предлагаю Вашему Высокоблагородию объявить крестьянке села Третьяков Новохоперского уезда Пелагее Матвеевой Чернышевой на поданное ею прошение, что ходатайство ее о разрешении именуемому в предложении от 13 января сего года мужу ее Козьме Андрееву Чернышеву возвратиться на родину признано не подлежащим удовлетворению.

Расписку Чернышевой в объявлении изложенного предлагаю Вам препроводить в мою канцелярию.

Подписал: Губернатор Голиков»17.

«Секретно

Его Превосходительству Воронежскому Губернатору

Новохоперского Уездного Исправника

Рапорт

Пристав 2 стана рапортом от 8 февраля донес мне, что в селе Третьяки Танцырейской волости часто появляется административно высланный из пределов Воронежской губернии в Донскую область за политическую пропаганду бывший член 118 Государственной Думы крестьянин села Третьяков — Козьма Андреев Чернышев, который сам лично, но больше через приближенных к нему крестьян села Третьяков: Трофима и Федора Максимовых Сергеевых, Якова Яковлева Соломахина, Бориса Михайлова Полянского и Михаила Ефимова Третьякова, из которых последние двое отбыли административную высылку за агитаторскую деятельность, всякими способами стараются возбудить население подстрекательством к неплатежу повинностей, погромам и убийствам людей зажиточных.

Хотя в настоящее время среди крестьян села Третьяков настроение спокойное, но при дальнейшей агитаторской деятельности Чернышева легко ожидать всяких вредных последствий, почему я полагал бы весьма желательным и необходимым выселить его, Чернышева, в какую-нибудь более отдаленную губернию.

За появлением Чернышева в селе Третьяки установлено строгое наблюдение.

О вышеизложенном мною вместе с сим сообщено начальнику Воронежского Жандармского Управления.

О чем доношу Вашему Превосходительству

Уездный Исправник Ушаков

10 февраля 1912 г.»19.

«Секретно

Новохоперскому Уездному Исправнику

14 февраля 1912 г

Вследствие рапорта от 10 сего февраля предлагаю Вашему Высокоблагородию установить интенсивное наблюдение за появлением в Новохоперском уезде крестьянина села Третьяков Козьмы Андреева Чернышева и в случае обнаружения его немедленно арестовывать и высылать этапным порядком в избранное им место жительства и привлечении его каждый раз к ответственности по ст. 63 Устава о Наказаниях; доносить мне о каждом появлении в Новохоперском уезде и о сделанном Вами распоряжении о высылке его, при этом даю Вам знать, что за самовольную отлучку из места выдворения Чернышев мною не может быть выслан в определенную местность.

И. д. Губернатора

Вице-Губернатор Лавриновский»20.

«Секретно

Начальнику Воронежского Губернского Жандармского Управления

14 февраля 1912 г.

Прошу Вас уведомить меня о распоряжении Вашем по сообщению Новохоперского Уездного Исправника от 10 сего февраля о подстрекательстве крестьян села Третьяки Новохоперского уезда Козьмой Андреевым Чернышовым, Трофимом и Федором Максимовыми Сергеевыми, Яковом Яковлевым Соломахиным, Борисом Михайловым Полянским и Михаилом Ефимовым Третьяковым местного населения к неплатежу повинностей, погромам и убийствам людей зажиточных.

Подписал: И. д. Губернатора

Вице Губернатор Лавриновский»21.

«Секретно

Воронежскому Губернатору

Сообщаю Вам, что по делу подстрекательства крестьянами села Третьяков Новохоперского уезда Козьмой Андреевым Чернышевым и другими местного населения к неплатежу повинностей, погромам и убийствам зажиточных людей вся переписка при надписи от 16 сего февраля мною возвращена Новохоперскому Уездному Исправнику для опроса путем производства полицейского дознания поименованных в переписке лиц и уведомления меня о последующем.

За отсутствием Начальника Воронежского Губернского Жандармского Управления

Ротмистр Фридман

Февраля 18 дня 1912 г. г. Воронеж»22.

«Его Высокопревосходительству Господину Губернатору

От крестьянки Девицы села Третьяков Новохоперского Уезда от Анны Казьминой Чернышевой

Прошение

В минувшем 1910 г ноября 25 Вашими местными властями арестован мой родной отец Казьма Андреевич Чернышев за распространение речи среди крестьян в 1906 году и распоряжением Вашим 17 января 1911 года он выслан за пределы Воронежской губернии на неопределенный срок, что подействовало на нем самым убийственным положением.

Кроме того, в 1908 году 12 августа уничтожено огнем наше все домашнее помещение и в настоящее время ходим по квартирам, за которые платить средств нет. И мать моя, в настоящее время находясь больна, так что все обиходы домашние лежат на меня. Но я как девица невинных лет и не зная никаких домашних положения приходится все испытывать с юных лет я прошу Ваше Высокопревосходительство не дайте погибнуть мне до совершеннолетия, отпустите отца Казьму Чернышева, чтобы довести меня до замужества.

К сему прошению Девица Анна Чернышева»

На письме стоит штамп Воронежского Губернатора от 24 февраля 1912 года и надпись от руки «отказать, 24 февраля 1912 г.»23.

«Дело № 818-1910 г. Секретное.

24 февраля 1912 г.

Новохоперскому Уездному Исправнику

Предлагаю Вашему Высокоблагородию объявить проживающей в селе Третьяки Новохоперского уезда крестьянке того же села Анне Козьминой Чернышевой на поданное ею прошение, что ходатайство ее о разрешении упоминаемому в рапорте Вашем от 10 сего февраля отцу ее Козьме Андрееву Чернышеву возвратиться на родину, признано не подлежащим удовлетворению.

Расписку Чернышевой в объявлении изложенного предлагаю Вам препроводить в Канцелярию Г. Губернатора.

Подписал: И. д. Губернатора

Вице-Губернатор Лавриновский»24.

«Его Высокопревосходительству Господину Воронежскому Генерал-Губернатору

Крестьянина Воронежской губернии Новохоперского уезда Танцырейской волости села Третьяков Казьмы Андреева Чернышева, жительствующего в г.Балашове Саратовской губернии

Прошение

Постановлением Вашего Превосходительства в июне 1907 года я был выслан из пределов Воронежской губернии и вот уже пять лет вынужден жить на чужой стороне. В Воронежской губернии в родном селе у меня было хозяйство, осталась жена и дочь. В настоящее время хозяйство после пожара все расстроилось, семейство живет у чужих людей и терпит всякие лишения и нужду.

Я сам не могу устроиться прочно, так как местная администрация тяготится мной как высланным, считает меня подозрительным человеком и это заставляет меня оставлять место и ехать искать другого.

Ваше Превосходительство! Лишения и страдания, которые терплю я и моя несчастная семья, являются тяжким наказанием за мой прежний образ мыслей и мое поведение. Моя вина уже достаточно искуплена; я сам измучен нуждой и лишениями и ничего не желаю, как только вернуться на родину к своей семье, к прежнему крестьянскому труду.

А потому я осмеливаюсь обратиться к Вашему Высокопревосходительству и покорнейше просить Вас о разрешении мне возвратиться на родину в вверенную Вам губернию.

Ваше Превосходительство! Если мое пребывание в Воронежской губернии в 1907 году и могло казаться опасным для общественного порядка и спокойствия, то в настоящее время, когда уже повсюду наступило успокоение, такого основания уже больше не существует, и я ручаюсь, что мое поведение не заставит пожалеть об оказанной мне Вашим Превосходительством милости».

На прошении имеется штамп канцелярии Воронежского Губернатора от 15 марта 1912 года и резолюция «отказать»25.

«Дело № 818-1910 г. Секретное

16 марта 1912 г.

Балашовскому Уездному Исправнику

Предлагаю Вашему Высокоблагородию объявить проживающему в г. Балашове крестьянину села Третьяков Новохоперского уезда Козьме Андрееву Чернышеву на поданное им прошение, что ходатайство его о разрешении ему возвратиться на родину признано не подлежащим удовлетворению.

Подписал: Губернатор Голиков»26.

«Секретно

Канцелярия Войскового Наказного Атамана Войска Донского

16 апреля 1912 г. г. Новочеркасск

В канцелярию Воронежского Губернатора

Крестьянин Козьма Андреев Чернышев, административно высланный из Воронежской губернии, как выяснено перепискою, выбыл из Хоперского округа в г. Тамбов при проходном свидетельстве заседателя 1 участка Хоперского округа от 8 августа 1911 года, о чем названным заседателем 9 августа сообщено Тамбовскому городскому полицейскому управлению.

И.д. Управляющего Канцеляриею полковник (подпись)»27.

В фонде канцелярии губернатора в Государственном архиве Воронежской области мною был обнаружен отрывок заметки неуказанной петербургской газеты под названием «Мытарства депутата-крестьянина» следующего содержания:

«В секретариате трудовой группы получены сведения о мытарствах бывшего члена 2-ой государственной Думы крестьянина Воронежской губернии К.А. Чернышева.

После роспуска 2-ой Думы, в июне 1907 года Чернышев вернулся на родину в Воронежскую губернию, где до выборов в члены Думы был деревенским кузнецом.

По возвращении в родную деревню бывший депутат стал замечать, что со стороны местных властей к нему проявляется крайне подозрительное отношение. Распространялись слухи, что он произносит среди крестьян противоправительственные речи. Чернышев уехал из своего родного села и отправился на Кавказ, где прожил до 1910 года.

25 октября 1910 года он вернулся к себе домой, но здесь был арестован как политически неблагонадежный».

На заметке резолюция: «Запросить Н.Ж.У., какое получило направление дознание о Чернышеве. 26 апреля 12 года»28.

«Начальник Воронежского Губернского Жандармского Управления

по части наблюдательной

апреля 26 дня 1912 г.

Секретно

Воронежскому Губернатору

По делу о крестьянах села Третьяков Новохоперского уезда Козьме Андрееве Чернышеве и других при вверенном мне Управлении производится формальное дознание по признакам преступления, предусмотренного 130 статьей Уголовного Уложения.

Об изложенном сообщаю Вашему Превосходительству.

Полковник Тархов»29.

«Секретно

Начальнику Воронежского Губернского

Жандармского Управления

18июня 1912 г.

Прошу Вас уведомить меня в дополнение к отношению от 26 апреля сего года, какое получило направление дознание о крестьянине села Третьяков Новохоперского уезда Козьме Андрееве Чернышеве.

Подписал: Губернатор Голиков»30.

«Его Высокопревосходительству Господину Генерал-Губернатору

Крестьянки села Третьяков Новохоперского уезда Пелагеи Матвеевой Чернышевой

Прошение

В виду возложенных Вами наказаний на моего мужа Казьму Андреева Чернышева я осмеливаюсь просить ваше высокопревосходительство взойдите в положение разрушенного нашего хозяйства как от пожара так и от высылки моего мужа и таким образом мы испытываем глубокую нищету, как холат, так и голат.

На основании вышеизложенного имею честь просить Ваше Высокопревосходительство освободите, Бога ради. Я самый блиский человек к нему и потому уверяю, что все понесенные страдания созданы на клеветах враждебных лиц.

Село Третьяки Новохоперского уезда.

Пелагея Матвеева Чернышева.

29 января 1913 г.»31.

«Секретно. Новохоперскому уездному Исправнику

8 февраля 1913 г.

Препровождая при сем прошение крестьянки села Третьяков Новохоперского уезда Пелагеи Матвеевой Чернышевой, ходатайствующей о разрешении упоминаемому в предложении от 13 сентября 1911 года мужу ее Козьме Андрееву Чернышеву возвратиться на родину, предлагаю Вашему Высокоблагородию с возвращением приложения представить мне сведения о семейном и имущественном положении названного Чернышева и Ваше заключение о возможности удовлетворения ходатайства просительницы.

За Губернатора Вице-Губернатор Шидловский»32.

«Секретно

Его Превосходительству

Господину Воронежскому Губернатору

Новохоперского Уездного Исправника

Рапорт

С представлением присланного при предложении от 8 минувшего февраля прошения крестьянки села Третьяков Танцырейской волости Пелагеи Матвеевой Чернышевой, ходатайствующей о разрешении мужу ее Козьме Андрееву Чернышеву, высланному из пределов губернии, возвратиться на родину, доношу Вашему Превосходительству, что 1) семейство Козьмы Чернышева состоит из его самого, его жены Пелагеи Матвеевой и дочери девицы Любови33 18 лет; 2) имущественное положение следующее: дом из пяти стен, крытый железом, стоющий 200 рублей, надворная плетневая огорожа — 10 рублей и на базарной села Третьяков площади стоющая 60 рублей торговая лавка, в которой торговля в настоящее время не производится и один надел пахотной земли в две десятины и 3) возвращение Чернышева на родину я полагал бы возможным при условии учреждения за ним здесь надзора полиции.

Уездный Исправник (подпись)

марта 6 дня 1913 г.»34.

«Справка

Чернышев при производстве в 1907 году чинами полиции ареста членов Третьяковской партии социалистов-революционеров скрылся и, по задержании в декабре месяце 1910 года за принадлежность к указанной партии по постановлению г. Губернатора от 13 января 1911 года на основании п.4 ст. 16 Положения о государственной охране ему воспрещено жительство в пределах Воронежской губернии на срок действия в губернии Положения об усиленной охране. После того, ввиду часто повторяющихся случаев самовольного появления Чернышева на родине г. Губернатором 6 сентября 1912 года с представлением переписки о Чернышеве возбуждено пред г. Министром Внутренних Дел ходатайство о воспрещении ему жительства в смежных с Воронежскою губерниях на срок действия в Воронежской губернии Положения об усиленной охране. Переписка эта по рассмотрении Особым совещанием по постановлению г. Министра Внутренних Дел, сообщенному в отношении Департамента полиции от 17 декабря 1912 года за № 75788, прекращена.

Вр. и. д. Правителя Канцелярии»35.

«Секретно

Воронежский Губернатор

8 января 1913 года

Саратовскому Губернатору

По рассмотрении Особым совещанием, образованным согласно ст. 34 Положения о государственной охране, обстоятельств дела об упоминаемом в отношении от 31 октября 1912 года проживающем в городе Балашове крестьянине села Третьяков Новохоперского уезда Козьме Андрееве Чернышеве, обвиняемом в политической неблагонадежности, г. Министр Внутренних Дел постановил: переписку о Чернышеве в порядке, указанном ст. 34 Положения об охране, прекратить.

Сообщая об изложенном, прошу Ваше Превосходительство сделать распоряжение к объявлению означенного постановления г. Министра названному Чернышеву, поставив его в известность, что постановлением этим распоряжение мое о воспрещении жительства в пределах Воронежской губернии не отменено.

Расписку Чернышева об объявлении изложенного прошу Вас приказать препроводить в мою канцелярию.

Губернатор (подпись)»36.

«Секретно

В Канцелярию Воронежского Губернатора

Новохоперского Уездного Исправника

мая 2 дня 1913 г.

На отношение от 3 минувшего апреля уведомляю Канцелярию Губернатора, кр. с. Третьяков Козьма Андреев Чернышев, коему воспрещено пребывание в пределах Воронежской губернии, 11 февраля сего года самовольно являлся на родину в село Третьяки и в это время ему приставом 2 стана было объявлено предложение г. Губернатора от 8 января под расписку, препровожденную в Канцелярию Губернатора от 16 февраля. По отобрании расписки от Чернышева он того же 11 февраля Приставом задержан, доставлен в подведомственное мне Полицейское управление, а отсюда отправлен в место избранного им жительства г. Балашов. В минувшем апреле месяце Чернышев вновь появился на родину, где тут же задержан и отправлен по назначению с привлечением к ответственности по ст.63 Устава о Наказаниях

Уездный Исправник (подпись)»37.

«В. Срочно!

Новохоперскому Уездному исправнику

Губернатор

Секретно

11 мая 1913 года

«Предлагаю Вашему Высокоблагородию донести мне, на каком основании крестьяне села Третьяков Козьма Андреев Чернышев и села Троицкое Гаврила Андреев Боярищев Вашими приставами заключены в тюрьму и если при задержании и заключении их в тюрьму Вы имели в виду распоряжение г. Губернатора о воспрещении названным лицам жительство в пределах Воронежской губернии на срок действия в губернии Положения об усиленной охране, то они немедленно должны быть освобождены из-под стражи, так как согласно циркуляру от 16 декабря 1912 г. за самовольное прибытие на родину лица эти не подлежали заключению в тюрьму.

Боярищев кроме того, на основании п. 4 Высочайшего Манифеста 21 февраля 1912 года освобожден от воспрещения жительства в пределах Воронежской губернии.

За Губернатора Вице-Губернатор Шидловский»38.

«Его Высокопревосходительству

г. Генерал-Губернатору

Крестьянина села Третьяков

административно высланного

Казьмы Андреева Чернышева

Прошение

Ввиду тяжеловесно возложеннаго Вами на мене наказания, которое за три года повлияло на меня самым убийственным и разрушительным образом, как в семейном, телесном и економическом положении, и довожу до сведения Вашего Высокопревосходительства от искренности души и с клятвою обещаюсь, как в настоящее, так и в будущее время быть не опасным и совершенно спокойным в политическом отношении, на основании чего я и позволяю себе просить Ваше Высокопревосходительство признайте во мне человека. И возвратите мне родину.

1913 г. мая 1, Борисоглебск Тамбовской губернии

Казьма Андреев Чернышев»39.

«Секретно

Балашовскому Уездному Исправнику

17 мая 1913 года

Предлагаю Вашему Высокоблагородию объявить проживающему в г. Балашове крестьянину села Третьяков Новохоперского уезда Козьме Андрееву Чернышеву на поданное им мне прошение, что ходатайство его о разрешении ему возвратиться на родину оставлено без последствий.

Губернатор Голиков»40.

«Секретно

Воронежскому Губернатору

15 мая 1913 г.

Вследствие отношения от 28 минувшего апреля сообщаю Вашему превосходительству, что удаленный из пределов Воронежской губернии на основании 4 п. 16 ст. Положения о государственной охране крестьянин Козьма Андреев Чернышев прибыл в г. Балашов этапным порядком 27 минувшего апреля и того же числа отправлен по его желанию в г. Борисоглебск Тамбовской губернии.

И. д. Саратовского Губернатора (подпись)»41.

ЖАНДАРМСКОЕ УПРАВЛЕНИЕ НА СТРАЖЕ ЦАРСКОГО РЕЖИМА

«Арестантское

(секретно)

Воронежского Губернатора

20.12.1910 г.

Начальнику Воронежского Губернского Жандармского управления

Новохоперский уездный Исправник при рапорте от 17 сего декабря, представляя дознание о вредной деятельности крестьянина села Третьяков Новохоперского уезда Козьмы Андреева Чернышева, ходатайствует о высылке Чернышева в отдаленную местность, причем, как из представленного Исправником постановления ею названный Чернышев 17 сего декабря подвергнут им аресту в порядке охраны.

Усматривая из представленного Исправником дознания, что Чернышев в 1906–1907 гг. занимался в Третьяках противоправительственной пропагандой, убеждал крестьян отстаивать в их пользу землю и кроме того, в 1906 г., когда он был выбран членом 2-ой Государственной Думы, открыто ораторствовал, что он будет принадлежать к трудовой революционной партии, хотя бы ему и пришлось пострадать за крестьян, даже, быть может, и умереть, прошу Ваше Высокоблагородие сообщить мне имеющиеся у Вас о названном Чернышеве сведения и Вашего заключения по поводу ходатайства Исправника о высылке Чернышева.

И.д. Губернатора Вице-Губернатор (подпись)»42.

Воронежским губернским жандармским управлением предварительная проверка информации, поступившей от губернатора, была поручена Новохоперскому исправнику, и только через полтора года начальником управления полковником Тарховым с прокурором Воронежского окружного суда В.А. Тимченко-Островерховым43 был согласован вопрос о возбуждении уголовного дела в отношении жителей села Третьяки по политическим основаниям.

Правоохранительная система царской России действовала строго по установленным законам, отлаженно, а потому и не слишком быстро.

«Секретно

Прокурору Воронежского Окружного суда

9 апреля 1912 г.

На основании циркуляра Министра Юстиции от 28 января 1906 г. препровождаю при сем на заключение Ваше переписку по делу крестьянина с. Третьяков Новохоперского уезда Козьмы Андреева Чернышева.

О последующем прошу уведомить с возвращением переписки.

Полковник Тархов»

На письме имеется резолюция: «Переписку получил 9 апреля 1912 года прокурор Воронежского Окружного суда И. Тимченко-Островерхов»44.

«Секретно

В департамент полиции

Уведомление о возбуждении уголовного дела

Наименование дознания.
По делу о крестьянах с. Третьяков Танцырейской волости Новохоперского уезда Козьмы Андреева Чернышева, Бориса Михайлова Полянского и др.

Время возбуждения дознания.
11 апреля 1912 г.

Место возбуждения и производства.
г. Воронеж и с. Танцыреи Новохоперского уезда

Кто производит дознание и кто наблюдающее за производством дознания лицо прокурорского надзора.
а) Начальник Воронежского Губернского Жандармского управления

б) Прокурор Воронежского Окружного суда В.А. Тимченко-Островерхов.

Основания возбуждения дознания.
Указание крестьян села Третьяков Дмитрия Боева, Федора Хмырова и других, что Козьма Чернышев и его сообщники подстрекали крестьян не платить денежных повинностей…

Статья Угол[овного] Улож[ения], по признакам которой возбуждено дознание.
2 и 3 п.п. 130 ст[атьи] Угол[овного] Улож[ения].

Начальник Воронежского Губернского Жандармского управления

Полковник Тархов

11 апреля 1912 г.»45.

«Начальник Воронежского жандармского управления

Новохоперскому Исправнику

11 апреля 1912 г.

