Для всех Осмоловских

Борис Гузь

Добрый вечер, уважаемый Борис,

да, очень редкая бумага:

[q]

Мария Осмоловская (урожденная Караваева) была отважной женщиной, она решилась на последних месяцах беременности отправиться в опасную поездку в Волочиск для поисков мужа среди пленных.

[/q]

А что это за документ, откуда он и какие у него выходные данные?

В постинге Вы написали еще и о В.Д. Осмоловском:

[q]

Волынской группой командовал полковник Виктор Осмоловский,

[/q]

Я прочитала текст, написанный о нем в Википедии (возможно, это Вы писали текст). Также там ниже стоит ссылка на мою страничку, где я рассказываю о В.Д.
Борис, Вы знаете, я не согласна с трактовкой личности В.Д., где сделан крен только на армию УНР и на часть его судьбы, связанной с этой армией. Давайте разберемся.
Был короткий период во время революции, всего несколько месяцев, когда В.Д. служил в армии УНР. Но я думаю, что он оказался там и уволился из этой армии, вернувшись в Кишинев, так как он, что называется, "искал себя" в этот запутанный революционный период. Я сделала этот вывод из факта, что В.Д. служил далеко не только там. Вот ссылка на статью в Википедии, о которой мы говорим:

https://uk.wikipedia.org/wiki/...0%B8%D1%87

На странице внизу Ваша ссылка называется «Послужной список В.Д. Осмоловского», и она ведет на мою страничку:

https://forum.vgd.ru/480/31831/600.htm?a=stdforum_view&o=

Как Вы видите из моего рассказа и собственно послужного списка, В.Д. служил в нескольких армиях, воевал в нескольких войнах. Учитывая это, можно идентфицировть В.Д. как человека «мультикультурного» чего, в общем, не бывает. Все-таки идентификация человека – понятие более сложное, чем отрезок той или иной его службы. Уж если задаваться таким вопросом, то В.Д., скорее, молдаванин, так как там жили его родители, родился он сам и проживал после всех войн. Но ни его отец в своих послужных, ни другие члены семьи этого не писали.
На странице я достаточно детально рассказываю о корнях этой семьи.
Семья Виктора Дмитриевича мне очень хорошо известна: я знаю жизнь всех его братьев (в семье было 11 детей), его матери и отца. Последний, Дмитрий Иванович, служил всю жизнь в Кишиневе в Контрольной палате помощником ревизора. Я знаю их деда и его биографию в деталях, так как у меня есть также и его послужный список. Эта ветка была русская и русскоязычная, несмотря на то, что дед был в Белой Церкви статским советником, художником. Да, раньше на столетие, в 18 веке эта ветка жила в Новгород-Северском наместничестве, но до 18 века – в наших родных Осмоловичах, в Могилевском повете (позже губернии), иными словами – в Беларуси. То есть эта семья жила в в Новгород-Северском наместничестве только некоторый отрезок времени. Их предок, Борис, - родной брат моего собственного предка, Василия! а уж про него я точно знаю – его корни и принадлежность, и так далее, и тому подобное. Поэтому информация, изложенная в Википедии, является неправильной, и ее нужно или изменить, или удалить.

Бонч-Осмоловская Марина

Уважаемая Марина Андреевна!
Вы написали:

[q]

На странице внизу Ваша ссылка называется «Послужной список В.Д. Осмоловского», и она ведет на мою страничку:
https://forum.vgd.ru/480/31831...iew&o=

[/q]

Извините, это моя ошибка, обещал я на Вас не ссылаться до выхода книги. Ошибка исправлена, в статье украинской Википедии теперь приведена ссылка на сообщение DTW -tur: https://forum.vgd.ru/480/31831...iew&o=
С уважением.

smil

Надиш, приветик, дорогая!

Ты знаешь, это очень любопытный персонаж - у меня Фаддевых с гулькин нос, и я попробую проследить ее предков. Огромное спасибо! Плюсик, конечно, с благодарностью

Здравствуйте, Марина!
Посылаю, на всякий случай.
С Богом, Виктор

С. Юренев. ОСМОЛИАДА

...В то время многие художники увлекались «футуризмом», «конструктивизмом», тем, что в 30-е годы было осуждено и названо «формализмом». Глава ИЗО Наркомпроса, художник Давид Штеренберг, поощрял «футуристов». Соколов и Софронова тоже отдали дань этой манере.
В июле на место зав. СГХМ Захарова Центр назначил нового уполномоченного, художника Н.Г. Бонч-Осмоловского (1883 – 1968). Начались преобразования и неприятности. В «Материалах к биографии М.К. Соколова» искусствовед Н.М. Тарабукин пишет: «Зимой 1921 года я ездил в Тверь раз в месяц читать лекции по истории искусства в тех же мастерских. Это была очень тяжелая пора. Работа в Художественных мастерских кончилась у Соколова из-за ссоры, которая произошла у него с руководителем мастерских <Бонч->Осмоловским. На Осмоловского он смотрел как на бездарность и презирал его».

