НЕКОТОРЫЕ ФАКТЫ О ГОЛОДЕ В ПЕРМСКОЙ ГУБЕРНИИ В 1921-1922 гг.

Американские технологии на Пермской земле

Шевырин Сергей,
главный специалист отдела информации,
публикации и научного использования документов
Государственного общественно-политического
архива Пермской области

В 1921 - 1922 гг. в России был голод. Сказались последствия двух войн — I Мировой и Гражданской, неурожайные годы, неумеренное изъятие государством сельскохозяйственных продуктов (продразверстка). По оценке некоторых исследователей, по всей стране за период голода умерло около 8 млн чел. В Пермской губернии, насчитывающей в 1921 г. 1764 тыс. жителей, голодало по подсчетам госорганов 657977 чел., или 37,3 % населения. Всего из-за голода в крае умерло 6974 чел., 20798 чел. серьезно заболели1. Пермская газета «Звезда» сообщала: «Смерть от голода достигает десятков и сотен случаев еженедельно... в пищу употребляют мясо собак, кошек и даже мышей и крыс». В Сарапульском уезде официально было зарегистрировано 2 случая людоедства. В связи с голодом в губернии началась эпидемия тифа и холеры.

Голод 1921 - 1922 гг. правительство, в отличие от голода 1930-х гг., не скрывало, и потому весь мир, узнав о страданиях и смертях тысяч людей, стал помогать России. Из Германии, Франции, Америки шли грузы с сотнями тонн продовольствия. Простые люди и общественные организации собирали деньги и продукты и отправляли в голодающую Россию. Например, в Америке одной из первых общественных организаций откликнулась АРА («American Relief Adminisration» — «Американская администрация помощи»). Уже 23 сентября 1921 в Поволжье прибыл первый эшелон с продуктами «для питания детей и беднейшего населения». 4 июня 1922 г. представители АРА прибыли в Пермь. Они привезли с собой продукты для 7 тыс. детей и кукурузу для 5 тыс. взрослых. 11 июня в южные районы Прикамья отправился пароход с продуктами и американцами2.

Другая международная организация — Межрабком (Комитет международной рабочей помощи) решила помочь не только продуктами, но и техникой и квалифицированными рабочими для восстановления хозяйства страны. По мысли руководства Межрабкома бороться с голодом нужно радикально, то есть так организовать сельское хозяйство России, чтобы голод был в принципе невозможен. Они считали, что импортированная из наиболее экономически развитых стран техника, технологии и способы организации труда навсегда избавят Россию от голода. Американский комитет Межрабкома собрал деньги и купил 21 трактор и различную сельскохозяйственную технику. Несколько американских фермеров и механиков сами отправились в голодную, тифозную Россию. В России их отправили в один из самых неблагополучных уездов — Сарапульский уезд Пермской губернии, в село Тойкино (сейчас Большесосновский район Пермского края). Экспедиция прибыла на ст. Верещагино, трактора разгрузили, и они своим ходом направились в Тойкино. Больше всего поражало крестьян окрестных, деревень то, что одним трактором управляла женщина. Пермские журналисты оставили для нас репортажи о реакции сельских жителей на колонну «мериканцев с чудными машинами». Верещагинский мужичек комментировал: «Нет, наш плуг-соха куда способнее этой затеи». А очерская бабушка вторила: «Пронеси Господи, эко чудовшцо, пыхтит, трохтит, дымит, нет, тут не путево, нечисто»3.

19 июля 1922 г. тракторный отряд прибыл в село Тойкино. В составе отряда были новейшие трактора «Форд» и «Кейс», бороны, сеялки, молотилки, запас бензина и даже передвижной кинотеатр. Директором отряда был Гарольд Вэр. Он подготовил специальную записку для руководства губернии, где описал свой план борьбы с голодом. Вэр мыслил чрезвычайно широко и в первых абзацах своей записки писал о принципиальной возможности реорганизации всего сельского хозяйства страны. По его замыслу, на национализированных землях должны быть созданы крупные механизированные сельскохозяйственные предприятия, которые в короткое время при минимальных трудовых затратах смогут избавить страну от голода и накормить промышленных рабочих. По мнению Вэра, эти сначала единичные совхозы смогут стать образцом ведения хозяйства, и все остальные русские крестьяне воспримут эти новшества и превратятся в фермеров, ездящих по воскресеньям на своих автомобилях в кинематограф.

По мысли Вэра, во главе совхоза должны стоять три равноправных человека, «причем каждый из них должен нести определенную долю ответственности». Развитием должен ведать американец («до тех пор, пока присутствие в совхозе американских товарищей ...необходимо для правильной эксплуатации и снабжения совхоза»). «Русский товарищ» будет заведовать хозчастью, отчетностью и связями с соседними колхозами, еще один «русский товарищ» должен заниматься пропагандой новой техники и технологии среди крестьян и рабочих. Важные решения должны приниматься только этим «комитетом» из трех руководителей.

