Чугуев и с. Каменная Яруга Змиевского у. Харьков. губ. : ВГД

На сайте ВГД собираются люди, увлеченные генеалогией, историей, геральдикой и т.д. Здесь вы найдете собеседников, экспертов, умелых помощников в поисках предков и родственников. Вам подскажут где искать документы о павших в боях и пропавших без вести, в какой архив обратиться при исследовании родословной своей семьи, помогут определить по старой фотографии принадлежность к воинским частям, ведомствам и чину. ВГД - поиск людей в прошлом, настоящем и будущем!

Выше я писал о втором официально назначенном воеводе Чугуева - князе Петре Ивановиче Щетинине.
Но первым градоначальником и строителем крепости и города был не он, а дворянин московский Максим Алексеевич Лодыженский. В указе о поселении черкас в Чугуеве он назван "вместо воеводы", т.е. обязанности воеводы, но с урезанными правами и подчинен белгородскому воеводе. В других документах он прямо называется воеводой.

Лодыженский Максим Алексеевич (Саввинович или Саввич) (1600-е – после 1653)

Патриарший стольник (1627 – 1629), дворянин московский (1636 – 1640), воевода в Лебедяни (1636 – 1637), описывал Чугуево городище (июль 1638), вместо воеводы в Чугуеве (август 1638 – март 1639), писец, межевал земли Корочанского, Яблоновского и Усердского уездов с Белгородским, Оскольским, Валуйским и Воронежским уездами вместе с подьячим М. Ключаревым (1639), голова у стряпчих в походе на Белгород (1646), воевода в Новосили (1646 – 1648), ездил за государем и царицей (1650), посланник в Крым (1652), состоял при послах в Малороссию для приведения запорожцев к присяге (1653, октябрь).
Алексинский помещик.

Общее руководство до назначения официально назначенного в 1639 г. воеводы кн. П.И. Щетинина осуществлял белгородский воевода (с 07.03.1638 по 01.06.1639) князь Петр Дмитриевич Пожарский, старший сын освободителя Москвы князя Дмитрия Михайловича Пожарского. Перед назначением в Белгород П.Д. Пожарский был стольником, воеводой передового полка (Дедилов, 1635), с сентября 1635 по 1638 г. служил при дворе.

Первое упоминание Максима Лодыженского в Чугуеве

31.07.1638 Государева грамота Белгородскому воеводе кн. Петру Пожарскому

… А Афанасья Мезенцова отпустил бы еси на Чугуево к Максиму Лодыженскому и велел ему быть с Максимом на Чугуеве до нашего указа; да Максиму и Афанасью Мезенцову велел бы Чугуево городище досмотрити, и описати и измерити … Чугуеву городищу в досмотр велел Максиму и Афанасью Мезенцову прислати к себе в Белгород; а как Максим Лодыженской и Афанасий Мезенцов о том отпишут и досмотру своего и что к Чугуеву городищу прибавить, и Чугуеву городищу роспись и чертеж прислал с кем пригоже.

До заселения Чугуева в 1638 г. московскими служилыми людьми и черкасами Яцка Острянина на Чугуево городище для снятия планов местности и описания был послан Максим Лодыженский, в помощь которому был послан также Афанасий Меженцов. Весьма вероятно, что это был тот самый составитель "Книги Большому Чертежу" 1627 г. Афанасий Мезенцов.
Скорее всего, на основании этих измерений и чертежа был подобран план будущей Чугуевской крепости "по московскому образцу".

Из истории колонизации Дикого Поля

Существенное расширение границ и власти Московского княжества произошло при русском царе Иване III Великом (1440–1505, правление с 1462 г. Он смог подчинить себе Ярославское, Ростовское, Тверское княжества, Новгород и другие земли, и был первым, кого современники удостоили прозвища Великий. После него таковым был признан только Петр I.

Затем его сын Василий III (правление 1505 - 1533) продолжил политику расширения и укрепления южных и восточных границ Окской «украйны» (окраины, в нее входили такие города, как Тула, Кашира, Крапивна, Алексин, Серпухов, Таруса, Одоев) государства, строя укрепленные города и заселяя их служилыми людьми. При нем в состав Русского централизованного государства вошли Псков, Смоленск и Рязань.

В Польше юго-восточные окраинные земли также назывались «украиной». Отличие двух этих понятий в разных странах только в ударении. В русском языке ударение падало на «а», а в польском – на «и». Соответственно этому понятию украйны как окраины государства в документах Разряда были псковская, сибирская, казанская, окская и другие украйны.

