Спасский собор, Христорождественская церковь

№6.

ЦГА РМ. Ф.57. Оп. 4. Д.1307. Лл. 381 об. – 382. – МК Саранского Спасского собора

№25

17 / 19 Октября 1917 года

Заштатный Священник села Грибоедова, Саранского уезда Николай Михайлов Лебедев, 79 лет

От чего умер: натурально

Исповедовал и приобщал: Священник Христорождественской церкви г. Саранска Іоанн Ареопагитский

Погребали: Протоиерей Александр Соколов с Священником Павлом Майорановым и Диаконом Анатолием Васильевым, при участии градского духовенства, на Царе - Константиновском кладбище

№8

29 августа - престольный праздник старого Саранска - празднование памяти Спаса Нерукотворенного.

Чудотворная икона была принесена в Саранск между 1641 и 1651 гг. из вотчины князей Голицыных, а они, по преданию, получили её в дар от царей Московских. Тогда же был построен первый по счёту деревянный Спасский собор внутри крепости.

Одно из сохранившихся описаний чудотворного образа составлено и опубликовано пензенским протоиереем Иаковым Бурлуцким в 1870 году, откуда мы узнаем следующее: «Икона сия находится местною (в местном ряду иконостаса) в Саранском соборе. Она размерами 1 арш. 12,5 верш. (128 см.) в вышину и 1 арш. 7,5 верш. (106 см.) ширины; живопись оной древняго греческого (т.е. канонического) стиля, впрочем довольно хорошо сохранившаяся. Сребропозлащенная риза на ней в 20 фунтов и 74 золотника весом, украшена по венцу 8 бриллиантовыми репьями с литерами Он, Омега, Наш из бриллиантовых же и иных камней, над венцом прикреплена корона из восточного хрусталя, под которою на винте прикреплен бриллиант в золотом сиянии». Все это можно увидеть на публикуемой фотографии.

В конце XIX века врач и краевед Г.П. Петерсон писал об этом образе: «Темный лик этой огромной иконы резко выделяется на золотом фоне ризы, и особенно при блеске многочисленных светильников. Выносимый из храма во время народных бедствий или к тяжелобольным и умирающим образ Всемилостивого Спаса был неизбежным свидетелем всех трагических моментов жизни саранского населения; перед ним неоднократно лились народные слезы, слышались вопли и рыдания коленопреклоненных жителей или тихо возносимый к небу последний вздох умирающего…».

От XVII столетия из донесения царю Алексею Михайловичу от 1662 года сохранилось упоминание только о 7 чудесах от иконы Всемилостивого Спаса; несомненно, что их было гораздо больше, поскольку известно, что было множество донесений о чудесах от этой иконы, однако, их тексты утрачены.

В 1685-1695 гг. иеромонах Иона выстроил вместо старого деревянного новый, второй по счету Спасский собор, простоявший почти до конца XIX столетия и разобранный за ветхостью.

И в XVIII, и в XIX веках чудеса от этой иконы не только не истощались, но и преумножались.
В XVIII столетии данная икона пользовалась таким благоговейным почитанием, о котором ярко свидетельствует всего один документ – указ Нижегородской консистории от 14 июля 1796 года № 2262, копия с которого хранилась в архиве Саранского Петропавловского монастыря, опубликованная в 1870 году, где читаем: «В приказании Его Преосвященства Павла, епископа Нижегородскаго и Алатырскаго, данном сей консистории текущего июля в 14 день, предписано: как известно Его преосвященству стало, что в городе Саранске в Спасском соборе находится большой Нерукотворенный образ Господа Бога и Спаса нашего Иисуса Христа в великолепном украшении, к которому бывают богатые вклады, также и доход; того для предписать Саранскаго Петропавловскаго монастыря игумену Амвросию указом, чтобы он по прошествии каждаго месяца, как о бываемом доходе, равно и вновь делаемом усердствующими прикладе Его Преосвященству репортовал с приложением надлежащих доходам реестров, а прикладам описи».