В плане развития совхоза было многое: строительство дорог «нивелированных по американскому способу», передвижной лесопилки «для возможности расширения строений», ремонтных мастерских, мясомолочной фермы на тысячу коров специальной английской породы «Герферд», домов, гаража. Причем дома должны быть «из расчета по одному на шесть человек... пригодные в санитарном и общественном отношениях». Сельскохозяйственные работы должны были вестись с применением «жатвенных машин, грабель, веялок, приспособлений для собирания сена в копны, картофелесажалки, клеверные сеялки и т.д.»4.

Этот план высокопроизводительного хозяйства создавался не для получения выгоды, а для пропаганды новых способов работы и возможностей новой техники. Вэр мечтал: «Одно большое хозяйство, оборудованное по последнему слову техники и хорошо налаженном производстве даст основу, которая может быть использована для постепенного развития более мелких хозяйств, может также служить крайне полезным воспитательным центром для крестьян. Кинематограф, тракторный плуг и современная молотилка, направленные в окрестные деревни, окажут гораздо большее воздействие на сознание крестьянина, чем всякая другая письменная или устная пропаганда».

В первые дни пребывания в селе американцы организовали демонстрацию невиданной местными жителями техники. Из Оханска приехало начальство, тысячи крестьян собрались со всей округи. «... Вот задымились — зашипели гиганты на семи саженой ширине поля, выстраиваются в шеренгу, заходя правым плечом вперед и поползли 16 заморских чудовищ. Идут впереди 12 тракторов с плугами, за ними 2 с дисковыми боронами, далее 2 с катками и боронами, 2 с сеялками, которые одновременно сеют и боронят. Почти трехтысячная толпа замерла, жавшиеся до сих пор мужички, кто, разинув рот, тянется рядом, а кто не утерпел и залез на диковинную машину — которая пашет, боронит, сеет и заборанивает одновременно», — писала газета «Звезда»5. Для наглядности рядом пахали с помощью лошади и плуга.

Сам быт и культура иностранных рабочих, по мнению Гарольда Вэра, должны были влиять на сознание крестьян. Американцы разбили временный уборочный палаточный лагерь. В палатках стояли кровати с белыми простынями. Для крестьян каждый вечер устраивались специальные образовательные киносеансы — показывали, как в Америке производят трактора, как живут и работают фермеры.

Однако пермское начальство сумело так запутать дело, что в итоге из Тойкино сбежали все американцы. Американцы рассчитывали, что им дадут пустующие земли, где они смогли бы организовать свое показательное хозяйство. Но им дали земли, уже имеющие хозяина в лице управления Кизел-копей. Еще в начале 1920 г. тойкинская земля была отдана кизеловским шахтерам для создания своего совхоза6. «Приписной совхоз» Кизел-копей был убыточным и, вероятно, поэтому туда и направили американскую помощь. Управление Кизел-копей засеяло землю, посадило огородные культуры, и вдруг появился тракторный отряд, также претендующий на эти земли и имеющий свой план развития сельскохозяйственных угодий. Тракторный отряд пригласил в Россию Межрабпомгол (Комитет международной рабочей помощи голодающим). Пока отряд ехал из Америки Межрабпомгол бьш ликвидирован и отряд оказался в Пермской губернии по выражению начальника Губземуправления «без роду, без племени», то есть никому не нужным. Американцы просили чиновников Перми и Москвы расторгнуть договор с Кизел-копями и отдать землю им. После долгих согласований получилась следующая схема руководства: заведующим совхозом назначался начальник управления Кизел-копей, тракторный отряд подчинялся Межрабкому и обязан был выполнять работы по распоряжению заведующего совхозом. Фактически тракторному отряду отводилась лишь роль машинно-тракторной станции — организации, отвечающей только за часть сельскохозяйственного процесса — механизированную обработку земли. Все остальные хозяйственные операции оставались в ведении совхоза, подчиненного Кизел-копям. В таких условиях создание образцового сельскохозяйственного предприятия было невозможно.

Заведующий совхозом сразу усомнился в компетентности Вэра и в принципиальной возможности изменить уклад крестьянской жизни и труда. Он так охарактеризовал американского руководителя так: «Т. Веэр, который по-русски не говорит и русскую действительность не знает и меньше всего знает расположение пластов земли, но все же считал себя могущим сделать чудеса...»7. Американские планы строительства домов и гаража заведующий также отверг, он предложил под гараж использовать закрытую церковь, а под жилье — кельи монастыря. Американцы в ответ остались в палаточном лагере и начали самовольно строить гараж, мастерскую и кузницу. Для этого они применили хозрасчетную схему. Вэр предложил тойкинским крестьянам распахать тракторами землю, а за это крестьяне должны были заготовить лес для американцев.

Заведующий совхозом параллельно вел строительные работы, приспосабливая монастырь под сельскохозяйственную базу. Конфликт между руководством совхоза и тракторным отрядом все углублялся и начал сказываться на производстве. Так, несогласованность действий привела к тому, что еще весенние посевы клевера были распаханы под зябь, а вместо посеянной репы вырос рапс. Заведующий совхозом обвинил в этом американцев, американцы — заведующего. Такая ситуация была неприятна и для заведующего совхоза — его руководство требовало одного, американцы — другого, Москва и Пермь — третьего. Заведующий уже сам был рад все бросить и уехать в родной Кизел — за лето 1922 г. он два раза подавал рапорт об отставке, жаловался, что он находится «в лабиринте ведомственной путаницы».