В результате русско-литовской войны 1500 – 1503 гг. практически все Чернигово-Северские земли, включая города Чернигов, Путивль, Рыльск и Новгород-Северский, перешли во владение князя всея Руси. Литва лишилась трети своей территории. Попытки Великого Княжества Литовского (ВКЛ) вернуть утраченное в 1507 - 1508 гг. были безуспешными. По условиям «вечного мира», подписанного 8 октября 1508 г., Литва признала все завоевания Ивана III. Не изменилась ситуация и после третьей (1512 - 1522 гг.) и четвертой (1534 - 1537 гг.) русско-литовских войн XVI в.

Соответственно отодвигались границы государства, которые вновь приходилось укреплять путем строительства новых городов-крепостей. При следующем правителе Иване IV Грозном (правление 1533 – 1584) были покорены Казанское и Астраханское ханства, присоединены Западная Сибирь, Область войска Донского, Башкирия, земли Ногайской Орды, таким образом при Иване IV территория Руси увеличилась почти в два раза, к завершению его царствования Русское Государство стало размером больше всей остальной Европы.

Южная граница России располагалась по долине Волги от Казани до Астрахани и далее на запад, совпадая с бывшей южной границей Рязанского княжества от города-крепости Алатырь на реке Суре через города-крепости Шацк, Сапожок, Ряжск, Донков, и далее по бывшей южной границе Московского княжества (Новосиль, Орел, Курск, Рыльск, Путивль), подходя к рубежам Речи Посполитой. Южнее была нейтральная зона степей, так называемое «Дикое поле», до Приазовья, где располагалось Крымское ханство, бывшее вместе с Ногайской ордой основным противником Москвы в данном регионе. Причинами конфликта были: стремление распространить ислам на новые территории, претензии хана на Казань и Астрахань, захват пленных для дальнейшей торговли, доходы от которой являлись одним из главных средств к существованию крымских и ногайских татар.

Татары действовали набегами на пограничные территории и походами на Москву. В набегах участвовали от нескольких десятков до тысяч всадников. Награбили, сколько могли увезти на конях, остальное сожгли, захватили пленных и отскочили опять в степь. В походы собиралось войско до нескольких десятков тысяч человек с участием наемников и грабителей со всех прилегающих к Крымскому ханству территорий.

Московское государство вынуждено было вести почти непрерывную борьбу с татарскими набегами, постепенно вырабатывая тактику и стратегию отражения внезапных вражеских вторжений.

Продолжение будет

В разрядных записях 7072 (1563/64) г. города по Оке (Белев, Перемышль, Лихвин, Калуга, Алексин, Таруса, Серпухов, Кашира, Коломна, Переяславль-Рязанский), Козельск за Окой, а также Тула уже составляют вторую линию обороны. Перечень городов «от Поля», составляющих первую линию обороны на юге, ограничен следующими наименованиями: Дедилов, Пронск, Михайлов, Ряжск, Мценск, Болхов, Одоев, города на Плове и Солове, Карачев, Брянск, Почеп, Стародуб, Чернигов, Новгород-Северский, Путивль и Рыльск. Это русская «польская (от слова «поле») украйна».

Увеличение масштабов пограничной службы «крымской украйны» потребовало ее реорганизации, которая была поручена царем боярину, князю Мих. Ив. Воротынскому . В результате проведенной им оперативной работы были собраны опытные в станичной и сторожевой службе служилые люди со всех украинных городов (всего около 2000 человек) и обобщен их опыт. На границу была послана инспекция в составе воевод князей М. Тюфякина, Д. Ржевского и боярина И. Новосильцева.

Итогом всей этой деятельности стал первый воинский устав Московского государства - «Боярский приговор о станичной и сторожевой службе», утвержденный царем 16 февраля 1571 г. Самой главной задачей объявлялось создание такой системы пограничной охраны, при которой «сторожи были усторожливы от крымские и от ногайские стороны, где б было государеву делу прибыльнее и государевым украинам было бережнее, чтоб воинские люди на государевы украины войною безвестно не приходили». Одной из детальных задач стало определение численности и направления движения противника. Русские войска ввиду большой протяженности границ сосредоточивались в опорных пунктах. Это позволяло брать в кольцо прорвавшихся степняков и ликвидировать набег.