Завтра обыщите порядке 258 статьи крестьян села Третьяков Трофима Максимова Сергеева, Козьмы Максимова Сергеева, Якова Яковлева Соломахина, Бориса Михайлова Полянского, Михаила Ефимова Третьякова точка Четырнадцатого апреля приходу поезда Грязи Царицинской станцию Звегинцово приготовьте лошадей экипажем поездки моей прокурором Танцыреи куда тому времени вызовите перечисленных выше и крестьян Дмитрия Семенова Боева, Федора Ефимова Хмырова, Федора Алексеева Новикова. Протоколы обысков поручите передать мне лично…

Полковник Тархов»46.

«Начальник Воронежского губернского

Жандармского управления

Новочеркасск

Начальнику Областного Жандармского управления

11 апреля 1912 г.

Обыщите порядке 258 статьи Чернышева Протокол вышлите…

Полковник Тархов»47.

«Телеграмма

Воронежскому Губернскому

Начальнику Жандармского управления

Новочеркасска.

Нужное лицо выбыло Тамбов. Полковник Домбровский.

Принята 13.04.12»48.

«Секретно

Начальник Воронежского губернского

Жандармского управления

Начальнику Тамбовского Губернского

Жандармского управления

… апр 1912 г.

В августе месяце 1911 года из станицы Михайловской Области ВД выбыл в г. Тамбов бывший член Государственной Думы 2 созыва крестьянин с. Третьяки Новохоперского уезда Казьма Андреев Чернышев, коему за политическую неблагонадежность воспрещено пребывание в пределах Воронежской губернии.

В отношении Чернышева в настоящее время возбуждено формальное дознание по признакам преступления, предусмотренного 130 ст. Уг[оловного] Уложения. Прошу установить за ним самое тщательное негласное наблюдение и в случае выезда своевременно телеграфировать мне.

Полковник Тархов»49.

«Секретно

Срочно

Начальник Воронежского Губернского

Жандармского управления

Новохоперскому Уездному Исправнику

20 апреля 1912 г.

В дополнение телеграммы моей от 11 сего апреля прошу подвергнуть обыску крестьян с. Третьяков Новохоперского уезда Ивана Андреева Попова, Ивана Николаева Комарчева (по прозвищу Головастик), Семена Митрофанова Лебедева. Поручить местному приставу протоколы обысков передать мне лично 28 апреля с.г.

На 28 апреля вызвать на ст. Поворино Ю.В. ж. д. к приходу из Харькова поезда № 4 крестьян с. Третьяков Павла Иванова Кретова, Петра Ализарова Новикова и Федора Осипова Третьякова.

К тому же времени доставить на ст. Поворино крестьян села Третьяков Трофима Максимова Сергеева, Кузьму Максимова Сергеева, Якова Яковлева Соломахина, Бориса Михайлова Полянского, Михаила Ефимова Третьякова, Ивана Андреева Попова, Ивана Николаева Комарчева (Головастик тож) и Семена Митрофанова Лебедева.

Своевременное исполнение всех распоряжений ввиду краткости времени возложить на ответственность местного пристава.

Полковник Тархов»50.

«1912 года, апреля 24 дня, мы ниже подписавшиеся крестьяне села Третьяков Танцырейской волости Новохоперского уезда выдали эту подписку приставу 1 стана Новохоперского уезда в том, что отношение г. Начальника Воронежского Губернского Жандармского управления от 20 апреля о вызове нас на 28 апреля с.г. на ст. Поворино Ю.В. ж.д. к 9 часам утра нам объявлено, куда и обязуемся явиться к указанному сроку.

Петр Новиков, Федор Осипов Третьяков, а за неграмотного по его просьбе расписался Василий Первушин.

Пристав 1 стана Новохоперского уезда»51.

В этой расписке я впервые увидел личную подпись моего прапрадеда по материнской линии Петра Елизаровича Новикова, 1841 года рождения, Георгиевского кавалера, участника русско-турецкой войны 1877–1878 годов, который много лет избирался волостным судьей в селе Танцыреи. Село Третьяки тогда входило в Танцырейскую волость.

Почему Петр Елизарович в почтенном возрасте был вызван на встречу с начальником губернского жандармского управления? Видимо, последний рассчитывал, что имеющий заслуги перед отечеством прапрадед мог помочь правоохранительным органам в установлении истины в данном деле.

Жандармский полковник мыслил правильными категориями. Страну ожидали великие потрясения. Всего лишь через пять лет после этой встречи нагрянет 1917 год с двумя революциями и гражданской братоубийственной войной.

Петр Елизарович переживет социальные катаклизмы, припрятав царские кресты подальше от большевистской власти, которая их не приветствовала. Он закончит свой земной путь в глубокой старости в 1928 году в поселке Льва Толстого, недалеко от Третьяков. Но пострадают его младший сын Василий и внук Прохор во время коллективизации.

Василий Петрович Новиков будет дважды привлекаться к уголовной ответственности по пресловутой статье 58 УК РСФСР. Первый раз его оправдают, но во второй раз в 1938 году расстреляют как «врага народа» в Иркутской тюрьме. В его уголовном деле останется самое «убедительное» доказательство его враждебной деятельности: в анкете следователем особо отмечено — «сын крестовика».

Внука Георгиевского кавалера, Прохора Ивановича Новикова, моего родного деда, раскулачат дважды, правда, через полгода признают раскулачивание неправильным, так как он был единственным мужиком в семье из 8 человек, но конфискованное имущество будет к тому времени съедено и изношено местными пролетариями.

«Постановление

1912 апреля 28 дня, ст. Поворино Новохоперского уезда Воронежской губернии, я, отдельного Корпуса Жандармов полковник Тархов, принимая во внимание, что крестьяне села Третьяков Танцырейской волости Новохоперского уезда Воронежской губернии Борис Михайлов Полянский, Михаил Ефимов Третьяков, Иван Андреев Попов и Иван Николаевич Комарчев свидетельскими показаниями крестьян того же села Дмитрия Семенова Боева, Федора Алексеева Новикова, Федора Ефимова Хмырова и Павла Иванова Кретова уличаются в том, что в 1911 году и в начале 1912 года в означенном селе непублично распространяли среди крестьян суждения, возбуждающие к ниспровержению существующего в России государственного строя, что в России Государь не нужен, а во главе государства должен стоять президент, выбираемый на определенный срок народом, и что в тот же период времени и там же непублично распространяли суждения, возбуждающие к неповиновению, говоря, что крестьянам не следует платить податей и повиноваться властям и надо соединяться в партии для того, чтобы отобрать у помещиков и богатых крестьян земли и разделить их между собой, что для достижения этой цели надо убивать помещиков и богатых людей, а их усадьбы и имущество жечь, по соглашению с прокурором Воронежского Окружного суда В.А. Тимченко-Островерховым, постановил:

названных Бориса Полянского, Михаила Третьякова, Ивана Попова и Ивана Комарчева привлечь в качестве обвиняемых в преступлении, предусмотренном 2 и3 п.п. 1 ч. 130 ст. Угол[овного] Уложения»52.

«Секретно

Начальник Воронежского Губернского

Жандармского управления

Новохоперскому Уездному Исправнику

9 апреля 1912 г.

Крестьяне с. Третьяков Новохоперского уезда Борис Михайлов Полянский, Михаил Ефимов Третьяков, Иван Андреев Попов и Иван Николаев Комарчев привлечены к производимому при вверенном мне управлении дознанию в качестве обвиняемых в преступлении, предусмотренном 130 ст. Угол[овного] Ул[ожения] и впредь до окончательного разрешения о них дела отданы под особый надзор полиции по месту их жительств в с. Третьяки Танцырейской волости.

Сообщая об изложенном, прошу распоряжение Ваше об учреждении за названными лицами, согласно 4/6 и последующих статей Устава Уголовного Судопроизводства, особого надзора полиции и уведомлении меня о последующем.

Полковник Тархов»53.

«Экстренно. Секретно

Начальник Воронежского Губернского

Жандармского управления

Новохоперскому Уездному Исправнику

29 апреля 1912 г.

На основании 1035-15 ст. Устава Уг[оловного] Суд[опроизводства] прошу вызвать на 5-е число наступающего мая к 10-ти часам утра в с. Третьяки на местную земскую квартиру проживающих в названном селе нижеследующих лиц:

сельского старосту Романа Петрова Лебедева
крестьянина Ивана Андрианова Сискова
крестьянина Петра Матвеева Хмырова
Ивана Семенова Боева
отца его Семена Боева
племянников последнего Алексея и Стефана, по уличному Логвиновых
священников о. Николая Дольского
о. Михаила Соколова
сельского старосту Василия Артемова Первушина
крестьянина Ивана Михайлова Верховых
крестьянина Ивана Иванова Первухина
крестьянина Ивана Григорьева Комарчева
крестьянина Андрея Иванова Первухина.
Своевременное исполнение вышеизложеннаго, ввиду краткости времени возложите на ответственность местного пристава.

Полковник Тархов»54.

Один из сельских старост, указанных в списке, Роман Петров Лебедев, и был тем человеком, который прятал в своем доме К.А. Чернышева. Он был дедом Андрея Павловича Понкратова.

«Секретно

Начальник Воронежского Губернского

Жандармского управления

Новохоперскому Уездному Исправнику

Крестьяне с. Третьяков Танцырейской волости Новохоперского уезда Борис Михайлов Полянский, Михаил Ефимов Третьяков, Иван Андреев Попов и Иван Николаев Комарчев привлечены при вверенном мне управлении к дознанию в качестве обвиняемых по 130 ст. Угол[овного] Улож[ения].

В виду изложенного прошу о высылке мне для приобщения к делу метрических выписок и копий посемейных списков на названных лиц. А также сообщить имеющиеся в Вашем распоряжении подробные сведения о судимости и степени политической их неблагонадежности, указав, когда, кем и по какому делу привлекались и чем разрешены дела о них.

Полковник Тархов»55.

«В Департамент Полиции

Секретно

Сведения

О лице, привлеченном к дознанию в качестве обвиняемого по делу о крестьянах с. Третьяков Танцырейской волости Новохоперского уезда Козьмы Андреева Чернышева, Бориса Михайлова Полянского и др.

Когда послана лит. А: 11 апреля 1912 года.
Фамилия, имя, отчество: Полянский Борис Михайлович.
Время и место рождения: от роду имеет 43 года, родился в месте приписки — с. Третьяки Новохоперского уезда, вероисповедание — православный.
Звание, сословие и место приписки: крестьянин с. Третьяков Танцырейской волости Новохоперского уезда Воронежской губернии.
Постоянное место жительство: в с. Третьяках.

Имена и отчества отца и матери и ее девичья фамилия:
мать Феодора Андреева, по второму мужу Козьякова, вдова 74 лет, живет при обвиняемом.

Занятие и ремесло (средства к жизни) и последнее место службы:
Хлебопашец

В каких учебных заведениях и в каком году получил первоначальное, среднее и высшее образование:
Не обучался

Отношение к воинской повинности:_________________________________
Привлекался ли ранее к дознаниям: в 1907 году за противоправительственную пропаганду был выслан административным порядком в Олонецкую губернию под гласный надзор полиции на 2 года.
Основания привлечения к настоящему дознанию и статьи Уголовного Уложения, по которым предъявлено обвинение:
Показаниями свидетелей кр. Дмитрия Семенова Боева, Федора Алексеева Новикова и др. Полянский изобличается в распространении среди однообщественников суждений, возбуждающих к неповиновению властям и к погромам частных владельцев.

Время привлечения к дознанию: 28 апреля 1912 года.
Место производства дознания: ст. Поворино Ю-В.ж.д.
Время и место обыска или ареста: 12 апреля, с. Третьяки Новохоперского уезда.
Время первого допроса: 28 апреля 1912 г.
Что обнаружено по обыску: ничего не обнаружено.
Принятая мера пресечения: отдан под особый надзор полиции по месту жительства в селе Третьяки Новохоперского уезда с 28 апреля 1912 г.
Время сообщения: ______________________________________________
Соучастники: крестьяне с. Третьяков Новохоперского уезда Михаил Ефимов Третьяков, Иван Андреев Попов и Иван Николаев Комарчев.
К какой именно партийной организации принадлежат: о принадлежности к какой-либо революционной организации указаний нет.
Где и когда подвергался регистрации при помощи антропометрии, фотографии, дактилоскопии: _______________________________________________
Начальник Воронежского Губернского

Жандармского управления

Полковник Тархов

1 мая 1912 г.»56.

«В Департамент полиции

Секретно.

Сведения о лице, привлеченном к дознанию в качестве обвиняемого по делу о крестьянах с. Третьяков Танцырейской волости Новохоперского уезда Козьмы Андреева Чернышева, Бориса Михайлова Полянского и др.

Когда послана лит. А: 11 апреля 1912 года.
Фамилия, имя, отчество: Третьяков Михаил Ефимов.
Время и место рождения: от роду имеет 47 лет, родился в месте приписки — с. Третьяках Новохоперского уезда, вероисповедание — православный.
Звание, сословие, место приписки: крестьянин села Третьяков Танцырейской волости Новохоперского уезда Воронежской губернии.
Постоянное место жительство — с. Третьяки Новохоперского уезда.

Имена и отчества отца и матери: отец Ефим Платонов, 80 лет, живет в с. Третьяках Новохоперского уезда.
Занятие или ремесло: хлебопашество.
В каких учебных заведениях и в каком году получил первоначальное, среднее и высшее образование: грамоте обучался дома (малограмотный).
Отношение к воинской повинности:__________________________________
Привлекался ли раньше к дознаниям: в 1907 году был выслан в административном порядке в Олонецкую губернию под гласный надзор полиции на 2 года за противоправительственную пропаганду среди крестьян.
Основания привлечения к настоящему дознанию и статьи Уголовного Уложения, по которым предъявлено обвинение: показания свидетелей крестьян Федора Алексеева Новикова, Дмитрия Семенова Новикова и др. Михаил Третьяков изобличается в распространении среди однообщественников суждений, возбуждающих к неповиновению законам, установленных властями, а также погрому помещиков.
Время привлечения к дознанию: 28 апреля 1912 г.
Место производства дознания: ст. Поворино Ю-В ж.д.
Время и место обыска и ареста: 12 апреля 1912 г. в с. Третьяках Новохоперского уезда
Время первого допроса: 28 апреля 1912 г.
Что обнаружено по обыску: ничего не обнаружено.
Принятая мера пресечения: отдан под особый надзор полиции по месту жительства в селе Третьяках Новохоперского уезда
Время сообщения:_______________________________________________
Соучастники: крестьяне села Третьяков Новохоперского уезда Иван Николаев Комарчев, Иван Андреев Попов, Борис Михайлов Полянский и др.
К какой именно организации принадлежит: о принадлежности к какой-либо революционной организации указаний нет.
Где и когда подвергался регистрации при помощи антропометрии, фотографии, дактилоскопии: не подвергался.
Начальник Воронежского Губернского

Жандармского управления

Полковник Тархов

1 мая 1912 года»57.

«В департамент полиции

Секретно

Сведения

О лице, привлеченном к дознанию в качестве обвиняемого по делу о крестьянах села Третьяков Танцырейской волости Новохоперского уезда Козьмы Андреева Чернышева, Бориса Михайлова Полянского и др.

Когда послана лит. А: 11 апреля 1912 года.
Фамилия, имя, отчество: Попов Иван Андреев.
Время и место рождения: от роду имеет 29 лет, родился в с. Третьяках Новохоперско уезда, вероисповедания православного.
Звание, сословие и место приписки: крестьянин села Третьяков Танцырейской Волости Новохоперского уезда Воронежской губернии.
Постоянное место жительства: с. Третьяки Новохоперского уезда.

Имена и отчества отца и матери: мать Ксения Васильевна, 60 лет, живет в с. Третьяки Новохоперского уезда.
Занятие или ремесло: хлебопашество.
В каких учебных заведениях и в каком году получил первоначальное, среднее и высшее образование: в местной земской школе.
Отношение к воинской повинности:__________________________________
Привлекался ли раньше к дознаниям: в 1908 году за противоправительственную пропаганду был выслан в административном порядке в Вологодскую губернию под особый гласный надзор полиции на 2 года.
Основания привлечения к настоящему дознанию: показания свидетелей Федора Ефимова Хмырова, Федора Алексеева Новикова и др. крестьян. Иван Попов изобличается в распространении среди однообщественников суждений, возбуждающих к ниспровержению существующего общественного строя, погромам помещиков и неповиновению.
Время привлечения к дознанию: 28 апреля 1912 г.
Место производства дознания: ст. Поворино Ю-В ж.д.
Время и место обыска и ареста: 24 апреля 1912 г. в с. Третьяках.
Время первого допроса: 28 апреля 1912 г.
Что обнаружено по обыску: ничего не обнаружено.
Принятая мера пресечения: отдан под особый надзор полиции по месту жительства в с. Третьяках Новохоперского уезда.
Время сообщения:_______________________________________________
Соучастники: крестьяне с. Третьяков Новохоперского уезда Борис Михайлов Полянский, Иван Николаев Комарчев, Михаил Ефимов Третьяков и др.
К какой именно партийной организации принадлежит: о принадлежности к какой революционной организации указаний нет.
Где и когда подвергался регистрации при помощи антропометрии, фотографии, дактилоскопии: _______________________________________________
Начальник Воронежского Губернского

Жандармского управления

Полковник Тархов

1 мая 1912 г.»58.

«В Департамент Полиции

Секретно.

Сведения

о лице, привлеченном к дознанию в качестве обвиняемого по делу о крестьянах с.Третьяков Танцырейской волости Новохоперского уезда Козьмы Андреева Чернышева, Бориса Михайлова Полянского и др.

Когда послана лит. А: 11 апреля 1912 года.
Фамилия, имя и отчество: Комарчев Иван Николаевич.
Время и место рождения: от роду имеет 53 года, родился в месте приписки — с. Третьяки Новохоперского уезда.
Звание, сословие и место приписки: крестьянин с. Третьяков Танцырейской волости Новохоперского уезда Воронежской губернии. Постоянное место жительства с. Третьяки.
Имена и отчества отца и матери: родители умерли.
Занятие или ремесло: хлебопашество.
В каких учебных заведениях и в каком году получил первоначальное, средне и высшее образование: грамоте обучался дома, самоучка.
Отношение к воинской повинности: __________________________________
Привлекался ли раньше к дознаниям: не привлекался.
Основания привлечения к настоящему дознанию и статьи уголовного уложения, по которым предъявлено обвинение: показаниями свидетелей изобличается в возбуждении односельцев к ниспровержению существующего строя, неповиновению властям, погрому помещиков и проч.
Время привлечения к дознанию: 28 апреля 1912 г.
Место привлечения к дознанию: ст. Поворино Ю-В. ж.д.
Время и место обыска: 24 апреля 1912 г. в с. Третьяках.
Время первого допроса: 28 апреля 1012 г.
Что обнаружено по обыску: ничего имеющего значения для дела не обнаружено.
Принятая мера пресечения: отдан под особый надзор полиции по месту жительства в селе Третьяки Новохоперского уезда.
Время сообщения:_______________________________________________
Соучастники: крестьяне Борис Михайлов Полянский, Иван Андреев Попов, Михаил Ефимов Третьяков.
К какой именно партийной организации принадлежит: о принадлежности к какой-либо революционной организации указаний нет.
Где и когда подвергался регистрации при помощи антропометрии, фотографии и дактилоскопии: _______________________________________________
Начальник Воронежского Губернского

Жандармского управления

Полковник Тархов

1 мая 1912 года»59.

«Срочно. Секретно

4 мая 1912 г.

Начальник Воронежского Губернского

Жандармского управления

Новохоперскому Уездному Исправнику

В дополнение телеграмме сообщаю Вам, что 11 сего мая утром я прибуду совместно с прокурором с. Третьяки Танцырейской волости Новохоперского уезда для производства дознания по делу Козьмы Андреева Чернышева и др. обвиняемых в государственных преступлениях, потому прошу Вас к приходу почтового поезда № 4 на станцию «Кардаил» заготовить лошадей для проезда в с. Третьяки и сделать к тому времени все распоряжения согласно отношения моего от 29 минувшего апреля.

Полковник Тархов»60.

«Секретно

2 мая 1912 г.

Начальник Тамбовского Губернского

Жандармского управления

Начальнику Воронежского Губернского

Жандармского управления

Козьма Андреев Чернышев по прибытии в г. Тамбов изъявил желание проживать сначала в г. Козлове, а затем в гор. Борисоглебске, а из последнего 21 декабря 1911 года выбыл на жительство в селение Армавир Кубанской области, о чем мною было сообщено Начальнику Кубанского Областного Жандармского управления запиской от 21 января сего года, коему вместе с сим направлена и Ваша записка от 13 апреля сего года.

Полковник (подпись)61».

В ходе дознания по делу пятерых третьяковских крестьян, ведущим противоправительственную агитацию, четверым было предъявлено обвинение по ст. 130 ч. 1 п.п. 2 и 3 Уголовного Уложения, а К.А. Чернышев от дознания уклонился, постоянно меняя место своего пребывания вне пределов Воронежской губернии, где ему было запрещено находиться в соответствии с постановлением губернатора. Формально не нарушая закона, он использовал его в своих интересах. В силу этого он не был ни разу допрошен. Хотя, судя по материалам жандармского управления, органом дознания тщательно исследовались все, даже мелкие вопросы противоправительственной деятельности крестьян села Третьяки и их родственников. Об этом свидетельствуют материалы проверки об унтер-офицере Николае Яковлеве Векшине, о монахине Евдокии Николаевой Комарчевой, о содержательнице аптеки Аграфене Осиповой Клочковой и др.62

15 мая 1912 года начальник ВГЖУ полковник Тархов на четверых крестьян села Третьяки, за исключением К.А. Чернышева, направляет уголовное дело в суд для рассмотрения по существу, о чем уведомляет Департамент полиции.

«В Департамент Полиции

Секретно

Уведомление об окончании дознания

Время и № представления лит. А: 11 апреля 1912 г.
Время окончания дознания: 15 мая 1912 г.
Время препровождения дознания Прокурорскому надзору (переписки по охране — Губернатору), Прокурору Воронежского Окружного суда 15 мая 1012 г.
Число обвиняемых: под стражей _________
на свободе — 4

Поименный список обвиняемых прилагается

Список напечатан в 2-х экземплярах

Начальник Воронежского Губернского

Жандармского управления

Полковник Тархов

15 мая 1912 года.