Впрочем, американцы также оказались в непростой ситуации. Совхоз в Тойкино был расположен в 70 верстах от ближайшей железнодорожной станции. Дорога была настолько плохой, что трактора, доехав по ней до Тойкино, уже нуждались в ремонте. Бензин также нужно было возить со станции. Было принято решение доставлять бензин и вообще все грузы с помощью обычных для России телег, запряженных лошадью, пока не будет построена новая дорога по американскому образцу. При этом нанятые для перевозки бензина крестьяне, почти всегда разбавляли бензин водой или вообще крали8. Такое разбавленное топливо отрицательно сказывалось на работе механизмов, ломало их.

К осени поставки бензина прекратились вовсе, был предложен только керосин. Отечественные смазочные материалы оказались недоброкачественными и только вредили машинам (летом практичные американцы пользовались привезенным из Америки маслом). К осени 1922 г. 25 % тракторов были выведены из строя. Но, несмотря на это, уборка урожая была проведена, и урожай оказался хорошим. В.И. Ленин в письме «Обществу друзей Советской России» в Америке так оценил работу отряда: «Дорогие товарищи! Я только что проверил специальным опросом Пермского губисполкома те чрезвычайно благоприятные сведения, которые были опубликованы в наших газетах, относительно работы членов вашего общества, во главе с Гарольд Вэр, с тракторным отрядом Пермской губернии на совхозе (советском хозяйстве) "Тойкино" .... Я вхожу с ходатайством в президиум ВНИК о признании этого советского хозяйства образцовым и об оказании ему специальной и экстраординарной помощи как в отношении строительных работ, так и в снабжении бензином, металлом и другими материалами, необходимыми для организации ремонтной мастерской. Еще раз выражаю вам от имени нашей республики глубокую благодарность и прошу иметь в виду, что ни одни вид помощи не является для нас столь своевременным и столь важным, как оказанный вами».

Но оказывать помощь было уже не кому. Гарольд Вэр активно искал другие более подходящие, организованные и дружелюбные — и не только на словах — районы страны для своего образцового совхоза. Уралбюро ЦК РКП(б) в ноябре 1922 г. потребовало предоставить сведения о совхозе. 2 декабря волостное управление ответило: «Общее число занятых в хозяйстве рабочих 113 человек, из них иностранных — итальянцев — 6, американцев — 4, остальные русские из состава рабочих и частью из крестьян... Тракторов — 22, из них 9 "Кейс", 3 "Фордзон" с полным оборудованием. Рабочие иностранцы из тойкинского совхоза разбегаются...»9. Через несколько дней заведующий совхозом представил свой доклад, где отмечал: «Американцы почти все разъехались, остался только один Эриксон, но и тот собирается уехать». И в очередной раз просил «с 15 января считать меня выбывшим с должности завсовхоза»10. Вопрос с жильем американцев так и не был решен, жить в заброшенных кельях американцы не хотели, а в палатках становилось уже слишком холодно. В итоге к зиме 1922 - 1923 гг. весь отряд уехал в Челябинскую область.

__________________________
1 Звезда. 1922.6 авг.
2 Звезда. 1922.26 июля.
3 «Касьян». Путевые наброски // Звезда. 1922.13 авт.
4 Из сообщения директора первого американского союза тракторов Г.М. Веэр о совхозе в Тойкино // Пермский государственный архив новейшей истории (ПермГАНИ).Ф.557.Оп.3.Д.68.Л.2-7 об.
5 «Касьян». Путевые наброски // Звезда. 1922.13 авг.
6 Из докладной записки о работе Кизеловского каменноугольного района. 14 июля 1923 г. // ПермГАНИ.Ф.61.Оп.6.Д.8.Л.49.
7 Из сообщения директора первого американского союза тракторов... Л.307.
8 Из доклада начальника Пермского губернского земельного управления И.К. Попова. 22 сентября 1922 г. // ПермГАНИ.Ф.557.Оп.3.Д.88.Л.13-15 об.
9 Из доклада волостного управления // ПермГАНИ.Ф.557.Оп.3.Д.59.Л.144.
10 Из доклада завсовхоза Г.И. Чикина // Там же.Л.145-145 об.

https://www.permgaspi.ru/deyat...zemle.html

Деятельность американской администрации помощи в Пермской губернии (1922-1923 гг. )

Усманов Наиль Вакилович

Голод начала 20-х годов XX в. поразил не только Поволжье, но и Урал, а также некоторые другие территории Советской России. Самостоятельно справится с такой небывалой катастрофой стране, только что вышедшей из гражданской войны, было крайне трудно. Правительству большевиков пришлось обратиться за помощью к зарубежной общественности. На призыв о поддержке голодающих откликнулись не только пролетарии, симпатизировавшие революционной России, но и многие буржуазные филантропические организации. Среди них крупнейшей была Американская администрация помощи, более известная как АРА (от английского American Relief Administration). Будучи формально независимой частной организацией, она имела тесные связи с правительством США и обладала огромными ресурсами.

