"ПЕРМЬ ПАЛА" Ситников Михаил Григорьевич : ВГД

"ПЕРМЬ ПАЛА"

Ситников Михаил Григорьевич
2016
СКАЧАТЬ КНИГУ

ВВЕДЕНИЕ

События осени и зимы 1918 года в Перми давно интересовали историков. Загадочное словосочетание «Пермская катастрофа» еще больше подогревали Интерес у публики. Кто только не писал о ней - только ленивый - но обстоятельного исследования нет до сих пор.

Первой работой по «Пермской катастрофе» был отчет партийной комиссии Дзержинского и Сталина 31 январе 1919 года, но он долгое время был засекречен и был опубликован только в собрании сочинений И. Сталина1. Отчет касался только 3-й Красной армии. В нем даны приблизительные потери красных войск - более 8 тысяч убитыми, ранеными и без вести пропавшими с 22 по 29 декабря 1918 г.

Следом за освобождением Перми от большевиков вышла в Красноярске в газете «Свободная Сибирь» статья поручика Журавлева «Взятие Перми» в 2-х номерах, которая была перепечатана в пермской газете «Свободная Пермь» 8 и 11 февраля 1919 г. Это рассказ участника событий о том, как 4-й Енисейский сибирский полк захватил губернский город Пермь.

Уже 1 и 2 апреля, того же года, тоже в Красноярске и в той же газете выходит статья пермяка Дебогория Мокриевича «14 месяцев во власти большевиков», в которой давалась широкая картина жизни Перми осенью 1918 г.: жизнь рабочих и крестьян, подготовка к эвакуации, планы уничтожения города, бегство большевиков и т. д. Был ли сам автор в это время в Перми - неизвестно.

В ноябре 1919 г. опять же в Красноярске, но уже в дивизионной газете 1-й Сибирской стрелковой дивизии «На страже Родины» в номере 32 вышла статья начальника штаба названной дивизии полковника Турбина «Операция 1-й Сибирской стрелковой дивизии по овладению г. Пермью», который и разрабатывал эту операцию. В статье названа дата начала (16-17 декабря) и окончания (4 января 1919 г.) операции. Автор кратко осветил весь ход операции, привел схему местности, где развернулись бои. Это было первое серьезное изложение всего хода операции, тем более, что это сделал исполнитель идеи начальника дивизии генералмайора Зиневича, которого за взятие города Перми наградили орденом Св. Георгия 3 ст.

В 1921 году выходят воспоминания командующего Сибирской армией генерал-лейтенанта Гайды, где одна из глав называется «Пермская операция». В ней дан общий ход операции и ее оценка. Делал ее Гайда почти сразу же после окончания гражданской войны, где чувствовался еще эмоциональный настрой. Если в предыдущих статьях операция рассматривалась на уровне обывателя, офицера 4-го Енисейского сибирского полка, 1-й Сибирской дивизии, то в воспоминаниях Гайды, речь велась от лица командующего армией, поэтому разбор операции шел более широко - по всему фронту армии. Гайда назвал виновника провала Пермской операции - генерала Голицына, который вместо предписанного наступления на железную дорогу Кунгур - Пермь в районе ст. Кукштан, для того чтобы отрезать путь отступления ЗО-й стрелковой дивизии красных, приказал наступать двум полкам своей дивизии на г. Кунгур, тем самым, позволил 30-й дивизии отступить к Перми. Профессор Д. F. Симонов считает, что в этой главе генерал Гайда сделал много ошибок. Александр Михайлович Кручинин, из Екатеринбурга, сделал перевод этой главы, опубликованной в пермском журнале «Ретроспектива» №;5, вышедшем в 2008 г., в которой можно найти одну серьезную ошибку - наступление полковника Казагранди от ст. Чусовая на Кизел и далее на Усолье. На самом деле, на этом направлении действовал 25-й Тобольский полк под командованием полковника Киселева.

После гражданской войны за рубежом начались появляться воспоминания участников белого движения, а вслед за ними и красного. Так в 1925 году в Екатеринбурге вышли воспоминания о гражданской войне красного командира Онуфриева под названием «Гражданская война на Урале». В них несколько страниц посвящены событиям под Пермью 24-25 декабря 1918 г. В то время он командовал бригадой 4- й Уральской дивизии, которая так и не заняла позиции для обороны Перми. Онуфриев достаточно подробно описывает бегство с позиций красноармейцев и командиров Красной армии.

В это же время, в 1925-1925 гг. в Москве вышел 2-х томник H. Е. Какурина «Как сражалась революция», где был произведен разбор Пермской операции. Автор пришел к выводу, что эта операция местного значения, т. к. судьба Восточного фронта решалась на Уфимском фронте. Недостатком этого капитального труда является то, что в нем использованы источники только с красной стороны.

В 30-х годах 20-го столетия были записаны для Пермского архива воспоминания начальника гарнизона г. Перми в 1918 г. Степана Окулова, которые до сих пор не опубликованы. В них Окулов рассказывает о начале боев за сам город и отступление резервного батальона под его командованием по Оханскому тракту. На вопрос Сталина: «Почему он оставил город?» Окулов не дал внятного ответа, хотя Сталин подсказывал ответ - был пьян.

Первая научная работа по «Пермской катастрофе» вышла в 1940 г. полковника А. Федорова - «Пермская катастрофа и контрнаступление Восточного фронта». В ней рассматривались уже действия с обеих сторон, были приведены приказы, как с той, так и с другой стороны. Приведены названия дивизий и полков и их потери. Анализировались действия красных командиров, не называя их фамилий, делались выводы после каждой главы. Многие годы эта работа оставалась единственной, где подробно освещалась Пермская операция.

В 1959 в Москве вышел дневник маршала Ф. И. Голикова «Красные орлы» и в Свердловске сборник воспоминаний «В боях и походах», где печаталась статья командира запасного полка 29-й стрелковой дивизии Масленникова Ф. А. «Борьба за Пермь», в которой подробно описываются бои за Пермь. Следом за этими работами выходят в 1963 и 1978 гг. книги Н. Баженова, Л. Дудина и др. «Под знаменем ВЦИК» (боевой путь полка «Красные орлы») и : Г.Г Кина, Г.П. и др. «Первый Рабоче-Крестьянский»(боевой путь 1-го Рабоче-Крестьянского полка). Во всех этих работах несколько страниц были посвящено боям за Пермь. Выходили еще другие работы, но в них было мало интересующей нас информации.

И, наконец, последней, серьезной работой стала книга «Борьба за Пермь» пермского краеведа Паздникова, которая вышла в 1988 г. В ней одна глава посвящена боям в самом городе, но в ней автор не рассматривал вышеперечисленные работы.

Следует особо отметить монографию Д.Г. Симонова «Белая Сибирская армия в 1918 году», вышедшую в Новосибирске в 2010 г., которая написана в основном на материалах Российского государственного военного архива. В этой работе также разобрана Пермская операция.

Пермские историки и краеведы не любили писать на эту тему, т. к. в Пермском государственном университете считалось, что никакой «Пермской катастрофы» не было. 3-я Красная армия отступила из Перми, понесла серьезные потери, но не была разгромлена. Они считали, что это словосочетание было придумано во времена Сталина, для поднятия его авторитета.

Анализируя приведенные выше источники, приходишь к выводу, что нет полной картины захвата Перми. Что происходило на улицах города 24-25 декабря? Есть только фрагменты борьбы за город. Неописаны бои с 27 декабря 1918 г., проходившие по Оханскому тракту и вдоль железной дороги Вятка - Пермь со стороны белых. Как жил город в январе месяце? Кто был участником победы со стороны белой Сибирской армии? Наконец, было ли белое подполье в Перми?

Такие задачи ставились перед автором этого труда, тем более, что со времени выхода работы Паздникова были выявлены новые источники, которые необходимо было ввести в оборот. Особенно это касается фонда 90. Оп.4. Пермского государственного архива новейшей истории, где хранятся приказы командира 1-го СреднеСибирского армейского корпуса генерала Пепеляева о награждении стрелков всех полков дивизий и отдельных подразделений Георгиевскими крестами 1-4 степени за Пермскую операцию с описанием подвига. Также в этом фонде хранятся все строевые приказы по корпусу с 26 декабря 1918 г. по 28 апреля 1919 г.

Данное исследование родилось на базе трех статей: «Полковник Урбанковский и его штурмовики», «Пермь пала» и «Бросок на Пермь», опубликованных в екатеринбургском альманахе «Белая армия. Белое дело», соответственно в номерах №12,13 и 21.

Крестьяне Пермской губернии подносят хлеб-соль А.В. Колчаку, 1919 год. Фото: ГАПК.

А.В. Колчак во время торжественного обеда в Перми, 1919 г.

Молебен на Соборной площади после занятия г. Перми армией Колчака, 1919 г.

ГЛАВА 1.

ПЕРМСКОЕ ПОДПОЛЬЕ

Пермское антибольшевистское подполье организовалось еще в 1917 году. На данный момент известна подпольная организация Оленева, которая существовала с 1917 по 1919 год, которая занималась только сбором информации. При оставлении Сибирской армии Перми была оставлена для подпольной работы со следующими задачами:
1. Численность Красной армии в Пермской губернии вплоть до Москвы;
2. Обстановка в Чердынском крае в связи с наступлением армии генерала Миллера.

По сообщению пермской большевистской газеты «Красный Урал» возглавляли организацию: постриженный дьякон Оленев, купец Седянин, управляющий свечным заводом Ворзаков и бухгалтер Горюнов.
Имела штаб по ул. Соликамской, в гимназии Циммермана, и запасной на Вознесенской улице в частом флигеле, а также на свечном складе. Организация была хорошо финансирована.

Затем в Перми организовался филиал подпольной Алексеевской организации, в которой ведущую роль играл архиепископ Андроник. На эту группу в феврале 1918 г. вышел инженер тяги Пермской железной дороги Белобродский, который бежал из Петрограда 6 декабря 1917 года, где был приговорен Троцким к расстрелу. Они совместно стали готовить вооруженное восстание. После убийства архиепископа Андроника, 17 июня 1918 года, Белобродский вышел на организации подпоручика Лобашева Павла Георгиевича к которой впоследствии примкнула группа Симонова, работавшая в городе с мая 1918 года.

С августа 1918 года пермским подпольем стал руководить Давид Иванович Симонов, бывший социал-революционер. Он был высокого роста, худой, с редкими рыже-ватыми волосами и китайскими, вниз висящими усами.

Должность начальником штаба занимал штабс-капитан Левашов, который также руководил своей офицерской организацией. После его ареста Симонов попросил эту должность исполнять капитана Н. А. Протопопова, который прибыл из Москвы с группой офицеров, направленных для освобождения последнего российского императора Михаила Александровича Романова, но к их приезду он был уже расстрелян.

После приезда офицеров Симонов соединил две организации в одну. Имея опыт нелегальной работы в царские годы, Симонов умело поставил дело в организации. Так он втянул в организацию женщин, которые Работали в самых важных учреждениях у большевиков, получая через них важные сведения. Так, Тамара Оскаровна Горвиц работала в ГубЧК и только благодаря ей, удавалось избежать больших арестов.

Лобашев Павел Георгиевич родился в 1892 году. Прапорщик. 2 августа 1918 года его мобилизовали в Красную армию, но направлен в земельный отдел Губисполкома. В октябре 1918 года содержался в губернской тюрьме за хранение оружия и патронов. Дальнейшая судьба не известна
Елизавета Петровна Шадрина работала на рынке и могла, не привлекая внимания, держать связь с крестьянами, а через них с партизанскими отрядами. В последствии она снабжала подпольщиков подводами.

Подпольщики работали во многих советских учреждениях. Так, Винер работал помощником комиссара по аптекам с мая 1918 года. Юнкер-разведчик 3-го Добрянского полка В.А. Седов работал в 1918 году у большевиков в военном комиссариате. Укрыл участника Ярославского восстания Тарнавского, выдал ему документы на жительство.

В Пермскую ГубЧК был мобилизован для оказания юридической помощи товарищ прокурора Пермского Окружного суда С. А. Алешинский, который был активным участником подполья. Так ему удалось вытащить из застенков ЧК офицеров: Петухова, Белозерова, Сукало, нотариуса Козакевича и других.

В подполье также входил бывший комендант города Перми полковник Николаев, который вместе с супругой Алисой Павловной держал связь с партизанами. Вот как об этом писал Вс. Н. Иванов: «Казалось, что белые скоро придут из Екатеринбурга. В этом нас уверял Бравый полковник Н(иколаев), которого мы с его женой, полной барыней на высоких каблуках, уводили лунной лесной ночью в безопасное место».

О его роли писал и полковник Протопопов в своих воспоминаниях. «В хорошей чистой избе нас ждал полковник Николаев. Встретились с ним мы и вначале не узнали его. Сидит перед нами какая то старая толстая баба. Потом, приглядевшись, узнали. Для конспирации, оказалось, он одел бабье платье и повойником повязал голову».

Оружие у восставших пряталось в тайниках по всей Перми. В 1972 году на улице Екатерининской в частном доме №178 был обнаружен тайник с оружием (карабин и 4-е револьвера) и 40 тыс. патронов.

В. А. Белобродский играл одну из ведущих ролей в организации Симонова. Пользуясь своим положением - инженер тяги Пермской железной дороги, он жил в шикарном доме, занимая там великолепную квартиру.

В июле 1918 года в Пермь прибыла группа офицеров (17 человек) для организации побега Михаила Александрович Романова. В группу входили три офицера 1-го Лейб-Гренадерского Екатеринославского Императора Александра 3 полка: полковник Сандецкий Александр Александрович, капитан Бек Владимир Александрович и Протопопов Николай Александрович и 14 перновцев: подполковники: Милюков, Трухин и Альбокринов, штабс-капитаны: Быков и Александровский, прапорщики: Павлов, Касеполянский и Паас. Перновцы привезли с собой старое боевое знамя 3-го Гренадерского Перновского полка. Они мечтали перейти линию фронта и начать формирование своего любимого полка11. Когда группа прибыла в Пермь, Михаил Романов был уже расстрелян.

Все офицеры предназначались на командные должности в формирующуюся в Перми 10-ю советскую пехотную дивизию, начальником которой был назначен генерал-майор Ремезов. Начальником штаба - полковник Сандецкий. Полковник Милюков был назначен командиром 1-го Пермского полка, а его заместителем стал подполковник Альбокринов, капитан Бек - командиром роты, а капитан Протопопов - командиром батальона.

Уже 19 августа 1918 г. Пермская Гу6ЧК вышла на эту организацию и готовила арест капитанов Бека и Протопопова. Пришлось срочно отправлять их в Закамские леса, к партизанам. Но ситуация не улучшалась. Тогда решили всех прибывших офицеров переправить к партизанам. 4 сентября в местной большевистской газете появилось объявление: «Скрылся командир 1-го Пермского пехотного полка Юрий Алексеевич Милюков и его помощник Николай Петрович Альбокринов».

Содержать партизан было трудно, т.к. с продовольствием были проблемы, поэтому офицеры решили идти на соединение с белыми войсками, разбившись на группы. Милюков, с группой в 6 человек и со знаменем Перновского полка, найдя проводника, решили идти на Кунгур и далее на Екатеринбург. Другая группа, во главе с полковником Трухиным, пошла на Нижний Тагил. Третья, во главе с подполковником Альбокриновым (штабс-капитаны: Быков и Александровский) - на Воткинский завод, а четвертая, активисты: Владимир Бек, Николай Протопопов и Клавдий Паас должны были прикрывать их действия, т.е. начать в закамских лесах активные партизанские действия. Руководил ими штаб подполья из Перми, давая задания и средства. Все три группы удачно прорвались через фронт.

Подполковник Милюков, штабс-капитан А.А. Круглов, прапорщики: В.З. Коссополянский, П.Е. Де Бур и А.А. Александрович 40 дней скитались по лесам, пока добрались до Екатеринбурга и предложили знамя генералу Голицыну. Группа полковника Трухина также благополучно перешла фронт и прибыла в Екатеринбург, а Альбокринов с товарищами - в Воткинскую армию, где его назначили начальником штаба названной армии.

Но были и потери. Так, в отвлекающей группе, капитан Бек был ранен при налете на с. Дворец, а затем схвачен большевиками. Сидел в Пермской тюрьме. 20 ноября в ЧК слушалось дело капитана Александра Бека, командира роты, который сбежал из Красной армии и скрывался в лесах за Камой. Приговорен к расстрелу.

В августе месяце в группу Симонова попал штабскапитан Марсеев, который впоследствии организовал отряд боевиков в 40 человек, в числе которых был подпоручик Златин.

Штабс-капитан Блохин также организовал боевой отряд, который к 24 декабря насчитывал не менее 100 человек.

Прятал подпольщиков на своей даче в Усть-Сынах прапорщик Броневский, будущий редактор белогвардейской пермской газеты «Освобождение России».

Пермские подпольщики понимали, что без поддержки крестьян восстание будет обречено на поражение, поэтому они искали связи с местными подпольными организациями и посылали своих представителей для связи с ними. Так, в закамские волости был послан меньшевик Гаврилович, имеющий большой опыт подпольной работы, которого знали по кличке «Николка.» Он организовал несколько подпольных групп, которые выступили 24 декабря 1918 года против советской власти, восстановили земскую власть в своих селах, арестовали коммунистов, а также вылавливали по дорогам отступающих коммунистов и красноармейцев. Подпольная организация «Николки» была многочисленная. Об этом говорит бланк удостоверения повстанца, найденный в волостной управе села Стряпунино, после занятия его красными в июле 1919 года.

УДОСТОВЕРЕНИЕ
Дано сие гражданину Пермской губернии, Оханского уезда, Стряпунинской волости, деревни ................... Ф. И. О............................ в том, что он был действительно активным работником против Советской власти большевиков в тайной военной организации Закамского района с 15 августа 1918 года до взятия Стряпунинской волости.

За все время он сумел принести им немало вреда. Везде и всюду почти открыто вел агитацию против совдепов и несколько было им уничтожено коммунистов-главарей.

Он Ф. И. О................. только после взятия г. Перми Сибирскими войсками, преследуя красных с другими солдатами, за это время приобрел много военной добычи, которая в настоящее время находится сданной в Партизанский отряд при 6-м Мариинском полку, что и удостоверяю подписью и приложением.
Казначей подпись.
Подписан.
Член тайной военной организации Закамского района.

27 июня 1919 года, удостоверение под номером № 2566, было выдано Филиппу Александровичу Стряпунину, т.е. в тайной организации было не менее 2500 человек.

Была установлена связь с Ильинской подпольной офицерской организацией в 10-м кавалерийском полку, которой руководил командир эскадрона Бруштейн. Ему была поставлена задача - поднять восстание в полку, как только поднимется Пермь, свергнув советскую власть в Ильинском. Затем выступить на ст. Григорьевскую, занять ее и перекрыть путь отступления красным на Глазов. С первой задачей Бруштейн справился успешно (весь полк, кроме 1 эскадрона, перешел на сторону Сибирской армии), но вот выступить на Григорьевскую не смог, т.к. красногвардейские отряды Ильинской, Нердвинской и Богоявленской волостей оказали отчаянное сопротивление, связав боями 10-й кавалерийский полк.

Также пермское подполье организовало восстание в с. Сепыч и близлежащих деревнях Оханского уезда. Только неудача с доставкой восставшим оружия (железнодорожники ст. Бородулино обнаружили вагоны с оружием и перегнали их на ст. Верещагине), не позволила последним противостоять красноармейским отрядам.

Непосредственно пермскими подпольщиками было организовано крушение поездов, хотя железные дороги усиленно охранялись. Еще, 7 июле, были разосланы телеграммы следующего содержания.
«Предлагается немедленно принять самые энергичные меры для охраны дороги. Мобилизуйте все силы и держите в полной готовности под оружием. Возьмите под усиленную охрану телеграфы и важные железнодорожные сооружения, поставьте на телеграфы ответственных комиссаров, знакомых с телеграфным делом. Прием частных телеграмм прекратите совершенно. Задерживайте всех подозрительных лиц. Как на станции, так и в поездах, выясняйте их личность. Никаким телеграммам, поступающим помимо главного комитета, откуда бы они, не исходили, не верить, и в каждом случае, имеющем видное значение, выясняйте по прямому проводу. О всяком командировании вооруженных отрядов запрашивайте военную коллегию по прямому проводу в любое время суток. Немедленно доносить о всяком передвижении войск. Обязанности членов главной военной коллегии распределяются следующим образом: Главный комиссар Рудный управляет всеми вооруженными силами дороги, издает соответствующие распоряжения. Председатель военной коллегии Барандохин ведает всеми политическими вопросами и входит в связи со всеми советскими организациями. Комиссар по охране дороги Шутов ведает вопросами охраны дороги. Каждое отдельное депо действует согласно директив, преподанных главной военной коллегией, в целом согласованных с главным комитетом и военным комиссаром Совдепа. За [несвоевременную] доставку этой телеграммы будут преданы военно-полевому суду. Телеграммы доставлять срочно особой важности.
За Л. Н.. Рудный
Председатель военной коллегии Барандохин

Так, 28 сентября между разъездом №34 и ст. Чайковской около 4-х часов дня состав №52, в котором было 49 вагонов с продовольствием потерпел крушение. Паровоз и 41 вагон были разбиты (сложились в одну кучу). Повреждено 40 сажень железнодорожного полотна.

Террористический акт совершила группа из семи рабочих завода «Постройка», в которой участвовал Петухов Иван Капитонович. Они заложили под мост полпуда динамита и наблюдали, как произошло крушение поезда из лесу, а затем разбежались. Также подпольщики спиливали столбы и портили провода.

Подпольщики организовали крушение поездов на станциях Чайковская, Фаленки, Кордон и позже при наступлении Сибирских войск два раза у разъезда 102. 20 декабря на ст. Григорьевскую был послан отряд в 21 человек, которому удалось порвать телефонную и телеграфную связь красных.

4 сентября в г. Перми был предотвращен террористический акт против командования 3-й Красной армии, который планировали осуществить правые эсеры. Было арестовано 73 человека. Пока об этой акции мало, что известно.

Но были и неудачи у подпольщиков. Так, 23 августа 1918 г. вблизи разъезда №37, на 444 версте, была подложена под рельсы бомба. Как писал следователь: «Несчастья с людьми не было, т. к. бомба разорвалась в саженях 2-3 от паровоза поезда №530, который шел с воинским грузом».

Активно велась подпольная работа в воинских частях, формирующихся в г. Перми. Так, 17 октября, Омская газета «Сибирский вестник» писала: «6 октября в 6 часов вечера между станцией Шамары и разъездом №61 перешел на сторону белых 1-й Пермский пехотный полк. 26 офицеров и 985 солдат сдались с музыкой и песнями. 3-й батальон(159 чел.) не сдался, т.к. там было много коммунистов и мадьяр. Полк пробыл на фронте 4 дня. Все красноармейцы 1-го Пермского полка были мобилизованы 30 июля. Ими не было произведено в своего противника ни одного выстрела. Положение офицеров было крайне тяжелое во всех отношениях; за каждым из них следили тайные агенты большевиков, никому не разрешалось иметь оружие, жалованье за последний месяц им не выдали, внешний вид их измученный, утомленный».

9-го октября вследствие прибытия в Пермь новой красноармейской части возникла необходимость в переводе из Егошихинских казарм стоящих там артиллеристов. «Красноармейцы были недовольны этим переходом. На этой почве началось волнение. Артиллеристы стали срывать арматуру и вывинчивать лампочки. Пошел настоящий грабеж.

В это время пришел, услышав шум, помощник командира полка товарищ Черняховский. Товарищ стал упрекать артиллеристов за грабеж народного имущества. Артиллеристы стали пререкаться с т. Черняховским в резкой форме.
Посыпались ругательства, и, когда товарищ резко остановил красноармейцев, кто-то крикнул: “А, старый режим вводить. Бей его!”

Солдаты бросились на товарища и стали наносить ему побои. Это происходило в ограде казарм. На помощь товарищу Черняховскому поспешил командир полка товарищ Струевич, но красноармейцы уже озверели. Они бросились на Струевича, выбежали за ним на улицу и стали его бить. К этому времени приехал вызванный туда товарищ Гольдберг. С большим трудом уму удалось успокоить толпу. Неожиданно один из солдат оттолкнул т. Гольдберга и ударил по лицу т. Струевича. Тот упал, затем вскочил и бросился бежать по улице, избегая новых побоев. На углу улицы, когда товарищ Струевич оглянулся, один из красноармейцев выстрелил и убил т. Струевича наповал.
Толпа бросилась к упавшему и изуродовали уже мертвое тело. Двое артиллеристов изрубили труп шашками.
Товарищ Гольдберг выбежал из ограды и немедленно вызвал войска. Прибывшие войска оцепили казармы. Через короткое время артиллеристы были разоружены. 57 человек из зачинщиков были арестованы. Один убийца был выдан своими же товарищами. Он оказался красноармейцем из воздухоплавательной части».

К декабрю офицерская подпольная организация в Перми насчитывала в своих рядах уже 140 человек. Удалось установить связь с артиллеристами и дивизионом броневых автомобилей, в который входили бронеавтомобили «Пролетарий» и «Карл Маркс». Гараж дивизиона находился по улице Торговой 61. Власти города использовали бронеавтомобили для патрулирования улиц города, а также для сопровождения высокопоставленных чиновников.

Через артиллеристов вышли на связь с резервным батальоном, которым командовал полковник Уфимцев, член подпольной организации. В батальон добровольно поступил капитан Протопопов рядовым и взялся руководить местной подпольной ячейкой.

В подпольную организацию Перми входила группа инженера Сапожникова с Мотовилихинского завода, которая снабжала партизан оружием, в том числе и пулеметами. Нет данных о участии ее в забастовке завода в начале декабря 1918 года. А вот в саботаже эвакуации завода в Вятку группа принимала непосредственное участие. Так, вместо заготовок для орудий, предназначенных для эвакуации, она загрузила Негодные немецкие и австрийские орудия, но даже и эти вагоны не сдвинулись с места.

Когда группа Симонова начала расклеивать на улицах Перми листовки, то власти забеспокоились и началось патрулирование города.

Но после покушения на Ленина был объявлен красный террор, который в Перми приобрел особенно жестокий характер. Арестовывали по любому поводу. Особенно это коснулось офицеров. Их арестовывали просто за то, что они офицеры. Также арестовывали их родственников, обосновывая это тем, что они укрывали офицеров. Тюрьмы были переполнены безвинными. Так, 16 ноября в честь первой годовщины Октябрьского переворота из пермских тюрем было выпущено 111 человек, из них 15 офицеров: Шумихин Николай, Ладыженский Павел Александрович, Мельников Дмитрий Николаевич, Зудов Владимир Иванович, Казанский Сергей Николаевич, Бучельников Александр Георгиевич, Целлинский Альфонс Эдуардович, Есаулов Владимир Иванович, Манучаров Александр Иосифович, Якутов Василий Всеволодович, Новокшанов Сергей Викентьевич, Мельников Михаил Сергеевич, Седьмых Григорий Данилович, Петухов Михаил Васильевич, Сукало Александр Степанович, Белозеров Анатолий Владимирович.

Остальные арестованные обвинялись в распространении слухов, антисоветской агитации, а также в том, что они правые эсеры или черносотенцы.
Аресты начались и среди артиллеристов. Максиму Ивановичу Никифорову пришлось перейти на Нелегальное положение. За ним это сделал и поручик Боровков Афанасий Дмитриевич. Его побег не остался незамеченным. «Скрылся с 14771 рублями, с винтовкой командир 2-й роты Школы инструкторов пехоты при Управлении Особых формирований штаба 3-й армии бывший поручик Боровков Афанасий Дмитриевич».

Еще раньше середине ноября из этого управления «скрылся, растратив народные деньги, помощник заведующего хозяйственного отдела управления особых формирований при штабе 3-й армии Леонид Владимирович Черняковский.

Были побеги и из других учреждений. 19 октября скрылся начальник управления Инженерных снабжений 3-й армии Воронов Георгий Николаевич.
Вечером 20 декабря состоялось совещание у Симонова, на котором присутствовали: В.А. Белобродский, Паас, Тамара Оскаровна Горвиц и еще несколько офицеров. Решили, что Протопопову с отрядом нужно срочно уходить из города и поднимать восстания вокруг Перми. С ними поехали жены: Боровкова, Никифорова и Е.П. Шадрина. Протопопов сагитировал свой взвод резервного батальона и ночью, на лошадях, выехали в сторону села Ильинского.

Остальная часть подпольщиков осталась в городе, готовясь при первых выстрелах начать восстание. Доподлинно неизвестно, были ли предупреждены подпольщики о подходе к городу 4-го Енисейского полка, но они выступили одновременно с енисейцами.

Несклько слов о дальнейшей судьбе подплыциков.
Владимир Александрович Белобродский родился 24 октября 1890 года в Одессе. Окончил Херсонское реальное училище, а в 1915 г. Петербургский технологический институт. После захвата Перми белыми был назначен начальником военного контроля штаба Сибирской армии, а с 1920 г. в Чите - начальником разведывательного отделения штаба Омской стрелковой дивизии. Эмигрировал в Китай и обосновался в Харбине. С осени 1922 г. Владимир Александрович преподавал в Харбинском политехническом институте. Умер В.А. Белобродский 19(20) февраля 1941 г.

Николай Александрович Протопопов родился в 1890 г. в г. Вязники, Владимирской губ. После окончания Муромского реального училища в 1908 г. поступил на военную службу. Окончил Московское Алексеевское военное училище в 1912 г. С началом Великой войны в составе 1-й Лейб-гренадерского Екатеринославского императора Александра Ш-го полка, отправился на Северо-Западный фронт. За время войны получил два ранения и контузию. Закончил войну в чине капитана. После захвата Перми белыми был назначен помощником командира 27-го Верхотурского полка. Был ранен. После выздоровления эмигрировал в Китай и обосновался в Харбин. С приходом советских войск в Харбин в сентябре 1945 г., Протопопов был арестован органами «Смерш» и отправлен на Урал. 8 февраля 1947 г. приговорен к 20-ти годам содержания в исправительно-трудовом лагере. Дальнейшая судьба неизвестна.

Давид Иванович Симонов, бывший социал-революционер, который после Октябрьского переворота отрекся от своих старых убеждений и перешел в лагерь монархистов, а именно, в монархическую организацию имени фрейлины Анны Вырубовой. Симонов родился примерно в 1880 году. В 1904 году учился в Томском технологическом институте, но в связи с революционным движением был несколько раз арестован, а в последний раз даже выслан на жительство в Нарым. В 1912 году ему было разрешено вернуться в пределы Европейской России. Симонов выбрал Пермь. Женился. Поступил на службу в земскую управу и зажил обычной жизнью российского обывателя. После захвата Перми белыми работал в контрразведке 1-го СреднеСибирского корпуса. Летом 1919 г. заболел и лечился в Перми. Отступил с Сибирской арией до Омска, а затем с отрядом полковника Богатырева направились в Маньчжурию через Угру, где был взят в плен китайцами. За побег был расстрелян.

Тамара Оскаровна Горвиц родилась в 1897 г. в г. Петербурге, урожденная баронесса Вреден. Из Перми в 1919 г. отступила с Сибирской армией в Томск. Вышла замуж за начальника контрразведки штурмовой бригады поручика Чинаева. После оставления белых Томска вступила в подпольную организацию Гавриловича. Устроилась машинисткой в штаб 5-й Красной армии. В ночь на 14 мая была арестована органами ЧК. В июне 1920 г. была приговорена к высшей мере наказания за участие в контрреволюционной организации. В декабре 1920 г. по представлению СибЧК «за услуги, оказанные по раскрытию заговора» была полностью амнистирована. Дальнейшая судьба неизвестна.

ГЛАВА 2.

БРОСОК НА ПЕРМЬ

1-й Средне-Сибирский армейский корпус под командованием генерал-майора Пепеляева на первом этапе Пермской операции разбил части Особой бригады красных и устремился вдоль железной дороги Кын-Лысьва - Калино, стараясь отрезать 29-ю стрелковую дивизию 3-й Красной армии в районе Чусовая - Кушва. 9 декабря 6-й Мариинский полк, названного корпуса, занял ст. Лысьва и Лысьвенский завод. У генерала Пепеляева появилась возможность стремительным броском захватить губернский город Пермь, где располагался штаб 3-й Красной армии.. При этом сибирякам необходимо было сбросить с железной дороги 29-ю стрелковую дивизию. Командованию корпуса пришлось задействовать почти все имеющиеся силы. 1-я Сибирская стрелковая дивизия должна была нанести удар на Пермь и Мотовилихинский завод, а 2-я бригада 2-й Сибирской стрелковой дивизии генерал-майора Укке-Уговца в составе: 7-го Кузнецкого и 8-го Бийского полков - на узловую станцию Калино, чтобы отрезать путь отступления 29-й дивизии на Пермь.
Для обеспечения флангов были созданы две группы.
Левый фланг корпуса прикрывала группа войск под командованием командира 5-го Томского Сибирского стрелкового полка подполковника Кузьменко, в которую входили: 5-й Томский полк, 1-й Штурмовой батальон 1-го Средне-Сибирского корпуса под командованием капитана Урбанковского и 4-й эскадрон Томского гусарского полка под командованием пггабс-ротмистра Янерта. Этой группе необходимо было прикрыть старинный тракт Кунгур - Березовка - Матвеево - Кормовище, по которому красные решили нанести фланговый удар слева по 1-му Средне-Сибирскому корпусу.

Для прикрытия правого фланга 1-го Средне-Сибирского корпуса был сформирован отряд поручика Самойлова из двух рот (230 штыков с 4 пулеметами и 1 бомбометом) 1-го Новониколаевского полка, который вел наступление из Коноваловского завода по реке Чусовой в направлении Усть-Койва - ст. Чусовая.

8-го декабря 1-я Сибирская стрелковая дивизия генерал-майора Зиневича получила приказ сосредоточиться в районе станций Кормовище, Крутой Лог, с задачей нанести удар в направлении д. Соинская, ст. Сылва для овладения городом Пермью, которая имела в своем составе: 1-й Новониколаевский полк полковника Зеленевского в составе: 2-х батальона (800 шт.), 2-й Барабинский полк полковника Ивакина, 3-й Барнаульский полк подполковника Вольского, в составе: 2-х батальонов(1876 шт.), 12 пулеметов и при 3-х орудиях (одно 3-х дюймовое) и 4-й Енисейский полк подполковника Мальчевского в составе: 2-х батальона ( 980 шт.) при одном 3-х дюймовом орудии.

Ей противостояли части 1-й бригады 29-й стрелковой дивизии под командованием т. Акулова. Два батальона 1-го Крестьянского полка, численностью около 400 штыков, которые располагались вдоль железной дороги Пермь - Чусовая от ст. Комарихинская до ст. Селянка, выставив охранение в 2-3-х км юго-восточнее железной дороги. Здесь же курсировал бронепоезд «имени. В.И. Ленина» под командованием т. Деревцова, который состоял из бронированного паровоза серии «СУ», оборудованного командирской бронебашней; бронированного тендера, 2 бронированных площадок, созданных на базе четырехосных пульмановских вагонов, 2 открытых контрольных двухосных железнодорожных платформ, груженных рельсами, 2 классных пассажирских и 4 товарных вагонов. На вооружении бронепоезда стояли 4-е дальнобойных 75- мм морских артиллерийских орудия, 16 станковых пулеметов типа «Максим» и ручное оружие по числу личного состава, который состоял из бывших балтийских и черноморских матросов и пулеметной команды из красноармейцев. Все они прибыли с поставленного на зимнюю стоянку бронепарохода «Медведь» Камской речной бронефлотилии.

Напротив д. Кульбики, вдоль полотна железной дороги, располагался отдельный резервный железнодорожный батальон красных (около 300 штыков).

Правый фланг 1-й бригады красных прикрывали остатки Лесновско-Выборского полка.

В резерве бригады в деревне Вереино находился Стальной Путиловский кавалерийский полк и остатки кавалерийского дивизиона (около 300 сабель). Всего красные имели 1000 штыков и сабель, не считая бронепоезда.

Для захвата г. Перми 1-я Сибирская дивизия должна, двигаясь по грунтовым дорогам вдоль Горнозаводской железной дороги, овладеть г. Пермь, разбив предварительно противника, занимающего район д.д. Сосновая Гора, Новоселы, ст. Комарихинская, д. Забегаева и укрепленную позицию ст. Сылва - с. Троица - д. Рудакова, рассчитывая лишь на свои силы.

Район, по данным начальника штаба дивизии капитана Турбина, в котором должна действовать дивизия, представлял из себя обширные лесные пространства, мало населенные и почти бездорожные. Местность носила крайне-пересеченный характер. Отроги Урала, хотя и понижены сравнительно с главным хребтом, но все же достаточно дики, покрыты первобытным лесом, а в условиях морозной зимы и глубоких снегов почти на всем протяжении трудно доступны даже для одиночных людей.

Особенные трудности, в смысле примитивных, первобытных условий жизни, представляет из себя район, так называемого, Верх-Кутамышского починка (лесной кордон), где на 110 квадратных верст насчитывалось несколько селений. На 1 января 1909 года в Верх-Кутамышском починке насчитывалось всего 23 двора и 119 жителей.

Лихой налет на ст. Чусовая.

В Усть-Койву от Коноваловского завода отошел Лесновско-Выборгский полк красных. Кусье-Александровский завод оборонял 3-й батальон 21-го Мусульманского полка 29-й стрелковой дивизии в 300 штыков.

Усть-Койву красные не стали оборонять, поэтому поручик Самойлов вынужден был изменить маршрут и ударить по Кусье-Александровскому заводу, чтобы обезопасить свой тыл. Поздно ночью 8 декабря 1918 г. небольшая группа лыжников из отряда поручика Самойлова с проводниками проникли в село и напали на заставу. Вырезали там телефонистов и тем самым прервали связь батальона со штабом полка. Батальон красных забаррикадировался во дворе одного из заводских зданий у пруда и до середины дня 9 декабря вел бой до прибытия помощи из Архангело-Пашийского завода. К вечеру отряд поручика Самойлова занял завод, отбросив красных к ст. Чусовой, где уже находились 4-й Уральский и 22-й Пермский полки.

11 декабря 1918 года Новониколаевцы провели в заводе общее собрание, на котором была выбрана следственная комиссия, 4-е милиционера и начальник милиции.

Телефонисты Самойлова сумели подсоединиться к линии железнодорожной связи, установив связь с железнодорожником на ст. Чусовой, который подробно описал обстановку на станции и заводском поселке, но был пойман во время разговора и расстрелян. Поручик Самойлов, получив ценные сведения, бросился преследовать противника и лихим налетом 12 декабря ворвался на ст. Чусовая, разгромив 2000-й отряд красных, захватив более 600 пленных, сотни ружей, 15 пулеметов и громадную военную добычу. Налет был настолько стремителен, что красные взорвали железнодорожный мост через р. Чусовую, отрезав себе путь отступления по железной дороге на Пермь. Поэтому остатки красных полков вынуждены были отступить на север по Луньевской железнодорожной ветке к Усолью.

Во всех источниках дата занятия ст. Чусовой указана 14 декабря, но согласно приказа по 1-у Средне-Сибирскому корпусу - 12 декабря, эта же дата указана в отчете парткомиссии Сталина, Дзержинского.

Командир корпуса генерал-майор Пепеляев так отреагировал на успех отряда 1-го Новониколаевского Сибирского стрелкового полка: «От лица службы благодарю доблестных Ново-Николаевцев за блестящую победу, одержанную ими у ст. Чусовая, благодаря исключительной энергии начальника отряда поручика Самойлова и храбрости офицеров и солдат.
Награждаю каждую роту 16-ю георгиевскими крестами». Вот кто удостоился Георгиевских крестов 4-й ст.: мл.унтер-офицеры: Васильев, Нестеров и Петухов, ефрейторы: Гутман, Морозков, Фролов, Александров, доброволец Пермяков, стрелки: Плешков, Яковлев, Сореко, Иванов, Кабаков, Сбитнев, Блатов, Семиглазкин, Морозов, Жигулин, Иезепалетис, Ахрамеев, Золотарев, Бурматов, Гуляев, Немилостев, Мамонов,.Кобяков, Андрияшевский, Суворов, Еремин, Полуэктов, Привалов, а фельдфебель Никитенко - 2-й ст.

Поручик Самойлов был награжден орденом Св. Георгия 4-й ст. и произведен в штабс-капитаны. В феврале 1919 года он в чине капитана будет уже командовать 1-м Новониколаевским полком, после гибели полковника Зеленевского.

Верх-Кутамышский переполох.

3-й Барнаульский полк высадился из вагонов севернее ст. Кормовище, и, совершив за день 30-ти верстный переход по железной дороге, прибыл поздним вечером 10 декабря в Лысьвенский завод, накануне занятый 6-м Мариинским Сибирским стрелковым полком. По пути следования ему приходилось обходить по глубокому снегу, брошенные красными железнодорожные составы, поэтому, имелось много отставших. Ночевали барнаульцы в разбитых корпусах завода. 11 декабря полк выступил в западном направлении, имея задачу - взять станцию Селянку, этим самым, отрезать путь отступления частям 29-й дивизии красных, оборонявших узловую станцию Калино.

К Верх-Кутамышскому починку, который контролировали большевики, полк двигался по двум грунтовым дорогам. Версты за две до починка, авангард полка был обстрелян заставой Лесновско-Выборгского полка. Для занятии починка были посланы две роты, которые внезапно атаковали противника, вследствие чего у противника создалась паника. Только благодаря Действиям командира роты красных т. Мисюнас, который твердыми и умелыми приказаниями быстро привел роту в порядок, рассыпав ее в цепь и открыв по неприятелю сильный ружейный огонь, задержал его и тем дал возможность всему полку, принять боевой порядок. Занимая с ротой во время этого боя правый фланг, т. Мисюнас задержал барнаульцев, старавшихся обойти расположение Лесновско-Выборгского полка, и держался до последнего патрона, дав возможность полку, после 2-х часового боя, отойти на с. Городище.

Не менее красочно описан этот бой в приказе по 1-му Средне-Сибирскому корпусу: «Стрелок Заковряшин, будучи придан ко 2-й роте, как пулеметчик, в бою 12 декабря 1918 года под д. Кутамыш, храбро выбивал из строя, наступающего неприятельского батальона целые отделения, а после обозначившегося обхода названным батальоном левого фланга нашей роты, неустрашимо перенес на обходящих свой огонь и обратил противника в бегство, а пулеметчик Снигирев бесстрашно стрелял в лоб атакующего неприятеля и, заметив, их замешательство, бросился на них с пулеметом, крича: «Бросайте винтовки, иначе всех перестреляю!» Результатом этого, было взятие целой неприятельской полуроты в плен и бегство остальных».

Заняв починок, барнаульцы расположились по квартирам, проведя остаток ночи в сторожевом охранении. 3-й Барнаульский полк с 8 часов утра 13 декабря повел наступление в общем направлении на ст. Селянка, где ему удалось оттеснить заставы красных, которые были расположены в 3-х верстах к югу от станции. Затем сибиряки повели наступление на ст. Селянка. Упорный бой длился более трех часов. На помощь красным подошел бронепоезд «Имени В.И. Ленина», который, обстреливая белых, двигался то вперед, то назад. Сибиряки отошли, закрепившись на опушке леса, оставив на поле боя 25 трупов.

Начдив 29-й стрелковой дивизии Васильев доносил штабу 3-й армии по поводу этого боя: «Сегодня с утра 13 декабря противник превосходящими силами перешел в наступление на станцию Селянка. После трехчасового боя противник успел подойти к самому полотну железной дороги. Но здесь он был остановлен убийственным огнем из пулеметов и орудий бронепоезда «имени В.И. Ленин». Понеся огромные потери, не выдержав ураганного огня, противник в панике бежал, оставив массу убитых».

Положение 1-й бригады 29-й дивизии было угрожающим, поэтому ее командир Акулов решил нанести удар по тылам белых. Для этого Путиловский Стальной кавалерийский полк двинулся из д. Вереино в направлении ст. Селянка, где к ним присоединился комбриг-1 с конной разведкой 1-го Крестьянского полка. Конный отряд под личным командованием Ф. Акулова продолжал свое движение по дороге к Верх-Кутамышскому починку.

Конница подошла к починку, незаметно окружила его со всех сторон и атаковала. Штаб 3-го Барнаульского полка, офицерская рота, артиллерийская батарея, застигнутые врасплох, не сумели оказать организованного сопротивления и в панике отступили. Многие были изрублены красными кавалеристами. Лишь нескольким сибирякам удалось спастись бегством.

Командование 3-го Барнаульского полка проявило полную беспечность, не организовав боевое охранение. При нападении красных, штаб благополучно сбежал. Офицерская рота 3-го Барнаульского полка больше не упоминается нигде. Возможно, ее то и порубили путиловцы. Артиллерийская батарея была готова поддержать пехоту, но тут ее захватили и естественно заставили открыть огонь по своим. Роты, обстрелянные своей батареей, бросились бежать в направлении ст. Лысьвы, а не выручать штаб.

19 декабря подполковник Вольский по болезни был освобожден от обязанностей командира полка. Во временное командование полком вступил капитан Камбалин.

К вечеру конная группа Акулова возвратилась на ст. Селянка, а починок заняли части 1-го Крестьянского полка.. В этом бою красными было захвачено 160 пленных, 2 исправных 48 мм орудия с 40 снарядами, 3 исправных пулемета «Максим», около 300 винтовок, масса патронов и другая военная добыча. Одно неисправное орудие было подорвано красными. Захваченные снаряды, тут же были расстреляны из взятых пушек по подходящим резервам противника. В плен был взят командир батальона капитан Степанов, который впоследствии был расстрелян за то, что отказался давать показания. По другим сведениям он остался жив и воевал дальше.

Услышав в своем тылу стрельбу, барнаульцы запаниковали и в беспорядке отступили. Не зная, что Верх-Кутамышский починок уже оставлен красными, отступали тайгой, без дороги, по глубокому снегу, ночью. Много было отставших. На остановках стрелки засыпали. К утру вышли в деревню, где не было большевиков.

С утра 14 декабря 6-я рота 3-го Барнаульского полка вновь атаковала Верх-Кутамышский починок и восстановила положение. Первый в атаку на починок бросился стрелок Еськов, ворвался в деревню, получив тяжелую рану. В этом бою также отличился боец Костин, который, получив задачу выбить из леса противника, обстрелявшего цепь барнаульцев фланговым огнем, успешно выполнил ее, взяв при этом 30 пленных.

В боях за ст. Селянка, по рассказу медсестры санитарного поезда, красными был взят в плен полковник Беляев и раненный офицер, которого перевязали в санитарном вагоне. Туда вошел комиссар 1-го Крестьянского полка Юдин и тут же расстрелял полковника, а раненого офицера выбросил на полотно железной дороги (видимо на ходу).

15 декабря в 1-й Крестьянский полк (Красные орлы) прибыл маршевый батальон 1-го Советского запасного полка в 600-700 штыков, который сразу же был брошен в бой совместно с 2-м батальоном. Сбив заставу барнаульцев в д. Климовке, красные без боя заняли ее. Упоенные успехом, они начали преследование противника, заняв д. Паицы. В это время 2-й батальон 1-го Крестьянского полка занял д. Белую. Барнаульцы, оправившись от неожиданного удара, контратаковали д. Паицы. В необстрелянном, голодном батальоне красных(у бойцов даже не было котелков и они пошли в атаку прямо из теплушек поезда) поднялась паника и весь он был пленен. Лишь несколько красноармейцев с командиром и комиссаром спаслись бегством. 2-й батальон 1-го Крестьянского полка бросился в атаку на д. Климовку, но белые отразили не только ее, но и следующую. На этом атаки красных прекратились.

К 15 декабря ситуация на фронте 1-й Сибирской дивизии резко изменилась, т.к. из района Калино севернее железной дороги прорвалась группа войск Ослоповского в составе: Волынского, 17-го Петроградского, Камышловкого и Рабоче-Крестьянского полков и батальона 1-го Крестьянского полка, которая вышла в район ст. Комарихинская. Хотя эти части красных и были обескровлены, но все же представляли внушительную силу. Камышловкий и Рабоче-Крестьянский полки были отправлены в Пермь на пополнение. Волынский полк занял фронт севернее железной дороги, а 17-й Петроградский находился в резерве 29-й стрелковой дивизии.

16 декабря станцию Селянка атаковали: отряд 1-го Новониколаевского полка, состоящий из 2-х рот и команды пеших разведчиков под командованием поручика Старкова. Отряду была придана 7-я рота 3- го Барнаульского полка.