Список обвиняемых

По настоящему делу:

Полянский Борис Михайлов, 43 лет, крестьянин,
Третьяков Михаил Ефимов, 47 лет, крестьянин,
Попов Иван Андреев, 29 лет, крестьянин,
Комарчев Иван Николаев, 53 лет, крестьянин.
Все отданы под особый надзор полиции по месту жительства»63.

Воронежским Окружным судом 23 июня 1912 года уголовное дело по обвинению в государственных преступлениях Б.М. Полянского, М.Е. Третьякова, И.А Попова и И.Н. Комарчева было прекращено производством. По каким основаниям прекращено дело, неизвестно, по всей видимости, за недостаточностью доказательств.

О результатах судебного рассмотрения полковник Тархов доложил Воронежскому Губернатору.

«Секретно

Воронежское Губернское

Жандармское управление

Воронежскому Губернатору

20 июля 1012 г.

Произведенное при вверенном мне управлении формальнее дознание по признакам преступления, предусмотренного 130 ст. Уг[оловного] Ул[ожения] по делу о крестьянах с. Третьяков Новохоперского уезда Бориса Михайлова Полянского и других определением Воронежского Губернского совещания от 23 июня с. г. дальнейшим производством прекращено.

Козьма Чернышев в качестве обвиняемого к означенному дознанию привлечен не был.

В виду изложенного и принимая во внимание, что Чернышев иногда появляется в с. Третьяках, где при помощи своих приближенных ведет тайно противоправительственную агитацию среди односельцев, мною возбуждена по сему переписка в порядке охраны об исследовании политической благонадежности Чернышева и Михаила Третьякова, каковая в непродолжительное время будет закончена и направлена в установленном порядке.

Полковник Тархов»64.

Последующих материалов переписки Воронежского Губернского Жандармского управления по поводу антиправительственной деятельности К.А. Чернышева и М.Е. Третьякова я не нашел. Да и были ли они?

Страну ждали новые, более страшные испытания Первой мировой войной и революциями еще большего масштаба, чем была прежде. Впереди страну ожидал крах государственной и правовой системы, под обломки которой попали и многие из тех, кто ее разрушал.

СНОСКИ И ПРИМЕЧАНИЯ:

1 Энциклопедический словарь Т-ва «Бр. А. и И. Гранат и К». Изд. 7-е. М., 1913 г. Т. 17. Приложение. Стл. 51; Новый энциклопедический словарь Ф.А. Брокгауза и И.А. Ефрона, СПб., 1913. Т. 14. Приложение. С.LXVI; Государственная дума Российской империи 1906–1917: Энциклопедия. М., 2008. С. 676.

2 Архивные документы публикуются по современной орфографии с некоторыми сокращениями, не затрагивающими их основного содержания. Сохранена лексика и пунктуация авторов. Сокращения слов раскрыты в квадратных скобках.

3 ГАВО. Ф. И-6. Оп. 2. Д. 227. Л. 1.

4 ГАВО. Ф. И-6. Оп. 2. Д. 227. Л. 2-3.

5 ГАВО. Ф. И-6. Оп. 2. Д. 227. Л. 6-7.

6 ГАВО. Ф. И-6. Оп. 2. Д. 227. Л. 8-9.

7 Там же. Л. 12-13. Голиков Сергей Иванович (1866–1929), действительный статский советник, воронежский губернатор в 1909–1914 гг.

8 ГАВО. Ф. И-6. Оп. 2. Д. 227. Л. 20.

9 ГАВО. Ф. И-6. Оп. 2. Д. 227. Л. 23.

10 Там же. Л. 25.

11 ГАВО. Ф. И-6. Оп. 2. Д. 227. Л. 28. Хомутов Дмитрий Федорович (1851 – после 1917), действительный статский советник, начальник губернского управления земледелия и государственных имуществ в 1906–1917 гг. Исполнял обязанности начальника губернии в отсутствии губернатора и вице-губернатора.

12 Там же. Л. 29.

13 ГАВО. Ф. И-6. Оп. 2. Д. 227. Л. 32.

14 Там же. Л. 30.

15 Так в тексте.

16 ГАВО. Ф. И-6. Оп. 2. Д. 227. Л. 31.

17 Там же. Л. 33.

18 Ошибка в тексте, К.А. Чернышев был депутатом 2-й Государственной Думы.

19 ГАВО. Ф. И-6. Оп. 2. Д. 227. Л. 35.

20 ГАВО. Ф. И-6. Оп. 2. Д. 227. Л. 38. Лавриновский Николай Николаевич (1875–1930), коллежский советник, камер-юнкер, воронежский вице-губернатор в 1911–1912 гг.

21 Там же. Л. 39.

22 ГАВО. Ф. И-6. Оп. 2. Д. 227. Л. 40.

23 ГАВО. Ф. И-6. Оп. 2. Д. 227. Л. 41.

24 ГАВО. Ф. И-6. Оп. 2. Д. 227. Л. 42.

25 ГАВО. Ф. И-6. Оп. 2. Д. 227. Л. 47.

26 ГАВО. Ф. И-6. Оп. 2. Д. 227. Л. 48.

27 Там же. Л. 51.

28 ГАВО. Ф. И-6. Оп. 2. Д. 227. Л. 58.

29 Там же. Л. 53. Тархов Виктор Захариевич (1854 – после 1917), генерал-майор, начальник Воронежского губернского жандармского управления в 1904–1913 гг.

30 ГАВО. Ф. И-6. Оп. 2. Д. 227. Л. 59.

31 Там же. Л. 66.

32 ГАВО. Ф. И-6. Оп. 2. Д. 227. Л. 64. Шидловский Сергей Алексеевич (1864–1934), действительный статский советник, воронежский вице-губернатор с 1912–1914 гг.

33 Ошибка в документе, дочь звали Анной.

34 ГАВО. Ф. И-6. Оп. 2. Д. 227. Л. 65.

35 Там же. Л. 61.

36 ГАВО. Ф. И-6. Оп. 2. Д. 227. Л. 70.

37 ГАВО. Ф. И-6. Оп. 2. Д. 227. Л. 76.

38 ГАВО. Ф. И-6. Оп. 2. Д. 227. Л. 78.

39 Там же. Л. 79.

40 ГАВО. Ф. И-6. Оп. 2. Д. 227. Л. 81.

41 Там же. Л. 82.

42 ГАВО. Ф. И-1. Оп. 1. Д. 1226. Л. 1а.

43 Тимченко-Островерхов Владимир Александрович (1866–1929), действительный статский советник, прокурор Воронежского окружного суда.

44 ГАВО. Ф. И-1. Оп. 1. Д. 1226. Л. 1

45 ГАВО. Ф. И-1. Оп. 1. Д. 1226. Л. 4.

46 ГАВО. Ф. И-1. Оп. 1. Д. 1226. Л. 2.

47 Там же. Л. 3.

48 Там же. Л. 6.

49 ГАВО. Ф. И-1. Оп. 1. Д. 1226. Л. 5.

50 ГАВО. Ф. И-1. Оп. 1. Д. 1226. Л. 8 и об.

51 Там же. Л. 13.

52 ГАВО. Ф. И-1. Оп. 1. Д. 1226. Л. 15-16.

53 ГАВО. Ф. И-1. Оп. 1. Д. 1226. Л. 17 и об.

54 ГАВО. Ф. И-1. Оп. 1. Д. 1226. Л. 18 и об.

55 Там же. Л. 19 и об.

56 ГАВО. Ф. И-1. Оп. 1. Д. 1226. Л. 20-21.

57 ГАВО. Ф. И-1. Оп. 1. Д. 1226. Л. 22-23.

58 ГАВО. Ф. И-1. Оп. 1. Д. 1226. Л. 24-25.

59 ГАВО. Ф. И-1. Оп. 1. Д. 1226. Л. 26-27.

60 ГАВО. Ф. И-1. Оп. 1. Д. 1226. Л. 29.

61 Там же. Л. 30.

62 ГАВО. Ф. И-1. Оп. 1. Д. 1226. Л. 51, 59, 68.

63 ГАВО. Ф. И-1. Оп. 1. Д. 1226. Л. 35 и об.

64 ГАВО. Ф. И-1. Оп. 1. Д. 1226. Л. 79 и об.

Николай Иванович Третьяков родился в 1952 году в с. Третьяки Воронежской области. Окончил юридический факультет Воронежского государственного университета. 37 лет проработал в правоохранительных органах. Генерал-лейтенант. В отставку ушел с должности руководителя следственного управления Следственного комитета РФ по Воронежской области. Публиковался в журнале «Подъём», региональных изданиях. Автор книги «Село Третьяки». Член Союза художников России. Участник многих всероссийских и региональных выставок. Живет в Воронеже. источник https://podiemvrn.ru/i-daby-istina-dolzhna-byt

ПО СЛЕДАМ СТОЛЕТНЕЙ ДАВНОСТИ

Самым значимым документом эпохи гражданской войны в моем родном селе, конечно, явилось архивное дело по обвинению гражданина Чернышева Козьмы Андреевича в контрреволюции1. Дело № 250 на 26 листах начато 7 июля 1920 года, окончено 22 июля 1920 года.

В правом верхнем углу титульного листа надпись: «Арестантское».

На первой странице уголовного дела и ее оборотной стороне помещена «Анкета № 369 Воронежской Губернской Ч.К. для арестованных и задержанных с зачислением за Ч.К.». «Лица, давшие неверные показания в анкете, будут подвергнуты строжайшей ответственности», — помечено крупным шрифтом в начале анкеты.

Первая часть этого документа заполнена лично арестованным, что очень важно для понимания его как человека.

Химическим карандашом лично Чернышевым неуверенной рукой заполнены точные данные о нем самом: «Чернышовъ Казьма Андреевъ, руский, 53 лет, самоучка, малограмот.». В графе «состав семьи» им указано 4 члена, в том числе «однодворная дочь с двумя сиротами». В графе «профессия» написано «кузнецъ», в графе «место работы» — «1 кузница въ с. Третьяках».

Далее Чернышев указал, что жил «с кузнечного ремесла», владел одним деревянным домом, выселялся в административном порядке сроком на 7 лет, в графе «отношение к воинской повинности» сделан прочерк, арестован 13 мая 1920 года Третьяковской милицией в селе Ильмене при двух лошадях «с упряжкой» проездом из г. Георгиевска Терской губернии, допрошен Третьяковским исполкомом, Новохоперским Полит. Бюро, обвинение ему не предъявлено.

Первая часть анкеты заканчивается личной подписью арестованного. Дата заполнения анкеты 7 июля 1920 года указана другой рукой.

Во второй части анкеты, заполненной администрацией места заключения, указано, что местом заключения является «комендатура». Арестован по ордеру Новохоперского Уполит. Бюро и числится за секретарем. Анкета подписана заведующим местом заключения А. Звегинцевым.

Почему К.А. Чернышев указал в анкете двух дочерей у Анны, если у него была тогда только одна внучка Евгения? Мне удалось выяснить, что в семье Анны воспитывалась еще родственница — сирота Екатерина Бородулина.

На следующей странице обложка дела с надписью: «Политбюро при Новохоперской Умилиции по обвинению гр. с. Третьяков Кузьмы Андреева Чернышева о контрреволюции, активный участник организации зеленых банд, в бегстве с белыми и пятьсот рублей денег». Ниже указано, что дело начато 18 мая 1920 года на 19 листах.

Потом идет препроводительное письмо Третьяковского волисполкома за № 627 от 18 мая 1920 года в Политбюро Новохоперской Умилиции.

«При сем препровождается задержанный Казьма Андреев Чернышев — объявленный в 18 году Песковской Чрезвыком вне закона за контрреволюционные выступления при мобилизации — активный участник организации зеленых банд с. Третьяков по свержении Соввласти в Третьяковск. вол. — волостной старшина и после отступления бежавший с белыми в пределы Дона, вместе с материалом для предания суду Ревтрибунала — как врага Трудового Народа.

Председатель исполкома Третьяков

Секретарь Бунин

Приложение: протокол от 13 мая сего года по делу о Чернышеве и восемь разных документов.

Бунин»2.

«Протокол

1920 года мая 13 дня я председатель Третьяковского вол. Исполнительного комитета Третьяков Е.А. записал в настоящий протокол нижеследующее:

Сего числа местным военкомом и милиционерами волости в слоб. Ильмень Песковской волости часов в 12 ночи был задержан возвращающийся из Донской области Чернышев Казьма Андреевич, объявленный в 918 году Песковской Чрезвычайной Комиссией вне закона за контрреволюционные выступления проявленные им во время мобилизации граждан призыва 916 и 915 г.г. на формирование образовывающейся Красной Армии — активный участник организации зеленых банд с. Третьяков, а по свержении Соввласти в Третьяковской волости — волостной Старшина — после отступления бежавший с белогвардейцами в пределы Дона.

Спрошенный задержанный Казьма Андреевич Чернышев, 53 лет, грамотный, происход. из гр. с. Третьяков Новохоперского у., бывший административно выселенный из с. Третьяков в пределы Донской области с 907 года продолжавшееся около 7 лет за политическую неблагонадежность, выражающуюся в примыкании в бытность членом Государственной Думы к группе Трудовиков, показал:

В 918 году, когда меня Песковская Чрезвычайная Комиссия объявила вне закона, я из с. Третьяков ушел в ст. Урюпинскую, где проживал по паспорту, имеющемуся ранее у меня. Переодически с. Третьяки я конечно тайно посещал, в Урюпине находился. Когда я ушел из с. Третьяков, то на границе казачьей меня арестовали и отправили на ст. Филоновскую для выяснения моей личности. Когда доставили меня туда к коменданту и по выяснении, кто я и зачем попал к белым, то мне ими была предложена работа по агитации среди населения в тылу белых с предоставлением мне права бесплатно пользоваться проездом по железным и грунтовым дорогам агитировать. Чувствуя себя неспособным, я не стал и уехал в Урюпинскую, где поступил работать в Чугунолитейный завод, проработав там до отступления белых из Урюпинской.

Приблизительно в апреле 919 года я в Третьяки пришел. Пришел, потому что почувствовал возможность прожить дома, ибо услышал, что как в Третьяках и районе назревают организации зеленых. К приходу в Третьяках Совет еще был и на несколько дней сходил в Горелку. А потом в Махры. В Махрах был дня три у гр. Ерина, имя, отчество не знаю. Услышавши, что в Третьяках Совет арестован, из Махров пришел. По приходе никакой административной власти не было кроме военной — Штаба зеленых. Безвластие продолжалось приблизительно дней пять. Потом был созван сход по инициативе Исполнительного Комитета, избранного во время зеленых, который складывал с себя полномочия. На второй день обратно был созван сход, на этом уже сходе был поставлен, кем не упомню, вопрос о создании какой-либо власти. Кажется, самим сходом был выдвинут вопрос о создании власти Старшины и писаря. Кандидатуры я своей не выставлял. Выставлял меня в старшины сход и по голосованию я единогласно прошел. Писарем был приглашен с этого же схода Поворинский Петр Иванович, старостой — Соломахин Михаил Петрович.

Будучи Старшиной, я ездил в Царицын за покупкой некоторых товаров лично для себя. Права мне сходом были даны как арест на трое суток и как вообще по старому функции старшины. Исполнять приказания приходилось только штабов белых, которые выражались в нарядах на подводы, объявлении полученного приказа от дежурного генерала, фамилию не упомню, о мобилизации годов, кажется, десяти. По получении, я как старшина, созвал сход к выполнению этого приказа. Сход судил, слышались голоса за и против, но выполнить таковой за скорым отступлением белых из пределов волости не представилось возможным, я тоже отступил. В тылу белых я находился вместе с Третьяковым Иваном Филипповичем. Занимались торговлей, чем имели возможность добывать пропитание. В городе Георгиевске Терской области мы отступать дальше не стали и предпочли остаться. Остался я в Советской республике. Вот почему, видя неизбежную гибель белых и узнавши, что в Советской республике смертная казнь отменена, а также надеясь на амнистию Советской власти.

Документ я имел паспорт, выданный мне Управлением Георгиевской Государственной Стражи от 14 января 20 года № 257, получить мне удалось путем свидетельских показаний, удостоверивших мою самоличность тамошних знающих меня лиц. Но почему в нем не указано моей волости и села я совершенно не знаю. Также не знаю, почему нет моей подписи.

Удостоверение личности от имени Штаба зеленых с. Третьяков от 5 августа 19 года, выданное на имя моей дочери, находящейся со мной Анны Казминичны Бородулиной, подписано за командира мной. Делопроизводитель подписал Поворинский Петр Иванович. Выдано оно было позднее, чем помечена дата, кажется в октябре. Печать приложил б. комендант зеленых с. Третьяков Семен Иванович Третьяков. Больше ничего не добавил. Казьма Чернышев.

Председатель Исполкома Третьяков.

Спрошенный по сему делу местный школьный работник Иван Иванович Комарчев 27 лет показал: Чернышев Казьма Андреевич вместе со своим племянником Иваном Семеновичем Лебедевым3 являются главными организаторами — руководителями зеленых в пользу Деникинской политики в мае и июне 919 года, подтверждением и доказательством чего служат следующие факты:

Он, Чернышев Казьма Андреевич, всеми мерами в бытность Старшиною в селе при зеленых, старался провести мобилизацию граждан по 35 лет по пришедшему приказу какого-то дежурного генерала сводной партизанской дивизии. Собрав сход для прочитки им приказа о мобилизации, он, Чернышев К.А. предварительно стал толковать. Знакомить и объяснять сходу программы разных политических партий, причем программу кадетов объяснял подробно, основательно и в самом положительном доброжелательном смысле. Немало также говорил о монархистах. Когда стал говорить о программе эсеров, то по земельному вопросу сказал, что землю взять без выкупа и на уравнительных началах, а по рабочему вопросу вместо того, чтобы говорить, полез в затылок, замолчал, замялся и сказал: «я, старички, забыл программу по рабочему вопросу, как бы не напутать». А между тем он, Чернышев, эсер с 1900 года и член 2-й Государственной думы и не знает программу эсеров. Здравый смысл этого не допускает и само собой навязывается убеждение, что память у Чернышева пропала не даром, не попросту, а за хорошее вознаграждение от Деникина. Когда же Чернышев коснулся программы большевиков, то вместо объяснения или читки программы сказал: «ну, старички, а о коммунистах большевиках скажу коротко — это бесконтрольные разбойники». Вот все, что он сказал о программе и коммунистах. Слишком мало и слишком отрицательно.

Когда же я, Комарчев, стал отрицательно критиковать Деникинскую политику и убеждать граждан не подчиняться мобилизации, объявленной какими-то генералами, то он, Чернышев, сказал, что непростительно Комарчеву не знать, что коммунистами-разбойниками разрушены все типографии и все другое и потому он, Чернышев, не может дать программы или брошюры о целях войны казаков с Советской Россией, и, если вы, старички, послушаетесь Комарчева, то чего вы дождетесь, что получите? Опять коммунистов. Предлагал свои услуги — ехать на станцию готовить вагоны для мобилизованных. На прежние сходы я, Комарчев, не ходил и не знаю, как он себя вел, говорил что.

Во все остальное время власти зеленых он вел себя как самый заядлый старорежимный старшина и на попытки арестованных защитников нового строя дать ему те или другие объяснения, кричал: «Не сметь, молчать!»

Притеснял не только членов местной ячейки, но и семьи их и граждан, подозреваемых в сочувственном отношении к новому строю и местным коммунистам. Факты к сказанному: выселял семью эвакуировавшегося учителя 3-й Советской школы и арестовывал и принуждал работать в штабе зеленых учителя 2-й Советской школы; гонял без очереди в наряд членов местной ячейки; и в его бытность Старшиною, а его племянника Лебедева военным начальником зеленых был расстрелян член Совета волостного, сочувствующий коммунистам Михаил Ефимович Третьяков.

К сему учитель советской школы Иван Иванович Комарчев.

К всему сказанному добавляю следующее: он, Чернышев, вместе со своим зятем Александром Бородулиным энергично работали по доставке патрон и оружия зеленым.

Иван Комарчев

Председатель Исполкома Третьяков.

Спрошенный граж. с. Третьяков Новохоперского уезда Василий Гладков, 50 лет, под судом и следствием не был, показал: Во время власти зеленых однажды был созван Старшиной Чернышевым сход, на котором некоторые граждане доносили ему о реквизиции советом продуктов и др., на что он ответил, что Советская власть — коммунисты только способны грабить да разбойничать, ведь коммунисты и есть самые негодные с грязными руками люди. Больше ничего не добавил. Василий Гладков, неграмотный.

Председатель Исполкома Третьяков.

Спрошенный член Третьяковской организации РКП(б) Афанасий Яковлевич Хмыров, 40 лет, показал: В восстание я эвакуироваться не успел и в бытность Чернышева Казьмы Андреева волостным Старшиной мне пришла очередь быть с подводой по наряду и, когда как Старшину я пришел просить оставить меня и в дежурство не гнать, ибо у меня была молодая лошадь. То он на меня стал кричать, а зачем ты вошел в эту шайку, подразумевая под этими словами советскую власть, коммунистов. Ведь знаешь, кто они такие коммунисты, босотва, разбойники и разные проходимцы! Ведь ты состоял контролером на советской маслобойне, был как бельмо на глазу. Люди вам построили заведения, а вы распоряжаться стали. Вот жаль твою жену и детей, а то бы ты давно уже был отправлен туда, откуда никто не возвращается. Ведь Соввласть раз навсегда рухнула и мы имеем шестьдесят тысяч зеленых войск. Хмыров Афанасий Яковлевич.

Председатель Исполкома Третьяков»4.

Из Третьяковского волостного Совета Чернышева вместе с материалами дела направили в Новохоперск.