В августе 1921 г. в Риге был заключен договор представителей центральной советской власти с представителями АРА. Осенью того же года так называемая Русская миссия Американской администрации помощи начала работу по питанию голодающего населения РСФСР. Вначале деятельность организации ограничивалась в основном территорией Поволжья, но затем распространилась и на Урал. Учитывая огромные пространства, на которых приходилось работать АРА, ее руководство приняло решение проводить свою деятельность через местные (окружные) филиалы, расположенные в некоторых губернских центрах.

В 1922 и 1923 гг. Американская администрация помощи оказывала продовольственную и медицинскую поддержку Пермской губернии. Здесь, по официальным оценкам, голодало до одной трети населения [3, 25 июня]. По более точным сведениям местных чекистов, таковых в губернии было 35,3% [4, ф. 557, оп. 3, д. 23, л. 2]. Следует заметить, однако, что в то время к числу голодающих не всегда причисляли людей, имевших в достаточном количестве пищевые суррогаты.

Пермская губерния некоторое время относилась к числу относительно благополучных территорий. Однако тяжелое продовольственное положение населения ее южных уездов заставило центральное советское правительство в начале 1922 г. выделить некоторые ресурсы и для Перми. В самой губернии также собирались средства для земляков, попавших в тяжелое положение. Распределением помощи занималась губернская комиссия помощи голодающим (губпомгол). Однако имеющегося в ее распоряжении продовольствия и денежных средств было недостаточно. К лету 1922 г., когда иссякли последние имевшиеся в запасе пищевые суррогаты, положение в некоторых местах стало поистине катастрофическим. В этот трагический момент существенную поддержку населению губернии оказала АРА.

В данной статье мы постараемся показать масштабы американской помощи Пермской губернии и некоторые аспекты взаимоотношения местных властей с представителями зарубежной организации. В целом эта тема отечественными историками еще не рассматривалась, хотя можно отметить несколько небольших публикаций Е.Н. Шумилова, где отчасти была отражена деятельности АРА в Осинском уезде [7, с. 119; 8, с. 40].

Наиболее пострадавшими от неурожая были Осинский и Cарапульский1 уезды губернии. Сюда была направлена помощь из Казанского округа АРА. Сам губернский центр и Пермский уезд взяла под свою опеку контора Уфимско-Уральского округа американской организации. В первую очередь продовольственная поддержка оказывалась самым беспомощным жертвам голода, а именно -детям. Для них были открыты столовые, в помещениях, которые предоставляли местные власти. Они же должны были обеспечить подвоз продуктов и обеспечить кухни инвентарем и топливом. В столовых АРА дети ежедневно получали горячую пищу, приготовленную на месте из продуктов, присланных из США. В состав недельного меню входили сладкое какао, рисовый пудинг, рис с лапшей, жиры, белый хлеб. Калорийность порций была небольшой, так как американцы рассматривали свое питание как «дополнительное». На деле же в некоторых местах это было единственное нормальное питание. Наряду с детьми к столовым могли быть приписаны беременные женщины, кормящие матери и инвалиды.

Первые детские столовые в середине июня 1922 г. организовали представители Казанского отделения АРА. Во второй половине этого месяца американские продуктовые пайки стали получать в волостях Сарапульского уезда [3, 29 июня]. В Осинском уезде в июне горячие обеды получали около 20 тысяч детей. Тогда же взрослым стали выдавать кукурузу, которая в некоторых документах того времени отмечалась как «маис». На одного человека полагался месячный паек в двадцать с половиной фунтов зерна (примерно 8,4 кг). Из смолотой самостоятельно кукурузы можно было испечь хлеб, приготовить кашу или сварить похлебку. Такие пайки в Осинском уезде получили 82 тысячи взрослых. Всего же здесь было получено 58136 пудов различных продуктов [3, 30 июня]. Газета «Звезда», например, рассказала о помощи американцев Аряжской волости Осинского уезда. Там было открыто семь столовых, где выдавались горячие обеды и, кроме того, отпускалось до 5000 пайков кукурузы взрослому населению. Автор заметки отмечал, что «помощь эта была чрезвычайно своевременна». Также подчеркивалось, что от голодной смерти в этой волости были спасены сотни людей и что помощь «дала возможность крестьянам справиться с сенокосом» [3, 24 сентября].

Несколько позднее началось питание детей и взрослых в городе Перми и Пермском уезде. В начале июня 1922 г. здесь побывал инспектор Уфимско-Уральского отделения АРА Уильям Келли. 4 июня он подписал договор с председателем Пермской комиссии помощи голодающим о том, что его организация «принимает на себя питание семи тысяч детей города Перми и будет выдавать регулярную месячную норму кукурузы пяти тысячам взрослых». В свою очередь губисполком обязывался бесплатно предоставить американской организации склады и конторское помещение, оказывать содействие при перевозке грузов и оплачивать ее текущие расходы по оказанию помощи местному населению [3, 24 июня; 4, ф. 557, оп. 3, д. 82, л. 44]. Для организации столовых властями было израсходовано около полутора миллиардов рублей. Хозяйственные организации города и уезда бесплатно оказали некоторую материальную поддержку питательным пунктам, хотя, как признавалось позднее, для этого «нужно было пройти целую гору формальностей», так как «этого требует НЭП и хозрасчет» [4, ф. 557, оп. 3, д. 82, л. 33об]. С целью содействия успешной работе АРА при этой организации был организован городской комитет. Город был разделен на 4 района, в каждом из которых также создавался общественный комитет содействия АРА.