На участке барнаульцев красные бросились в контратаку. Сибирские стрелки проявили завидное мужество и храбрость. Так, стрелок Пантелеев, вышел на полотно железной дороги и меткой стрельбой выбил из цепи красных несколько человек. Затем барнаульцы забросали красных гранатами, вплотную подойдя к цепи противника и с криком «Ура» бросились в штыковую атаку, обратив в бегство противника. Совместными усилиями 1 и 3 полков станция была взята. При отступлении красные подожгли вокзал и пристанционные помещения.

На следующий день (17 декабря) 3-я рота 3-го Барнаульского полка, продвинулась севернее железной дороги, заняв деревни Забегаево и Байкалово, при этом пулеметчик Жданов, храбро и бесстрашно вел огонь, стоя во весь рост для пользы дела, а когда заметил наступающий взвод противника, быстро изменил прицел и удачно перенес туда свой огонь, нанеся противнику большой урон. Не менее удачно действовал стрелок Миков, который бросился на красноармейца-пулеметчика, заколол его, повернул пулемет и открыл огонь по отступающему противнику, чем навел в его рядах панику.
1-й Крестьянский полк отошел на линию ст. Комарихинская (1-й батальон) - д. Новоселы (3-й батальон) - д. Сосновая Гора (2-й батальон), где и закрепился.
Вдоль железной дороги на ст. Комарихинскую наступал 1-й Новониколаевский полк, севернее - 3-й Барнаульский полк - на д. д. Села, Ключи и Плесо, а южнее на д. д. Новоселы, Сосновая Гора, Пальник - 4-й Енисейский и 2-й Барабинский полки.

Сосновая Гора.

Сосредоточившиеся глухой, морозной ночью с 16-го на 17 декабря 1918 года в Лысьвенском заводе 4- й Енисейский и 2-й Барабинский полки 1-й Сибирской стрелковой дивизии получили приказ двигаться по дорогам: Енисейскому полку - Лысьва - Кутамыш - Верх-Кутамышский починок - Сосновая Гора - Троица; Барабинскому полку - Лысьва - Соинская - Белая Гора - Верх-Кутамышский починок - Сосновая Гора Троица.

Енисецам предстояла трудная задача: после 25-ти верстного перехода в условиях суровой зимы, без надежды погреться у костров, атаковать противника, занимающего д.д. Новоселы и Сосновая Гора, которые представляли из себя естественные опорные пункты (особенно последняя).

Расположенная на труднодоступной вершине д. Сосновая Гора имела прекрасную огневую позицию кольцевого типа и являлась естественным редутом, командовавшим всем данным районом и имевшим прекрасный обстрел во все стороны на 1500 - 2000 шагов; подобный же характер местности иуд. Новоселы. Атаковать эти деревни было крайне тяжело.

Деревню Сосновая Гора оборонял 2-й батальон полка «Красные Орлы» под командованием т. Полуяхтова, в котором насчитывалось не более 200 штыков, т.е. не более 2-х рот. У сибиряков же было как минимум шесть рот.

Первая атака енисейцев, произведенная около 23 часов 18 декабря была неудачна. Встреченные почти в упор ружейным и пулеметным огнем красных, роты понесли большие потери и отошли в исходное положение, примерно на 500 - 800 шагов от противника, где, несмотря на сильный ружейный и пулеметный огонь большевиков, задержались, отстреливаясь. Даже при 3- х кратном превосходстве белые не смогли сломить сопротивление красных.

Вторая лобовая атака, проведенная в 4 часа утра 19 декабря, несмотря на сильнейший ружейный и пулеметный огонь, оказалась успешной. На плечах опрокинутого противника, сибиряки ворвались в деревню и заняли ее. Эту атаку, с правого фланга, поддержали, недавно подошедшие, относительно свежие, команды: пешей разведки и гранатометчиков 2-го Барабинского полка под общим командованием поручика Береснева, которые совершили 25-ти верстный переход. К 7 часам белые окончательно овладели д. Сосновая Гора.

Только доведя свое превосходство до 4-х кратного, сибиряки выбили батальон «Красных Орлов» из укрепленного района.
Победа далась 4-му Енисейскому полку нелегко. Стрелки проявили упорство и доблесть. Так, доброволец-вахмистр Баранов, находясь в цепи под сильным действительным огнем противника, своим личным примером храбрости и мужества увлек солдат в атаку на деревню, чем способствовал блестящему общему успеху.

Полк понес огромные потери: до 80 человек убитыми, в том числе 21 офицер, и почти 200 человек ранеными. Сразу же по овладению д. Сосновая Гора, Енисейский полк выставил сторожевое охранение в сторону противника, а команду конных разведчиков выслал в направлении с. Троицы.

Колонне, состоящей из двух рот Енисейского полка, предстояла задача овладеть д. Новоселы. Вечером 18 декабря она подошла к названной деревне, которая находится на дороге к ст. Комарихинской и обойти ее было невозможно, так как кругом непроходимая тайга. Заметив охранение, они обстреляли его и вскоре большими силами перешли в наступление. Енисейцы были встречены сильным пулеметным и ружейным огнем 3-го батальона полка «Красных орлов», в котором насчитывалось 173 штыка. Начался бой.

Вскоре огонь красных стал ослабевать, т.к. запасы патронов заканчивались, к тому же вышел из строя пулемет. Сибиряки вплотную подошли к снежным окопам противника, но в это время к красным подвезли боеприпасы. Воодушевленная этим, одна из красных рот бросилась в атаку, которую енисейцы отбили. В результате на поле боя осталось 40 трупов, среди них командира роты. Бой продолжался до рассвета.

Потеряв более 100 убитыми, восемь пленными и один пулемет, белые отступили на исходные позиции.

На следующий день в 8 часов утра штурм д. Новоселы возобновился. Енисейцы были усиленны одной ротой 2-го Барабинского полка. Исход боя решил удар еще 2-х рот 2-го Барабинского полка со стороны д. Сосновая Гора, во фланг и тыл противника. К 11 часам д. Новоселы была занята, при этом сибиряки потеряли 80 человек убитыми, около 20 ранеными и 8 офицеров, попавших в плен. Красные потеряли 40 человек убитыми.

Вот как описали этот бой красные бойцы в 1933 году, в канун 15-тилетия Красной армии.

«Часов около 11, когда уже все начали засыпать, слышим выстрелы. Один, два, потом залп. Выскакиваем с винтовками, с пулеметом. Бежим по улице деревушки Новоселки. Деревушка небольшая. Стоит нас тут около трех рот.
Залегли в свои мало-мальские снежные окопишки около деревни у самой огородной изгороди. Слышим, у белых команда: «В атаку, ура!»
У нас на правом фланге встречная команда: «Даешь белую банду! Вперед!»

Все кидаются вперед, но, отбежав шагов на 50, видим, что цепь сильно поредела. Белые косят вовсю из пулеметов и винтовок. Залегли и мы. По цепям передают, что командный состав у нас выбит. Некому руководить. У нашего пулемета пуля попала в кожух. Ранены и убиты пулеметчики, ствол сильно разогрелся, и пулемет перестал работать.
Отступаем. Нет возможности взять с собой раненых. Не закончили еще отход до старых окопов, как слышим взрыв бомбы в том месте, где стоял наш пулемет. Это раненый Никита Гусев взорвал себя.............
Но бой опять завязался. Редеют наши ряды, но действует и наш огонь. Слышим, со стороны противника стрельба становиться реже, потом вовсе перестает. Оказывается, белые отступили, оставив больше сотни убитых и раненых...........
Из нашей роты тогда выбыли из комсостава товарищи Стафеев, Рябов, Мошков, Нестеров, Гусев, Поторонин.
Ранены: Брызгалов, Шумков, Филинков, Кунников, Дьячков,Брагин и Куклин.......
После окончания боя собрали всех наших раненых и убитых и отправили на станцию Комариха, а часов около девяти нам сообщают, что она уже занята белыми; наши раненые и убитые оказались у них в руках. Оказывается, и мы сами почти в плену у белых.

После занятия д. Новоселы в направлении станции Комарихинская была выслана конная разведка. В результате боев у д.д. Новоселы, Сосновая Гора и Пальник 4-й Енисейский полк потерял не менее 420 человек и насчитывал в своих рядах не более 700 штыков. Павших офицеров отправили на родину в г. Красноярск, где они и были похоронены. Это было не рядовое событие для Красноярска, так как в июне 1919 года местная газета сообщала: «На могиле павших Героев в четверг 19 июня в день полугодовщины убитых офицеров на Пермском фронте и похороненных в ограде кафедрального собора будет отслужена панихида после литургии о чем родные извещают знакомых».

Утром 22 декабря 4-й Енисейский полк без боя вошел в село Троица, т.к. 2-й батальон 1-го Крестьянского полка самовольно покинул передовую. Вот как описывает эти события поручик 4-го Енисейского полка Журавлев:
«После целого ряда боев, начиная от Кыновского завода, наш полк, пройдя 150 верст, 22 декабря подошел к сильно укрепленной линии красных - станция Сылва - село Троицкое. Большевики затратили массу денег, материалов и труда, чтобы соорудить эту укрепленную полосу, проходящую на 8 верст и защищающую подступы к Перми. Окопы были оборудованы капитально. Мне редко приходилось видеть такие окопы у нас в минувшую германскую войну. По всему видно было, что красные думали здесь оказать упорное сопротивление; но каково было наше удивление, когда утром 22 декабря наша разведка донесла, что село Троицкое оставлено красными, которые, оставив Троицкое, все же решили упорно оборонять станцию Сылва. Впоследствии выяснилось, что на оставление села Троицкое повлиял бой под Сосновой Горой, где красные вначале оказали отчаянное сопротивление. Деревню Сосновая Гора, находящуюся на высокой открытой горе, занимал 1-й Коммунистический полк, как они себя называли, полк «красных орлов». Но как ни отчаянно защищались красные орлы, все же наши енисейцы, после 8-ми часового боя выбросили их из деревни, обратив в бегство. Помню, когда привели к нам пленных красных орлов, то один из них хвастливо заявил: «если вы разобьете наш полк, то смело можете идти на Пермь».

Это хвастливая фраза оказалась пророческой; укрепленное село Троицкое они сдали нам без боя.

Мерзость и запустение царили в богатом когда-то селе, когда наш полк вступил в него.

Перед уходом красные положительно ограбили население. Брали все, что можно было взять, нагружали все это на возы и увозили с собой.

Всю местную интеллигенцию, как-то: женщину врача, двух священников, учительницу и других, перед уходом вырезали. Пообещав жителям, когда вернуться обратно, рассчитаться и с ними». К этому следует добавить, что оборонительную линию возводили пермские «буржуа», мобилизованные большевиками. Судьба местной интеллигенции была следующей. 11 человек троицкой интеллигенции поместили в вагон на ст. Сылва. Долго искали, где расстрелять, и, наконец, привели на конюшню стекольного завода и там расстреляли.

Действия правой боевой колонны.

В эту колонну вошли: 3-й Барнаульский полк и только что прибывший ночью с 16-го на 17 декабря 1918 года в Лысьвенский завлд, 1-й Новониколаевский полк, который получил приказ наступать на станцию Комарихинскую, а 3-й Барнаульский полк, ведущий упорные бои с противником, закончить их и сосредоточиться в дивизионном резерве в районе д.д. Забегаево - Байкалово - Хлопунова - Ключи. Следует отметить, что две роты 1-го Новониколаевского полка прибыли раньше и вели уже боевые действия.

Ночью 17 декабря 3-й Барнаульский полк, выбил Волынский полк из д. Селы и вел бой в районе д.д. Попово, Плесо, Ключи, с упорно сопротивляющимся выше указанным полком красных, который накануне получил пополнение в 345 штыков и 60 сабель (батальон ЧК). И не спроста. В нем было арестовано 69 агитаторов, которые склоняли полк к измене. Все они были растреляны. К вечеру красные оставили этот рубеж72. 18 декабря с рассвета, 1-й Новониколаевский полк двинулся в путь и к вечеру сосредоточились в д.д. Ключи, Хлопунова, а отряд поручика Старкова вел бой у разъезда №102 (ныне станция Кутамыш), что 6 верст западнее ст. Селянка.

На следующий день (19 декабря) для выяснения сил противника на данном разъезде штаб 1-й Сибирской стрелковой дивизии сформировал из охотников (добровольцев) разведку в количестве 5 человек под командованием младшего унтер-офицера Языкова.

Во время следования добровольцы Ломтев, Шарич, Карзевич и стрелок Ващенко принимали все меры предосторожности, а доброволец Шарич проник в упомянутый разъезд и выведал, что таковой не задолго до прихода разведки оставлен противником. Он доложил это Языкову, как старшему в разведке. Последний послал с донесением одного человека в штаб дивизии, а сам с остальными занял разъезд №102, как важный опорный пункт, до подхода основных сил.

С рассветом 19-го декабря 3-й Барнаульский полк начал наступление и к 8-ми часам овладели: с. ВерхнеЧусовские городки, и д.д. Шелаги Стрижи, Никифорово, Зудово. Волынский полк, оказывая сопротивление, отошел к деревням Пеньки и Нижние Пеньки. В полдень белые возобновили наступление, но, в упорном бою, волынцы удержали указанные деревни.

К вечеру того же дня 1-й Новониколаевский полк с боем овладел ст. Комарихинская, при этом захватил два пулемета и пленных. Преследуя противника, развил успех в направлении ст. Валежная.

На станции Комарихинская у перрона стоит скромный памятник бойцам 3- Красной армии. Надпись гласит: «1918 г. Декабрьская стужа. Здесь сражались бойцы отряда матроса-черноморца Сергея Деревцова».

В этот день Лесновско-Выборгский полк находился в д.д. Городище и Казань. В результате ожесточенного боя в течение целого дня (20 декабря) 3-й Барнаульский полк выбил Волынский полк из д.д. Нижние Пеньки и Пеньки, потеснив его к д. Куликовке и далее к северо-востоку от ст. Ляды. В этот день барнаульцев сменили стрелки 14-го Иртышского полка 4-й Степной Сибирской стрелковой дивизии, подошедшие из района ст. Чусовая. Иртышцы сразу бросились преследовать противника, стремясь все время окружить его. Вот как об этом вспоминал красноармеец Луженко:
«Пулеметная команда Волынского полка ехала на крестьянских розвальнях к Малым Лядам по лесной дороге. Вдруг с левой стороны из леса в нас стали стрелять. Мы не растерялись и сразу же ответили огнем из пулеметов. Оказалось, что это лыжники врага, пытающиеся отрезать путь нашим обозам и захватить пулеметы. Первая их попытка не увенчалась успехом. Но, проехав 3-4 км, мы опять услышали стрельбу. На этот раз белые перехватили дорогу.

Мне было приказано выдвинуть пулеметы вперед. Когда вместе с несколькими красноармейцами и двумя пулеметами мы стали выполнять приказание, то увидели, что около роты нашей пехоты, залегло в снегу по обочинам дороги и отстреливаются от белых лыжников. Быстро подъехав к цепи наших бойцов, пулеметчики открыли огонь. Враг отступил, оставив на снегу 6 убитых лыжников.»

Станция Валежная.

Весь день 20 декабря 1-й Новониколаевский полк вел наступление на ст. Валежная, проведя 12 упорных атак. Здесь с наилучшей стороны проявил себя 15-ти летний пулеметчик 1-го Новониколаевского полка Дмитрий Вялых, который, истекая кровью, не оставил пулемета. Его оттащили от него только тогда, когда он без чувств упал. В ночь на 21 декабря две роты 1-го Новониколаевского полка и команда пеших разведчиков, под командой поручика Сивко обошла станцию с правого фланга. В это время на станцию только что прибыл из г. Перми свежий 24-й Пермский полк 4-й Уральской дивизии(1500 шт.) под командованием т. Петрова. Это был переформированный 1-й Лысьвенский полк, который воевал уже с августа 1918 г. В начале ноября он был выведен на переформирование в г. Пермь. Красноармейцы не успели еще закрепиться, как, в кромешной тьме, поручик Сивко с криком «ура» первый бросился в штыки и увлек за собой роты и команду разведчиков. В результате, красные, в беспорядке, отступили на ст. Сылва. Эшелон 1-го Крестьянского полка, во главе с комиссаром Юдиным, чудом выскочил со ст. Валежная. Новониколаевцы захватил 12 пулеметов, около 1000 винтовок, 800 пленных, до Ют. ружейных патронов, походные кухни и другое имущество. В 24-м Пермском полку осталось 470 шт.

20 декабря части 1-й Сибирской дивизии сосредоточивались и подтягивали артиллерию. Для развития успеха и преследования противника, Барабинский полк в тот же день перешел в д. Ветляны, а две роты с пулеметами двинулись по лесным тропам из Сосновой Горы через кордон на д. Кузьмина. Команда конных разведчиков Енисейского полка заняла д. Городище и продолжала преследование противника, отходящего вниз по течению р. Юрман.

К вечеру 20 декабря части 1-й дивизии сосредоточилась следующим образом: Новониколаевский полк - в нескольких верстах восточнее ст. Валежная, 3-й Барнаульский полк по батальонно - в д.д. Новоселы и Сергинцы, 4-й Енисейский полк - в д. Сосновая Гора и 2-й Барабинский полк в д.д. Ветлянка и Заячий Перебор (две роты находились в пути с кордона на д. Кузьмина). Артиллерия: взвод гаубиц - при Новониколаевском полку, 1-я легкая батарея в д. Сосновая Гора.

21 декабря 2-й Барабинский полк, продолжая преследовать отходящего противника, занял д. Кутамыш и выставил сторожевое охранение по р. Юрман.

Действия красного командования.

Командование 3-й Красной армии ожидало прибытия из района с. Частые свежей Камской бригады т. Грушецкого в составе 1,2 и 3-го Камских полков (2300 штыков при 8 орудиях). Полками соответственно командовали: Устинов, Камко и Соловьев.

Только 19-го декабря бригада полностью сосредоточиилась в Перми. Командарм-3, усилил ее 1-м Советским полком, и просил перед комфронтом о присвоении этой бригаде названия 4-й Уральской дивизии.
По замыслу командарма она должна была изменить ход событий, т.к. Камские полки с лучшей стороны зарекомендовали себя в боях против Воткинских повстанцев.
Согласно этого приказа в распоряжении начдива -4 т. Грушецкого находились 1, 2 и 3 Камские (37ОО шт.), 1-й Советский (2000 шт. и 10 пулеметов), 24-й Пермский (1500 шт.) полки и Стальной Путиловский кавалерийский полк. Всего дивизия стала насчитывать 7200 шт.
Поздно вечером 20-го декабря командарм-3, решив восстановить положение на левом крыле своей армии, поставил задачи 4-й Уральской и 29 стрелковой дивизиям.

1. Начдиву 4-й Уральской дивизии немедленно одним из полков сменить левофланговые части в районе Верхних Чусовских городков и придать этот полк в оперативное подчинение начдиву-29. Остальным трем полкам дивизии сосредоточится в районе ст. Сылва, развернуться в боевой порядок и, пройдя линию настоящего расположения 29-й стрелковой дивизии повести наступление, в общем направлении на ст. Чусовская и Лысьвенский завод, имея ближайшей задачей захватить указанные пункты и развить удар на юг в общем направлении на д. Сая для восстановления положения 30-й стрелковой дивизии. Полк 4-й Уральской дивизии, переданный 29-йдивизии присоединить к 4-й Уральской дивизии по ее прохождения расположение 29-й дивизии.

2. 1-й Советский полк 4-й Уральской дивизии оставался в армейском резерве в г. Перми.

3. 29-й стрелковой дивизии по прохождении ее расположения частями 4-й Уральской дивизии временно оставаться на месте и по мере развития наступления 4-й Уральской дивизии отвести слабые части в резерв, а все остальные сосредоточить в районе Городище, для обеспечения правого фланга 4-й Уральской дивизии.

4. Путиловский кавалерийский полк с момента развертывания 4-й Уральской дивизии переходит в полное подчинение начдива - 4.

С утра 21 декабря белые возобновили наступление. Лесновско-Выборгский полк (1000 шт.), оказывая слабое сопротивление, к вечеру отошел к вечеру в д. Гари, а ночью, часть его оказалась в Мотовилихе. Здесь были приняты меры к мобилизации рабочих Мотовилихинского завода. За два дня в полк вступило не менее 300 рабочих.

К вечеру 21-го декабря на ст. Ляды прибыли 2-й Камский полк и эшелон 3-го Камского полка. Начдив -4 находился в Перми и предполагал прибыть на ст. Левшино с последним эшелоном. Ввиду того, что начдив-29 не получил конкретного указания, какой полк ему передается из 4-й Уральской дивизии не решился втягивать в бой части 4-й Уральской дивизии. Начдив- 29 просил командарма-3 ускорить выезд начдива- 4 на ст. Левшино для руководства вверенными ему полками. Начдив-29 предупреждал командарма-3 о том, что на участке дивизии может возникнуть паника, от которой не гарантированы прибывшие части 4-й Уральской дивизии.

Вечером 22 декабря начдив-4 доложил командарму-3 о своем решении остановить полки на линии ст. Ляды, д. Мостовая и Гори. На вопрос командарма-3, что он намерен делать, начдив-4 ответил: «Наступать конечно, я уже не в состоянии. Обороняться некоторое время могу, сколько продержусь, тоже сказать определенно трудно, но полагаю - несколько дней». Командарм-3 дал согласие.

4-я Уральская дивизия, еще не успев вступить в бой, разложилась, в результате соприкосновения с разбитыми частями 29-й стрелковой дивизии.

Занятие станции Сылва.

Пользуясь паникой у противника, командование 1-й Сибирской дивизии решило, во что бы то ни стало, развить успех, для чего1-му Новониколаевскому полку было приказано атаковать укрепленный район ст. Сылва со стороны д. Денисова, а Барнаульскому полку - продолжать наступление на ст. Сылва со стороны с. Троица.

К вечеру 21 декабря на ст. Ляды прибыли 2-й Камский полк и эшелон 3-го Камского полка 4-й Уральской дивизии, получившие приказ: одному полку сосредоточится на ст. Сылва, а другому наступать на с. Троицкое. Полки продолжали стоять на ст. Ляды, т.к. командиры полков всячески уклонялись от выполнения боевого приказа. Только к вечеру был введен в бой 2-й Камский в районе д. Денисова, а 1-й батальон 3-го Камского был введен в бой за удержание ст. Сылва.

Днем 22 декабря 3-й Барнаульский полк атаковал ст. Сылва со стороны Троицы. 1-я рота этого полка ворвалась в водокачку, откуда стрелял пулемет красных, при этом стрелки Чумакин, Мельников, Рыбин, Шкадин в рукопашной схватке прикололи пулеметчиков. Но это был временный успех. 24-й Пермский полк выбил барнаульцев со станции.

Командование 1-й Сибирской дивизии решило нанести ночной удар силами двух полков (1 и 3) и бронепоезда №1, при этом необходимо было установить утраченную связь с 1-м Новониколаевским полком. Это вызвался сделать ординарец- юнкер Савин, который поехал в разведку по полотну железной дороги, вошел в связь с 1-м Новониколаевским Сибирским стрелковым полком и вовремя дал сведения в штаб дивизии о месте нахождения этого полка и о его действиях против противника. В результате совместный удар по станции Сылва состоялся. Две роты 1-го Новониколаевского полка под общим командованием поручика Старкова наносили фланговый удар по станции со стороны д. Денисово, а в тыл ей была направлена команда пеших разведчиков этого же полка под командованием поручика Сивко.

Но прежде чем занять станцию нужно было захватить в целости 70-ти саженный железнодорожный мост через р. Сылву.

В ночь с 22 на 23 декабря 1918 года для захвата этого моста была создана группа из 15 человек, состоящая из 3-х разведчиков и специалистов по подрывному делу, которая, пробравшись через густые цепи красной стражи в тыл противника, разболтала железно-дорожный путь, парализовав наступательные действия красного броневика. Был взят в плен полевой неприятельский караул и 18 человек красных подрывников с взрывчатыми веществами и имуществом, шедших подорвать данный мост.

Красные открыли по ним сильный ружейный, пулеметным и артиллерийский огонь, но, несмотря на это, группа держала мост до подхода рот. За этот подвиг фельдфебель Бычков, ефрейторы: Мосин, Тушков, Дренин, Неверов и солдаты: Саульянов, Бахлов и Веселков инженерной роты 1-й Сибирской стрелковой дивизии были награждены Георгиевскими крестами 4-й ст. Поддержку наступающим ротам оказывал бронепоезд №1 поручика Туган-Барановского. Номера у орудий, указанного броневика, мужественно и спокойно исполняли свои обязанности, несмотря на очень сильный и меткий огонь артиллерии противника. Особенно отличился канонир Головин. Все вышеназванные получили за это Георгиевские кресты 4-й ст. Своим мужеством и храбростью они спасли мост от разрушения. (ПермГАНИ Ф.90. Оп.4. Д.895. Л. 158,158об).

В два часа ночи, 23 декабря, 1-й Новониколаевский и 3-й Барнаульский полки при поддержке бронепоезда №1 повели наступление вдоль железной дороги на ст. Сылва. Возможно, это решение было принято потому, что к ним перебежал Федор Поварницын, боец 3-го Камского полка, находившийся в дозоре. Он сообщил белому командованию все, что их интересовало. (ПермГАНИ Ф. 641/1. Оп.1. Д.10446. Л.12).

Начальник команды разведчиков 1-го Новониколаевского полка поручик Сивко с криком «ура», ворвался на станцию, чем решил исход бой. В этом ночном бою погиб командир отряда 1-го Новониколаевского полка поручик Старков.

На станции было захвачено 2 паровоза, 3 эшелона, 15 пулеметов, 2 т. пленных, принадлежащие 5 различным полкам, инженерное и интендантское имущество. (РГВА Ф. 39736. Оп.1. Д.140. Л.54).

Части 4-й Уральской дивизий красных были отброшены на линию д.д. Ельники, Грязная и ст. Ляды. (Директивы командования фронтов Красной армии. Т-1. - Москва, 1978. - С.ЗЗО. 55).

Отступление красных было отмечено паникой и беспорядочным отходом.

В этот день образовался разрыв между 29-й и ЗО-й стрелковыми дивизиями в районе сел Троица - Кольцово. Красные прикрывали железную дорогу Пермь -Левшино - Сылва, а Лядовский тракт, по которому до Перми 35 верст, оказался неприкрытым.

Таким образом, вторая задача - овладение укрепленной позицией ст. Сылва - Троица - д. Рудакова - была 1-й Сибирской стрелковой дивизией к вечеру 23 декабря выполнена. В этот же день дивизия приступает к исполнению конечной задаче -захват г. Пермь.

Захват ст. Ляды.

Правая боевая колонна должна была блокировать действия красного бронепоезда из района Левшино. Для этого командованием 1-й Сибирской дивизии была сформирована команда из добровольцев инженерной роты для разрушения железнодорожного полотна западнее ст. Лешино. В ночь с 23 на 24 декабря команда вышла в заданный район. Ефрейтор Копанев, под ружейным огнем противника, личным примером воодушевлял свое отделение, для быстрого и самоотверженного выполнения задачи - воспрепятствования подходу неприятельского броневика к станции и разрушения ее. (ПермГАНИ Ф.90. Оп.4. Д.895. Л.157,157об. 56).

24 декабря 1-й Новониколаевский 3-й Барнаульский полки повел наступление на станцию Ляды. Бой шел весь день. К вечеру появился бронепоезд №1 1-го Средне-Сибирского корпуса и при его поддержке сибиряки прорвали фронт, заняв станцию Ляды, при этом 2 и 3 Камским полки понесли большие потери, а 1- й Камский полк оказался отрезанным от своих на правом берегу реки Силвы, очутившись в тылу белых. Полк вывели местные коммунисты ночью лесными проселочными дорогами в с. Слудку. (Знамя труда (Очер). - 1967. - 28 декабря).

3-й Камский полк попал в окружение в районе ст. Сылвы. Лишь только 3-я рота Поварницына этого полка вышла из окружения на вторые сутки. (Искра Прикамья (Елово). - 1967. - 12 октября).

В устье р. Чусовой остатки Камской бригады в количестве 300 человек были окружены 14-м Иртышским полком и расстреляны из пулеметов. (Большая Кама (Пермь). - 1967. - 25 ноября).

24-й Пермский и Волынский полки, батальон 1-го Крестьянского полка 29-й дивизий собрались в Левшино. Руководства частями не было. Связь с Пермью была прервана. Люди как стадо баранов бросались из одной стороны в другую, не зная, что делать. Многие разбежались. Послали бронепоезд в Пермь, который вернулся через полчаса и сообщил, что Пермь взяли колчаковцы. Тогда комендант Левшино направил бронепоезд на разъезд №100, где он был взорван. Узнав, что Пермь в руках белых, красноармейцы бросились грабить вагоны с продовольствием стоящие на станции. Началось массовое бегство красноармейцев по всем направлениям. Основная масса красных бросилась за Каму в с. Заозерье и далее двигалась в направлении станции Верещагино. ( ГАПК Ф.Р-732. Оп.1 Д. 32. Л.1. 57).

Комендант станции должен был поджечь баки с керосином и пристанские товарные склады, разрушить железнодорожную водокачку и станцию, но красным удалось только «зажечь стоящие на пристанской железнодорожной ветке вагоны, груженные патронами и снарядами. Окрестности Левшино огласились оглушительной канонадой рвавшихся снарядов, наводя страх на жителей поселка. По счастью все обошлось благополучно, взрывы не причинили никому никакого вреда». (Освобождение России (Пермь). -1919.-29 марта).

25 декабря 1918 года на ст. Лешино без боя вступил 14-й Иртышский полк 4-й Степной Сибирской дивизии.

Итак, за 10 дней операции 1-я Сибирская стрелковая дивизия выполнила поставленную ей задачу, а именно овладела укрепленной линией обороны: ст. Сылва - с. Троица - д. Рудакова и захватила г. Пермь. При этом она полностью разгромила 4-ю Уральскую дивизию (из 7200 штыков в ней осталось 1900), нанесла огромные потери 29-й стрелковой дивизии, в которой из 2500 штыков и сабель осталось не более 1500 шт. (А. Федоров. Пермская катастрофа и контрнаступление Восточного фронта. М 1939 С.89).

Также были захвачены все обозы 29-й и 30-й стрелковых дивизий, два важнейших железнодорожных моста (через р. Сылва и Каму) и два бронепоезда, на одном из которых, были сняты только замки у орудий.

Только в городе Перми было захвачено свыше 18 тысяч пленных, 50 орудий из них 26 действующих, много 6-ти дюймовых орудий, одна дальнобойная мортира, не сделавшая ни одного выстрела, масса пулеметов, винтовок, патронов, 20 автомобилей, громадное количество конского состава, броневик, 4000 вагонов. (Отечественные ведомости (Екатеринбург). -1918.-28 декабря).

Но, успех был достигнут дорогой ценой. Из 5221 штыков на конец операции в 1-й Сибирской стрелковой дивизии осталось 3094.

ГЛАВА 3

ОБХОДНАЯ КОЛОННА ПОДПОЛКОВНИКА КУЗЬМЕНКО

Упорно дрались кронштадтцы
Их было столько, что не счесть!
Но победили пепеляевцы
Борясь за Родину и честь.
Сражались долго бы кроншадтцы
Их было в пять раз больше нас,
Но сам Господь за Русь святую,
И, их не стало через час.
Прапорщик Ника.

В декабрьском наступлении 1-й Средне-Сибирский корпус генерал-майора А.Н. Пепеляева наступал на лысьвенском направлении, имея перед собой Особую бригаду 3-й Красной армии.

5-й Томский полк, наступая на левом фланге корпуса, имел перед собой задачу занять Лысьвенский завод. 30 ноября он повел наступление от с. Урминского в направлении с. Крутой Лог и в этот же день занял д. Северная, что 10 верст южнее ст. Крутой Лог. В это же время его конная застава выбила заставу противника из с. Матвеево, которая отступила к. д. Сая.

Заняв с. Матвеево, находящееся на тракте Кунгур - Кормовище, Пепеляев, помня об ударе во фланг его корпуса 29-й дивизией в начале ноября 1918 года, решил выставить здесь заслон. Поэтому 5-й Томский полк получил приказ оборонять левый фланг 1-го Средне-Сибирского корпуса и вести наступление в направлении железной дорога Пермь - Кунгур и далее на Пермь.

Перегруппировавшись, 5-й Томский полк 3 декабря сменил направление удара с северного на юго-западный и повел наступление против левого фланга ЗО-й стрелковой дивизии по старинному Гороблагодатскому тракту на Кунгур. Сбив заставу 1-го Морского Кронштадтского полка в д. Березовая Гора, он продвинулся еще на 5-ть верст и занял д. Сая.

Командование 3-й Красной армии оперативно отреагировала на создавшуюся обстановку. Это видно из приказа по 30-й стрелковой дивизии (начдив Каширин) от 2 декабря 1-919 года: «Противник значительными силами ведет наступление на части Особой бригады на Лысьвенском направлении и к вечеру 1 декабря занял селения Крутой Лог и Кормовище.

2 декабря занял Кормовище. Приказываю: отряду под командой Фандеева в составе: 1-го Уральского Кавалерийского полка, отряда красных гусар, одного батальона Кронштадтского полка с 4 пулеметами и командой разведчиков и одним взводом 3-х дюймовых орудий по сосредоточению в селе Сосновском перейти в наступление вдоль тракта и занять с. Кормовище и далее действовать во фланг и тыл противнику».

Пользуясь пассивностью 2-й Чехослоцкой дивизии на Кунгурском направлении, командование красных создает 2 декабря на левом фланге 30-й дивизии ударную группировку под командованием командира полка красных гусар Фандеева, в составе: 1-го Уральского кавалерийского полка, полка красных гусар, батальона 1-го Морского Кронштадтского полка и взвода легкой батареи, всего около 1000 штыков и сабель.

Эта группировка должна была нанести удар в направлении Матвеево - Кормовище в тыл 1-го СреднеСибирского корпуса и этим помочь Особой бригаде 3-й Красной армии. 3 декабря она сосредоточилась в с. Сосновском.

1-й Морской Кронштадтский полк двух батальонного состава сформирован в Кронштадте. Командир полка - капитан 1-го ранга Татаринов Николай Юльевич.
Помощник комполка - капитан 2-го ран. Иванов И.И.
Комиссар - подполковник Киселев Семен Васильевич.
Командир 1-го батальона Кокоулин, 2-го Борман.

4 октября начало формирования 1-го Морского Кронштадтского полка из мобилизованных матросов Новгородской, Вологодской, Вятской и Пермской губерний.

Татаринов Николай Юльевич - 20.12.1879 г. рождения, православный, женат- 2 детей. На службе с 1898 г. Офицер императорской армии с 1901, штабс-капитан с 1909 г, переведен под начало Адмиралтейства с 21.11.13 г. в чине (с сохранением звания) за отличную ревностную службу особые трудности, вызванные обстоятельствами войны (22.02.13). Кронштадтский флотский полуэкипаж, полуротный командир (12.02Л913). Имел награды: За отличное выполнение всеобщей мобилизации орден Станислава 2 ст., орден Св. Анны 3 ст., темно-бронзовая медаль за русско-японскую войну (1904-1905 гг), светло-бронзовая «За особые заслуги», светло-бронзовая «300 детдома Романовых», светлобронзовая «500-лет Гангутской победы». Кронштадтский флотский полуэкипаж - с 1913 по 1917 г. В 1918 году Татаринов Н. Ю. - командир 1 Кронштадтского полка. Был одним из главных организаторов восстания форта «Красная Горка» в 1919 году.
Ист.: «Список личного состава морского ведомства 1916» . стр. 778

И, как писал Всеволод Вишневский: «Великолепным шагом прошли они Якорную площадь Кронштадта и, бросив прощальный взгляд на гавань, ушли на сухопутный, далекий фронт». Нет, товарищ Вишневский! 31 октября подали эшелон под погрузку полка. Матросы начали «бузить». После выдачи аванса в 150 рублей согласились ехать на фронт.

1 ноября полк отбыл из Петрограда на фронт и 7 ноября прибыл в Пермь, а одна его рота даже промаршировала на Октябрьском параде. Прибыло в Пермь 1136 человек, вместо 2000. 864 человека пропало (дезертировало) по дороге. 9 ноября в г. Кунгуре полк влился в 30-ю стрелковую дивизию в количестве 984 штыков.

4 декабря группа Фандеева выдвинулась, вернув д. д. Сая и Березовая гора. Сибиряки отошли в близлежащие деревни. Подтянув основные силы и, произведя конную разведку, белые вновь повели наступление.

По оперативной сводке 30-й стрелковой дивизии от 5 декабря 1918 года обстановка на этом направлении складывалась следующая.

«Сегодня с утра противник силою в один батальон с пулеметом вел наступление со стороны Матвеево на две роты 1-го Морского Кронштадтского полка, занимающего позиции в Березовой Горе. Часть противника наступала на лыжах. Моряками отбито 4 атаки, причем они подпускали противника на близкую дистанцию и открывали убийственный ружейный и пулеметный огонь. Противник оставил 30 человек убитыми и ранеными. 7 пленных, часть из которых офицеры с Георгиевскими крестами. В 16 часов противник открыл артиллерийский огонь (один час) по Березовой Горе из д. Красоты».

Генерал Пепеляев 7 декабря формирует специальную группу под командованием подполковника Кузьменко в составе: 5-го Томского полка, штурмового батальона капитана Урбанковского, 4-го эскадрона Томского Гусарского полка штаб-ротмистра Янерта при одном орудии, ставя ей задачу наступать самостоятельно на Пермь с юга по железной дороге Пермь - Кунгур. Штурмовой батальон капитана Урбанковского был переброшен из Серебрянского завода на ст. Кормовище, а затем в с. Матвеево. 6 декабря в 6 часов утра подразделение 5- го Томского полка на лыжах с легким пулеметом повело наступление на Березовую Гору со стороны д. Красоты. Моряки, отбив атаку, перешли в контратаку, отбросив сибиряков. Перегруппировавшись, томичи вновь повели наступление на позиции неприятеля. Матросы, подпуская сибиряков на близкую дистанцию, открывали губительный пулеметный и ружейный огонь и таким образом отбив 4-е их атаки. В плен попало 7 сибиряков, среди них несколько унтер-офицеров с георгиевскими крестами.

В 16 часов сибиряки открыли артиллерийский огонь по Березовой Горе из д. Красоты, который продолжался в течение часа.

С утра 7 декабря сибиряки начали обстрел д. Березовая Гора. В 14 часов обстрел повелся не только из д. Красоты (с востока), но и из д. Горюшки (с севера). Через час белые повели наступление на д. Березовая Гора слева и справа. Атакующие цепи были сметены пулеметным огнем красных. 6-ть раз белые атаковали позиции красных, но огнем пулеметов были отбиты и отошли, оставив на поле боя несколько десятков убитых. После атак белые под прикрытием пулеметного огня убирали раненых и убитых с поля боя. Бой продолжался с 15 часов до 23. Вечером, 7 и 8 роты 1-го Морского Кронштадтского полка прибыли в д. Сая, а 5-я рота - в Верхние Исады. Левая обходная колонна белых заняла в этот день деревню Уткино.

На рассвете 8 декабря с новой силой возобновился бой в районе д. Березовая Гора, который стих только ночью. 5-й Томский полк и штурмовой батальон атаковали не только д. Березовая Гора, но и деревни: Сая с севера, Нижние и Верхние Исады с запада и Мачино с востока. После артиллерийской подготовки, под прикрытием беглого огня белые повели наступление на д. Березовая Гора с фронта. Их встретил плотный пулеметный и ружейный огонь. Белые не выдержали и стали отступать. Началась паника. Белые перенесли огонь на северо-западную окраину деревни и повели наступление от д. Горюшки. Красные, оставив заставу в д. Березовая Гора, отступили. Белые, потеснив заставу, заняли д. Березовая Гора. Красные, перегруппировавшись, пошли в контратаку и восстановили положение. Удар с запада штурмовики нанесли в ночь с 7 на 8 декабря, сделав глубокий обход и окружив в д. Верхние Исады спящую 5-ю роту 1-го Морского Кронштадтского полка, которая сдалась без сопротивления. Затем они организовали круговую оборону, изготовив снежные окопы и установив пулеметы. Этим маневром они перерезали тракт Сосновское - Березовая Гора, отрезав батальоны 1-го Морского Кронштадтского полка и эскадрон 1-го Уральского кавалерийского полка от их штабов в д. Сая и Березовая Гора. У моряков остался узкий проход на восток, но они не воспользовались им, хотя уже в течение 4-х дней и ночей отбивали атаки сибиряков. Красные части отчаянно сопротивлялись, отбивая ружейным и пулеметным огнем атаки противника. Бой принял ожесточенный характер. Ни одна из сторон не хотела уступать. Штурмовики предприняли наступление из Верхних Исад на с. Сосновское (по тракту на Кунгур), но были отбиты. С утра 8 декабря сибиряки заняли также д. Мачино.

Для восстановления положения была послана рота моряков и эскадрон Красных гусар. После нескольких атак Верхние и Нижние Исады были заняты красными. Белые отступили в д. Уткино. Эскадрон 1-го Уральского Кавалерийского полка занял д. Мачино. В этом бою сибиряки понесли огромные потери, причем особенно много трупов сибиряков валялось на трактовой дороге от д. Сосновская - Сая. Понимая критическую ситуацию, красное командование 8 декабря усиливает ударную группу для наступления в тыл 1-го Средне-Сибирскому корпусу в направлении Матвеево - Кормовище, части которого ушли далеко вперед и вели бои в районе Лысьвенского завода. Из Кунгура были выдвинуты 1 - 2-й Кунгурские полки, которые к вечеру сосредоточились: первый в с. Березовское, а второй в с. Сосновском. Кроме того, в район Сосновское началась переброска Белорецкого стрелкового полка 30-й стрелковой дивизии. Собранные на левом фланге части были объединены в 6-ю бригаду ЗО-й дивизии, штаб которой находился в Сосновском.

9 декабря в 4 часа утра белые обошли д. Березовая Гора, которую обороняли 3 и 4 роты моряков, с тыла и атаковали ее. Моряки отбили эту атаку. В 6 часов утра белые повели новую атаку, но уже с 4-х сторон, которая также закончилась безуспешно.

Утром этого же дня (9 декабря) около батальона белых атаковали 1 и 2 роту моряков с юго-востока, северовостока и запада в д. Сая и Кузнецовском заводе. Одновременно они атаковали, окруженные, 3 и 4 роты в д. Березовая Гора. По докладу командира 1-го батальона 1-го Морского Кронштадтского полка Кокоулина: «Стрельба заглушала уши, что в котле кипит. Адский такой бой продолжался около 4-х часов. Товарищи не унывали........ Атаку за атакой отбивали». В середине дня белые дрогнули и отступили. Забравшись на крыши сараев и установив там пулеметы, матросы расстреливали, отступающего противника, не обращая внимания на то, что противник бьет по ним из орудий шрапнелью и гранатами.

Отступив, белые подвергли артиллерийскому обстрелу д. Березовая Гора. Под вечер, под прикрытием орудийного, пулеметного и ружейного огня белые снова пошли в атаку.

«И снова пошли сибирцы, - как писал Вишневский, - потарахтели два пулемета. И кончились патроны у матросов. Только гармонь играет». Возможно, и играла гармонь товарищ Вишневский, но бой был настолько напряженным, что комбат Кокоулин не выдержал и в 17 часов 26 минут докладывал в штаб полка: «Спасайте! С четырех сторон окружены. Патроны на исходе, пулемет действует только один. Противник настойчиво ведет атаку за атакой. Много раненых и убитых». Матросы все же сумели отбить все атаки белых. В течение 15 часов сибиряки провели 18 атак в составе полка.

В 8 часов этого же дня белые наступали на Уткино. Застава 1-го Уральского кавалерийского полка отступила в д. Верхние Исады. Одновременно, сосредоточив 2 сотни кавалерии и батальон пехоты, белые заняли д.д. Мачино и Курбаты (Мачино -2).

В 23 часа 9 декабря в д. Сая прибыл 2-й батальон (6.7, 8 роты) 1-го Морского полка Бормана, сменив 1-й.
В ночь с 9 на 10 декабря 1-й батальон перебазировался в Верхние и Нижние Исады. 3-я рота и команда разведчиков расположилась в д. Нижние Исадах, а 2 и 4 роты - в д. Верхние Исады. 1-я рота направилась в с. Соосновское. Ночью 10 декабря в д. Сая прибыло 10 кавалеристов 1-го Уральского полка. Комбат-2 Борман доносил: «У меня все спокойно».

Начштаба-6 Рябов доносил в штаб дивизии, что на 10 декабря в морском полку 1152 человека, из них 865 шт. 10 декабря белые заняли д. Курбаты и один раз атаковали д. Березовая Гора. В 6-ю бригаду направляются две сотни казаков полка им. Ст. Разина.

10 декабря комбриг-6 приказывает 1-й роте моряков, которая находилась в Сосновском, выбить противника из Курбат и, заняв д. Уткино, закрепиться на этом рубеже. Морякам не понравился этот приказ и они организовали митинг, на котором заявили, что пойдут в наступление только всем полком, а не отдельными кучками и выставили требование - послать делегации в Петроград, которой поручается узнать занят он или нет. Казачий имени Ст. Разина полка к вечеру 10 декабря был переброшен в д. Зернина.

11 декабря комбриг-6 Кононов и его комиссар Никифоровский приказали 2-й роте 2-го Кунгурского полка, которая находилась в д. Печаткино, наступать в лоб на д. Курбаты.

1-я рота 2-го Кунгурского полка, которая находилась в Верхних Исадах, должна была поддерживать ее. 11 декабря в 11 часов утра орудие красных обстреляло из д. Верхние Исады деревни Курбаты и Уткино. В ответ белые открыли огонь по Верхним Исадам из д. Курбаты. 4-я рота моряков наступала из д. В. Исады на Курбаты и, не обнаружив там противника, возвратилась в д. В. Исады. В это время 2-рота 2-го Кунгурского полка находилась на марше.

Кавалерийский полк Разина наступал на д. д. Мачино и Уткино и занял д. Мачино, но, не поддержанный пехотой, оставил последнюю.

С 12 на 13 декабря красные части располагались следующим образом: в д. Верхние Исады - 1,2,4 роты, команды связи и разведчиков, штаб Кронштадтского полка, в д. Сая - 6 и 7 роты, в Кузнецовском заводе - 8 рота, в д. Нижние Исады - 3 рота и саперная команда. 1-й Уральский кавалерийский полк частью занимают д. Печатка, сотни полка Разина в д. Зернино. Одно орудие в В. Исадах, одно в Печатке; В Сосновском резервы: отряд красных гусар, часть 1-го Уральского кавалерийского полка и батальон 2-го Кунгурского полка, недавно прибывший.

Начдив 30-й стрелковой дивизии Н. Каширин решил нанести удар на Матвеево с рассветом 14 декабря.

Вечером и в ночь с 12-го на 13-е декабря он сосредотачивал в д. Сосновская 1-й и 2-й Кунгурские полки, которые должны были наступать на д. Мачино.

7-я рота моряков должна была наступать на Уткино со стороны д. Сая. 2-й роте моряков было приказано выйти к д. Уткино и незаметно расположиться у крайних домов деревни и ждать подхода 1 и 2 Кунгурских полков, для общего наступления, которое было назначено на 13 декабря. Моряки в д. Сая, узнав, о наступлении, организовали митинг, на котором решили не идти в бой.
Таким образом, на левом фланге 30-й дивизии в районе с. Сосновское создался кулак силой в 4-е полка пехоты (1-й и 2-й Кунгурские, Белорецкий и 1-й Морской Кронштадтский полки) и три полка конницы (1-й Уральский, им. Степана Разина и полк Красных гусар), общей численностью 3500 человек. Только в одном 1-м Морском Кронштадтском полку было 1248 штыков.

Им противостояла группа подполковника Кузьменко в составе 5-го Томского полка (1400 штыков с 12 пулеметами), штурмового батальона капитана Урбанковского (800 штыков с 17 пулеметами) и двух эскадронов Томского гусарского полка (120 сабель) и одно орудие. Всего 2200 штыков. 120 сабель, 29 пулеметов и одно орудие. В свою очередь командование группы решило несколькими одновременными обходами окружить красных в д.д. Верхние и Нижние Исады, Сая, Березовая Гора и в Кузнецовском заводе и разбить окончательно 6-ю бригаду 30-й дивизии. Операции сторон совпали по времени.