В XIX веке благодать исцелений от этой иконы преумножалась, приведем только несколько общеизветных в позапрошлом столетии чудес, имевших письменные свидетельства. В Симбирской губернии, у дворян Броницких дочь в продолжение многих лет была больна ногами и не могла ходить. Однажды ей в сонном видении троекратно явился нерукотворенный образ Спасителя, причем некий глас ей повелел отслужить в Саранском Спасском соборе пред этим образом молебен, и когда все это было исполнено, то ломота в ногах ее прекратилась и уже на второй день она смогла встать на ноги, а через неделю совершенно выздоровела.

В начале XIX века, помещица с. Айкова, госпожа Шувалова (скончалась в 1848 году, будучи 69 лет) целый год была больная некоей грудной болезнью, признанной медиками опасной и неизлечимой. Возложивши упование на Бога, она, по предварительному обещанию, просила из Саранского собора принести Нерукотворенный образ в ее имение. Когда для встречи святыни была выведена из дома и наклонилась, чтобы икону пронесли над ней, «из больной груди открылась материя, от чего она тот час почувствовала облегчение, а вскоре после сего и совершенно выздоровела».

В пожаре 1852 года сильно пострадал второй саранский Спасский собор, вместо которого было решено выстроить третий по счету, освященный в 1886 году. Этот собор простоял совсем недолго и был разрушен большевиками в 1930-32 гг., тогда же бесследно пропала и сама святыня вместе с баснословно дорогим окладом…

Заключая свое повествование о Саранском Спасе протоиерей Иаков Бурлуцкий в 1870 году пишет: «жители города Саранска часто … служат пред ней молебны… а нередко прибегают к ней (иконе) с молитвою в своих нуждах и обстоятельствах и жители не только окрестных, но даже отдаленных городов и селений, особенно уездов: Саранского, Инсарскаго, Городищенскаго, Карсунскаго и проч… Сию св. икону предносят во всех крестных ходах, бываемых в городе Саранске; а во время общественных бедствий, болезней, бездождия и подоб., ее берут в пораженные селения, веруя в чудодеющую благодать Божию, от нея истекающую».

https://vk.com/id19090600

№10.

Саранская старина

Церковь Рождества Христова (Христорождественская).

Коснемся вначале истории. По всей видимости, первым о саранском храме Рождества Христова рассказал священник Троицкой церкви, церковный краевед А.И. Масловский. В 1880 году он писал: «Современна самому основанию Саранска также Христорождественская церковь. До 1795 года она была троештатною, соборною. Это видно из документа, выданного на писцовую землю, также из метрик и духовных росписей. Первоначально эта церковь была деревянная но в 1745 г. вместо деревянной построена каменная во имя Рождества Христова с приделами св. Николая Чудотворца и великомученика Иоанна Воина, а в 1772 г. в трапезе по правую сторону сооружен, еще придел во имя Боголюбовой Божией Матери. В 1852 году церковь эта вся сгорела; но вскоре (чрез четыре года) усердием прихожанина купца Кроткова возобновлена вновь в гораздо большем размере, о пяти главах, с колокольнею при трапезе. В настоящее время, это — одна из лучших церквей в городе, как по благолепию украшения, так и обширности. В ней три престола,— настоящий во имя Рождества Христова, придельныя, по правую сторону во имя Боголюбской Божией Матери, а по левую— во имя св. Николая Чудотворца. При церкви один штат, на содержание которого имеется до 66 дсс. писцовой земли и 30 дес. пожертвованием благотворителем».

Стояла Христорождественская церковь в историческом центре города, в глубине квартала между улицами Рождественской (ныне Пр. Ленина) и Московской (ныне Л. Толстого). Изображения первого и второго Христорождественских храмов не найдены. Скорее всего, их и не было. До наших дней дошли два ее последних вида, 1856 года постройки, сделанных фотографами В.К. Левушкиным и К. Синицей.