Общегосударственная пограничная служба складывалась теперь из трех элементов: 1) путивльских и рыльских станиц, ездивших по утвержденным в Москве маршрутам; 2) сторож из украинных российских городов, стоявших в утвержденных местах и наблюдавших за путями возможных татарских набегов; 3) общероссийских сторож, располагавшихся на Поле и высылавших по сторонам свои собственные станицы. Одна общероссийская сторожа находилась при впадении р. Балыклеи в Вапу, вторая — на левом берегу Дона, выше устья р. Хопра, третья — на р. Осколе, при устье Убли, а четвертая — на р. Сейме, при устье речки Хона.

Сторожевая служба должна была проходить в период с 1 апреля по 1 декабря. Воеводам городов и головам сторожей предписывалось посылать станицы в дозор на лучших лошадях. Дозорные должны были находить скрытные места для наблюдения, оставаясь незамеченными противником. Обычно, эти станицы заезжали по прямой до 500 км в глубь "Дикого поля", осматривали "сакмы"(дороги, по которым обычно двигались степняки). Дозорные, которые совершали постоянные объезды определенных участков от 20 до 40 км по периметру порубежья, назывались сторожами. Они вели непрерывное наблюдение: "А стояти сторожем на сторожах, с конь не сседая, переменяясь направо и налево по 2 человека. А останов им не делати, а огня класти не в одном месте; коли каша сварити и тогды огни в одном месте не класть дважды; а в коем месте кто полднивал, и в том месте не ночевать, а где кто ночевал, и в том месте не полднивати. А в лесах им не ставитца, а ставитца в таких местах, где б было усторожливо."

При обнаружении противника гонцы от станицы или сторожи гонцы обязаны были немедля мчаться к станичным и сторожевым головам. От них срочно отправлялись другие гонцы в ближайший город-крепость к воеводе или осадному голове. Затем оставшиеся дозорные рассредоточивались и вели разведку, идя параллельно с войском противника или позади него. Собрав новые сведения, по возможности добыв «языка», они снова отсылали гонцов с уточнениями, причем в те города, по направлению к которым двигались основные силы неприятеля.

Устав предусматривал строгие наказания за нарушение службы: "Тем сторожам, которые, не дождавшись смены, покинут сторожи, быти казнеными смертию". При опоздании на смену опоздавшие должны были выплатить дожидающимся товарищам по полуполтине на человека за каждый день опоздания.

Приговор заканчивался расписанием порядка смены станиц и сторож. Первые дозоры (по 4-6 человек в каждом) выезжали 1 апреля, спустя 15 дней - следующие и так далее - всего 8 смен. Через четыре месяца - 1 августа все повторялось. Подобная "вахта станичников" шла до 1 декабря. Но если снег еще не выпадал, то сторожевая служба продолжалась.

Новый регламент только еще начинал внедряться, и необходимость ускорения этой работы стала ощущаться острее после опустошительного похода крымского хана Девлет-Гирея в мае 1571 г., когда Москва, кроме каменного Кремля, была полностью выжжена и разорены рязанские земли. Пограничная служба тогда не справилась со своей задачей и вовремя не обнаружила движение крупных сил неприятеля. Этому способствовало и то обстоятельство, что основные военные силы Руси были задействованы на западе, где шла долгая и тяжелая Ливонская война. Поэтому основные силы русских войск при этом крымском походе сохранились. В следующем году Девлет-Гирей собрал еще более сильное войско (его численность варьирует в различных источниках, от 40 до 120 тыс. человек) и пошел на добивание с основной целью вернуть турецкому султану Казань и Астрахань. Однако сработала система раннего оповещения, русские войска успели вовремя подготовиться и в битве при Молодях (в 60 км южнее от Москвы) 28 июля – 3 августа нанесли сокрушительное поражение войску Девлет-Гирея, в котором были крымские татары, ногайцы, турецкие янычары (лучшее войско Европы того времени) и черкесы (северокавказские народы, не путать с черкасами). На русской стороне выступали также немецкие наемники, донские казаки и каневские черкасы.

Жестокий урок был усвоен, Крым потерял значительную часть своего мужского боеспособного населения, и в течение 20 лет татары на тревожили набегами русские украйны, вплоть до нового крымского похода 1591 г. Среднее и Нижнее Поволжье остались во владениях Русского государства, а пограничные укрепления на Дону и Десне были перенесены на юг до 300 км.

В этой битве самое активное участие принимал и руководитель пограничной службы князь Мих. Ив. Воротынский, полковник Большого полка. К сожалению, реформатор русской пограничной охраны через год подвергся опале, обвинен в тайных связях с Крымом (очень похоже, на царскую шизофрению), пытан огнем, сослан в Белозерск, умер по дороге туда 12 июня 1573 г. и был похоронен в Кирилло-Белозерском монастыре.

