Книги исторические, по генеалогии, родословные. Ссылки.

https://rusneb.ru/catalog/000199_000009_004110535/
Грамоты малороссийские, записи по частным и казённым делам, записанные в книге Стародубовского магистрата
[списки]
Малороссия, 1666-1727

https://rusneb.ru/catalog/0002...817B579DE/
Кулжинский И.Г.
Малороссийская деревня
Москва : Б. и., 1827

https://rusneb.ru/catalog/000199_000009_003815709/
Полницкий А.
Сербы в гетманщине
Ист. повесть
Киев : тип. "Корчак-Новицкого", 1896

https://rusneb.ru/catalog/000199_000009_010278647/
Украинские летописи и списки документов по истории Украины 1719-1750 гг.
Летописец краткий, принадлежащий к истории украинской о владевших в ней прежних гетманах, в котором приполнено многими грамотами, указами и инструкциями, принадлежащими к сей истории, История о Украине [Рукопись]. — 1753

https://yandex.ru/archive/cata...fb570b45/7

Саратовские губернские ведомости
1906 № 5 С. 7
15 января 1906

Н. А. Лейкинъ.

8 января похоронили Лейкина. Это - крупная фигура кончающейся эпохи. это-имя, имѣвшее завидную популярность въ обывательской Руси. О Лейкинѣ стоитъ поговорить, даже необходимо поговорить. Достаточно хотя-бы того факта, что около четверти вѣка онъ былъ главнымъ руководителемъ одного изъ четырехъ на всю Россію журналовъ юмористической сатиры, которая отъ Щедрина сразу, безъ градацій, падала до «Осколковъ» и "Стрекозы".

О нашей до октябрьской легкой сатирѣ я уже имѣлъ случай, и весьма недавно, говорить на этихъ столбцахъ. Но въ формулярѣ Лейкина редактированіе "Осколковъ" и сотрудничество въ нихъ составляло лишь наименьшую величину. Впрочемъ, припомню тутъ, что при немъ на столбцахъ этого журнальчика стали появляться разсказики, подписанные Антонъ Чехонте, принадлежавшіе перу великаго художника, нашей гордости, нашей славы, Чехова. утрату котораго мы оплакиваемъ до сихъ поръ. Лейкинъ широко пошелъ навстрѣчу молодому дебютанту и быстро оцѣнилъ перлы истиннаго юмора въ этихъ очаровательныхъ пустячкахъ.

Но самъ Лейкинъ не былъ юмористомъ, какъ пишутъ въ его некрологахъ. Его талантъ не доходилъ до юмора и остановился на предыдущей ступени. Онъ былъ смѣхотворецъ. Не юморомъ, этимъ смѣхомъ сквозь слезы, этимъ близнецомъ трагическаго, сверкало перо Лейкина, но комизмомъ веселящимъ, развлекающимъ, полезнымъ для пищеваренія и пріятнымъ для души. Что-жъ! Не всѣ могутъ быть Ювеналами и Гоголями, и не всѣ должны ими быть. Давать измученнымъ, издерганнымъ людямъ развлеченіе и смѣхъ-это тоже служеніе, тоже талантъ.

Впрочемъ, тороплюсь прибавить, - въ смѣхѣ Лейкина никогда не отсутствовала и мораль. Правда, это была только обывательская мораль, но еще вопросъ, кто добивается большаго: тѣли, которые идутъ рядомъ съ человѣкомъ и ждутъ отъ него лишь доступнаго, или тѣ, которые сплеча тянутъ его за уши - прямехонько на Олимпъ, къ звѣздамъ, къ облакамъ!...

Лейкинъ для своихъ писаній поистинѣ неисчислимыхъ облюбовалъ себѣ среду, которую хорошо зналъ, такъ какъ самъ къ ней принадлежалъ, выросъ въ ней и жилъ въ ней. Его міръ-это міръ купечества и мѣщанства, рынка съ ихъ неумирающими типами хозяевъ и работниковъ, отчасти крестьянство и земля. Мать Лейкина была крестьянка, отецъ - купецъ въ рынкѣ, и самъ онъ на зарѣ жизни служилъ въ приказчикахъ, а въ послѣдствіи былъ церковнымъ старостой и оставался имъ до конца. Я думаю, что эта чисто внѣшняя справка помогаетъ понять личность Лейкина лучше подробной характеристики.

Писалъ Лейкинъ много, изумительно много. Не думаю, чтобы представлялась возможность собрать все, что вышло изъ подъ его чера. Въ этой массѣ напечатаннаго, конечно, далеко не все имѣетъ равную цѣну. Есть великое множество мелкихъ разсказовъ, написанныхъ къ случаямъ и мимолетнымъ злобамъ дня,-а въ то время, когда писалъ Лейкинъ, не очень-то многія злобы дня разрѣшались къ обсужденію, и талантливому смѣхотворцу приходилось пробавляться выставками, премьерами, и даже полетами воздушныхъ шаровъ. Конечно, вся эта литература умирала уже къ вечеру породившаго ее дня. Но въ массѣ она доставляла ему огромную популярность, особенно-среди обывателей и рыночниковъ. I I. Ясинскій разсказываетъ, что какъ-то въ Гостинномъ въ одномъ магазинѣ на прилавкѣ онъ замѣтилъ капли пролитой воды. На сдѣланное по этому поводу замѣчаніе приказчикъ съ благоговѣніемъ отвѣтилъ:

- Сейчасъ Николай Александровичъ Лейкинъ изволили сидѣть и чай кушать. Извините,-стереть не смѣли.