1 В указанные годы Сарапульский уезд входил в Пермскую губернию

В Перми 18 июня 1922 г. был открыт и большой транзитный склад АРА. Продовольствие в основном поступало по реке. До 1 августа только кукурузы было получено 4 баржи и 1 пароход, всего 100111 мешков общим весом 359152 пуда и 10 фунтов. По железной дороге и речным транспортом значительная часть этого груза была отправлена в зону действия Уфимско-Уральского округа АРА, а именно в Челябинск, Кыштым, Екатеринбург и некоторые другие места. За тот же период на пермский склад прибыло 9 вагонов детского питания [4, ф. 557, оп. 3, д. 82, л. 33об].

Первая детская столовая АРА в Перми была открыта 1 июля 1922 г. по адресу улица Кунгурская, дом № 22. Она была рассчитана на ежедневные обеды для 1700 человек. В тот же день был открыт питательный пункт в помещении Оль-гинского училища, где предполагалось кормить 500 человек. Чуть позже начали работать еще четыре городские столовые. Остальные пайки были распределены по закрытым детским учреждениям (переданы в детский дом и больницы). Еще три тысячи детских пайков было отпущено Пермскому уезду. В одиннадцати уездных столовых АРА ежедневно питалось от 140 до 600 детей. Самая большая столовая была открыта при Юновском заводе [4, ф. 557, оп. 3, д. 82, л. 43].

Для взрослых голодающих в городе были открыты 11 пунктов распределения кукурузы. Первыми пайки 29 июня получили беженцы, обитавшие в линейном эвакопункте, и сотрудники этого учреждения. Кроме них кукурузу стали выдавать преподавателям и студентам Пермского университета, учителям, сотрудникам детдомов, медикам, обитателям дома инвалидов. В Пермском уезде было распределено 5000 взрослых пайков [4, ф. 557, оп. 3, д. 82, лл. 42, 45]. Чуть позже количество выдаваемых пайков увеличилось. Всего, по данным Уфимской конторы АРА, в июле 1922 г. в Перми и Пермском уезде американское питание получали 11000 детей и 10000 взрослых [10, box 130, folder 2].

Из наиболее пострадавших от голода территорий Пермской губернии не получал зарубежную помощь лишь Оханский уезд, но туда, как отмечала местная газета, «ввиду получения пайков АРА», была перенаправлена значительная часть помголовских пайков из Перми [3, 5 июня]. Это подтверждается и документами. Если в апреле-июне 1922 г. в этом уезде продовольственную помощь получали всего 1500 детей, то в июле общественным питанием были обеспечены 12100 детей и 10700 взрослых [4, ф. 557, оп. 3, д. 252, л. 36]. Таким образом, надо признать, что косвенно американские продовольственные поставки помогли и Охан-скому уезду.

Непосредственно ответственным в губернии за связь с американской организацией (полномочным представителем) был назначен И.А.Гладких. Он достаточно рьяно взялся за выполнение своих обязанностей, хотя, как признавался позднее, начал работу, «мало представляя себе организацию АРА». Руководствуясь указаниями руководства губернии, ее полпред поставил перед собой задачу, общаясь с сотрудниками АРА «извлечь максимум пользы при затрачивании минимума народных средств». В то же время он обязался «обезвредить политически данную организацию», т.к. его предупредили, что эта иностранная структура является «буржуазной» [4, ф. 557, оп. 3, д. 82, л. 32].

Еще накануне получения продовольствия крестьянам Пермской губернии стали раздавать семенное зерно американской пшеницы. Пшеница была куплена Советским правительством за золото в начале 1922 г. и на судах относительно быстро доставлена через океан в российские порты. Как отмечал официальный историограф АРА Г.Фишер, семена для России специально приобретали в северозападных штатах США, где климатические условия были схожи с российскими [9, p. 170]. Информация об отправке в Пермскую губернию закупленной в Северной Америке пшеницы стала известной в первых числах мая. «Вагоны на пути в Пермь», - сообщала газета «Звезда» [3, 6 мая]. Правда, из-за транспортных трудностей семена в губернию прибыли относительно поздно и частично были употреблены в пищу голодными людьми. Но все же крестьянам удалось засеять некоторые участки полей американской пшеницей. В «Звезде» была помещена интересная заметка под названием «Мериканский мешок». В ней с изрядной долей юмора рассказывалось о том, как местные не слишком грамотные крестьяне с изумлением рассматривали присланные им «мериканские» мешки с семенами, помеченные непонятными надписями на английском языке, и оживленно обсуждали далекую и загадочную страну, откуда прибыл этот ценный груз [3, 24 мая].

