Выпускники Каспийского ВВМКУ им. С.М. Кирова (1939-1992)

…
10 декабря 1942 года 284 лейтенанта-каспийца комсомольского набора 1939 года, 240 лейтенантов-фрунзевцев и 98 офицеров-гидрографов распрощались с училищем.

Для Каспийского ВВМУ это был 1-й выпуск офицеров флота, а для обоих училищ - второй совместный.
Большая часть офицеров убыла на корабли действующих флотов, а 64 выпускника были направлены на высшие специальные курсы офицерского состава в Среднюю Азию для подготовки по различным флотским специальностям и в том числе связистов.

В ходе поиска удалось установить фамилии некоторых выпускников первого выпуска.

Это лейтенанты 421 класса А.Абульский, С.Трофимов, А.Честнов. А.К.Горбунов, И.К.Саратовцев, Н.К.Петрухин, Наталичев, Н.Катин, В.Бобков, Н.Середнев, В.А.Шорец, Е.Р.Овчинников, Батрасов, Г.И.Захаров, П.Клименко, Н.Киченко, И.Шерстобитов, В.Булыгин, Н.Г.Иванов, Б.П.Бычков, А.Ф.Веселов, В.Евстафьев, А.Г.Прокопенко.

Это лейтенанты 422 класса Н.И.Григулевский, А.Б.Родин, С.А.Мусинян, С.И.Малов, В.Гарин, Б.Д.Савельев, В.Сухов, В.Черипелов, Н.Крючков, С.А.Фадеев, П.П.Горпичный, П.М.Кочубеев, В.Морозов, П.Обезумов, Н.Н.Буланов, Н.Я.Котов, В.Сальников, А.Ф.Троянский, В.М.Захаров, М.М.Захаров, Е.Кустов, Н.Ветлугин, В.Носов, Н.Н.Миловидов.

Лейтенанты 423 класса В.Д.Павловский, А.Н.Орешкин, Н.И.Михеенко, И.П.Латышев, В.А.Бодаров, И.А.Климов, В.В.Данилов, Г.А.Горбунов, Н.М.Салыков, К.Н.Власов, А.М.Волхов, А.Л.Простаков, В.А.Дашков, Н.М.Мешков, Г.Ф.Басов, П.Г.Алексеев, Б.С.Андрианов, М.И.Ильин, А.Ф.Тябин, Н.А.Ваганов, К.Н.Мейер, В.Н.Подупейко, В.И.Одинцов, К.М.Любавин, М.Н.Иванов, Г.М.Темяков, И.Г.Павлов.

Лейтенанты 424 класса В.М.Курапов, Б.Усиков, Е.Ананченко, Н.Петрухин, М.Бабенко, А.Лесной, А.Будым, В.Шевченко, И.Шевченко, А.Гаращенко, И.Панин, М.Репин, Р.Аронс, Д.Пчелинцев, Н.Макаров, А.Бышенков, Г.Панников, Г.Г.Лампе, Н.Наседкин, И.Ключко, С.Воропель, А.Смирнов, С.Куликов, Н.Поленов, С.Жигачев.

Перечисленные офицеры были выпускниками 2-й роты, командовал которой старший лейтенант Дорохов.

Из другой роты, командиром которой был капитан 3 ранга Тимофеюк, на флот убывали лейтенанты В.А.Михеев, Ф.И.Козлов, Я.Е.Евсеев, В.П.Шумаков, В.Д.Бреде, С.П.Черных, В.С.Бабий, А.П.Простаков, Н.Г.Тучков, Б.Кутин, Г.Грищенко, Г.М.Тюменков, Матасов, Ю.Медведев, Степанов, Б.Смирнов, М.И.Царев, и другие.

При училище на высших специальных курсах было оставлено 120 выпускников, которые окончили их в феврале 1943 года. На флот они убыли 1 марта и среди них Б.Бувин и М.Соколов. Под Сталинград, на Волжскую военную флотилию отправилось 11 офицеров и среди них М.И.Чижов.