Согласно описи, составленной председателем волисполкома, к делу были также приложены документы:

Сношение Третьяковского вол. Совета № 154,
Постановление №12 от 16 сентября 18 года Песковской Чрезвычайной Комиссии о объявлении Чернышева вне закона,
Удостоверение на имя Анны Бородулиной, выданное Штабом зеленых, подписанное за командира Чернышевым,
Паспорт на имя Чернышева №257 от 14.01.20 г.,
Квитанция от 2 Донского казначейства на имя Чернышева К.А.,
Счет от А.А. Алимок — Чернышеву,
Счет от Кирсанова М.Ю. на имя Чернышева,
Памятная книжка К.А. Чернышева, заведенная в бытность у белых5.
Наиболее интересные и значимые документы привожу полностью.

«Постановление №12

1918 года 16 сентября

Следственная комиссия Песковского Совдепа, разсмотрев дело гражданина Воронежской губернии Новохоперского уезда Третьяковской волости Кузьмы Андреевича Чернышева укрывавшегося от дачи показания, следствия и суда

Постановила:

У вышеуказанного гражданина конфисковать все имущество, как движимое, так и недвижимое, и передать в местный Совет в достояние народа и его объявить вне закона.

Со дня объявления настоящего постановления, каждый гражданин РСФСРеспублики имеет право при встрече упомянутого Чернышева уничтожить как контр-революционера без следствия и суда.

Настоящее постановление препровождается Третьяковскому волостному совету для исполнения.

Председатель комиссии М. Голиков

Члены П. Рогулев. Секретарь Белобородов.

С подлинным верно: Председатель Попов. Секретарь Соломахин»6.

Подписи скреплены печатью Третьяковского волостного Совета.

«Штаб Третьяковской Зеленой армии

5 августа 1919 года с. Третьяки. г.Воронеж

Удостоверение

Предъявительница сего есть действительно гражданка села Третьяков Новохоперского уезда Воронежской губернии Анна Казьминишина Бородулина, что подписью и приложением печати удостоверяется —

За Командир Чернышев

Делопроизводитель П. Поворинский»7.

В оттиске печати четко читается надпись по кругу «Штаб Третьяковск зел АРМ», по диагонали — «печать».

Согласно имеющегося в материалах дела счета от владельца магазина «Торговля сукном, искусственной овчинки и бобра, картузным и шапочным прибором, шелкового люстрину, атласу, заграничных и русских сафьянов» Михаила Юдаевича Кирсанова 29 августа 1919 года в г. Царицыне господам Чернышеву и Третьякову продано 3 кожаных пальто по цене 1600 рублей на общую сумму 4800 рублей8.

Смею предположить, что кожаные пальто предназначались лично для К.А. Чернышева, его зятя А.И. Бородулина и И.Ф. Третьякова.

А согласно счету Авраама Алексеевича Алимок К.А. Чернышев заплатил ему 10 октября 1919 года в том же Царицыне за кожаную мануфактуру 28500 рублей9, что подтверждает его показания о занятии коммерческой деятельностью в тылу белых.

По поступлении материалов дела на Чернышева в Политбюро при Новохоперской Умилиции расследование было поручено уполномоченному Киршфельду и его помощнику Литвинову. Ими было проведено по делу два допроса.

Литвинов допросил жителя села Третьяки Ивана Ивановича Денисова.

«Показание

Гражданин Третьяковской волости показал следующее:

Относительно гражданина Чернышева я могу сказать, о прибытии Чернышева в село Третьяки был сход собран племянником Иваном Федотовичем Лебедевым, командиром Зеленой Армии. В это время Кузьма Андреевич явился на сход и стал собирать мелковладельческих собственников земли вечных.

В это время был избран обчеством председатель исполкома т. Иван Николаевич Попов. Чернышев пошел против Попова. Попов говорил на сходе гражданам, давайте в мирных обстановках обойдемся, чтобы не проливать кровь. Кузьма Чернышев пошел против товар. Попова, что это недопустимо, чтобы мы помирились с коммунистической бандой, с грабителями, разбойниками. Общество, кроме землевладельческих вечников, были согласны, граждане были согласны со словами т. Попова. А частные землевладельческие собственники и арендодатели пошли против т. Попова, против всего схода. Но т. Попов все-таки убедил граждан и послали двух представителей для переговоров с коммунистическим отрядом, но в то время переговорщики поехали и не доехали до моста. Их задержали зеленые и порвали бумаги, которые были вручены им от общества. Это было послано Чернышевым не допустить с бумагами.

На втором сходе Чернышев заступил Старшиною, собрал сход и начал объявлять господам старикам и молодым людям, получил приказ от генерала дежурного Бондарева распоряжения по 35 лет мобилизовать и на что господа старики были согласны более из землевладельщиков собственников.

Господа старики обратились к нему, Чернышеву, и начали его спрашивать, чем мы будем ехать на сборный пункт в г. Новохоперск, поездом или же подводами? Он сказал, я поеду на ст. Кардаил и узнаю об вагонах, а если же вагонов не будет, то мы возьмем у грабителей коммунистов-разбойников.

В это время старики были согласны с его словами и сказали, что закрыть сход, а то нам нужно ехать косить луга.

Но как Иван Иванович Комарчев и с ним 4 человека совместно стали говорить против мобилизации и он, Чернышев, не стал допускать говорить Комарчеву об мобилизации.

Но Комарчев не послушал его и стал дознаваться, от кого зависит мобилизация. И Чернышев сказал, от дежурного генерала Бондарева. Но Комарчев стал говорить на его слова, что нонча Бондарев дежурный, а завтра другой будет дежурный, и тот будет мобилизовать нас.

Комарчев сказал, что это не документ, а Чернышев обратился к господам старичкам, что он арестован. Мы как четыре человека были с Комарчевым в контакте, то мы стариков убедили. Старики сказали, что Комарчев не виноват в аресте и не за что арестовывать.

Но Чернышев сказал господам старикам: «Я Комарчева не оставлю без внимания» и отправился на станцию Кардаил на отбитой лошади Красной Армии Штабом Белых. Когда он приехал, то мобилизация была отменена до особого распоряжения.

К сему И.И. Денисов.

По делу Чернышева подтверждает гражданин села Третьяки Попов Ефим.

Допросил помощник уполномоченного Е. Литвинов»10.

Читающий эти строки поймет, как мне хотелось больше узнать об участниках событий вековой давности. Особенно о тех, кто давал показания против Чернышева и вел с ним смелую политическую полемику на сельском сходе. Это И.И. Комарчев и четверо его сторонников, которые даже после установления власти в селе зеленых убеждали односельчан не выступать против Красной Армии.

И мне повезло, потому что внуком Ивана Ивановича Денисова оказался мой одноклассник Владимир Иванович Понкратов, в настоящее время проживающий большей частью в Третьяках. Его родная сестра Валентина Ивановна Первушина не только выслала мне фотографию родственника, но и рассказала, что их дедушка по матери (Таисия Ивановна Понкратова, в девичестве Денисова) И.И. Денисов, 1895 года рождения, был грамотным на селе человеком. Придерживался большевистских убеждений. Во время восстания зеленых он вместе с другими коммунистами села и им сочувствующими был арестован. Со слов ее матери, Таисии Ивановны, его три дня держали раздетым и привязанным к дереву на съедение комарам.

Дед одно время руководил сельским Советом. По оговору односельчан был судим и отбывал наказание. Подорвал здоровье, отчего и умер в 1950 году. Еще при жизни успел добиться реабилитации. Как видно из рассказа Валентины Ивановны Первушиной, ее дед действительно был не из робкого десятка и говорил то, что думал, даже на сходе граждан села при власти зеленых.

«Протокол

1920 мая 26 дня, следователем Политбюро при Новохоперской Умилиции Воронежской губ., по борьбе с контрреволюцией, спекуляцией и преступлениями по должности Уполномоченным т. Киршфельдом был опрошен гражд. Чернышев, обвиняющийся за активное участие в организациях зеленых, против Сов. власти, при чем на заданные вопросы дал следующие ответы:

Фамилия: Чернышев, имя: Казьма, отчество: Андреевич, лета: 53, уроженец: Воронежской губ. Новохоперского у., Третьяковской волости, того же села, местожительство: село Третьяки.

Семейное положение: женат, профессия: кузнец; род занятий: а) в настоящее время занимается торговлей, б) до революции: кузнечной работой; образовательный ценз: малограмотный; отношение к воинской повинности: 1887 года призыва, 53 лет; кто родители: крестьяне; имущественный ценз: а) в настоящее время дом, б) до революции: дом, кузню, дом. хоз.; политические убеждения: никакие; партийная принадлежн.: а) в наст. время — , орган. № билета — , б) до революции: трудовой группы; был ли под судом и следствием: отбывал на пересылке 7 лет при старом режиме за неблагонадежность; слышали в чем вас обвиняют: слышал; признаете ли себя виновным: не признаю.

По существу дела показал следующее: что от января месяца 1919 года я жил в ст. Урюпине, но был несколько раз и в селе Третьяках. Но могу сказать, что даже никогда на месте не жил, но ехал туда и туда, я особенно боялся жить в Третьяках, чтобы меня не застрелили, потому что я знал, что в Песках в это время застреливали людей за ничто и потому не мог жить на месте.

Перед выступлением зеленых я не находился в селе Третьяках, и был там, когда казаки прибыли, после занятия села Третьяки казаками.

Я был выбран народом Старшиной и служил на должности Старшины при белых полмесяца. И я перед казаков отступал, и когда фронт красных приближался ближе, я отступал вглубь в казаках. Когда я был Старшиною, я несколько раз собрал сход и объявил гражданам села Третьяков о мобилизации и им прочитал приказ дежурного генерала какого-то и как его звать не помню. И также одного гражданина арестовал на две сутки за то, что он не давал подвод для обслуживания белой армии. Я все время отступал до Царицына, а из Царицына я переехал на станцию Морозовка и там занимался торговлей сапожным товаром, а от ст. Морозовка я поехал в город Георгиевский Терской области и там почти не с кем не занимался. И там я жил до апреля месяца и оттуда ехал обратно на Третьяки на лошадях. Я ехал на своих лошадях и со мной приехала дочь Анна Казьминична Бородулина, и у ней дочка 6 лет Евгения. И мы в Третьяках приехали 13 мая. Но не подъехал до Третьяки, меня арестовали по дороге в селе Ильмене. Моих лошадей с запряжкой забрали Третьяковские милиционеры, и я сам был препровожден под арестом в Третьяковский Совет, а оттуда был прислан в Новохоперск. Я обратно приехал, потому что не чувствовал себя виновным обратно ехать. А отступил летом 1919 года с белыми за то, что слыхал, что красные рубят и режут подряд, особенно китайцы.

Кроме того, я могу сказать, что я был избран в Государственную Думу второго созыва членом в 1906 году и там принадлежал к Трудовой группе.

Выше написанное мне прочитано в чем и подписуюсь.

Казьма Чернышев.

Допросил Уполномоченный Политбюро Киршфельд.

Дополнительный допрос.

На вопрос кто подписал удостоверение которая приложена к делу на стр. 9 на имя Анна Кузьминишна Бородулина и кто приложил ей печать, могу отвечать, что я этого сам сделал.

На вопрос откуда получали печать, я печать получил от зеленых на станции Алексева от Семена Третьякова.

Вышенаписанное мне прочитано в чем и подписуюсь.

Казьма Чернышев

26 мая 1920 года

Допросил уполномоченный Киршфельд»11.

24 мая 1920 года из села Пески в Новохоперск поступила телеграмма, которая 25 мая была передана для приобщения к следствию.

«Копия Телеграммы

Новохоперск Президиум уисполкома тов. Буханцеву из Песок

Сообщаю что бывший член Государственной Думы 2-го выпуска будучи организатором зеленой армии волостях Захоперного района Чернышев Казьма мною ночь под тринадцатое мая 2 часа ночи при помощи военкома Третьяки пойман в селе Ильмень отправлен конвоем Третьяки номер 840 военком Пески Агапов.

Верно: Делопроизводитель Умилиции.

Настоящая копия телеграммы препровождается Умилиции для расследования дела Чернышева по деятельности по организации зеленой армии и привлечения к ответственности.

24 мая 1920 г.

Завед. отделом Управления

Секретарь

Делопроизводитель»12.

Кто участвовал в поимке Чернышева К.А.: разговор интересный, но он будет впереди.

«Заключение.

1920 года 26 мая я уполномоченный политбюро Новохоперской умилиции т. Киршфельд, ведя следствию по делу Чернышева обвиняющего за активную выступлению против Советской власти и организатора зеленых, вывел следующее заключение, что он виновен, и что это подтверждает рядом свидетелей и он сам тоже при допросе сознается, только не хочет открыто признаваться виновным, но этого видно особенно от того что он подписался на удостоверении на ст. 9 за командиром зеленого штаба. Решил дело передать заведывающему политбюро для постановление отправление виновного контр-революционера к суду.

Уполномоченный Киршфельд»13.

«Постановление

1920 года мая месяца 28 дня, Политбюро, рассмотрев дело гражд. Чернышева, обвиняемого в организации зеленых, агитацию против Советской власти,

Постановил:

В виду того, что преступность арестованного Чернышева, члена Государственной Думы 2-го созыва, члена партии трудовиков доказано, что видно из ведения следствия, где он отчасти признается, подпись за командира зеленых, имел печать штаба зеленых при себе и постановления Песковской волостной следственной комиссии, где он объявляется вне закона, при том у него хватает наглости утверждать будто он не виновен, дело передать в Губчека для применения к нему самую высшую меру наказания.

Начальник Умилиции (подпись неразборчива)14.

Не теряя надежды на объективное разбирательство, Чернышев на следующий день после вынесенного в Новохоперске в отношении него постановления обращается с просьбой.

«Новохоперское Политическое Бюро

Содерж. в Новохоперской тюрьме

Казьмы Андреевича Чернышева

При доставлении меня в Новохоперск дочерью моею Анною переданы были 500 рублей через конвоира для передачи мне на харчи, почему прошу Политбюро выдать мне эти деньги для покупки продуктов, о чем меня и известить через начальника тюрьмы.

К. Чернышев

1920 г. 29 мая15.

Внизу резолюция: Препровождается в Политбюро 29 мая 1920 г.

Начальник (подпись)16.

В верхней части обращения входящий №199 от 29 мая и резолюция:

«Политическое бюро об этих денег ничего не знает, спросить конвоира которому она деньги передала. 2.06.20 г. (подпись неразборчивая)»17.

Что ответил конвоир о судьбе денег, переданных ему Анной Бородулиной, осталось неизвестным, потому что официального ответа на обращение Чернышева в деле не имеется.

В Воронежском Губчека уголовное дело на К.А. Чернышева находилось недолго, с 7 по 22 июля. Чекисты за это время не провели ни одного следственного действия, хотя помощник уполномоченного с неразборчивой фамилией, вероятно, Козлов, на свободной части листа с допросом И.И. Денисова сделал пометку следующего содержания:

«1920 года июля 17 дня мною допр. гр. Чернышев который просит допросить свидетелей Мих. Лавр. Дедяев, Козьма Ант. Дедяев, Иван Сергеевич Мезенцев, Лар. Пав. Ходов, Ан. Осип. Смотров.

Пом. Уполн. (подпись)»18.

Кроме того, на свободной части листа допроса Чернышева К.А. от 26 мая тем же помощником уполномоченного сделана еще одна запись: «1920 года июля 19 дня мною допрошен гражданин Чернышев, который подтверждает свои прежние показания и нового ничего не дал.

Пом. Уполном. (подпись)»19.

Фактически помощник уполномоченного Губернского ЧК устно пообщался с арестованным Чернышевым К.А. и приступил к составлению обвинительного заключения.

Дополнительных свидетелей никто не допросил. Нет необходимости подробно цитировать констатирующую часть, в которой повторяются эпизоды из жизненных обстоятельств К.А. Чернышева, остановимся на постановляющих пунктах:

«…Гр. Чернышев обвиняется:

Как лицо состоящее в партии эсеров с 1900 г., в период начала Социальной революции, т.е. с Октябрьской революции вел соглашательскую пропаганду против мероприятий Советской власти.
Уклонялся от суда, за что был объявлен вне закона.
В службе у белых в качестве агитатора.
Живом участии в организации зеленой армии и ее действий.
В разложении масс предательской агитацией в период организации зеленой армии.
В службе у белых Старшиною, деспотизме и бегстве с ними как наймит.
В выдаче документов не по праву.
На основании вышеизложенного полагал бы Коллегии Губчека гр. Чернышева как политического врага, главного активного участника организации зеленой армии, подвергнуть высшей мере наказания.

Пом. Уполномоченного Козлов»20.

Понимая, что ходатайство его о допросе дополнительных свидетелей не удовлетворяется, участь его предрешена, Чернышев в отчаянии направляет в ЧК телеграмму:

«Из Воронежской губернской тюрьмы № 48 срочная

В Секретно-оперативный отдел Воронежской Губчека

В производстве Губчека находится дело по обвинению меня в организации зеленых в Новохоперском уезде. Дело вместе со мной препровождено Новохоперским политбюро. Заявляю, что показание отобранное от меня в Новохоперске было вынуждено побоями и др. истязаниями со стороны члена Третьяковского исполкома Иваном Андреевым Поповым. Что записывалось в протоколе опроса я совершенно не знаю и мне таковой прочитан не был. Подписать его меня повторяю принудили побоями.

На этом основании и дабы истина как таковая могла быть обнаружена своевременно и положительно я усердно прошу губчеку не разрешая дела по существу на основании тех данных кои мог представить Вам политбюро, дополнительно назначить допрос меня здесь в Воронеже, чтобы я со спокойной совестью мог осветить все дело в истинном смысле раз и навсегда.

Арестованный при Воронежской губернской тюрьме Казьма Андреев Чернышев»21.

Дата отправления телеграммы из-за ветхости бумаги не сохранилась. И была ли это телеграмма или жалоба на бланке телеграммы, теперь сказать трудно. Но в сопроводительном письме начальника тюрьмы от 22 июля 1920 года, который направил обращение К.А. Чернышева в секретно-оперативный отдел Воронежского Губчека, говорилось, что «при сем препровождается заявление гр. Чернышева, числящегося за Губчекой, на рассмотрение»22.

Официальным ответом на последнюю мольбу Чернышева К.А. о милосердии был скорый документ, датированный тем же числом, что и заявление.

«Постановление

Именем РСФСР Воронежская Губернская Чрезвычайная Комиссия по борьбе с контр-революцией, спекуляцией и преступлениями по должности в заседании своем от 22 июля 1920 года

Председателя Алексеевский

В составе: Членов Стесевич, Бугин

и начгубмилиции т. Артеменко

Секретаря т. Белов

Рассмотрев дело №250 по обвинению граждан. Чернышева Козьмы Андреевича в контр-революции

Постановил

Признавая вполне доказанным, что гр. Чернышев вел систематически контр-революционную работу по отношению к Совет[ской] Власти, служил в качестве агитатора у белых банд, тем самым разлагал массы предательской агитацией и принимал самое живейшее участие в организации зеленых армий, а посему считая его опаснейшим врагом Совет. власти, применить к нему высшую меру наказания / разстрел /.

Председатель /подпись/

Члены / подписи/

Секретарь / подпись /

Постановление мне объявлено _______

Исполнено 23 июля 1920 г.»23.

Кто же поставил последнюю точку в судьбе моего земляка?

Николай Евгеньевич Алексеевский, 6 декабря 1900 года рождения, сын учителя, окончил гимназию в г. Боброве в 1918 году, принимал участие в установлении Советской власти в Бобровском уезде, участник боевых действий против белогвардейцев на территории Воронежской губернии в 1918–1919 годах, председатель Бобровского уездного исполнительного комитета (январь-апрель 1920 года), председатель губернской Чрезвычайной комиссии (с апреля 1920 года). Погиб в ходе подавления крестьянского Колесниковского восстания 11 декабря 1920 года в селе Скнаровка Богучарского уезда. Похоронен в Воронеже в детском парке «Орленок»24.

Во время вынесения смертного приговора Чернышеву Алексеевскому было 19 лет.

В стране бушевала гражданская война. Классовая борьба не на жизнь, а на смерть была главным мерилом того времени. Если рассматривать уголовного дело К.А. Чернышева с точки зрения современных требований уголовного и уголовно-процессуального законодательства, то, естественно, оно полно нарушений прав и свобод гражданина. Именно этим и руководствовалась Воронежская областная прокуратура, когда 23 апреля 1992 года вынесла заключение о реабилитации Козьмы Андреевича Чернышева в соответствии со ст. 3, ст. 5 Закона РСФСР «О реабилитации жертв политических репрессий» от 18 октября 1991 г.25.

Чисто по-человечески постановление ЧК о расстреле К.А. Чернышева было чрезмерно сурово. Его деятельность, направленная против Советской власти, с точки зрения законов того времени непременно заслуживала наказания, но не такого сурового, как высшая мера. То, что он являлся организатором зеленой армии, осталось только предположением, потому что руководил ею племянник Иван Лебедев. Доказательств в ходе следствия не добыто.

Да, он был старшиною в селе Третьяки после разгона советских учреждений и выполнял волю деникинских генералов и зеленых в селе Третьяки в течение не более двух недель, но при этом он лично не был причастен к расстрелам и жестокому обращению с местными коммунистами. Разве только посылал их с подводами в наряды для белой армии и упрекал словесно в причастности к партячейке, а одного арестовал на двое суток.

Примерно за подобные действия при царском режиме в 1910 году Воронежским губернатором он был выслан в административном порядке за пределы Воронежской губернии и не более того.

ИВАН АНДРЕЕВИЧ ПОПОВ. ПРЕДАННЫЙ БОЛЬШЕВИК

Личность К.А. Чернышева по сути своей трагична.

А могла ли судьба его быть иной? Я глубоко сомневаюсь, изучив уголовное дело одного из его товарищей по первой русской революции 1905-1907 годов, а в дальнейшем его политического противника. Это дело Ивана Андреевича Попова, обвинявшегося по ст. 58 п. 10 ч. 1 УК РСФСР26. На Попова бывший член Государственной Думы указал в своем предсмертном обращении как на лицо, оказавшее на него физическое воздействие при допросе.