Удачно выбранный первым ракурс позволяет увидеть восточную с апсидой и южную с порталом стороны церкви. В одной связке с ней находились трапезная и колокольня. В итоге получался ансамбль с семью куполами. Хотя сама церковь была пятиглавою. В Саранске кроме нее только еще три храма Верхнего посада были увенчаны пятиглавием - Спасский собор, Иоанно-Богословская и Петропавловская церкви, Согласно христианской символике пять глав посвящаются Иисусу Христу и четырем создателям канонических евангелий - Матфею и Иоанну (апостолы от двенадцати), Марку и Луке (апостолы от семидесяти).

Это одна из красивейших и нарядных церквей города, красного цвета с белым декором: сдвоенные пилястры разделяли стены на три вертикальных части, окна имели килевидные навершия, по центру они тройные, а наверху, над ними – белые арочные кокошники. Напоминает этот храм лишь Тихвинская кладбищенская церковь, располагавшаяся на северной окраине города. Все остальные храмы были белокаменные.

Особое внимание привлекает изгородь, окружающая храм. Ажурные металлические решетки стояли на каменном фундаменте и удерживались столбиками, напоминающими пилястры. Увенчаны они «луковичными головками». Главный вход окаймляли арочные ворота, повторяющие форму декора самого храма.

Фотограф К. Синица запечатлел церковь с западной стороны. Просматриваются все ярусы колокольни: два куба, восьмигранник и шатровое ее завершение. И опять же сдвоенные пилястры, арочные окна и украшения вдоль основания шатра Полная гармония всех составных частей единого комплекса.

Можно допустить, что В.К. Левушкин был сыном саранского мещанина Кузьмы Дмитриевича Леушкина, семья которого была прихожанами Христорождественской церкви. Здесь в 1908 году венчался Василий Кузьмич, взявший в жены из Тамбовской губернии «моршанскую мещанку Ольгу Николаевну Сухоручкову». Здесь же венчались его братья и сестры, а в 1916 году отпевали главу семьи Кузьму Дмитриевича. Автор снимка был родным братом Елены Кузьминичны, ставшей в 1893 году женой известного фотографа М.А. Критского. Кстати, впоследствии потомки К.Д. Леушкина стали писаться Левушкиными. Вероятно, фамилия Леушкины, как более легко произносимая была лишь уличной.

Храм, возведенный по проекту архитектора Василия Марчака, был закрыт в 1928 году. Позднее там размещался музей, а затем хлебозавод. Жители старшего поколения помнят дощатые тротуары по улице Гражданской (Пр. Ленина), трубу, торчащую над домами и конечно запах свежеиспеченного хлеба. Остатки церкви уничтожены в 1979 году.

И последний штрих. Площадь, отведенная под храмовый комплекс, была невелика всего 1850 саженей. При изучении фотографий за неимением иных источников не видно ни одного надгробия или креста, стоявшего над могилами погребенных в ограде храма именитых горожан. Не понять с какой стороны храма находились захоронения. Пока удалось установить лишь семь погребенных здесь лиц. В хронологическом порядке ухода в мир иной перечень фамилий выглядит следующим образом:

- Княгиня Голицина Варвара Петровна (05.12.1735 – 20.03.1816);

- Потомственный почетный гражданин, купец, церковный староста Кротков Иван Леонтьевич (1801 – 27.04.1874);

- Священник Христорождественской церкви Колпиков Ефим Петрович (1806 – 04.10.1889);

- Штабс-капитан, церковный староста Давыдов Михаил Иванович (1816 – 07.02.1892);

- Саранский мещанин Никитин Наум Зиновьевич (1819 – 01.08.1896);

- Саранский купец, ктитор сей церкви Никитин Иван Наумович (1843 – 23.12.1913);

- Диакон Христорождественской церкви Руфов Николай Константинович (1840 – 23.12.1913).

В одной ограде церкви упокоились представители разных сословий. Уравняли их не чины и богатство, а православная вера и благие дела на церковном поприще.

Авторы фото: В.К. Левушкин и К. Синица (датированы 1920-ми годами); Далее из паспорта Министерства культуры Государственной инспекции по охране памятников истории и культуры.