40 лет назад впервые с подводной лодки произведен пуск баллистической ракеты

За всю историю флота можно привести лишь пять-семь, от силы десять поворотных моментов, повлиявших на развитие военно-морской стратегии. Наряду с применением в прошлом веке паровых броненосных кораблей и минного оружия сюда можно отнести появление в начале нынешнего столетия подводных лодок, а перед второй мировой войной - авианосцев, а потом, в середине 50-х годов, - и атомных субмарин.

Одно из таких событий произошло 16 сентября 1955 г., когда впервые баллистическая ракета стартовала с подводного корабля. Это была ПЛ Б-67 Северного флота. Командовал ею капитан 2 ранга Ф.И.Козлов.

КАЧАЛАСЬ "ПАЛУБА" В СТЕПИ

Федор Иванович Козлов после корабля служил в Морском научно-техническом комитете. Уволившись в отставку, остался там работать. Командиры, даже бывшие, - люди несентиментальные и к приукрашиваниям не склонные. Хотя первый вопрос, заданный Козлову, может показаться наивным, но Федор Иванович "принял" его совершенно серьезно. Наивность - это если судить по меркам нынешнего дня, а вопрос обращен в историю.

-До назначения на Б-67 вы что-либо знали о баллистических ракетах?

-О "Фау-2" слышал, конечно... Но, кстати, наша лодка строилась как торпедная. Новый по тем временам проект -611. В феврале 1954 г. меня назначили командиром. После сформирования экипаж отправляют в Кронштадт. Там находилась головная лодка проекта 611 (Б-61). Нам предстояло изучить ее устройство, приобрести навыки управления системами и механизмами и самим кораблем. На специальном выходе в море лодкой управлял мой экипаж. Даже помню окончательную оценку - "хорошо". А в середине мая выехали в Молотовск (ныне Северодвинск) на 402-й завод, где находилась наша Б-67. Задачи выполнялись обычные при новостройке.

Следовательно, не догадывались, что Б-67 станет ракетной?

-Тогда нет. Только в октябре началась реконструкция. Поначалу экипаж недоумевал, почему в четвертом отсеке вместо выгруженной второй группы аккумуляторных батарей стали устанавливать 2 шахты. Мне даже толком ничего не объяснили.

26 января 1954 г. Совмин СССР принял постановление "О проведении проектно-экспериментальных работ по вооружению подводных лодок баллистическими ракетами дальнего действия и разработке на базе этих работ технического проекта большой. подводной лодки с реактивным вооружением" (тема "Волна"), Главным конструктором подводной лодки назначили Н.Н.Исанина (ЦКБ №16), а ответственным за ракетное оружие - главного конструктора ОКБ-1 С.П.Королева.

Для стрельбы с лодки решили использовать уже отработанную на суше Р-11, модернизировав ее в соответствии с флотскими условиями. Новая ракета получила шифр Р-11ФМ. Параллельно велись работы над проектом перепрофилирования большой торпедной ПЛ для проведения с нее испытаний ракет в море. Проект получил индекс В-611 ("Волна"-611). А ВМФ выделил для переоборудования ПЛБ-67. Все проходило в обстановке строгой секретности.

-А вас, Федор Иванович, когда посвятили во все подробности?

Я находился в отпуске, когда 10 мая 1955 г. вызвали в Москву к адмиралу Владимирскому. Лев Анатольевич тогда временно исполнял обязанности заместителя главкома ВМФ по кораблестроению и вооружению. А накануне этой беседы мне в Главном штабе ВМФ сообщили, что Б-67 переоборудуется для проведения испытаний ракетного оружия. Предварительно я, а потом еще и 12 матросов и старшин во главе с командиром БЧ-2-3 (минно-торпедная боевая часть) старшим лейтенантом С.Ф.Бондиным командировались на полигон Капустин Яр для подготовки ракетного боевого расчета.

- Там и состоялось знакомство с Королевым?