6 августа 1937 года младшим лейтенантом государственной безопасности Песковского районного отделения УНКВД по Воронежской области Поповым была избрана мера пресечения в виде содержания под стражей активному борцу с царским режимом и за установление Советской власти в Третьяках Ивану Андреевичу Попову, который был обвинен в троцкизме и антисоветской агитации среди населения27.

Поводом для возбуждения уголовного дела послужил факт падежа скота в колхозе «Коминтерн». Весной 1937 года в колхозе пало 120 лошадей, 10 быков и 40 козлят. Из-за отсутствия тягловой силы сеять было не на чем.

Прозорливый, недавно избранный председателем колхоза Петр Иванович Понкратов, сообразив, чем это может грозить, провел общее собрание колхозников и 22 марта 1937 года вывел из состава членов правления ряд руководителей колхоза, в том числе и И.А. Попова, обвинив их в халатности и пьянстве28. Материал по падежу был передан в Песковское районное отделение УНКВД по Воронежской области.

Так как разобраться в истинных причинах падежа скота было не просто, следственные органы пошли по проверенному пути, придав данному факту политическую окраску. Для этого тогда в каждом селе были «свои» люди. Свои люди в селе Третьяки имели агентурные имена «Гранит», «Лобов», «Давыдов», «Харченко» и другие. Руководил ими заместитель начальника политотдела Третьяковской МТС по работе НКВД Митасов. Но наиболее значимые осведомители были личными агентами начальника районного отделения УНКВД Попова29.

Мл. лейтенант госбезопасности Попов расследовал дело в течение двух дней. Он рассекретил все агентурные донесения, приобщил их к уголовному делу и в соответствии с их содержанием допросил из них четверых в качестве свидетелей официально. Ими оказались бывший кулак, участник зеленого восстания, на тот момент секретарь исполнительного комитета сельского Совета Хмыров Иван Яковлевич, крестьянин-бедняк Перфильев Иван Иванович, местный участковый инспектор Толпыгин Владимир Степанович и крестьянин-середняк Лутовинов Тихон Яковлевич.

Что могло побудить этих людей выполнять специфические обязанности? У каждого из них были свои причины.

Иван Яковлевич Хмыров, 1891 г. р., освободившись в 1936 году из мест лишения свободы, где находился за контрреволюционную агитацию, решил больше туда не возвращаться, так как у него были на иждивении пятеро детей. Он уверенно дал показания против И.А. Попова, указав, что тот был в прошлом эсером, вел разговоры среди жителей села в поддержку Троцкого и его сторонников30. Тем более что Иван Яковлевич Хмыров хорошо помнил, что в январе 1931 года Иван Андреевич Попов тоже давал против него показания аналогичного содержания, которые легли в основу постановления тройки при ПП ОГПУ по ЦЧО по внесудебному рассмотрению дела31.

Иван Иванович Перфильев, 1891 года рождения, крестьянин-бедняк, о которых говорят «ни кола, ни двора», с пролетарским сознанием за порученное дело, дал показания, что И.А. Попов в 1905 году был судим за эсеровскую деятельность, несмотря на то, что вступил в партию большевиков, проводил эсеровскую политику, поддерживал связь с местным священником Дольским и кулаками. За это был «почищен» из партии. Критиковал работу местных коммунистов32.

Ивана Ивановича Перфильева, по-уличному Ваньку Залозню, я хорошо помню. В 1960-х годах, находясь на заслуженном отдыхе, он занимался на Хопре рыбалкой. До конца жизни был беззаботным весельчаком и балагуром, по-прежнему ничего не имея. Когда от комсомольской организации я пришел к нему записать рассказ об установлении в селе Советской власти, он с гордостью пропел мне про себя частушку того времени: «Как Иван Залознин всех в колхоз соблазнил!»

8 августа 1937 года обвинительное заключение по следственному делу № 14578 по обвинению И.А. Попова было утверждено начальником Борисоглебской оперативной группы НКВД, мл. лейтенантом государственной безопасности Фельдманом. 25 сентября 1937 года заседание тройки управления НКВД по Воронежской области за антисоветскую агитацию против колхозного строительства, распространение слухов о гибели Советского Союза и защиту врагов народа — троцкистов постановило Попова Ивана Андреевича заключить в исправительно-трудовой лагерь сроком на 10 лет33.

По тем временам эта мера наказания была далеко не самая тяжкая, но вынести ее в Локчимлаге мог не каждый, тем более в 54 года. Пытаясь доказать свою невиновность перед государством и партией, Иван Андреевич много раз обращался в различные высшие инстанции, рассказывая о своей нелегкой судьбе. А биография у него была во многом героическая. В 1904–1906 годах дважды арестовывался за антиправительственную агитацию, в 1908 году в административном порядке высылался за революционную деятельность на два года в Вологодскую губернию, в 1917 году вступил в партию большевиков, после Октябрьской революции возвратился в Третьяки и был избран в волостной Совет, исполнял обязанности заместителя председателя волисполкома по продовольствию. В 1919 году вместе с другими коммунистами села был арестован зелеными, которые издевались над ним в течение нескольких дней, привязав обнаженного к дереву на съедение комарам. Когда его повели в штаб зеленых для расстрела, он вместе с двумя красноармейцами совершил побег и присоединился к наступающим красным отрядам. Вместе с ними он освободил от зеленых родное село Третьяки. После этого он продолжал работать в волисполкоме и Новохоперском уисполкоме в земельном отделе, с 1 ноября 1920 года руководил продотрядом в количестве 70 человек, одновременно борясь с бандами Колесникова и Антонова. В марте 1921 года был направлен на организацию совхоза в бывшем имении Жихарева в деревню Воскресеновка, с чем успешно справился.

В 1921 году Попов попал под партийную чистку и был исключен из рядов большевиков как бывший эсер. Но ему продолжали доверять и поручали ответственную работу в органах власти. В 1929 году он вступил в колхоз и был выбран членом правления. Восстановил в селе кирпичный завод. Руководил этим заводом, доведя выпуск кустарного производства до 500000 кирпичей в год34.

Последний раз прокуратура Воронежской области рассмотрела жалобу И.А. Попова в сентябре 1940 года. Прокурору Песковского района было поручено выехать в село Третьяки и дополнительно произвести допросы четырех основных свидетелей по его делу. Агенты НКВД подтвердили ранее данные показания против односельчанина35.

Больше Иван Андреевич Попов жалоб не писал. Сведений о его дальней судьбе у меня нет. Есть все основания полагать, что он навсегда остался в селе Пезмог Корткеросского района Коми АССР на местном кладбище заключенных, так как условия содержания в лагере были очень тяжелыми, а Попов был уже немолод.

Я допускаю, что И.А. Попов мог присутствовать при допросе Чернышева в Третьяковском волисполкоме и проявить в отношении него насильственные действия, чтобы последний подписал протокол, не читая, потому что Попов пострадал от зеленых, которым Чернышев служил. Но не думаю, что подпись Чернышева могла повлиять на суровое постановление Губернской ЧК. Все определялось классовой борьбой и революционным правосознанием, а не законом.

ВОЛОСТНОЙ ВОЕНКОМ ПЕТР ГЕРАСИМОВИЧ ЛУКЬЯНОВ

Из материалов уголовного дела К.А. Чернышева также известно, что в его задержании в ночь на 13 мая 1920 года в селе Ильмень участвовал Третьяковский волостной комиссар.

Согласно письму Третьяковского ревкома в Новохоперский уездный комиссариат от 22 сентября 1919 года волостным военкомом был избран член местного ревкома Лукьянов Петр Герасимович36, о котором автор статьи в газете «Строитель коммунизма» А. Хмыров вспоминал как о возвратившемся с фронта моряке-коммунисте.

25 сентября 1919 года Новохоперский уездный комиссариат в лице нового военного комиссара (фамилия неразборчива), а также военного руководителя Шерстобитова просит Новохоперский уревком дать аттестацию т. Лукьянову П.Г., выставленному на пост волвоенкома37.

Такая аттестация поступает по назначению для утверждения в должности:

«Аттестация

члена Третьяковского Волостного Ревкома Петра Герасимовича Лукьянова

Третьяковская ячейка партии большевиков коммунистов настоящим рекомендует на должность военкома Третьяковского волостного комиссариата по военным делам тов. Лукьянова, как политически зрелого и стойкого работника.

22 сентября 1919 года. с. Третьяки

Председатель ячейки Третьяков

Секретарь Лебедев»38.

Об этом человеке я был наслышан с детства от моей бабушки по материнской линии Анастасии Николаевны Новиковой (Соломахиной). Петр Герасимович Лукьянов был ее дядей, родным братом ее матери Александры Герасимовны Соломахиной (Лукьяновой), моей прабабушки. Александра Герасимовна родилась в 1870 году, а Петр был ее младшим братом, моложе ее на 27 лет.

Бабушка Анастасия Николаевна, 1897 года рождения, тепло вспоминала о своем дяде, с которым была ровесницей. От нее я знал, что Петр Герасимович рано ушел из жизни. И еще с его именем была связана большая утрата в семье Лукьяновых. Во время гражданской войны одна из банд, налетевшая на Третьяки, «подняла на штыки» его старшего брата Николая Герасимовича, возвращавшегося с покоса в тельняшке брата, перепутав его с волостным комиссаром. Мертвое тело родственники нашли за Третьяковским мостом.

Внучка Петра Герасимовича Лидия Николаевна Лукьянова подтвердила, что дед прожил недолгую жизнь. Он скоропостижно скончался в 1929 году в возрасте 32 лет от прободной язвы желудка и похоронен по месту его последнего жительства в соседнем селе Воскресеновка на кладбище.

Так или иначе, но судьба Петра Герасимовича была не более счастливой, чем у пойманного им и расстрелянного в ЧК Чернышева. У Лукьянова после смерти остались сиротами четверо малолетних детей. Самого младшего из них, Николая Петровича Лукьянова, 1927 года рождения, я хорошо помню. Он был известным в районе комбайнером, нередко приезжал из соседнего села в Третьяки проведать мою больную бабушку, свою двоюродную сестру. Во время их бесед я и узнал эту страшную историю.

Еще трагичнее сложилась жизнь Афанасия Яковлевича Хмырова, изобличавшего К.А. Чернышева в ненависти к коммунистам во время службы старшиною в селе Третьяки при зеленых. Через год после расстрела Чернышева он был зарублен бандой антоновцев.

ЕФИМ АНДРЕЕВИЧ ТРЕТЬЯКОВ И ЕГО ПРАВДА

Благосклонно судьба отнеслась, пожалуй, только к одному участнику тех событий — бывшему председателю Третьяковского волисполкома Ефиму Андреевичу Третьякову.

Рожденный в 1885 году в селе Третьяки, он закончил свой земной путь в 1975 году в городе Воронеже в «доме старых большевиков», куда в середине 1950-х годов он вселился за особые заслуги перед Советской властью.

Призванный на Первую империалистическую войну, в 1917 году Третьяков примкнул к большевикам и оказался в гуще политических событий. В 1921 году еще по свежей памяти Ефим Андреевич те события изложил так.

«Краткое воспоминание об Октябрьской революции.

В 1917 году я был членом Петергофского уисполкома и членом Петроградского Совета от солдатской секции.

Точно не могу упомнить, какого числа, но близко к концу переворота я помню: на заседании нашей фракции Петроградского Совета было вынесено полное недоверие Временному правительству в полном составе. Эта же резолюция нами была проведена на общем собрании Петроградского Совета, после чего была выделена из его состава военная комиссия, преимущественно от солдатской секции для контролирования генерального штаба, куда вошел Петр Васильевич Дашкевич, член нашей организации РКП города Петергофа.

Накануне самого переворота весь Смольный институт был обставлен пулеметами и орудиями, одним словом, велась усиленная охрана вокруг Смольного, а в Смольном шла усиленная подготовка к перевороту.

Накануне самого переворота были заседания Петроградского исполнительного комитета, где были вынесены окончательные постановления взять власть в свои руки, что было сделано.

В ночь под двадцать пятое октября войсками Петроградского гарнизона был обложен Зимний дворец, в котором были расположены две роты юнкеров, охранявших коалиционное правительство во главе с Керенским, и почти без выстрела Зимний был взят, и взяты были все министры, кроме Керенского, который удрал на фронт, министры были отправлены в Петропавловскую крепость.

После чего была объявлена власть Советов р. и к. депутатов.

Побег Керенского из Зимнего сыграл попытку первой контрреволюции, так что им были взяты войска с фронта и привлечены к Петрограду в боевом походном порядке.

Петроградский гарнизон, ценя завоевания революции, вместе с питерскими рабочими не допустил пришедших с фронта войск, между которыми велась ежедневная пальба, в результате чего убедились, что мы не шкурники, а герои революции, и им пришлось склонить свои оружия перед революционным питерским гарнизоном.

Помню бой у Красного села, где я лично принимал участие.

В то время мне лично не пришлось спать около шести суток вместе с упокойником т. Кошелем, который тоже был одет в солдатскую шинель и не переставал агитировать солдат и рабочих.

Вот так одержано было завоевание власти Советов.

К сему, член РКП большевиков Е.А. Третьяков, 11 ноября 1921 года»39.

Вскоре после революционных событий в Петрограде Е.А. Третьяков возвратится в родное село, где возглавит ревком, а в дальнейшем волисполком. Удержать власть беднейшего сельского пролетариата в селе Третьяки в то время было непросто, так как реальный материальный ресурс и авторитет был в руках богатых и зажиточных мужиков. Для проведения политики центральных органов РКП (большевиков) и Советского правительства Е.А. Третьяков вместе с товарищами по коммунистической ячейке П.Г. Лукьяновым, И.А. Поповым, Д.С. Третьяковым и другими, сочувствующими им, создали в селе советские учреждения.

Самыми сложными вопросами работы партячейки и волисполкома были борьба за сторонников большевистской политики, мобилизация в Красную Армию для борьбы с белоказаками и изъятие хлеба для фронта и городского пролетариата. Для решения этих вопросов в волостном комиссариате имелось до 30 винтовок с патронами40, а члены партии большевиков и им сочувствующие имели при себе личное оружие41. Ефим Андреевич тоже имел при себе пистолет системы браунинг под № 32707.

Но этого было явно недостаточно для удержания власти, когда в мае-июне 1919 года сотни дезертиров с оружием в руках объединились в многотысячные подразделения Зеленой армии, открыто вышли из прихоперских лесов и заняли несколько сел Новохоперского уезда, в том числе и Третьяки.

Во время восстания зеленых в Третьяках было меньше жертв по сравнению с соседними селами. Благодаря авторитету среди жителей села Ивана Николаевича Попова, бывшего работника волисполкома, арестованные коммунисты были освобождены. Однако погибли в день переворота жена исполняющего обязанности председателя волисполкома А.Ф. Лутовинова, два молодых местных милиционера Дмитрий Бунин и Михаил Первушин, а также старый политкаторжанин Михаил Ефимович Третьяков, по уличному Мажорик, которого, по рассказам стариков, вывезли в лес и расстреляли недалеко от пос. Селома. Он проходил ранее по одному делу с К.А. Чернышевым за антиправительственную деятельность при царском режиме. А расстреляли его те, на службе у которых старшиною был Чернышев. Тело М.Е. Третьякова покоится в братской могиле села Третьяки.

Коммунисту Ивану Андреевичу Попову, как я уже говорил, из-под ареста зеленых удалось бежать. Ефим Андреевич Третьяков избежал ареста, потому что перед этим был откомандирован в уездный исполком в г. Новохоперск. Но дома оставалась его жена. После освобождения села красными Ефим Андреевич нашел свою жену, прятавшуюся в погребе, в состоянии душевного расстройства. Со слов внука Е.А. Третьякова, Олега Владимировича Воронова, она вскоре умерла, оставив на руках мужа несовершеннолетнюю дочь.

После разгрома зеленых Е.А. Третьяков оставался главой Третьяковского волисполкома, несмотря на настойчивое желание укомпарта перевести его на вышестоящую должность в уездный город. Опыт и деловые качества большевика были как никогда востребованы в родном селе, где обстановка была далека от спокойной. Борьба с зелеными и дезертирами еще не была закончена.

В это время, в мае 1920 года, и встретились они в последний раз, Козьма Чернышев и Ефим Третьяков, два односельчанина, два авторитетных и известных в селе человека. Один из них — заседавший в Таврическом дворце Петербурга, член 2-й Государственной Думы, принадлежавший к фракции трудовиков, местный кузнец и старшина села Третьяки при власти зеленых, а второй — солдат Петроградского гарнизона, бравший с оружием в руках Зимний дворец, председатель Третьяковского волисполкома, член РКП большевиков. Два убежденных противника. Одному выпало задавать вопросы, а второму на них отвечать. У каждого из них была своя правда. Но двух правд не бывает. Поэтому возобладала правда победившего. С этого времени их пути разошлись навсегда.

23 июля 1920 года Козьма Андреевич Чернышев будет расстрелян как враг народа. Ефим Андреевич Третьяков в этом же году будет переведен в уездный исполком. У него будет новая семья и еще трое детей. Младшего своего сына он назовет в честь вождя мирового пролетариата Виленом. В 1930-х годах он переедет на постоянное местожительство в областной центр и проработает до выхода на пенсию в 1947 году в Воронежском тресте «Росглавптицепром» руководителем структурного подразделения. Маховик политических репрессий 1930-х годов пощадит старого большевика. За свою большую и плодотворную работу социалистическое отечество наградит его орденом Трудового Красного Знамени.

Не могу упомянуть в связи с этим одно интересное обстоятельство.

Так уж получилось, но история государства Российского своим колесом дважды прокатилась по простой русской семье сельского хлебопашца Андрея Третьякова, у которого было два сына: старший Максим, а младший Ефим.

Максим Андреевич Третьяков служил наводчиком орудия на легендарном крейсере «Варяг». Во время боя с японцами в 1904 году получил ранение обеих ног. Экипаж не сдался врагу, затопив крейсер. Выжил он благодаря французским морякам, которые подобрали оставшихся на воде русских моряков. За свой подвиг Максим Андреевич удостоился высокой награды от императора Николая Второго в 1904 году и от Советского правительства в 1954 году в связи с 50-летием подвига русских моряков42.

Если старший брат совершил подвиг, защищая Российскую империю, то младший, Ефим Андреевич Третьяков, активно способствовал ее разрушению, участвуя в штурме Зимнего дворца. Так уж получилось…

ДУХ ВРЕМЕНИ

Анализируя военные сводки, телеграфные донесения уездвоенкома Дубсона, воспоминания А. Хмырова, М.С. Гельфанда, показания К.А. Чернышева и жителей села Третьяки о восстании зеленых в прихоперских лесах Новохоперского уезда, я нахожу определенные нестыковки о времени восстания. Особенно разнятся данные о событиях в Третьяках. В воспоминаниях очевидца этих событий А. Хмырова речь идет о 10 мая 1919 года. В допросах Чернышева и жителей села сообщается примерное время — май 1919 года. В протоколе уездвоенкомата зафиксированы показания работника Третьяковского волостного военкомата Лебедева о нападении зеленых на советские учреждения и убийство жены предволисполкома в ночь со 2 на 3 июня 1919 года. И с этого времени начинает уездвоенком Дубсон организовывать активную борьбу по подавлению мятежа в так называемом географически Захоперном районе.

Указанные противоречия во времени объясняются, на мой взгляд, переходом в 1918 году по декрету правительства об исчислении времени в Советской России с юлианского на григорианский календарь с разницей в 13 дней. Мне представляется, что советские учреждения перешли на новое исчисление, а население в селах еще считало по старинке.

Читатель, надеюсь, уже заметил, что я стараюсь оперировать в основном архивными материалами и воспоминаниями очевидцев и их родственников о событиях столетней давности в родном селе. Иной подход мне кажется необъективным и неинтересным.

О том, какая царила политическая и духовно-нравственная атмосфера в Третьяках после освобождения села от зеленых и восстановления советских учреждений, скажут сохранившиеся документы местной коммунистической ячейки.

3 января 1920 года в Новохоперский укомпарт поступило сообщение из Третьяковской коммунистической ячейки от 19 декабря 1919 года следующего содержания:

«Вследствии отношений Новохоперского укомпарта от 3 декабря сего года Третьяковская коммунистическая ячейка доносит:

1) ячейка РКП существует

2) председатель ячейки Иван Дмитриевич Бородулин, секретарь Павел Федорович Бунин

3) до переригистрации до нашествия казацких банд было 4 действительных члена

4) сочувствующих 10

5) по 10-процентной мобилизации никто не мобилизован. По обыкновенной мобилизации мобилизован в ряды Красной Армии действительный член Дмитрий Степанович Третьяков

6) находются в местной команде по борьбе с дезертирством — четверо сочувствующих членов ячейки

7) действительных членов ячейки в настоящее время состоит — 3

8) сочувствующих — 22

9) оружия у членов и сочувствующих не имеется

Вместе с сим представляется список членов и сочувствующих.

Председатель комячейки Бородулин

Секретарь Бунин»43.

«Список действительных членов и сочувствующих Третьяковской волостной коммунистической ячейки на 25 декабря 1919 года

Действительные члены

Третьяков Ефим Андреевич — крестьянин
Лукьянов Петр Герасимович — крестьянин
Попов Иван Андреевич — крестьянин
Третьяков Дмитрий Степанович — красноармеец
Сочувствующие:

Попов Николай Ефимович — крестьянин
Бородулин Иван Дмитриевич — крестьянин
Комарчев Павел Васильевич — крестьянин
Хмыров Афанасий Яковлевич — крестьянин
Приходько Иван Андреевич — крестьянин
Полянский Борис Михайлович — крестьянин
Иноземцев Стефан Михайлович — крестьянин
Комарчев Василий Степанович — крестьянин
Первушин Петр Федорович — крестьянин
Новиков Василий Дмитриевич — крестьянин
Катасонов Иван Григорьевич — крестьянин
Бунин Павел Федорович — крестьянин
Нархов Иван Григорьевич — крестьянин
Соломахин Филипп Иванович — крестьянин
_______ Александр Федорович — крестьянин
Лебедев Тихон Романович — крестьянин
Дедяев Михаил Иванович — крестьянин
Грибков Тихон Данилович — крестьянин
Ширяев Козьма Федорович — крестьянин
Третьяков Николай Андреевич — крестьянин
Попов Николай Ефимович — крестьянин
Арнаутов Иван Григорьевич — крестьянин
Председатель комячейки Бородулин

Секретарь Бунин»44.