В ночь на 13 декабря колонна штабс-капитана Петра Соколова, в составе 2-х рот и команды пеших разведчиков, на лыжах сделала из района Горюшек глубокий обход (15 верст) по тайге и вышла на дорогу Исады - Сосновское. Подойдя к д. Верхние Исады, она дала сигнал к общему наступление - зажгла стог сена. Поэтому сигналу одновременно началось наступление на д.д. Верхние и Нижние Исады и Саю. Стрелок Савельев, будучи старшим в команде, без выстрела снял полевой караул противника и дал возможность продвинуться команде без шума к деревне.

Штурмовики окружили д. Верхние Исады, где находились 1, 3 и 4 роты 1-го Морского Кронштадтского полка и штаб полка со всеми службами.

Последовала Команда в атаку. Штурмовики бросились вперед, обгоняя друг, друга.
Стрелок Остриков, проявив отличную храбрость, первый ворвался в расположение противника, а Симоненко бросился на пулемет противника и переколол его прислугу, чем прекратил огонь и этим дал возможность продвинуться команде и занять деревню.
Стрелоки Сухинин и Шахматов первыми ворвались в дома, откуда велся сильный ружейный огонь, препятствующий продвижению роты, переколов находящихся там красных, прекратили огонь, препятствующий продвижению штурмовиков.
Ефрейтор Амельченко, командуя отделением, выбил сильнейшего противника с его позиций и взял в плен 30 моряков, а ефрейтор Красильников выбил сильнейшего противника с позиции и взял 40 человек в плен. Взвод ефрейтора Шишкарева взял в плен 50 человек...

Таких примеров было множество. 26 штурмовиков были награждены Георгиевскими крестами 4 ст. за взятие д. Верхние Исады.

2 рота моряков под командованием командира 1-го батальона Кокоулина выступила в 3 часа 47 минут из д. В. Исады на Уткино. Отойдя на три - четыре версты (через 30-40 минут) рота услышала стрельбу в Верхних Исадах. Кокоулин сразу же повернул роту назад на выручку своих. Добежали до северной окраины деревни, которая была уже в руках у неприятеля. Вдоль деревни бежали штурмовики с криком «ура». Кокоулин скомандовал: «Рота пли», но моряки отказались стрелять. Тогда Кокоулин решил спрятался за забором. Только успел перелезть через забор, как противник закричал: «Руки вверх, сдавайся в плен». Минут 15 комбат Кокоулин лежал за забором и слышал крики противника: «Выходи, выходи, стройся». Еще были слышны выстрелы и временами пулеметная стрельба в д. Нижние Исады, где располагалась 3-я рота. Кокоулин добрался до леса и дошел до д. Печаткино, в которой располагались красные.

Вот как описывает этот эпизод прапорщик Ника, который был участником этих событий: «Наконец выбрались из тайги. Светит месяц. Привал. Сбросили мешки, в которых хлеб, белье, пять запасных гранат, 250 патронов и другие личные вещи. Впереди большое село. Выслали разведку, которая, вернувшись, доложила, что не обнаружила в селе ни караулов, ни постов. Командир скомандовал: “От середины в цепь, бегом. Ура”. Громкое “ура” прокатилось по селу. “С нами бог” - крикнул кто-то в цепи и бросился вперед. Штурмовики ворвались в село могучей всеразрушающей лавой. Из окон домов послышались выстрелы. Это еще больше раззадорила штурмовиков. Они бросились во дворы домов и вытаскивали оттуда красноармейцев. Не желая тратить патроны, прикалывали их. Это происходило почти в каждой хате и доме». По словам красноармейца Петухова: "Несколько сот матросов было застрелено, исколото, зарезано и избито до смерти прикладами. Пощады не было никому". Только взвод прапорщика Герасимова заколол штыками не менее 200 матросов. Налет был настолько неожиданным, что штаб полка, куда только что прибыли командир 6-й бригады Кононов и комиссар Никифоровский, не сумел организовать сопротивление. Вбежавший в штаб матрос, сообщил им, что их обошли. Они выскочили на улицу, по которой с криком «ура» бежали штурмовики. Командир бригады был убит, а комиссар был взят в плен, но в суматохе сумел бежать.

Закрыв пленных в конюшни и сараи, штурмовики бросились помогать отряду в Нижних Исадах, до которых всего то полтора км. Матросы попрятались по погребам и овинам. Утром поиск моряков продолжился. Тех, кого находили, раздевали и закалывали штыками. Поутру в Верхних Исадах у самой деревни находилась куча не закопанных матросов, а в деревне по всей улице валялись трупы. Пока в деревне были штурмовики, моряков не закапывали. Местные жители отмечали, что у штурмовиков в шапках были зеленые ветки хвои и на рукавах череп.

Отряд Соколова состоял из 2-х рот по 100 человек и команды пеших разведчиков (300 штыков) при 2-х пулеметах. Только благодаря дисциплине штурмовиков от кронштадтцев не осталось ни одного человека, при этом было захвачено 160 подвод с трофеями».

Колонна штурмовиков, которую возглавлял сам командир батальона капитан Урбанковский, сделала глубокий обход со стороны д. Горюшки и атаковала Кузнецовский завод, находящийся рядом с деревней Сая, где располагалась 8-я рота 1-го Морского Кронштадтского полка.

Появление белых со стороны северо-запада (Горюшек) было для моряков неожиданным. На этом направлении они не выставили даже караула. Но все же в деревне штурмовики встретили упорное сопротивление, т.к. кронштадцы не ждали пощады от противника.
Штурмовики, руководимые лично командиром батальона, действовали смело и решительно. Так, мл. унтер-офицер Леонтьев, командуя взводом, выбил роту противника с занимаемой позиции и взял в плен 42 человека с ротным командиром во главе.

Стрелок Тросников, командуя отделением, первый ворвался в расположение противника, взял 27 человек в плен и способствовал продвижению роты вперед, а стрелок Аникин первый ворвался в дом, откуда велся сильный ружейный огонь противника, который задерживал продвижение роты. Аникин уничтожил моряков, тем самым дал возможность роте выполнить задачу Стрелок Еременко выдвинул пулемет на близкую дистанцию и своим огнем заставил уменьшить огонь противника, чем дал возможность штурмовикам бросится в атаку и занять Кузнецовский завод.
Примеров мужества и храбрости было не мало. 12 штурмовиков были награждены командиром корпуса Георгиевскими крестами 4 ст. Штурмовики врывались в крестьянские избы, заставая там матросов спящими (раздетыми). Захватывали сразу оружие. Кто не поднимал рук, кололи штыками. Пулеметчиков сразу расстреливали. Затем на пруду было расстреляно 109 матросов. Только нескольким матросам удалось вырваться из этой мясорубки.

Командир штурмового батальона. капитан Урбанковский был награжден орденом Св. Георгия 4-й ст. за то, что «лично руководил действиями батальона, взял Кузнецовский завод и, войдя в тыл противнику, атаковал и уничтожил лучшие его силы - латышские и матросские, причем было захвачено 16 пулеметов и 600 пленных».

Совместными усилиями 1 и 2-я колонны окружили д. Нижние Исады, где расположились 3-я рота и команда саперов, превращенная в строевую роту, морского полка. Сопротивление было незначительным, т.к. моряки не выставили даже постов, ссылаясь на усталость и мороз. Расстреливали матросов раздетыми, внизу под горой, выстроенных в шеренгу. Стреляли долго. Матросы, как падали, так и замерзали. Очевидец вспоминал: «Доезжаю до д. Исады, и мне представилась кошмарная картина; громадная пирамида беспорядочно набросанных друг на друга голых тел.» В д. Нижние Исады крестьяне копали яму по наряду старосты для 400 матросов.

«Зимнее солнце осветило кровавую жертву, которую устроил Е. И. Урбанковский за все издевательства матросов над Родиной. Больше тысячи легло их на кровавых полях, мы же потеряли одного убитого и трех раненых.»

«Мертвый лежит первый Кронштадтский полк. Лежит у села Кузнецовского. Знаю только двух живых - из полка вырвались Емельянов и Степанов.
- Товарищи крестьяне села Кузнецовского, сложите груду камней у могилы павших - в память полка!»

Товарищ Вишневский между деревнями Верхие и Нижние Исады стоит памятник морякам 1-го Кронштадского полка, установленный в 1961 году. Гипсовая скульптура и бетонный обелиск, высота - 14 м.

Для парирования удара со стороны Сосновского из Мачино выступила колонна 5-го Томского полка. На полпути к с. Сосновскому она столкнулась с 2-м Кунгурским полком. Разгорелся встречный бой. Красные не выдержав, начали отступать. Далее их отступление превратилось в бегство, которое завершилось в Сосновском. Сибиряки вышли на тракт Сосновское - Исады и в ночь на 13 декабря белые вели наступление и на Сосновское, которое оборонял Белорецкий полк, стоящий в резерве. Красные предполагали использовать его для развития удара, но после бегства Кунгурского полка он оказался на передовой линии. Белорецкий полк сам попытался вести наступление двумя ротами по тракту на В. Исады, для того чтобы выручить моряков, но наступление не увенчалось успехом. Белые оказали сильное сопротивление противнику.

На другой день батальон 1-го Кунгурского полка перебросили в деревни Селезни и Галаново. Штаб этого полка расположился в д. Полчиной. Правее д. Тимята, занимали позиции 1 и 2-й Горные полки. Белые, подтянув силы к д. Тимяты, под прикрытием артиллерийского огня пошли в наступление. Горные полки стали отступать к с. Березовка. К этому времени штурмовики уже заняли Сосновское и Туясы. Батальон 1-го Кунгурского полка оказался в окружении и без связи со штабом полка.

Наконец, кунгуряки решились отступать без приказа, достигнув д. Полчино - там штаба не оказалось, а деревню заняли уже белые, которые стали обстреливать красных ружейным огнем. Командир батальона Ведров и его ординарец скрылись на лошадях, оставив батальон 1-го Кунгурского полка на произвол судьбы. Красные стали отступать по Гороблагодатскому тракту. Кавалерия белых хотела преградить им путь, но после нескольких залпов со стороны красных спешилась.

Да тут еще, со стороны Березовки, показался новый отряд кавалерии. Как писал, вступивший в командование полка т. Зенин: «Мы батальоном так уж и решили умереть, но не сдаваться. Но к счастью, этот отряд оказался красным; он спешил на выручку нашего батальона. В этом деле мы потеряли 18 человек».

В результате двухнедельной операции группа войск под командованием подполковника Кузьменко разгромила ударную группировку красных, причем 1-й Морской Кронштадтский полк и батальон 2-го Кунгурского полка были полностью уничтожены.
77 Остатки 1-го Морского Конштадского полка (хозподразделения -372 чел.) выехали из Кунгура в Петроград на переформирование.
Удар красных в тыл 1-го Средне-Сибирского корпуса в направлении Матвеево - Кормовище провалился.

Утром 17-го декабря после короткой передышки группа подполковника Кузьменко повела наступление на с. Сосновское, которое после 7 ожесточенных атак было занято. В этот же день отряд этой группы занял д. Канабекова, но подошедшим кавалерийским полком красных гусар был выбит из деревни.

Преследуя отступающего противника, штабс-капитан Салатко-Петреще с пулеметным взводом штурмовиков ворвался в д. Туясы с 17 на 18-е декабря, и, вследствие неожиданности, разбил две роты противника, заняв деревню и захватив военную добычу. Следует отметить, что действовал он без пехотного прикрытия. В этом дерзком набеге с наилучшей стороны проявили себя пулеметчики Чирков и Разулевич, которые выдвинули пулемет вперед цепи, своим огнем подавляли огонь противника, чем давали возможность цепям штурмовиков продвигаться вперед без потерь и тем самым в сильной степени способствовал успеху боя. А стрелки: Корпачев и Куликов увлекли своих товарищей в атаку, причем последний, первый ворвался в расположение противника, а Корпачев был ранен, но остался в строю.

7 штурмовиков пулеметного взвода были награждены за этот бой Георгиевскими крестами 4-й ст. Красные отступили и закрепились на линии Березовское - Марково. 18-го декабря группа подполковника Кузьменко после упорного боя вернула д.д. Канабекова и Покровское, отбросив 6-ю бригаду красных на линию Ванкина - Фролы. В этот же день начался бой на участке Березовское - Марково, который продолжался целый день и принял особенно ожесточенный характер. Чтобы сломить сопротивление противника были введены большие силы и значительное количество артиллерии. После 9 ожесточенных атак противник отступил. В это время штурмовой батальон Урбанковского меняет направление удара и стремительным броском занимает Шаквинский завод.

На участке 6-й бригады 30-й стрелковой дивизии сибиряки вечером 20 декабря повели наступление во фланг этой бригады со стороны сел Комарово и Плишково. Контратакой Верхнеуральского казачьего полка красных они были отбиты и отступили, потеряв 109 пленных и два пулемета. В этот же день белые заняли с. Дубовое Поле (10 верст северо-западнее с. Березовское), но контратакой Белорецкого полка и полка красных гусар были выбиты, отступив в исходное положение. Наступая в направлении железной дороги Пермь - Кунгур, группа Кузьменко оголила свой правый фланг. Части 29-й стрелковой дивизии, сосредоточившись в селах Насадка и Серга, готовились нанести фланговый удар по белым, но навстречу им был брошен отряд под командованием капитана Урбанковского, в который вошли: штурмовой батальон, рота 5-го Томского полка и 4-й эскадрон Томского гусарского тока.

20 декабря отряд выслал разведка в с. Серьга от Томского гусарского эскадрона. Гусары Баранов Петр и Якимов Вениамин, пробравшись с явной личной опасностью для жизни, точно установили местонахождение и численность противника. В ночь с 20 на 21 декабря 4-й эскадрон гусарского Томского полка, в котором насчитывалось всего 50 сабель, получил приказ занять с. Серьга, несмотря на превосходство протиивника. Прапорщик Лурье так описал действия эскадрона: «Выступили вечером и по лесной дороге двинулись к селу, выслав вперед дозоры. Дошли до маленькой деревушки, которая в 2-х верстах от с. Серьга. Обогрелись, т.к. мороз стоял 40 градусный. Высланный дозор вошел в Серьгу. Красные оказались все на другом конце села. Обнаружив гусар, они бросились в атаку. Дозор, не приняв боя, отошел из деревни и открыл пулеметный огонь по красным. Гусары Лапшин Иван и Быков Александр вызвавлись охотниками на опасное предприятие (разоружение красных, засевших в избе), совершили оное с полным успехом. Подошел эскадрон и рота 5-го Томского полка. На рысях ворвались в село. Красные отступили. Началась ловля красноармейцев, отставших от своих. По словам пленных здесь стоял батальон Лесновско-Выборгского полка».

Штурмовой батальон выбросил в д. Высокое Поле одну роту. Один из штурмовиков так описывает этот маневр: «Подходим к деревне Высокое Поле. Впереди, в 5-10 верстах, прекрасно оборудованная позиция у села Кольцова. Но сил мало, и красные решили удержать до подхода войск из Перми, а если возможно, то и сбить нас у деревни Высокое Поле. 22 декабря впереди одна рота. Противник силою до трех полков со знаменитой конной "стальной сотней" и "путиловцами" напрягает все усилия сбить роту, но тщетно. Капитан Урбанковский, сам, управляя огнем орудия, отдает приказание роте стоять до последнего. Пулемет один замерз, - до 37 градусов, патронов мало, но из цепи ни ропота, ни слова о поддержке, ни о нехватке патронов. Стреляют спокойно, с выдержкой; здесь сказалось все воспитание и обучение солдата. Перед нами была не бесформенная масса, а сознательный боец, который сам знал, что ему делать. 8 часов продолжался неравный бой, но Урбанковцы твердо, как скала, стояли на одном месте. Все атаки, заходы и обхваты отбивались, несмотря на громадный численный перевес. К вечеру подошли и остальные роты, весь день спешившие на помощь. Смелый маневр на глазах и под огнем противника - и он разбит, он бежит. Отдыха нет. Роты вперед! Во главе сам Е.И. гонит противника, не давая ему опомниться; взято с. Кольцово».

Этот бой 24 декабря за д. Высокое Поле запомнился штурмовикам 1-й роты надолго. Дополним рассказ штурмовика строками из приказа по 1-му Средне-Сибирскому корпусу, где говориться, что при сильном морозе многие отморозили себе ноги, но не покидали позиций. Так стрелок Бедрин, будучи старшим в секрете донес о наступлении противника и несмотря на 30 градусный мороз не оставлял поста до конца боя, а его подчиненные стрелки Решетников и Еремин заметили противника и донесли командиру. Несмотря на 30 градусный мороз, не оставляли своего поста до конца, чем содействовал успеху боя, хотя отморозил обе ноги.

Стрелки: Зуев, Бурцев, Белов, Парфенов и Бокарев, находясь в полевом карауле, были отрезаны от роты, но, со своего поста не ушли, а отбивали все атаки противника до прихода поддержки, чем в сильной степени способствовали успеху боя. А стрелок Орлинский пробился сквозь окружение и сообщил командиру роты о положении караула, чем способствовал спасению последнего.

Стрелок Менявцев, будучи тяжело ранен, оставался в строю и исполнял свои обязанности, ободряя своих подчиненных до тех пор, пока не лишился сознания, а Бакулев проявлял отличное мужество и храбрость, чем в сильной степени содействовал отбитию атак противника; подвиг свой запечатлел смертью.

Противник наседал на штурмовиков с большим упорством. Начал ощущаться недостаток патронов. Тогда стрелки с риском для жизни стали подносить патроны на позицию. Стрелок Меньшиков под сильным ружейным и пулеметным огнем противника, подносил патроны, проявляя при этом отличное мужество и при исполнении своего долга был убит, запечатлев своею смертью содеянный подвиг. И это был не единичный случай. Даже ротный фельдшер Федоренко Ольга Тимофеевна, все время под самым действительным огнем противника перевязывала раненых и оказывала им помощь и подносила патроны в цепь, когда в них была сильная нужда. Ее подчиненные Боровкин и Фоминых прекрасно исполняли свои обязанности. Они под действиительным огнем противника выносили раненых из линии огня до конца боя, проявляя при этом отличное мужество и действуя своим примером на окружающих. За что были награждены Георгиевскими медалями 4 ст. А все остальные (всего 19 человек), и выше названные получили Георгиевские кресты 4 ст.

В этот же день другая рота штурмовиков сражалась, совсем рядом, у д. Мостовой и была почти отрезана там превосходящими силами противника. В жесткой ружейной и пулеметной перестрелке она быстро таяла. Подоспевшее орудие было выдвинуто на открытое место весьма близко от неприятеля, который сосредоточил по нему интенсивный огонь, и потери пехоты сразу упали. Орудие часа за два переменило 4 позиции. В этом бою один вид и звук разрывающихся снарядов останавливал неприятельские цепи, не нанося им никакого реального вреда.

При отражении атак особо отличились пулеметчики и их командир мл. унтер-офицер Алаус Карл, который умело руководил огнем своих подчиненных и сам поражал противника огнем своего пулемета, будучи тяжело ранен, не оставил строя, продолжив стрельбу до конца боя.

Пулеметчики Николаев и Проскурин огнем своего пулемета, выдвинутого впереди цепи, скашивали наступающие цепи противника и тем самым не дали обойти левый фланг роты, а стрелки Антонов и Бабин выдвинули пулемет вперед цепи, который своим губительным огнем скашивал цепи противника, чем дали возможность нашим цепям продвинуться вперед и выбить противника с его позиции. Недостаток патронов покрывали стрелки: Звягин^ Терещенко и Хмелевский, которые, рискуя жизнью, подносили патроны под ружейным и пулеметным огнем противника. Все названные стрелки были удостоены Георгиевских крестов 4 ст.

У с. Кольцово развернулось не менее горячее дело при 30-ти градусном морозе. Красные понимали, что это последний рубеж перед железной дорогой Пермь - Кунгур, поэтому дрались отчаянно. Штурмовикам пришлось на славу потрудиться, чтобы взять с. Кольцово.

Так, младший унтер-офицер Ермошкин, командуя взводом, бросился со своим взводом в атаку и выбил противника с занимаемой позиции, проявлял при этом отличную храбрость. Его порыв поддержали стрелки: Бородин, Нохрин, Рыбаков и др. Стрелки Нестеренко и Монохин первыми ворвались в дом, откуда велся сильный ружейный огонь, переколов находящихся там красных. Стрелки: Бахарев, Семыкин и Кошкаров во время этой атаки проявлял отличную храбрость, взяв действующий пулемет противника. В этом бою штурмовики Карнаухов и Кузнецов, проявив отличную храбрость, взяли действующее 3-х дюймовое орудие, которое было приготовлено к эвакуации. Оно стояло на санях со снятыми колесами, запряженных восьмеркой лошадей.

Несмотря на жесточайший мороз (35-37 градусов) штурмовики проявляли массовые чудеса храбрости. Недаром 29 стрелков и унтер-офицеров были награждены Георгиевскими крестами 4 ст.
Итак. 24 декабря штурмовой батальон занял с. Кольцово, где были расстреляны два члена комитета бедноты.

6-я бригада ЗОЙ стрелковой дивизии не выдержав натиска противника, отошла к железной дороге Пермь - Кунгур. В результате этого образовался разрыв в районе сел Троицы – Кольцово (между 29-й и З0-й стрелковыми дивизиями красных), в который были брошены 4-й Енисейский и 2-й Барабинский полки 1-й Сибирской стрелковой дивизии. Первый ворвался в г. Пермь, а второй в Мотовилихинский завод.

После захвата г. Перми 4-м Енисейским полком 24 декабря 1919 г., командующему группой войск подполковнику Кузьменко было приказано сформировать специальный отряд для помощи енисейцам. В состав отряда вошли: Штурмовой батальон 1-го Средне-Сибирского корпуса и две роты Томского полка под командованием капитана Урбанковского. Рано утром, 25 декабря, не обращая внимания на бродячие шайки разбитых банд красных, на крестьянских подводах штурмовики и томичи спешили в г. Пермь по Сибирскому тракту. До Перми было не более 25 верст.

ГЛАВА 4

ПЕРМЬ ПАЛА

Пермь пала! Под таким заголовком вышеп один из декабрьских номеров газеты “Сибирские стрелки” 1-го Средне-Сибирского корпуса, сообщивший о взятии г. Перми. Этот номер называли золотым, т.к. продавался он в г. Екатеринбурге за 250 рублей.

К 11 часам 23 декабря в штабе 1-й Сибирской дивизии имелись следующие сведения о противнике: после неудачного боя, понеся тяжелые потери, большевики отходят в район ст. Ляды. По словам местных жителей, дороги от д. Гари на Мотовилихинский завод и на Пермь никем не охраняются. В районе д. Голый Мыс (тоже по показаниям крестьян) есть пехота противника.
Судя по подслушанным разговорам, в г. Перми настроение у красных подавленное, спешно эвакуируются учреждения. Штаб 3-й Красной армии находится на ст. Пермь-I. Ночью ожидаются аресты и расстрелы. До Перми от д. Гари 28-30 верст, а до Мотовилихинского завода 25-27 верст. Район - гористый, покрытый лесом, поперечных дорог нет.

Тогда командир 1-й Сибирской стрелковой дивизии генерал-майор Зиневич самостоятельно разработал план захвата фланговым ударом силою двух малочисленных полков (не более 600 штыков в каждом) Мотовилихинского завода и города Перми.

Решено было с рассветом 24 продолжать преследование красных правой колонной (1-й Нониколаевский и 3-й Барнаульский полки), выбив их из района ст. Ляды, продолжать наступление вдоль железной дороги. Левой колонне - в 16 часов 23 декабря пройти д. Гари и на рассвете 24 декабря барабинцам атаковать Мотовилихинский завод, а енисейцам г. Пермь.

Весь расчет на внезапность. Решение, в случае успеха, сулит громадные трофеи и совершенно нарушает управление войсками у противника. Дивизии оставалось выполнить завет великого Суворова: «Быстрота, глазомер и натиск».

Войскам предстояло пройти по проселочной заснеженной дороге в 30-ти градусный мороз 35-ть верст, при этом в его тылу оставалось как минимум; два полка противника, общей численностью не менее 1000 штыков.

СКРЫТЫЙ МАНЕВР.
23 декабря 1918 г.

23 декабря в 6-ть часов утра 4-й Енисейский полк выступил из с. Троица по проселочному тракту на Пермь, для того, чтобы к ночи быть там. Пройдя 20 верст со скоростью 4-е версты в час, полк примерно в 12 часов дня остановился на большой привал, чтобы отдохнуть, накормить людей и лошадей и наметить план захвата Перми. К этому времени вернулась разведка, доложив, что красных до д. Суханки (это 3-и версты до Перми) нет, а по рассказам местных жителей большевики не ждут их (белых) в городе. На коротком совещании у командира полка подполковника Мальчевского было решено ворваться в город со стороны Красных казарм (с юго-востока). В этом военном городке было 9 казарм, 5 конюшен, хлебопекарня, прачечная, баня, 12 складов и 3 сарая.

Во исполнение решения 2-й Барабинский и 4-й Енисейский полки в 16 часов 23 декабря головой прошли д. Гари. 4-й Енисейский полк к вечеру 23 декабря подошел к г. Перми. В полку было не более 600 штыков и одно легкое орудие подпоручика Федорова с 48-ю шрапнелями. Взвод 4-й роты с пулеметом и команду конных разведчиков оставили в резерве в д. Суханки.150 На 51 разъезд была выслана 5 рота для прикрытия со стороны сибирского тракта.

Чтобы ликвидировать разрыв между 29 и 30 дивизиями в районе сел Троица - Кольцово, советское командование перебрасывает 2-ю бригаду 4-й Уральской дивизии под командованием Онуфриева в район Горы - Жебреи - Садок. Штаб бригады располагался в д. Голый Мыс. 1-й Советский полк (2000 штыков и 10 пулеметов) этой бригады утром 23 декабря выступил со станции Левшино, сосредоточившись к вечеру не в указанном районе (деревни Гори - Жебреи - Садок), а в д. Голый Мыс. Командир полка, подполковник Бармин, послал команду пеших разведчиков, состоявших полностью из коммунистов, в тыл белым, для того чтобы найти брешь в их фронте.

Приказ.
Войскам 1-й бригады 4-й стрелковой дивизии.
Карта 10 верст в дюйме.
Г. Пермь № 01/оп 22 декабря 1918 г. 24 час.

После упорных боев 29-я и 4-я стрелковые дивизии под давлением противника отошли на реку Сылва, (20- 25 верст восточнее г. Перми). Между частями 29-й и 30- й дивизиями образовался прорыв. Противник, по всей вероятности, использует прорыв и поведет наступление по тракту на дер. Гори и Мотовилиху с целью овладеть Пермью (указанной дороги на карте нет).

Во исполнение личной директивы, данной мне командующим армией, приказываю:
1) 1-му Советскому полку, к-p полка Бармин. С рассвета 23 декабря выступить из занимаемого района и двигаться в походном порядке с мерами охранения по тракту через Мотовилиху на деревню Гори, Жабреи и Садок и к вечеру 23 декабря занять позицию, установив связь по фронту с частями 30-й стрелковой дивизии. Штабу полка временно расположиться в д. Голый Мыс.
2) 1-му Камышловскому полку, к-p полка Некрасов, оставаться в г. Перми. С 10-ти часов утра 23 поступить в подчинение к-ра 2-й бригады 29-й стрелковой дивизии т. Клокову.

В 12 часов 23 декабря буду находиться с начальником оперативного отдела в деревне Г. Мыс, куда присылать донесения. Заместитель мой, начальник оперативного отдела т. Шардаков.
Подлинный подписал: Командир бригады И. Онуфриев.
С подлинным верно: Начальник оперативного отдела Ф. Шардаков.

Когда разведка вернулась, он убедил коммунистов ударить по белым с тыла. Как только полк сосредоточился в тылу у белых, штабс-капитан Павлов, поручик Горбунов и прапорщик Одинцов, с согласия Бармина, возглавили мятеж в полку, перебили коммунистов, сдав полк командиру 4-го Енисейского полка, при этом все винтовки были сложены на подводы и увезены в штаб указанного полка.

ВОСКРЕСНЫЙ ДЕНЬ.

Советское руководство в Перми вечером 23 декабря чувствовало себя уверенно. Но это относилось не только к руководству 3-й Красной армии. В тот же день, командующий Восточным фронтом, послал следующую телеграмму командарму-3: “ Действия противника в районе Перми дают основание думать, что его энергичные действия приходят к концу. Вместо удара на всем фронте вдоль линии Калино - Пермь, он бьет отдельными отрядами, да еще на тех участках, где, по-видимому у нас наиболее расстроенные части, которые, как, Лесновско-Выборгский полк, сами открывают фронт. Это обстоятельство дает уверенность, что ваши исключительно удачные меры по выделению резервов дадут вам возможность, если не отбросить, то сломить его упорство и задержать занимаемую линию перед Пермью до подхода подкреплений”. Эту телеграмму командарм - 3 получит в Глазове только 25 декабря. Сейчас она воспринимается как издевательством над командованием 3-й Красной армии.

Нельзя сказать, что большевиками ничего не делалось для эвакуации города. Так 22 декабря в местной газете появилось объявление, что при каждом учреждении организуются эвакуационные комиссии, которые составили списки сотрудников, подлежащих эвакуации. Им были выданы деньги (по 300 рублей), продовольствие на них и их семьи. Заготовлены валенки и теплая одежда, разработана схема оповещения сотрудников, назначен срок эвакуации.

Об обстановке тех дней рассказывает очевидец этих событий, комендант бронепоезда “имени В.И. Ленина” Болотов: “ Накануне вечером я был в губчека, оформлял разрешение на право ношения оружия. Какой - либо тревоги за судьбу города там не было.” Но уже вечером того же дня поступили сигналы, что возможно наступление белых на Пермь. Так в штаб 2-го батальона полка “Красные Орлы”, находящегося в Мотовилихе, пропустили женщину, которая сообщила, что утром белые подойдут к заводу со стороны Троицы, чтобы затем прорваться в Пермь. Командир батальона Полуяхтов послал донесение губернскому военкому и начальнику гарнизона Окулову. Вскоре конники, отвозившие пакет, привезли расписку получателя. В это время в Мотовилихе находился также на отдыхе Лесновско-Выборгский полк.

О том, что красные войска несерьезно относились к захвату Перми противником говорит следующий факт.
«В одном из домов 2-й Загородной улице в Старой Слободе были поселены 5 красноармейцев из бомбометной команды вместе с их начальником. Около 4-х часов ночи 24 декабря этот начальник получил срочное предписание: «Расставьте караулы. Неприятель близко».

Начальник прочел его, плюнул, выругался и завалился спать. Через полтора часа нагрянули сибиряки и пришлось бомбометчикам выскакивать из квартиры в одном нижнем белье.

Какие же силы были у красных, чтобы защитить город.
Штаб 3-й армии находился еще в Перми и имел в своем распоряжении:
Штабы 29-й и ЗО-й стрелковых дивизий;
20-й полк Уральской бригады охраны и обороны ж.д. - не менее 1000 штыков;
Пермский резервный батальон Уфимцева - не менее 1000 штыков;
Школа красных командиров 3-й Красной армии - не менее 300 штыков;
Лыжный батальон - неизвестно;
Китайский батальон. 200 штыков;
Батальон ЧК под командованием Барандохина – 400 штыков;
Отряд особого назначения – 140 штыков;
Артиллерийская бригада Валюженича – 32 орудия;
1-й Легкий артиллерийский дивизион – 120 шт,
Запасной полк Зеленцова – 420 шт;
Рабоче-Крестьянский полк – 500 – 600 шт;
Камышловский полк - 500 – 600 шт;
1-й кавалерийский полк – 620 саб;
Инженерный батальон 29-й дивизии - 350-400 шт;
3-й батальон полка «Красные Орлы» -120 шт;
Батальон 1-го Советского полка -623 шт.

Можно с уверенностью сказать, что красные располагали не менее 4000-5000 штыков. По данным Сибирской армии только пленными было взято 8000- 12 000 красноармейцев.

ДЕНЬ ПЕРВЫЙ.
24 декабря 1918 г.

Город спокойно спал, только метель кружила снег по улицам. Комендантский час очистил улицы Перми от прохожих. Термометр на улице Сибирской показывал минус тридцать градусов. В 4 часа утра подпольная офицерская организация подняла восстание. Для этого она сосредоточила все свои силы в городе, установив на чердаках домов пулеметы. Так отряд штабс-капитана Марсеева (40 человек), скрывавшийся до этого в лесу, в сторожке на Липовой Горе, расположился в ту ночь в горнозаводском училище. Отряд захватил здание по улице Соликамской (недалеко от угла Покровской и Соликамской), организовав там штаб, а отряд инженера Белобродского напал на ГубЧК (угол Обвинской и Покровской, здание Государственного банка).

В 5-ть часов утра енисейцы сосредоточились на правом берегу речки Егошихи. 3 и 4 роты и саперная команда остались на окраине города в резерве. Через полчаса 2-й батальон(5, 6,7,8 роты) капитана Лас-товского цепями с пулеметами вошли в город. Орудие, оставленное в полверсты от города, открыло огонь по Перми-I. Очевидцы вспоминают: “ Зима. Холодное ут-ро. Чуть-чуть светает. Тихо. Вдруг резкий звук прорезает воздух, наполняет гулом - слышится один, другой, третий выстрелы из пушки... Стреляют по городу из-за леса, с Суханок, перекидным огнем. Снаряды рвутся около Камского моста”.

Команда пеших разведчиков 4-го Енисейского полка, имеющая 1 пулемет и насчитывавшая 53 штыка, окружила Красные казармы, сняв часовых, захватила сразу три орудия, находившихся во дворе казарм. Проникнув в казармы, захватили козлы с винтовками, и, растолкав красноармейцев, стали брать их в плен, выводя на улицу и далее отправляя партиями в с. Троицу. Сопротивление было слабое, но некоторые казармы приходилось брать с боем. В плен было взято в Красных казармах 3500-4000 красноармейцев, причем огромная часть пленных сама отдала свое оружие и тотчас же прикончила своих красных командиров. То были насильственно мобилизованные крестьяне.

8 рота двинулась по Сибирской и Оханской улицам к Каме и в 5 часов утра заняли Пермское Исправительное Арестантское отделение. Не задерживаясь, двигались дальше. Это происходило следующим образом. «Боевая цепь в 30 человек вереницей пошли по Оханской улице по направлению в г. Пермь. Впереди шел солдат с пулеметом, а другой, с ножницами для резки проволоки заграждения. Дойдя до городского сада, солдаты рассыпались в цепь и производили редкую стрельбу по направлению к городу».

В 8 часов утра в штабе 3-й Красной армии поняли, что стрельба в районе Красных казарм - это штурм г. Перми сибирскими войсками. К этому времени был уже обезоружен караул исправительных рот у Сибирской заставы. Затем началось замешательство, т.к. разведки Барандохина(ЧК) и Окулова приняли своих за белых. В разговоре по телефону начальник гарнизона и губернский военный комиссар С. Окулов заявлял члену ВРК Белобородову, что он продержит город еще 5 часов при любом количестве противника. Но, примерно в 11 часов, когда Духовная семинария была обстреляна шрапнелью, дал приказ об отводе войск по Казанскому тракту. Он отдает этот приказ, поднятым еще ранним утром по боевой тревоге курсам красных командиров, которые без единого выстрела уходят из города. Вот как это описывает это курсант Носков: “В ночь с 23 на 24 декабря курсы были подняты по боевой тревоге. Мы спешно получили полный комплект боеприпасов, новые пулеметы, ручные гранаты, шанцевый походный инструмент, новое зимнее обмундирование. Ротные цейхгаузы были открыты. Все боевое и вещевое довольствие получили без ведомостей и расписок”. Курсанты были построены во дворе курсов на Кунгурском проспекте. Ждали больше часа начальника курсов, но он так и не появился. Комиссар приказал выступать из г. Перми.

Сам Окулов описывает свои действия в 1934 году следующим образом: “В ночь на 24 декабря в 4 часа утра раздалась стрельба по городу. Я находился в это время в кабинете. Все забегали, засуетились. Затрещали телефоны. Сообщают, что Мотовилиха занята белыми. Как занята? На такое дело, что я мог сообщить мотовилихинцам. Я по телефону сказал, что с тысячью человек приду к вам в Мотовилиху. Держитесь товарищи! В это время полетели снаряды от Красных казарм в сторону Камы. Люди наполнили военкомат и находились в панике. Со мной был т. Лукоянов. Нужно было принимать быстрые решительные меры. Я стал звонить в штаб 3-й армии. Тут мне сообщают, что штаб проходит мимо (т.е. поезд со штабом проезжают мимо семинарии, где находился Окулов. С.М.Г.). Нужно принимать решение немедленно, самостоятельно. Спрашиваться и советоваться не с кем было. Мы были только с т. Лукояновым, но решающей роли он играть не мог, т.к. начальником был я, пользовался доверием. Я дал приказ отступать по Казанскому тракту. Набралось со мной 900 -1000 человек. С ними мы двинулись по теперешней Трудовой (сейчас Советская) улице до Шадринского переулка тут свернули налево к Казанской заставе. Стрельба была по всему городу. Шли мы версты наверно 22 до Култаево и тут сделали ночевку”. Ничего удивительного в действиях Окулова нет, т.к. в 8 часов утра на экстренном заседании Губисполкома за нарушение партийной и государственной дисциплины (точнее за пьянку), был освобожден от обязанностей председателя Сорокин. На его место был избран В. Коробовкин, его замом С. Седых.

Совсем по другому оценивают действия С. Окулова красноармейцы резервного батальона Уфимцева (полковника, перешедшего на сторону сибиряков), который подчинялся непосредственно ему.

“Послали вестового с донесением к командиру батальона. Вернувшийся красноармеец сообщает, что его чуть не арестовали. Комбат сам находится при роте. Уговаривает красноармейцев не беспокоится, быть героями. Если говорит 3-я рота начинает мутить, заниматься паникой, если придется отступить, то еще успеем. Дает срочно распоряжение готовить чай, обед, дабы задержать красноармейцев. Это ему удалось. Посылаем второго вестового в первую образцовую роту, которая находилась непосредственном подчинении военкома Окулова. Вернувшийся вестовой красноармеец сообщает, что никаких распоряжений не дали. Все вывозят. Казачья сотня уезжает, а также уходит 1-я рота. Командир роты Половков дает распоряжение собраться всем красноармейцам и ведет по направлению к Сибирской заставе. В помещении роты остались только несколько человек для охраны. Около Сибирской заставы кто-то их обстрелял. Половков бросает свою шашку и говорит - я сам побегу к Окулову за распоряжением, а вы идите обратно в помещение роты. Красноармейцы приходят в роту. Их быстро окружили товарищи и они им сообщили о случившемся, а заместитель командира роты некто Бояршинов в роту не явился и не было на месте ни одного командира взвода. Командир отделения некто Бахарев К.П, я и другие красногвардейцы быстро обсудили как быть. Или ждать дальнейшего распоряжения, т.к. такового нам никто, ни комбат, ни военком Окулов не дали - решили выбрать временного командира роты (продовольственного каптенармуса) т. Михайлова и собравшись, оставили помещение роты, не распределив даже того имеющегося обмундирования в кладовой роты, как то шинели, сапоги и прочее в надежде скорого возвращения в помещение роты и в достопамятный день утром 24 декабря 1918 года под винтовочную стрельбу, трескотню пулеметов и где-то слышавшиеся орудийные выстрелы с начала оставили помещение роты, а потом и город Пермь.

Отступали по Сибирской улице, сначала дошли до здания военкомата. В военкомате уже никого не было. Некоторые красноармейцы из нашей роты забежали в здание военкомата. Сменили свои гетры на сапоги и ружья ГРА на винтовки и пошли по Монастырской улице по направлению на ст. Пермь-2. Кругом слышна стрельба из винтовок, где-то трещит пулемет и стрельба из орудий. Где, кто, куда-то испуганно бежит и так дошли мы до ст. Пермь-2. По приходе на станцию начинаем обсуждать - ехать на поезде или идти пешком, но не время разговоров. Надо обсуждать быстро. На станции все пути заняты поездами. Решили идти пешком и небольшой проезжей дорогой вышли на Казанский тракт”.

К часам 9-ти сибиряки продвинулись по Оханской до окружного суда, а по Сибирской до Монастырской, установив два пулемета на углу Сибирской и Монастырской: один вдоль по Сибирской, другой по Монастырской. С колокольни Кунгурскую улицу простреливал пулемет подпольщиков, не давая передвигаться красноармейцам, которых собралось на углу Монастырской и Кунгурской человек 200. . Кто с оружием, но большинство без. К ним пробрался бывший командир батальона Лысьвенского полка Ярыгин. «Почему не переходим улицу?» - последовал его вопрос. «Кунгурская и Монастырская простреливаются из пулеметов». Он уговорил 9 человек сбросить пулемет с колокольни под его руководством. Впоследствии Ярыгин вспоминал: «Когда перебегали Монастырскую 2-х человек убило. Пробрались около стены к паперти, толкнув дверь, которая открылась, очутились в притворе, откуда лестница вела на колокольню. Взяв наизготовку винтовки, а я наган, стали тихо подниматься. На 4-й площадке спиной к нам сидел человек в шубе и стрелял из пулемета. Моментально прихлопнули и сбросили его в окно.

Я повернул пулемет по Монастырской и с первой же ленты заставил замолчать, работающие пулеметы белых, прислуга которых разбежалась. В это время выше звонили в колокол. Приказал красноармейцам подняться и разобраться. Там звонил поп. Не говоря ни слова, раскачали и сбросили его с колокольни.

Спустились с колокольни с пулеметом и 17 лентами, К нам присоединились остальные красноармейцы. Спустились на железнодорожное полотно и двинулись в сторону Перми-П. В эту же сторону в 500 шагах от нас двигались белые, которые открыли по нам огонь. Началась перестрелка. Пулемет заело. Кричу: «Поднимайте руки вверх». Белые кричали «Бросай оружие, красножопики». Положили винтовки и подняли руки вверх». Белые прекратили стрельбу (у нас уже было ранено 9 человек) и взяв винтовки под мышки, т.к. было очень холодно, беспечно приближались к нам. Устранил неисправность и кричу: «Расступись». Все в стороны. До белых шагов 200. Огонь. Разогнав белых, пошли к вокзалу, придя туда к 2 часам дня».

Стрельба в Красных казармах активизировала участников подполья. Штабс-капитан Марсеев явился к командиру Енисейского полка подполковнику Мальчевскому, получив приказ занять губернскую тюрьму, где находилось около 1000 заключенных среди, них много офицеров, и гауптвахту, а затем вести наступление на станцию Пермь -1.

Отряд инженера Белобродского в 7 часов утра ворвался в здание ГубЧКа. Заместитель председателя ЧК Воробцов был ранен повстанцами. В начавшейся суматохе раненный Воробцов с бомбой в руках бросился из здания, поскользнувшись, упал, при этом бомба взорвалась, смертельно ранив его. Белобродский вынул из его карманов документы, а сестра милосердия Ольгина отвезла его в Александровскую больницу, где он и скончался. Далее отряд Белобродского на грузовом автомобиле при двух пулеметах, 10 пехотинцах и 6-ти конных выступил, заняв Кунгурский проспект. К вечеру ими была занята Покровская улица.

Отряд Марсеева наступал на тюрьму, в которой большевики производили чистку. Так вечером 23 декабря заместитель председателя ГубЧК Воробцов принял из тюрьмы арестованных, а именно:
1. Плетнева Евграфа Ивановича, священника;
2. Плетнева Михаила Евграфовича, бывшего офицера;
3. Подкорытова Михаила, иеродиакона;
4. Пузанова Ивана Владимировича;
5. Панжина Дмитрия Львовича;
6. Сарапулова Михаила Петровича;
7. Пономарева Василия Евгеньевича, белогвардейца;
8. Погодина Макара Дмитриевича;
9. Борцова Якова Осиповича;
10. Шыврина Михаила Луповича, монаха;
11. Тарасова Александра Павловича;
12. Захарова Ивана Васильевича;
13. Харина Егора Васильевича;
14. Пискунова Василия Ивановича;
15. Пуршинского Владислава Степановича;
16. Волкова Николая Васильевича;
17. Есикова Максима Владимировича;
18. Мезюлевского Александра Васильевича;
19. Кузнецова Василия Алексеевича;
20. Васильева, белогвардейца.
Арестованных повели на р. Каму. На углу улиц Покровской и Сибирской арестованный Захаров сбежал. Преследование не дало результатов. Всех остальных расстреляли на льду реки Камы.

Этой же участи ждали и остальные арестованные. “Арестантам велели одеться и собраться в общей камере. Их хотели эвакуировать пешком. Каждый знал, что по дороге их расстреляют, так как конвой собрался совсем налегке. Видимо, не собирались вести арестантов далеко. Они томились в общей камере, а их все не уводили. Дрожа от холода - в камере был буквально мороз - с пересыхающим от волненья горлом, как в каком-то сне, с душой лишенной чувств, без мыслей, сидели арестанты, одни молились, другие прощались друг с другом.

Вдруг они услыхали отдаленную стрельбу и поняли, что наступают белые. И с минуты на минуту стали ждать своей смерти. Неожиданно, совсем рядом затрещал пулемет. Тогда один арестант залез на плечи к товарищу и стал наблюдать из окна, что делается на улице. И вот с удивлением он сообщил остальным, что около тюрьмы какие-то солдаты разоружают тюремную охрану. Но никто еще не верил, думали провокация. Вдруг чей-то шепот в глазок. Кто говорит не видно. В конторе сидит белогвардеец и ведет переговоры об освобождении политических. Наконец услыхали шаги и стук отворяемых дверей. На пороге появился белый офицер и сказал: “Господа, политические, вы свободны!”. Тут поднялось что-то невообразимое: кто плакал, кто молился, а кто прямо валялся в истерике.” Желающие получали оружие и присоединялись к освободителям.

В штаб Енисейского полка начали прибывать офицеры, учащиеся молодежь и горожане, которые, получив оружие, присоединялись к его ротам. Являлись и офицеры, служившие в Красной Армии. Так, например, прапорщик Ордынский отстал от школы красных командиров 3-й армии в с. Култаево (это 23 версты от Перми), надел офицерскую форму и явился к коменданту г. Перми и был определен в отряд штабс-капитана Блохина. Поручик Енисейского полка Журавлев приводит другой пример: «Помню, приводят ко мне какого-то молодого человека, говорят, что какой-то большевистский командир.
Спрашиваю его, кто такой?
Я - бывший офицер, мобилизованный большевиками в Красную Армию.
Какую должность вы занимали у красных?
Я был командиром артиллерийской бригады.
Вы большевик?
Нет, никогда им не был.
Будешь стрелять из орудий по красным?
С удовольствием, - последовал ответ.
Я направил его к подпоручику Федорову, который собрал уже человек пять артиллерийских офицеров и они открыли из орудий, находящихся в Красных казармах, огонь по ст. Пермь-П. Потом я видел этого офицера сидящим на наблюдательном пункте и добросовестно корректировавшим огонь наших батарей по красным. Добровольцы прибывают десятками, большую пользу они оказывают нам, указывая расположение красных и дома занятые ими».

К белым присоединялись добровольцы прямо на улицах, выходя из дому с оружием, часто с нарисованными погонами. Так это сделал прапорщик Валерий Константинович Вилленский, который приветствовал на пороге дома сибирских стрелков. Родственники нашили ему самодельные погоны и он вступил в бой.

Но были и самостоятельные действия. Так служащий Пермской телеграфной конторы подпоручик Монич, как только появились белые, надел погоны и с оружием в руках приступил к аресту большевиков, известных ему и сочувствующих. Так им был арестован комиссар данной конторы Устьянцев, который впоследствии бежал.

К 10 часам утра сибиряки заняли всю Сибирскую улицу и часть Оханской. Ружейный огонь велся с обеих сторон. Жителям Перми приходилось укрываться от пуль, где придется. Вот как описывает это Агеева: «Вдруг выстрелы раздались на самом углу дома Назаровских (угол Вознесенской и Оханской). Мы вылетели из столовой и закрыли туда дверь. Мы все собрались в спальню....

Слышно было, как пули летели прямо в стекла, а затем в стены и двери. Потом на самом углу поставили пулемет, который жарил вниз по Оханской».