Ведение пограничной охраной перешло к боярину Никите Романовичу Захарьину-Юрьину, который в 1574 г. внес изменения в Устав: первый выезд определялся уже не календарной датой, а сходом снега; непосредственное управление «станицами» передавалась от воевод дьякам; повышено денежное жалование детям боярским и казакам, которые по денежному довольствию приравнивались теперь к детям боярским; станичники с неудовлетворительными лошадьми и оружием (они были обязаны приобретать это за свой счет) подлежали исключению; были пересмотрены границы патрулируемых участков; состав станиц можно было пересматривать, исходя из местных условий.

Продолжение будет

В последовавшее время эта политика расширения государства за счет Дикого Поля была продолжена. Города-крепости (в 1630 г. их было уже около 40), валы на открытых местах и лесные засеки (всего было 12 засек: Шацкая, Ряжская, Рязанская, Каширская, Веневская, Тульская, Крапивенская, Одоевская, Лихвинская, Перемышльская, Козельская и Белевская) составили большую фортификационную систему Русского государства на ее южных и восточных границах – Большую засечную черту, в народе называемую «поясом Богородицы».

Далее были построены крепости в Воронеже, Ливнах и Курске (1586), Ельце (1592), Старом Осколе (1593), Белгороде (1596), Цареве-Борисове (1599) и других городах.

Сооружение Большой засечной черты длиной около 813 км должно было не только способствовать перекрытию татарских сакм и шляхов, но и обеспечить закрепление придонской части Дикого Поля за Россией. Такая задача стала актуальной еще и в связи с появлением в Днепро-Донской лесостепи черкас с территории Речи Посполитой, образованной слиянием Королевства Польского и Великого Княжества Литовского в 1569 г.

Крымский поход на Москву в 1591 г. оказался несчастливым для татар и ногайцев, их войско было разгромлено под Москвой, но он показал недостатки существующей южной оборонительной системы Русского государства, которые и были исправлены в последовавшие годы. Этот поход стал последним, в котором войска Крымского ханства сумели подойти к Москве.

С 1599 г. полки на южном направлении ставятся только в украинных городах. Они выдвигаются далеко вперед, к югу: большой полк стоит в Мценске, передовой — в Новосили, сторожевой — в Орле.

Государственная колонизация новых земель продолжилась, причем государство поддерживало и свободное переселенческое движение населения. Россия потолкалась локтями и смогла потеснить два соседних государства Речь Посполитую и Крымское ханство на пустующих землях Дикого Поля.

Продолжение будет

Однако крымские набеги на русские украйны продолжились и после этих поражений. Уже в следующем 1592 г., пользуясь отсутствием русских войск, задействованных под Выборгом в войне со шведами, крымское войско внезапно напало на тульские, каширские и рязанские украйны и ушло с многочисленным полоном и добычей.

На рис. показана карта границ Крымского ханства, Османской империи, Речи Посполитой и Русского царства в Северном Причерноморье в 1600 г.

По подсчётам историка А.А. Новосельского, за первую половину 17 в. было угнано более 200 тыс. чел., и это при том, что по переписи 1678 г. все население центрально-черноземных районов составляло около 850 тыс. человек. Выкуп пленных, захваченных крымскими и ногайскими татарами в результате набегов оставался важной проблемой для русского правительства. По стамбульской таможенной статистике из черноморского региона с 1450 по 1700 год было ввезено около 2,5 миллионов рабов, т.е. в среднем угонялось около 10 000 человек в год, в основном русских. Но пленники угонялись и с той части Руси, которая оказалась в Речи Посполитой (Поднепровье, Подолье, Волынь и Галиция). По подсчету профессора истории Брайана Л. Дэвиса совокупное количество угнанных с этих земель людей за период между 1500 и 1644 годами оценивается в более чем 1 миллион человек.

Для укрепления южных рубежей Русского государства в 1630 – 1650-х гг. в Диком поле (на 300 – 400 км южнее границы) была построена Белгородская черта (рис. ).