На общем партийном собрании, состоявшемся 16 января 1920 года, члены коммунистической ячейки рассмотрели вопрос о принятии мер к И.Е. Казьмину, родственнику будущего руководителя знаменитого хора им. Пятницкого, Народного артиста СССР, лауреата Государственной премии СССР Петра Михайловича Казьмина. Этот вопрос был в повестке дня третьим, «где некоторых членов заслушали о том, что переписчик волостного военного комиссариата Иван Егоров Казьмин во время зеленого кулацкого восстания в селе Третьяках сказал резкими словами члену партии РКП Ивану Дм. Бородулину, почему же ты не в тумотках, т.е. не ушел вместе с твоими товарищами к красным войскам. На ответ Бородулина, почему же ты не ушел, ведь ты тоже состоял сочувствующим партии коммунистов, Казьмин ответил: чего над вами не смеяться над дураками».

Ячейка постановила «товар. Казьмина уволить от занимаемой должности переписчика волостного военного комиссариата и впредь до подыскания опытного переписчика принять на недельную практику сочувствующего нашей организации РКП Матвея Борисовича Полянского»45.

Кстати, из десяти человек, погребенных в братской могиле борцов за установление Советской власти в селе Третьяки, имя Матвея Борисовича Полянского значится вторым по списку после его отца, участника первой русской революции 1905–1907 годов, политкаторжанина Бориса Михайловича Полянского.

Согласно протоколу № 11 от 2 января 1920 года на общем собрании членов РКП местной ячейки, наряду с обсуждением вопросов об участии коммунистов в выборах в местный совет и на уездной партконференции, была создана комиссия «по поводу расследования по делу Коняева Михаила Ивановича о его причастности к организации зеленых»46.

11 января 1920 года третьим по счету в повестке дня собрания коммунистов села Третьяки стоял вопрос «О поведении караульной команды, от которой, как выяснилось, сбежал арестованный милицией отец организатора зеленых банд Федот Лебедев»47.

«Компарт Третьяковской волостной организации

Гражд. с. Третьяки Хмырова Афанасия Яковлевича

Заявление

12 февраля 20 года

Хмыров был назначен контролером на советскую маслобойню. Хмырову была ревизия комиссиею Совета и нашли за ним неправильность и клеймят в этом ячейку, как не действующих работников потому лишь только недочету процентов масла, а потому прошу Компарт назначить комиссию партии о проверке моей работы. 1920 г. 24 янв.

Сему Хмыров»48.

«Выписка из протокола общего собрания Третьяковской вол. организации РКП (большевиков) состоявшегося 26-го января 1920 года № 14. параграф 2. Об организации коммунистического клуба и подыскания для него здания.

Постановили:

Организовать клуб, для чего избрать правление из 3 человек. Избранными оказались т. Пав. Ф. Бунин, А.В. Будников и Петр Ф. Бунин, которым поручено выработать план. Здание клуба взять дом К.А. Чернышева.

Председатель Компарта (подпись)

Секретарь Бунин»49.

Единственный раз в архивных документах я нашел упоминание о судьбе дома К.А. Чернышева, который, как сообщалось уездным исправником, был деревянным, из двух комнат (пятистенник), крытый железом. Оценочная стоимость его составляла 200 рублей дореволюционными рублями. Где он располагался и что с ним стало в дальнейшем, установить мне не удалось.

В 1920 году в Третьяках свирепствовал тиф. В каждом доме находились больные, а света в домах не было, потому что по указанию свыше в Третьяках закрыли маслобойню (масло использовалось в светильниках для освещения изб). А в соседних селах вопреки запрету продолжали сбивать масло, что вызывало негодование жителей села Третьяки. В связи с этим 9 февраля Третьяковский компарт обратился в Новохоперский уездный компарт с просьбой об открытии маслобойни50.

19 марта 1920 года в Новохоперский укомпарт поступило очень сумбурное и малограмотное письмо волостного компарта за подписью А. Будникова, которое понять можно только после неоднократного прочтения. Суть его заключается в просьбе отменить командировку председателя волисполкома Ефима Андреевича Третьякова в Новохоперск. Будников объясняет это двумя причинами. Первая — это незаменимость авторитетного и знающего работника. Он поясняет, что год назад, когда Третьякова отозвали в Новохоперск, в селе произошло восстание зеленых. А второй причиной является болезнь Третьякова51.

В преддверии пролетарского праздника 1-е Мая Третьяковский волостной компарт обратился к новохоперским коммунистам «с просьбой в отпуске материала для плокад красного сатина (15) пятнадцать аршин ибо с предстоящим праздником первого мая на демонстрации волости требуется несколько знамен Ком. ячейки волости, сельским и волисполкому и другим организациям… К тому же требуется для устройства буфета…»52.

8 мая 1920 года в укомпарт г. Новохоперска поступил отчет о проделанной работе коммунистической ячейки села Третьяки за подписью А. Будникова, который понять по стилистике непросто. Но в этом отчете дух того времени. Привожу дословно:

«Третьяковский волостной компарт считает необходимым сообщить о ведении работы организации РКП (б) следующее:

Цели компарта ввести партийную дисциплину среди членов и установить каждому определенную оппозицию в политическом направлении проводятся удовлетворительно
Воспитание членов проходит только при собеседовательных собраниях ибо определенно открытой школы для неграмотных не имеется — но намеченное проводится в жизнь, ибо в настоящий момент нет подлинной возможности приступить к работе
Культпросвет: Театральная секция проводить под силу новейшие политические вещи, хозяйственная, сельскохозяйственная секция функционирует, комячейка инергичное принимает участие в работе
Организованы воскресники которые проходят не по установлению ибо члены перегружены работой
Из-за трудных занятий в неимений по 1 часу свободного времени редко приходится заниматься с гражданами в политическом собеседовании, но распределение литературы ведется. Тормозит это только одно: агентство по распределению печати находится в г. Новохоперск. При настоящих условиях разорения транспорта редко получаем на местах газеты. Районных агентов пока не осуществляется.
Зеленых банд пока не имеется, возможно не представляется в организации, так как ячейка производит ночные облавы и передает дело в следственную комиссию созданную при организации РКП(б), которая уже направляет дела с обвиняемым.
Исполком работу проводит до некоторого состоятельно, затребованный вами председатель исполкома Е.А. Третьяков находился больным в настоящее время выздоравливает, предписание ваше о немедленной его высылке в уезд исполнено также вторичным ему предписанием, в свою очередь он не отказывается ехать впредь до выздоровления.

Протоколы собраний не отсылаются с последнего заседания лишь потому, что организованные райкомпарты, но не выяснено к которому району подлежит в распоряжение Третьяковская волость.

Так как согласно первого отношения из укомпарта делегаты были посланы на Мокашевскую конференцию, вторым было предложение т. Уполномоченного Танцырейского района, на которую также пришлось посылать.

Волкомпарт задан целью организовать волостную конференцию беспартийных с целью сближения крестьян, повести это поднадзорно партией ибо в этом найдет каждый осветить свободно свою мысль о мнений, получить возможность понять ту или иную организацию.

Задачи всецело будут в развитии просвещения.

Вот что проведено и намечено вол. организацией РКП(б).

Председатель вол. компарта А. Будников

Секретарь (подпись)53.

В уездном городе Новохоперске с кадрами было напряженно. Постоянно из уездного центра приходили в волостные партийные организации требования об откомандировании опытных работников. Местные отчаянно сопротивлялись, потому что власть на местах держалась, как говорится, лишь «на честном слове».

Это видно из донесения Е.А. Третьякова в Новохоперский укомпарт от 26 апреля 1920 г.

«Отношением Укомпарта от 17 апреля сего года за №667 следует, что наш военный комиссар тов. Лукьянов Петр Г. отзывается в Новохоперск для работы в уезде в общем масштабе, предвидя это неприятным явлением, ибо с наступлением весны на отзыве работников усвоивших на месте благополезную работу может быть большой наплыв дезертиров, к которым могут явиться агенты белогвардейской своры и побудировают их ко второму зеленому кулацкому возстанию в Захоперном районе, ибо Третьяковская волость является центром для Захоперного района и удобным гнездом для зелено-кулацкой организации.

Тов. Лукьянов как умелый отважный работник и усвоивший узнавший скрытые места дезертиров в районе Третьяковской волости. Кроме того тов. Лукьянов связан семейным положением на котором состоит две семьи — его родная семья из … человек и семья нашего умершего коммуниста Дмитрия Ст. Третьякова состоящая из 8 чел. которые всецело состоят на его иждевении.

В виду вышеизложенного компарт Третьяковской организации РКП(б) просит Новохоперский Укомпарт тов. Лукьянова оставить на занимаемой им должности военкома по Третьяковской волости чем мы ограничим волость от наплыва дезертиров и обеспечим два семейства.

Председатель Третьяков

Секретарь Сухов»54.

Из письма Е.А. Третьякова следует, что Дмитрия Степановича Третьякова в апреле 1920 года уже в живых не было, хотя на конец декабря 1919 года он состоял на учете местной партячейки и одновременно считался призванным на фронт. У меня нет данных, умер он своей смертью или в результате ранения. Он был одним из первых третьяковских коммунистов.

Ф.А. Красавин, 1898 года рождения, большевик с апреля 1917 года, вспоминал о нем следующее. В августе 1917 года он был отправлен из Воронежа для партработы в армию и попал в Новохоперск в 214-й полк. Там он познакомился и состоял в одной партячейке с большевиком-фронтовиком Дмитрием Степановичем Третьяковым, который имел кличку «Старик».

Со связкой большевистской литературы Красавин прошел вместе с Д.С. Третьяковым в шинелях и серых зимних солдатских шапках по селам Тюковка, Макашевка, Танцыреи, Третьяки и Пески с целью агитации за большевиков в рамках предвыборной компании в Учредительное собрание.

В апреле 1918 года они вместе с Д.С. Третьяковым в селе Пески взымали контрибуцию на содержание Красной Армии с богатых граждан. Сумму, назначенную Совнаркомом, увеличили вдвое. Этих граждан заводили по одному в вагон, где они сидели с кольтами и маузерами. Если отказывались платить, то выводили из вагона, привязывали к столбу и стреляли поверх головы. После троих привязанных к столбу, остальные добровольно согласились выплатить контрибуцию55.

Тело Дмитрия Степановича Третьякова захоронено в братской могиле нашего села.

Решительных и преданных новой власти людей на хватало. Член коммунистической сельской ячейки Николай Ефимович Попов, прикомандированный в уездный продотряд, предпочел добровольцем уйти на Западный фронт, чем изымать хлеб у крестьян. Тут же из Новохоперска идет срочное распоряжение в Третьяковскую комячейку о выделении взамен его другого коммуниста56.

9 июня 1920 года в Третьяковскую комячейку лично Ивану Андреевичу Попову поступило письмо: «Новохоперский уездный комитет РКП (большевиков) предлагает вам немедленно явиться в город Новохоперск для работы в земельном отделе»57. Для того чтобы не ехать на работу в Новохоперск по вызову, Петр Федорович Бунин получает справку Третьяковского компарта от 26 июня 1920 года №28 о том, что он мобилизован от комячейки на Западный фронт58.

Уехал ли Петр Федорович действительно на фронт, но Николая Ефимовича Попова не отпустили, а перевели поближе к дому в продкомиссию Танцырейской волости59.

Согласно протоколу №23 от 28 мая 1920 года Третьяковской организации РКП(б) первым вопросом был доклад В.Ф. Третьякова о необходимости создания боевой единицы из членов партии в связи с польским наступлением на фронте и возможными провокациями в тылу. Коммунисты постановили назначить командиром взвода военспеца В.Ф. Третьякова и командиров отделений П.Г. Лукьянова и П.Ф. Бунина. По усмотрению командира взвода пройти смотр и практическую стрельбу. С молодыми членами пройти обучение и практические занятия.

Вторым вопросом заслушивалось заявление некоторых членов партии о грубом обращении с гражданами и незаконном взимании денег за семенное просо председателем Продовольственной комиссии П.С. Суховым. Проверку провести поручено Рабочее-крестьянской инспекции, от обязанностей председателя продкомиссии и секретаря компарта П.С. Сухова отстранить.

Последним вопросом было рассмотрение заявлений И.Е. Казьмина, П.И. Поворинского, Евдокии Соломахиной, Евдокии Ломовой, Аграфены Соломахиной, Федота Лебедева и других в числе 5 человек, которые просят выдать им документы об их политической благонадежности. В просьбе отказано по причине возобновления в отношении них материалов об участии в организации зеленого восстания60.

В июле 1920 года Третьяковский волостной комитет РКП(б) сообщает в вышестоящую партийную инстанцию, что за членами и кандидатами ячейки зарегистрировано 19 револьверов, из них 1 браунинг и 18 системы наган, а также одна шашка61.

В начале лета 1920 года после посевных работ голод охватил страну. Не обошел стороной он и Третьяки. 3 июня на общем собрании Третьяковских коммунистов был заслушан лишь один вопрос: о голодающих. Председателем продкомиссии т. Суховым было доложено, что с каждым днем голодающих прибавляется, хлеба нет. Просил помочь ему разрешить этот вопрос.

Коммунисты постановили:

«На завтра в 7 часов утра всем членам комячейки собраться в исполком, откуда продкомиссией совместно с голодающими будут назначены по сотням для точного переучета хлеба у населения»62.

10 июня 1920 года комячейка принимает решение о назначении на курсы по библиотечному делу члена РКП(б) Буниной Евдокии Егоровны как полностью отвечающей требованиям унаробраза и о сооружении памятника на братской могиле около Нардома»63. Эти два постановления, разные по содержанию, станут для Евдокии Егоровны значимы на всю жизнь. С этого времени она станет на долгие годы бессменной заведующей сельской библиотекой.

В начале 1960-х годов именно она меня записала в библиотеку, мне она подбирала первые книги о пионерах-героях. Элегантная, стройная, похожая на учительницу, доброжелательная женщина, первая коммунистка в нашем селе. После смерти по ее завещанию Евдокия Егоровна Бунина была похоронена в братской могиле около Нардома вместе со своими соратниками по установлению Советской власти в Третьяках. Рядом с нею покоится и ее родная сестра Мария Егоровна Дьякова, в девичестве Бунина, член РКП(б). О ней известно меньше, потому что она выходила замуж за коммуниста из соседнего села Губари, но просила похоронить ее в родном селе с братьями по борьбе за Советскую власть.

Маленький чистый домик Евдокии Егоровны находился почти рядом с сельской библиотекой, размещавшейся в доме то ли репрессированного священника, то ли раскулаченного богатого мужика. Сейчас об этом спросить уже не у кого. В сельской администрации документов не сохранилось на этот счет. А Евдокия Егоровна помнила все…

16 июня 1920 года на партячейке рассмотрели два вопроса: доклад комиссии по делу Сухова и о мобилизации на фронт по 10% от коммунистов. Материал комиссии возвратили — дорасследовать, на фронт решили отправить тов. Попова Н.Е. (уже в который раз?) и тов. Данилова В.Е.64.

Сразу после назначения т. Данилова на фронт от него поступило в ячейку заявление о злоупотреблениях в местном исполкоме, которое было рассмотрено 17 июня на общем собрании первым вопросом. Было решено: в виду важности заявления тов. Данилова отправку его на фронт задержать для допроса, а вместо него на польский фронт назначить Павла Федоровича Бунина. Для расследования назначить следственную комиссию65.

«Третьяковской комячейке.

Утрудсобез отношением от 14 сего июля за №3218 сообщил Укомпарту, что обнаруженная при обыске у сбежавшего с белогвардейскими бандами священника Дольского шуба передана председателю Третьяковского волисполкома тов. Третьякову. Укомпарт поручает комячейке предложить ходатайствовать перед Утрудсобезом о предоставлении ему лично упомянутой шубы»66.

В Новохоперский Укомпарт Третьяковской комячейкой направлена выписка общего собрания от 19 июля 1920 года №30:

«Постановлено: как о незаменимом политработнике войти с ходатайством пред Укомпартом об оставлении т. Третьякова Е.А. на месте, напомнив Укомпарту о том, что от нашей ячейки уже дан один работник в уезд т. Попов И.А.»67.

«Удостоверение

Дано сие председателю Третьяковского волостного исполкома Ефиму Андреевичу Третьякову в том, что он задержался в селе Третьяках с 1-го по 4-го августа в виду того, что был Народный суд в каковом тов. Третьяков был заинтересован, что и удостоверяется».

Документ выдан Третьяковским волисполкомом 4 августа 1920 года за №1232 и подписан Будниковым и Буниным68.

«Показание, 1920 г., 26 июня члена РКП (большевиков) Третьяковской волостной организации Бунина Петра Федоровича, во время моей службы секретарем вышеназванной организации согласно распоряжения Новохоперского Укомпарта о мобилизации 10% коммунистов на Западный фронт на общем собрании комячейки от 16 июня сего года был мобилизован тов. Данилов Василий Егорович, который после назначения на фронт как узнал о том, то Данилов мне Бунину как секретарю комячейки принес заявление следующего содержания, прошу компарт исключить меня Данилова из партии. Я, Бунин в то время сидя в помещении компарта принял от Данилова заявление, прочитал, и стал говорить значить ты не хотишь ехать на фронт, Данилов вы будете судимы как партийный, будете отправлены лет на 5 или на 10 в концентрационный лагерь. Точно также ему Данилову говорил сотрудник комиссариата Бунин Алексей Борисович в присутствии делопроизводителя тов. Лебедева, Данилов нам ответил лучше буду отослан в концентрационный лагерь, а на фронт не поеду. На вопрос значить ты тов. Данилов шкурник, Данилов ответил да шкурник в чем собственноручно росписуюсь.

Бунин»69.

«Показания члена РКП (б) Третьяковской организации Алексея Борисовича Бунина по делу отказа кандидата в члены РКП(б) Данилова В.Е. ехать на фронт.

По приезде т. Данилова В.Е. из деревни Селома с места своей службы в с. Третьяки он явился в военный комиссариат уже после объявления ему о назначении его на польский фронт где был и я, на мой вопрос почему же ты Данилов не хотишь ехать на фронт (уже было им сказано что я на фронт не поеду) потому что не поеду — да ведь ты же коммунист, он ответил, нет я не коммунист, тогда я говорю, если ты не коммунист, то зачем же вступил и состоял в партии коммунистов. Он ответил я и сам не знаю, как я очутился в партии — меня записали — дебатировался этот вопрос мною с тов. Даниловым долго, в заключение же я ему сказал, что за отказ ехать на польский фронт — Укомпарт отдает под суд, а потом в концентрационный лагерь может отдать лет на 5 — он сказал поеду в лагерь, а на фронт не поеду — тут же он подал заявление об исключении из партии — потом минут через 10 взял обратно.

О причинах же отказа, как говорил Данилов, в связи с преступлением исполкома и других в разделении каустической соды и соли он в дебатах ничего не говорил.

10 августа 1920 года

А. Бунин»70.

На общем собрании Третьяковской комячейки 6 июля 1920 года решили как «слабого» продработника направить на польский фронт Попова Николая Ефимовича, материал об отказе Данилова В.Е. ехать на фронт передать в Новохоперский Укомпарт, в связи со слухами о появлении дезертиров создать караульную команду численностью 10 человек, для политического воспитания населения и проведения агитации в каждой части села, поделенного на сотни, назначить ответственных коммунистов. Согласно данного протокола население села было разбито на следующие сотни:

Сотня Новикова
Городская
Кочетовская
Плантовская
Лутовинова
Крыловская
Чибизовская
Мурцовская
Ольшанская
Махровская»71.
В объяснении кандидата в члены РКП(б) Данилова Василия Егоровича от 26 июля 1920 года по поводу отказа идти на фронт и злоупотреблениях при разделе конфискованной соды и соли сообщается:

«Уезжая на фронт мне больно что здесь творится такая мерзость в местном исполкоме. Т. Третьяков спросил меня Данилова какие и я показал следующее.

Когда я служил в милиции мне пришлось случайно по отсутствию старшего милиционера т. Бунина прочитать протокол дознания относительно соды и соли. Когда я прочитал там было некоторыми лицами признания в хищении ее то есть соды и соли и было показано между какими товарищами она была распределена. До этого когда возникла комиссия по обследованию соды и соли первый исключен второй выдвинут в последствии от организации Третьяковской ячейки. Я честно спросил тов. Бунина ты что-нибудь показал из своего протокола или нет. Тов. Бунин мне ответил все я показал даже еще были. Я Данилов спросил Бунина неужели еще кто замешан в этом он мне открылся что в соде и соли и разделе ее замешан даже исполком. Я спросил его а что ты про исполком также дал показания следственной комиссии от ответил да.

Тов. Председатель местной организации Третьяков В.Ф. выслушал меня и сказал а почему ты раньше этого не доложил. Я ему Данилов ответил дожидаюсь результата комиссии которая была выдвинута по поводу этой соды и соли.

Этот вопрос я возбудил чтоб с чистой душой уйти на фронт, я по горячке сказал что не могу идти на фронт когда здесь такое творится. Я также в горячах ответил до тех пор не пойду пока не счищу всю эту грязь которая у нас в партии набросана а от фронта я не отрекаюсь и за чистую идею коммунизма готов во всяко время»72.

Я не ставлю своей целью подвергать осуждению тех или иных лиц, связанных с историей вокруг конфискованной соды и соли и отправкой на фронт члена местной партячейки. Да и невозможно теперь понять их правды. Моя задача состоит только в одном: передать атмосферу жизни в нашем селе в 1920 году.