Но дело было не просто в ссоре, а в остром противостоянии между представителями «старого» (реалистического) и «нового» («беспредметного») искусства.

С.Н. Юренев был в курсе этой борьбы и потому отозвался на эти события стихотворением в стиле торжественной оды. В трех восьмистишиях он изобразил один из этапов этой борьбы «футуристов» (во главе с Давидом Штеренбергом) с их противниками «реалистами» (во главе с Бонч-Осмоловским), от фамилии которого поэма и получила название «Осмолиада».

Под «Центром» подразумевается Главное управление профессионального образования (Главпрофобр), где решалась судьба мастерских.

С. Юренев. ОСМОЛИАДА

Напрасно вывеску сменили… /В парадном входе мастерской,

Напрасно буквы выводили, / Напрасно вывеску сменили.

Нет места там для старой галли, /Останется в ней старый строй.

Напрасно вывеску сменили… /В парадном входе мастерской,

На подлецов и негодяев /Не вечно будет в Центре спрос

Их бросят, бросят, как отброс / И подлецов, и негодяев

… Захаров, Бонч и Ермолаев /Авось получат в Центре нос.

На подлецов и негодяев /Не вечно будет в Центре спрос

Центральное перерешенье – Нежданный мастерским презент:

Редакция в большом смятенье / Центральное перерешенье

Для осмоловских – пораженье, Для Ермолаева – Ташкент.

Центральное перерешенье – Нежданный мастерским презент:

О, сколько в футуризме муки / Для реалистов! Нет и слов.

Их кисть — не кисть, а хвост ослов. / О, сколько в футуризме муки:

Софронова и Тарабукин, И Штеренберг, и Соколов…

О, сколько в футуризме муки / Для реалистов! Нет и слов.


Стихотворение было написано 6 сентября 1921 года.

http://www.domarchive.ru/gallery/urenev/5398

ВикторКотт

Добрый вечер, Виктор! Я Вам очень рада!
Спасибо за очень интересный материал Где только не всплывают Бончушки... Николая Георгиевича, по которому так хорошо "прошлись", я знаю - он из ветки художников и иконописцев в нескольких коленах.
Там есть занятные слова в одном из писем:

"6 января 1922 года. (стр. 85)…Теперь сообщу Вам новости – были с Серг. Ник. <Юреневым> на выставке. Что-то сногсшибательное. Отличились и наши «знаменитости» — Кончаловский, Федоров, Лентулов. Какое-то рвотное. Я думал, что будут плохи, но они просто «отличились», особенно Кончаловский. Один А. Лентулов остался на «собственной высоте».


Никогда не думала, что блестящего Кончаловского можно воспринимать как "рвотное"...
Кстати, Николай Георгиевич позже много занимался новыми красками, в частности, придумывал красители для мозаик московского метрополитена.
Плюсик примите, пожалуйста

На всякий случай привожу кусочек того, что у меня есть о Николае Георг.:

Николай пишет в автобиографии:

«Мой отец, Георгий Иванович, учился в мастерской отца (моего деда), а затем закончил Академию художеств в Санкт-Петербурге. Всю жизнь посвятил преподавательской работе в реальном училище Белой Церкви, а затем в Минске, где работал в реальном училище и гимназии».

Николай учился в 1893–1901 гг. в Минском реальном училище, где после Петербургской Академии художеств преподавал рисование его отец, затем в Москве у известных живописцев:

«В 1901 г. я поступил в Московское училище живописи, ваяния и зодчества. Учителя – Бакшев, Малютин, Коровин. Замечательные художники и преподаватели Художественного совета уч-ща во главе с Серовым и Васнецовым, Касаткиным, Архиповым просматривали работы учеников. На моих работах не раз были отметки 1-й категории, сделанные рукой Серова».

Николай принимал участие в революции 1905 г. Потом уехал за границу, во Францию: «Училище было закрыто, друзья советовали уехать, отец поддержал, и я уехал в Париж».

В 1906 г. Николай Георгиевич учился в Национальной школе искусств (Ecol National de Beaux Arts), в мастерской Кормона, где до него из русских учился Борисов-Мусатов.

Много рисовал пастелью. Весной 1908 г. на выставке Национальной школы искусств в Париже демонстрировалось его панно «Охота на лебедей».

Он вернулся в 1908 г. из-за болезни отца.

Некоторое время жил в Минске, затем в 1911–1912 гг. – в Санкт-Петербурге, где с архитектором Ильиным расписывал плафоны, интерьеры, делал витражи и все время экспериментировал с красками. Его работы экспонировались на Весенней выставке в Академии художеств и на выставке журнала «Аполлон».

Его жена – Елизавета Васильевна, урожд. Комоцкая, была родом из Кракова. В 1912 г. она приехала в Минск, где познакомилась с будущим мужем.

Марина.