-Еще в Москве. Владимирский сказал, что нужно съездить в Подлипки (ныне подмосковный Калининград) в ОКБ-1 88-го НИИ. Там и встретился с Сергеем Павловичем и его заместителями В.П.Мишиным и Л.А.Воскресенским.. Были соблюдены необходимые формальности, естественно. С меня потребовали подписку о неразглашении государственной тайны, а после разговора Королев проводил в цех. Увидел ракету и, если честно, сразу же откровенно высказал Королеву свою обеспокоенность. Справимся ли мы с освоением нового оружия? Тем более опытные пуски ракет со стенда на полигоне намечались через несколько недель.

-Интересно, а что ответил главный конструктор?

-Что первые пуски будут проводить специалисты промышленности, офицеры морского полигона ВМФ и государственного центрального полигона Минобороны. А вам, сказал Королев, пока нужно только изучать ракетный комплекс.

На полигоне Капустин Яр (площадка 4-а) создали специальный стенд, имитировавший качку корабля при волнении моря в 5-6 баллов. Ведь главное было обеспечить старт в условиях похода. А сам стенд представлял собой вертикальную шахту с комплексом систем и приборов. К первому пуску Р-11ФМ установили строго вертикально на стартовом столе.

-Я наблюдал пуск из специального бункера через перископ. Мои ощущения? Все неожиданно. Огонь, грохот двигателя. Потом раскрываются стойки с захватами, и начинается медленный вертикальный подъем ракеты, а затем ее движение ускоряется. Все необычно. Но после этого мне вместе с контр-адмиралом Н.А.Сулимовским, начальником НИИ ВМФ, требовалось подняться на верхнюю площадку шахты и проверить, как выглядят стартовый стол и сама шахта после пуска. Каких-либо деформаций мы не обнаружили, остались заметны лишь следы от факела стартовавшей ракеты. Госкомиссия вскоре сделала вывод: при пуске исправной Р-11ФМ никаких отрицательных последствий для лодки не будет.

В заволжском Капустном Яре пуски с качающегося стенда шли до августа. Стартовала ракета и при крене "корабля" на двенадцать градусов - максимально допустимом. Затем моряки вернулись в Молотовск. Их ждала работа по подготовке своей подводной лодки к пускам Р-11ФМ на морском полигоне.

КТО ЖЕ НАЖИМАЛ КНОПКУ?

-Федор Иванович, а почему так быстро корабль подготовили к испытательным пускам? 11 сентября поднят Военно-морской флаг, а первый выход на стрельбу назначили уже на пятый день после вхождения Б-67 в строй. В чем причина спешки?

-А никакой спешки не было. Да, пришлось повоевать с заводом. Строители торопили: "Федор Иванович, поднимай флаг!" Каждый день это слышал. Но пока мои офицеры не доложили об устранении недостатков, корабль мы не приняли. За две недели провели заводские испытания. Дело упрощалось тем, что значительную часть корабля модернизация не затронула. А экипаж, как я уже говорил, был уже сплаван.

-И ракетную боевую часть сформировали?

-Как была минно-торпедная боевая часть во главе с Бондиным, так и осталась. Вероятно, уже без меня формировалась ракетная боевая часть.

-Кто же тогда принимал ракетные шахты и все системы и приборы по управлению огнем?

-Все знал Бондин. Но за работу аппаратуры предстартовой подготовки в первую очередь отвечали представители морского полигона и института. Кстати, готовую ракету нам доставили именно с технической позиции полигона. Все делалось ночью, избегали "лишних глаз".

Погрузку производили обыкновенным портальным краном. Очень трудная работа. Светили только прожекторы крана. Происходило это в ночь с 14 на 15 сентября.

- Итак, на 16 сентября назначили первый выход на стрельбу...

-Погода стояла хорошая. Полный штиль, как говорится. А Королеву хотелось, чтобы лодку хоть чуть-чуть покачало. Наконец-то после обеда поднялся ветер. Район стрельб располагался недалеко от берега, у поселка Ненокса. Решили: успеем! На корабль сразу же прибыли председатель госкомиссии Николай Никитич Исанин и Королев, а также специалисты промышленности и офицеры морского полигона. Выходим в море. Когда лодка уже легла на боевой курс, подошел катер, и на борт поднялся адмирал Владимирский.