Сложная политическая обстановка в регионе заставляла три государства постоянно маневрировать. Иногда были периоды сближения Русского царства с Крымским ханством. В один из таких периодов хан Казы-Гирей пытался убедить царя Бориса Годунова, чтобы тот не строил крепости на Диком поле, угрожая турецкими полчищами:
«Теперь ты города поставил, и этими городами к нашему государству близко подошел, а те места, которые по Донцу, наших улусов угодья. Будь тебе, брату нашему, ведомо: турский государь на ваше государство как ни помыслит рать послать, так я ему отговариваю тем, что место дальнее и пешей его рати до вашего государства не дойти, чем ему и запрещаю; а только он сведает, что к вашим городам близко и дойти можно, то он будет вашим государствам вредить. И тебе бы вперед гораздо помыслить: если дальше тех городов, которые поставлены, станете подвигаться, то это шерть и добро порушит. Татарские князья и лучшие люди нам говорят: русские города к нам близко поставлены, и если между нами будет недалеко, то нашим людям с русскими людьми нельзя не задираться».

Ответ царя был таков: «Турского рать великому государю не страшна; великий государь может стоять против всех своих недругов, а рати у государя нашего несчетно. Города поставлены на поле для воров черкас, потому что многие воры черкасы и донские козаки послов и гонцов громили; а как те города поставлены, то теперь послам, посланникам и гонцам дорога чиста, государя вашего улусам от тех городов убытка нет, а только прибыль, что уже тут воры черкасы больше не живут».

Царь Борис, конечно, дипломатично не писал всей правды, однако следует отметить, что набеги, как тогда говорили, «воровских черкас» из Речи Посполитой причиняли вред населению и городам украинных русских земель не меньший, чем татарские набеги, включая и захват пленных единоверцев для продажи на невольничьих рынках Крыма, главным из которых был рынок в Кафе (современной Феодосии). Татарское и ногайское население северного Причерноморья, население Валахии и Молдовы страдало от этих грабительских набегов воровских черкас в той же мере.

Начало массового переселения черкас в пределы Московского государства и поступление их на службу к московскому государю положили поражения их восстаний 1638 г. (см. сообщение от 14/07/2021)

Несмотря на противодействие соседних государств Речи Посполитой и Крымского ханства, колонизация и освоение южных земель продолжалась. После первых больших партий черкас-переселенцев, прибывших в 1638 г. в Чугуев и Красный, и неудачи Речи Посполитой по их возврату, в южные пределы Русского государства хлынули новые группы черкас с Поднепровья, Полесья, Волыни, Подолии. За землями, прилегающими к Белгородской черте закрепляется название Слободской Украйны или Слобожанщины, возникшее по названию определенного типа поселений - слобод. Вновь прибывшее население брало на себя сторожевую службу и военную защиту пограничья и пользовалось многочисленными «жалованными» привилегиями: получало значительные наделы земли, освобождалось от налогов и податей, пользовалось правом заимочного владения различными угодьями.

Одной из главных привилегий, оставленной для черкасских переселенцев, было традиционное казацкое самоуправление на полковой основе. В 50-х годах 17 в. на территории Слободской Украины были образованы четыре полка — Острогожский, Сумской, Ахтырский и Харьковский. В начале 70-х годов формируется Балаклейский полк, присоединенный в 1677 г. к Харьковскому, а к 1685 г. был создан Изюмский полк.

Часть поселян, особенно вокруг г. Чугуева, составляли русские «сведенцы»: служилые люди и крестьяне.

К 1680 г. под руководством воевод П. В. Шереметева (которого сменил П. И. Хованский), А. С. Опухтина, Г.И. Касогова была построена третья линия обороны южной границы длиной 530 км, так называемая Изюмская черта (см. рис. , к сожалению на нем не показан Чугуев, расположенный между двумя чертами), проходившая по естественным водным преградам: рекам Коломаку, Мже, Северскому Донцу, Осколу и Валую.

Изюмская черта клином вдавалась в Дикое Поле, и своим правым углом у г. Усерда соединялась с Белгородской чертой. В условиях военного времени практически за два строительных сезона был создан крупный фортификационный комплекс, в состав которого входило 20 городов и укрепленных слобод, расположенных на расстоянии 20—30 км один от другого, включая г. Змиев. Масштабы и скорость ручных земляных работ просто поражают. На сооружении черты трудились десятки тысяч русских людей, в том числе черкасы.

Чугуевские земли получили мощную защиту от грабительских набегов татар и воровских черкас. Полагаю, что вопреки существующему мнению именно после строительства Изюмской черты на чугуевских землях стали появляться постоянные однодворческие поселения, включая и слободу Каменную Яругу.

Чугуев и с. Каменная Яруга Змиевского у. Харьков. губ.

Рассматриваются вопросы основания города и слободы чугуевскими казаками в 17 веке, коренные каменнояружские роды и их развитие и взаимосвязи