Село Журавинка

ПРАВДА 31 декабря 1937 г., № 359 (7325) стр. 4

СЕЛО ЖУРАВИНКА
ИВ. КАСАТКИН

По дороге из Ряжска на Данков и Лебедянь я забрел в большое село Журавинку. Был уже вечер, зажигались огни. Резкий степной ветер гнал вдоль улицы сыпучую снежную поземку, уныло гудели телеграфные провода. Надо было подумать о ночлеге. Я оглядываюсь туда и сюда. Безлюдно и по-зимнему безмолвно. Но вот стукнула калитка, и прямо на меня зашагала, поскрипывая валенками, маленькая старушка в теплом платке.
— Бабушка, где бы тут переночевать?
— Нашел-таки себе бабушку! — засмеялась она, матерински разглядывая мою фигуру с палкою в руке и с сумкою через плечо. — Я, милый, уж который год бегаю в председателях сельсовета, и все меня кличут молодухой. Правда, стара уж я, стара, это верно. Но в бабушки записаться никак время не подберу: некогда! Про Катерину Шипкову слыхал? Это я и есть. А ты кто будешь?
Мы разговорились. Она спешила в клуб, где шла беседа колхозников с каким-то приезжим человеком, с писателем. Время девать мне было некуда, и я с нею тоже направился в этот клуб.
Народу в клубе набилось полным-полно. Мы едва нашли местечко в углу.
Писатель, как бы навсегда задумавшийся мужчина с поседевшими волосами, в
круглых очках на унылом носу, разговаривая с людьми, имел привычку прикладывать к носу карандаш, а в особо важных местах своей речи запрокидывал голову, обращая лицо к потолку, как будто его собеседники помещались именно там.
-— И еще имею к вам вопросик, — взблеснув очками, обратился он к потолку. — Под каждой крышей, в каждой семье у вас веселье, довольство обильным урожаем, самими собою, своей властью. Хорошо! Теперь давайте сообща нащупаем ту самую пружину, что в восемнадцатом году двигала вас на восстание...
— Не мы, кулаки восставали!
— Не было в нас такой пружины!
— Нас к большевикам двигало!
Получился шум и неудобное замешательство. Сидящий за столом президиума Дмитрий Федорович Веденин, председатель колхоза, тоже растерялся. Бережно придерживая ладонью подвязанную щеку, — перед открытием собрания фельдшер выдрал ему больной зуб, — он обвел страдающими глазами поднятые руки и вместо того, чтоб выбрать оратора поудачливей, дал слово преклонному старику Пескову, что ухаживает за пожарными машинами.
— Не-ет, любезный мой товарищ, — загудел старик, грозя пальцем в пространство, — не из того места мы росли, на которое ты намек дал! То место теперь — голая лысина! Понял? Для образца ты вникни хотя в мою жизнь. Я только и науки знал, что соленым потом обливался на чужой земле. Что я умел? До большевиков умел я только кряхтеть. А сейчас я — первый почетный бас в самодеятельном хору...
Огонь в висячей лампе подпрыгнул и замигал от раскатившегося хохота. Народ развеселился, загудел. Выждав тишину, писатель приложил карандаш к носу:
— Ну, хорошо, перейдем к иным вопросам. Хотя важно знать почву, на которой, так сказать...
— Фактическую справку могу дать, — придерживая щеку, скосил страдающие
глаза в сторону писателя председатель Ведении. — Что было в Журавинке до революции? Два кабака, церковь, два попа, два дьякона, два кабатчика, три лавочника, купец-скотобоец, урядник, старшина...
Товарищ Веденин говорил и говорил. Видимо, он забыл и о боли в щеке.
Когда речь зашла о раскулачивании кулаков, о вышвыривании их из насиженных гнезд, потому что уже «колхозами занялись», товарищ Веденин даже встал, подпирая головой лампу, даже пиджак распахнул.
И вот, как нарастание после ночи рассвета, ширится народная победа на полях Журавинки. Вот они, живые люди, которые держат счастье в руках! Пафос товарища Веденина был великолепен. Но писатель, давно державший карандаш у носа, важно качнулся, запрокинул голову лицом к потолку и перебил оратора:
— Это за плечами. Это вчерашнее. А каковы результаты? Где итог?
Ведении долгим взглядом посмотрел на писателя.
— А разве это не итог, — заговорил он уже спокойным, твердым голосом,— что мы навсегда распростились с бедностью, с волчьей голодухой, с темнотой окаянной? Вот сидят почетные наши старики: Прасковья Кирюшкина, Иван Санин, Максим Царев, Михайло Куренков, Семен Зотов, Матвей Корольков... Дети у них— командиры, лётчики, инженеры, комбайнеры, трактористы, врачи, педагоги… Пусть они скажут, каковы наши итоги!
Дальше собрание шло без вожжей. Кто куда хотел, тот туда и заворачивал. Но вот сорвалась с места моя спутница, Катерина Шипкова.
— Ты, товарищ, не умствуй, — сказала она, подперев одной рукой бок, а другую, со сноровкой оратора, вытянув в сторону писателя: — Ты вот запиши простой цыфирыо, что я скажу. Вот, слушай. Вместо двух кабаков построены две школы. Вместо пьяного дьячка, что раньше измывался над тремя десятками школяров, у нас двадцать учителей обучают шестьсот ребят. Вот мы театр задумали строить. В мечтах держим больницу, родильню. В селе у нас два магазина, ясли, клуб, библиотека, почта, телеграф, телефон, радио...
— Тетя Катя, электричество забыла! — крикнул молодой голосок.
— Раз взялись делать веселую жизнь, без электричества невозможно. Машину
подвезли, ставим. Вот-вот осветимся.
Замелькали добротные конные и скотные дворы, зерносушильни, зернохранилища, риги, сараи, подвалы, погреба, гараж, пожарное депо, общая баня, столовая, паровая мельница, крупорушка, дом для правления артели кружевниц, которая насчитывает восемьсот душ... Дальше шли машины, кони, скот, птица, молодые фруктовые сады, пчелы, тонны меду, озеленение, побелка, окраска...
— Вот, милок, запиши ты все это, да еще и подчеркни! — заботливо посоветовала она писателю, села опять со мною рядом и, помолчав, шепнула мне в ухо: — А ведь не выйдет у него книга-то, а?