Недалеко от поселка Ненокса на высоком берегу установили створные знаки, определяющие боевой курс ПЛ при стрельбе, а на воде поставили стартовый буй в половине кабельтова по траверзу от курса. Ракета должна стартовать в тот момент, когда Б-67 пересечет следующие точки: шахта лодки -буй - боевое поле, где Р-11ФМ будет приземляться. Предстартовая подготовка ракеты началась за час до подхода к точке пуска.

Подняты перископы. У командирского - Королев, с которым к тому времени у нас сложились довольно доверительные отношения, а сам смотрю в зенитный. Вместе с нами в боевой рубке и адмирал Владимирский. И вот в стартовое положение поднимается пусковой стол вместе с ракетой. Объявляется 30-минутная готовность.

-А все-таки, Федор Иванович, кто команды на подготовку стрельбы давал?

-Сергей Павлович. Происходило это так. Я, он и его заместитель В.П.Финогеев надеваем шлемофоны для связи со специалистами, готовящими старт. Команды по этой связи давал Королев, а я дублировал их по трансляции для экипажа. Владилен Петрович находился в центральном посту. Он и должен был нажать кнопку "Бортпитание". Удивляетесь? Везде пишут о команде "Пуск!" Но это не так.

-Тогда как?

Подсчитали предварительно, что от нажатия кнопки "Бортпитание" до старта ракеты проходит ровно 19 секунд. Точка старта - это буй. 19 секунд - это 40 метров до буя. Мы заранее обговорили с Королевым ситуацию. Я ему говорю о 40 метрах, он сразу командует: "Внимание! Бортпитание!" Финогеев нажал кнопку. Вот так происходило. А итог таков: Белое море, 17 часов 32 минуты 16 сентября 1955г. - ракета успешно стартовала. По просьбе адмирала Владимирского уступаю ему место у перископа, он наблюдает за полетом ракеты. А я и Сергей Павлович после старта поднимаемся на мостик.

До этого за всеми пусками Королев наблюдал в основном из бункера...

Понимаю, о чем хотите спросить. Ракета-то над головой... Что помню? У Королева пот градом со лба катился. Впрочем, когда мы осматривали после старта пусковой стол и шахту, он то же самое говорил и про меня. И мои глаза соль от пота ела.

КОМАНДИРСКАЯ ДОЛЯ

По пути в базу они получили донесение с боевого поля. Ракета приземлилась в 250 км от точки старта "с точностью в пределах тактико-технического задания". На берегу Королев и Исанин составили текст телеграммы Н.С.Хрущеву и Н.А.Булганину.

А потом были новые пуски. На 1956 г. запланировали морские транспортные испытания с установленными в шахтах и реально заправленными ракетами. Но Федору Ивановичу уже не довелось их проводить.

Несколько лет подряд его мучили боли в желудке. В 1955 году болезнь резко обострилась. Видимо, сказалось нервное напряжение. Потерял 13 кг веса. Но держался, на корабле даже бодрился.

Осенью в Молотовске каждый вечер, если не выходили в море, Королев на своей машине отвозил превозмогающего боль Козлова домой. В декабре медики настояли на лечении. В Мурманском госпитале поставили диагноз: язвенная болезнь в стадии резкого обострения. И заключение ВВК, как приговор, что не годен к службе в подплаве, а следовательно, дописана последняя страница командирской биографии. Но теперь нелишне ее напомнить. С марта 1943 г. - на Северном флоте. Восемь боевых походов в годы войны. В 1951 г., в двадцать девять лет, его назначают командиром. Прошел среднюю и большую торпедные подводные лодки. "Поднял" первую ракетную.