№12.

Как правило, довольно много сведений о судьбах духовенства, и в первую очередь - священников, содержится в некрологах.


ПЕВ. 1889. №23. С.25. Часть неофиц.




4-го октября 1889 г. въ г. Саранскѣ скончался одинъ изъ старѣйшихъ священниковъ Пензенской епархіи Е. П. Колпиковъ, на 83-мъ году жизни, на 53-мъ своего священства. Кончина эта замѣчательнаго пастыря привлекла на его погребеніе не только всѣхъ гражданъ, но и многихъ изъ окрестныхъ селъ, знавшихъ и уважавшихъ его, какъ ревностнаго служителя Церкви. О. Евфимій былъ сынъ сторожа, или пристава духовной Консисторіи; родился въ 1806 году въ г. Пензѣ. Съ раннихъ лѣтъ онъ принужденъ былъ, кромѣ ученія, помогать отцу въ трудахъ его по хозяйству въ домѣ; такъ какъ отецъ его, по скудости средствъ, получаемыхъ изъ Консисторіи, имѣя большое семейство, нуждался въ средствахъ къ жизни. И добрый отрокъ Евоимій, понявъ эту нужду, старался помочь ему, чѣмъ могъ. Такъ, онъ бралъ переписку бумагъ изъ Консисторіи, и этимъ заработывалъ небольшія деньги, которыя и отдавалъ отцу. Не гнушался и болѣе черной работы. Такъ, въ 1824 г., по случаю пріѣзда Государя Александра Павловича въ Пензу,— нужно было покраситъ дома и заборы, чтобы привести улицу въ приличный видъ. Отрокъ Евфимій взялся окраситъ всѣ дома въ той улицѣ, гдѣ жилъ его отецъ, и тѣмъ заработалъ деньги. Отецъ Евфнмій состоялъ пѣвчимъ еще у Преосвященнаго Афанасія, отъ котораго за пѣніе получалъ небольшое вознагражденіе. Он участвовалъ въ церемоніи погребенія Преосвященнаго Иннокентія, кроткій и подвижническій образъ котораго удержался въ его памяти до послѣднихъ дней его жизни. Онъ твердо помнилъ Преосвященнаго Амвросія 1-го. Между прочимъ, ему памятно и столкновеніе Преосвященнаго Амвросія съ знатными лицами изъ свиты Государя въ 1824 году. Преосвященный Амвросіи 1-й быль строгихъ правилъ, и въ распоряженіяхъ своихъ не стѣснялся ничѣмъ. Всенощныя, наприм., службы у него продолжались до 11, и даже 12 часовъ ночи. Въ этомъ случаѣ онъ не отступилъ отъ своихъ правилъ и въ пріѣздъ Государи, хотя его и предваряли, чтобы онъ службу и звонъ нѣсколько сократилъ на это время. Помнилъ онъ, какъ Преосвященный Амвросій при встрѣчѣ Государя говорилъ рѣчь, которая длилась у него часа 1 и ½, что не совсѣмъ, пріятно было Государю, уставшему отъ дороги.

На памяти его осталось и то, какъ этотъ Преосвященный при отъѣздѣ своемъ изъ Пензы на покой, роздалъ все свое имущество бѣднымъ. Осталась у него одна ряса. Онъ снялъ ее съ себя и, подавая каѳедральному протоіерею, сказалъ: „возьми себѣ на память, а мнѣ купи тулупъ". Такъ въ тулупѣ онъ и уѣхалъ изъ Пензы.