«На основании постановления общего собрания Третьяковской волостной организации РКП (б) от 4 сентября сего года за № 36 Волкомячейка доводит до сведения Укомпарт, что присланный Упродкомом уполномоченный т. Литвинов Мих. Егор. по изъятию картофеля находится под следствием и дело передано в политбюро, а потому просить укомпарт принять меры к расследованию.

Председатель Волкомпарта (подпись)

Секретарь (подпись)»73.

Согласно протоколу № 33 общего собрания Третьяковской волостной организации РКП(б) от 8 сентября 1920 года рассмотрели наряду с другими вопросами заявление чл. РКП(б) Ефима Андреевича Третьякова о нетактичном поведении чл. РКП(б) М.А. Новикова, которому объявлен строгий выговор и о приеме новых членов РКП(б).

По второму вопросу постановили: «каждый член РКП(б) должен завербовать нового члена»74.

На объединенном заседании членов Третьяковской волостной организации РКП(б), союза коммунистической молодежи и профессиональных организаций 14 сентября 1920 года присутствовало 10 членов РКП(б), кандидатов — 3 человека, сокомолов — 30 человек, от мельничной организации — 2 человека, от союза строителей — 1 человек, вальщиков — 2 человека.

В повестке дня стоял один вопрос: об избрании комиссии по устройству предстоящего празднества 16 сентября в честь открытия ремесленного училища, детского дома и коммунистического клуба. Постановили избрать комиссию по одному человеку из каждой организации.

Собрание закончилось пением Интернационала75.

В этот же день, согласно протоколу № 35, местная партийная ячейка приняла в члены РКП(б) новых членов: Редькина Петра Сергеевича, Чурляеву Анастасию Ивановну, Дьяконову Марию Георгиевну, Хмырова Андрея Васильевича, и делегировала в город Борисоглебск за приглашением оратора Борисоглебской организации РКП(б), фотографа и оркестра для открытия 16 сентября ремесленного училища, детского дома и коммунистического клуба76.

16 сентября 1920 года на торжественном объединенном заседании партийных, советских и профессиональных организаций было решено отправить телеграмму: «Торжественное объединенное собрание всех партийных, советских учреждений и профессиональных организаций села Третьяков Новохоперского уезда Воронежской губернии на торжественном открытии коммунистического клуба, ремесленной школы и детского дома имени 3-го Интернационала шлем свой привет нашему неутомимому первому работнику народного просвещения тов. Луначарскому приветствуем его надеясь что его плодотворная работа в скором времени принесет желанные всходы во всемирном масштабе»77.

В сентябре 1920 года партячейка назначила из своих рядов двух членов в качестве инструкторов-организаторов по работе среди женщин тов. Дьяконову Марию Егоровну и тов. Чурляеву Анастасию Ивановну, создала комиссию по разверстке скота и картофеля из трех человек: Тихона Борисовича Полянского, Никиты Яковлевича Мезенцева и Павла Федоровича Новикова78. Изъявил желание добровольно вступить в ряды Красной Армии член РКП(б) Иван Григорьевич Катасонов79.

Осенью этого же года заработало в селе Общество потребителей.

«Удостоверение

ноября 22 дня 1920 года

Дано сие гр. с. Третьяков служащему Третьяковского общества Потребителей члену правления и казначею названного общества Андрею Васильевичу Хмырову в том, что он мануфактурою как советский служащий удовлетворен не был, а удовлетворен наравне с гр. по два аршина на едока — всего недополучил Хмыров на себя 13 аршин и на семейство состоящее из 3 человек 9 аршин — 22 аршин.

Председатель М. Новиков

Члены П. Новиков»80.

Обзор работы коммунистической ячейки за 1920 год мне захотелось закончить общим собранием членов и кандидатов в члены РКП(б) от 25 сентября. Одним из главных вопросов обсуждения был: «Посадка сада имени 3-го Коммунистического Интернационала и постройка огорожи для него».

Собрание постановило:

«Предложить Волкомтруду чтобы таковой на 27 сентября сего года к 7 часам утра доставил 10 подвод к зданию исполкома откуда они т.е. подводчики вместе с представителями комячейки Буниной Е.Е., Поповым П.Ф. и Лукьяновым П.Г. поедут в г. Борисоглебск за рассадою, а члену РКП(б) Новикову И.Д. как зав. Земотделом поручить им на 27 сентября доставить потребное количество лесу для изгороди площади под сад. Кроме того 28 сентября устроить воскресник всего населения и приступить как-то к постройке огорожи, а также и посадке сада».

Кроме того, были рассмотрены и другие вопросы: о проведении 27 сентября в 2 часа дня митинга граждан села по изъявлению желания идти добровольцами на фронт и о пожертвовании на Красную Армию81.

Так или иначе, но на третьем году Советской власти партия большевиков поставила четкие задачи и проводила их в жизнь по всей стране, не обходя стороной и село Третьяки. Но до великих советских строек и освоения космических пространств было еще очень и очень далеко…

Где был декоративный сад заложен первыми коммунистами, сказать трудно за давностью лет. Но будучи еще школьником, в 60-х годах прошлого века я участвовал в закладке парка вокруг колхозного клуба, расположенного в деревянном здании бывшего храма Козьмы и Дамиана. Не в этом ли месте раньше закладывался декоративный сад? Спросить уже не у кого. Да и вряд ли, так как храм был действующим до 1934 года.

Колхозный фруктовый сад нынешние многие жители села хорошо помнят. Он располагался на западной окраине поселения и до 60-х годов еще давал неплохой урожай, но, видимо, в архивном документе речь шла не о нем.

О РОДНЫХ И БЛИЗКИХ КОЗЬМЫ АНДРЕЕВИЧА ЧЕРНЫШЕВА

Судьбу родных и близких К.А. Чернышева мне легче было отследить по его ветви, уходящей вниз по архивным документам, а не вверх, потому что в родном селе таковых никого не осталось.

В метрической книге Николаевской церкви села Третьяков Новохоперского уезда Воронежской губернии за 1867 год имеется следующая запись: «Родился 1 июля, крещен 2 июля Козьма у государственного крестьянина Андрея Кондратова Чернышева и законной жены его Вассы Михайловой, оба православные»82. Если строго следовать церковной записи, то Чернышев именовался Козьмой, а не Казьмой, как он себя обычно называл. Родители его, Андрей Кондратьевич и Васса Михайловна, родились также в селе Третьяки в 1846 и 1845 году соответственно.

Дед, Кондратий Иванович Чернышев, 1810 года рождения, также происходил из местных крестьян. Пахал землю в Третьяках и старший брат Козьмы Андреевича Митрофан Андреевич Чернышев, рожденный в 1863 году. Однако Митрофан Чернышев занимался не только землепашеством, о чем свидетельствует обнаруженный мною документ.

«19 ноября 1907 год

Об аресте к-н села Третьяков Новохоперского уезда Степана Беликова, Митрофана Чернышева, Ивана и Семена Лебедевых, Василия Архипова, Василия Данилова, Прохора Хмырова, Якова Третьякова, Бориса Полянского, Ивана Грибкова и Сергея Данилова.

Обвиняются в принадлежности к партии социал-революционеров, внушали крестьянам, что не нужно царя и правительства, и подстрекали к разгрому и захвату помещечьих имений.

19 ноября были арестованы и высланы из пределов Воронежской губернии на срок действия в ней положения об усиленной охране»83.

В 1932 году на него и односельчанина Андриана Петровича Мезенцева ОГПУ было возбуждено уголовное дело по ст. 58 п. 10 УК РСФСР, благодаря которому мне стали известны некоторые подробности его жизни84.

В справке, представленной в ОГПУ, заверенной должностными лицами сельского совета и райисполкома, предупрежденными об уголовной ответственности по ст. 120 УК РСФСР за служебный подлог, сообщается следующее.

Митрофан Андреевич Чернышев имеет состав семьи шесть человек: жена Мария Петровна, 1863 года рождения, сын Владимир, 1901 года рождения, сноха Вера Даниловна, 1902 года рождения, внучка Александра, 1922 года рождения, внучка Нина, 1927 года рождения.

До революции имел 8 десятин надельной земли, купленной 10 десятин, арендованной 25 десятин, 3 лошадей, 2 коров, 15 овец, 3 свиней, 1 сеялку, 2 плуга и 1 веялку. Из надворных построек имел дом деревянный, крытый соломой, сарай деревянный крытый соломой, 2 постоянных и 3 сезонных батрака.

В 1929 году (до раскулачивания) имел 6 десятин надельной земли, 10 десятин арендованной, 2 лошади, 2 коровы, 10 овец, 1 сеялку, 1 плуг и 1 веялку, тот же дом и сарай, в 1924–1925 г.г. имел кустарную маслобойню.

На момент привлечения к уголовной ответственности из земли имел только 6 десятин надельной земли, 2 овцы и тот же дом с сараем, крытые соломой. Имущество изъято в порядке доведения твердого задания.

Репрессировался в 1930 году за невыполнение хлебозаготовки, за штрафы изъято имущество, корова, а за хищнический убой скота в 1931 году оштрафован в сумме 50 рублей.

Задание по хлебозаготовкам имел 150 пудов, выполнил 120 пудов.

Избирательных прав не лишался.

Совместно с братом принимал активное участие в зеленой банде, за что брат расстрелян по постановлению Ревтрибунала.

Вычищен из колхоза, враждебно относится к проводимым компаниям Соввласти и партии85.

Расследовал уголовное против него уполномоченный Песковского районного отдела ОГПУ ранее упомянутый Попов. В первую очередь он допросил своих людей в селе. Алексей Владимирович Арнаутов, по-уличному Шарабар, показал, что Чернышев говорил ему, что Советская власть грабит, оставляет крестьян голыми, скоро ей придет конец86.

Другой свидетель, Иван Евдокимович Федоров, такой же бедняк-пролетарий, как и Арнаутов, до революции имевший из имущества одну избу, а после революции получивший от новой власти корову, также уличил М.А. Чернышева в антисоветской агитации и пояснил, что последний чуть его не ударил, когда он стал ему противоречить87.

Иван Иванович Ульянов в своих показаниях вспомнил, что Митрофан Чернышев в 1919 году был организатором зеленых банд, выгонял крестьян на фронт против Красной Армии, а гражданина Бориса Михайловича Полянского, придя к нему, пытался приколоть штыком, но благодаря брату Козьме Чернышеву, который сказал ему, брось, он и так сдохнет, убивать не стал. Показал также, что Митрофан Чернышев называл Советскую власть гибелью для крестьян88. Следует помнить, что оба брата Чернышевы и Борис Полянский до революции боролись за социалистические идеи.

Сельский пролетарий Петр Данилович Третьяков, из имущества ничего не имевший, ранее судимый по ст. 169 УК РСФСР (мошенничество), кроме критики Чернышевым колхозов вспомнил, что кустарная маслобойня обвиняемого перерабатывала в сутки 10 пудов ядра семян, а парусная лодка в весенний сезон приносила ему до 300 рублей89.

20 февраля 1932 года уполномоченный Тамбовского первого сектора ПП ОГПУ по ЦЧО Буданцев, изучив уголовное дело по обвинению М.А. Чернышева и А.П. Мезенцева по ст. 58 п. 10 УК РСФСР, вынес постановление о прекращении уголовного дела в отношении Чернышева в связи с «уклонным» возрастом, а именно 68 лет, и немедленном освобождении его из-под стражи. В отношении А.П. Мезенцева им было составлено обвинительное заключение и дело направлено в тройку ПП ОГПУ по ЦЧО для внесудебного разбирательства. В итоге — три года высылки в северный край этапом. Андриану Петровичу было 53 года90.

Что спасло Митрофана Андреевича Чернышева? Его возраст, состояние здоровья или благоразумие работника ОГПУ? Теперь понять невозможно.

Я долго пытался узнать, что стало с близкими Козьмы Чернышева и его старшего брата Митрофана, но все было безуспешно. В Третьяках об их судьбе никому ничего не было известно. И вдруг, как гром среди ясного неба, в 2013 году в Третьяках неожиданно появилась правнучка Козьмы Андреевича Чернышева — Людмила Зеркель из США. Людмила родилась и много лет прожила в Харькове, потом переехала на постоянное жительство в Америку. В Третьяках она искала свои корни по материнской линии.

Ее мать, Раиса Александровна Крутько (Бородулина), родилась в 1925 году в городе Грозном в семье Бородулина Александра Ивановича (1895–1981) и Бородулиной (Чернышевой) Анны Козьминичны (1893–1942). Умерла в 2007 году в Харькове. Людмила рассказала, что у ее бабушки Анны Козьминичны первой дочерью была Евгения, 1914 года, вторым был сын Василий, 1923 года рождения, который погиб в Отечественную войну, третьим ребенком была дочь Раиса, 1925 года рождения, мать Людмилы, а четвертым — сын Валентин, 1927 года рождения, который долгое время работал на шахте в Кривом Роге.

Людмила Зеркель рассказала, что ее родной дед, Александр Иванович Бородулин, вовсе не погиб во время гражданской войны в России, как об этом на допросе показал его тесть, а скрылся на Кавказе в г. Грозном. После расстрела К.А. Чернышева и конфискации его дома Анна Козьминична с малолетней Евгенией и свекровью Ксенией Георгиевной Бородулиной (Лебедевой) выехала на постоянное место жительство к своему мужу.

Александр Иванович работал на железной дороге, а Анна Козьминична занималась домашним хозяйством и воспитанием четверых детей. В Грозном у них был свой дом на ул. Коммуны. Анна Козьминична погибла в октябре 1942 года от разрыва снаряда при выходе из бомбоубежища. В этом же году придет сообщение о ее без вести пропавшем сыне Василии, который до войны был в Грозном одним из лучших фрезеровщиков.

Старшая дочь Анны Козьминичны — Евгения, которая родилась еще при жизни деда Козьмы, в замужестве Саницкая, в 1956 году станет крестной матерью племянницы Людмилы Зеркель, проживет долгую жизнь и оставит после себя сына Михаила и дочь Аллу. Валентин Александрович Бородулин был шахтером, умер от силикоза легких в г. Грозном. У него остались дети, Вера и Александр.

Раиса Александровна Крутько (Бородулина) всю жизнь посвятила педагогической деятельности. Ее дети, Игорь, 1948 года рождения (Украина) и Людмила, 1956 года рождения (США). У них тоже есть дети — потомки Козьмы Андреевича Чернышева.

После трагической смерти жены Александр Иванович Бородулин вторично женился, прожил долгую жизнь и похоронен в Грозном. Там же похоронена его мать, уроженка села Третьяки Бородулина (Лебедева) Ксения Георгиевна.

К сожалению, ничего не удалось узнать о жене Козьмы Андреевича Чернышева, Пелагее Матвеевне, на долю которой выпало много житейских невзгод в связи с революционной деятельностью мужа и его расстрелом в 1920 году, конфискацией дома и всего имущества. Долго ли она прожила после смерти мужа, никому из ее потомков неизвестно.

Уезжая из Третьяков, Людмила Зеркель оставила много семейных фотографий.

Ничего не известно и о судьбе командира Третьяковской армии зеленых Иване Федотовиче Лебедеве, по-уличному Ваньке Пискуне. Местные коммунисты пытались о нем дознаться у отца его, Федота Лебедева, но, видимо, не дознались.

Многие третьяковские жители в своих показаниях по делу Чернышева не единожды называли И.Ф. Лебедева его племянником. Но это не совсем верно. Согласно записи в метрической книге Николаевской церкви с. Третьяки Новохоперского уезда за 1887 год 4 ноября К.А. Чернышев венчался с Пелагеей Матвеевной Третьяковой, сестра которой Ефросинья Матвеевна была женою Федота Семеновича Лебедева91. Таким образом, Иван Федотович Лебедев был племянником Пелагеи Матвеевны, жены Козьмы Андреевича. Именно поэтому он был поручителем во время венчания у двоюродной сестры Анны с Александром Бородулиным 8 января 1914 года92.

Большим подарком для меня была коллективная фотография Бородулиных из села Третьяки, присланная директором Третьяковской средней школы Юрием Евгеньевичем Бородулиным. Юрий Евгеньевич сообщил мне, что эту фотографию ему передали дальние родственники жены из Волгограда. Последним она была передана из Азербайджана, где умер ее владелец. Передали Юрию Евгеньевичу эту фотографию в надежде, что это могут быть его родственники.

И действительно, в нижнем ряду фотографии молодой человек с гитарой очень напоминает самого Юрия Евгеньевича, что не отрицает и сам владелец фотографии. Я очень заинтересовался этим семейным снимком, потому что, по воспоминаниям свидетеля событий 1919 года А. Хмырова, среди организаторов зеленого восстания были Иван Васильевич и Василий Михайлович Бородулины. Еще один Бородулин, Александр Иванович, был зятем Чернышева. Делопроизводитель волостного военкомата Лебедев, сообщивший в уездный город о восстании зеленых в Третьяках, среди организаторов мятежа называл старого дезертира Степана Бородулина.

Изучая эту фотографию, я решил использовать фото, представленные Людмилой Зеркель, а также портрет К. А. Чернышева из энциклопедии. Меня поразило очень большое сходство молодой женщины во втором ряду слева с ребенком на руках с Козьмой Андреевичем Чернышевым. В связи с этим я пришел к выводу, что это и есть его единственная дочь Анна, 1893 года рождения, с внучкой Евгенией, 1914 года рождения, на руках.

Судя по тому, что ребенок совсем маленький, снимок мог быть сделан в связи с крестинами в 1914 году или немного позднее и предназначался деду Козьме Андреевичу, который в это время был выслан из пределов Воронежской губернии и не имел возможности разделить эту семейную радость.

В это время Анна проживала в семье мужа, которого мы видим на фотографии сзади жены и он держит руку ее плече. Бесспорные снимки А.И. Бородулина подтверждают это сходство.

ГЛАВА ПОСЛЕДНЯЯ

В юные годы я вместе со своими сверстниками ходил смотреть фильмы в сельский клуб, здание которого оборудовали в бывшей церкви, где служил священником Николай Александрович Дольский, ушедший из села вместе с отступающими белыми. Помимо церковных обязанностей он до революции руководил в Третьяках молочной артелью и был председателем кредитного товарищества.

Спешно покидая кров, священник успел прихватить с собой только деньги и самые ценные вещи, а дом и добротную шубу оставил коммунистам. По всей видимости, в его доме близ церкви и помещались долгие годы сельская библиотека и исполком сельского Совета.

Изучая рассказы жителей села и материалы уголовного дела по обвинению Ивана Николаевича Полукарова, 1885 года рождения, в антисоветской агитации, расстрелянного в 1938 году, я узнал, что его кирпичный дом, крытый железом, после раскулачивания был конфискован и использовался под МТС93. Когда МТС были ликвидированы, дом Полукарова оборудовали под классы для занятий старшеклассников на уроках труда. В конце 1950-х годов там же вечерами крутили фильмы с помощью кинопередвижки. В настоящее время дом находится в хорошем состоянии, и в нем проживает семья, которая не имеет никакого отношения к первому собственнику этого дома Ивану Николаевичу Полукарову.

А младший сын И.Н. Полукарова, Дмитрий Иванович, 1931 года рождения, всю свою жизнь прожил в маленьком домике, который успел приобрести его отец для многочисленной семьи после раскулачивания и возвращения домой после отбытия первого наказания.

Дмитрий Иванович Полукаров был добросовестным колхозником и добрым человеком. Он умер несколько лет назад. Я успел поговорить с ним об отце, которого он помнил очень смутно. На мой вопрос, знал ли он, что на одной с ним улице жил человек, который обличал его отца, он без всякой злобы ответил: «А что ему оставалось делать? Если бы он не дал показания на отца, то дали бы на него».

В доме, где располагался колхозный радиоузел, раньше была начальная школа, в которой я учился с 1-го по 4-й класс. Первой моей учительницей была Клавдия Степановна Лутцева, которая для меня и моих сверстников была образцом советского педагога. Умная, внимательная и очень добрая. Она умерла совсем недавно на 91-м году жизни. Во время нашей последней встречи она рассказала интересную историю, о которой ранее было говорить не принято. Оказывается, большой кирпичный дом, в котором мы учились, принадлежал ее деду Митрофану Николаевичу Полукарову и ее отцу Степану Митрофановичу. Дом отца и деда Клавдии Степановны до сих пор цел и стоит по соседству с домом Ивана Николаевича Полукарова на ул. Ленинской. Когда-то эти кирпичные дома принадлежали двум родным братьям.

Антонина Ивановна Юрченко (Михайлова), внучка Митрофана Николаевича Полукарова, рассказала все, что она знала про родных ее матери Надежды Митрофановны Михайловой (Полукаровой). Ее дед Митрофан и бабушка Аграфена имели восьмерых детей: Ивана, Андрея, Степана, Анастасию, Надежду, Марию, Евдокию и Ольгу. Старшие сыновья были женаты, но жили вместе с отцом в одном доме. Дед Митрофан умер от тифа еще до раскулачивания. Фактически раскулачивали бабушку Аграфену с незамужними дочерьми и ее женатых сыновей. Было очень горько. Чтобы выжить, вырыли землянку. Сыновья Аграфены Иван и Андрей вынуждены были покинуть село в поисках лучшей доли. Степан погиб в годы Великой Отечественной войны.

Я хорошо помню большую и дружную семью Надежды Митрофановны и Ивана Никифоровича Михайловых, особенно их младшего сына Алексея, с которым я учился в школе в одном классе в доме его деда. Внуки Митрофана Николаевича были примерными учениками, получили хорошее образование и покинули отчий дом навсегда. От семейной ли обиды или по другим причинам? Наверное, им самим на этот вопрос ответить непросто…

Большая часть раскулаченных Ивановых проживала в Ольшанке (ул. Коммуны). Один из больших деревянных домов располагался в середине улицы и использовался в 50-х — 60-х годах прошлого века под правление колхоза «Рассвет», где бухгалтерами работали мой отец Иван Спиридонович Третьяков и сын одного из раскулаченных Петр Григорьевич Иванов. После упразднения колхоза в этом доме долгое время был детский садик. В настоящее время этот дом не сохранился. Но первая в моей жизни новогодняя елка для детей связана именно с этим домом под железной крышей. Он отличался от других деревянных домов не только большим размером, но и тем, что не был обмазан глиной, как принято было в селе, а построен из добротного строевого привозного леса. Резные наличники украшали высокие окна. Все говорило о зажиточности хозяина дома.