5 и 8 роты енисейцев двинулись вниз по Оханской, Сибирской и Обвинской к Вознесенской площади, захватывая здания. Командир 5-й роты штабс-капитан Василий Боровиков захватил действующий пулемет, открыв из него огонь по противнику. Далее его рота захватила губернскую земскую типографию, в которой печатались листовки с обращением к белогвардейским солдатам о сдаче в плен и переходе их на сторону красных. Штабс-капитан Боровиков приказал их уничтожить. Картину захвата города дополняет рассказ коменданта бронепоезда “Имени В.И. Ленин” Болотова: «В 7 часов утра в комнате я услышал впервые выстрелы на улице. Будучи совершенно озадачен таким явлением, кто именно производит стрельбу, в форме моряка с наганом за поясом я вышел из дому, открыл калитку ворот. Сразу же несколько человек с винтовками наперевес бросились на меня. На их крик прибежал офицер, оборвал наган, обшарил карманы и спросил: «Кто я такой?»

Я ответил, что слесарь из мастерской отдела речных формирований. Против дома на улице стояло пленных человек 300-350. Он толкнул меня в эту группу. Спустя несколько минут нас повели к речке Егошихе и поздней ночью я был уже в с. Троицкое. Утром там расстреляли всех китайцев, а нас направили пешком до ст. Селянки».

Подобная колонна, по воспоминаниям командира роты 20-го полка Добромысова стояла на Соликамской улице у штаба восставших.

«Нас привели на Соликамскую улицу, где в настоящее время центральная амбулатория Пермской ж.д. Здесь очевидно находился их штаб Доложили лицу в штатской одежде с техническим значком на фуражке, называя его господин капитан. Капитан приказал нас до распоряжения оставить здесь на площади. Построили - стоим ждем, что будет дальше. Самочувствие плохое, мучает неизвестность, но больше всего предательство коменданта, да еще пришла очевидно местная знать. Стоит и хихикает, бросает колкости. Вот вам сегодня будет советская власть.

Мороз 40 градусов. С нас снимают все новое обмундирование белогвардейцы и надевают на себя. Нам дают - дрянь. Что же было делать - пришлось подчиниться. Правда, они были полураздетые. Им кстати. Не успели с нас содрать белогвардейцы обмундирование вдруг бешено бегут в замасленных полушубках с криками “сажай на штыки красножопиков”. Когда подбежали ближе я увидел - это оказались культурные люди “господа офицеры”, на плечах погоны и эти господа не то, что приостановить чтобы не раздевали людей на 40 градусном морозе, но они сами занялись этим делом - очистили все до костюма Адама.

На вопрос красноармейцев “что же вы товарищи снимаете - они ответили рукояткой нагана и площадной бранью. Молчать - сейчас расстреляем». 1,2 и 6 роты Енисейского полка, двигаясь по Верхотурской и Соликамской улицам к ст. Пермь-I, захватили здание уездного комиссариата и подошли к старому батальонному двору (казарме красноармейцев), встретив там сопротивление 2-х рот китайцев и роты коммунистов. В результате короткого боя китайцы сдались в плен, а рота коммунистов отступила к Перми-I I. 2-я рота поручика Игнатова, обнаружив в деревянных казармах красноармейцев с тяжелой батареей и пулеметами, захватила их в плен (1400 человек).

Как была организована оборона г. Перми у красных вспоминает командир инженерного батальона 29-й стрелковой дивизии Масленников, батальон которого размещался в центре города, а обоз - в Красных казармах: «В ночь с 23 на 24 декабря на окраинах Перми началась какая-то непонятная стрельба. Вскоре в штаб прибежал красноармеец из хозяйственно-транспортной роты батальона и доложил, что Красные казармы и весь обоз батальона захвачен белыми и что ему лишь случайно удалось убежать. Было непонятно, откуда взялись белые? Я поднял по тревоге батальон и выставил сторожевое охранение на прилегающих к штабу улицах и поехал к коменданту города Окулову, чтобы узнать, в чем дело, и получить указание, что делать дальше. Окулов сказал мне, что ему ничего не известно, что белые еще далеко от Перми и нет никаких оснований для беспокойства, что наш красноармеец наверное, принял за белых какую-нибудь нашу часть и с перепугу прибежал в штаб. А что, мол стреляют, так в Перми каждую ночь стреляют. Объяснение Окулова меня не удовлетворило, т.к. стрельба шла не только оружейная, но и пулеметная. Я поехал на станцию Пермь-I, где стоял штаб 29 стрелковой дивизии, и доложил начдиву о происходящем. Командир дивизии Васильев сказал мне, что белые еще далеко от Перми, а стреляют, вероятно, из домов местные контрреволюционеры, подняв в Перми восстание. Он приказал мне прочесать город и дома, из которых стреляют, окружать и на месте расстреливать виновных. Я направил по улицам красноармейцев, но никто в них из окон не стрелял. Город замер. Посланная вперед разведка донесла, что в районе Красных казарм отдельные группы красноармейцев ведут бой с наступающими на них белогвардейскими частями.

Доложил об этом Васильеву. Он срочно вызвал меня в штаб. Подъезжая к станции, я увидел, как от нее отошел поезд штаба 3-й армии”. Да действительно, в 8 часов утра 24 декабря штаб 3-й Красной армии панически бежал со станции Пермь-II в г. Глазов. Стоял готовый к отправке и поезд штаба 29 дивизии. Далее Масленников продолжает: “На этот раз начдив был в курсе происходящих событий. Он информировал меня, что в результате измены и предательства ряда бывших офицеров во главе с царским полковником Барминым в Пермь через Мотовилиху проникли белые, заняли Красные казармы и сейчас ведут уличные бои с отдельными красноармейскими группами. Он поручил оборону Перми комбригу Клокову, командиру запасного полка т. Зеленцову и мне, поставив перед нами задачу: объединить все разрозненные части и группы в Перми, завязав уличные бои, не допуская противника дальше станции Пермь-II где скопилось большое количество эшелонов с военным имуществом и продовольствием. После того, как эшелоны будут отправлены через Каму, в район ст. Верещагино, с боем отступать по двум направлениям: через Каму - вдоль железной дороги и по тракту, на Оханск.

Получив приказание начдива, т. Клоков занял под штаб бывший дом Мешкова, откуда час назад выехал штаб 3-й армии. Собравшись в штабе, мы стали выяснять наши силы и наметили план дальнейших действий.

Из бригады Клокова в Перми находился на переформировании 1-й Рабоче-Крестьянский и Камышловский полки под командованием т. Некрасова и т. Галенкина. Камышловский был неполного состава, но боеспособный. В нашем батальоне осталось 350-400 бойцов. От запасного полка Зеленцова осталась конная разведка. Вот и все чем мы располагали. Кроме того, по всей Перми дрались отдельные группы красно-армейцев, которых нужно было объединить и свести в воинские подразделения. Инженерный батальон занял левый фланг, 1-й Камышловский - правый фланг. Шла стрельба, но противника не было еще видно. Мы стали продвигаться вперед-до соприкосновения с ним. Желая более точно уяснить обстановку, мы с Зеленцовым сели на коней, взяли с собой его конную разведку, и поехали к Красным казармам. Проехав несколько улиц, мы натолкнулись на небольшую заставу противника, которая открыла огонь. Видя, что застава не велика, Зеленцов неожиданно для всех нас выхватил из ножен шашку, скомандовал в атаку и поскакал на неприятельскую заставу. Мы вынуждены были скакать за ним. Белые не ожидали такой стремительной атаки. Они растерялись и бросились врассыпную. Порубив заставу и продвинувшись еще на одну две улицы, мы натолкнулись на неприятельскую цепь. Подтянули батальон. Завязался уличный бой. Вошел в соприкосновение и полк Некрасова. По пути нашего продвижения к нам присоединялись разрозненные группы красноармейцев. Мы формировали из них роты, назначали командиров и направляли обратно в бой. Уличные бои начали приобретать ожесточенный характер. Они шли почти на каждой улице».

Протяженность линии фронта увеличилась. Белые усиливали натиск, который красные сдерживали с большим трудом, т.к. у них не хватало сил, но они уже оправились от неожиданного нападения и к середине дня их оборона приняла организованный характер. Об этом же говорят и белые, и, не появись в Перми в 12 часов дня начальник 1-й Сибирской дивизии генерал-майор Зиневич, неизвестно как бы развивались события. Он придал осмысленность действиям белых. Отряды перешли в наступление, чтобы выбить красных со станции Пермь-1.

На красноармейцев, отстаивающих станцию Пермь-1, внезапно обрушился огонь пулеметов с чердака здания штаба 3-й армии (дом Мешкова), только что оставленого советским командованием. К ним присоединился пулемет с чердака здания губернской ЧК .

Через полчаса после прибытия генерала Зиневича 6-я и часть 2-й роты выбили красных с прилегающих к вокзалу улиц и, совместно с отрядом штабс-капитана Марсеева, овладели станцией Пермь-I. Командир взвода 6-й роты прапорщик Иван Кагалов ворвался со своим взводом на ст. Пермь-I и лично замкнул стрелки, чтобы не было подхода противника с востока. Тот час же был разобран путь со стороны станций Мотовилиха и Перми-II и, таким образом, отрезан путь всем большевистским эшелонам, находящимся на станциях Ляды, Левшино и Мотовилиха.

Только после этого связь вокзала Пермь-I прекратилась с учреждениями Советской власти. Военный комиссар Верещагинского железнодорожного телеграфа И.А. Широглазов вспоминал: “С каждым часом, начиная с 23 декабря, с фронта поступала неутешительная информация.....
Около 9 часов вечера 24 декабря без предупреждения прекратилась связь с управлением железной дороги и ст. Пермь-l....
При появлении связи на вопрос: Почему долго не отвечаете? Получили ответ: “Уходи, красная сволочь”!
25 декабря прекратилась связь с Пермью-II.

Как была захвачена станция Пермь-I, можно узнать из рассказа командира роты 20-го полка, охранявшего станцию:
“Около 4 часов утра 24 декабря, выставленный патруль около казармы (на Петропавловской улице напротив Перми-I), сообщает, что в городе стрельба. Я доложил о происходящем командиру полка. Он приказал усилить караул от 2-й роты, а 1-ю роту приказал вывести на ст. Пермь-I и поставить заставы в сторону Мотовилихи, чтобы белые не захватили ст. Пермь-I. Мне приказал находиться при 2-й роте и доносить о всех действиях противника. Выставив заставы, я поместился для удобства связи в комнату коменданта ст. Пермь-I. Комендант станции, бывший офицер, фамилию не помню, был очень любезен. Предложил пользоваться своим телефоном, который уже не работал, т.к. связь была гдето порвана. На вопрос Товарищ комендант - нужно принять меры к восстановлению связи?» Он отвечает: «Сейчас установят». Но совершенно вышло обратное. На Туннельном мосту появились пулеметы белых, но комендант утверждал, что пулемет наш. Для выяснения командир 2-й роты т. Воедок приказывает командиру взвода выяснить, чьи пулеметы. По выяснению пулеметы оказались белых. Следовательно, мы отрезаны от ст. Пермь-П. Пытались установить связь с командиром полка. Не удалось, но комендант успокаивает - связь мною сейчас будет установлена.

Время шло. Кругом стреляют. В станции много раненых красноармейцев и рабочих, но положение остается не выясненным - отступать или держаться и так продолжалось до 2-х часов дня 24 декабря.

2-3 часа дня в комендантское управление врывается банда белых 15-20 человек, вооруженных винтовками и наганами в штатском платье, на фуражках инженеротехнические знаки. Личности интеллигентные, дерзкие, нахальные, до варварства. Скомандовали мне и моим связным: “Руки вверх!”, наставляя в упор наганы. Пришлось подчиниться, рассчитывая, что в этот переполох могут и они сейчас быть пленными у нас. Нас забрали. Это был отряд штабс-капитана Марсеева, который захватил на ст. Пермь-1 денежный ящик с 500000 рублями, типографию и редакцию газеты 29-й стрелковой дивизии “Окопная правда” во главе с главным редактором Бажовым П.П., будущим известным советским писателем. Красные отступили к ст. Перми-II, заняв женский монастырь и дом Мешкова. При отступлении со станции Пермь-I много красноармейцев попыталось по льду реки Камы выйти на противоположный берег, но почти все были взяты в плен, а многие тут же расстреляны.

6-я рота штабс-капитана Рязанова, по Соликамской улице, захватила 4 орудия, 4 действующих пулемета и один миллион семьдесят четыре тысячи рублей.

8-я рота 4-го Енисейского полка захватила автомобильный гараж на Торговой улице -61. На грузовики поставили пулеметы и прапорщики Воробьев и Долинин помчались по улицам, обстреливая красноармейские цепи. За автомобилями двигалась пехота.

Красноармейские отряды отчаянно защищались. Так в ходе уличных боев бойцы 4-й роты 1-го Рабоче-Крестьянского полка (командир роты А.Г. Кожевников) захватили грузовой автомобиль с белогвардейским отрядом, вооруженных винтовками и пулеметом. При этом погиб Кожевников.

Красные отошли к Перми-II и удерживали несколько кварталов перед ней. Масленников подтверждает это: «В середине дня, сосредоточив большие силы на нескольких улицах, противник стал теснить наши части к Каме, угрожая отрезать наш левый фланг, а вместе с ним и дом Мешкова со штабом Клокова и ст. Пермь-I. Я доложил об этом Клокову. Он дал распоряжение завернуть левый фланг к Каме, оставив противнику Пермь-1 и дом Мешкова (Оперативный штаб бригады он перенес на ст. Пермь- II).

Комбриг Клоков вместе с комиссаром Беляевым продолжали организовывать сопротивление белым на улицах города. Командир 1-го Камышловского полка Некрасов и комполка Галенкин со своими бойцами с трудом сдерживали натиск белых. Камышловцы закрепились на углу улиц Покровской и Кунгурской, в каменном здании, но их оттуда выбили с тыла. Оставив дом Мешкова, загибая фланги, остатки 2-й бригады отходили к Каме».

Завернув левый фланг к Каме, инженерный батальон подтянулся ближе к ст. Пермь- II и закрепился на новых позициях. Подтянул свой фланг и Камышловский полк. Протяженность линии фронта стала меньше. Бои развернулись за обладание ст. Пермь-П, последней опорой красных в городе, которую постоянно обстреливали орудия белых со стороны Красных казарм. Что там творилось, рассказывает боец полка “Красные Орлы” Голиков: «Снаряды, летевшие из города, ложились на станцию. Пути забиты гружеными эшелонами. Тут же составы с раненными. Толпы безоружных, охваченных паникой красноармейцев бросались из стороны в сторону. Вся станция забита составами».

Этому подтверждение рассказ железнодорожника Бурматова. «Состав с (железнодорожной) коллегией застрял у семафора. К вечеру раздались пушечные выстрелы и первый снаряд разорвался около вокзала Пермь- II. Паника усилилась. Под пушечным обстрелом строится железнодорожная рота и отступает за Каму, вместе с ней отступают ответственные работники». (ГАПК. Ф.Р-732.Оп1.Д. 70. Л.2.)

Подлежащие эвакуации специалисты разбегались по домам, как только представлялась возможность. Вот как об этом давал показания в ОПТУ в 1923 году врач Александровской губернской больницы г. Перми Дмитрий Афанасьевич Эскин: «В период занятия Перми Колчаком я со станции пошел домой, затем спокойно стал продолжать работу. Мой брат генерал Эскин, подлежащий эвакуации согласно распоряжения штаба 3-й Красной армии также вернулся с Перми- II и через день пришел ко мне (соскочив с поезда), жил у меня, был арестован в течение двух суток, затем получил назначение командовать бригадой, вскоре переехал на другую квартиру».(ГАПК Ф. Р-756. Оп.1. Д.З.Л.28 )

На станции Пермь-I находился бронепоезд «имени В.И. Ленина», который поспешил к станции Пермь- II и далее за Камский мост. Расстояние от Перми-1 до Перми-2 он преодолел только за день, т.к. его постоянно обстреливали восставшие.

За Камским мостом эшелонами были забиты все пути. Бронепоезд стал неподвижной мишенью. Белые сосредоточили артиллерийский огонь по нему. Тогда командир бронепоезда Деревцов приказал экипажу снять замки у орудий и покинуть бронепоезд, даже не взорвав его.201 Последним эшелоном из Перми выехали: председатель ГубЧК Малков и его заместитель Ивонин, которые впоследствии рассказывали, как они вечером последним поездом выезжали из Перми- II. «Когда выезжали на входные стрелки, то линия огня была уже у депо. За нашим поездом был отправлен поезд, но его подшибли на Камском мосту и он там остался.» [45 л.9] В ночь на 24 декабря на разъезде №36 (это 5-6 км от Камского моста) местные жители подожгли составы, но красным удалось их потушить. (Ленинский путь (Нытва). - 1969.18 июня)

Но на станции Пермь- II были не только грузы, но и эшелон с пленными. Один из артиллерийских снарядов попал в него. Охрана разбежалась. Пленные бросились в разные стороны. (Отечественные записки (Екатеринбург). -1919. - 7 марта)
На станции творилось столпотворение. Голиков вспоминал: “Мы во главе с товарищем Акуловым стали наводить порядок. Это оказалось нелегким делом. Паникерам пришлось пригрозить оружием. Постепенно установили охрану, назначили патрули. Через Каму двинулись поезда”. (Голиков Ф. Красные Орлы. - Воениздат М. 1958 г. -С.111)

Красноармейцы, находившиеся в это время на станции, впоследствии вспоминали: “Акулов под обстрелом, с шашкой, на коне гарцевал по платформе ст. Перми- II ”. “Три лошади под ним убило, а ему - ничего. Перескочит на другую и - опять за работу.”

Акулов, совместно с военкомом бригады Яхонин, сумел подчинить разрозненные группы красноармейцев, организовав оборону узловой станции Пермь- II.

Белые с нарастающей силой рвались к станции Пермь- II. Одновременно к ней пробивались из окружения отдельные мелкие группы красноармейцев и красноармейцы-одиночки. Красные едва сдерживали натиск противника. Но, оказывается и белым, приходилось не сладко. Вот что писал впоследствии командир 4-го Енисейского полка подполковник Мальчевский: “К 12 часам взято 8 тысяч пленных и 29 орудий. Ряды Енисейцев таяли. Пришлось вести неравный бой у железнодорожной станции Пермь-П, отбивая атаки красных. Уже 25 декабря пришла поддержка: две роты 5-го Томского полка и штурмовой батальон.” (Освобождение России (Пермь). -1919.-4 апреля). Сплошного фронта в городе не было.
(И. Черданцев. Красный орел. - Пермь. 1972 . -С.51)
3-й батальон полка “Красные Орлы” дислоцировался в д. Балатова, что в 3-4 верстах от Перми. При первых выстрелах артиллерии командир батальона Григорьев выставил боевое охранение по окраине деревни. Вскоре туда прибыл командир полка Ослоповский, который приказал выслать разведку в направлении ст. Пермь -II и к центру города. Разведка, наткнувшись на наступающие цепи противника, возвратилась в Балатова. Вскоре в Данилиху вышел 2-й эскадрон Путиловского стального полка под командованием Бекетова. Весь день 24 декабря командир полка Ослоповский не предпринял ни чего, чтобы ударить в тыл и фланг Енисейскому полку, имея роту пехоты и эскадрон кавалерии. Ночью Ослоповский отступил на запад по Казанскому тракту. (Мясников Александр Львович. Рукопись. Пермский краеведческий музей. «Краткие воспоминания ветерана 253 полка, коммунистического, краснознаменного полка «Красных орлов» 29- й стрелковой дивизии, об участии в гражданской войне на Урале». - Пермь, 1976. - С.70.)

К вечеру почти весь город, почта, телеграф и станция Пермь-I были в руках сибиряков. Уполномоченным по гражданской охране занятой части города Перми назначили штабс-капитана Марсеева. (Освобождение России (Пермь). -1919.- 28 января.) Ночь прошла спокойно, стрельбы не было.

Командир 1-го Средне-Сибирского армейского корпуса генерал-майор Пепеляев доносил командующему Сибирской армией генерал-майору Гайде, что весь день 24 декабря его части вели ожесточенный бой в городе. (А. Федоров. Пермская катастрофа и контрнаступление восточного фронта. - М., 1939. - С101)

Помощь большевикам могла прийти от 30-й стрелковой дивизии, которая вела бои в районе железной дороги Пермь - Кунгур. С утра 23 декабря 5-й Томский полк и штурмовой батальон повели наступление в направлении с. Кольцово для того, чтобы перерезать железную дорогу Пермь - Кунгур. 6-я бригада 30-й стрелковой дивизии, не выдержав натиска противника, отошла в с. Кольцово и далее к железной дороге. Более того, боясь быть отрезанной в районе железной дороги Кылысово - Мулянка, 30-я стрелковая дивизия стала поспешно выводить свои войска в район Нытвенский завод - Юго-Камск. 3 бригада (1-й Уральский, Архангельский и Богоявленский полки ) 30-й дивизии отступала от Кылысово, Платошино через Янычи, Старую Бершеть, Кояново, Лобаново и далее на Большое Савино, Н. Муллы, Горшки, Луговая и Нытвенский завод. 6-я ее бригада отступала через Ергач, Кукуштан, Юг, Мулянка, Култаево и далее на ЮгоКамск.

Группа подполковника Кузьменко не смогла сдержать натиска 6-ти красных полков, которые отступили западнее Пермь. ЗО-я стрелковая дивизия Блюхера не смогла организовать контрудар со стороны Кунгурского тракта ни 24, ни 25 декабря. Это она смогла сделать только 26 декабря со стороны оханского тракта, но к этому времени генерал Пепеляев перебросил туда 3-й Барнаульский и 4-й Енисейский полки, которые парировали удар.

ДЕНЬ ВТОРОЙ.
25 декабря 1918 г.

Утром бой в городе возобновился с особым ожесточением. Красные повели наступление по ул. Покровской и прилегающим улицам на ст. Пермь-I, но, в результате ожесточенного боя, были вынуждены снова отойти к вокзалу Пермь- II.

25 декабря связисты 1-го Средне-Сибирского корпуса установили телеграфную связь с 4-м Енисейским полком, ведущим бои в г. Перми, со штабом корпуса. Это способствовало управлению войск в битве за город. Этот героический поступок совершили солдаты отдельной телеграфной роты 1-го Средне-Сибирского корпуса Шарамов и Назаров.

Когда передовые цепи сибиряков очистили Петропавловскую улицу до 150 дома, его хозяин, Агафуров, сейчас же побежал за солдатами, для того чтобы арестовать милиционера Громова, который проживал в его доме. Привел 10 солдат, и, войдя в комнату милиционера с солдатами, закричал, что здесь живет коммунист. Солдаты потребовали показать документы. Громов предъявил удостоверение милиционера. Его арестовали, вывели в ограду и один солдат навел винтовку на него. Жена Громова закричала. Люди также стали кричать, что здесь не расстреливают. Милиционера увели в тюрьму, в которой он просидел до занятия красными г. Перми.

В два часа дня 25 декабря 1918 года в г. Пермь по кунгурскому тракту вступил штурмовой батальон и две роты 5-го Томского полка под командованием капитана Урбанковского. В городе шли уличные бои. Особенно ожесточенный бой разгорелся за узловую станцию Пермь-II. На ходу, разводя роты, Урбанковский сам указывает места атак. Батальон сходу вступил в бой у женского монастыря.

3-я рота под командованием поручика А. Струнге, сняв погоны для маскировки и, перейдя на правый берег Камы, в коротком кровопролитном штыковом бою заставила замолчать пулеметы красных у железнодорожного моста. Один из пулеметов был захвачен исправным и сразу же был обращен против врага. Вперед была послана группа добровольцев-охотников, состоящая из стрелков: Даутова, Козлова, Чижова и Чечурова, которая сумела перерезать провода, идущие к минам. Штурмовики захватили мост целым и невредимым, который охранял батальон 20-го полка. Красные потеряли 40 человек убитыми и 300 пленными.

Коммунист Медведев, отвечающий за взрыв моста, не сумел подорвать его, мотивируя это тем, что по нему в это время шел эшелон с ранеными. Сам он был захвачен в плен и впоследствии расстрелян. Штурмовой батальон продвинулся на запад от Камского моста, заняв разъезд №37.

Остальные роты батальона Урбанковский (со слов штурмовиков) сам повел в атаку на станцию Пермь-П и один из первых ворвался на вокзал. Красные отступили по оханскому тракту, т.к. по железной дороге было уже невозможно. По версии красных все было иначе. Механик-телеграфист станции Пермь-П А. Лепешкин вспоминал: «Вот и пять часов. Все стихает, ни красных, ни белых, все голодны. Где-то достали ковригу хлеба, из буфета притащили в кастрюле похлебки из селедки. Все с жадностью едят, черпая стаканами, кружками. В шестом часу является охрана от белых с капитаном Климановым во главе. Расставляются часовые, едят белый хлеб с маслом, пьют кипяток».

Что представляла станция Пермь- II после штурма видно из воспоминаний железнодорожника Попикова Михаила: «Утром 26 декабря я, идя на работу через вокзал ст. Пермь- II, видел тут и там трупы, а на перроне станции с кунгурской стороны гору стащенных в одну кучу заколотых красноармейцев. Тут же лежал и труп их командира с красной повязкой на рукаве „Командир 254 Камышловского полка». (Историческая коллекция объединенного архива Пермского отделения Свердловской железной дороги. Дело Попикова Михаила Трифоновича. Воспоминания. Л. 4-5)

Когда же все-таки была взята ст. Пермь -II? Уже перед последней атакой в 2 часа дня штаб обороны ст. Пермь2 сообщил в штаб 3-й Красной армии, что они оставляют станцию. Хотя по утверждению начдива-29 Васильева станцию они оставили в 19 часов.

Командир инженерного батальона Масленников о взятии станции Перми-2 говорит следующее: «В то время как мы дрались на улицах Перми, на ней шла лихорадочная работа по отправке эшелонов. Не хватало паровозов, машинистов. Эшелонами были забиты близлежащие станции и разъезды. Стало очевидно, что Стогов, которому Лашевич поручил эвакуацию эшелонов, находился в заговоре с предателями.

В начале второго дня противник артогнем разбил один эшелон и, заклинив железнодорожное движение на мосту через реку Каму, приостановил дальнейшую эвакуацию. Мы начали выводить из Перми воинские части. Большинство воинских частей, перейдя Каму, стало отступать вдоль железной дороги в сторону Верещагино. Я получил распоряжение отступать по тракту на Оханск». (Масленников Ф. А. Борьба за Пермь./В боях и походах. - Свердловск, 1959. -С.305)

Масленников в своих воспоминаниях не раз не упоминает фамилию Ф. Акулова, как организатора обороны вокзала, хотя в приказе по 29-й дивизии он стоит первым. Начдив Васильев отмечал, что благодаря Акулову и Клокову «станция Пермь-П удерживалась в наших руках до 19 часов 25 декабря, и за этот период из-под огня противника вывезено 15 эшелонов». (И. Черданцев. Красный орел?- Пермь. 1972 . -С.86)

ГЛАВА 5.

ВРЕМЕННЫЙ КОМИТЕТ г. ПЕРМИ

Как только, начались уличные бои в г. Перми 24 декабря 1918 года, то в городе начал работу временный комитет гражданского управления городом, который сорганизовался из 6-ти лиц. В состав комитета вошли, кроме председателя Пермской городской Думы С.Г. Макухина и члена городской управы Д.В. Сипягина, корреспондент петроградских газет Н.Н Пыжов, служащий губернского земства инженер А. В. Вологдин, член Пермского Окружного суда Ф.А. Кузменко-Кузьмицкий и Г.Н. Широков. (Макухин Серей Григорьевич (1879 - 1924). Эсер. Учитель истории и латинского языка гимназии Циммерман. Гласный городской думы» член культурно-просветительной комиссии городской управы (1917), председатель городской думы (1919), входил в Пермский городской учительский союз. В мае 1919 г. редактор газеты «Народная мысль».)

Члены названного комитета сразу же начали обсуждать меры для устранения продовольственной и технической разрухи в городе, а также предотвращение преступности, в то время когда большевики оставят город, а Народная армия еще не вступит в Пермь и для освобождения из тюрем заложников.

Пыжов ведал продовольственным делом в целях предотвращения голода, Вологдин - водопроводом, электро-техническим, техническим, железнодорожным и почтово-телеграфным отделами, а Кузменко-Кузьмицкий - восстановлением судебных учреждений. (К сожалению, о петроградском журналисте Н.Н. Пыжове не удалось найти сведений)

Члену комитета Г.Н. Широкову предполагалось поручить дело народного образования.
Некоторые члены той коллегии своевременно приступили к делу, а некоторые не успели, ввиду неожиданного прихода белых войск.
Этот комитет тот час же, по вступлению в город Сибирской армии, заявил о своем существовании военным властям в лице командования 4-го Енисейского полка, которое, идя навстречу начинаниям комитета, утвердило его и дало ему широкие полномочия по выполнению намеченных коллегией обязательств. Так, в ночь с 24 на 25 декабря был назначен комендантом освобожденной части г. Перми штабс-капитан Марсеев, руководивший одним из отрядов офицерского подполья.

Марсеев Александр Степанович родился в Сюмсинской волости Мамлыжского уезда Вятской губернии. До Великой войны работал техником. Добровольцем пошел на войну в 1914 г. Окончил школу прапорщиков. Был направлен на передовую в 56-й Сибирский стрелковый полк младшим офицером. В декабре 1916 года командовал 6-й ротой этого полка. Прославился при взятии пулеметной горки под Ригой, за что был награжден орденом Св. Георгия 4 ст. Был ранен в этом бою. В 1917 году Марсеева избрали комиссаром корпуса. После конфликта с главнокомандующим Крыленко, был демобилизован из армии по ранению в чине штабс-капитана. Работал на угольных копях, затем приехал в Пермь и поступил на работу на Мотовилихинский завод. В августе 1918 г. напал на след тайной организации Давида Ивановича Симонова, которая была организована еще в марте 1918 года и стал “душой” этой организации. Марсеев был очень скромным человеком и поэтому был мало кому известен, хотя много сделал для общества. Осенью 1918 года Марсеев сформировал отряд в 30-40 человек, который содержался на средства организации. Отряд скрывался в лесу в сторожке на Липовой горе. 24 декабря он со своим отрядом, располагавшимся в ту ночь в горнозаводском училище, явился к командиру 4-го Енисейского полка, получив задачу - занять губернскую тюрьму и гауптвахт}'. После выполнения этого задания отряд участвовал в освобождении ст. Пермь -1, где захватил денежный ящик с 500000 рублями. С 25 декабря 1918 года по 18 января 1919 года работал по разгрузке железнодорожных станций. Отбыл на Кунгурский фронт в составе 1-го офицерского Пермского полка, в котором командовал ротой. 26 января был убит в бою, участвую в наступлении на Юго-Кнауфский завод. Похоронен 31 января 1919 г. в г. Перми на Новом кладбище.

Как только собралась городская дума на свое первое заседание 26 декабря 1918 года, то Пыжов, Вологдин и Кузьменко-Кузьмицкий доложили ей о том, как комитет сорганизовался, какую преследовал цель и что ими сделано. В дальнейшем был переименован в коллегию.

Пыжов сделал краткий доклад о деятельности коллегии и уполномоченного по продовольствию. В заключении он указал, что коллегия предполагала сложить с себя данные ею полномочия, когда городская Дума возьмет в свои руки управление городом. По заявлению Пыжова очень полезным и знающим дело сотрудником в продовольственном вопросе был председатель Пермского кредитного товарищества И.М. Жуйков.

Инженер Вологдин сделал доклад по своему отделу, отметив, что техническое, железнодорожное и почтово телеграфное дело в первое время было очень трудно наладить, т.к. служебный персонал всех учреждений был или эвакуирован большевиками или скрылся от них. Учреждения не функционировали, и их надо было пустить чисто по диктаторски, проявив инициативу, т.к. военные дали комитету неограниченную власть.

Вологдин Алексей Владимирович. Родился в Очерском заводе Пермской губернии в 1881 году. Окончил Пермское Алексеевское реальное училище, затем Петербургский технологический институт и Высшую технологическую школу в г. Дармштадте (Германия), получив диплом инженер^! -технолога. С 1 августа 1912 по 1917 год - преподаватель на горнозаводском отделении при Пермском Алексеевском реальном училище, с 1917-директор Пермского технического училища. Одновременно с 1912 года участвовал в работе Пермского отделения Императорского русско-технического общества, сначала председателем постоянной комиссии по техническому образованию, ас 1916 года - председатель отделения. Активный участник революционного движения, в которое включился в годы 1-й русской революции. Член кадетской партии «Народная свобода». С 1917 - председатель правления Пермского областного военно-промышленного комитета. 16 января 1919 года введен в состав Пермской городской управы. В 1919 году - товарищ председателя партии кадетов. Умер 16 июня 1922 года в г. Перми.

Благодаря энергичной деятельности Вологдина сразу же была восстановлена работа электростанции.

Коллегия назначила временным начальником железной дороги инженера Козлова, заведующего почтой и телеграфом - инженера Никольского, которые к четвергу (27 декабря) запустили свои участки. Заведующим Пермской телеграфной конторой был назначен инженер Бабин. В городе не было даже ни одного телефона - большевики срезали все аппараты и в последнюю минуту бросили их в лесу, где они и были найдены. На телеграфе тоже не было ни одного аппарата.

Кузменко-Кузьмицкий сообщил, что деятельность судебных установлений уже 26 декабря 1918 года была восстановлена.

Городская Дума пожелала выслушать и г. Жуйкова, который сообщил, что когда коллегия приступила к учету наличных продуктов, то оказалось на лицо 35 тысяч пудов хлеба и 12 тысяч пудов мяса. Означенного хлеба, считая население, армию, больных и военнопленных (всего приблизительно 200 тысяч человек), хватило бы дней на 15. Комитетом были приняты меры к снабжению города продовольствием из Екатеринбурга, к восстановлению частной торговли. Рыночные цены на хлеб, мясо и масло были введены только 22 января 1919 года.

Кузменко-Кузьмицкий Федор Андреевич. Родился 8 июня 1874 года. Прапорщик ополчения. Был призван в армию в 1904 году, из которой был уволен в 1905 г. Надворный советник, член Пермского окружного суда в 1916 -1917 годах. Гласный Пермской городской думы 1917 и 1919 годов. Дальнейшая судьба неизвестна.

Выслушав членов коллегии, дума постановила благодарить комитет за деятельность и просила продолжить работу пока жизнь в городе не наладиться22 . Уже на этом заседании было известно, что в Пермь возвращается городской голова Ширяев, который прибыл 29 декабря, взяв на себя формирование городской управы.

Пыжов доложил о продовольственном положении со времени вступления Сибирских войск в город и о мероприятиях со стороны лиц, принявших на себя попечение об охране в городе порядка и для предупреждения голода. Всем пермякам были памятны события в ноябре 1917 года, когда произошли пьяные погромы, поэтому были приняты означенные меры.

В первое время после бегства большевиков перед комитетом стояли две главные задачи:
1. Приведение в известность и учет всего оставшегося национального имущества;
2. Охрана его от разграбления. Для этого был организован общественный госконтроль в лице чинов Пермской контрольной и казенной палат.
Это около 100 человек, которые были разделены на группы. На другой же день они приступили к описи оставшегося в разных местах национального имущества. Прежде всего, продуктов, продовольствия и фуража, которых в 14 районных лавках было на сумму 1/4 млн. руб. и на станции Пермь- II - 2 ½ млн. рублей. Только одного продовольствия со станций Пермь-I и Пермь- II поступило на сумму 1 700 820 рублей. В первую очередь обеспечивались продовольствием войска по сибирским нормам , а их в городе уже 26 декабря было немало: 3-й Барнаульский, 4-й Енисейский, 8-й Бийский полки, штурмовой батальон и т. д. Военнопленных красноармейцев в городе было не менее 8 тысяч. Жители города уже на следующий день, после занятия города Сибирскими войсками, стали получать по полфунта хлеба хорошего качества, а не одну четверть, как при большевиках.

Большую помощь уполномоченному по продовольствию оказала особая хлебная комиссия, в состав которой вошли пермские купцы, находящиеся в г. Екатеринбурге: А.А. Айдаров, Н.А. Бобров, А.П. Верхоланцев, В.И. Королев, Н.И. Постников и Б. М. Рутман. Она заняла 150 т. руб. и приступила к заготовке хлеба для Перми. К моменту освобождения Перми ей удалось закупить 8 вагонов муки, 15 вагонов рыбы и 3 вагона массла. По прибытию в Пермь первым поездом купцы организовали при уполномоченном особое бюро частных торговцев по продовольствию.
Цель его:
1. Изыскать средства для дальнейших заготовок продовольствия;
2. Производить закупки его;
3. Участвовать в распределении.
В состав бюро при уполномоченном вошла полностью Екатеринбургская хлебная комиссия, дополненная Файзулиным, Гневашевым, Рабиновичем и Тимкиным.
Вслед за бегством большевиков начался подвоз продовольствия на городской рынок из окрестных деревень. Сначала слабый и неуверенный, который с каждым днем все возрастал и к 15 января 1919 года ржаная мука на рынке стоила от 35 до 45 рублей за пуд без всякой очереди.

Но даже при работе комитета не удалось полностью избежать хищений. Так, на ст. Пермь- II, находилось не менее 2600 вагонов разного рода грузов, разбросанных по всем путям. Вагоны были раскрыты, поэтому грузы расхищались как военными, так и гражданскими, пока на охрану грузов не привлекли 1-й Пермский офицерский полк.

Жуйков доложил, что за это время работы комитета было отпущено продуктов на 1,2 млн. руб. Уполномоченный по продовольствию города Перми Пыжов обратился ко всем владельцам фирм и торгово-промышленных предприятий, администрациям магазинов и заведующим магазинами с просьбой сообщить в канцелярию его (Сибирская 11) следующие сведения: полную и подробную опись всех бывших к моменту национализации товаров, указать от кого сколько, когда и какой товар поступил; затем кому, когда и сколько товара сдано и подробный адрес фирм, предприятий и магазинов. Всем квартальным наблюдателям, гражданам г. Перми вменяется в обязанность указать место складов разных товаров, неизвестных отделу снабжения. Умышленное скрытие местонахождения товаров будет преследоваться законом.

Товарищ городского головы Киснемский сообщил, что управа уже сосредоточила все продовольственные дела в своих руках, но дума просила комитет и дальше заниматься продовольственным вопросом, пока полностью не нормализуется положение.

Уполномоченный по продовольствию Пыжов и его ближайшие сотрудниками приняли экстренные меры к закупке продовольствия и скорейшей доставке его в Пермь. Усилия Уполномоченного объединялись с усилиями кооперации и представителей торгово-промышленного класса.

3-го января под председательством одного из помощников Уполномоченного состоялось совещание представителей различных торговых фирм по вопросу о том, в какой мере указанные фирмы могут быть полезны в деле скорейшего снабжения населения продуктами питания. Делегаты фирм единогласно заявили о том, что они готовы работать согласно указаниям Уполномоченного. В результате обсуждения было принято решение о том, что представленные фирмы выделяют из своей среды бюро по закупке товаров при Уполномоченном. Закупленные фирмами товары поступают в распоряжение Уполномоченного. Право определять цены и нормы распределения среди населения сохраняются за последним. За организацию покупки и доставки продуктов в Пермь фирмы будут получать комиссионные.

Для урегулирования вопроса о снабжении мылом г. Перми и уезда была образована временная коллегия, состоящая из уполномоченного по продовольствию Пыжова (председатель), владельцев мыловаренных заводов: А.М. Варова, С.Д. Термана, доверенного Черемисинова, А.А. Арбузова, членов секции по обработке жировых веществ: Т.П. Земцова, П.Ф. Лаптева, Н.Е. Калугина и служащего Союза Потребительских обществ Северо-Восточного Района Н.Я. Хлысина. Это был один из важнейших вопросов городского самоуправления, т.к. в городе было много больных тифом.

Уже 29 декабря 1918 года Пермская городская дума приступила к организации милиции. Гласный Шнееров предложил приступить к созданию милиции, для немедленной, надежной охраны учреждений города и населения, которая должна составлять протоколы, акты и т.д.

Жители города активно разыскивали свое имущество, отобранное советской властью, при этом имелись случаи, когда оно расхищалось.

Доверие к милиции необходимо было обеспечить путем тщательного подбора кадров. Чтобы отсечь авантюристов и элементов, служащих любой власти, от вступления в милицию, необходимо иметь сведения о предшествующей деятельности претендента, который должен иметь рекомендации известных управе лиц.

Образовательный ценз для начальника милиции и его помощника - высшее и среднее образование, для остальных лиц командного состава - 4 класса среднего учебного заведения, рядовой милиционер должен быть грамотным.

Думой была избрана комиссия из 5 человек для просмотра и собирания сведений на командный состав милиции. Комиссии было рекомендовано опубликовать cimcoK кандидатов в газете. Также дума оставляла за собой право отвода претендентов.

Уже 1 января член городской управы В.С. Третьяков делал доклад в думе об организации милиции, которая шла в крайне затруднительных условиях. Согласно приказа командира 1-го Средне-Сибирского корпуса генерал-майора Пепеляева №1 5 от 26 декабря 1918 года милиция подчинялась начальнику гарнизона, которым в это время был подполковник Эпов (командир 8-го Бийского полка). Для восстановления деятельности городского самоуправления генерал Пепеляев выделил 1 млн. рублей.

В связи с присоединением пригородных деревень к городу, пришлось сразу увеличить количество участков до 4-х, поэтому штат милиции увеличился с 275 до 287 человек. Мотовилихинский и Балашихинский заводы, Никольская слобода и д. Загарье были переданы в уездную милицию.

Пермь была разделена военными на 9 районов, которые подчинялись комендантам. Позднее был введен 10-й район - д. Данилиха. Все вопросы должны были решаться в комендатурах и только в исключительных случаях в комендатуре города. Комендантом города был назначен полковник Николаев.

ГАНИЦЫ РАЙОНА / Кто назначен комендантом района.
1. Кама, р. Егошиха и улицы Вознесенская и Соликамская - Подпоручик Малышев.
2. Улицы: Вознесенская, Оханская. Малая Сибирская площадь, Загородная и р. Егошиха. Прапорщик Кирилов.
3. Кама и улицы: Соликамская, Вознесенская и Оханская. Подпоручик Судничников
4. Сибирская площадь, улица Малая и место Земства. Прапорщик Астахов.
5. Р. Кама и улицы: Оханская, Покровская и Долматовская. Поручик Некрасов.
6. Улицы: Оханская, Покровская и Долматовская и д. Данилиха. Прапорщик Рыбакович
7. Река Кама и улицы: Долматовская, Покровская и Ермаковская. Подпоручик Жидков.
8. Улицы: Ермаковска, Покровская и Долматовская и речка Данилиха. Прапорщик Франкфурт
9. Улицы: Ермаковская , река Кама и речка Данилиха. Прапорщик Абрамов

Начальником милиции был назначен подпоручик 107- го запасного пехотного полка Златин.
Были установлены оклады.
Начальнику - 1000 руб., его помощнику и начальникам участков - 800 руб.
Помощникам участковых - 650 руб.,
ст. милиционерам -500 руб., младшим -400 рублей.
На заседании думы согласовали с начальником - его помощника и начальников участков. Был разработан проект общежития для личного состава милиции и составлена инструкция для них. К этому времени были оборудованы полицейские участки (помещения). При содействии начальника гарнизона были вооружены постовые, получена одежда для них. Уже трудились 14 старших и 78 младших милиционеров. Приезд из Омска полковника Орловского из министерства внутренних дел для организации милиции, запутал ситуацию. 4 января он посетил городскую думу и согласился с ее действиями, а 6 января назначил начальником милиции прапорщика П.И. Данилова, не согласовав его кандидатуру с думой. Это сказалось уже через полгода. Данилов был отдан под суд за взятки, и на его место вновь был назначен подпоручик Златин.

К середине января деятельность комитета полностью была прекращена, а Вологдин был введен в городскую управу от фракции кадетов. В городе было полностью восстановлено городское самоуправление.

ГЛАВА 6.

РЕВОЛЮЦИОННАЯ МОТОВИЛИХА

Осенью продовольственное снабжение г. Перми и Мотовилихинского завода достигло катастрофического положения. Вот как об этом писал очевидец В. Дебогорий-Мокриевич: «Продовольственные организации почти не работали, так как никаких продуктов питания для горожан и населения Мотовилихи, т.е. «буржуев» не полагалось, да и не имелось и в действительности. Все запасы, что с величайшим трудом выколачивались у крестьян продовольственными отрядами шли на прокорм армии и бесчисленной оравы коммунистов всех толков и наименований. Обыватели, разделенные в отношении продовольствия на 4 разряда, должны были во всех этих разрядах сами промышлять о своем пропитании. Огромное большинство из них все это время питалось чем, Бог послал - ржаными сухарями и полусгнившей картошкой. Мудрые люди имели даже и сахар, продававшимся некоторыми чинами чрезвычайки по 70 р. за фунт, мясо и прочее, но для этого нужно было иметь огромные сбережения, каковыми население Перми не располагало. Большинство влачило полуголодное и прямо голодное существование и всю надежду возлагало на скорый приход белых». (Свободная Сибирь (Красноярск). - 1919. - 1 апреля)

Когда 1 июля 1919 года Красная армия вошла в Мотовилихинский завод, многие старушки подбегали к красноармейцам, били клюкой и кричали: «Опять голодая влась пришла». (Б.П. Кириллов. Рассказы о Мотовилихе. - Пермь, 1998. - С. 17)
Так запомнили жители Мотовилихи голодную осень 1918 года.

За лето и осень 1918 года Мотовилихинский завод бронировал и вооружил 5 пароходов: «Урицкий» (Левшино), «К. Маркс» (Любимов). Михаил, Медведь, и Стерлитамак. «Урицкий» и «К. Маркс» вышли из Перми на фронт под Осу 17 октября.

24 октября в Мотовилихе состоялся митинг, на котором выступил т. Зиновьев. К 3-м часам в ново-лафетном цехе собралось до 4000 рабочих, но из-за позднего открытия митинга количество их уменьшилось до 2000. При входе в цех т. Зиновьев был встречен громом аплодисментов. Митинг был открыт т. Хлебниковым, который приветствовал т. Зиновьева от имени митинга, как вождя левого циммервальда. Зиновьев, который после приветствия от петроградаского пролетариата отмечает, что Мотовилихинский пролетариат был всегда одним из наиболее стойких.

За осень 1918 года Мотовилихинский завод изготовил для 3-й Красной армии 5 бронепоездов, один из которых назывался «Первый морской бронепоезд имени В.И. Ленина».

В начале декабря мотовилихинские рабочие решили объединиться, для того чтобы открыто выступить против советской власти. 5 декабря состоялось первое собрание в инструментальном цехе. Резолюция, вынесенная этим цехом, была подтверждена электрическим и лафетным цехами. В отдельных цехах прошли собрания, а затем одно общее собрание в помещении лафетного цеха, на котором почти единогласно была выработана резолюция из 16 пунктов. Вот один из протоколов этих собраний ( протокол электрического цеха).

Повестка дня.
1. О продовольствии.
1.Мы, Голодные рабочие, требуем увеличения хлебного пайка не печеным хлебом, который не едят свиньи, а мукой согласно категорий: 1-я 1 п, 10 ф., 2- 1 п., 3 - 30 ф. и 4 - 20, а также и всех вспомогательных продуктов как то; мяса, крупы, картошки и других продуктов, увеличение пайка требуем с 6 декабря, а если не будет увеличено, то мы вынуждены остановить работы.
2. Требуем немедленного снятия с комиссаров кожаных тужурок и фуражек и употребить их для обуви.
3. Требуем скорейшего приобретения вяленой обуви и теплой одежды и распределения между гражданами.
4. Требуем, чтобы все комиссары и служащие советских учреждений пользовались такими же пайками, какими пользуются рабочие, чтобы не было чиновничества и не пользовались никакими привилегиями.
5. Требуем отмены угрозы оружием рабочим на собраниях и отмены арестов, чтобы была свобода слова и собраний, чтобы была власть советов крестьянских и рабочих депутатов, а не чрезвычайной комиссии.
6. Требуем отмены отбирания хлеба и муки от голодных рабочих, жен и детей и отмены штрафования тех крестьян, которые продают, и возят, и пускают ночевать, и требуем свободного пропуска до полутора пудов.
7. Требуем от Областного Отдела Снабжения, если он не может заготовлять для населения продукты питания, то дать право Мотовилихинскому Отделу снабжения работать самостоятельно.
8. Требуем Общезаводского собрания на 5 декабря в 12 часов дня с представителями Областного Отдела Снабжения.
9. Требуем убрать всех ставленников, должны занять места, выбранные от народа.
10. Требуем оплаты за проведенное время на собраниях, если таковое было в рабочее время.
11. Требуем отмены взыскания за проведенное время по приисканию продуктов рабочими.
12. Требуем отмены катания на лошадях комиссаров, а также и на автомобилях;
13. Требуем отмены смертной казни без суда и следствия, должно быть правосудие.
14. Требуем, чтобы комиссары были для народа, а не народ для комиссаров.
Все 14 п. приняты единогласно.
Председатель Лучников.
Секретарь Весеников.
Тов. секретаря Зертин.