Сбор урожая 1922 г. в Пермской губернии, как в целом по всей стране, был относительно удовлетворительным. Это объяснялось как хорошими погодными условиями, так и полученной помощью извне. В начале сентября 1922 г. губернский исполком принял решение «ликвидировать питание АРА в г. Перми и Пермском уезде». Мотивировалось это тем, что у местных властей не хватало средств на содержание столовых и инспекторской службы АРА. Второй причиной называлось «неправильная тактика поведения инспекторов и инструкторов» этой организации. Они, как указано в документе, позволяли себе «антиполитические выходки». В качестве серьезного аргумента в пользу этого решения представитель исполкома писал в Уфу: «Мотовилихинские рабочие сами отказались принимать помощь от АРА». Не желая принимать дальше американское продовольствие, руководители губернии предполагали оставшиеся запасы передать в распоряжение Губкомпомголода и распоряжаться ими самостоятельно [1, ф. Р-19, оп. 1, д. 263, л. 144]. В Уфимской окружной конторе АРА это вызвало резко негативную реакцию. Поставки американского продовольствия в Пермь и Пермский уезд через Уфимское отделение АРА были прекращены. Тем не менее, до 23 сентября здесь ежедневно в ее столовых выдавали около 10000 пайков [4, ф. 557, оп. 3, д. 82, л. 33 об].

С конца сентября 1922 г. американцы резко сократили помощь во всех своих округах. В основном они продолжали поддерживать лишь некоторые детские дома и приюты. Однако в начале 1923 г. обнаружилось, что во многих местах России население продолжало испытывать трудности с продовольствием. В результате помощь голодающим вновь стала нарастать. В феврале месяце этого года в Пермскую губернскую комиссию по борьбе с последствиями голода (губпослед-гол) поступило предложение от Уфимского отделения АРА об оказании помощи детским домам и беспризорным детям. Пленум Губпоследгола «признал помощь от АРА желательной». Была составлена заявка на потребные поставки. Предполагалось запросить 150000 пудов разного продовольствия. Правда, вновь были высказаны претензии к методам работы иностранной организации, и решение проблемы было отложено [1, ф. Р-19, оп. 1, д. 86, л. 30 об]. Судя по документам, продовольственная помощь Пермской губернии от Уфимского отделения весной-летом 1923 г. так и не возобновилась. В то же время Казанское отделение АРА работу не прекращало. Весной 1923 г. столовые АРА продолжали действовать в Осинском уезде, хотя в период распутицы из-за проблем с транспортировкой нормы снабжения пришлось уменьшить. До середины апреля здесь ежедневно выдавали 15 тысяч пайков, затем дополнительно было выделено еще 5 тысяч пайков [1, ф. Р-357, оп. 1, д. 10, л. 43]. Надо отметить, что американцы в 1923 г. учли некоторые свои ошибки прошлого года. Специальным циркуляром они разрешили до начала полевых работ, когда крестьянские лошади еще не были заняты на поле, завезти в сельские столовые не обычную месячную норму продовольствия, а в два с половиной раза больше [1, ф. Р-357, оп. 1, д. 10, л. 28].

Весной 1923 г., планируя выезд из страны, АРА стала более интенсивно раздавать свои продукты. Обеспокоенная этим Москва в мае 1923 г. обязала местные власти препятствовать «разбазариванию» необходимых ресурсов. Из оставшихся запасов американской организации планировалось создать продовольственный фонд, чтобы, как отмечалось в секретном документе, «безболезненно пережить переходный момент поступления на содержание государства до трех миллионов душ» [5, с. 29]. Исходя из этих предписаний, стало сокращаться питание и в Осинском уезде. Так, 16 мая уездный комитет АРА рекомендовал волостным комитетам срочно пересмотреть списки питающихся в столовых, объясняя это тем, что, наряду с действительно нуждающимися детьми, «питаются дети граждан, имеющие запасы в сотни пудов пшеничной муки» [1, ф. Р-357, оп. 1, д. 13, л. 78]. Позже было запрещено получать пайки АРА членам волостных комитетов АРА (за исключением председателя) с целью «сохранения их на нужный голодный момент». По распоряжению властей, вопреки соглашению с АРА, ее собственность специально задерживалась на складах. В результате обеспокоенные американцы были вынуждены послать в Осу своего представителя, чтобы разобраться в причинах задержки [1, ф. Р-357, оп. 1, д. 13, л. 87].

В местах голода свирепствовали заразные болезни, поэтому наряду с продовольственной помощью АРА присылала в Россию медикаменты, госпитальное оборудование и средства дезинфекции. Кроме того, всем посещающим детские столовые в обязательном порядке выдавали мыло. Только за период с 1 ноября 1922 г. по 1 мая 1923 г. губернией было получено два с половиной вагона медикаментов. Как признавалось Пермским последголом, медицинская помощь АРА «дала значительную поддержку в мероприятиях по улучшению санитарного состояния губернии» [1, ф. Р-19, оп. 1, д. 86 л, 30 об]. Последние медицинские грузы Осинскому уезду были отправлены из Казани в июне 1923 г. [1, ф. Р-357, оп. 1, д. 10, л. 49]. По разным оценкам, после отъезда АРА из страны американскими лекарствами лечебные учреждения России пользовались от шести месяцев до двух лет.