Большая часть людей повалила на улицу. Представители же искусств, не теряя времени, взялись за свое.
Певцы толпились в зале, музыканты рассаживались на сцене. Драмкружок уединился в тесной гримировальной комнате, чтоб спешно доработать к новогодию самый конец пьесы. Товарищ Веденин, в качестве только-что схваченного белыми красного партизана, делая движения, будто он вырывается, начал:
— Помните, гады, силы наши сотрут вас с лица земли! Вот уже идут, идут полки… Да ломайте, гните же меня к земле! — взмолился он к кружковцам. — Вот уже идут, идут...
Я вышел на крыльцо. Ветер все так же играл поземкой, наметая около домов острые сугробы. Ныряла зеленоватая луна в бегучих облаках, гудели телеграфные провода, мутнела степь, в которую на колхозном грузовичке только-что скрылась моя спутница, Катерина Афанасьевна Шипкова, — ее, хлопотуньо, спешно вызывала Москва, и ночной поезд был ей как раз кстати.
Село Журавинка, Ряжского района, Рязанской области.
https://dlib.eastview.com/browse/doc/66369513

С. Журавинка.
Ц. Николаевская.
(Въ 10 вер. отъ у. г.).

Журавинка находится на большой дорогѣ, идущей изъ Ряжска на Раненбургъ, при рч. Малой Хуптѣ; въ качествѣ села Журавинка упоминается въ окладн. кн. 1676 г., гдѣ при ней показано церковные пашни дватцѳть четвертей въ полѣ, а въ дву потомужъ, сѣнныхъ покосовъ на дватцеть копенъ. Въ приходѣ, состоявшемъ изъ села Журавинки и дер. Пышкпной, было «четыре двора помѣщиковыхъ, въ которыхъ живутъ приказчики и дѣловыя люди, дватцеть три двора дѣтей боярскихъ Рязанцовъ и Ряшенъ, семьдесятъ шесть дворовъ крестьянскихъ, двѣнатцеть дворовъ бобыльскихъ и всего 118 дворовъ. Дани по окладу 1676 г., вмѣсто 12 алт. съ деньгою, положено съ Никольской церкви три рубля четыре алтына четыре денги. Существующая нынѣ въ с. Журавинкѣ камеи. Никольская церковь съ придѣломъ въ честь св. Василія Великаго построена въ 1820 г. Церковной земли во владѣніи причта нынѣ состоитъ: усадебной 2 и пахатной 33 дес.; но плана на нее у причта не имѣется. Въ составъ прихода, кромѣ села съ 172 дв., входятъ д-ни: Малая Журавинка (въ 1/4 в.) съ 39 дв., Крапоткина (въ 1/4 вер.) съ 42 дв. и Крапоткинскіе Выселки (въ 2 1/2 вер.) съ 16 дв., въ коихъ считается м. п. 846, ж. п. 950. По штату 1873 г. въ причтѣ положены 1 священ. и 1 псал.
(Окладн. кн. 1676 г. л. 307. Кн. записи, ставлен. № 493 и 495. Клир. вѣд. съ 1805—80 г. Сп. н. м. Ряз. г. № 2.529).

Изъ СВЯЩЕННО-СЛУЖИТЕЛЕЙ ОЗНАЧЕННОЙ церкви извѣстны:

Іоаннъ уп. съ 1676—85 г.
Владиміръ Ероѳеевъ рук. въ 1685 г. окт. 26.
Ѳеоктистъ Іоанновъ рук. въ 1702 г. іюл. 2.
Василій Ѳеоктистовъ ум. въ 1736 г.
Іоаннъ Васильевъ рук. въ 1736 г. авг. 14.
Василій Ѳокинъ р. въ 1739 г. мая 9.
Сергій Іоанновъ уп. съ 1789— 1824 г.
Іосифъ Іоанновъ Молчановъ уп. съ 19 дек. 1824—39 г.
Василій Ильинъ Граціанскій уп. съ 11 іюл. 1839—65 г.
Іоаннъ Іоанновичъ Граціанскій сост. съ 1865 г.

Добролюбов, Иоанн Васильевич. Историко-статистическое описание церквей и монастырей Рязанской епархии, ныне существующих и упраздненных... / Сост. Иоанн Добролюбов. - Зарайск, 1884 - 1891. - 4 т.

Церковные постройки возобновления.
— села Журавинки, Ряжскаго уезда, переменить два разбитых колокола, весом 14 пуд. и 2 пуд., на один новый колокол, весом 25 пуд., на средства прихожан (от 13 октября c./г., за № 5404).
Рязанские епархиальные ведомости 1914 г. № 21 стр. 857

Здравствуйте! Подскажите, у кого-нибудь имеются сведения о рождении из МК за 1909 год?
Ищу прабабушку Савцову Марiю Козминичну, 1909 гр (с. Большие Журавинки Ряжского уезда)

serres162r написал:

[q]

Здравствуйте, Надежда.
Я фотографировал только своих, так как это платная услуга стала.
Вот реквизиты дела, в котором эта информация должна находиться.
Фонд 627 опись 269 дело 120 1907-1910 гг. Журавинка Ряжский район.
Можно обратиться кому-то на форуме, кто будет в ближайшее время посещать ГАРО https://forum.vgd.ru/512/
Или сделать запрос в сам архив https://garo62.ru/topic-request.html

[/q]

Большое спасибо! А нет ли у Вас реквизитов хозяйственной книги, чтобы можно было состав семьи посмотреть?