С 9 марта 1956 г. началась его работа в Морском научно-техническом комитете, который незадолго до этого возглавил адмирал Владимирский. А командиром Б-67 стал капитан 3 ранга И.И.Гуляев. Козлов знал Ивана Ивановича как уравновешенного и знающего дело офицера, поэтому и рекомендовал его себе на замену. Но Федору Ивановичу пришлось еще раз оказаться на борту Б-67. А именно в августе 56-го. Вот как сам он вспоминает этот эпизод:

"Главнокомандующий ВМФ адмирал С.Г.Горшков проводил совещание, на котором рассматривался вопрос о готовности Б-67 к проведению морских транспортных испытаний. Заслушивался и доклад капитана 3 ранга Гуляева. Присутствовавший на совещании Королев вдруг потребовал, чтобы на корабль возвратили прежнего командира. Видимо Сергею Павловичу что-то не понравилось в докладе Гуляева. Я не уточнял. Только после этого приказом заместителя главкома меня откомандировали из МНТК ВМФ на Б-67, куда и прибыл, к удивлению Гуляева, которому никто не сообщил о поставленной мне задаче.

Начались выходы подводной лодки в море для проверки подготовленности материальной части, определения точности навигационных приборов и т.д. Я не вмешивался в работу Ивана Ивановича, все действия его как командира были безупречны. Таким образом, предстоял поход с двумя командирами на борту. Однако жизнь внесла свои коррективы. У меня обострилась язвенная болезнь. И опять госпитальная койка. Лодка ушла на испытания без меня, а я вернулся в Москву".

Правда, вскоре и Королев изменил свое мнение. И даже публично признал собственную ошибку: "А Иван Иванович оказался отличным командиром!" В декабре 1958 г. Гуляева назначают на строящуюся атомную ПЛ К-27. За подводный поход в Атлантику ,тогда рекордный по продолжительности, он удостоен звания Героя Советского Союза.

... В конце нашей беседы я спросил мнение Козлова, почему сразу наши конструкторы не начали работы по созданию ракет, стартующих из-под воды. Он ответил, как обычно, прямо:

- А ведь я пытался заговорить на эту тему с Сергеем Павловичем. Проблема понятна, главное для подлодки - скрытность. Надводный старт лишает ее этого качества. Но Королев, как мне тогда показалось, не разделял этих опасений. "Зачем, Федор Иванович, стрелять из-под воды? - удивился он.- Я сделаю ракету, которая сможет летать с середины океана". Вероятно, главный конструктор "еще не полностью усвоил специфику подводного флота. Тем не менее, насколько я знаю, он поддержал идею модернизации Р-11ФМ для старта из-под воды.

Остается сказать, что и первый подводный пуск состоялся у нас именно с Б-67. Осуществил его капитан 2 ранга В.К.Коробов, впоследствии адмирал, и так же, как Гуляев, Герой Советского Союза. Вадим Константинович был у командира Козлова старшим помощником, то есть вторым человеком на корабле, участвовал в морских испытаниях Р-11ФМ. Потом возглавил экипаж средней ПЛ С-146, которую модернизировали под крылатые ракеты. На Б-67 вернулся командиром после назначения Гуляева на атомоход. Но это уже другая история. Тем более произошла она через пять лет.

Капитан 1 ранга Владимир УРБАН, "Красная звезда".