Этому собранию были рады все, потому что это была единственная возможность высказать все, что наболело на душе у голодных рабочих. Местом для общезаводского собрания была назначена щитовая фабрика при лафетном цехе. В собрании приняли участие почти все служащие и рабочие. Пермская газета «Известия Пермского губисполкома» только 10 декабря сообщила о выступлении только трех цехов Мотовилихинского завода. С большими затруднениями был выбран президиум собрания; участие в нем было сопряжено с опасностью для жизни. Дополнение к резолюции, сделанное общим собранием, заключалось в принятии предложения о создании особой комиссии для обследования постановки продовольственного дела в отделе снабжения и для выяснения того, как питаются комиссары.

Членами в эту комиссию должны были войти представители всех цехов завода. Но всем этим намерениям не суждено было сбыться. На другой день на заводе был произведен обыск. Служащих и рабочих в завод не пустили. Завод был объявлен на военном положении и временно закрыт, впредь до очистки его «от левоэсеровского и белогвардейского элемента». А через несколько дней, был объявлен новый набор рабочих. Была организована комиссия, которая решала, кого принять на работу.

Все это вызвало новое общезаводское собрание, которое прошло крайне бурно и взволнованно. На нем все свистели и кричали Сивилеву, председателю мотовилихинского исполкома, «долой его», «гони его» и т.д. На этом собрании выступил председатель Мотовилихинского райкома РКП(б) Мясников, который убеждал рабочих не поддерживать эсеров, но безуспешно.
Ночью, после вышеуказанных собраний, в Мотовилихе было введено военное положение, а вместо ЧК был учрежден Военно-Революционный Комитет с обширными полномочиями. В состав ВРК вошли 5 человек: В. Сивилев, Г. Мясников, Залуцкий, Дерябин и Иванов. ВРК провел чистку завода, которая выразилась в арестах, расстрелах и увольнениях. Так, ВРК уволены с завода инженеры: Бучинский, Костров, Шулаков, Трухачев, Мякотин, мастера: Шумков, Титов и Шилов.

11 декабря был арестован председатель прессовального цехового собрания С.Н. Кузьминых и еще 100 рабочих. Все это проделано было в течение недели.

После 4-х дневного стояния, некоторые цеха Мотовилихинского завода 10 числа были пущены в ход: железнодорожный, служба тяги, электрический, кузнечно-котельный, чугунно-литейный, оружейнозамочный, орудийный, лафетный.

По приказу Революционного Комитета были растреляны 14 декабря 1918 года следующие лица: Темников Иван Никанорович, бывший горный начальник, контрреволюционер, осведомитель охранки; Темников Константин Иванович, офицер; Иванов П.А., инженер-охранник; Клеменс Г., провокатор, охранник Киевской охранки, выступивший на знаменитом митинге в Мотовилихе, призывая голосовать за резолюцию из 13 пунктов; Кушилкин Г.А., бывший околоточный надзиратель, палач, сплавивший не одного рабочего Левно на тот свет, жестоко расправлявшийся с грузчиками; Доронин И.Т., организатор Мотовилихинского «Союза русского народа», до сих пор ведший черносотенную агитацию; Шардаков И.С., бывший надзиратель николаевских рот, палач; Зубов Алексей Григорьевич, рабочий-белогвардеец, бросавший большевиков в топку в бытность свою матросом; Чернильцев, политический комиссар 1-го революционного Советского полка, он же чрезвычайный уполномоченный Пермской Губернской Чрезвычайной Комиссии, за взятку Анциферовой в 10 тысяч рублей, которые он получил за освобождение ее отца и брата.

Темников Иван Никанорович (1863-1918, Пермь). Окончил СПб ун-т (1885); СПб горный ин-т (1889), горный инженер. Награжден орденами Св. Станислава III ст. (1896), Св. Анны III ст. (1900), Св. Станислава II ст.(1904),Св. Анны II ст. (1908), Св. Владимира IV ст. (1911). Действительный статский советник (1915). С 1889 - практикант в сталелитейном цехе Пермских пушечных з-дов. С 1890 - зав. химической лабораторией, с 1891 - зав. сталелитейной и тигельной фабрик. Пом. горного нач. (с 1908), горный нач. (с 1913) Пермских пушечных з-дов. Сыграл значительную роль в модернизации сталелитейной и тигельной фабрик, а затем и всех пушечных з-дов. Немало внедрил передовых зарубежных технологий: за время службы бывал в командировках на металлургических и оружейных з-дах Англии, Бельгии, Германии, Франции, Швеции. Один из организаторов и пред. Пермского отделения императорского технического об-ва, член Металлургического об-ва и об-ва горных инженеров. Состоял председателем комитета по оказании помощи раненны, пред, библиотеки и Народного дома, чл. Перм. и Всероссийского земского союза, гласный Перм. земства. В 1918 расстрелян чекистами. Автор статей в «Горном журнале», «Записках Пермского императорского отделения русского технического об-ва».

Темниковых, отца и сына, арестовали, а затем и расстреляли якобы за то, что нашли у них пулемет. По воспоминаниям сторожа Петрова это произошло так: «В 11 часов вечера ведут в баню много арестованных. Когда их проводили мимо меня, один из них, сын Темникова, вскричал, обращаясь к ведущим его милиционерам, в числе которых были Артамонов, Кузнецов и два агента из «Чрезвычайки»: «Товарищи, разберитесь, в чем дело!» На это ему ответили: «Иди, не разговаривай, контрреволюционер!» Из остальных арестантов в это время кто плакал, кто вздыхал: «О Господи, Господи!».

После занятия белыми Мотовилихи баня была в следующем состоянии. «На полу оказалась большая лужа застывшей крови, которая во многих местах собралась большими сгустками. В одном углу стенка бани была доверху перепачкана кровью. По видимому, расстреливаемые падали в этот угол. Стекла окна этого угла оказались в нескольких местах прострелянными... Скамейка в бане была тогда вся залита кровью. В предбаннике тоже была кровь на полу, и ею же были испачканы стены, но невысоко, по-видимому, и здесь растреливали. В предбаннике и в сенях на полу были кровавые полосы, очевидно оставленные трупами, которых вытаскивали оттуда после расстрела. Такой же кровавый след тащимых трупов шел по ступенькам крыльца бани и по ограде, вероятно до саней, на которых отвозились убитые.

Какая же обстановка была накануне боев в Мотовилихинском поселке.

Уже вечером 23 декабря поступили сигналы, что возможно наступление белых на Пермь. Так, в штаб 2-го батальона полка “Красные Орлы”, находящегося в Мотовилихе, пропустили женщину, которая сообщила, что утром белые подойдут к Мотовилихе со стороны Троицы, чтобы затем прорваться в Пермь. Командир батальона Полуяхтов послал донесение губернскому военкому и начальнику гарнизона С. Окулову. Вскоре конники, отвозившие пакет, привезли расписку получателя.

В это время в Мотовилихе находился также на отдыхе остатки Лесновско-Выборгского полка (около ста чел.). 22 декабря он был выбит белыми из сел Насадка и Серьга, при этом был настолько деморализован, что не выполнил приказ командира полка Захарова о занятии следующего рубежа, а в беспорядке сбежал в Мотовилиху. Командир полка не решился вернуть полк обратно в д. Гари, так как считал, что люди разбегутся.

Местные органы власти влили в полк 300 мобилизованных комсомольцев и коммунистов. Кроме того, т.к. завод находился на военном положении, райком произвел мобилизацию коммунистов, сформировав и вооружив отряд в 700 - 1000 штыков, штаб которого располагался в “Народном доме”.

Таким образом, для защиты Мотовилихинского завода было выставлено 1100 - 1600 штыков. Бойцы Мотовилихинского отряда находились на казарменном положении, т.к. уже 21 декабря было известно об эвакуации завода. Для них было организовано горячее питание из конины. На опасных местах были выставлены посты, а по улицам (в последние дни) круглосуточно ходили патрули, производилась разведка близлежащих селений. 22-23 декабря защитниками завода производилась разведка по дорогам Лядовского тракта и другим, откуда ожидали прихода белых. В это время солдаты, разложившийся 3-й Красной армии, расходились сотнями по домам.

В ночь на 23 (в 11-12 часов) декабря на места, где были поставлены посты и разведка, посылались, для связи и осведомления, вестовые. Также был выслан заслон в 30 человек во главе с т. Н. Козловым, который засел в Пихтовке, около кирпичных сараев.

Штаб был настороже, и, получив первое уведомление, что где-то около красных постов белыми был подан световой сигнал и второй, через некоторое время - привел в боевую готовность Мотовилихинский красногвардейский отряд.

23 декабря 1918 г. 2-й Барабинский полк 1-й Сибирской стрелковой дивизии генерал-майора Зиневича, имеющий всего 436 штыков при 6 пулеметах, под командованием полковника Ивакина выступил из д. Н. Кутамыш в сторону Мотовилихинского завода и в 16 часов прошел д. Гори, а к вечеру этого же дня сосредоточился в вершине Мотовилихинского пруда. 24-го декабря в 4-е часа утра, барабинцы атаковали Мотовилихинский завод с двух сторон: с Пихтовки(ныне Запруд) и Висима. Первая колонна, сняв красные посты, устремилась на Большую улицу, отрезая путь отступления красным на г. Пермь.

Другая колонна устремилась по Томиловской улице, стреляя из винтовок и пулеметов, по выступившей красной цепи на Монетной улице и Базарной площади. Завязалась перестрелка. Участники обороны утверждают, что белые еще с вечера ввели и разместили свой полк, под видом красноармейцев, на Висиме и в Пихтовке, войдя в завод со стороны вершины мотовилихинского пруда. И когда Козлов и его бойцы, увидев белых, открыли стрельбу, то Пихтовка и Висим были уже заняты барабинцами. Возможно, это были команды разведчиков 2-го Барабинского полка, но весь полк 22- 23 декабря находился еще в с. Троица.

Ревком находился в управлении Мотовилихинского завода, мимо которого бежали целыми толпами красноармейцы, крича: «Наших всех перебили, перерезали».
Председатель ревкома Мясников решил прояснить обстановку. Конной разведке был дан приказ выяснить, но она отказалась, мотивируя это тем, что если пехота бежит, то нам там нечего делать. Тогда Ревком обратился к начальнику гарнизона г. Перми Окулову за помощью, который «по телефону сказал, что с тысячью человек приду к вам в Мотовилиху. Держитесь товарищи!» Мясников решил установить пушки и пулеметы на заводе, но администрация на это не дала согласия.

Часть командного состава Мотовилихинского красногвардейского отряда тут же исчезла. Таким образом, мотовилихинский отряд лишился своих командиров. Сибиряки заняли часть Мотовилихинского завода, открыв пулеметный огонь по управлению завода. Тогда Мясников отдал распоряжение отступать к г. Перми. Мясников, Жужков, Марков, Колпашиков, Фоминых и другие совработники сели на подготовленных лошадей и двинулись по Каме к ст. Перми-I. В ограде Мотовилихинского завода стоял поезд с заводскими специалистами, готовый к эвакуации, но так как Ревкому было не до них, он так и остался на путях.

Достигнув станции, беглецы решили не входить в город, так как там слушалась интенсивная стрельба, а, переехав р. Каму, двинулись на ст. Верещагино.

У подножья “Вышки”, на стыке Лядовского и Соликамского трактов оборонялся отряд мотовилихинских рабочих совместно с Лесновско-Выборгским полком. Весь день они отбивали атаки барабинцев, не давая последним, пробиться на Большую улицу271. Батальон 1-го Крестьянского полка (Красные орлы) рассеялся и по одиночке отступил за Каму на ст. Чайковская. Остатки батальона приняли участие в обороне поселка совместно с Лесновско-Выборгским полком, которые перешли в контратаку, потеснив 3-ю роту Барабинского полка. Тогда командир этой роты прапорщик Богданов с криком “ура” бросился в атаку. Барабинцы сбили противника с позиций, захватив 3 пулемета, которые тут же были, обращены против красных. Красноармейцы отступили, закрепившись на новом рубеже.

К мотовилихинскому вокзалу уже в 6 часов утра неслась масса бегущих в панике рабочих, которые уже знали, что в поселке белые, но где и сколько - никто не знал. По Большой улице также двигалась масса рабочих, направляющихся в сторону Юго-Камска. На углу Большой и Баковой улиц стоял патруль мотовилихинских рабочих, -ожидавших лошадей для отступления. В районе Висима в 7 часов утра слышалась ружейная стрельба. Как говорится в приказе по Сибирской армии: “В течение 11 часов, с 4 до 15 часов, шел бой на улицах Мотовилихи. Противник засел в домах и упорно, обстреливая барабинцев из пулеметов, которым приходилось очень трудно, но они проявляли мужество и находчивость. Так, стрелки Коршунов Андриан и Бошкатов Петр, получив ранение в левый бок, остались в строю и продолжали расстреливать противника.

А стрелки: Приходько Дмитрий, Семиненко Сильверст, Кавтуненко Василий были окружены, но сумели прорваться, при этом вынесли пулеметы.

Стрелки: Сизиков Феодор и Донсокй Иван в связи с выбытием из строя офицера и взводного командира, по своей инициативе выдвинули пулемет вперед цепи и без прикрытия открыли огонь из него по отходящей групппе противника, благодаря чему противник не имел возможности обойти с фланга роту барабинцев. Не менее инициативно действовали стрелки Чусовков Петр и Четкое Еремей, которые, заметив, что красногвардейцы пытаются отступить с пулеметами, открыли огонь и перебили прислугу неприятельского пулемета, завладев последним.

В ночь на 25 декабря прапорщик Богданов атаковал центр сопротивления красных - «Народный дом», захватив его. В плен было взято 300 человек. Много было убитых. Противник бежал.” Барабинцы стали отрезать путь отступления красным к реке Каме и, те, вынуждены были ночью оставить позиции, отступив к д. Низовка, где сформировали батальон «беспощадных коммунаров», который двинулся к ст. Верещагино.

К 11 часам 25 декабря барабинцы ликвидировали оставшиеся очаги сопротивления. Остатки ЛесновскоВыборгского полка отступили в направлении ст. Верещагино, куда прибыли в количестве 40 человек.

Таким образом, Мотовилихинский завод, в котором проживало в 1912 году 39 тысяч человек, был захвачен двумя ротами (3-й и 7-й) 2-го Барабинского полка.

Вечером 25 декабря 1-й Новониколаевский полк вошел в Мотовилиху, где расположился на отдых.
Так был закреплен успех барабинцев. Благодаря действиям прапорщика Богданова, была захвачена колоссальная добыча: 2 броневика, 10 пушек, до 1000 снарядов, до 15 000 патронов, 10 кухонь, хлебопекарня, до 20 пулеметов, паровозы, составы и другое имущество.

Начальником гарнизона Мотовилихинского завода был назначен командир 2-го Барабинского полка полковник Ивакин, который восстановил волостное управление, назначив начальником штаба гарнизона поручика Удриса, а комендантом завода капитана Шидловского.

Общим собранием гласных Волостного земства в Мотовилихинском заводе была избрана волостная управа в составе: председателя - гр. Симонова и членов: Коковякина и Мозжерина, которая приступила к исполнению возложенных на нее обязанностей.278 Первым делом управа выразила от имени жителей поселка Мотовилихи благодарность своим освободителям от большевиков.

ГРАЖДАНЕ!

Гг. офицеры и солдаты 2-го Барабинского Сибирского полка.
Жители завода Мотовилихи, Пермской губернии и уезда, никогда не забудут ратных подвигов, совершенных Вами в исторические для нашего селения дни 24/11 и 25/12 декабря 1918 г.
В эти славные дни, после безмерно трудных переходов среди глубоких снегов и страшных морозов, вы бурным натиском и героическим усилием прогнали большевистские войска и власти, заняв г. Пермь и наш завод. Вы освободили нас от власти коммунистов-большевиков и их безумного управления, приведшего нас на край гибели, вы дали нам возможность устроить нашу общественную и личную жизнь на твердых началах истинной свободы и законности.

Все мы одушевлены чувством самой горячей благодарности и уважения к славному вашему полку и, желая вещественно запечатлеть это, мы просим полк принять по русскому обычаю хлеб-соль и на память наш адрес и монограмму на свое боевое знамя, под стягом которого ваш незабвенный для нас полк несет бремя ратных подвигов на возрождение и величие нашего дорогого Отечества.

Председатель собрания В. Ляпустин.
Председатель волостной земской управы И. Симонов.
Члены ее: И. Коковякин, М. Мозжерин.

Так кто же такие барабинцы и их славный командир полковник Аркадий Васильевич Ивакин?
После восстания в Новониколаевске чехословацкий частей под командованием капитана Гайды 25 мая 1918 года в городе начали формироваться 1-й и 2-й Новониколаевские полки из офицеров, военных чиновников, юнкеров и учащихся учебных заведений. 2-й полк возглавил полковник Перчук, а его заместителем стал капитан Ивакин. 15 июня полк, в количестве 277 штыков, уже находился на фронте на ст. Мариинск, где принял участие в разгроме красногвардейских отрядов. Далее полк участвовал в походе на Иркутск от Нижнеудинска. 15 июля 2-й Новониколаевский полк под командованием уже капитана Ивакина отличился при захвате ст. Байкал. Наступало немногим более 200 человек с винтовками и двумя пулеметами. Людские силы красных были многократно больше. Они имели два бронепоезда и не менее 12 пулеметов. Команда конных разведчиков и взвод пехоты совершил дерзкий обход горами, выйдя на железнодорожный путь на восток в 600 шагах от станции, и на виду у красных разобрали полотно, отрезав противнику дорогу к отступлению. Основные силы полка повели энергичное наступление через сопки на станцию. Удачными выстрелами и гранатами в 1.50 был взорван подрывной поезд красных с 250 пудами динамита. Взрыв снес с лица земли несколько построек, погибло несколько служащих. Атакой были захвачены два бронепоезда, пушка, 4-е пулемета, много винтовок, патронов и другое имущество. За это лихое дело командир полка был представлен к званию подполковника.
Так началась слава полка. Еще не раз в ходе Забайкальской операции отличился 2-й Новониколаевский полк, который 26 августа получил наименование 2-го Барабинского Сибирского стрелкового полка, а командир получил внеочередное звание полковника. 15 сентября 1918 года полк прибыл из Забайкалья в Новониколаевск на переформирование. В начале ноября полк в эшелонах перебрасывался на Пермский фронт на ст. Кын. 5 ноября, между станциями Утка и Унь, один из составов потерпел ужаснейшее крушение; потеряв до 250 человек убитыми, ранеными и сгоревшими. Разумеется, оставшиеся были глубоко морально подавлены этой катастрофой. Но, несмотря на это, полк уже на следующий день принял участие в освобождении Кыновского завода. 17 декабря 1918 года 2-й Барабинский полк совместно с 4-м Енисейским выбил полк «Красных орлов» из д. Сосновая гора. Ну, а затем последовал захват Мотовилихинского завода.

Командир 2-го Барабинского полка родился в 1893 году. Участник Великой войны, которую закончил в чине капитана. В июне 1916 года поручик Ивакин был контужен, но остался в строю. Мобилизован Временным Сибирским правительством в мае 1918 года в г. Новониколаевске.

За взятие ст. Байкал произведен в подполковники 4 сентября со старшинством с 18 июля 1918 года,280 а уже 6 сентября этого же года за боевые отличия в делах против неприятеля получил чин полковника с 13 августа. Участник Пермской операции с 7 ноября 1918 г. 2-й Барабинский полк, под командованием полковника Ивакина, захватил 24 декабря 1918 года Мотовилихинский завод. Барабинский полк отличился при наступлении в начале марта 1919 года, прорвав оборону 3-й Красной армии в районе д. Беляевки (ниже Оханска).

Приказом адмирала А. В. Колчака от 20 апреля 1919 г. награжден орденом Св. Владимира III ст. с мечами В сентябре-октябре 1919 года, во время Тобольской операции, не раз исполнял обязанности начальника 1-й Сибирской стрелковой дивизии.

7 декабря 1919 года поднял восстание в г. Новониколаевске против войск адмирала Колчака. Мятеж был подавлен, а полковник Ивакин расстрелян. (Сибирский Вестник (Омск). -1918. - 6 сентября).

ГЛАВА 7.

ЭВАКУАЦИЯ И БЕГСТОВО БОЛЬШЕВИКОВ ИЗ ПЕРМИ

Как проводилась эвакуация Перми? Об этом много раз писалось или упоминалось в воспоминаниях участников событий и в научной литературе, но более, или менее внятного ответа на этот вопрос нет. Так пермский общественный деятель В. Дебогорий-Мокриевич писал в апреле 1919 года в Красноярской газете «Свободная Сибирь»: «Коммунисты без всякой причины прекратили уличное освещение, отцепили все частные установки, реквизировали лошадей у всех извозчиков, ломовых и легковых и даже водовозов. Лишь целые дни сновали по городу автомобили-грузовики и согнанные со всех сторон крестьяне-подводчики, возившие на вокзалы всякое городское имущество. На улицах тянулись целые обозы. И чего только не собирались увезти с собой г.г. народоправители: и экипажи, и мебель, пианино, картины, клетки с птицами, ковры и ящики, ящики без конца. Всего на вокзалах было нагружено 4 тысячи вагонов для товарищей комиссаров, увозивших с собой из кладовых бывшего Государственно банка 43 миллиона народных денег, не считая тех бесконечных миллионов, что были награблены, национализированы и отобраны всяким иным способом у несчастного населения Перми и Екатеринбурга». (Свободная Сибирь.(Красноярск). 1919.-1 апреля)

Что же ожидало Пермь по замыслам большевиков? «Предполагалось вывезти решительно всякое имущество всех правительственных и общественных, железных дорог, пароходных обществ, банков, все аптеки, университет, все типографии, библиотеки, городскую пожарную команду, почту, телеграф, все, какие только находились в наличии товары, запасы провианта, воинского имущества и прочее, причем при отступлении, по оказании должного сопротивления решено было взорвать на воздух городскую электрическую станцию, водонапорную башню, водопровод и большой железнодорожный мост через Каму, сам же город, в наказание «буржуям, попом, белогвардейцам, спекулянтам и прочим ворам и мошенникам» решено было поджечь одновременно в нескольких местах, а также все пароходы и суда, с которых механизмы были сняты. Жуткие минуты переживала в это время Пермь». (Свободная Сибирь.(Красноярск). 1919.-2. апреля)

Итак, когда же началась эвакуация Перми? 11 декабря 1918 года председатель Уральского областного Совета Белобородов А. Е. отдал распоряжение приступить к эвакуации отделов управления . 13 декабря началась перевозка имущества на ст. Пермь -I и погрузка его в вагоны. 14 декабря к 8 часам вечера все имущество и дела отделов Управления Пермского Губернского исполнительного комитета Совета Рабоче-Крестьянских и красноармейских депутатов были погружены. По прибытию в Вятку оно было благополучно передано. (ПермГАНИ. Ф. 90.ОП.4. Д.937. Л.29)

Какое имущество прибыло в Вятку отражено в описях имущества, приведенных в приложении №2. Чего только там нет? Из списков следует, что большевики эвакуировали даже сломанные стулья, чайники, протезы, неисправные приспособления для изготовления протез, обрезки цветных металлов и т.д. Наиболее полно отчитался отдел специального обеспечения, т. к. он начал эвакуацию 22 декабря 1918 года, поэтому все его составы прибыли в Вятку. Завотделом социального обеспечения Шорохов представил даже опись брошенного имущества в Перми. Остальные отделы губисполкома представили отчеты только по денежным суммам.

15 декабря Завфармотделом выехал из Перми и 18 декабря прибыл в Вятку, на ст. Лянгасово, где уже находились 21 вагон с медикаментами из них 13 вагонов с медикаментами из Пермского губернского центрального склада. (ПермГАНИ. Ф. 90.ОП.4. Д.937. Л. 195)

При этом все аптеки губернского города не были эвакуированы, которые начали работать уже 26 декабря, в первый же день после освобождения города. (Освобождение России (Пермь).- 1919. - 12 января ). Эвакуации подлежала и губернская Александровская больница. Хирург этой больницы Эскин аккуратно упаковал все хирургические инструменты в ящики, но 24 декабря, когда в Пермь ворвались части Сибирской армии адмирала Колчака, пошел на сборный пункт, станцию Пермь-П, без инструментов. Увидев, что твориться на станции(панику), Д. Эскин пошел домой и стал спокойно продолжать работу в Александровской больнице, благо все инструменты остались на месте. (ПермГАНИ. Ф. 641/1 Оп.1. Д. 12909. Л.23)

«16 декабря 1918 года была проведена мобилизация всех членов партии управления округа путей сообщения и был образован отряд особого назначения по обороне города Перми в 140 человек. Все члены отряда были переведены на казарменное положение. Казармы располагались по Торговой улице, напротив железнодорожного училища.

23 декабря в 2 часа дня был получен приказ о подготовке к посадке в вагоны, что к 7 часам вечера было исполнено. Состав стоял на Перми-I. Комендантом поезда был назначен комиссар Пермской железной дороги Бузин (бывший машинист поездов).

Около 5-ти часов утра 24 декабря в отряд поступило донесение, что в Мотовилиху вошли белые со стороны Висима.

В 8 часов утра поезд ушел со ст. Пермь-I на Пермь-II. Там составы стояли сплошной линией на всех путях. Решили идти пешком на ст. Курья. Здесь отряд начал разбегаться. Сначала сбежали специалисты, а за ними и все остальные. Во всех вагонах валялись брошенные винтовки и бомбы. Зайцев сколотил отряд в 25 человек, собрал все винтовки из вагона и двинулись через Каму на двух подводах. Белые вели сильный артиллерийский огонь с 54 разъезда на Камскому мосту и по реке. Отряд добрался до ст. Курья». (ГАПК. Ф. Р-732. Оп.1 Д.145. Л.1-2).

Сразу же с беспорядочной стрельбой (в 5 часов утра) началась эвакуация советских учреждений. Первыми начали эвакуации сотрудники ЧК, т. к. произошло замешательство - разведки Барандохина (ЧК) и Окулова приняли своих за белых и обстреляли друг друга. Чекисты поспешили эвакуироваться. Уже в 7 часов утра у здания Чрезвычайной комиссии стояла конница и много подвод. Две роты батальона ЧК ушли прикрывать этот обоз без разрешения Барандохина, а попросту сбежали. (В.Ф. Сивков. Пережитое. - Пермь. 1962. - С215).

Архив ГубЧК и хранящиеся в ее кладовой, драгоценности были вывезены лишь накануне падения Перми. Дела и ценности погрузили на подводы - с расчетом их следования параллельно железной дороге по проселку в сторону Верешагино. С первыми тремя подводами, гружеными ящиками, ехал возглавляющий обоз бухгалтер ГубЧК Никифоров, а на двух остальных - 5 человек охраны во главе с комендантом ГубЧК А.Е. Сицилицыным. (Следует отметить, что многие следственные дела доехали до Вятки. Например дело о восстание в селе Сепыч в августе 1918 г.).

В 10-12 верстах западнее Перми, в лесу показались всадники. При виде их охрана повыскакивала из подвод и бросилась в лес. Никифоров был спокоен. Всадники подъехали к обозу и начался разговор с Никифоровым. (ПермГАНИ. Ф. 693/6. On. 1. Д. 11. Л.42)

Впоследствии оказалось, что он был членом подпольной офицерской организации и встреча эта была не случайной.

Началась спешная эвакуация советских учреждений. Как она проходила, вспоминает раненый красноармеец Алексеев: “Военком нашего госпиталя отдал распоряжение о немедленной погрузке раненых на машины. Он вынужден был взять всю ответственность на себя, т.к. главврач госпиталя предательски бежал. Раненых осторожно перенесли на машины и стали подвозить к санитарному поезду, который стоял за городом. Все это происходило при 25 градусном морозе, в то время как одежду большинства раненых составляли халаты.... Самым последним к санитарному поезду подъехал военком госпиталя. Он доставил полную машину одеял, которыми тотчас были укутаны все раненные.” (А.А. Алексеев. Страницы из гражданской войны. - Ижевск. 1959. -С28) .

Но не все вели себя так. Бегство большевиков описал известный советский писатель Вс. Н. Иванов: “Они грузили в сани на глазах соседей по улице, прежде всего канцелярии, папки, бумаги, дела, а потом ребятишек, закутанных в одеяла, женщин, уезжая от наступающего противника на лошадях, а не по железной дороге.” (Вс. Н. Иванов. Исход. - /Дальний Восток. 1994 г. №12 - СЗ).

Спешили покинуть Пермь и военное, и партийное руководство. Так к 8 часам утра 24 декабря на станцию Пермь-II прибыл начальник военных сообщений 3-й Красной армии Стогов, который клялся, что вывезет из Перми все до последней трубы, хотя в эту должность вступил только 12 декабря. (Полковник артиллерии Стогов Иван Евграфович (22.06.1877- 22.071921) является с 12 декабря 1918 года начальником управления военных сообщений и эвакуации 3-ей Красной армии).

«Уже оттуда - он - дает распоряжения об эвакуации. Все стараются попасть в отходящие поезда, связь по горнозаводской постепенно замирает, пропала Сылва, нет Лядов, не стало и Левшино, телеграф должен Работать до конца. Для эвакуации приготовлена подвода для вещей, чтобы в последний момент уходить, если не будет поезда в 9 часов. (ПермГАНИ. Ф. 641/1 Оп.1. Д. 9648. Л.11).

Стогов уехал со своим эшелоном в 8 часов утра со станции Пермь-П в Глазов, забрав всех технических агентов по службе движения». (ПермГАНИ. Ф.641/1. Оп.1 Л.1.).

В 9 часов утра на вокзале станции Пермь-П послышались «глухие удары артиллерии с юго-восточной стороны, общая спешка, все едут, никого не пускают, дежурят комиссары Зуев, Мильчаков, Сосновский с винтовками и наганами, следят за каждым шагом». (Ретроспектива (Пермь). - №5,2008. -С.46).

В городе в это время оказался штаб ЗО-й стрелковой дивизии с тыловыми учреждениями, которые находись в эшелонах на ст. Пермь - П. Вспоминает помощник начальника снабжения, названной дивизии Ермаков Киприян: «С 4-х часов утра (24 декабря) начинается невообразимая паника и поголовное бегство красноармейских частей из Перми. Начальник дивизии Борчанинов приказывает Ермакову спасти кассу (10 миллионов романовских рублей). Спешу на вокзал, дивизия имела несколько поездов с вооружением и продовольствием».

Мороз около 40 градусов. Все железнодорожные линии на вокзале заставлены поездами. У каждого поезда красноармейцы, оспаривающие друг у друга право на выезд в первую очередь, угрожающие друг другу оружием и ручными гранатами.

К вечеру весь город, за исключением местности, прилегающей к вокзалу в окружности полкилометра, был занят противником.

Нашли в вагонах лошадей, погрузили кассу. В охрану набралось 15 человек. Чтобы выехать из города пришлось вернуться с вокзала в зону боевых действий. Пули свистели над головами. Когда выехали на тракт, из охраны осталось три человека (из них два мадьяра). Остальные разбежались». (ПермГАНИ. Ф. 90.ОП.2. Д.Е-7. Л.21-22).

Подлежащие эвакуации специалисты разбегались по домам, как только представлялась возможность. Вот как об этом давал показания в ОГПУ в 1923 году врач Александровской губернской больницы г. Перми Дмитрий Афанасьевич Эскин: “В период занятия Перми Колчаком я со станции пошел домой, затем спокойно стал продолжать работу. Мой брат, генерал Эскин, подлежащий эвакуации согласно распоряжения штаба 3-й Красной армии также вернулся с Перми-П и через день пришел ко мне (соскочив с поезда), жил у меня, был арестован в течение двух суток, затем получил назначение командовать бригадой, вскоре переехал на другую квартиру”. (ГАЛК Ф. Р-756. Оп.1. Д.З.Л.28).

Эвакуация горисполкома проходила следующим образом. В воскресенье 22 декабря горисполком работал. Эвакуация намечалась через два дня, а может завтра. Сторож должен прийти к каждому домой и сообщить. Он пришел полседьмого утра во вторник. Председатель горисполкома Шадрин приказал собраться всем в финотделе. По дороге Кочнев, старший счетовод горисполкома, зашел к Федору Николаевичу Широкову, старшему помощнику главного бухгалтера, который жил на Соликамской улице между Покровской и Пермской. Кочнев пришел в горисполком в 7 утра, где застал Шадрина, который сказал: «Берем деньги и поедем». Выдал Кочневу 3000 рублей на эвакуацию, но последний ответил: «Без валенок и теплого белья ехать на лошадях не могу». Шадрин ответил: «Все теплые вещи получите в доме Мешкова на Заимке». Так как Широкова все еще не было, пошел за ним вторично. Пришел к его квартире, а там его провожают жена и сын. Пошли в финотдел. (ГАПК Ф. Р-49. Оп.З Д.451. Л. 10).

Проходя мимо ЧК, увидели стоящую конницу и много подвод. (Это спешно эвакуировалась ЧК).

В кассе был председатель горисполкома Шадрин. Мы (Кочнев и Широков) предложили Шадрину запечатать чемодан с деньгами, где было 1,5 млн. рублей сургучной печатью. Он обиделся и сказал: «Я как коммунист могу везти деньги без печати. Я отвечаю за все».

Добрались до горисполкома. Там уже были сложены деньги. Двинулись к дому Мешкова. Деньги остались у Шадрина. В доме Мешкова паника. На крыше - пулеметы. Вокруг дома стоят красные патрули, которые требовали партбилеты. Таковых у нас не было, так как мы были беспартийными. С трудом прошли в д. Мешкова, где было вавилонское столпотворение. Никто ничего не знал. Мы отправились в горисполком ... Стрельба была всюду. Через некоторое время начался артобстрел. Бегущие солдаты нам сказали, что Сибирская уже занята. Это было в 10 часов утра. Остановились на Осинской улице у знакомых.

25 декабря в 10 часов утра отправились домой, при этом сожгли документы, оставив только паспортные книжки. (ГАПК Ф. р-49. Оп.З Д.451. Л.11-14 ).

К 4 часам утра 24 декабря 1919 г. должен был выслан конвой к Пермскому Исправительному Арестантскому отделению, т. к. там уже происходила перестрелка, которая была слышна 7-9 часам уже около здания Пермского окружного суда. Для вывоза ценного имущества карательного отдела были назначены 4-е лошади Пермского Исправительного Арестантского отделения, но они не были поданы, вследствие чего я совместно с секретарем юротдела Пермского губисполкома Г. Е. Субботиным пошел в Пермское арестантское отделение за лошадьми, что по Сибирской улице. Подходя указанному месту, по Оханской улице, видим, что оно уже занято. Тогда они дворами пробрались к Оханскому тракту и добрались до Вятки. Работники ревтрибунала при эвакуации воспользовались вещдоками, которые должны были вернуть в Вятскую ЧК, но не вернули. Вот список лиц, не возвративших взятые, вещи:

Иванов Николай Иванович - председатель Ревтребунала, до сего времени неизвестно, где он. Шапка папаха черная овчинная 1
Валенки мужские 1
Перчатки лайковые на меху 1.

Пономарев Феодосий Константинович - помощник секретаря Ревтрибунала. Остался в Оханске.
Перчатки замшевые 1

Золотарев Платон Иванович - член следственной комиссии Окружного Народного суда. Остался в Оханске.
Рукавицы замшевые 1

Рябков Николай Михайлович - секретарь следственной комиссии Пермского Ревтрибунала. Утерял на ст. Верещагино.
Перчатки замшевые 1

Ашневиц Люция Яновна - зав регистратуры при Юротделе. Уехала в Латвию.
Перчатки фельдекосовые 1
Перчатки сыромятной кожи 1

Эвакуации юридического отдела губисполкома в Перми была оставлена вся денежная отчетность, к ней надлежащие документы, книги и требовательные ведомости. (ПермГАНИ. Ф. 90.ОП.4. Д.937. Л.123).

Отступление шло по двум трактам: по Оханскому и вдоль железной дороги Пермь - Вятка. По воспоминаниям командира красного карательного отряда Сивкова, там творилось следующее: “А в это время мимо Чайковской в два ряда медленно и непрерывно двигались обозы. Чего только здесь не было! В глубоком возке ехала полузамерзшая семья, а следом шли сани с пружинным матрацем, на котором удобно расположились два здоровенных дяди в солдатском обмундировании, но без винтовок. Везли диваны с продранными сиденьями, деревянные скамейки, горки для посуды, кадушки с соленьями. Везли мешки с зерном и картошкой, везли зеркальное трюмо. И каждый готов был с топором в руках защищать свое место в обозе, не допустить, чтобы его кто-нибудь обогнал.” (В.Ф. Сивков. Пережитое. - Пермь, 1968. -С.201).

По этому же тракту отступали и военные. Вспоминал в ЧК казначей пулеметной школы Павел Брезгин: «23 декабря 1918 г. по распоряжению началь-ника пулеме-тной школы Леонова весь состав школы был готов к эвакуации и вечером того же числа кур-санты погру-зились в вагоны на ст. Пермь- II, где и переночевали. 24 декабря, когда послышались выстрелы, курсанты по-лучили приказание от Бурмакина, следовать пешим порядком в направлении Глазова. Дойдя до разъезда Курья, откуда отправлялись поезда до Глазова, получили приказ начальника школы следовать с ним до ст. Чайковская пешим порядком. Взяв с собою пулемет системы «Льюис», которым вооружились еще в Перми, последовали до станции.

25 декабря утром пришли на ст. Чайковская. Стали проситься в последний эшелон, но взяли только начальника школы.

Офицеры: Лавров Иван (ротный командир), Костарев Константин и Шовканов Константин(инструктора) отступали стороной от железной дороги, получив пропуск от коменданта станции Чайковской. Прошли 4 или 5 деревень, где заночевали.

26 декабря местная банда (красноармейцы, дезертиры, деревенские обыватели в числе 60 чел.) заметили их и стали гнаться за ими. Пробежали версту или полтора и забежали в лог, чтобы спрятаться от них, но ввиду глубокого снега бежать не было возможности. Лавров и Костарев остались на косогоре с пулеметом для обороны, а Брезгин с Кашиным свернули в сторону. Лавров и Костарев пытались открыть огонь из пулемета, но он замерз. Брезгин выстрелил из нагана, но, видя, что пулеметчики убиты, бросил его в снег. Брезгина и Кашина арестовали и бросили в сани, увезя в деревню. Пробыли они там до 12 ночи. Повезли в другую деревню. Утром их отправили в штаб, где им выдали пропуск до Добрянки, откуда призывались. (ГАЛК Ф. Р-49. Оп.З Д.278. Л.8,15,24).

Как отступали красные по оханскому тракту видно из телеграммы председателя областного совета А. Белобородова: “Пермский ревком вышел из Перми 24- го числа вслед за нашим комендантом города Окуловым. Сегодня прибыл в Оханск. Воинские части идут по тракту в беспорядке, нет авторитетной власти остановить движение. Организованные комендантские управления Култаево, Оханска бессильны. Давайте ваши указания, телеграфируйте.” (Г.Г Кин, Г.П. и др. Первый Рабоче-Крестьянский. - Свердловск. 1978 г.-С.72).

25 декабря отряд под командованием Окулова в количестве 1146 человек прибыл в Оханск. Он состоял из 1- й казачьей сотни, образцовой роты и караульного батальона (500 человек), красноармейцев 1-го кавалерийского полка (623 человека) и 23 человек Пермского губернского комиссариата. (ГАПК. Ф. Р - 531. ОП.1.Д.41.Л.288).

На следующий день прибыло еще 1457 человек. Итого, только за два дня в Оханске скопилось 2603 человека. (ГАПК. Ф. Р - 531. ОП.1.Д.41.Л.289).

Но отряд Окулова двинулся не на фронт, а в г. Глазов, куда сбежал штаб 3-й Крассной армии. На пути Окулова был Очерский завод (40-45 км от Оханска), где располагался 10-й инженерный батальон 10-й Советской дивизии, который имел в своем составе не менее 1000 человек. Сталин называл его полком. Командование батальона (все офицеры), видя поспешное отступление красных, решило поднять восстание, но об этом узнало командование 3-й Красной армии. В это время, в Очерский завод прибыл отряд начальника гарнизона г. Перми Окулова, который уже пришел в себя. “Я получаю приказание от кадровой дивизии: “Товарищ Окулов лично, немедленно арестовать весь штаб”. Шлю за своим помощником Дмитрием Михайловичем и говорю: “Надо весь комсостав арестовать к 4 часам утра”. Арестовали 43 человека. Почти всех по списку. Одного только нет. В 6 часов утра люди спят....

Но, через, несколько времени, мне сообщают, что опять заговор. Еще арестуют 20 человек. Отправляем всех под конвоем на ст. Верещагино на подводах. В 11 часов сижу у комиссара. Ко мне приходит один человек. Говорит: “Я также офицер. Возьмите меня”. Почему? Я угнетателям служить не намерен. Но я ему: «Может вам письмо нужно написать жене или детям». Нет. Некому мне писать. Я Никонту (командир казачьей сотни) говорю: “Отведи его в расход. Через час докладывает, что приказание исполнено и принес отдать бумажку. На какой мне черт. (ГАПК. Ф. Р-1580. Оп.1 .Д.16.Л.8).

Все 64 офицера (по некоторым данным) были расстреляны, а батальон расформирован и отправлен на станцию Свеча. (Знамя труда (Очер). - 1967. - 22 августа, 22,25 ноября).

Картину бегства дополняет дело о партизанском отряде братьев Пепеляевых.

В декабре 1918 года, когда Пермь была занята, через Стряпунинскую волость шла эвакуация коммунистов из Кизела, Губахи и т.д. В селе Обросы, Стряпунинской волости, Оханского уезда, Пермской губернии Николай и Петр Пепеляевы организовали партизанский отряд в 7 человек. Вооружившись винтовками и револьвером, они останавливали одиночных отступающих коммунистов и расстреливали их. Добычу делили между собой.

Однажды они остановили кизеловского коммуниста с женой, ехавших на двух подводах . Николай Пепеляев остановил сани и потребовал документы, а когда мужчина предъявил их, то закричал: «А, дак вы коммунисты?» И выстрелил в него. Ранил. Затем отвели арестованных за версту от деревни и в болоте растеряли. Добычу поделили между собой. (ГАПК Ф. Р-49. Оп.З Д.433. Л. 63).

Вот что везли с собой в эвакуацию муж и жена:
Комод;
Ружье 2-х ствольное, централь;
Пишущая машинка;
Медный подсвечник;
Ковер;
Одеяло, стеганное на вате;
Подушка;
Наволочка для подушки;
Туалетное, овальное зеркало в рамке;
4-е шторы для окон, тюлевых;
2-е вязанные салфетки, красные;
Паровой утюг;
Кухня- керосинка;
Суповая миска;
Самовар;
Чашка фаянсовая;
Поднос металлический;
3-и фаянсовых чайника;
Масленка стеклянная;
Стеклянная солонка;
5-ть чайных блюдца;
Стакан;
2-а подстаканника;
3-и вилки;
3-и ложки.
Роговая, большая ложка;
5-ть тарелок, больших;
2-е тарелки, малых;
Миска алюминиевая;
2-е розетки, стеклянных;
2-а мужских пальто на вате, с воротником;
Мужское пальто, без подклада;
Овчинный тулуп, черный;
Две пары мужских сапог;
Мужской костюм;
Женское платье шелковое, белое;
Женская юбка;
4-е женских кофточек, летних, разных. (ГАПК Ф. Р-49. Оп.З Д.433. Л. 43,43об).

Комментировать список нет необходимости. Он говорит сам за себя.

ЧТО ДОСТАЛОСЬ ПОБЕДИТЕЛЯМ

...Партийная комиссия, во главе с Дзержинским и Сталиным, констатировала: “По имеющимся скудным данным, мы потеряли: 297 паровозов (из них больных 86), вагонов около 3000 тысяч, 900 тысяч пудов нефти и керосина, каустической соды несколько сот тысяч пудов, соли 2 миллиона пудов, медикаментов на пять миллионов рублей, материальные склады Мотовилихинского завода и Пермских ж.д. мастерских с громадными богатствами, механизмы и части Мотовилихинского завода, механизмы пароходов Камской флотилии, 65 вагонов кожи, 150 вагонов продовольствия отдела снабжения армии, громаднейший склад районного управления водного транспорта с ватой, мануфактурой, олеонафтом и пр., 10 вагонов с ранеными воинами, осевой парк путей сообщения с большими запасами американских осей, 29 орудий, 10 тысяч снарядов, 2 тысячей ружей, 8 млн. патронов, более восьми тысяч убитыми, ранеными и без вести пропавшими за период от 22 до 29 декабря.” (А. Федоров. Пермская катастрофа и контрнаступление восточного фронта. - Воениздат. 1939. - С110).

На 28 ноября 1918 года на складах 3-й Красной армии имелось: 1189 шинелей, 7385 вязанных фуфаек, 6626 пар вязанных кальсон, 4000 телогреек, 4213 пар ватных шаровар, 7766 полушубков 9000 пар валенок. (Исторические записки №30-Москва, 1949.-С.37).

К этому следует добавить электростанцию, которая начала работу уже 26 декабря, депо станций Пермь -I и Пермь- II, также начавшие работу 26 декабря, телефонную стацию, не прекращавшей работы, телеграф стал принимать телеграммы в начале января 1919 года. Все это также досталось Сибирской армии.

Комиссия также отмечала картину «общего развала и дезорганизации армии и тыла, бесхозяйственность и безответственность армейских, партийных и советских учреждений дополняется неслыханным, почти повальным переходом целого ряда ответственных работников на сторону неприятеля. Руководитель оборонительных сооружений инженер Банин и все его сотрудники, путейский инженер Андриановский и весь его штат, специалистов Округа путей сообщений, заведующий отделом военных сообщений Сухорский и его сотрудники, заведующий мобилизационным отделом Окрвоенкомиссариата Букин и его сотрудники, командир караульного батальона Уфимцев и начальник артиллерийской бригады Валюженич, начальник отдела особых формировании Эскин и командир Инженерного батальона со своим помощником, коменданты станций Пермь1 и Пермь-2, весь учетный отдел Управления снабжения армии и половина членов Центроколлегии, все они и многие другие остались в Перми, перебежав на сторону противника». (А. Федоров. Пермская катастрофа и контрнаступление восточного фронта. - Воениздат. 1939. - С110).

К этому следует добавить переход на сторону белых начальника и всех преподавателей школы красных командиров. (С.И. Носков. В революционном строю. /В пороховом дыму. - Пермь. 1961.-С145).

ГЛАВА 8.

КОНТРУДАР КРАСНЫХ

К вечеру 26 декабря, выскользнувшая из мешка, 30-я стрелковая дивизия отступила на линию Гамово - Рыж - ст. Мулянка - Янычи - Курашим - Кылысово - ст. Ергач - Шевляши – Мазунино. (Директивы командования фронтов Красной армии. Т-1. - Москва, 1978.-С.730).

Это случилось потому, что начальник 7-й Уральской дивизии горных стрелков генерал-майор Голицын повел наступление не на ст. Кукуштан, как ему было приказано, а на г. Кунгур. Этим он дал возможность полкам 30-й дивизии отступить вдоль железной дороги Кунгур - Пермь в северном направлении. Так, например, 3 бригада этой дивизии (1-й Уральский, Архангельский и Богоявленский полки) отступали через Кылысово (20-25 км от Кунгура), Платошино (2-2,5 км от ст. Кукуштан), ст. Янычи, ст. Бершеть, Каяново, Лобаново(12-14 км от Перми) и далее на Большое Савино, Н. Муллы. Сюда же отступили остатки 5-й бригады. В результате западнее Перми появилась боеспособная 30-я стрелковая дивизия, потерявшая все свои тылы на ст. Пермь -II.

На 2 января 1919 года дивизия имела следующий состав.
(А. Федоров. Пермская катастрофа и контрнаступление Восточного фронта. М. - 1939. - с. 124).