Программу питания детей и взрослых американцы дополнили своей посылочной программой. Продовольственные и вещевые (мануфактурные) посылки, купленные американскими и европейскими гражданами через местные представительства АРА, передавались конкретным лицам и определенным профессиональным коллективам в России. Такие адресные отправления получали и в Пермской губернии. В марте 1923 г. в Уфе представители отделов народного образования уральских территорий вместе с сотрудниками АРА распределяли продовольственные и вещевые посылки среди школьных работников. Часть их была передана учителям Пермской губернии [2, ф. Р-1058, оп. 1, д. 69, л.141]. В апреле того же года Казанское отделение АРА выделило 15 продовольственных посылок для отдела народного образования Осинского уезда. Они были предназначены для 30 человек. На одного получающего посылку приходилось 11,5 кг муки, 5,7 кг кукурузы, 2,25 кг сала, 3,5 кг сахара, 10 банок сгущенного молока и 0,68 кг какао. Тех, кто получал посылки, по требованию американцев, полагалось информировать, что это подарок «от имени учителей Америки». Из конторы АРА также сообщали, что готовы прислать продовольственные и вещевые посылки и в мае. Для этого они просили письменно подтвердить, что их предыдущие поставки действительно были распределены среди наиболее нуждающихся лиц [1, ф. Р-357, оп. 1, д. 4, л. 12-12об.]. Известно, что в мае в Осинский уезд были прислано некоторое количество продовольственных посылок и мануфактурные посылки на 18 человек. Контора АРА сообщала, что ей пришлось урезать число посылок, так как «некоторые районы с величайшей небрежностью отнеслись к высылке расписок и ответных писем» [1, ф. Р-357, оп. 1, д. 4, л. 29]. Здесь надо добавить, что учителям в Пермской губернии в указанное время месяцами не платили жалование, и полученная материальная помощь от их заокеанских коллег существенно помогла некоторым из них.

В июне 1923 г. в зону деятельности Казанского округа АРА в Пермской губернии поступала детская одежда (фланелевые костюмы, платья, белье и т.п.). Все это по требованию американцев подлежало раздаче детям закрытых учреждений [1, ф. Р-357, оп. 1, д. 10, л. 48]. Из документов также следует, что обувь и одежду бесплатно получали некоторые дети, посещавшие обычные столовые АРА [1, ф. Р-357, оп. 1, д. 13, л. 8(л) об.].

Для различных учреждений разоренной губернии существенным подспорьем была и тара от американских продуктов. Так, использованные жестяные банки из-под сгущенного молока передавались в больницы и детские дома для изготовления кружек для питья. В ход шли также оставшиеся от продуктов порожние мешки, бочки, ящики. Известно, что в счет покрытия задолженности АРА управлению коммунального хозяйства Перми от этой организации был передан автомобиль с оценкой в 2666 рублей 67 копеек золотом и сто червонцев [1. ф. Р-347, оп. 1, д. 71, л. 41].

Отдельно следует остановиться на взаимоотношениях местных властей и их полномочного представителя с инструкторами и инспекторами АРА. Эти служащие иностранной организации набирались из числа российских граждан. Они непосредственно занимались организацией помощи голодающим на местах и контролем над расходованием продуктов. Как правило, это были представители бывших имущих классов, которым власти не вполне доверяли. Было опасение, что американская организация попытается использовать их в целях, далеких от благотворительности. В связи с этим служащие АРА находились под пристальным вниманием специальных уполномоченных представителей при этой организации и чекистов.

Ответственным инспектором за распределение помощи в Пермской губернии американцы назначили российского гражданина Панфилова. В отчете полпреда И.А. Гладких отмечается, что этот человек «зарекомендовал себя как человек вне политики, формалист». В то же время сотрудник благотворительной организации был назван «буржуазной собакой, на которую надет намордник пролетариата». Таких оценок он удостоился за то, что, следуя инструкции, отказывался набирать служащих в местную инспекцию АРА через профсоюзы и отделы труда исполкомов. Особенное возмущение властей вызывало включение по рекомендации американцев в комитеты содействия АРА священнослужителей. Это считалось «дискредитированием завоеваний пролетариата». Впрочем, в состав названных комитетов в Пермской губернии, как и везде в Советской России, власти проводили своих людей, которые не должны были допустить превращения их в «контрреволюционные очаги». В отчете полпреда Гладких отмечается, что в комитеты содействия АРА «были влиты работники, на которых можно положиться». Далее он констатирует: «Сопоставляя силы товарищей коммунистов, работающих прямо или косвенно в организациях американской администрации, нужно с уверенностью сказать, что цель американской администрации, если она имеется, какая бы то ни было, не оправдывает средств в Пермской губернии». В то же время полпред сообщал, что он нашел необходимость и в «тесной связи с ГПУ, которое точно также следит за работой каждого сотрудника и всей организации в целом» [4, ф. 557, оп. 3, д. 252, л. 37].

Как нам представляется, власти Советской России излишне подозрительно относились к американской организации и к ее сотрудникам, полагая, что они будут вести подрывную деятельность. В основном эти люди честно выполняли свою работу. Однако некоторые основания для тревоги у большевистского руководства как в центре, так и на местах всё же были. В информационной сводке Пермского губчека о настроениях крестьян в одном из уездов, положение которого сами чекисты оценивали как «катастрофическое», например, сообщалось следующее: «Население ждет свержения Советской власти, прихода американцев, когда жизнь, якобы, будет хорошая» [6, ф. П-1, оп. 1, д. 522, л. 83об.]. Эту информацию косвенно подтверждает письмо одного из руководителей Оханского уезда. Крестьяне волостей, граничивших с Осинским уездом, где выдавалась кукуруза и американская семенная пшеница, упрекали власти: «Рядом с нами выдают всё, и семян выдали больше, и сейчас много выдают хлеба на питание, а вы ничего не делаете и не даете». Все это, по признанию автора письма, «создавало плохое политическое настроение» [1, ф. Р-19, оп. 1, д. 263, л. 210].