Очень характерный фактъ. Дѣйствительно, таково было обаяніе Лейкина въ обывательскихъ спеціальныхъ кругахъ. Впрочемъ, и болѣе широкая публика читала его очень охотно за доступную мораль, за не преходящую предѣловъ дозволеннаго сатиру, за чистый развлекающій смѣхъ. Его романы-ихъ не мало-прекрасны по знанію жизни, особенно внѣшней, по простой здоровой любви къ людямъ и по столь же простому и здоровому языку.

"Лейкинскія словечки"... Кто ихъ не знаетъ? И кто изъ зоиловъ не упрекалъ Лейкина за сочиненіе ихъ? Дѣйствительно, у многочисленныхъ подражателей Лейкина, не имѣвшихъ и тѣни его таланта, комизмъ свелся къ нанизыванію пустопорожнихъ выдуманныхъ словечекъ. Но Лейкинъ ничего не выдумывалъ, онъ только отражалъ то, что видѣлъ и слышалъ вокругъ себя.

Тотъ же 1. I. Ясинскій разсказываетъ, что однажды подъ Новый годъ Лейкинъ посадилъ его около двухъ молодыхъ премилыхъ купчихъ и предложилъ ему послушать, какимъ онѣ будутъ говорить языкомъ: ему хотѣлось, что-бы гость убѣдился, онъ ни чего не выдумываетъ и не сочиняетъ словъ. Дѣйствительно, уже черезъ минуту одна купчиха сказала:

- Здѣсь на Новый годъ всегда страшный размаринъ.

Въ переводѣ на обыкновенный языкъ это значило: страшно жарко.

Другая дама спросила Ясинскаго:

Что вы обожаете больше: гуся или поросенка?

Когда Ясинскій быстро сосчиталъ число гостей за столомъ, дамы воскликнули въ одинъ голосъ:

- Какой вы професоръ умноженія!..

Послѣ ужина Лейкинъ сказалъ:

- Ну, что убѣдились? Сочиняю я? А вѣдь онѣ еще стѣснялись! Когда мнѣ нужно писать разсказъ, я просто макаю перо въ свое общество, какъ въ чернильницу, и оттого я могу писать каждый день безъ малѣйшаго труда.

И онъ писалъ. Дѣсятки лѣтъ подърядъ рѣдкій номеръ "Петербургской Газеты" выходилъ бевъ его разсказа или главы ромача. Трудъ его оплачивался очель хорошо, и столь-же хорошо расходились его романы, повѣсти и разсказы въ отдѣльныхъ изданіяхъ. Онъ составилъ очень хорошее состояніе литературнымъ трудомъ, - примѣръ. рѣдкій по нашимъ правамъ, для которыхъ обычнѣе смерть писателя на больничной койкѣ, чѣмъ въ собственной квартирѣ, не говоря уже о собственномъ домѣ.

Жанръ Лейкина породилъ множество подражателей, особенно въ Москвѣ. Цѣну имъ знаютъ московскіе читатели. Среди этой плеяды нѣтъ ни одного, о которомъ можно было бы сказать: - вотъ талантъ!

ozerskaya написал:

[q]

Слова и выражения, почерпнутые из произведений Н.А. Лейкина

[/q]

ПОВЕСИТЬ НОС НА КВИНТУ - быть в плохом настрении.

(Вешать нос на квинту- Ирон. Огорчаться, приходить в уныние.
Как бы то ни было, одного-двух неудачных представлений совсем недостаточно, чтобы вешать нос на квинту и не спать всю ночь (Чехов. Письмо О. Л. Книппер, 4 окт. 1899 г.).

Происхождение этого фразеологизма связано с игрой на скрипке. Квинта — это самая высокая по тону струна этого инструмента. Во время игры скрипач обычно поддерживает скрипку подбородком, и его нос почти касается ближней к нему струны. Со стороны такое положение головы выглядит как удручённый, печальный вид человека.
Со временем уточнение «на квинту» постепенно отпадало, и выражение стало употребляться в более краткой форме — «повесить нос». При этом оно сохранило свой переносный смысл.

ВЕРХНИМ КОНЦОМ ДА ВНИЗ - говорится о человеке, потерпевшим жизненный крах, опустившемся на более низкую ступень социального положения. Например, обанкротившийся купец, промотавший имение помещик и т.п.

ozerskaya написал:

[q]

Слова и выражения, почерпнутые из произведений Н.А. Лейкина

[/q]

ШЕРШАВОСТЬ - неприветливое, недружелюбное, высокомерное отношение к другому человеку.
НА ДЫБАХ - стоя на ногах (приказчик в лавке целый день на дыбах)
С НОЖНЫМ ИНСТРУМЕНТОМ, ПРИ ПОМОЩИ НОЖНОГО ИНСТРУМЕНТА - идти пешком, "на своих двоих".
В ТОНКИХ ОБСТОЯТЕЛЬСТВАХ - когда нет денег, " финансы поют романсы".

Пословицы
ТОЛКУЙ СЛЕПОЙ С ПОДЛЕКАРЕМ ( у Даля - толкуй больной с подлекарем) - когда собеседники не понимают друг друга.

ЗАЛАДИЛА СОРОКА ПРО ЯКОВА, ДА И ЗОВЁТ ИМ ВСЯКОГО.