О. Евфимій окончилъ семинарскій курсъ въ 1830 г. но 1-му разряду. Въ 1831 г. Преосвященнымъ Іоанномъ онъ былъ опредѣленъ учителемъ въ Пензенское приходское училище, и въ то же время посвященъ во діакона къ Николаевской Церкви г. Пензы, а въ 1836 г. посвященъ во священника къ Казанской церкви г. Саранска, въ томъ же году переведенъ къ Рождественской церкви, въ которой и служилъ до самой смерти. О. Евѳимій, въ продолженіе своей 50-лѣгней службы, занималъ многія должности. Такъ, онъ былъ членомъ духовнаго Правленія (1842 — 1852 гг.); былъ законоучителемъ уѣзднаго и приходскаго училищъ болѣе 30-ти лѣтъ духовникомъ 1-го благочинія до конца жизни опекуномъ надъ малолѣтними дѣтьми; увѣщателемъ въ присутственныхъ мѣстахъ; помощникомъ благочиннаго. Всѣ эти обязанности онъ исправлялъ съ великимъ усердіемъ, присущимъ только его характеру. Но что особенно отличало его и давало ему право на особенное уваженіе,— это его постоянное служеніе въ храмѣ Божіемъ, н затѣмъ его миролюбіе и кротость характера. Эти два качества украшали его съ юныхъ лѣтъ и до самой смерти.

О. Евѳимій, получивши санъ священника, и пріявши даръ благодати на совершеніе таинствъ, никогда не ослабѣвалъ въ отправленіи службъ; а чѣмъ старѣе становился, тѣмъ усерднѣе возгрѣвалъ въ себѣ этотъ даръ— постояннымъ служеніемъ въ храмѣ. Въ послѣднія 30 лѣтъ онъ не оставлялъ ни одного дня, кромѣ случаевъ тяжкой болѣзни, чтобы не отслужить божественной литургіи. Каждый день въ 2 — 3 часа— онъ уже былъ въ храмѣ, гдѣ пѣлъ съ причетниками утреню, полунощницу. Въ этомъ случаѣ аккуратность его была удивительная. Нн непогода, ни семейныя дѣла не останавливали его отъ совершенія божественной службы. Случалось, что причетники опаздывали къ началу службы; тогда онъ отправлялъ службу съ сторожемъ, или становился самъ на клиросъ и читалъ полунощницу, утреню одинъ. Для него— опустить службу, хотя бы разъ въ недѣлю, составляло величайшее горе. Онъ такъ привыкъ къ каждодневной службѣ, что не зналъ, чѣмъ наполнить день, когда у него не было службы. Такъ н служилъ о. Евѳимій изо-дня въ день цѣлыя 30 лѣтъ. Всѣ прихожане знали объ его каждодневной службѣ. Въ случаяхъ смерти близкихъ родственниковъ, не только свои прихожане, но и чужихъ приходовъ —обращались къ о. Евфимію съ просьбою о поминовеніи оныхъ. И о. Евѳимій никому не отказывалъ въ своихъ молитвахъ, довольствуясь въ этомъ случаѣ всякимъ приношеніемъ, какъ бы оно мало ни было. Поминовеніе же усопшихъ творилъ каждую службу съ неослабнымъ усердіемъ. Миролюбіе, кротость и чрезвычайное незлобіе были постоянными качествами души о. Евфимія.

Можно сказать, не погрѣшая, что онъ не имѣлъ враговъ во всю свою жизнь. Для него, по истинѣ, всѣ люди были братія во Христѣ, которыхъ онъ любилъ за имя Христово. Бумажныхъ дѣлъ онъ пи съ кѣмъ не заводилъ во всю свою службу. Кроткое, незлобивое сердце о. Евоимія, можно сказать, не знало обидъ; не могло питать въ себѣ гнѣва, ненависти къ другимъ. Причиненную ему обиду онъ тотчасъ же забывалъ, или прощалъ. 'Гакъ и прожилъ о. Евоимій болѣе полувѣка, не имѣя ни съ кѣмъ ссорь, ио живя со всѣми въ мирѣ и любви.