https://russiainwar.forum24.ru...1402237772
Козлов Федор Иванович (1922–2011), капитан 1 ранга (1959 г.), родился 26 мая 1922 года в деревне Старая Владимирской области. На флот пришел добровольцем в 1939 году. После окончания в 1943 году Высшего военно-морского училища в Баку – на Северном флоте. В годы войны совершил восемь боевых походов на подводных лодках М-107 и Л-15. В феврале 1954 года назначен командиром Б-67, командовал лодкой во время проведения первых в истории пусков морских баллистических ракет. В 1955 году по состоянию здоровья исключен из плавсостава, после корабля с 9 марта 1956 года служил в Морском научно-техническом комитете в Москве. Уволившись в отставку, остался там работать.
На первой советской ракетной подводной лодке две вертикальные шахты, в которых хранились ракеты, разместили за боевой рубкой в диаметральной плоскости. Старт ракет производился со специальных пусковых столов, выдвигаемых вмес¬те с ракетой перед стрельбой на верхний срез шахты. Пусковая установка раке¬ты имела горизонтальную амортизацию механического типа, поворотный пус¬ковой стол для наведения по азимуту и корсетное устройство для удержания ракеты на верхнем срезе шахты. Старт производился из надводного положения подводной лодки, при движении любым курсом со скоростью до 20 узлов, при волнении моря до 5 баллов, что соответствовало бортовой качке с амплитудой до 12° и с угловой скоростью до 9%. Впервые люди должны были находиться так близко от стартующей ракеты. Их спины касались шахты, открыв лаз которой можно было достать ракету рукой. Здесь не было ни безопасного расстояния, ни защитных бетонных стен бункера, ни укрытий. В этом тоже была специфика ракетного оружия подводных лодок и службы их экипажей.
Водоизмещение – 1890/2400 т. Основные размерения – 95 х 7,5 х 5,1 м. Скорость: надводная – 16,5 узлов (максимальная), – 10 узлов (экономическая); подводная – 13 узлов (максимальная), – 2 узла (экономическая). Дальность плавания: надводная – 10 000 миль (10 узлов), подводная – 280 миль (2 узла). Глубина погружения – 200 м. Экипаж – 65 человек. Вооружение – две баллистические ракеты Р-11ФМ, шесть носовых и четыре кормовых 533-мм ТА (10 торпед).
Для запуска двигателя ракеты применялись самовоспламеняющиеся компоненты — топливо и окислитель. Компоненты топлива под давлением редуцированного воздуха, поданного из специального пневмоблока, прорывали мембраны и, поступая в газо-генераторы, самовоспламенялись. Возрастающее давление прорывало мембра¬ны газогенераторов, и газы поступали в баки горючего и окислителя, создавая давление, необходимое для вытеснения компонентов в двигатель. Ракета управлялась инерционной системой управления только до момента отключения двигателя. Траектория полета состояла из двух участков: активного, на котором работал двигатель, и пассивного, на котором продолжался полет ракеты по баллистической траектории.
Система управления ракеты решала задачи управления дальностью и обеспечивала устойчивость движения ракеты в полете. Она включала в себя автомат стабилизации, автомат управления дальностью, коммутационную аппаратуру и источники питания. Газоструйные рули, смонтированные в сопловой части двигателя, отклоняясь в газовом потоке двигателя, стабилизировали ракету в полете по углам тангажа, рыскания и крена. В обстановке глубочайшей секретности в 4 ч 30 мин 15 сентября 1955 года первая ракета была погружена на Б-67. Все делалось ночью, избегали «лишних глаз». Погрузку производили обыкновенным портальным краном. Недалеко от поселка Ненокса на высоком берегу установили створные знаки, определяющие боевой курс ПЛ при стрельбе, а на воде поставили стартовый буй в половине кабельтова по траверзу от курса.