Надо отметить, что такие настроения среди крестьян тревожили власть. Газета «Звезда» благодарила американцев за помощь и в то же время отмечала следующее: «Где только не знают слово АРА? Даже в тех районах, где вовсе АРА не работает, а кормит детей наш Помгол или какая-либо другая организация, и если вы спросите обывателя, кто им помогает, то получите ответ: «АРА какая-то» [3, 24 сентября]. Многие местные члены большевистской партии, как отмечалось в секретном циркуляре Губернского комитета РКП(б), «не представляя сущности этой организации», делали неверный к ней подход. Губком разъяснял партийцам, что «АРА - организация буржуазная, непролетарская, восхвалять ее работу - неверный политический шаг». Отмечая, что «недопустимы выступления против АРА официальных представителей Соввласти и компартии», губернский комитет в то же время рекомендовал: «Препятствовать выступлению рядовых беспартийных не нужно» [4, ф. 557, оп. 3, д. 219, л. 7]. Через некоторое время Пермский уездный комитет РКП(б) в секретном письме райкомам и ячейкам еще раз довел до сведения коммунистов, что «АРА является представителем буржуазии, а не пролетариата». Опять же подчеркивалась недопустимость открытых выступлений советских и партийных органов против АРА, «ибо нужно учитывать тяжелый переживаемый момент и помощь, всё же оказываемую АРА» [4, ф. 557, оп. 3, д. 219, л. 8].

Оценивая деятельность Американской администрации помощи в Пермской губернии, отметим следующее: эта иностранная организация внесла значительный вклад в борьбу с голодом начала 1920-х гг. Благодаря ее существенным продовольственным и медицинским поставкам, удалось спасти от смерти несколько тысяч человек. Местные власти в целом приветствовали зарубежную помощь и оказывали посильное содействие благотворительной деятельности АРА, хотя у нее имелись определенные подозрения относительно ее намерений. Поставки АРА в губернию также способствовали процессу восстановления народного хозяйства на этой территории.

Список литературы
1. Государственный архив Пермского края (ГАПК).
Gosudarstvennyj arhiv Permskogo kraja (GAPK).
2. Государственный архив Российской Федерации (ГАРФ).
Gosudarstvennyj arhiv Rossijskoj Federacii (GARF).
3. «Звезда». Орган Пермского губкома РКП, Губернского исполкома и Губпрофсовета. 1922.
«Zvezda». Organ Permskogo gubkoma RKP, Gubernskogo ispolkoma i Gubprof-soveta. 1922.
4. Пермский государственный архив новейшей истории (ПГАНИ).
Permskij gosudarstvennyj arhiv novejshej istorii (PGANI).
5. Советско-американские отношения. Годы непризнания. 1918-1926. - М., 2002. - 629 с.
Sovetsko-amerikanskie otnoshenija. Gody nepriznanija. 1918-1926. - M., 2002. - 629 s.
6. Центральный архив общественных объединений Республики Башкортостан (ЦАОО РБ).
Central'nyj arhiv obshhestvennyh ob#edinenij Respubliki Bashkortostan (CAOO RB).
7. Шумилов Е.Н. Голод 1921-1922 гг. в Прикамье: масштабы катастрофы // Пермский край: прошлое и настоящее. - Пермь, 1997. - С. 118-119.
Shumilov E.N. Golod 1921-1922 gg. v Prikam'e: masshtaby katastrofy // Permskij kraj: proshloe i nastojashhee. - Perm', 1997. - S. 118-119.
8. Шумилов Е.Н. Голод // Осинская энциклопедия. - Оса, 2006. - С. 39-40.
Shumilov E.N. Golod // Osinskaja jenciklopedija. - Osa, 2006. - S. 39-40.
9. Fisher H. The Famine in Soviet Russia. 1919-1923. The Operations of the American Relief Administration. - N-Y., 1927. - 609 p.
10. Hoover Institution Archive. American Relief Administration. Russian Unit. (HIA. ARA.RU).

https://cyberleninka.ru/articl...22-1923-gg

НЕКОТОРЫЕ ФАКТЫ О ГОЛОДЕ В ПЕРМСКОЙ ГУБЕРНИИ В 1921-1922 гг.

Автор К.Т. Карпинский Материалы региональной научно-практической конференции «ПРИКАМЬЕ, ВЕК XX: МАЛОИЗВЕСТНЫЕ СТРАНИЦЫ ИСТОРИИ КРАЯ»Пермь, 25-26 октября 1996 года

Автор К.Т. Карпинский
Материалы региональной научно-практической конференции
«ПРИКАМЬЕ, ВЕК XX: МАЛОИЗВЕСТНЫЕ СТРАНИЦЫ ИСТОРИИ КРАЯ»
Пермь, 25-26 октября 1996 года