ЗО-я стрелковая дивизия
ПОЛК / ШТЫКОВ / САБЕЛЬ
1-й Красноуфимский 1000 / 0
2-й Красноуфимский 600 / 0
Белорецкий 750 / 0
1-й Уральский 850 / 0
Верхне-Уральский 850 / 0
Средне-Уральский 200 / 0
Богоявленский 800 / 0
Архангельский 900 / 0
1-й Кунгурский 230 / 0
17-й Уральский 390 / 0
4-й Василево-Островский 200 / 0
2-й Горный 120 / 0
Верхне-Уральский казачий 0 / 500
Володарский кавалерийский 0 / 90
Уфимский казачий 0 / 250
Сводный кавалерийский 0 / 300
Уральский кавалерийский 0 / 60
кавалерийский полк им. Ст. Разина 0 / 150
ИТОГО: 6890 / 1350

26 декабря Белорецкий полк ЗС1-й стрелковой диви зии 3-й Красной армии повел наступление по Оханскому тракту на г. Пермь, заняв с. Верхние Муллы (в девяти верстах от города), а Верхнеуральский казачий полк - д.д. Тарасово и Андроново. В этот же день красные заняли д. Фролы. До окраин города красные не дошли всего 7 верст, так как нулевая верста стоит в центре города. И будь у красных артиллерия - не избежать бы городу бомбардировки. Это эпизод вспоминал писатель Всеволод Иванов, оказавшийся в штабе 1-го Средне-Сибирского армейского корпуса в доме Люби-мовой: «Через два дня я видел генерала Пепеляева, краснощекого, здоровенного сибиряка с генеральскими погонами, в кресле кабинета дома Любимовой, где помещался штаб Средне-Сибирского корпуса.

Зазвонисто только что говорил в коридоре начальник штаба дивизии, толстый полковник Турбин, в телефон:
От села Култаева идут красные толпы.... Очевидно - сдаваться.... Выслать приемщиков!...

Оказалось, что красные шли не сдаваться, а едва-едва не отбили Пермь. И штабной поезд уже вытягивался со станции Пермь по старой ветке на Екатеринбург». (Вс. Н. Иванов. - Исход. // Дальний Восток.-С.З).

В этот же день, чтобы не дать ворваться красным в город, самый свежий 3-й Барнаульский полк, вошедший в город ночью 25 декабря, был брошен в район д. Верхние Муллы в качестве авангарда, где развернулись тяжелые бои. (Освобождение России (Пермь). -1919.-21 января).

К этому времени полк имел 2 батальона по 4 роты, 12 пулеметов и 1041 штык. (Белая гвардия №5. -Москва, 2001. - С. 142).

Ему придали два орудия. Полк пополнился добровольцами из г. Перми. 1-й Николаевский полк, также двух батальонного состава (997 штыков и 43 пул.), находив-шийся в Мотовилихе, был переброшен в район Тарасово - Андроново (левее барнаульцев). В ночь с 27 на 28 декабря правее барнаульцев вновь был брошен в бой 4-й Енисейский полк, который пополнился также пермскими добровольцами и имел в своих рядах 671 штыков и 35 пулеметов. (Белая гвардия №5. - Москва, 2001. -С.143).

Батальон 3-го Барнаульского полка, под командованием поручика Богословского, 26 декабря выбил Белорецкий полк красных из с. В. Муллы, и продвинулся далее по Оханскому тракту, заняв д. Хмели. (Голос Сибиряка (Екатеринбург). - 1918. - 29 декабря).

При этом отличились стрелки: Блынский Степан, Рыжков Григорий, Карпунин Семен, Шелепев Григорий и Палухин Василий, которые в бою под д. Хмели, будучи в разведывательном дозоре бесстрашно и умело подобрались к неприятельскому посту и взяли его в плен; от пленных были получены верные сведения о противнике. За это они были награждены Георгиевскими крестами 4 ст. (ПермГАНИ. Ф. 90. Оп.4. Д.946.Л. 21 - 54).

Не давая противнику опомниться, поручик Богословский решил ночной атакой одной 2-й ротой захватить д. Ванюки, где у красных уже были вырыты окопы. Налет не увенчался успехом, но стрелки вели себя героически. Так, пулеметчик Лещинский Степан участвуя в бою у д. Ванюки 26 декабря 1918 г., храброй неустрашимо вел частый и меткий с близкой дистанции огонь по противнику, от которого противник так страдал, что вынужден, был сменить позицию и оставить патроны и снаряды. А стрелок Неупокоев Федор, находясь с пулеметом во 2-й роте, за убылью офицера и людей пулеметного взвода, принял на себя командование и руководил огнем. Будучи Ранен, остался в строю до занятия деревни, после этого вследствие упадка сил и потери крови выбыл из строя. За эти ратные дела оба пулеметчика были награждены Георгиевскими крестами 4 ст. (ПермГАНИ. Ф. 90. Оп.4. Д.946.Л. 21 – 54).

С этого момента началась борьба за д. Ванюки, которая находиться в 20 верстах от г. Перми. По воспоминаниям Богословского бой длился около 18 часов. (Белая армия. Белое дело. - Екатеринбург, 2013. - №21. С. 101- 108).

Красные подтягивали подкрепление. 27 декабря комбриг-2 29-й стрелковой дивизии Клоков, будучи в д. Фефелово, приказал кавалерийскому дивизиону дивизии очистить оханский тракт от Култаево до ЮгоКамска от красноармейцев 1-й и 2-й бригад, запрудивших тракт. Всех их собрали в с. Култаево и бросили в бой.. (Н. Баженова, Л. Дудина и др. Под знаменем ВЦИК. - Москва, 1963. - С.83).

27 декабря 1918 года отделение конных разведчиков 3- го Барнаульского полка в количестве 7 человек под командованием Федорова Аполлона заняли с боем деревню Заурчим, напав неожиданно на противника, который поспешно отступил. Этим конные разведчики обеспечили правый фланг 3-го Барнаульского полка.

Барнаульцы вновь решили захватить Ванюки ночной атакой. В этот раз, в ночь с 27 на 28 декабря, в бой пошла 6 рота, но результат был еще плачевнее, хотя стрелок Тоскин Николай взял во время атаки неприятельский пулемет и заколол пулеметчика-красноармейца, в то время когда тот вставлял в пулемет ленту с патронами, чтобы открыть огонь с тыла по атакующей деревню роте. Но в этом бою красноармейцы окружили группу барнаульцев и только благодаря храбрости Жарикова Ивана, который лихо бросился в атаку, чем увлек за собой остальных, в результате стрелки пробились к своим. Жариков, Тоскин и Федоров были награждены Георгиевскими крестами 4 ст. (ПермГАНИ. Ф. 90. Оп.4. Д.946.Л. 21 - 54).

27 декабря Белорецкий полк красных принимает удар у д. Крылове. В этот же день, белые, высадили десант на ст. Мулянка, и, с помощью бронепоезда, овладели ж.д. Пермь - Кунгур, вынудив отступить противника на линию: Юг - Бизяр - Бым. (Паздников Н.Ф. Борьба за Пермь. - Пермь. 1988. - С.60).

28 декабря бой за Ванюки возобновился. В атаку были брошены 5 рот (1, 2, 4, 6 и 8). В этом бою отличилась 1-я рота под командованием прапорщика Димитрия Воронцова, который под действительным, сильным, ружейным, пулеметным и артиллерийским огнем противника, пренебрегая личной опасностью, явив доблестный пример неустрашимости, присутствия духа и самоотвержения, повел роту в атаку на сильно-укрепленную позицию красных и с криком «ура», воодушевляя и увлекая личным примером подчиненных, первым бросился в деревню, штыками выбил оттуда красных и захватил один действующий пулемет противника и один телефонный аппарат. (РГВА. Ф.39736. Оп.1. Д.140. Л.56).

Порыв 1-й роты поддержали стрелки 4-й роты 3 взвода: Исаев Георгий, Тубальцев Сергей, Дубровских Дмитрий, Харченко Аким, Головачев Михаил, Щербаков Семен и Калибин Михаил, которые под командой взводного командира, первыми бросились в атаку на д. Ванюки и, несмотря на сильный пулеметный огонь противника, выбили красных из деревни, забрав при этом в плен около 20 человек.

Славно действовал стрелок Фунтик Алексей, который, состоя в 4-й роте отделенным командиром, при атаке окопов противника, храбро бросился вперед со своим отделением, выбил противника из окопов, чем способствовал общему успеху. При дальнейшем преследовании противника был убит, запечатлев своей смертью содеянный подвиг.

6 рота также бросилась в атаку. Одним из вдохновителей этой атаки был Неупокоев Николай Тимофеевич, который во время наступления и атаки все время воодушевлял стрелков своего взвода, своей личной храбростью и спокойствием под убийственным пулеметным и ружейным огнем и тем способствовал успешной атаке и взятию д. Ванюки.

8 рота также ворвалась в Ванюки. В атаке отличился стрелок Кайгородов Тимофей, который во время наступления на д. Ванюки, выдвинувшись из цепи вперед, пробрался в окопы противника, последние еще не были оставлены противником и не далеко от себя увидел двух пулеметчиков, с пулеметом. Стрелок Кайгородов удачно приколол этих двух пулеметчиков, взял пулемет и принес его в пулеметную команду нашего полка. Этим он способствовал взятию деревни.

Красные бросились в контратаку на участке 8-й роты. В этой ситуации не сплоховал стрелок Антропов Андрей, который, будучи отделенным командиром, в первом взводе, в критическую минуту, когда красные нажали своим наступлением на участок первого взвода. Антропов встает и удалым криком «Ура», поднимает весь взвод, который кидается в атаку. От этой неожиданной контратаки красные так растерялись, что не только прекратили наступление, но и отступили. Позиция роты была удержана.

Контратаки красных велись на все роты. Ими был открыт сильный ружейный, пулеметный и артиллерийский огонь. Барнаульцы геройски продолжал занимать назначенную позицию. Пулеметчик Шкирле Андрей своим частым огнем не давал противнику возможности сделать какое либо вперед продвижение, оказавшись затем под фланговым огнем противника, бесстрашно подавал пример храбрости, оставаясь на своем месте и перенося свой огонь туда, где неприятель намерен был перейти в атаку и отбил его.

Не отставал от него и мл. унтер-офицер Завидов Григорий, который, будучи придан ко 2-й роте как пулеметчик, метким пулеметным огнем косил наступающего по тракту неприятеля, а затем, после отбития атаки, подал пример, увлекая за собой стрелков роты тем, что быстро вынес на близкую и выгодную позицию пулемет и фланговым огнем вынудил противника к быстрому отступлению на участке роты.

Красные несколько раз пытались зайти в тыл барнаульцам, но командир полка подполковник Камбалин выставил всюду дозоры, которые во время сообщали об обходах. Так, стрелок Овчинников Федот, будучи в секрете от 2-й роты, обнаружил передовую наступающую цепь неприятеля и вовремя дал знать о противнике. Во время завязавшейся перестрелки с неприятелем был убит.

Стрелок 6-й роты Турпанов Григорий, будучи оставлен за старшего в тыловом дозоре, обнаружил обход противника, своевременно донес об этом и обход был ликвидирован.

Между штабом батальона и ротами была налажена прочная связь через посыльных, что способствовало оперативному управлению боем. Так, Стрелок Белов Николай во время артиллерийского обстрела своевременно и неоднократно доставлял на передовую линию донесения; при доставлении одного из донесений под ним была убита лошадь, а кроме того, он обманом взял в плен 7 красноармейцев и сдал их в комендантскую команду полка. Так же отважно доставлял донесения Кандеев Фотий.

Но, как говориться, сила силу победила. Сибирякам пришлось отступить и в этот раз. Командование полка послало разведгруппы по всему фронту, чтобы знать расположение противника для завтрашнего боя, которые отлично справились с заданием. Так, стрелок Харченко Аким с товарищами были посланы ночью в дозор, где обнаружили заставу неприятеля в числе 10 человек. Удачно подобравшись, они напали на нее, часть красных уничтожили, а остальных, 4-х человека, взяли в плен, от которых получили важные сведения о противнике. В этом деле Аким Харченко был тяжело ранен и скончался затем в госпитале, а Егор Исаев был убит.

Группа ефрейтора Митина Петра: Побединский Александр, Паршин Алексей и Лялин Семен, находясь в разведке под д. Ванюки, 28 декабря 1918 г., с опасностью для жизни пробрались в нескольких местах к позициям противника и доставили важные сведения о его расположении и силах.

Разведгруппа (Коптев Игнатий, Шелегин Петр и др.) под командой юнкера Окатьева была послана в ночную разведку, где отличились отвагой и находчивостью, проникнув в расположение противника, доставила о нем важные сведения.

За этот бой 28 декабря 1918 г. 26 стрелков были награждены Георгиевскими крестами 4 ст. (ПермГАНИ. Ф. 90. Оп.4. Д.946.Л. 21 - 54).

Вот их имена: ст. унтер-офицер Лукин Иван, ефрейтор Митин Петр и стрелки: Антропов Андрей, Белов Николай, Ворончихин Наум, Головачев Михаил, Дубровских Дмитрий, Завидов Григорий, Исаев Георгий, Кайгородов Тимофей, Калибин Михаил, Кандеев Фотий, Коптев Игнатий, Костев Михаил, Лялин Семен, Неупокоев Николай, Овчинников Федот, Паршин Алексей, Побединский Александр, Тубальцев Сергей, Турпанов Григорий, Фунтик Алексей, Харченко Аким, Шадрин Зиновий, Шелегин Петр, Шербаков Семен и Шкирле Андрей.

28 декабря 3-й Барнаульский полк выбил Белорецкий полк уже из д. Ясыри, где были подготовлены у красных окопы и двинулся дальше.

1-й Новониколаевский полк очистил от Верхнеуральского казачьего полка красных район д.д. Страшная, Ермаши. После 2-х часового боя красные были разбиты также и в районе д. Фролы. (Голос Сибиряка (Екатеринбург). - 1919. - 1 января).

29 декабря 4-й Енисейский полк занял с. Н. Муллы, а 1-й Новониколаевский - с. Гамово. Белорецкий полк красных был отброшен к деревням Вятка и Косотуриха. Удар Верхнеуральского казачьего полка красных по тылам белых успеха не имел. (А. Федоров. Пермская катастрофа и контрнаступление Восточного фронта. М. -1939.-С.113).

Красные несколько раз переходили в наступление на Гамово и Касимово, но безуспешно. Правда, при поддержке артиллерии, они потеснили барнаульцев на Оханском тракте, вернув д. Купидоны. (Освобождение России (Пермь). -1918.-31 декабря).

3-му Барнаульскому полку пришлось преодолеть сильное сопротивление красных в боях за деревни Хмели, Крохово, Култаево, в последнем, бои были особенно жестокие. Это подтверждают простреленные ворота, выбитые стекла в домах.

Командование 3-го Барнаульского полка придерживалось прежней тактики, а именно, ночных атак. Получив сведения о противнике, двинуло в ночной бой свежую 5-ю роту. Командир 1-го взвода 5-й роты ст. унтер-офицер Речкунов Алексей проявил необычную храбрость, идя все время впереди своего взвода, он, не страшась пулеметного и ружейного огня противника, сохранил хладнокровие, спокойно отдавая приказания, увлекая солдат за собой; он не растерялся и тогда, когда был убит офицер пулеметчик и прекратился пулеметный огонь, поддерживавший наступление, а напротив, с громкими криками «Ура» пошел в атаку, после чего красные покинули свои окопы.

Днем 29 декабря бой за Ванюки возобновился с новой силой. В наступление пошли 2 и 3 роты. Юнкер 3-й роты Пронин Николай, получив задачу выбить со своим отделением противника, засевшего среди построек на окраине деревни, лихой атакой, несмотря на сильный огонь противника, успешно ее выполнил. А юнкер Закобряшин Михаил при атаке позиций противника все время шел впереди своего взвода и, увлекал и ободрял солдат своего взвода.

В наступлении все время поддерживалась телефонная связь между штабом и ротами. Это достигалось командой связи полка. Так, связист Чудов Прохор, находясь во 2-й роте, постоянно восстанавливал прерванную связь с 3-й ротой под сильным огнем неприятеля, доставлял в 3-ю роту приказания начальства.

Благодаря этим удачным действиям 3-й роты противник был отброшен к Култаево. В этом бою отличились юнкера: Пронин Николай, Закобряшин Михаил; ст. унтер-офицер Речкунов Алексей, ефрейтор Путинцев Алексей, стрелки: Кошкарев Павел, Кузнецов Тимофей, Поморцев Павел, Чудов Прохор, которые были награждены Георгиевскими крестами 4 ст. (ПермГАНИ. Ф. 90. Оп.4. д.946Л. 21-54. 177).

Во время боев за д. Ванюки отлично действовал перевязочный отряд, сформированный Пермской управой. Вот что о нем писал 21 января в газете «Освобождение России» командир 3-го Барнаульского полка полковник Камбалин. (Освобождение России (Пермь) 1919 20 января).

«Лично от себя и от имени чинов вверенного мне полка приношу глубокую благодарность лицам, помогавшим 28 и 29 декабря под деревней Ванюки: доктору фельдшерско-акушерской школы при Александровской больнице Михаилу Владимировичу Пастухову и ученицам той же школы Смирновой, Шадриной, Сторожевой, Боярщиной, Шумковой и Дягилевой».

В этих боях 3-й Барнаульский полк понес большие потери: 42 убитых и 68 раненых. (Белая армия. Белое дело. - Екатеринбург, 2013 №21. С. 101- 108).

30 декабря шли упорные бои в районе сел Гамово и Касимово (Голос Сибиряка (Екатеринбург)- 1919 1 января), где красные несколько раз переходили в атаку на указанные села (Освобождение России (Пермь) 1918 31 декабря).

1 января после ожесточенных боев Белорецкий стрелковый и Верхне-Уральский казачий полки оставили Култаево и Косотуриху (ПермГАНИ. Ф. 693/6. Оп.1. Д.14. Л.З).

Отступив, красные заняли выгодные позиции у с. Болгары, установив на 75 саженной горе артиллерийскую батарею, которая контролировала Оханский тракт. Позицию они держали несколько дней, но вынуждены были отойти сначала к д. Сулемы, а затем к д. Полуденной, что в 4-х верстах от Юго-Камского завода (Освобождение России (Пермь) 1919 21 марта).

2 января 30-я стрелковая дивизия оборонялась на следующей позиции: Богоявленский полк (800 шт.) - по линии Усть-Качка -Луговая -Хмелевка, 1-й Уральский полк (850 шт.) - Загорье - Голый Мыс - Суханово – Зубки - Новоильинское - Сиряк, 1-й Кунгурский (230 шт.) - Васильевка - Лоза - Голяшки. Верхнеуральский стрелковый (850 шт.) - Полуденная, Верхнеуральский казачий (500 саб.) - Чувакова и Белорецкий (750шт.) - Юго-Камск (Паздников Н.Ф. Борьба за Пермь. Пермь. 1988 С.67). Всего 3560 штыков и 500 сабель. Белые на этом направлении имели всего 2709 штыков.

3 января 3-й Барнаульский полк оттеснил Верхне-Уральский стрелковый полк красных от Шелкинской горы к д. Полуденной (ПермГАНИ. Ф. 693/6. Оп.1. Д. 14. Л.З). В эту же ночь 1-я Сибирская стрелковая дивизия генерал-майора Зиневича была сменена 4-й Степной Сибирской стрелковой дивизией полковника Смолина(5000 шт.). 1-я Сибирская стрелковая дивизия, оказалась на отдыхе в г. Перми.

Что же происходило на другом направлении - вдоль железной дороги Вятка - Пермь, которую обороняла 29-я стрелковая дивизия красных. После отступления из Перми она имела к 4 января 1919 года следующий состав (Федоров А. Пермская катастрофа и контрнаступление Восточного фронта. М. 1939 с. 124).
29-я стрелковая дивизия / штыков / сабель
1-й Крестьянский полк (Красные Орлы) / 700 / -
Волынский полк / 700 / -
Камышловский полк / 252 / -
17-й Петроградский / 300 / -
Лесновско-Выборгский полк / 1000 / -
1-й Рабоче-Крестьянский полк / 140 / -
4-й Уральский полк (еще не вышел из окружения) / - / -
Сводный Камский полк / 1900 / -
Северный коммунистический полк
Путиловский кавалерийский полк / - / 300
Отдельный кавалерийский эскадрон / - / 200
ИТОГО / 4992 / 500

Полк «Красных орлов» имел 700 штыков, притом, что в него было влито большое количество отступающих по Казанскому тракту красноармейцев. К тому же в неё влился Северный коммунистический полк - это красногвардейские отряды, отступившие в село Нердву из Ильинского, где из них сформировали полк.

4-я Уральская дивизия к вечеру 25 декабря без боя отошла из района Левшино в район Жаково, что на правом берегу р. Камы, а остатки 29 дивизии, отброшенные за день противником на 30-км, собирались на ст. Шабуничи, где находится штаб 1-й бригады под командованием Акулова. Пока на передовой находились 1-й Крестьянский и 1-й Рабоче-Крестьянский полки, которые занимали позиции от с. Н. Муллы до д. д. Заборной и Новоселы.

На разъезде №36, который 25 декабря занимали красные, ночью был пожар составов, который удалось ликвидировать. Коммунисты принимали все меры для вывода составов, которыми был забит разъезд №36. Белые не прекращали натиска вдоль железной дороги и вытеснили красных на линию: Слутская - Гамы - Мысы - Малоласвинская -Стряпунята.

26-го декабря части 4-й Уральской дивизии, не имея соприкосновения с противником, перешли из с. Жакова в с. Стряпунята. В этот же день партизаны закамского района заняли с. Васильевское. 4-я Уральская дивизия красных с Путиловским кавалерийским полком 29-й стрелковой дивизии, располагавшимся в Стряпунята и Жаково, пыталась выбить белых из с. Васильевское, но неудачно, отступив к с. Григорьевское.

В этот день начдив-29 Васильев, штаб которого размещался на ст. Верещагино, нашел Волынский и Лесновско-Выборгский полки. Первый оказался в д.Стряпунята и продвигался на д. Заторная. Второй вышел к с. Кудымкарское и, по распоряжению начдива29, перебрасывался на ст.Верещагино.

27 декабря 29-я дивизия занимала фронт по линии: Мысы - Стряпунята. Белые 26 декабря на этом направлении не наступали, чем дали возможность красным привести себя в порядок и организовать линию фронта. Но уже вечером 27 декабря 8-й Бийский полк, под командованием подполковника Эпова начал наступление. Полк на этот момент состоял из 4 рот, 480 штыков и 8 пулемета. Вечером 27 декабря разъезд №36, что западнее д. Мысы, был занят бойцами, которые подтянули туда две сотни кавалерии, броневик и два полевых орудия. Захвачен был один паровоз, две теплушки, пять платформ и пять автомобилей. Красные при отступлении разобрали железнодорожный путь и взорвали мост у разъезда № 36.

Продолжая наступление вдоль железной дороги Пермь - Глазов и по тракту вдоль железной дороги белые потеснили 29-ю дивизию к с. Мысы и заняли Усть-Мыллы, что на левом берегу Камы.

Располагавшиеся в с.с. Стряпунята и Жакова части 4-й Уральской дивизии с утра 28 декабря были атакованы противником и отброшены на 17-км к западу, в район д. Воробьева. В селе Стряпунята были захвачены лошади и оружие.

Севернее ж.д. в этот же день бийцы заняли д. д. . Маковское, Никитино, Новоселы, Кургаты.
В связи с создавшейся обстановкой на участке 4-й Уральской дивизии, части 29-й дивизии начали отход в район ст. Шабуничи, при этом потеряли связь селом Мысы, которое занял 8-й Бийский полк, а, партизаны - с. Стряпунята. Сохранился рассказ солдата Иванова и унтер-офицера Бутырского, георгиевского кавалера, о занятии разъезда №36 и села Мысы. «Команда разведчиков 8-го Бийского полка с 4-мя пулеметами под командой капитана Любимцева стояла на ст. Курья. Был получен приказ о взятии с. Мысы. По железной дороге выслали разведку в 12 человек с пулеметом. Станцию охранял солдат с шашкой. Прапорщик Малков с двумя солдатами подошли к нему на шесть шагов. Последовала команда часовому “Бросай оружие”. Он неожиданно выстрелил, но промахнулся. Прапорщик Мягков застрелил часового. Красные, поднятые стрельбой, начали ответную стрельбу.

Вследствие невозможности залечь здесь же для перестрелки нам пришлось под орудийным огнем отступать от деревни. После занятия более выгодной позиции восстановили связь с остальной частью отряда.

Пришлось развернуть цепь и наступать на деревню. У красных было 10 пулеметов. Под напором красные отступили. Разведчиками захвачено 62 пленных.».

28 декабря 8-й Бийский полк сменил 6-й Мариинский 2-й Сибирской дивизии, которая после занятия 10 декабря Лысьвенского завода находилась в резерве 1-го Средне-Сибирского корпуса. К этому времени полк имел 2 батальона, 8 рот. Всего 880 штыков при 10 пулеметах. Командовал полком подполковник Пирожков.

28 декабря 1918 года 6-й Мариинский полк, наступая вдоль железной дороги, занял деревни Малоласвинское, Стрелка, Тишичи и Марковцы. Стрелок Никулин Петр, находясь в цепи, одним из первых ворвался в деревню Марковцы, увлекая за собой других, чем и способствовал удачному и быстрому занятию деревни. За это был награжден Георгиевским крестом 4 ст.

С утра 29-го декабря 4-я Уральская дивизия (2300 шт.) была атакована с фронта и тыла в д. Воробьева мятежниками из 10-го кавалерийского советского полка и партизанскими отрядами и после незначительного боя отошла в район Грирорьевское - Новопаинское, где и устраивалась, ведя борьбу с местными бандами, а 29-я дивизия ( 2000 шт.) устраивалась на линии д. Сидорята - ст. Шабуничи.

29 декабря 1918 года 6-й Мариинский полк занял д. Северная, где отличился стрелок Цубатов Кирилл, который, находясь при обходном отряде, под сильным огнем противника доставил важное донесение и установил связь с другими отрядами.

30 декабря 1918 года, после занятия д. Стрелки, дозор 6-го Мариинского полка в 10 человек, под командованием мл. унтер-офицеров Костецкого и Толочка отбили неприятельский разъезд в 60 человек.

В ночном бою с 31-го декабря 1918 г. на 1 января 1919 года у д. Мишкино, стрелки 6-го Мариинского полка Кошкин и Шеншин, несмотря на сильный огонь протиивника, при движении в атаку, быстро выдвинулись вперед, увлекая за собой остальных и первыми вошли в деревню. За это, все вышеуказанные лица, были награждены Георгиевскими крестами 4 ст.

К вечеру 31 декабря 4-я Уральская дивизия красных организовала оборону. К северу от железной дороги до села Лузино проходил ее фронт. 1-й Камский полк - по линии деревень Прохоры - Колы Большие, 2-й Камский полк - Колы Большие - Родина, 3-й Камский полк - Родина - д. Белоусова. 24-й стрелковый полк находился в резерве. В этот день указанная дивизия получила приказ взять д. Лузино й к вечеру 3-й Камский полк выполнил приказ.

С утра 31 декабря 6-й Мариинский полк возобновил наступление вдоль железной дороги Пермь- Глазов и после боя с полком «Красные Орлы», длившегося до вечера, занял д.д. Черная и Денькова, потеснив 29-ю дивизию до ст. Шабуничи, а на левом фланге до д. Сидорята. При наступлении на д. Денькова, стрелки: Дерьбенев, Масалыгин и Щекотов, следуя в головном дозоре, своевременно заметили хорошо укрытый сторожевой пост противника и отрезали его от прямого пути к деревне, чем лишили людей поста возможности во время поднять в деревне тревогу. Благодаря этому начальник команды имел возможность во время открыть огонь по деревне, прежде чем противник успел занять свои позиции, вследствйе чего сопротивляемость его не достигла предельной силы.

В бою за д. Денькова, доброволец Гершин, находясь для связи в передней цепи, одним из первых ворвался в деревню, увлекая за собой других, чем и способствовал удачному занятию этой деревни, а стрелки Сопляков и Анохин показали пример редкого мужества, бесстрашной предприимчивости и хладнокровия. Тотчас, после того, как команда пеших разведчиков ворвалась в д. Денькова, они совершенно добровольно бросились в след за прапорщиком Кочетковым по пути отступления противника на д. Черная, надеясь на плечах красных ворваться в деревню и попытаться произвести панику стрельбой. Попав в 20-ти шагах от первых домов д. Черная под сильный пулеметный и ружейный огонь противника, не потеряли присутствия духа и, все время отстреливаясь, перебежками отошли на д. Денькова, причем, добыв важные сведения о противнике, при этом стрелок Анохин был убит. Стрелок Стремякин под сильным огнем противника установил порвавшуюся связь между двумя отрядами, чем и способствовал удачному исходу боя.
Стрелки: Анохин, Гершин, Дерьбенев, Масалыгин, Наумов, Сопляков, Стремякин и Щекотов были награждены Георгиевскими крестами 4 ст.

За д. Черная весь день 31 декабря шел упорный бой. Рота Мариинского полка сделала глубокий 12-ти верстный обход и прервала сообщение между красными ротами и станцией Шабуничи, где находился штаб полка «Красные орлы». Красные, лишенные подвоза боеприпасов, под вечер отошли к ст. Шабуничи. В обходном отряде отличился стрелок Рогожин, который под сильным артиллерийским, пулеметным и ружейным огнем восстановил связь с головным отрядом, чем содействовал удачному занятию д. Черная.

При лобовом наступлении на д. Черная, отличился мл. унтер-офицер Кинев, который под ураганным артиллерийским, пулеметным и ружейным огнем противника пошел добровольно в разведку к д. Черная, для точного определения позиции противника. Откуда вернулся только по исполнению своей задачи, а по ранению взводного офицера прапорщика Маркова; личным примером мужества и храбрости увлекал за собой взвод вперед, несмотря на сильный пулеметный и ружейный огонь, а стрелок Конев под сильным артиллерийским и пулеметным огнем противника, выдвинул пулемет вперед и метким огнем заставил замолчать неприятельский пулемет, чем и способствовал успеху нашей атаки.

Когда наступление сибиряков встретило со стороны противника упорное сопротивление и меткий ураганный пулеметный и ружейный огонь, стрелок Мешов получил приказание двинуться вперед. Он поднял свой взвод и стремительно бросился вперед в штыковую атаку, увлекая за собой людей своего взвода и первый вошел в д. Черная, а стрелок Созыкин Зосим личным мужеством и храбростью содействовал успеху атаки и первый ворвался в снеговые окопы противника.

Во время атаки на деревню из-за сильного артиллерийского пулеметного и ружейного огня противника была прервана телефонная связь, но стрелок Коротков исправил телефонные провода и восстановил связь с деревней Деньковой, чем способствовал ходу дела.

Таким образом, благодаря обходному отряду была занята д. Черная. На следующий день красные пытались отбить её, но безуспешно.
В бою 1 января 1919 года уд. Черная, Стрелок Гаснин выдвинул пулемет во фланг противнику и своим огнем заставил его отойти, а стрелок Саламатов под сильным артиллерийским и действительным пулеметным огнем противника, поднес ленты для своего пулемета, когда в них была чрезвычайная надобность, чем обеспечил дальнейшую работу нашего пулемета. За храбрость и мужество мл. унтер-офицер Кинев, стрелки: Гаснин, Конев, Коротков, Мешков, Рогожин, Саламатов и Созыкин были награждены Георгиевскими крестами 4 ст.

Южнее железной дороги Пермь - Вятка до д. Усть-Качки оборонялась 2 бригада 29-й дивизии, которая без боя оставила последнюю, отступив в д. Конец Бор, за которую, разгорелись ожесточенные бои. В результате 31 декабря 6-й Мариинский полк занял деревню. Большую роль в этом сыграл старший разведывательного дозора фельдфебель Степанов, который под сильным огнем пулемета противника пробрался к самому расположению противника, выяснил силу сторожевого охранения, его местонахождения пулеметов и числа их, что способствовало захвату села, почти без потерь. За это он был награжден Георгиевским крестом 2 ст.

Комбриг 2-й бригады Клоков срочно прибыл на фронт под д. Конец Бор под вечер и потребовал отбить деревню, не дожидаясь темноты. Для выполнения этой задачи был направлен Пермский курсантский батальон. В ночном марше батальон встретились с мариинцами. Роты батальона во взводных колоннах залегли в снег вдоль дороги. Произошло замешательство. Командиры(военспецы-офицеры), под видом разведки, на двух подводах беспрепятственно переехали к белым и повели последних в атаку на курсантов. Комиссар растерялся и исчез, тогда секретарь комячейки Кононов взял командование в свои руки. Батальон вышел из окружения и влился в 1-й Рабоче-крестьянский полк батальоном. На другой день красные снова пошли в атаку на д. Конец Бор из деревни Шилово и взяли ее.
Произошло это следующим образом. 2-й батальон 255- го Рабоче-крестьянского полка (44 штыка и 20 сабель) и 30 конных разведчиков 254-го Камышловского полка наступали в лоб. Эскадрон 255-го полка Бабинова наступал в обход. С началом темноты красные ворвались в д. Конец Бор, который обороняли 140 стрелков. Белые потеряли 20 человек убитыми и 13 пленных. На следующий день 8-й Бийский полк, сменивший 6-й Мариинский полк, вернул деревню.

2 января, в полдень, мариинцы окружили Шабуничи и открыли ружейный и пулеметный огонь по станции, на которой находились штаб полка «Красных орлов» и пешая команда разведчиков этого полка. Красные разведчики отбили первую атаку. Бой продолжался, по воспоминаниям Голикова, около четырех часов. Подошел красный бронепоезд. В темноте и под его прикрытием, красные вырвались из кольца окружения и отошли к д. Ошапы, где и закрепились.

В этом бою мариинцы проявили себя с лучшей стороны, за что были награждены Георгиевскими крестами 4 ст. Так, стрелок Николаев Сергей, будучи старшим станционным телефонистом, исправлял линию, идущую вдоль полотна железной дороги, во время ураганной пулеметной и ружейной стрельбы, восстановил связь с д. Черная, чем оказал содействие во взятии ст. Шабуничи, а стрелок Радиевич Болеслав, под сильным артиллерийским, пулеметным и ружейным огнем противника, быстро исправил идущие вдоль железной дороги телефонные провода, чем обеспечил значительный боевой успех батальона. Доброволец Цейхманов Дмитрий, находясь в передовой цепи, несколько раз под сильным огнем противника доставлял важные донесения, чем и способствовал удачному занятию названной станции.

Здесь несколько слов нужно сказать о борьбе с красным бронепоездом. Командованием полка была отправлена команда, которая должна была отрезать путь отступления бронепоезду, разобрав рельсы. С 1-го на 2 января 1919 г., под ст. Шабуничи, стрелки Михайлов и Шевченко с другими товарищами, будучи посланы с технической разведкой по железнодорожному полотну для приискания удобного и более скрытного от неприятеля места для разборки железнодорожного полотна в районе расположения неприятеля, далеко продвинувшись вперед, были обстреляны пулеметным и ружейным огнем, но благополучно вернулись, доставили важные сведения.

На основании этой разведки была послана группа для разбора железнодорожного полотна. Стрелок Портанский участвовал в разборке пути железной дороги под огнем неприятельского броневика, который старался мешать разборке. Этим героическим подвигом был остановлен броневик, который не мог двигаться вперед на наши части.

За все выше описанные подвиги стрелки были награждены Георгиевскими крестами 4 ст.
1 января севернее железной дороги из с. Ильинского прибыли части 20-го Тюменского Сибирского полка 3- го Степного корпуса, выбив 3-й Камский полк ( это сведенные в один полк 1,2,3 Камские полки) {фасных из с. Лузино. Тюменцы двинулись не на запад, а на юг, на ст. Григорьевскую, обходя 29 дивизию с фланга, и сходу заняли д.д. Заполье, Белоусы и Сухари.

Боясь окружения, начдив 29 Грушевицкий, только что вступивший в командование дивизией, направил на помощь Камскому полку 17-й Петроградский, стоявший в с. Григорьевском в резерве. Сводный Камский полк перегруппировался и выбил белых из деревень Сухари и Белоусы.

С утра 2-го января 29-я стрелковая дивизия перешла в наступление и продвинулась левым флангом на Богоявленское, Ключи, Ситниково.
3 января 6-й Мариинский полк, наступая в направлении на с. Ситниково, вошел в соприкосновение с 20-м Тюменским полком, действующим севернее станции Шабуничи.
На этом попытки красных вернуть Пермь, прекратились, т.к. на смену уставшим частям 1-го Средне-Сибирского армейского корпуса пришли части 4-й Степной сибирской дивизии.

ГЛАВА 9.

МЕРТВЫЙ ГОРОД

26 декабря 1918 г. генерал-майор Пепеляев издал приказ, в котором в частности говорилось:
1. 24 сего декабря части 1-го Средне-Сибирского корпуса взяли г. Пермь;
2. Советская власть в Пермской объявлена низложенной. Отныне губерния - восстанавливается с губернии Пермская русским государством под властью Всероссийского Верховного правителя адмирала Колчака.
3. Начальником гарнизона города Перми утверждаю командира 3-го Барнаульского полка подполковника Камбалина.
4. Восстанавливаю городское и земское самоуправление в составе, бывшем до большевистского переворота. Городскому голове и председателям губернской и уездной земских управ представиться начальнику гарнизона, с которым действовать в полном согласии.
9. Всем офицерам старой русской армии явиться к начальнику гарнизона 29 сего декабря в 12 час. Неявившиеся будут считаться дезертирами и преданы будут военно-полевому суду.
11. Все лица, окончившие не менее четырех классов средних учебных заведений от 19 до 25 лет призываются на военную службу и должны 1 января 1919 года (нового стиля) явиться к уездному воинскому начальнику. Неявившиеся будут преданы военно-полевому суду.

Этим приказом, часть которого приведена выше, регламентировалась жизнь в губернском городе. В это время в Пермь были введены дополнительные войска: 3-й Барнаульский и 8-й Бийский полки. Начальником гарнизона уже 24 декабря назначается командир 3-го Барнаульского полка подполковник Камбалин, а начальником штаба - штабс-капитан Рязанцев, комендантом города - полковник Николаев, бывший комендант города до революции. 3-й Барнаульский полк, который еще 24 декабря находился в 35-ти верстах от Перми, вошел в город вечером 25 декабря.

26 декабря 1918 года в 3 часа дня, прежним председателем Окружного суда Соколовым, по предписанию начальника 1-й Сибирской стрелковой дивизии генерал-майором Зиневичем, был вновь открыт Окружной суд. В этот же день было восстановлено земское и городское самоуправление, проведена мобилизация офицеров и военных чиновников.

Состоялось первое заседание Городской думы, на котором присутствовало 33 гласных. Вот список гласных городской думы в январе 1919 года.
Ахметов Латфулло Шагиахметович
Аглтуллин Мухамест Сафа
Альгин Константин Александрович
Бабанов Александр Семенович
Барбатенко Любовь Васильевна
Богословский Степан Михайлович
Будрин Евграф Степанович
Бусыгин Николай Петрович
Бушуев Василий Степанович
Вавилов Александр Григорьевич
Вановский В.А.
Варов Александр Михайлович
Варушкин Алексей Михайлович
Великопольский Аркадий Ал.
Весновский Виктор Ал.
Ветошкин Николай Васильевич
Владимиров Степан Евграфович
Вологдин Алексей Владимирович
Волошинов Евгений Андреевич
Вяткин Григорий Григорьевич
Гаврилович Альберт Игнатьевич
Гельб Хайм Хаимович
Глухих Федор Константинович.
Деменьчук Михаил Михайлович
Журавлев П.П.
Зайнулин Хаким Мулла
Зеленин Степан Иванович
Зорихин Иван Иванович
Зубакин Иван Алексеевич
Иванов Владимир Петрович
Ильяшкевич Ананий Николаевич
Имайкин Гард. Гайнатд
Казанцев В.А.
Каменев Леонид Иванович
Кожевников Тимофей Алексеевич
Константиновский Тимофей Алек.
Кузменко-Кузьмицкий Федор Андреевич
Козлов Зариф Закирович
Кузнецов Михаил Михайлович
Кузнецов Михаил Павлович
Култашев Николай Викторович
Курдов Иван Калустович
Куренков Василий Николаевич
Левин Арон-Гирш Бенционович
Левин Иосиф Аронович
Макухина Людмила Михаиловна
Макухин Сергей Григорьевич
Мелешко Р.Ф.
Меташев Сергей Владимирович
Митрофанов Иосиф Прокопьевич
Мунвез Михаил Борисович
Мухачев Николай Алексеевич
Нежданов Федор Федорович
Николаев Алексей Дмитриевич
Овчинников Павел Сергеевич
Осмотров Трифон Анисимович
Oрехов Александр Николаевич
Ощепков С.С.
Панферов Гавриил Семенович
Подтынников Федор Иосифович
Поносов В.Н.
Попов Ф.Н. (выбыл)
Рахматуллин Закарзян
Савельев Антон Антонович
Савинич Григорий Иванович
Семченко Михаил Васильевич
Сепягин Дмитрий Васильевич
Серебров Николай Яковлевич
Симонова Мария Николаевна
Смородинов М.П.
Соснин Я. А.
Сперанский Валериан Дмитриевич
Стахеев Иван Сергеевич
Субботин Яков Георгиевич
Третьяков Василий Степанович
Трефилов Аркадий Васильевич
Чумищев А.Н.
Ширяев Александр Евставьевич
Шнееров А.А.
Ягодников Вениамин Николаевич

Губернским комиссаром был назначен Кукаретин, городским головой - Ширяев, его заместителем Киснемский, членами управы: Сипягин, Трефилов, Кувшинский и Третьяков, начальником Пермской уездной милиции - прапорщик H. Н. Шабалин.

В это время город был мертвым. Не работало ни одно государственное и общественное учреждение. Люди боялись возвращения большевиков. Вот как описывал состояние пермяков пермский журналист Калинин, возвратившийся из Екатеринбурга: «А здесь [в Перми] тихо и пустынно, словно город вымер. Редко мелькнет в сумерках прохожий. А что сделали с населением!?

Выглядят все, как будто только, что встали с постели после тяжелой и мучительной болезни... Истощены физически, измучены, подавлены нравственно до крайности. С трудом верят даже очевидности - своему освобождению. Накормить измученный, раздавленный город, это и есть первое и самое важное условие восстановления его нормальной жизни».

Городская управа делала все для облегчения продовольственного положения горожан. Так, в середине января были открыты две общественные столовые: «Альпийская Роза» на Торговой улице, между Сибирской и Оханской и столовая при номерах «Урала» на Монастырской улице. В каждой из этих столовых ежедневно приготовлялось 500 обедов из 2-х блюд. Обеды отпускались гражданам без всяких карточек по твердым тарифам.

Жители города полюбили своих освободителей - сибирских солдат в суконных шапках с веточками ели. Жительница Перми, Агеева, вспоминала: «На другой день(26 декабря) было уже можно ходить по улице. Везде приветливые лица. Народ радостный, поздравляют друг друга, точно на Пасху».

Иную картину освобождения города дал в эмиграции генерал Клерже, который застрял в Перми при следовании в Сибирь: «На рассвете Рождественского утра жители Перми были разбужены орудийными выстрелами, доносившимися с восточной стороны, и, когда уже совершенно рассвело, по улицам города появились первые дозоры белых сибиряков с зелеными ветками елок на головном уборе. Народ высыпал на улицы, лавки все мгновенно открылись, и на лотках всевозможные съестные припасы для продажи. Город переродился, город проснулся от искусственного сна, который ему привили перед этим агенты Третьего интернационала». Конечно же, город даже на третий день не выглядел так.

Еще во время боя жители Перми выходили из домов и поздравляли сибиряков, а уже на другой день, пришив самодельные погоны, записывались добровольцами в 4- й Енисейский полк. Восхищение сибиряками выражено в стихах местного поэта (П-к В-к):
В морозную вьюгу, по пояс в снегу,
В порыве безжалостной мести
К забывшему бога и совесть врагу
Вы рыцари долга и чести,
В бой ринулись. Дрогнул ваш враг,
Рассеялась “красная” стая.
И бело-зеленый Сибирский свой флаг.
Флаг грозного, могучего края
Вы смело подняли в свободной Перми.

А местный художник И.И. Чирков написал уже к 25 февраля картину “Сибирские орлы,” посвященную освобождению Перми. Некоторые обыватели г. Перми даже не почувствовали захвата города, так это стремительно произошло. Так, рабочий депо ст. Пермь-П, Остафьев Александр Михайлович, так вспоминал об этих днях: «23 декабря 1918 г. в 7 часов вечера закончил погрузку вагонов и ушел домой. Утром 24 декабря в 7 часов стал собираться на погрузку, а хозяйка заявляет, что в городе войска Колчака. Принял это как шутку, но, взглянув в окно, увидел солдат в погонах. 26 декабря приступил уже к разгрузке вагонов». Для обывателей это нормально, но вот для красных бойцов - непростительно. Группа красноармейцев под командой Еременко(18 бойцов), получила приказ прибыть на разъезд №37 для охраны Камского моста. 23 декабря явились на разъезд поздним вечером. Мост охраняли латыши. Смену предполагали произвести 24 декабря, а пока отряд отправился отдыхать в теплушку. Утром они проснулись оттого, что движение поездов почти прекратилось. Часовые спали вместе со всеми. Латышей уже не было. Узнали от коменданта Перми-П, что Пермь захвачена колчаковцами.

Начальнику гарнизона подполковнику Эпову приписывают следующее заявление: «Я прошел с войсками путь от Иркутска до Перми и еще не встречал города более разоренного, чем Пермь. Здесь не осталось ни одного государственного или общественного учреждения. Никакой частной организации.»

Генерал Пепеляев поручил начальнику гарнизона восстановить деятельность правительственных и общественных учреждений города, выделив для этого 1 млн. рублей, но этого оказалось недостаточно. Нужно было еще 3 млн. Тогда подполковник Эпов, с согласия генерала Пепеляева, обратился 4 января к имущим г. Перми ссудить военной власти 3 млн. рублей.

В комиссию по распределению средств из 3-х млн. фонда для восстановления деятельности правительственных и общественных учреждений г. Перми вошли: управляющий Пермской губернией М. В. Кукаретин и представители от: Госконтроля В. В. Кибардин, Казенной палаты П. В. Крещенко, Госбанка В. А. Богословский, Губернской земской управы Н. А. Вармунд, уездной земской управы П. И. Сибиряков, городского самоуправления Ширяев, комиссия по изысканию средств на восстановление деятельности правительственных и общественных учреждений г. Перми П. И. Анисимов и А. П. Квапишевский и от штаба 1-го Средне-Сибирского корпуса обер-офицер для поручений при корпусном интенданте прапорщик Богословский.

Собрание Пермского отделения всероссийского торгово-промышленного союза согласилось с предложением Эпова, но сбор средств проходил очень медленно. По распоряжению командира 1-го Средне-Сибирского корпуса начальник гарнизона подполковник Эпов организовал 1 января 1919 г. комиссию «по расследованию преступных деяний большевиков и их сотрудников». В обращении к жителям города Перми подполковник Эпов так объяснял задачи комиссии: «Преследованию подлежат только преступные деяния, покушения на таковые или приготовления к ним. Принадлежность к той или иной партии или сочувствие ей, не выразившееся в тех или иных действия, преследованию не подлежат, так как на убеждения и взгляды граждан посягательств быть не должно.»

Жизнь в городе все же налаживалась. 31 декабря вышел первый номер газеты «Освобождение России», а 1 января 1919 г. газета «Свободная Пермь». Установлено было ж/д сообщение по линии Пермь - Калино - Лысьва - Кузино - Екатеринбург, который правда шел 3-4 дня.
Заработал телеграф. Пермское отделение Госбанка также возобновило работу. 11 января заработал Московский народный банк. 8 января открыл свои двери электро-театр «Мираж»,
а 18 января цирк «Коромыслова». Только 22 января в Перми была разрешена свободная торговля.

Управление начальника гарнизона расположилось на Сибирской - 8. Город был разделен на 10-й районов, вся власть в которых принадлежала комендантам, которые подчинялись начальнику комендантов полковнику Манучарову.

Вся уличная сеть электрического освещения, была попорчена большевиками при оставлении Перми.