Уже 16 сентября в 17 ч 32 мин в Белом море впервые в мире баллистическая ракета была запущена с подводной лодки (командир капитан 2 ранга Ф.И. Козлов). Через несколько минут в 250 км от места старта в пустынной тундре в заданном квадрате полигона раздался взрыв, после которого образовалась воронка глубиной 6 м и диаметром 14 м, быстро заполнившаяся водой. Во время пуска на борту лодки находились главные конструкторы ракетного комплекса – С.П. Королев и лодки – Н.Н. Исанин, а также заместитель Главнокомандующего ВМФ по кораблестроению адмирал Л.А. Владимирский (1903—1973). Истинный радетель за судьбу флота он не мог оставаться равнодушным к предстоящему событию и предпочел быть рядом с теми, кто создал и испытывал новое оружие. Как вспоминал впоследствии командир лодки Ф.И. Козлов, все страшно волновались. У Сергея Павловича Королева пот градом катился со лба. Следует подчеркнуть, что с момента выхода постановления правительства о начале исследований до пуска первой раке¬ты прошло чуть более полутора лет.
Всего в 1955 году с подводной лодки Б-67 было произведено 8 пусков, один из них был аварийным. Когда Королев убедился, что ракета не пойдет, то распорядился сбросить ее со «стола» в море. Как Генеральный конструктор и технический руководитель стрельб, он имел на это право. Сергей Павлович, несмотря на свою предельную занятость, на каждую стрельбу выходил в море и руководил всеми пусками ракет. Поступал он так не потому что не доверял морякам, а для того чтобы взять на себя непосредственное руководство в критической ситуации, если таковая возникнет, и всю ответственность за ее исход. Водолазы потом долго искали, затонувшее «изделие», да так и не нашли, поскольку там все дно покрыто толстым слоем ила. Королев самолично записал свое решение в корабельный вахтенный журнал, но это не спасло экипаж от внимания «компетентных органов» – несколько месяцев командира донимали особисты, он писал объяснительные, почему произошла утрата совсекретного образца. Только после личного вмешательства Королева, проведенного в весьма резкой форме, и его жалобы «на самый верх», дергать Козлова мгновенно перестали. Может именно по причине всей этой нервотрепки* командир первого подводного ракетоносца Б-67, капитан 2 ранга Ф.И. Козлов, был списан на берег из-за обострившейся язвенной болезни, и тогда его заменил капитан 3 ранга И.И. Гуляев**. В 1956 году Б-67 отправилась в первый дальний поход под его командованием. В 1958 году летные испытания Р-11ФМ закончились, и в фев¬рале 1959 года ракетный комплекс Д-1 с баллистической ракетой Р-11ФМ был принят на вооружение. Вообще-то планировалось запустить 11 ра¬кет, но комиссия пришла к заключению, что восьми пусков вполне достаточно.
* Вот, что пишет сам Ф.И. Козлов. «Несколько лет подряд меня мучили боли в желудке. В 1955 году болезнь стала прогрессировать. Видимо, сказалось нервное напряжение. Потерял 13 кг веса. Но держался, на корабле даже бодрился. Каждый вечер, если не выходили в море, Королев на своей машине отвозил меня домой, боли были страшные. В декабре медики настояли на лечении. В Мурманском госпитале поставили диагноз: язвенная болезнь в стадии резкого обострения. И заключение ВВК, как приговор: не годен к службе в плавсоставе. Вот так и была дописана последняя страница моей командирской биографии».
https://russiainwar.forum24.ru...1402237772

...
9 декабря 1939 года по Указу Сталина в Баку было основано военно-морское училище, которое выпустило блестящую плеяду офицеров, в том числе многие из них стали адмиралами.
04 марта 1945 года от имени Президиума ВС СССР было вручено Боевое знамя училища.
09 декабря 1954 года училищу было присвоено имя С.М.Кирова.
22 февраля 1968 года училище было награждено орденом Красного Знамени.
Июнь 1992 года состоялся последний 50-й выпуск КВВМКУ.
...
Капитаны 2 ранга Покровский Александр Михайлович, 1975 г.в,( он знаком большинству читателей проза.ру и выпускников нашей системы своей обширной критической литературной деятельностью., Покровский Александр, выпуска 1976 года, Чернов Николай Борисович, Рублевский Александр, Кучмистый Иван Владимирович, Карпов Виталик, Тюнин Виктор Николаевич, Юровский Сергей, первый начхим эм. "Современный" Буко Леонид Адофанович и старпом АПЛ Микаэлян Георг Сергеевич, штурман Степанов Владимир Сергеевич , орчане Жуков Александр Петрович и Соловьев Вячеслав, Мурзаев Александр Николаевич, Ибрагимов Александр Юсуфович, Юрий Киричек, Устинов Юрий Иванович, Вайнер Виталий Александрович, Ярмак Александр, Александров Юрий, Константин Титов, Геннадий Алешин, Юрий Николаевич Лазарев, Аверин Андрей Борисович, Олег Дмитриевич Скочедубов, Левон Агамалян,Шабанов Георгий Александрович,Сатонин Александр Яковлевич, Дементьев Юрий Николаевич.
...