О судьбе одного из раскулаченных Ивановых я узнал несколько лет назад из письма Ирины Ивановны Ивановой, гражданки Киргизии, профессора Кыргызско-Российского Славянского университета в г. Бишкеке. Она мне представилась внучкой Афанасия Яковлевича Иванова, 1899 г.р., и Александры Яковлевны Ивановой (Грибковой), 1899 г.р., которые были обвенчаны в селе Третьяки в 1917 году. Она сообщила, что ее отец был Иван Афанасьевич Иванов, 1928 года рождения. У отца было трое братьев: Василий, Павел и Петр, которые рождены были в селе Третьяки, а также сестра Нина.

Ирина Ивановна сообщала, что семья ее деда Афанасия была раскулачена приблизительно в 1930 году и выселена из собственного дома. Дед и бабушка, а также их дети умерли, не оставив после себя никаких воспоминаний о жизни в Третьяках; видимо, скрывали прошлое. Помнит только, что дед Афанасий называл местный пруд в Киргизии Хопром, как реку в его родном селе.

Благодаря тому, что у меня сохранилось много выписок из архивно-следственного дела Афанасия Яковлевича Иванова, я сообщил внучке анкетные данные ее деда. На момент ареста в июле 1930 года ему был 31 год, на его иждивении находилась мать Надежда Михайловна Иванова, 80-ти лет, жена Александра Яковлевна, 30-ти лет, сыновья Павел, 8-ми лет, Василий, 6-ти лет, Петр, 4,5 года, и Иван, 3-х лет. Владел избой деревянной, крытой железом, амбаром каменным, крытым железом, двором, крытым соломой. В Красной Армии служил 3 года 7 месяцев. Арестован был во время уборки ржи на своем загоне, помещен в Борисоглебский дом заключения. Состояние здоровья удовлетворительное.

Согласно справке сельского совета, Афанасий Яковлевич до революции имел 6 десятин земли надельной, 150 десятин купленной и 50 десятин арендованной земли, 4 лошадей, 3 коров, 20 овец, 3 свиней, жатку, молотилку, маслобойню, 8 сезонных и 3 постоянных батраков. На момент ареста имел 6 десятин надельной и 2 десятины арендованной земли, 1 лошадь и 1 корову, 5 овец, два плуга, веялку и маслобойню94.

По электронной почте я выслал также Ирине Ивановне Ивановой коллективную фотографию обвиняемых по уголовному делу третьяковских крестьян, находившихся в то время в домзаке, где под № 6 запечатлен ее дед.

Примерно таким же колоритным, как дом Ивановых в Ольшанке, до недавнего времени выглядел дом на Планту (ул. Свободы), где ранее располагалась начальная школа, пока стены его не покрыли сайдингом и не разместили в нем детский сад. Со слов директора местной школы Ю.Е. Бородулина, в этой школе учился не только он, но учились его отец Евгений Ефимович и дед Ефим, 1901 года рождения. Последний получил трехклассное образование. Из сказанного можно сделать вывод, что это была земская школа, построенная еще до революции, о чем свидетельствует и планировка здания под классы с большим коридором.

По этой причине версия, что этот дом принадлежал К.А. Чернышеву, отпадает.

По данным справочного издания «Россия. Полное географическое описание нашего отечества»95 за 1902 год, в селе Третьяки Новохоперского уезда Воронежской губернии имелись три школы. В 1934 году моя мама, Нина Прохоровна Третьякова, училась в школе, расположенной рядом с церковью Козьмы и Дамиана. Видимо, рядом с храмом и была раньше церковно-приходская школа, в которой сейчас размещается сельский медицинский пункт (ул. Ленинская).

Возможно, была еще одна церковно-приходская школа при Николаевском храме, но здание, как и сам храм, не сохранилось. О том, что попытка создания такой школы при Николаевском храме имела место еще в 1864 году в помещении церковной караулки, писал в 1868 году местный священник Даниил Похомов, но она окончилась неудачей96. Не исключено, что вторая попытка создания школы была более удачной.

Здания хлебопекарни и сельпо в настоящее время утрачены, здание старой почты пустует, а в кирпичном помещении родильного дома на Планту, где появилось на свет много сельских детишек, нынче размещается продуктовый магазин. Кто был первым собственником этих строений, не знаю. Мне кажется, что советская история специально стирала напрочь из памяти людей их имена.

Однако судьбу одного из собственников кирпичного завода в селе Третьяки мне удалось установить по архивному уголовному делу. Даниил Долматович Соломахин, 1876 года рождения, уроженец села Третьяки, до революции имел под обработкой 36 десятин земли, домов и складских помещений — 4, хозяйственных построек — 6, один кирпичный завод, 4 лошади, 2 коровы, 16 быков, 50 овец, 3 свиней, сельхозинвентарь. В 1930 году был раскулачен и лишен избирательных прав97.

На момент возбуждения в отношении него уголовного дела по обвинению в контрреволюционной агитации в 1938 году он жил на ст. Байчурово, один, супруги в живых не было. Дети: Екатерина, 1910 г.р., Петр, 1913 г.р., Федор, 1917 г.р., и Алексей, 1918 г.р., — жили отдельно своими семьями. 2 марта 1938 года по постановлению тройки Управления НКВД по Воронежской области Даниил Долматович Соломахин был расстрелян. Сыновья Петр, Федор и Алексей погибли при защите Отечества в годы Великой Отечественной войны. Единственная оставшаяся в живых из детей Соломахина, Екатерина Даниловна, проживавшая в Запорожье, в 1988 году добилась полной реабилитации отца98. Эту невеселую историю мне подтвердил и внучатый племянник Даниила Долматовича Николай Алексеевич Соломахин, ныне проживающий в селе Третьяки. Он же рассказал, что дом родного брата его деда стоял напротив домов братьев Полукаровых, сейчас его нет.

Грустно, а порой очень тяжело читать страницы архивных документов о наших односельчанах, наших родственниках. О некоторых моментах хотелось бы вообще не знать, так как они нелицеприятны. Но историю поменять нельзя. Ее надо принять такой, какой она есть. Возможно, она поможет нам, нынешним, жить по-другому, жить лучше, жить по совести.

Я более двадцати лет раздумывал над тем, стоит ли печатать все документы о страшных страницах классовой борьбы в моем селе? Ведь остались внуки и правнуки многих участников тех событий. И не всем будет приятно читать о тех или иных моментах их жизни. И все-таки решил — стоит. Поступки наших дедов и прадедов — это только их поступки. А нам отвечать за свои. Очень хочется надеяться, что они не будут такими тяжкими.

СНОСКИ И ПРИМЕЧАНИЯ:

1 ГАОПИ ВО. Ф. 9353. Оп. 2. Д. 23815.

2 ГАОПИ ВО. Ф. 9353. Оп. 2. Д. 32815. Л. 4 и об.

3 Правильно: Иван Федотович Лебедев.

4 ГАОПИ ВО. Ф. 9353. Оп. 2. Д. 23815. Л. 4–8.

5 Там же. Л. 9 и об.

6 ГАОПИ ВО. Ф. 9353. Оп. 2. Д. 23815. Л. 11.

7 Там же. Л. 12.

8 Там же. Л. 14.

9 ГАОПИ ВО. Ф. 9353. Оп. 2. Д. 23815. Л. 14.

10 ГАОПИ ВО. Ф. 9353. Оп. 2. Д. 23815. Л. 16–17.

11 ГАОПИ ВО. Ф. 9353. Оп. 2. Д. 23815. Л. 19–21.

12 ГАОПИ ВО. Ф. 9353. Оп. 2. Д. 23815. Л. 18 об.

13 ГАОПИ ВО. Ф. 9353. Оп. 2. Д. 23815. Л. 21 об.

14 Там же.

15 Там же. Л. 22.

16 ГАОПИ ВО. Ф. 9353. Оп. 2. Д. 23815. Л. 22.

17 Там же.

18 Там же. Л. 18.

19 Там же. Л. 20.

20 ГАОПИ ВО. Ф. 9353. Оп. 2. Д. 23815. Л. 24–25.

21 ГАОПИ ВО. Ф. 9353. Оп. 2. Д. 23815. Л. 23.

22 Там же.

23 ГАВО. Ф. 9353. Оп. 2. Д. 23815. Л. 26.

24 Воронежская энциклопедия / гл. ред. М.Д. Карпачев. Т. 1. Воронеж, 2008. С. 32.

25 ГАОПИ ВО. Ф. 9353. Оп. 2. Д. 23815. Л. 29.

26 ГАОПИ ВО. Ф. 9353. Оп. 2. Д. 11833.

27 Там же. Л. 3.

28 ГАОПИ ВО. Ф. 9353. Оп. 2. Д. 11833. Л. 6–8.

29 Там же. Л. 10–17.

30 Там же. Л. 17.

31 ГАОПИ ВО. Ф. 9353. Оп. 2. Д. 22486.

32 Там же. Д. 11833. Л. 23–24.

33 Там же. Л. 30.

34 ГАОПИ ВО. Ф. 9353. Оп. 2. Д. 11833. Л. 35–38.

35 ГАОПИ ВО. Ф. 9353. Оп. 2. Д. 11833. Л. 69.

36 Там же. Ф. 1478. Оп. 1. Д. 41а. Л. 78.

37 ГАОПИ ВО. Ф. 1478. Оп. 1. Д. 41а. Л. 78 об.

38 Там же. Л. 79.

39 ГАОПИ ВО. Ф. 5. Оп. 1. Д. 560. Л. 2.

40 Там же. Ф. 1. Оп. 1. Д. 81. Л. 8.

41 Там же. Ф. 1478. Оп. 1. Д. 41а. Л. 123.

42 Пономарев И.И. Быль о Варяге. Владивосток, 1972.

43 ГАОПИ ВО. Ф. 1478. Оп. 1. Д. 41а. Л. 76 и об.

44 ГАВОПИ ВО. Ф. 1478. Оп. 1. Д. 41а. Л. 77 и об.

45 Там же. Л. 84 и об.

46 ГАОПИ ВО. Ф. 1478. Оп. 1. Д. 41а. Л. 86 и об.

47 Там же. Л. 88–89 об.

48 Там же. Л. 92.

49 ГАОПИ ВО. Ф. 1478. Оп. 1. Д. 41а. Л. 93 и об.

50 ГАОПИ ВО. Ф. 1478. Оп. 1. Д. 41а. Л. 97 и об.

51 Там же. Л. 103 и об.

52 Там же. Л. 104.

53 ГАОЛПИ ВО. Ф. 1478. Оп. 1. Д. 41а. Л. 106-107 об.

54 ГАОПИ ВО. Ф. 1478. Оп. 1. Д. 41а. Л. 110 и об.

55 ГАОПИ ВО. Ф. 5. Оп. 1. Д. 562. Л. 27-28.

56 ГАОПИ ВО. Ф. 1478. Оп. 1. Д. 41а. Л. 112-113.

57 Там же. Л. 115.

58 Там же. Л. 116.

59 Там же. Л. 117.

60 ГАОПИ ВО. Ф. 1478. Оп. 1. Д. 41а. Л. 121.

61 Там же. Л. 122–123.

62 ГАОПИ ВО. Ф. 1478. Оп. 1. Д. 41а. Л. 125.

63 Там же. Л. 126 и об.

64 ГАОПИ ВО. Ф. 1478. Оп. 1. Д. 41а. Л. 128.

65 Там же. Л. 129.

66 Там же. Л. 130 и об.

67 Там же. Л. 131 и об.

68 ГАОПИ ВО. Ф. 1478. Оп. 1. Д. 41а. Л. 133.

69 Там же. Л. 136.

70 ГАОПИ ВО. Ф. 1478. Оп. 1. Д. 41а. Л. 136 об.

71 ГАОПИ ВО. Ф. 1478. Оп. 1. Д. 41а. Л. 137 и об.

72 ГАОПИ ВО. Ф. 1478. Оп. 1. Д. 41а. Л. 138 и об.

73 Там же. Л. 142.

74 Там же. Л. 148 и об.

75 ГАОПИ ВО. Ф. 1478. Оп. 1. Д. 41а. Л. 145 и об.

76 Там же. Л. 147 и об.

77 Там же. Л. 144 и об.

78 ГАОПИ ВО. Ф. 1478. Оп. 1. Д. 41а. Л. 150–151 об.

79 Там же. Л. 153 и об.

80 Там же. Л. 157.

81 ГАОПИ ВО. Ф. 1478. Оп. 1. Д. 41а. Л. 149 и об.

82 ГАВО. Ф. И-84. Оп. 2. Д. 51б. Л. 312 об.

83 ГАОПИ ВО. Ф. 5. Оп. 1. Д. 275. Л. 115.

84 ГАОПИ ВО. Ф. 9353. Оп. 2. Д. 11184.

85 ГАОПИ ВО. Ф. 9353. Оп. 2. Д. 11184. Л. 12 и об.

86 Там же. Л. 14.

87 ГАОПИ ВО. Ф. 9353. Оп. 2. Д. 11184. Л. 21.

88 Там же. Л. 22.

89 Там же. Л. 20.

90 Там же. Л. 28–30.

91 ГАВО. Ф. И-282. Оп. 2. Д. 504. Л. 47 об.

92 Там же. Д. 511. Л. 202 об.

93 ГАОПИ ВО. Ф. 9353. Оп. 2. Д. 21939. Л. 12-13.

94 ГАОПИ ВО, Ф. 9353. Оп. 2 Д. 27176. Л. 26.

95 Россия. Полное географическое описание нашего отечества». Т. 2. СПб., 1902. С. 596 .

96 Пахомов Д. Село Третьяки Новохоперского уезда. Воронеж, 2005. С. 18.

97 ГАОПИ ВО. Ф. 9353. Оп. 2. Д. 17049. Л. 7.

98 ГАОПИ ВО. Ф. 9353. Оп. 2. Д. 17049. Л. 15, 16, 19, 22, 23.

1779-1782 - Тамбовское наместничество
1782-1796 - Саратовское наместничество
1796-1797 - Пензенская губерния
1797-1802 - Саратовская губерния
1802-1928 - Воронежская губерния

Уездный город - Новохоперск.

Волости Новохоперского уезда1,2,3:
Алферовская волость
Алферовка (Корсаковка) - волостной центр
Богдан (Богданов, Боковой)
Варварин (Варваровка, Голый)

Бурляевская волость
Бурляевка (Бурлеевка) - волостной центр

Верхнекарачанская волость (Верхне-Карачанская волость)
Верхний Карачан (Верхний Корочан, Верхняя Пятина) - волостной центр
Дмитриевка (Макрино, Колтовская, Кирсановка)
Кирсановка (Старая Кирсановка)
Паганка (Поганка, Новая Кирсановка, Новокирсановка)
Средний Карачан (Средний Корочан, Средняя Пятина, Самодуровка)
Ржавец (Ржавчик)

Еланская волость
Абрамовка
Еланское Колено (Коленовская Елань, Елань-Колено) - волостной центр

Калмыкская волость (Калмыковская волость), создана после 1892 до 1913
Калмык (Калмыкское) - волостной центр

Краснянская волость
Белавкины (к с. Русаново)
Коноплянка (к сл. Кочерга)
Кочерга (Самодуровка, Окладная)
Красная (Красненькая) - волостной центр
Некрылово (Некрылов, Некрыловский, Некриловский)
Печерский (Добринский, Добренький)
Подосиновка
Русаново

Макаровская волость
Елань (Еланское, Еланские, Макаровские, Новомакарово)
Краснореченское (Краснореченская, Краснореченский, Грачевка)
Красовка (Пески)
Лавровка
Макарово - волостной центр
Тихвинское (Савала, Сафоновка, Ключи)

Макашевская волость (создана после 1892, до 1913)
Макашево - волостной центр

Нижнекарачанская волость (Нижне-Карачанская волость, Нижне-Корочанская волость)
Васильевка (Васильевская, Русская Поляна, Поляна, Поспеловка), 1887-1892
Нижний Карачан (Нижний Корочан, Желновка, Жалновка, Нижняя Пятина) - волостной центр
Таволжанка
Тюменевка 1-я (Тюменевское, Тюменево, Тюменово, Маламы)
Тюменевка 2-я (Алексеевка, Гусева Поляна, Тржасковский)

Новогольская волость
Белая Яруга
Дмитриевка (Дмитриевское, Дмитриевская, Дмитриево, Анучино, Анучинака, Тагайка)
Нагорное (Князевка)
Новогольские (Новогольский, Еланские, Елань)
Новогольское (Новогальское) - волостной центр
Паганка (Поганка, Тюменевка)
Рождественское (Поворино)
Старогольские (Еланские)
Старогольское (Старогальское)
Тагайка (Корогодин)

Песковская волость (Песковатская волость)
Александровка (Соленый Хутор, Нагорый Хутор)
Ивановка (Сушкова)
Ильмень (Новоспасовка, Новоспасовское)
Кардаиловка (Кардаил, Кардайловка, Желновка)
Мазурка (Мазурки, Никольское)
Марьевка (Байчуровка)
Николаевка (Колтовская, Колтовские), 1892
Новониколаевка (1892)
Пески - волостной центр

Пыховская волость
Ивановка (Татарка)
Каменка-Садовка (Каменка, Садовка)
Пыховка - волостной центр

Рождественская волость
Калмык (Верховое, Верховой Калмык)
Марьина-Новинка (Марьино, Новинка, Маринно-Новинка)
Моховой (Маховой)
Никандровка (Никандровки, Никандровское, Благодарша, Аршеневка)
Поворинский
Полянский
Рождественское (Рожественское, Поворино) - волостной центр
Солдатский (Солдатские, Самодуровка)
Ульяновка

Синявская волость
Абрамовка (Аврамовка), д. Абрамовка, д.
Артюшкино (Артюшкина)
Вязовка (Верх-Вязовка, Верхо-Вязовка, Верховязовка)
Ивановка (Коневка, Канёвки)
Новоникольское (Артюшкино, Богохранимовка, Богохранимовское, Сергиевка)
Сергеевка (Страховка, Синявка)
Синявка - волостной центр

Сухоеланская волость (упразднена после 1887, до 1892)
Вихляйка (1887)
Николаевка (Колтовская, Колтовские), 1887
Новониколаевка (1887)
Сухая Елань - волостной центр (1887)

Танцырейская волость
Жуликовка (Жуликова, Жуливка, Жулино, Свинцовка)
Ивановка (Белозеровка, Белозерки, Белозеровская)
Петровское (Мерлино)
Сасновка (Сосновка)
Селама (Шаславка)
Старая Воскресеновка (Старая Воскресенка, Старовоскресенская)
Танцырей (Танцыреи, Танцыри) - волостной центр
Третьяки (Никольское)

Троицкая волость
Аврамовка (Жихаревка, Ключи, Ключ)
Ауловка
Екатериновка (Екатеринино, Зубриловка, Зубрицкий)
Кутки (Олений Кут, Оленино-Кут, Филиппово, Ширинкино, Растуновское, Ростунцы)
Таволжанка (Товолжанка)
Троицкое (Троицкий Юрт, Юрты) - волостной центр

Тюковская волость
Вихляйка (1892)
Горелка (Горелки, Горелово)
Губаревский (Ближний Губаревский, Дальний Губаревский)
Губари (Губарево)
Макашевка
Новая Воскресеновка (Бобровка, Воскресеновка, Новая Воскресенка, Нововоскресенская)
Сухая Елань (1892)
Тюковка - волостной центр

Ярковская волость
Александровка (Соколовка, Ивановка)
Алексеевка (Красовицкое)
Анновка (Аннинское)
Анучина (Анучино, Еланка)
Богохранимовка (Кирилино)
Вязовка
Гусево 1-е (Гусева Поляна, Рамонь)
Гусево 2-е (Гусева Поляна, Рамонь)
Деевка
Еланка (Усть-Такай, Усть-Тай, Елань)
Знаменское (Знаменская слобода, Знаменка, Спицынка, Богохранимовка, Богохронимовское, Богохронимое)
Ивановка (Чернецкий Угорь)
Ивановка (Байчуровка)
Красная Речка (Бейгловка, Еланка, Алексеевка)
Михайловка
Николаевка (Бутырки)
Петровское (Петровская, Александровка)
Подгоренское (Подгоринское, Рагозинское)
Подгорное
Рамонье (Раманье, Раменье)
Сафоновка (Еланка 2-я)
Тржасковская (Алексеевка)
Ярки (Ярков) - волостной центр

1. «Памятная книжка Воронежской губернии на 1887 год». Воронеж: Типо-литография губернского правления, 1887.
2. «Памятная книжка Воронежской губернии на 1892 год». Воронеж: Типо-литография губернского правления, 1892.
3. «Волостные, станичные, сельские, гминные правления и управления, а также полицейские станы всей России с обозначением места их нахождения».
Киев: Книгоиздательство товарищества Л. М. Фиш, 1913.

Kibalnikova написал:

[q]
Список солдат, награжденных георгиевскими крестами.

Соломахин Яков Егорович
[/q]

это родной брат моего прадеда Александра. Он ни раз получал Георгиевский крест, так же являлся военным в знаменитом Семеновском полку. Мы гордимся нашим дедом! А родом он из с.Кочетовка, Тамбовской области

>> Ответ на сообщение пользователя Kibalnikova от 21 сентября 2022 15:59

а это мой потомок. Я от сына его Еремки. Так же с Еремкой в Кочетовку приехал Кондрашка. Остальные остались в Козлове. По Кондрашке я почти ничего не знаю, точнее о его потомках известно до середины 18 века. Сам Данилка Насонов в 1650 году служил в Усмани.

с. Третьяки Воронежская область