Городская управа сразу же начала восстанавливать электроснабжение города. Этим занимался инженер Вологдин, который запустил электростанцию и она начала подавать ток в военные учреждения. Появилось объявление: «В виду того, что присоединение частных абонентов, отцепленных от сети большевиками, в рабочее время, за недостатком монтеров затянется, электрическая станция предлагает обращаться абонентам, частным образом, к монтерам электрической станции по указанным адресам, на условии соглашения». Прилагалось 13 фамилий монтеров.
Заработала администрация города. Вследствие, приказа начальника Пермского гарнизона, начальником Пермской городской милиции предложено всем домовладельцам и лицам, их замещающих, немедленно приступить к новой прописке всех граждан, живущих в их домах, независимо от того, прописаны ли они уже были, или нет, при чем прописка каждого гражданина должна быть произведена на двух адресных листах, каковые должны быть представлены с домовой книгой в подлежащий участок милиции. Прописка должна быть закончена к 20 января. Домовладельцы, уклоняющиеся от перерегистрации граждан, живущих в их домах или прописавшие не всех своих квартирантов, будут подвергаться ответственности перед военно-полевым судом.

Также, начальник городской милиции предписывал домовладельцам озаботиться:
1. Ежедневной очистке тротуар перед их домами, причем после очистки непременно посыпать тротуары песком;
2. Уничтожением снеговых навесов с крыш, угрожающих падением на тротуары;
3.Сравниванием ухабов на улицах. Все виновные в неисполнении этих распоряжений будут предаваться военным властям для предания военно-полевому суду.

8 января на улицах Перми развесили приказ начальника гарнизона г. Перми генерал-майор Шаров, в котором населению предписывалось сдать военное имущество в 3-х дневной срок.

Через три-четыре дня после взятия города, духовенство, облачившись в ризы, кропило дома, где жили и работали большевики. Особенно много «святой воды» было израсходовано на окропление помещения ЧК и квартир: Борчанинова, Окулова, Малкова и Барандохина.

30 декабря в Пермь для ознакомления с обстановкой прибыли высокие гости: американский, английский и французский консулы: Пальмер, Престон, Баярд, а 3 января - командующий Сибирской армией генерал-майор Гайда. Пальмер привез подарок для Сибирской армии - 2000 пудов муки и теплые вещи.

Приказ по 1-му Средне-Сибирскому армейскому корпусу №50 от 27. декабря1918 г. гласил: «По случаю победы, одержанной славными частями корпуса 29-го сего декабря, будет отслужен благодарственный Господу Богу молебен и одновременно панихида по павшим на поле брани героям за свободу и счастье Родины.

После молебна назначаю парад всем частям корпуса, не несущим боевой службы.
Параду построиться в 11 часов 30 минут на Соборной площади.
Артиллерия, конница, команды конных разведчиков и пулеметные команды и всем кому положено в конном строю форма одежды походная.
После молебна будет произведена раздача солдатам Георгиевских крестов, для чего каждому начальнику иметь заготовленные списки награжденных.
Парадом командовать генерал-майору Зиневичу.
Командующий корпусом генерал-майор Пепеляев.

После захвата Перми (25 декабря) красные пытались отбить город, поэтому 4-й Енисейский и 3-й Барнаульский полки срочно бросаются на фронт, а в город вводится 8-й Бийский полк подполковника Эпова. Согласно приказу командира корпуса от 29.12.18 г. №4663 подполковник Эпов вступил в должность начальника гарнизона г. Перми 29 декабря.

В связи с наступлением красных на Пермь парад по случаю взятия г. Перми 29 декабря 1918 г. был отменен главным комендантом г. Перми подполковником Шлейером.

Парад войск победителей состоялся только 2 января и проходил он на Соборной площади. Его принимал его новоиспеченный генерал-лейтенант Пепеляев. Командовал парадом начальник 1-й Сибирской стрелковой дивизии генерал-майор Б.М. Зиневич.

Неизгладимые впечатления выпали на долю пермяков 2 января. “Соборная площадь вся заполненная молодцеватыми сибирскими войсками всех родов оружия.

Стройные движения дисциплинарной пехоты, лихая посадка кавалеристов. Теплые, полные сердечности, слова любимых генералов к солдатам. Лихая тройка вороных с залихватскими бубенцами принесла генералов на парад.

Перед началом церемонии генерал Пепеляев произнес короткую, зажигательную речь, которая начиналась словом “братцы”, против ненавистного “товарищ”. Это обращение словно электрический ток пробежало по участникам парада и многочисленным зрителям. Закончил он свою речь следующими словами: “Молодые сибирские чудо - богатыри очищали дорогу от немецкого и большевистского засилья, в недалеком будущем возьмут самое сердце Руси, матушку - Первопрестольную Москву”. Это было встречено криками “Ура”. Народ, которого собралось много, со слезами на глазах махал шапками. Далее начался парад, в котором кроме войск 1-й Сибирской стрелковой дивизии, приняла участие гренадерская рота 1-го Советского полка, перешедшая на сторону белых. Стройными колоннами прошли все рода войск. Корреспонденты газет отмечали молодость солдат и большое количество в строю офицеров.

В этот же день, в городском театре, после очередного спектакля («Тот, который получает пощечину») публике было объявлено, что состоится второй смешанный спектакль в честь присутствующих представителей доблестной армии. Было представлено последнее действие из «Евгения Онегина» (г-жа Павлова, г-н Григорьев) и многономерное балетное отделение. Исполненные г-ном Баланотти танцы русского солдата с бело-зеленым знаменем и английского моряка сопровождались бурными аплодисментами, перешедшими в патриотическую овацию. Не меньше успеха выпало на долю остальных исполнителей русского, японского и других танцев. Большим успехом сопровождалось и выступление г-жи Мухаринской.

В 12 часов дня 7 января уже на Сенной площади состоялся Рождественский парад частей гарнизона г. Перми. «Парад состоял из войсковых частей: Енисейского, Новониколаевского, Барнаульского, Барабинского полков, казачьих войск, артиллерии, Ударного батальона, роты 1-го Пермского офицерского полка и Советского Гренадерского батальона, перешедшего на сторону правительственных войск.

Парадом командовал начальник 1-й Сибирской стрелковой дивизии генерал-майор Зиневич. Принимал - командир 1-го Средне-Сибирского корпуса генерал-лейтенант Пепеляев.

После объезда выстроившихся войск, генерал Пепеляев обратился к войскам с кратким словом, в котором он поблагодарил войска за боевые успехи и выражал крепкую уверенность в близкой победе над врагом и освобождении России. После чего состоялось краткое молебствие с провозглашением многолетия державе российской и российскому христолюбивому воинству.
Генералу Пепеляеву и войскам были поднесены хлеб-соль за освобождение города депутацией от думы во главе с городским головой Ширяевым и членами управы Сепягиным и Третьяковым, а также от женского общества и других лиц. После чего состоялась раздача орденов и георгиевских крестов отличившимся офицерам и солдатам.

В заключении все войска со своими пулеметными командами под звуки оркестра прошли церемониальным маршем пред генералом Пепеляевым. Всех поражала молодость войск, их боевая и молодцеватая выправка. Дай Бог славным войскам скорую победу над врагом.

По окончанию парада народом была устроена единодушная овация командиру корпуса генералу Пепеляеву - освободителю Перми. В ответ генерал высказал свое заветное желание - дожить до момента, когда такое искреннее громкое «ура» будет кричать весь многомиллионный русский народ по освобождению первопрестольной Москвы и заявил, что он и его корпус решили: «Или умереть или спасти Россию.» Под крики приветствий генерал покинул площадь.

Пермяки с первых дней освобождения старались отблагодарить своих освободителей. Так, 29 декабря в городском театре состоялся спектакль в честь прибывших войск Сибирского правительства. Пред началом спектакля были сказаны приветствия присутствующим в театре войсковым частям от имени Пермской Городской думы в виде особой депутации во главе с председателем Думы Макухиным и от имени артистов труппы.

Артисты выступали не только в театре. Так, 8 января 1919 г. в помещении губернской управы, состоялся бал в пользу питательного с участием артистов пункта на ст. Пермь-II.

В связи с наступлениями праздников (Рождества и Нового года) был объявлен праздничный репертуар кооператива оперных и драматических артистов группы Городского театра, в котором особое место занимал репертуар для освободителей Перми.

«В среду, 8 января, утром «Кармен», вечером «Дни нашей жизни» Андреева.

В четверг 9 января, утром «Ревизор» (для воинских частей первого Сибирского корпуса), вечером «Евгений Онегин».

В пятницу, 10 января, утром также для воинских частей первого Сибирского корпуса «Борис Годунов», вечером «Тот, кто получает пощечины».
В субботу, 11 января «Пиковая дама».
В воскресенье, 12 января, утром «Травиата», вечером пьеса Рышкова «Змейка».
В понедельник 13 января, «Герой Синематографа» Пальмина, концертное отделение и балетный дивертисмент, а затем встреча Нового Года и бал-маскарад.
Во вторник, 14 января, утром детский спектакль «Степка- Растепка», вечером «Черевички».
В среду, 15 января, неизменный «Роман» Шельдока.
16 января опера «Тоска». В пятницу 17 января, «Потонувший колокол» Гауптмана.
18 января спектаклей нет.
В воскресенье, 19 января, утром для воинских частей «Черевички», вечером «Царь Федор Иоаннович».
Репертуар заключает в себе мало нового, ибо почти сплошь состоит из пьес, уже шедших раз или по несколько раз».
В пятницу 10 января в помещении общественного собрания над городской управой 3-м Барнаульским Сибирским стрелковым полком был устроен концерт-бал, собравший громадное количество публики и далеко не вместивший всех желающих. В концерте наибольшим успехом пользовались: г-жа Теодориди, Алина, Дыновская и г-н Комиссаржевский. Симпатично было выступление молодого раненного офицера-певца, аплодисменты которому выражали единодушные симпатии публики к представителям доблестной армии. После концерта состоялся бал, продолжавшийся до 3-х часов ночи.

Взятие Перми - это выдающаяся победа командования Сибирской армии: генералов Гайды, Пепеляева и Зиневича, которую необходимо было развивать, т.к. 3-я Красная армия была на грани разгрома. Командующий Сибирской армией генерал-майор Гайда шлет телеграмму в Омск.

«Верховному правителю России адмиралу Колчаку.
Ваше превосходительство. Докладываю. Сибирской армией взята Пермь.
Крупнейший торгово-промышленный центр Урала.
Войска третьей Красной армии бегут. Неприятель отброшен на сто километров. Красным нанесен значительный урон. Захвачено много пленных. У нас потери небольшие. Взяты огромные военные трофеи.
Войска Сибирской армии готовы продолжать наступление и ждут вашего приказа.
Командующий Сибирской армией генерал-майор Гайда.»

6 января еще больной Верховный Главнокомандующий адмирал Колчак подписал приказ, в котором отметил успехи Сибирской армии.

Приказ № 96.

Сибирские войска закончили свои операции в Пермском районе блестящей победой. Уничтожена почти вся 3-я красноармейская армия, взята Пермь, захвачено большое военное и железнодорожное имущество и освобождено население огромной области от произвола и насилия изменников и предателей. Военные действия были выполнены в исключительно тяжелых условиях суровой зимы, в гористой, покрытой трудно-проходимой тайгой местности только молодыми Сибирскими войсками численно и по снабжению уступающему противнику. Искусство вождей, воинская доблесть и храбрость солдат преодолев все препятствия, сломили сопротивление врага и победа увенчала великие труды и лишения.

От имени Родины благодарю начальников, офицеров и солдат Сибирской армии, в трудах ваших, освободить родину от большевистского позора, и слава воинская да увенчает боевую работу и оружие Ваше, достойное истинных сынов Великой России, воскрешающее былую славу Русской армии.

Приказ этот прочесть во всех ротах, эскадронах, сотнях, батареях и командах.

Подписал: адмирал Колчак.

29 декабря командующий Сибирской армией генерал Гайда получил от начальника штаба Западного фронта генерала Дитерихса следующий ответ по поводу дальнейшего наступления: “Ни Пермь, ни Уфа, ни Сарапул никакой роли сейчас играть ни могут......... На Пермскую операцию я сам смотрю только как на хорошую школу, которая дана была Средне-Сибирскому и Степному корпусам.”
Операция развития не имела. Сам Пепеляев также не воспользовался захваченными богатыми трофеями. Большинство из них было растащено. И уже в феврале месяце его войска испытывали нужду, как в продовольствии, так и в обмундировании.
А в это время - как писала екатеринбургская газета “Наш Урал” - на ст. Пермь-П стоит 2600 вагонов разного рода грузов, которые разбросаны по всем путям. Вагоны раскрыты. Грузы расхищаются как военными, так и гражданскими. Комендант ст. Пермь-П полковник Смелков отвечает, что все грузы - военная добыча и солдаты могут ими пользоваться.

По итогам Пермской операции командир 1-го Средне-Сибирского армейского корпуса генерал-лейтенант Пепеляев издал Приказ №2 от 3 января 1919 г.
«Для рассмотрения представлений офицеров частей корпуса к ордену Св. Георгия 4-й ст. на 5 января с г назначаю заседание георгиевской думы под моим председательством в составе членов - георгиевских кавалеров: начальника 1-й Сибирской стрелковой дивизии генерал-майора Зиневича. Сибирских стрелковых полков: командира 1-го Новониколаевского полковника Зеленевского и того же полка поручика Чумаченко, 2-го Барабинского капитана Козловского, 3-го Барнаульского поручика Коскова и 4-го Енисейского штабс-капитана Борцецова.»

Заседание георгиевской думы состоялось лишь 28 февраля 1919 года, но уже в другом составе, т.к. кто-то был убит, например, полковник Зеленевский, кто-то находился в отпуске и т. д. По этому поводу Командующий Сибирской армии генерал-лейтенант Гайда подписал приказ войскам Сибирской армии № 90 от 28- го февраля 1919 г. г. Екатеринбург.

§ 1. 16-го февраля 1919 г. состоялось при штабе I Средне-Сибирского армейского корпуса заседание Георгиевской Думы в составе:
1) Председателя - командира I Средне-Сибирского армейского корпуса генерал-лейтенанта ПЕПЕЛЯЕВА и членов:
2) Начальника 1-й Пермской стрелковой дивизии генерал-майора ШАРОВА
3) Вр. и.д. обер-квартирмейстера штаба I СреднеСибирского армейского корпуса подполковника ЛЕОНОВА
4) 1-го Штурмового батальона капитана БОРЗЕЦОВА
5) Командира 2-го батальона 1-го Пермского стрелкового полка штабс-капитана БЛОХИНА
6) Командира 1-го батальона 2-го Чердынского Сибирского стрелкового полка штабс-капитана АВДЕЕВА
7) 2-го Чердынского стрелкового полка штабс-капитана НИКУЛИНА.

Решением Георгиевской думы 36 офицеров корпуса были представлены к ордену Св. Георгия 4-й степени. И, что примечательно, что в состав думы вошли три штабс-капитана, только что сформированной Пермской дивизии: Блохин, Авдеев и Никулин. И не за красивые глаза, т.к. в корпусе было много георгиевских кавалеров, которых можно было ввести в состав думы. Это значит, что пермяки - офицеры сыграли заметную роль в освобождении города. Этим генерал Пепеляев подчеркнул роль пермского подполья.

За Пермскую операцию получили:
орден Святого Георгия 3-й степени генерал-майор Зиневич,
орден Св. Георгия 4-й степени: генерал-майор УккеУговец,
подполковники: Мальчевский и Кузьменко,
капитаны: Урбанковский и Ластовский, штабскапитаны: Соколов, Боровиков и Рязанов,
поручики: Литовщенко, Струите и Игнатов, подпоручик Мельников,
прапорщики: Воронцов, Герасимов и Кагалов.
В это же время был выпущен приказ, по которому многие офицеры 1-го Средне-Сибирского корпуса получили очередные и внеочередные воинские звания.
Сразу после Рождественских праздников прошли торжественные похороны героев, павших при освобождении Перми от большевистского ига.
«Похороны состоялись 9 января в присутствии войск и при огромном стечении народа, пришедшего помолиться за убитых. Отпевание происходило на площади у Воскресенской церкви и началось в 11 часов.
Погибшие герои, за исключением офицеров, лежавших в синих гробах, находились в десятках простых некрашеных гробов. Порядок был образцовый. Все стояли спокойно и со вниманием слушали скорбный чин церковного отпевания. Простые трогательные слова заупокойных молитв, тихое, печальное пенье западало прямо в душу и невольно вызывало слезы на глазах и глубокое сожаление о погибших молодых жизнях, самоотверженно положенных за своих братьев, за великую идею освобождения Родины. Каждый раз при молитве за павших читался длинный список этих погибших героев. В конце отпевания произнес краткое, но глубоко тронувшее всех слово священник о. Н. Первушин.

Начав со сравнения стремительного похода молодой Сибирской армии с полетом молодых орлов, проповедник перешел к описанию их подвига вызвавшего эти жертвы, лежавшие пред нами в простых, но дорогих сердцу, гробах. «Здесь, в гробах, эти молодые самомоотверженные орлы, положившие душу за других, а между тем там, в далекой, занесенной глубокими снегами Сибири, их ждут, не дождутся. Старушка мать ждет своего ненаглядного сынка, с замиранием сердца, переходя от окна к окну. Невеста ждет своего друга, Молодая жена, детки - сироты. Да, ждут, но не дождутся, ибо их дорогие лежат теперь пред нами неподвижны и никогда не возвратятся в родную Сибирь, в дорогую семью. Граждане! Недостаточно слез, мало сожаления, хотя и глубокого. Эти гробы говорят нам о много другом, они говорят нам, о великой жертве, о великих подвигах. Все мы теперь присутствуем при освобождении и возрождении России. Все мы, смотря на эти гробы, должны отбросить свои мелкие личные делишки и сквозь их рассмотреть великую нестрадавшую, измученную родину нашу. Все мы ее дети и поэтому должны пожертвовать всем, идти на ее спасение, беря пример с самоотверженных молодых орлов! Мы должны поклясться здесь у храма - памятника в честь освобождения крестьян от крепостной зависимости, поклясться у этих простых гробов с телами павших за нас героев, что отдадим свою жизнь, пожертвуем всем для спасения Родины!» Эта краткая, простая, но пламенная речь священника, произнесенная звучным, отчетливым голосом, была выслушана всеми с глубоким вниманием. Все были растроганы, многие плакали. Всем очевиден был подвиг героев, избавивших Пермь от ужасного ига большевиков, столь памятного гражданам. Даже вид проповедника, молодого, но совершенно седого, красноречиво говорил о пережитых ужасах. У всех поднималась и росла жажда личных жертв, личных подвигов.

Отпеванье кончилось. Пропета «вечная память».
Раздались тихие, печальные звуки оркестров. С колокольни донеслись редкие удары погребального перезвона. Процессия двинулась на кладбище. За хоругвями шло духовенство, несли венки, затем следовали катафалки и сани с гробами. Гроба сопровождались войсками.
Шествие замыкали большие и густые толпы народа, запрудившие все тротуары, прилегающих улиц. Процессия растянулась на несколько кварталов.

На Новом кладбище была приготовлена большая братская могила для солдатских гробов и несколько могил для офицерских. При опускании гробов в могилы войска отдали погибшим героям последние воинские почести. На могилах были произнесены две речи. Первым от имени городского самоуправления, говорил городской голова А.Е. Ширяев.

«Граждане! Мы хороним сейчас доблестных героев, павших при освобождении нас, жителей Перми, от большевистского насилья, погубившего Россию.

Большевики обещали народу хлеб, мир и свободу. Но вместо обещанного хлеба заставили народ умирать с голоду, вместо мира позорно предали нас Германии и бросили Россию в гражданскую войну и вместо свободы создали невозможное иго, когда Нельзя было свободно ни мыслить, ни говорить, ни делать что-либо. От этого ужасного ига нас освободили сибирские орлы, эти павшие герои. Городское самоуправление глубоко благодарно им за избавление, спасение города и считает своим долгом почтить славную память погибших борцов за свободу. Оно открывает подписку на создание памятника на этой братской могиле и для оказании помощи семьям погибших героев».
От губернского земства говорил председатель губ. земской управы Н.А. Вармунд.
«Граждане! Еще раз с востока пришел свет. Славная Сибирская армия спасла нас от большевиков. Я не буду говорить здесь о большевиках и их делах: это всем нам хорошо памятно.
Здесь, от имени всего губернского земства, представителей всей губернии, низко кланяюсь этим дорогим для нас избавителям, славным героям. Также от имени губернского земства низко кланяюсь и спасшему нас сибирскому войску. Избавленная губерния не останется в долгу перед погибшими. Как председатель губ. земской управы я заявляю здесь от имени крестьянского земства Пермской губернии, что оно приложит все усилия к обеспечению семейств погибших за нас героев».

Речи кончены. Раздались последние залпы. Около могилы появились саперы и первые комья мерзлой земли сильно застучали о крышки гробов. Вечная память, вечная слава героям, погибшим за Пермь!»

Не откладывая в долгий ящик, последовали действия.

«Пермская городская управа, по постановлению Городской Думы, сим доводит до всеобщего сведения, что в её кассе производится прием пожертвований:
1. В пользу семейств убитых воинов Народной Армии;
2. На сооружения памятника на Новом кладбище г. Перми на братской могиле воинов Народной армии, убитых при освобождении г. Перми и окрестностей;
3. На подарки Народной армии. Городская управа призывает граждан г. Перми жертвовать на указанные цели и надеется, что граждане широко откликнуться на ее призыв, памятуя свой долг перед сынами Народной армии.
Касса открыта с 9-ти часов до 2-х часов дня».

Вместе с освобождением в город пришел тиф. С 1 по 6 января в Перми было зарегистрировано 32 заболевания сыпным тифом и 63 возвратным. В целях наиболее успешной борьбы с развивающей в г. Перми эпидемией тифа местным городским самоуправлением, в срочном порядке, возбуждено пред Временным Всероссийским Правительством телеграфное ходатайство об отпуске на усиление противо-эпидемических мероприятий 100500 рублей, которое отпустила в середине января Пермской губернии 150 т. руб. и конкретно городу Перми - 50 тыс. рублей.

На эти средства был открыт заразный военный госпиталь на 200 коек. Эпидемия тифа в Перми приняла ужасающие размеры. Больных тифом лечить было совершенно нечем, т. к. земско-городская лечебница дм заразных больных, заразное отделение Александровской больницы и изоляционный пункт совершенно были переполнены.

Так начиналась мирная жизнь в городе Перми после годичного господства большевиков.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Командующий Екатеринбургской группы войск, впоследствии Сибирской армии, генерал-лейтенант Гайда так оценил действия своих подчиненных: «Результат продолжавшейся месяц пермской операции был великолепен, и за это нужно было благодарить героев молодой Сибирской армии. Ее части дружно и неутомимо боролись с неприятелем в суровых условиях уральской зимы: при морозах, достигающих 30 градусов, переходя по пояс в снегу по горным хребтам и труднопроходимой тайге. Составить представление обо всех трофеях этой операции можно, хотя бы упомянув о тридцати двух тысячах пленных и более двухстах орудиях. Зрелыми показали себя инженерные части всех войск, быстро исправляя мосты, разрушенные неприятелем, и поврежденные им дороги. Но и наши потери в стольких боях и в таких тяжелых условиях были немалыми. Потери группы генерала Пепеляева, наиболее энергично действовавшей в Пермской операции, составили пять тысяч солдат убитыми, ранеными и обмороженными и 494 офицера. Но, достигнутый успех с лихвой окупал эти потери. Помимо приобретения огромной территории и огромных трофеев, еще большее значение имел подъем духа в Западной и Южной армиях, и, наконец, наш успех принудил большевиков перебросить все их немногие свободные резервы на мой фронт, чем был совсем остановлен их натиск на Западную и Южную армии».

А вот мнение начальника штаба Западного фронта армии адмирала Колчака генерал-лейтенанта Дитерихса: “Ни Пермь, ни Уфа, ни Сарапул никакой роли сейчас играть ни могут........... На Пермскую операцию я сам смотрю только как на хорошую школу, которая дана была Средне-Сибирскому и Степному корпусам.

Советский историк Н.Е. Какурин вообще считал, что «Пермская операция» относится к разряду местных операций и никакого значения в 1918 г. не имела, т. к. на Восточном фронте судьба революции решалась под Уфой. Кстати, многие современные историки придерживаются этого же мнения.

Что же сделано в работе, от заявленного во введении?
В результате кропотливых исследований выявлено пермское противоболыпевистское подполье. Этому способствовало появление воспоминаний полковника Протопопова «По закамским лесам», изданных в Хаарбине в 1940 году. Автор был начальником штаба военной организации подполья. В купе с рапортом Белобродского, который был одним из руководителей пермского подполья, удалось приблизительно оценить масштабы деятельности подполья.

Впервые удалось реконструировать бои за Пермь при контрударе красных войск 27-29 декабря 1918 года. Источниками информации послужили: воспоминания командира батальона 3-го Барнаульского полка Богословского, приказы генерала Пепеляева о награждении стрелков Георгиевскими крестами 1-4 ст., оперативные сводки Сибирской армии, опубликованные в красноярской газете «Свободная Сибирь» и в белых пермских газетах: «Свободной Перми» и «Освобождение России». Вкупе с красными источниками картина восстановлена достаточно подробно.

В пермской исторической литературе захват Мотовилихи описан без указания источников. В результате введения в оборот приказа №90, фонда 90. Оп.4 Пермского государственного архива новейшей истории и воспоминаний красноармейцев, отложившихся в фонде Р-732 Государственного архива Пермского края, события в Мотовилихе описаны более подробно и что ценно, с обеих сторон.

При захвате Перми участвовал 4-й Енисейский полк, на помощь которому пришли: 1-й Сибирский штурмовой батальон 1-го Средне-Сибирского армейского корпуса и 2-е роты 5-го Томского полка из обходной колонны подполковника Кузьменко, о действиях которой почти ничего не было известно. На основе архивных материалов описаны действия обходной колонны.

В каком состоянии находилась Пермь, сразу после освобождения от большевиков, описано по газетным публикациям из «Свободной Перми» и «Освобождение России». Этому вопросу до сего времени никто не уделил внимание.

Дотошливому читателю сразу захочется узнать о жесточайшем красном терроре в Перми в 1918 году, о красном подполье в 1919 г., о белом терроре в Пермском крае в 1919 г., об отступлении Сибирской армии из Перми и т. д., но это уже в следующее книге.

Приношу благодарность работникам читального зала Пермского государственного архива новейшей истории, всем членам «Сибирского форума», принимавших участие в обсуждении моих материалов, выложенных на форуме, а также Константину Новикову, за изготовленные по моей просьбе схем боевых действий 1-го Средне-Сибирского армейского корпуса, Лобанову Дмитрию Алексеевичу, Ашихмину Геннадию Евгеньевичу за предоставленные фотографии.

Особенную благодарность выражаю моему давнему другу Андрею Краснощекову за разработку обложки книги.

Приложения

Приложение 1.

СОСТАВ 1-ГО СРЕДНЕ-СИБИРСКОГО КОРПУСА
На декабрь 1918 года
Штаб 1-го Средне-Сибирского армейского корпуса.
Командир - генерал-лейтенант А.Н. Пепеляев.
Начальник штаба - подполковник А. А. Сурнин.
Обер-квартирмейстер штаба - подполковник И. П. Жданов.
Дежурный штаб-офицер - капитан Б. А. Иванов.
Начальник связи корпуса - подполковник Трибурский.
Инспектор артиллерии корпуса - полковник А. К. Смелков.
Корпусной инженер - полковник П.П. Иванов.
Военный следователь корпуса - коллежский секретарь Арнольдов.
Комендант штаба корпуса - подполковник Н. Ф. Шнаперман..
Начальник оперативного отдела - капитан С.Леонов
Старший адъютант оперативного отдела штаба корпуса - штабскапитан П. Макаров
Командир саперного батальона корпуса - подполковник Б. Зверев.
Командир комендантской роты-поручик Бербекль Григорий
Командир отдельной телеграфной роты - капитан Топорков.
Командир конвойной сотни - подпоручик Красулин
Благочинный - Протоиерей О. Николай (Ф. Шелютто ).
Начальник Контр-Разведывательного пункта штаба корпуса - надворный советник Кирста.
Личный адъютант командира корпуса штабс-капитан К. Голубев.

Штурмовой батальон - капитан Урбанковский
Бронепоезд №1 - Поручик Туган-Бароновский
Бронепоезд №2
4-й эскадрон Томского гусарского полка - штаб-ротмистр И. Янерт.
Две сотни Енисейского казачьего полка

1-я Сибирская стрелковая дивизия
Начальник дивизии генерал-майор Б. М.Зиневич
Начальник штаба дивизии капитан Д.П. Турбин
1-й Сибирский стрелковый Новониколаевский полк полковник Э. К. Зеленевский
2-й Сибирский стрелковый Барабинский полк полковник А.И.Ивакин
3-й Сибирский стрелковый Барнаульский полк подполковник В.А. Вольский
4-й Сибирский стрелковый Енисейский полк подполковник М. И. Мальчевский
1-й Сводный артиллерийский дивизион капитан Урядов

2-я Сибирская стрелковая дивизия
Начальник дивизии генерал-майор А.Г. Укке-Уговец
Начальник штаба дивизии штабс-капитан Остроумов
5-й Сибирский стрелковый Томский полк подполковник Д.Н. Кузьменко
6-й Сибирский стрелковый Мариинский полк подполковник С. В. Пирожков
7-й Сибирский стрелковый Кузнецкий полк подполковник Ю. Щеткин
8-й Сибирский стрелковый Бийский полк подполковник М. В. Эпов
2-й Сводный артиллерийский дивизион капитан В. Попов

Приложения 2

Список имущества, эвакуированных большевиками из Перми в Вятку.

Опись № 1

Имущества отдела управления Пермского Губернского исполнительного комитета Совета Рабоче-Крестьянских и красноармейских депутатов.

Столов 3. Шкафов 2. Пишущих машин системы «Ундервуд» 2. Пишущих машин системы «Иост» 1. Корзин для бумаг 5. Телефонов стенных 1. Телефонов столовых 5. Ламп электрических 1. Сукна полового 7кусков. Валик для пишущих машин 1. Валик для гектографа 1. Манометр в футляре 1. Термометр комнатный 1. Часов стенных 3. Шапирограф 2. Шапирогафных лент 3. Внутренних замков 3. Подсвечников 1.
Зав отдела управления
Вятка 28 января 1919 г.
ПермГАНИ. Ф. 90.ОП.4. Д.937. Л. 160.

Опись № 2

Ценностям, сданным Пермским Губернским отделом Социального обеспечения и принятым Вятским губернским отделом Социального обеспечения.

Серебренные часы по опеке Жилинского 1. Золотые запонки по опеке Жилинского 2. Дутый золотой браслет, принадлежавший Мих. Миханошину 1. Золотое кольцо со ставкой 56 пробы, принадлежавший Мих. Миханошину 1. Ордена в золотой оправе на лентах 3. Бронзовая медаль на ленте 1. Золотой супер 56 пробы, эмалированный и с тремя жемчужинами 1. Серебренная цепь от часов 84 пробы 1. Металлическая маленькая копилка с тремя отделениями для серебренных монет 10,15,20 коп. Металлический наперсток 1. Серебренный супер с имен. Е. В. 1850 1. Маленькая, обложенная орехом, шкатулка без замка 1. Книга для записывания действительных и почетных членов в бархатном переплете с металлической накладной в коробке 1.
Означенные в настоящей описи приняты Пермским Губернским отделом Социального обеспечения от Сиротского суда по акту от 11 сентября 1918 г.
ПермГАНИ. Ф. 90.Оп.4. Д.937. Л.99.

Опись № 3

Инвентаря, принятого Вятским губернским отделом Социального обеспечения от такового же Пермского.

Чернильниц 23. Черных мраморных приборов 6. Деревянных подставок для писем 2. Преспапье разных 15. Щет 9. Чугунных черных приборов 1. Разных штемпелей 49. Ручек 18. Разных перовниц 5. Разных пепельниц 4. Губка в стеклянной подставке 1. Штемпелей Сиротского суда 6. Подставка для календаря 1. Металлическая подставка для чернильниц 1. Линеек 6. Электрических проводов 3. Телефон столовый 1. Регистратор для бумаг 1. Папок для бумаг 2. Старых ножниц 2. Транспорантов 8. Коробка с перьями 4. Металлических стаканов для ручек 3. Спичечниц 4. Подушек для печатей 3. Медный подсвечник 1. Резинка 1. Портмоне с 3 рублями 51 коп. 1. Карандашей 13. Шкатулка железная для денег 1. Шкатулка деревянная обитая жестью 1. Железный денежный ящик (сундук) 1. Коробка сургучей 1. Кружка для сбора пожертвований №300 1. Дверных драпировок 7. Флаг 1. Часы стенные 1. Маленький шкаф для бумаг 1. Большой шкаф 1. Никелированный самовар без ножки 1. Весовая мера с гирями 1. Белой писчей бумаги в стопах 16. Пишущих машинок разных систем 6. Блокнот 2. Промокательной бумаги в листах 27. Зав отделом Шорохов.
4 февраля 1919 г.
ПермГАНИ. Ф. 90.ОП.4. Д.937. Л.100, 100об.

Опись № 4

Имущества Пермского Губернского отдела Социального обеспечения /протезной мастерской/, приятого на склад такового же Вятского 12 февраля 1919 г.

Американский патрон 1. Американские дрели/ручная и столовая/ 2. Насосов 2. Механический клубень для нарезки винтов 1. Рубанки 2. Кровельные ножницы 1. Трещетка для сверла 1. Кузнечная наковальня 1. Шестеренок разного размера 14. Метчики 2. Сапожная машинка 1. Тиски слесарные 2. Зубчатые зажимы 2. Винторезная дощечка 1. Вороток 3. Развертки 6. Метчиков разного размера 7. Шарнирные полосы 4. Зубил слесарных 8. Зубил кузнечных 1. Бродки 2. Отвертка 1. Маленький токарный станок 1. Параллельные, малые тиски 2. Столовые малые тиски 1. Штампованные малые тиски 3. Масленка 1. Винтовая ручная дрель 1. Металлические шпильки 2. Слесарная плита /наковальня/ 1. Вальцовочный станок 1. Штамповочных станков разных 11. Токарные станки по металлу 2. Токарные станки по дереву 1. Резцы для токарного станка 11. Простые сверла 2. Ключи от токарного станка 3. Вальцовочный станок 1. Станок проверочный 1. Кузнечный мех 1. Столярный верстак 1. Рычажники для выжимания модель 2. Плашки к винторезным клубикам 2. Обжимок 9. Кернов 5. Бородков 9. Газовый метчик 1. Нумераций 8. Клацмастеров 16. Стамеска для токарного станка по дереву 1. Кранциркули 2. Отвертка 1. Пружинки спиральные 4. Пружинки проволочные 1. Малые диски Хомутики с петлями 2. Винтов 11. Пластинок 6. Коробка с пряжками 1. Машинка для протезов 1. Крючок 1. Пластинок 9. Циркулей 2. Штангель измерительный 1. Гроссы шуруп 2. Штампованные ножницы 1. Дверная пружина 1. Ручная ножовка по дереву 1. Ручная ножовка по металлу 1. Слесарных молотков 2. Стамесок 7. Плоскогубцы 1. Круглогубцы 1. Малые развертки 4. Американские спиральные сверла 26. Простые сверла 3. Ступеньки со щеколками 2. Протезы ног 3. Ломанные ноги со щеколками 2. Ноги со ступнями ломанные 2. Протезные руки в собранном виде 2. Богинок с железной скобой 1. Пояса 2. Старая щеколка от ноги 1. Резиновый браслет для ноги 1. Кисти резиновой руки 1. Деревянные ступни 3. Деревянные щеколки 2. Деревянная кисть 3. Халатов белых 3. Стельки 1. 3/4 боченка гипса бочонок с керосином /глубина 1 вершок/. Жести в тюках/5 целых и 4 початых/. Сундук сломанный пустой 1. Котельного железа в листах 6. Ящик с латунными обрубками 1. Ящик неполный с железными обрубками 1. Столы для мастерской 2. Сукна серого 109 аршин. Малестину 21 аршин. Кожи, резины и тесьмы резиновой 1 пуд 25 ф. Железо около 75 пудов. Разного ситца 21 аршин.
Зав отделом Шорохов.
ПермГАНИ. Ф. 90.ОП.4. Д.937. ЛЛ12,113.

Опись №5

Инвентаря, принятого Вятским губернским отделом Социального обеспечения от такового же Пермского.

Пишущих машин фирмы «Ундервуд» 2. Ковер 1. Зеркала 2. Стенной телефон 1. Одеяла 2. Эмалированное ведро 1. Чайник 1. Ниток 22 катка. Материи полушерстяной коричневой 18 аршин. Бязи 18 аршин. Материи для летних гимнастерок 18 аршин. Ситцу Паршин. Парусины 4 аршина. Ингалятор 1. 4 разных кожи из них две кожи початых. Сундук 1. Примус 1.
Зав отделом Шорохов. 8 февраля 1919 г.
ПермГАНИ. Ф. 90.011.4. Д.937. Л.109.

Список
Материалов и инвентаря, оставленного в г. Перми при эвакуации Пермского Губернского отдела Социального обеспечения 22 декабря 1918 г.

Мотор 3-х сильный 110 в 1 Ручной маленький пресс 1 Оправки, прикрепленные к верстачному кругу 2 Верстак для них 1 Станок с приспособлениями для сгиба железа 1 Станок наждачный 1 Столов верстачных 3 Скамей 2 Трансмиссия с 4 кронштейнами 1 Контрпривод 5 Ремней подержанных к нему 1 Запасной деревянный шкиф 1 Ножницы для резки круглого железа 1 Горн для кокса 1 Горн переносной поломанный 1 Зонтов к нему 5 Проводка газовых труб без вентиля 1 Скамейка сломанная 1 Часть от вентилятора поломанного 1 Весы десятичные 1 Верстачная скамья 1 Трехвальный валец 41 1Л дюйма 1 Переносной горн 1 Тисков столовых 2 Тисков параллельных 4 дюйма 1 Тисков столовых 4 2 !6 дюйма 4 Слесарных верстаков 5 Деревянных скамеек для прессовки 3 Точило ручное 13 дюйма 1 Пустая бочка из под асфальтового лака 1 Разных поломанных метчиков 12 Плашки к клубикам 3 пары Вороток для метчиков 1 Пил слесарных разных 42 Отверток 7 Тоже ломанных 1 Остро-плоско-круглогубцы 7 Шил 4 Тоже ломанных 1 Гвоздодер 1 Клещи для вытяжки проволоки 2 Ножниц портняжных 4 Масленок 3 Комплект ножей для ножниц 1 Обжимок 9 Крейцмастеров 14 Кернера 2 Бородков разных 16 Шабера 2 Хомутик 1 дюйма 1 Пила поперечная 1 Гладилка кузнечная 1 Верхняя подбойка 1 Тоже нижняя 1 Зубил разных 3 Бородков кузнечных 1 Клещей 3 Балда кузнечная 1 Ручной мех ломанный 1 Пальначки маленькие горелые 11 Пил разных негодных 2 п 10 ф Керосиновая лампа ломанная 1 Тоже висячая 7 линий 1 Самовар старый без покрышки 1 Замков вдолбных 7 Ремень вплетенный 1 Железный бидон 1 Железная банка 1 Станок для слесарной ножовки 1 Жести глянцевой 3/4 листа Серной кислоты с посудой 1 п 2 ф Тушилок для огня 7 Петлей навесных 1 пара Чашек глиняных 13 Тоже свинцовых 3 Электрический звонок 1 Сверток тонкого картона 2 рул Сталь в ломе 27 п Железо в ломе 37 п 20ф Чугуна в ломе 4 п Решеток металлических для гранат 2 ящ Крышки для респираторов 1 рубок жестяных для гранат 1 Разных жестяных частей для респираторов 1 ящ Жестяной обрези 2 Банок жестяных для респираторов 2725 Готовые респираторы 7 ящ Деревянных ящиков пустых 27 Кирпичей из красной глины 100 Древесного угля 6,5 куб Кокса 1,5 куб Канцелярских столов 2 Каменных столов 1 Стульев 8 Канцелярских шкафов 1
Цинковый куб для воды 1 Кочерги 2 Топоров 1 Лопат железных 1 Икон 2 Коромысла 2 Ведер 1 пара Ковш железный 1 Плевательница 1 Гирь 5 Колокол чугунный для сторожа 1 Счеты конторские 2 Электрических лампочек 2 Стенных часов 1 Умывальник с тазом, ломанный 1 Ролики с гайками 2 Верстак для гипсовых работ 1 Стол для съемки гипсовых форм 1 Стол письменный 1 Стол больничный из больницы. 1 Стол коричневый с ящиком 1 Табуреток коричневых 2 Табуреток простых больничных 2 Полотнах ножовке 3 Полотнах ножовке не годных 9 Ножницы для резки железа 1 Клубик винторезный 1 Масленка жестяная 1 Сверел американских разных 6 Разверток разных 4 Токарный станок от губернского земства 1 Супоней сыромятных 5 Патрон американский I Клещи малые 1 Клещи средние 1 Подкладка железная 1 лист Станок токарный для дерева 1 Топор, купленный в счет аванса 1 Ручка для стамесок и молотков 11 Постановки для сборки протезов 3 Брусок, купленный в счет аванса 1 Столярный верстак 1 Ножницы 1 Щетка половая 1 Валик железный для наждачных колес 1 Бочонок для кузницы 1 Сантиметр 2 Кобылина стальная 1 Ведер железных черных 1 пара Счеты конторские желтые 1 Плевательница эмалированная 1 Умывальник из больницы 1 Остаток кошмы 10 кв. ар Хомутных иголок 4 Иголок для швейных машин 6 Клейстеру для шорных работ 2 фунта Шильцев прямых и кривых 13 Ниток черных №1 1 катушка Доски липовые 7 Гипса 19 пудов Пружин 3 Пряжек к ремням 127 Чашек эмаль 1 Пластинок железных 23 Шкафов канцелярских 6 Столов письменных 7 Столов конторских 4 Столов малых 3 Кресел плетенных 1 Кресел простых 3 Стульев плетеных 4 Стульев венских 19 Табуреток 2 Этажерок 3 Гектограф 1 Умывальник 1 Вешалок для платьев 1 Диванов 4 Шкаф секретный 1 Лампа электрическая с арматурой 11 Корзин для бумаг 4 Икон 2 Письменных столов 1 Письменных столов угловых 1 Диван мягкий 1 Стульев 5 Шкафов канцелярских 2 Корзинки для бумаг 1 Табуреток конторских 4 Письменных столов 3 Стульев 1 Этажерок 2 Этажерок подвесных 3 Стол для машинки 1 Шкаф канцелярский 2
ПермГАНИ. Ф. 90.Оп.4. Д.937. Л.114,1 Моб, 115, 115об.

Приложение 3

Приказ войскам Сибирской армии № 90 от 28-го февраля 1919 г. г. Екатеринбург.

§ 1. 16-го февраля 1919 г. состоялось при штабе I СреднеСибирского армейского корпуса заседание Георгиевской Думы в составе:
1) Председателя - командира I Средне-Сибирского армейского корпуса генерал-лейтенанта ПЕПЕЛЯЕВА и членов:
2) Начальника 1-й Пермской стрелковой дивизии генерал-майора ШАРОВА
3) Вр.и.д. обер-квартирмейстера штаба I Средне-Сибирского армейского корпуса подполковника ЛЕОНОВА
4) 1-го Штурмового батальона капитана БОРЗЕЦОВА
5) Командира 2-го батальона 1-го Пермского стрелкового полка штабс-капитана БЛОХИНА
6) Командира 1-го батальона 2-го Чердынского Сибирского стрелкового полка штабс-капитана АВДЕЕВА
7) 2-го Чердынского стрелкового полка штабс-капитана НИКУЛИНА.