Всѣ службы и требы у прихожанъ о. Евѳимій исполнялъ съ неутомимою аккуратностію. По первому зову онъ шелъ въ домъ прихожанина. При этомъ онъ никогда не дѣлалъ притязаній изъ-за платы, а довольствовался тѣмъ, что дадутъ. Прихожане знали его не притязательный характеръ, и уменьшали иногда плату за требы до послѣдней степени. Причетники роптали на него, что онъ не требуетъ большаго; жаловались, что имъ жить нечѣмъ, но о. Евоимій и тутъ не поддавался искушенію— притѣснять прихожанъ въ платѣ за требы, а довольствовался тѣмъ, что добровольно ему дадутъ. Эта его нестяжательность, а также ревностное исполненіе пастырскихъ обязанностей расположили къ нему сердца всѣхъ прихожапъ, которые въ 1878 году испросили у начальства разрѣшеніе— поднести ему наперсный, драгоцѣнный крестъ съ украшеніями. Торжество поднесенія ему креста прихожанами представляло наглядное доказательство того, какъ велика была любовь къ о. Евѳиміто всѣхъ прихожанъ, а равно и того, какую любовь питалъ къ пнмь ихъ пастырь.

О. Евѳимій принималъ самое живое участіе въ украшеніи и созиданіи своего приходскаго храма. Каждое поновленіе въ немъ, каждое пріобрѣтете новой церковной вещи, постройка ли новаго иконостаса, или только повой иконы,—доставляло ему величайшую радость, которой онъ старался подѣлиться со всѣми. Къ счастію его, онъ имѣлъ весьма усерднаго помощника, по украшенію храма, въ лицѣ церковнаго старосты— И. Л. Кроткова. Оба они, при своей любви къ украшенію храма, старались превзойти другъ друга. Староста не жалѣлъ капитала для возможно-лучшаго украшенія храма, а о. Евѳимій не жалѣлъ силъ, не щадилъ здоровья своего, чтобы всѣ предпріятія его приведены были къ концу. И благодаря согласію и любви этихъ двухъ лицъ, городъ Саранскъ украсился такимъ великолѣпнымъ храмомъ, какой рѣдко можно видѣть въ Пензенской епархіи.
Когда въ 1852 г., во время большого пожара, Рождественскій храмъ сгорѣлъ, вмѣсто сгорѣшаго— чрезъ два-три года появился другой новый храмъ, гораздо болѣе обширный и великолѣпно украшенный какъ иконостасными работами, такъ и церковного утварью.

О. Евѳимій состоялъ нѣсколько лѣтъ законоучителемъ уѣзднаго и городскаго училищъ. Во время прохожденія этихъ должностей онъ получилъ и благодарность отъ началъства за успѣшное преподаваніе и денежныя награды. Бывшіе его ученики доселѣ помнить его кроткое обхожденіе съ ними и усердное занятіе по закону Божію. По министерству народн. Проев. онъ выслужилъ пенсію, которую и получалъ до своей смерти.

Духовное начальство цѣнило труды о. Евѳимія. Покойный о. Евѳимій получилъ всѣ награды, доступныя для приходскаго священника. Въ 1856 году о. Евоимій былъ награжденъ скуфьею, въ 1861 г.— камилавкой, въ 1868 г.— наперснымъ крестомъ, въ 1871 г.— сопричисленъ къ ордену 3-й ст. Анны, въ 1884 г. за 30-лѣтнюю безпорочную службу награжденъ орденомъ Владиміра 4-й ст.

Семейная жизнь о. Евѳимія текла самымъ мирнымъ, регулярнымъ образомъ: разъ заведенные порядки въ домѣ онъ наблюдалъ съ великою аккуратностью. По словамъ покойнаго, онъ, по окончаніи курса въ семинаріи, счелъ обязанностію сходить за наставленіями къ о. Серафиму въ Саровскую пустынь. Старецъ Серафимъ преподалъ ему наставленія, какъ вести свою жизнь, которыя онъ и старался всегда исполнять. „Вставай рано, не позволяй себѣ много спать; не предавайся объяденію; читай каждый день словоБожіе. О. Евѳимій помнилъ эти наставленія всю яіизнь. Вставалъ онъ всегда рано, въ 2 — 3 часа.— Вставши, читалъ молитвы, церк. правила, потомъ шелъ въ храмъ къ службѣ. Вечеромъ, послѣ вечерни, онъ всегда прочитывалъ нѣсколько главъ изъ свяіц. Писанія, или читалъ житія святыхъ. Ложился онъ съ вечера весьма рано, часовъ въ 8— 9-ть. Это он дѣлалъ для того, чтобы всегда вставать бодрымъ н свѣжимъ къ службѣ утренней. Въ послѣднія 20— 30-ть лѣтъ онъ почти никуда не ходилъ; не имѣлъ никакого знакомства, кромѣ лицъ оффиціальныхъ. И съ тѣми он, старался покончить всѣ дѣла днемъ, чтобъ вечеромъ быть дома за своими обычными занятіями. Аккуратность и воздержность въ жизни помогли ему сохранить зрѣніе до послѣднихъ дней, равнымъ образомъ онъ до самой смерти сохранилъ твердый почеркъ пера. Всѣ документы по церкви, всѣ бумаги, переписку съ оффиціальными лицами, онъ писалъ своей рукой въ этомъ 1889 г. и почти до смерти. До мая мѣсяца сего года о. Евѳимій не переставалъ служить; но съ половины мая ноги отказались носить его изможденное трудами тѣло, и онъ, противъ своего желанія, долженъ былъ сидѣть дома. Впрочем!, и за это время, онъ не переставалъ исправлять всѣ церк. правила и читать слово Божіе. Смерть приближалась къ нему тихо, почти безъ болѣзненныхъ припадковъ. „Совсѣмъ бы я здоровъ, говорилъ покойный, еслибъ ноги ходили, да желудокъ варилъ пищу". Но ноги болѣе и болѣе слабѣли, а желудокъ переставалъ вовсе работать. За 2 или 3 недѣли ноги отекли было отъ водянки; но потомъ опухоль пропала. Въ послѣдніе дни своей жизни онъ постоянно повторялъ: „Господи! Прежде даже до конца не погибну, спаси мя“. Наканунѣ смерти, надъ нимъ, по его желанію, совершено было таинство елеосвященія. При этомъ хотѣли было прочитать отходную, но онъ остановилъ: „нѣтъ, погодите, я еще доживу до утра". 4-го сентября, въ 6 час. утра, о. Евѳимія не стало. Онъ угасъ, какъ горѣвшая свѣча.

О. Евѳимій похороненъ былъ торжественно при участіи 15 -ти священниковъ. Погребенъ онъ вь оградѣ Рождественской церкви, около сослуживца своего по храму — старосты И. Л. Кроткова. При погребеніи одинъ изъ священниковъ сказалъ слово, въ которомъ очертилъ жизнь и дѣятельность покойнаго.

Свящ. А. Масловскій.

№14.

ПЕВ. 1877. №7. Стр.1-2. Часть офиц.

Указ Святейшего Правительствующего Синода, Преосвященному Григорию, Епископу Пензенскому и Саранскому.

По указу Его Императорского Величества, Святейший Правительствующий Синод слушали предложение господина синодального Обер-Прокурора, от 18 ноября 1876 года за № 4667, о воспоследовавшем, в 13 день онаго, Высочайшем соизволении на разрешение священнику Христорождественской г. Саранска церкви Евфимию Колпикову, принять и носить наперсный крест с украшениями, подносимый ему прихожанами названной церкви, в выражение признательности за ревностную пастырскую его службу. Приказали : Об изъясненной Высочайшей воле, для должных к исполнению распоряжений, дать знать Вашему Преосвященству указом. Января 14-го дня, 1877 года.

***

ПЕВ.1884. № 8. Стр. 40. Часть неофиц.

Список лиц духовного звания, кои за заслуги по духовному ведомству награждаются Св. Синодом ко дню Св. Пасхи в 1884 году, по Пензенской епархии:

—Высочайше сопричислен к ордену св. Владимира 4-й ст. за 50 летнюю отлично-усердную службу в священном сане священник Христорождественской г. Саранска церкви Евфимий Колпиков.