§ 2. На основании п. 2 ст. 415
«Положения о полевом управлении войск» и ст. 25 Георгиевского Статута награждаю нижепоименованных чинов вверенной мне армии Орденом Св. Георгия 4-й степени, удостоенных к тому Георгиевской Думой, заседавшей при Штабе 1 Средне-Сибирского армейского корпуса 16-го февраля 1919 г.
1. 1-го Ново-Николаевского Сибирского стрелкового полка, командир батальона, Капитан Иван САМОЙЛОВ - Получив задачу обеспечить правый фланг корпуса, движением по реке Чусовой, он, с отрядом в составе 2-х рот, общей сложностью 230 штыков с 4 пулеметами и 1 бомбометом, своими решительными действиями не только обеспечил фланг корпуса, но, разбив лихими налетами несколько отрядов красных, взял Кусье-Александровский завод и ст. Чусовскую, разгромив 2000-й отряд красных и захватив сотни ружей, 15 пулеметов и громадную военную добычу. Ст. 8 п. п. 2 и 4.
2. 1-го Ново-Николаевского Сибирского стрелкового полка начальник команды пеших разведчиков Штабс-капитан Иван СИВКО - Имея общую задачу взять стан. Валежную, он 20-го декабря 1918 года, командуя 2-мя ротами и командой пеших разведчиков, обошел станцию с правой стороны и с криком «ура» первый бросился в штыки и увлек за собой роты и команду, результатом чего была взята станция и захвачено 12 пулеметов, до 800 пленных, около 1000 винтовок, до 100000 патронов, походные кухни и другое имущество.
23-го декабря 1918 года, зайдя с командой пеших разведчиков в тыл противнику у ст. Сылвы, с криком «ура», ворвался в станцию, чем решил бой в нашу пользу у этой станции. Трофеи: 15 пулеметов, до 2000 пленных, масса винтовок, гранаты, патроны и проч. Ст. 8 п. 11.
3. 1-го Ново-Николаевского Сибирского стрелкового полка командир 3-й роты Поручик Александр БОГОМОЛОВ 1-й - В бою 22-го декабря 1918 года под ст. Сылвой, управляя ротой в 40 человек, зашел в тыл неприятельскому броневому поезду, но, не имея средств испортить железнодорожный путь, не мог преградить отступления его, за то, не смотря на сильный и действительный артиллерийский и пулеметный огонь противника, не допустил красноармейцев произвести посадку в эшелоны, отрезав путь отступления трем неприятельским эшелонам, чем способствовал взятию в плен до 2000 человек, 15 пулеметов, из которых 4 действующих были захвачены им и тотчас были обращены против противника и много другой военной добычи. Ст. 8 п. п. 11 и 21.
4. 2-го Барабинского Сибирского стрелкового полка, начальник команды пеших разведчиков, Поручик Иван БЕРЕСНЕВ - Получив задачу двинутого на поддержку 4-го Енисейского полка по взятию позиций у дер. Сосновая гора и самой деревни, он, 19-го декабря 1918 г., командуя командами пеших разведчиков и гранатников, под адским пулеметным и ружейным огнем противника, с криком «ура» бросился в атаку, выбил противника с позиции и деревни Сосновая гора, который в панике бежал, оставив нам 2 пулемета до 1000 патронов, много гранат, до 100 винтовок и снаряжение, оказав этим громадное влияние на общий исход дела. Ст. 8 п. 11.
5. 2-го Барабинского Сибирского стрелкового полка, командир штурмовой роты, Поручик Агафангел ОРЛОВСКИЙ - Имея общую задачу выбить противника численностью до батальона при 10 пулеметах из деревни Н. Сташково, он, с командой гренадер численностью в 25 человек, одетых в белые халаты, 24 января 1919 года, в 4 часа, прошел по глубокому снегу до фланга противника, ползком, стараясь быть незамеченным, охватил его и с криком «ура», несмотря на сильный огонь, ворвался в деревню, забросал дома и улицы гранатами, работая штыками, красные в панике бежали. В 6 часов деревня была очищена от противника и захвачены 4 пулемета, два из которых тотчас же обращены против красных, обоз и верховые лошади. Захватив этот опорный пункт, мы лишили противника возможности наступления на левый берег р. Камы. Ст. 8 п. п. 11 и 21.
6. 2-го Барабинского Сибирского стрелкового полка, командир 3-й роты, Прапорщик Николай БОГДАНОВ - Имея общую задачу атаковать Мотовилихинский завод и взять его, он, 24-го декабря 1918 года, в 4 часа, командую ротой, несмотря на страшный огонь и обогрел из домов и крыш, с криком «ура» бросился в штыки, забрасывая в то же время гранатами противника, усилившись подкреплением 1-го Крестьянского и Лесновско-Выборгского полков, перешел сам в контр-атаку и потеснил 3-ю роту, тогда прапорщик БОГДАНОВ вновь с криком «ура» бросился в атаку, сбил противника и захватил 3 пулемета, которые тут же были обращены против противника. В течение 11 часов, с 4 до 15 часов, шел бой на улицах Мотовилихи. Противник, засев в домах, упорно защищался, обстреливая наши части из пулеметов. В ночь на 25-е декабря 25-е декабря прапорщик БОГДАНОВ атаковал центр сопротивления - народный дом, много перебив противника, захватив 300 пленных, взял народный дом, противник бежал. Благодаря действиям прапорщика БОГДАНОВА, захвачена колоссальная добыча: 2 броневика, 10 пушек, до 1000 снарядов, до 15000 патронов, 10 кухонь, хлебопекарня, до 20 пулеметов, паровозы, составы и др. имущество. Ст. 8 п. 11.
7. 3-го Барнаульского Сибирского стрелкового полка, командир отделения офицерской роты Поручик Александр ЧУКЛИН -В бою 16-го августа 1918 года у ст. Посольской в составе 3-го Барнаульского Сибирского стрелкового полка, под общей командой полковника УШАКОВА, командуя взводом, заметив обход противника нашего левого фланга, по собственной инициативе под сильным огнем красных, пренебрегая опасностью для жизни - повел наступление на обходящих и после короткого штыкового удара обратил их в бегство, чем спас положение полка. Ст. 8 п. 22.
8. 3-го Барнаульского Сибирского стрелкового полка, командир 2-й роты Прапорщик Димитрий ВОРОНЦЕВ -В бою 28-го декабря 1918 года, командуя 1-й ротой, под действительным сильным ружейным, пулеметным и артиллерийским огнем противника, пренебрегая личной опасностью, явив доблестный пример неустрашимости, присутствия духа и самоотвержения, повел роту в атаку на сильно-укрепленную позицию красных и с криком «ура», воодушевляя и увлекая личным примером подчиненных, первым бросился в деревню, штыками выбил оттуда красных и захватил один действующий пулемет противника и один телефонный аппарат. Ст. 8 п. п. 11 и 24.
9. 4-го Енисейского Сибирского стрелкового полка, командир полка Подполковник (ныне Генерал-майор) Модест МАЛЬЧЕВСКИЙ -Получив задачу занять Кыновский завод и тем обеспечить, в связи с общей оперативной обстановкой корпуса, - отход частей его по линии железной дороги от ст. Кормовище, он, командуя 4-м Енисейским Сибир. стрелковым полком в составе 500 штыков, 10 ноября 1918 года, двинулся на Кыновский завод: встретив на пути батальон противника, наступающего на ст. Кын, с целью отрезать отход наших частей и эшелонов со ст. Кормовище, под действительным огнем противника, лично руководя полком, бросился в атаку на батальон противника, опрокинул его и обратил в бегство, преследуя его, занял Кыновский завод и, захватив 2 пулемета, 2 повозки с патронами и пулеметные ленты, своими действиями подполковник МАЛЬЧЕВСКИЙ дал возможность частям и эшелонам корпуса, находящимся на ст. Кормовище, отойти. Ст. 8 п. п. 2 и 6.
10. 4-го Енисейского Сибирского стрелкового полка командир 2-го батальона Капитан Николай ЛАСТОВСКИЙ - В бою при взятии г. Перми, 24-го декабря 1918 г., командуя 2-м батальоном, под сильным пулеметным и ружейным неприятельским огнем, во главе своего батальона бросился на штурм города, лихой атакой опрокинул неприятельские цепи, атаковал батареи, захватил 16 орудий, 20 пулеметов и до 8000 пленных. Ст. 8 п. 11.
11. 4-го Енисейского Сибирского стрелкового полка командир 5-й роты штабс-капитан Василий БАРОВИКОВ -В бою 24-го декабря 1918 года, при взятии г. Перми, командуя 5-й ротой, после захвата многих пленных и оружия, решительно проявляя мужество и храбрость, обстрелял действующий пулемет противника и, когда прислуга пулемета пришла в замешательство, бросился с криком «ура» на противника, захватил пулемет и обратил его действие по бегущим красноармейцам. Ст. 8 п. 11.
12. 4-го Енисейского Сибирского стрелкового полка командир 6-й роты Штабс-капитан Владимир РЯЗАНОВ - При штурме г. Перми 24-го декабря 1918 года, будучи командиром 6-й роты, выполняя данную его роте задачу, неоднократно под губительным ружейным и пулеметным огнем противника, лично подавая пример мужества и беззаветной храбрости солдатам, всегда находился в передовой линии и руководил своими подчиненными, результатом чего было захвачено 4 орудия, зарядные ящики, 4 действующих пулемета, около 1000 пленных и один миллион семьдесят три тысячи денег. Ст. 8 п. 11.
13. 4-го Енисейского Сибирского стрелкового полка вр. командующий 2-й ротой Поручик Яков ИГНАТОВ -В бою 24-го декабря 1918 г., командуя 2-й ротой и двигаясь по улицам г. Перми с приданным пулеметом, обнаружил в деревянных казармах красноармейцев с тяжелой батареей и пулеметами, он, подойдя на близкую дистанцию, открыл по ним ружейный и пулеметный огонь и, видя их замешательство, бросился с криком «ура» на противника, захватил тяжелую батарею с упряжью, много снарядов, 1000 винтовок и 1400 пленных. Ст. 8 п. 2.
14. 4-го Енисейского Сибирского стрелкового полка младший офицер команды гранатников Прапорщик Валентин БОРОВСКИЙ - В бою под Кыновским заводом 10 ноября 1918 года, находясь в нескольких шагах от неприятельского действующего пулемета, управляемого командиром батальона красных, не потеряв присутствия духа, бросил на пулемет противника ручную гранату, которая своим взрывом ранила командира батальона красных и наповал убила 3 номеров, будучи в это время ранен, бросился с криком «ура» на неприятеля, завладел пулеметом и обратил его действие по красноармейцам, чем вызвал в их рядах панику, что в свою очередь сразу же повлекло изменение обстановки всего боя в нашу пользу. Ст. 8 п. 2.
15. 4-го Енисейского Сибирского стрелкового полка младший офицер 6-й роты Прапорщик Иван КАГАЛОВ -В бою при занятии гор. Перми 24 декабря 1918 года, будучи взводным командиром с приданным его взводу пулеметом, после захвата многих пленных и трофеев, подходя к ст. Пермь I, своим личным примером мужества и храбрости, воодушевляя солдат, всегда находился в передних рядах цепи, с боя занял ст. Пермь I. Он замкнул стрелку и тем самым отрезал путь отступления противнику, результатом чего были захвачены эшелоны противника с большой военной добычей и 1073000 рублей денег. Ст. 8 п. 1.
16. Начальник 2-й Сибирской стрелковой дивизии Генерал-майор Альфонс УККЕ-УГОВЕЦ - 30-го ноября 1918 года получив приказание взять укрепленную позицию красных в районе деревни Капитанов-Власово-Паленый Лог, он с отрядом в составе 8-го Бийского и 6-го Мариинского Сибирских стрелковых полков, всего около 2000 штыков, повел энергичное наступление и, лично руководя операцией и находясь под действительным огнем противника, несмотря на серьезные искусственные препятствия, превосходство в силах и технике противника - блестяще выполнил задачу, взяв все позиции и на голову разбив красных, причем было захвачено несколько сот пленных, 12 пулеметов, 2 орудия, и броневой поезд. Действия отряда генерал-майора УККЕ-УГОВЕЦ настолько способствовали общему успеху корпуса, что без них не могло быть общего успеха. Ст. 8 п. 1.
17. 5-го Томского Сибирского стрелкового полка, командир полка Генерал-майор Димитрий КУЗЬМЕНКО -Командуя отдельным отрядом в составе 5-го Томского Сибирского стрелкового полка, 1- го Штурмового батальона, 3 орудий и 1 эскадрона и всегда лично руководя операциями, часто находясь под огнем противника, начиная с 7-го декабря 1918 г., вел безостановочное наступление и будучи оторван от корпуса и имея перед собой превосходные силы красных и лучшие их части, он блестяще выполнил данную ему задачу: 1) ударил и разбил красных в районе д. Сосновская, 2) обошел тыл красных и перервал путь красным на Пермь в районе д. Кояново, 3) не взирая на то, что имел противника со всех сторон наступал на г. Пермь и атаковал его с юга, выделил особый самостоятельный отряд капитана УРБАНКОВСКОГО взять мост. Отряд подполковника КУЗЬМЕНКО беспрерывно наступал в течение 4 недель, сбил все преграды и все части противника и при самых тягчайших условиях не только выполнил поставленную ему задачу, но своими действиями настолько способствовал общему успеху операции, что без них не могло быть общего успеха. Отрядом подполковника КУЗЬМЕНКО было захвачено более 2000 пленных, несколько орудий, более 50 пулеметов и масса другой военной добычи. Ст. 8 п. 1 и 2.
18. 5-го Томского Сибирского стрелкового полка младший офицер Подпоручик Иван ЛЮТИКОВ -Получив приказание - выручить наш броневик, отрезанный противником, он, во главе 6-й роты атаковал красных до 600 человек, наступавших от деревни Тимино, чем дал возможность подошедшему 1-му батальону отбросить красных к д. Липуны, а броневику выйти из под обстрела и освободиться от пленения. Ст. 8 п. п. 12 и 13.
19. 5-го Томского Сибирского стрелкового полка младший офицер Прапорщик Арий ЧЕЧКИН -В бою 3-го ноября 1918 года, у д. Кормовшце, когда красные силой до 1500 человек атаковали ст. Кормовище, подавая пример мужества и неустрашимости, увлек за собой людей своего взвода, чем способствовал разгрому красных, при этом захватил действующий пулемет, который доставил командиру полка. Ст. 8 п. 11.
20. 5-го Томского Сибирского стрелкового полка, вр. командующий 1-м батальоном, Прапорщик ШИЛАКОВ -В бою у д. Куропатки (район Лысьвы), 8-го ноября 1918 г., полуротой, численностью до 70 человек, атаковал красных, численностью до 2- х рот, при 50 всадниках, причем, взял 30 лошадей и 50 пленных. 9- го ноября красные численностью до 600 человек, 7 раз пытались атаковать д. Куропатки с целью отрезать наш головной отряд, находившийся на 19 версте, силами полуроты прапорщик ШИЛАКОВ не только отбил все атаки, но сам переходил в контратаку, чем предотвратил наш головной отряд от гибели. Ст. 8 п. 6.
21. 5-го Томского Сибирского стрелкового полка младший офицер 3-й роты Прапорщик Александр ЮРМАЗОВ -В бою 3-го ноября 1918 года у д. Кормовище, подавая пример храбрости и неустрашимости, довел свое отделение до штыковой схватки, взял 1 действующий пулемет и 50 пленных, сам был ранен, но оставался в строю до конца боя, чем много способствовал разгрому красных, пытавшихся взять ст. Кормовище и отрезать наш головной отряд. Ст. 8 п. И.
22. 6-го Мариинского Сибирского стрелкового полка Подпоручик Рудольф АБЕЛЬ -Командуя пулеметным взводом в ночь на 31 -е июля 1918 года в бою на рек. Паньковой, несколько раз отбивал атаки противника. Утром 31 июля, когда наши части начали отходить, оставшись с одним лишь номером (остальные выбыли из строя), беспрерывно лично обстреливал мост, по которому переходила пехота противника с целью преследования наших частей, а также отрезать роту, расположенную влево от моста, он, рискуя собственной жизнью, все же самоотверженно продолжал огонь до тех пор, пока осколком снаряда не был испорчен пулемег. После этого начал отстреливаться из винтовки, где был убит, смертью своей запечатлев доблестный подвиг. Ст. 8 п. п. 20 и 22.
23.6-го Мариинского Сибирского стрелкового полка младший офицер 3-й роты Прапорщик Игнатий ЮФЕРОВ -В бою 6-го августа 1918 года, на реке Шориндаихе, командуя 3-й ротой и занимая отдельный участок позиции на левом фланге полка, несмотря на сосредоточенный огонь, отбивал беспрерывные атаки противника с целью прорваться к ст. Мурино. Около 15 часов красноармейцы численностью около 1000 человек двинулись в обход левого фланга, прапорщик ЮФЕРОВ, встав в рост, взял командование в свои руки и, несмотря на смертельную опасность, под сильнейшим огнем противника, своим примером воодушевлял подчиненных и когда противник вплотную подошел к нашей линии, дал три-четыре залпа в упор наступающим, и остановив на момент их этим, с криком «ура» первый бросился в контр-атаку, ошеломленный противник дрогнул и побежал. Своими действиями, беспримерным мужеством и храбростью удержал самый важный пункт позиции, чем настолько способствовал общей операции, что без оных не могло быть успеха. Ст. 8 п. 2.
24. Вр. командующий 7-м Кузнецким Сибирским стрелковым полком полковник Юрий ЩЕТКИН - Получив задачу занять командуемым им полком позицию от д. Зюзи до дер. Вятской и во что бы то ни стало удерживать этот важный участок, преграждающий кратчайшую дорогу на г. Пермь, он, когда противник 24-го января повел наступление по всему фронту полка, а 25 января большими силами направил главный удар на д. Афоняту и после 6-часового боя занял этот важный пункт, сознавая серьезносгь положения, не щадя своей жизни, под огнем противника, управляя боем на всем участке, прибыв к месту решительного боя двинул последний резерв и после громадных усилий выбил противника из дер. Афоняты. 26 и 27 января противник, получив свежие подкрепления и артиллерию, вел беспрерывно яростные атаки, которые мужественно были отбиты. В результате не менее 5 полков противника были разбиты и вынуждены были отказаться от дальнейшего наступления, и, таким образом, операция противника с целью взять г. Пермь для него не удалась. Ст. 8 п. п. 5 и 6.
25. 8-го Бийского Сибирского стрелкового полка командир батальона Капитан Леонид ГУДИМОВИЧ - Будучи назначен начальником головного отряда в составе 2 броневиков, саперного поезда, вспомогательного поезда № 2,2-й Инженерной роты и 2 с половин, рот пехоты и получив задачу овладеть 5 ноября 1918 года тоннелем, что на 13-й версте южнее ст. Ново Лысова и не дать противнику возможности повредить его, он, командуя вышеуказанными частями и лично руководя действиями: у железнодорожного моста через реку Грязнуху на 19-й версте остановил один броневик и 1 с пол. взвода для обеспечения тыла полуроту выслал в обход тоннеля, с западной стороны, а 1-й ротой и броневик повел наступление с фронта и дружным натиском обеих колонн, после горячей перестрелки тоннель был взят и противник отступил, не успев повредить его. 6-го ноября противник весь день обстреливал тоннель, а 7-го перешел в наступление и занял дер. Куропатку, угрожая отрезать весь отряд, туда была послана полурота, которая внезапным ночным нападением выбила противника силой около 500 человек, в течение 8-го ноября произвел 7 атак, но благодаря храбрости и распорядительности капитана ГУДИМОВИЧА, часто находившегося под действительным ружейным, пулеметным и артиллерийским огнем противника, были отбиты. В эту операцию отрядом захвачено много винтовок и патронов, около 200 человек пленных, 30 лошадей с седлами. Ст. 8 п.п. 2 и 3.
26. 8-го Бийского Сибирского стрелкового полка начальник команды пеших разведчиков Поручик Петр КАЗАКОВ - В бою под дер. Паленый Лог, 1-го декабря 1918 г., под сильным ружейным и пулеметным огнем противника, с несколькими солдатами первый ворвался в занятую противником деревню и, забросав гранатами, вызвал панику, во время которой взял действующий пулемет. В том же бою после ранения начальника команды разведчиков, принял управление командой, занял оборонительную позицию и, выяснив разведкой, движение второго броневика на помощь первому, сошедшему с рельс, двинул свою команду и обстрелял броневик, не дав возможности подойти, благодаря чему наши части овладели первым броневиком. Ст. 8 п. п. 11 и 18.
27. 8-го Бийского Сибирского стрелкового полка младший офицер Поручик Михаил ЛЮБИМЦЕВ -Имея общую задачу взять тоннель 5 ноября 1918 г., и удержать его, первый занял своей разведкой вход его, под сильный ружейным, пулеметным и артиллерийским огнем и продолжал, далее разведку, захватил в плен неприятельский дозор в 7 человек и, выяснив, что неприятельская цепь в три роты обходит деревню Куропатки, занятую нашими войсками, и грозит окружить, он, находясь пред, лицом неприятельских цепей, взял предводительствование над сборными частями полуроты Енисейского полка и части роты 5-го полка, скомандовал: «Цепи вперед», своей личной храбростью и мужеством, несмотря на значительное превосходство противника с криком «ура» бросился в штыки, обратив противника в беспорядочное бегство, чем предотвратил потерю укрепленной позиции и выручил свои войска от грозившей опасности. Ст. 8 п. п. 6, 18 и 22.
28. 9-го Иркутского Сибирского стрелкового полка начальник пулеметной команды, комендант броневика № 2, Поручик ТИХОНОВ - Командуя броневиком № 2, с 9-го по 22-е августа 1918 г., в крайне тяжелых условиях личной опасности и опасности быть взорванными, доблестно выполнял возложенные на него задачи: самостоятельно своим броневиком занял ст. Селенга; на 245-й версте под Танхоем находясь внутри дефиле, обстреливаемого с фронта ружейным, пулеметным и артиллерийским огнем и с озера Байкал артиллерийским огнем, выдвинул броневик, открыл по позиции противника артиллерийский и пулеметный огонь; отвлек искусным своим выдвижением на себя огонь неприятельских судов: «Ангара», «Байкал» и ружейный огонь противника с фронта, не позволяя действовать неприятельской артиллерии по нашим, подходящим для разворачивания частям, чем дал возможность развернуться нашим частям в порядке. Ст. 8 п. п. 35 и 37.
29. Командир броневого поезда № 11 Средне-Сибирского армейского корпуса Поручик Александр ТУГАН-БАРАНОВСКИЙ - В бою 8-го декабря 1918 г., на 20-й версте Западно-Уральской ж.д., командуя броневым поездом, находясь под сильным действительным ружейным, пулеметным и артиллерийским огнем противника, являя своим подчиненным пример мужества и хладнокровия, умелыми и решительными действиями броневика отвлек весь огонь противника на себя, чем дал возможность батальону 8-го Бийского полка с наименьшими потерями овладеть позицией противника и захватить в плен 160 красных. Ст. 8 п. 44.
30. 1-го Сибирского Штурмового батальона, командир батальона Полковник Евгений УРБАНКОВСКИЙ -Исполняя данную ему задачу он, находясь под действительным огнем противника, лично руководил действиями батальона, взял Кузнецовский завод и, войдя в тыл противнику, атаковал и уничтожил лучшие его силы - латышские и матросские части, причем было захвачено 16 пулеметов и 600 пленных. 25-го декабря 1918 г., полковник Урбанковский с батальоном, обойдя по глубокому снегу позицию красных, атаковал железнодорожный мост через реку Каму и, не смотря на отчаянное упорство красных, взял мост целым, чем блестяще завершил Пермскую операцию. В этом деле батальоном была захвачена огромная военная добыча, много орудий, пулеметов и проч. Ст. 8 п. 2 и 4.
31. 1-го Сибирского Штурмового батальона, младший офицер пулеметной команды Штабс-капитан Владимир САЛАТКОПЕТРИЩО - 2-го декабря 1918 г., командуя 2 пулеметными взводами и исполняя приказание занять Коновалов завод, быстро выдвинул пулемет вперед цепи, под сильным ружейным, и пулеметным огнем на близкую дистанцию открыл огонь, чем навел панику в двух полках и воспользовавшись паникой, быстро ворвался в расположение противника, захватив 2 орудия и пулемет. В бою под Туясами с 17 на 18-е декабря с пулеметом без прикрытия ворвался в деревню и вследствие неожиданности разбил две роты противника, заняв деревню и захватив военную добычу. Ст. 8п. 11.
32. 1-го Сибирского Штурмового батальона, Начальник Команды пеших разведчиков, Штабс-капитан Петр СОКОЛОВ -Командуя первой наступательной колонной в составе двух рот и команды пеших разведчиков, обойдя в ночь на 13 декабря 1918 г., противника, расположенного в Верхних-Исадах, в тыл его, лично руководя отрядом, под сильным и ружейным и пулеметным огнем разбил 1-й батальон моряков 1-го Морского Кронштадтского полка, захватил 8 действующих пулеметов и одно орудие, чем дал возможность 2-й и 3-й колоннам занять другие укрепленные пункты. Ст. 8 п. п. 3,4 и 11.
33.1-го Сибирского Штурмового батальона, Командир 2-й роты Поручик Иннокентий ЛИТОВЩЕНКО -Командуя 2-й ротой при 1 пулемете, в ночь на 2-е декабря 1918 г., атаковал противника, занимающего позицию у Коноваловского завода, лично руководя наступающими цепями под самым действительным ружейным, пулеметным и артиллерийским огнем противника разбил 2 большевистских полка, взял Коноваловский завод и захватил одно действующее орудие, лафет, 2 зарядных ящика, 1 пулемет, до 1000 снарядов, массу патронов и несколько сот пленных. Ст. 8 п. 11.
34. 1-го Сибирского Штурмового батальона, Командир 3-й роты Поручик Алексей СТРУИТЕ - 23-го декабря 1918 г., исполняя приказание взять мост через реку Каму, имеющий большое стратегическое значение, и перерезать провода к минам, подошел к мосту с полуротой и, несмотря на сильный пулеметный и оружейный огонь, бросился в штыки, заставил замолчать пулеметы, выбил противника с моста и перерезал провода к минам - мост спасен. Противник потерял 40 человек убитыми, 300 пленными, один пулемет и подрывную команду с двумя подрывными аппаратами. Пулемет был взят быстрым налетом и тот час же обращен против противника. Ст. 8 п. 11 и 21.
35. 1-го Сибирского Штурмового батальона, Младший офицер Команды конных разведчиков, Подпоручик Александр МЕЛЬНИКОВ - Будучи назначен начальником разведки пробрался в тыл расположения противника на линии жел. дор. Коновалов - Кушва, разрушил железнодорожный мост, чем прервал передвижение войск неприятеля на линии Коновалове - Кушва, следствием чего противник был весь уничтожен. 2-го декабря, командуя 14-ю всадниками, произвел конную атаку части Лесновско-Выборгского полка, захватил в плен около 200 человек, 2 действующих пулемета, одно орудие и произвел в тылу неприятельского расположения панику, обратив в бегство около 1500 человек. Ст. 8 п. 31 и 33.
36. 1-го Сибирского Штурмового батальона, Младший офицер Команды пеших разведчиков, Прапорщик Михаил ГЕРАСИМОВ - Командуя взводом команды пеших разведчиков в бою под дер. Верхней-Исады в ночь на 13-е декабря 1918 г., атаковал противника, который значительно превосходил своими силами и под сильным ружейным и пулеметным огнем, лично ведя свой взвод, первый ворвался в расположение противника, выбил его с занимаемой позиции и захватил 2 действующих пулемета, 100 винтовок, 20 коробок с пулеметными лентами, 10 ящиков с ружейными патронами и переколол до 200 красных. Ст. 8 п. 11 и 21.
РГВА Ф. 39736, Оп.1, Д. 140, Л. 54-58 об.

ПРИЛОЖЕНИЕ 4.

ПРИКАЗ

по 1-му Средне-Сибирскому армейскому корпусу
№100
13 марта 1919 г. ст. Пермь -1.

$1
На основании ст. 67 и 78 Георгиевского Статута, нижепоименованных солдат, за выдающиеся отличия и храбрость, проявленные в разновременных боях с неприятелем, награждаю Георгиевскими крестами:

№ по порядку / Название части, звание, фамилия имя и отчество / Степень и № № Георг, креста / Описание подвига, за который делается награждение.

4-го Енисейского Сибирского стрелкового полка. 248 1. Стрелок Кийнов Леонид Иванович. 4-й ст. В бою 19 и 20-го января 1919 года под д. Потеряйка личным мужеством и храбростью воодушевляли своих товарищей и 2. Стрелок Соларев Константин Никифорович. 4-й ст. увлекали их за собою, что способствовало успеху захвата деревни. Ст. 67 п. 4. Георг. Статута. 3. Стрелок Кеудахин Павел Васильевич. 4-й ст. 4. Стрелок Попов Константин. 4-й ст. В бою 27-го января 1919 года под д. Сатаны примером личной храбрости и мужества ободрил своих товарищей и увлек их за собою, чем способствовал успеху. Ст. 67 п. 4. Георг. Статута. 5. Стрелок Криволуцкий Афанасий. 4-й ст. В бою 27-го января 1919 года под д. Красоты личным мужеством и храбростью воодушевлял своих товарищей, увлек их за собою, чем способствовал успеху. Ст. 67 п. 4. Георг. Статута. 6. Стрелок Челноков Роман. 4-й ст. В бою 27-го января 1919 года под д. Голый Мыс, примером личной храбрости, бросились в атаку, увлекли за собой своих 7. Стрелок Тюленев 4-й ст. товарищей, чем способствовали успеху атаки. 249 Владимир. Ст. 67 п. 5. Георг. Статута. 8. Стрелок Добряк Филипп Павлович. 4-й ст. В бою 18-го января 1919 года у д. Потеряйка, когда был убит взводный командир, принял на себя командование взводом, и несмотря на орудийный, пулеметный и ружейный огонь противника, пошел со взводом в наступление и занял деревню. Ст. 67 п. 4. Георг. Статута. 9. Стрелок Прышев Тихон Алексеевич. 4-й ст. В бою 27-го января 1919 года у д. Красоты, по собственной инициативе, несмотря на ружейный и пулеметный огонь противника, выдвинул свое отделение на оголенный левый фланг и, открыв залповый огонь, выбил противника с занимаемой им засады. Ст. 67 п. 6. Георг. Статута. 10. Стрелок Вохмин Михаил Степанович. 4-й ст. В бою 27-го января 1919 года у д. Красоты, несмотря на сильный ружейный и пулеметный огонь противника, доставлял в цепь патроны, когда в них была чрезвычайная надобность, чем дал возможность вести беспрерывный огонь. Ст. 67 п. 29. Георг. Статута. 11. Стрелок Межученко Пантелеймон 4-й ст. В бою 27-го января 1919 года у д. Красоты, находясь в секрете, открыл обходящего деревню противника и, 250 Митрофанович. подвергаясь опасности, своевременно донес об этом. Ст. 67 п. 20. Георг. Статута. 12. Стрелок Тарасов Павел Тимофеевич. 4-й ст. В бою 29-го января 1919 года у д. Красоты, находясь в цепи, примером личной храбрости, воодушевил товарищей и, будучи ранен, оставался в строю до конца боя. Ст. 67 п. 28. Георг. Статута. 13. 14. Стрелок Кайгородов Прохор Петрович. Стрелок Коротавев Иван. 4-й ст. В бою 29-го января 1919 года у д. Красоты, несмотря на ружейный и пулеметный огонь противника, личным примером храбрости увлекали за собою своих товарищей во фланг противнику, чем содействовали успеху. Ст. 67 п. 4. Георг. Статута. 15. Стрелок Зайцев Степан Тимофеевич. 4-й ст. В боях 26 - 30 января 1919 года, отличаясь мужеством и храбростью, во время атак всегда шел впереди, чем давал пример своим товарищам. Ст. 67 п. 4. Георг. Статута. 16. Стрелок Бурдаков Ефим Григорьевич. 4-й ст. В бою 27-го января 1919 года у д. Красоты, будучи ранен, оставался в строю до окончания боя и принимал участие в нем. Ст. 67 п. 28. Георг. Статута. 251 17. Стрелок Ефремов Афанасии Прокопьевич. 4-й ст. В боях 26-30 января 1919 года, несмотря на ураганный ружейный и пулеметный огонь противника, доставлял в цепь патроны, когда в них была чрезвычайная надобность и перевязывал и давал помощь раненым. Ст. 67 п. 29. Георг. Статута. 18. Доброволец Салтыков Митрофан Лукич. 4-й ст. В бою 27-го января 1919 года у д. Перевоз под ружейным, пулеметным и артиллерийским огнем противника подносил в цепь патроны, а за выбытием взводного офицера, принял на себя командованием взводом, что содействовало общему успеху. Ст. 67 п. 11 и 29. Георг. Статута. 19. Ст. унтер-офицер Александров Евгении Павлович. 4-й ст. В бою 19-го января 1919 года под д. Верхняя Речка, командуя цепью, несмотря на ураганный огонь противника, Благодаря находчивости и умелому командованию, выбил противника из деревни и взял пленных и пулемет. Ст. 67 п. 6. Георг. Статута. 20. Стрелок Пушкарев Марк Китович. 4-й ст. В бою 24-го января 1919 года под д. Кочегары, под сильным ружейным и пулеметным огнем противника, передавал по цепи распоряжения и ободрял солдат. Ст. 67 п. 19. Георг. Статута. 252 21. Стрелок Кузьмин Павел Прокопьевич. 4-й ст. В бою 24-го января 1919 года, несмотря на огонь противника, примером личной храбрости и мужества ободрял солдат и увлекал их за собой вперед. Ст. 67 п. 4. Георг. Статута. 22. Мл. фейерверкер Левинский Семен Васильевич. 4-й ст. В бою 19-го января 1919 года под д. Потеряйка, находясь под артиллерийским огнем противника, являя пример непоколебимого мужества и хладнокровия, меткой стрельбой из орудия заставил замолчать неприятельский пулемет, чем дал возможность быстро занять деревню. Ст. 67 п. 33. Георг. Статута. 23. Канонир Воронин Герман Александрович. 4-й ст. В бою 27-го января 1919 года под д. Кочегары, будучи на передовом наблюдательном пункте, под сильным ружейным и пулеметным огнем противника, своеручно исправлял телефонную связь с батареей, чем обеспечил значительный успех нашей пехоты. Ст. 67 п. 22. Георг. Статута. 24. Канонир Гашов Василий Дмитриевич. 4-й ст. В бою 19-го января 1919 года у д. Потеряйка, будучи старшим ездовым, находясь под артиллерийским огнем противника, подвозил снаряды на открытую позицию, чем дал возможность беспрерывно вести огонь из д. Потеряйка и обеспечил успех пехоте. 253 25. Стрелок Зырянов Степан Александрович. 4-й ст. Ст. 67 п. 29. Георг. Статута. Находясь в полевом карауле 5 февраля 1919 года у д. Долгий Мост, обнаружил и своевременно донес о наступлении противника и, несмотря на ураганный огонь, находился в карауле до конца боя. . Ст. 67 п. 20. Георг. Статута. 26. Стрелок Бурков Петр Иванович. 4-й ст. Находясь в полевом карауле 6 февраля 1919 года, обнаружил и своевременно донес о наступлении противника и во время боя все время находился на своем месте и продолжал наблюдать до конца боя, чем способствовал успеху. Ст. 67 п. 29. Георг. Статута. 27. Стрелок Колесников Дмитрии Данилович. 4-й ст. В бою 6 февраля 1919 года во время ружейного и пулеметного огня противника, пробежал в цепь и передал приказание, чем способствовал нашему успеху. Ст. 67 п. 19. Георг. Статута. 28. Стрелок Зырянов Михаил Иванович. 4-й ст. В бою 6 февраля 1919 года во время атаки противника на д. Долгий Мост, за выбытием взводного командира, принял на себя командование и отбил противника численностью около 2-х рот. Ст. 67 п. 7. Георг. Статута. 254 29. Стрелок Посягин Осип Титович. 4-й ст. В бою 6 февраля 1919 года благодаря личной храбрости по своему усмотрению выдвинул пулемет на близкую дистанцию и беспрерывным действием пулемета обратил противника в бегство. Ст. 67 п. 12. Георг. Статута. 30. Телефонист Лебедев Феодор Александрович. 4-й ст. В бою 11-го февраля 1919 года у д. Долгий Мост, во время наступления, красными была прервана связь, он, несмотря на ураганный огонь противника, исправил провода и восстановил связь, чем способствовал успеху боя. Ст. 67 п. 22. Георг. Статута. 31. Ст. унтер-офицер Логинов Иосиф Васильевич. 4-й ст. Во время атаки противника на д. Долгий Мост 11 февраля 1919 года, давал пример храбрости своим подчиненным, увлекал их за собою, что содействовало успеху отбить атаку противника. Ст. 67 п. 6. Георг. Статута. 32. 33. Стрелок Фадеев Михаил Иванович. Стрелок Заморин Павел. 4-й ст. В бою 11 февраля 1919 года у д. Долгий Мост личным примером мужества и храбрости увлекали за собою своих товарищей, что способствовало нашему успеху. Ст. 67 п. 4. Георг. Статута. 255 34. Стрелок Данилов Петр Тарасович. 4-й ст. В бою 11 февраля 1919 года во время атаки противником, выдвинул пулемет на близкую дистанцию и заставил прекратить действия неприятельского пулемета, чем способствовал успеху отбить противника. Ст. 67 п. 12. Георг. Статута. 35. Ст. унтер-офицер Бородин Андреи. 4-й ст. В бою 27-го января 1919 года под д. Кочегары, будучи ранен, оставался все время в бою и продолжал командовать до личного приказания командира роты отправиться на перевязочный пункт. Ст. 67 п. 28. Георг. Статута. 36. Ст. унтер-офицер Конев Александр. 4-й ст. В бою 27-го января 1919 года при обходе противником нашего левого фланга сам лично без приказания выдвинул два отделения и ружейным огнем отогнал цепь противника. Ст. 67 п. 7. Георг. Статута. 37. Стрелок Ротаев Денис. 4-й ст. В бою 27-го января 1919 года будучи ранен, оставался в строю до конца боя. Ст. 67 п. 4. Георг. Статута. 38. Стрелок Засыпкин Тимофей. 4-й ст. В бою 27-го января 1919 года по приказанию взводного командира «в атаку», первый воодушевил и поднял свое отделение, чем содействовал успеху атаки всей полуроты. 256 39. Стрелок Иванов Тихон. 4-й ст. Ст. 67 п. 4. Георг. Статута. В бою 27-го января 1919 года под д. Кочегары, примером личной храбрости и мужества ободрил товарищей и увлек их за собой. Ст. 67 п. 4. Георг. Статута. 40. Стрелок Анкундинов Степан. 4-й ст. В бою 27-го января 1919 года под д. Кочегары, несмотря на ружейный и пулеметный огонь противника, бросился в атаку и увлек за собою свое отделение и выбил противника с занимаемой им засады. Ст. 67 п. 6. Георг. Статута. 41. 42. Стрелок Филиппов Степан. Стрелок Лучшее Николай. 4-й ст. В бою 27-го января 1919 года под д. Кочегары, примером личной храбрости и мужества ободрили своих товарищей и увлекли их за собою. Ст. 67 п. 4. Георг. Статута. 43. Стрелок Шашков Феодор. 4-й ст. В бою 27-го января 1919 года под д. Кочегары, воодушевлял товарищей примером личной храбрости и мужества, первый бросился в атаку на противника и увлек за собою отделение, заставил противника отойти назад. Ст. 67 п. 4 и 6. Георг. Статута. 257 44. Стрелок Бамонев Феодор. 4-й ст. В бою 27-го января 1919 года под д. Кочегары, примером личной храбрости и мужества ободрили своих товарищей и увлекли их за собою. Ст. 67 п. 4. Георг. Статута. 45. Стрелок Чижик Феодор. 4-й ст. В бою 27-го января 1919 года под д. Кочегары, примером личной храбрости и мужества ободрили своих товарищей и увлекли их за собою. Ст. 67 п. 4. Георг. Статута. 46. Стрелок Бусельников. 4-й ст. В бою 27-го января 1919 года под д. Кочегары, несмотря на ружейный и пулеметный огонь противника, примером личной храбрости и мужества, ободрил своих товарищей и увлек их за собою. Ст. 67 п. 4. Георг. Статута. 6-й Мариинский Сибирский стрелковый полк. 47. Мл. унтер-офицер Мейер Анатолии 4-й ст. В бою 5-го января 1919 года у д. Карабаево по своей инициативе продвинул пулемет вперед цепь, давая этим 258 Робертович. возможность продвинуться без потерь, так как привлек огонь противника на себя. Подвергаясь огромной опасности, он вторично выдвинул пулемет, давая возможность цепи быстро пройти открытое место и в тоже времени зашел во фланг неприятельской цепи, будучи в это время тяжело ранен, но сознавая свой долг, оставался в строю и руководил огнем пулемета почти до полного изнеможения и способствовал успеху атаки. Ст. 67 п. 12 и 28. Георг. Статута. 48. Мл. унтер-офицер Петров Николай Петрович. 4-й ст. В бою 4-го января 1919 года под д. Карабаево был послан, под сильным артиллерийским, ружейным и пулеметным огнем противника, в разведку и выполнил возложенную на него задачу, храбро добывал важные сведения о противнике. Ст. 67 п. 17. Георг. Статута. 49. Мл. унтер-офицер Толочка Виктор Вячеславович. 4-й ст. В бою 30 декабря 1918 года у д. Стрелки отбили неприятельский разъезд в 60 человек с 10 человеками своими. Ст. 67 п. 7. Георг. Статута. 259 50. Мл. унтер-офицер Костецкий Евгении Петрович. 4-й ст. В бою 4-го января 1919 года вызвался охотником в разведку, зашел в район расположения противника. Добыл сведения о его силах, пулеметах и расположении их. Чем спосббствовал успешному выполнению задачи. Ст. 67 п. 17. Георг. Статута. 51. Ефрейтор Краснодымский Иосиф Максимович. 4-й ст. В бою 31 декабря 1918 года под д. Черная во время сильного артиллерийского пулеметного и ружейного огня противника, исправлял телефонные провода и восстановил связь с д. Деньковой, чем способствовал ходу дела. Ст. 67 п. 22. Георг. Статута. 52. Стрелок Коротков Ефим Григорьевич. 4-й ст. В бою 4-го января 1919 года у д. Карабаево под сильным артиллерийским, ружейным и пулеметным огнем противника, восстановил связь от д. Черная до с. Конец Бор. Ст. 67 п. 22. Георг. Статута. 53. Стрелок Зачеровский Александр Ефимович. 4-й ст. В бою 1 и 2-го января 1919 года под ст. Шабуничи, будучи старшим станционным телефонистом, исправлял линию, идущую вдоль полотна железной дороги, вовремя ураганной пулеметной и ружейной стрельбы, восстановил связь с д. Черная, чем оказал содействие. Ст. 67 п. 22. Георг. Статута. 260 54. Стрелок Николаев Сергей Федорович. 4-й ст. В бою 1-го января 1919 года, когда запас патронов совершенно вышел и в них ощущалась чрезвычайная надобность, он подвозил патроны к боевым линиям, а оттуда, несмотря на ураганный огонь противника и явную опасность для жизни, подносил к передовым цепям и снабжал ими стрелков. Ст. 67 п. 29. Георг. Статута. 55. Стрелок Болдырев Иван Савостьевич. 4-й ст. В бою 10 декабря 1918 года у д. Ласьва под сильным ружейным и пулеметным огнем вынес тяжелораненых солдат. Ст. 67 п. 16. Георг. Статута. В бою 26 октября 1918 года у д. Татарская Бырма был ранен осколком в ногу и оставался в строю; принес две винтовки с поля боя; при отступлении был старшим в прикрытии тыла. Ст. 67 п. 28. Георг. Статута. 56. Стрелок Гилев Иван Константинович. 4-й ст. В бою 1-го января 1919 года под ст. Шабаничи, будучи послан с технической разведкой по железнодорожному полотну для приискания удобного и более скрытного от неприятеля места для разборки железнодорожного полотна в районе расположения неприятеля, далеко продвинувшись вперед, был обстрелян пулеметным и ружейным огнем, но 261 благополучно вернулся, доставил важные сведения. Ст. 67 п. 217. Георг. Статута. 57. Стрелок Панкратов Прохор Иванович. 4-й ст. В бою 1 декабря 1918 года у с. Крутой Лог, во время боя воодушевлял своих соседей по цепи, по команде «в атаку» бросился с одним из товарищей первым, увлекая за собой весь взвод; во время преследования противника руководил своими звеньями, соблюдал военной тактики и в заключении обошли противника с фланга, навели панику в их рядах, чем облегчили положение всей роты. Ст. 67 п. 4. Георг. Статута. 58. Стрелок Михаилов Георгий Савелович. 4-й ст. В бою 6-го января 1919 года у с. Конец Бор, заняли означенное село, взяли одного пленного и продержались в нем с утра до вечера, до прихода 8-го Бийского Сибирского стрелкового полка, чем в продолжение дня обеспечивали левый фланг полка. Ст. 67 п. 16. Георг. Статута. 59. Стрелок Трифонов Михаил Захарович. 4-й ст. В бою 7 января 1919 года у с. Конец Бор заняли означенное село, взяли одного пленного и продержались в нем с утра до вечера до прихода 8-го Бийского Сибирского стрелкового 262 60. 61. 62. 63. 64. 65. 66. 67. Стрелок Мохин Илья Саратенович. Стрелок Шестеров Афанасии Михайлович. Стрелок Белов Григорий Яковлевич. Стрелок Бакутин Степан Егорович. Стрелок Татаринов Степан Феодорович. Стрелок Волков Евстафий Иванович. Стрелок Курашенко Иван Федосович. Стрелок Молодцов Митрофан Митрофаеович. 4-й ст. 4-й ст. полка, тем в продолжение дня обеспечивали левый фланг полка. Ст. 67 п. 16. Георг. Статута. 263 68. Стрелок Шамотов Михаил Власович. 69. Стрелок Баранкин Козьма Александрович. 4-й ст. 70. 71. 72. Стрелок Афиногенов Николай Феодорович. Стрелок Сухинов Иван Феоктистович. Стрелок Цехманов Дмитрий Васильевич. 4-й ст. 4-й ст. 73. Стрелок Колесов Евтихий Артемьевич. 4-й ст. 74. Стрелок Хряпонин Иван Афанасьевич. 4-й ст. 75. Стрелок Голешев Козьма Иванович. 4-й ст. 76. Стрелок Охтаменко Савелий Александрович. 4-й ст. 77. Стрелок Казанцев Александр Яковлевич. 4-й ст. В бою 6 ноября 1918 года у д. Мечи под сильным ружейным, пулеметным и артиллерийским огнем противника был 264 78. Стрелок Сопляков Михаил Егорович. 4-й ст. 79. Стрелок Щекотов Александр Михайлович. 4-й ст. 80. Стрелок Дерьбенев Василий Леонтьевич. 4-й ст. выслан вперед к полевому караулу и во время извещения их о снятии с поста. Ст. 67 п. 19. Георг. Статута. В бою 1-го января 1919 года у д. Денькова, стрелки Сопляков и Лнохин показали пример редкого мужества, бесстрашной предприимчивости и хладнокровия. Тотчас после того, как команда пеших разведчиков ворвалась в д. Денькова, они совершенно добровольно бросились вслед за прапорщиком Кочетковым по пути отступления противника на д. Черная, надеясь на плечах красных ворваться в деревню и попытаться произвести панику стрельбой. Попав в 20-ти шагах от первых домов д. Черная под сильный пулеметный и ружейный огонь противника, не потеряли присутствия духа и все время отстреливаясь, перебежками отошли на д. Денькова, причем добыв важные сведения о противнике, причем стрелок Анохин был убит. Ст. 67 п. 16 и 17. Георг. Статута. В бою 31-го декабря 1918 года при наступлении на д. Денькова, следуя в головном дозоре, своевременно заметили хорошо укрытый сторожевой пост противника и отрезали его от прямого пути к деревне, чем лишили людей поста возможности во поднять в 265 81. Стрелок Масалыгин Ефим Николаевич. 4-й ст. этому начальник команды имел возможность во время открыть огонь по деревне, прежде чем противник успел занять свои позиции, вследствие чего сопротивляемость его не достигла предельной силы. Ст. 67 п. 1 и 16. Георг. Статута. 82. Стрелок Кошкин Михаил Евдокимович. 4-й ст. В бою с 31-го декабря 1918 года на 1 января 1919 года у д. Мишкино, стрелки Кошкин и Шеншин, несмотря на сильный огонь противника, при движении в атаку, быстро 83. Стрелок Шеншин выдвинулись вперед, увлекая за собой остальных и первыми Тихон Михайлович. 4-й ст. вошли в деревню. Ст. 67 п. 1 и 4. Георг. Статута. 84. Стрелок ЛесотаИван Осипович. 4-й ст. В период боев с 1-го декабря 1918 года по 6 декабря того же года в районе д.д. Крутой Лог, Лысьва, Мышкино, Денькова 85. Стрелок Альнов Алексей Тихонович. 4-й ст. и Черная, будучи лично мужественными и храбрыми, стойкими, отважными и предприимчивыми и всегда 86. Стрелок Шмаков Иван Маркович. 4-й ст. вызываясь охотниками на опасные военные разведки, производив их точно и выясняя расположение сил противника, забираясь в район расположения его и всегда добывали важные военные сведения, несмотря на явную опасность для жизни. 266 87. Стрелок Чернобай Яков Елисеевич. 4-й ст. Ст. 67 п. 17. Георг. Статута. В бою 4 января 1919 года у д. Конец Бор, находясь в заставе, которая была окружена противником, прорвался и под сильным огнем доставил важные сведения, что послужило успешному наступлению наших войск. Ст. 67 п. 18. Георг. Статута. 88. Стрелок Цубатов Кирилл Феодорович. 4-й ст. В бою 29 декабря 1918 года у д. Северная, находясь при обходном отряде, под сильным огнем противника доставил важное донесение и установил связь с другими отрядами. Ст. 67 п. 19. Георг. Статута. 89. Стрелок Никулин Петр Алексеевич. 4-й ст. В бою 28 декабря 1918 года у д. Марковцы, находясь в цепи, одним из первых ворвался в деревню, увлекая за собой других, чем и способствовал удачному и быстрому занятию деревни. Ст. 67 п. 1 и 4. Георг. Статута. 90. Стрелок Изамутдинов Султан. 4-й ст. В бою 10 декабря 1918 года у д. Лысьва, под сильным огнем противника, установил связь между двумя отрядами, чем и способствовал скорейшему занятию города. Ст. 67 п. 19. Георг. Статута. 267 91. Стрелок Антипов Михаил Андрианович. 4-й ст. В бою 1 декабря 1918 года у д. Крутой Лог под сильным артиллерийским, пулеметным и ружейным огнем противника. Установил связь с 8-м Бийским Сибирским стрелковым полкм. Ст. 67 п. 19. Георг. Статута. 92 Стрелок Горнов Николай Кириллович. 4-й ст. 4-й ст. В бою 1 декабря 1918 года у д. Крутой Лог, находясь в передовом дозоре, смело первый ворвался в деревню. Открыл огонь по противнику, чем ввел его в замешательство и этим способствовал удачному занятию названной деревни.. Ст. 67 п. 1. Георг. Статута. 93. Стрелок Мартыненко Даниил Петрович. 4-й ст. В бою 30 декабря 1918 года уд. Денькова под сильным артиллерийским и пулеметным огнем доставил важное донесение, вследствие чего была занята д. Денькова. Ст. 67 п. 17. Георг. Статута. 94. Стрелок Рогожин Феодор Феодорович. 4-й ст. В бою 31 декабря 1918 года уд. Черная, находясь в обходном отряде, под сильным артиллерийским, пулеметным и ружейным огнем восстановил связь с головным отрядом и этим содействовал удачному занятию названной деревни. Ст. 67 п. 19. Георг. Статута. 268 95. Доброволец Кареев Василий Иванович. 4-й ст. В бою 30 ноября 1918 года у д. д. Воскресенцы и Власова был послан для связи между двумя отрядами, под сильным огнем противника блестяще выполнил задачу и д. д. были взяты. Ст. 67 п. 19. Георг. Статута. 96. Доброволец Цейхманов Дмитрии Иванович. 4-й ст. В бою 2 января 1919 года у ст. Шабуничи, находясь в передовой цепи, несколько раз под сильным огнем противника доставлял важные донесения, чем и способствовал удачному занятию названной станции. Ст. 67 п. 17. Георг. Статута. 97. Стрелок Сухинов Иван Феоктистович. 4-й ст. В бою 31 декабря 1918 года у д. Черная, находясь в обходном отряде, под сильным артиллерийским, пулеметным и ружейным огнем доставлял важные донесения головному отряду, чем и способствовал занятию этой деревни. Ст. 67 п. 17. Георг. Статута. 98. Стрелок Стремякин Абрам Самуилович. 4-й ст. В бою 31 декабря 1918 года у д. д. Черная и Денькова, под сильным огнем противника установил порвавшуюся связь между двумя отрядами, чем и способствовал удачному исходу боя. Ст. 67 п. 19. Георг. Статута. 269 99. Доброволец Гершин Петр Васильевич. 4-й ст. В бою 30 декабря 1918 года у д. Денькова, находясь для связи в передней цепи, одним из первых ворвался в деревню, увлекая за собой других, чем и способствовал удачному занятию этой деревни. Ст. 67 п. 1 и 4. Георг/Статута. 100. Стрелок Саламатов Александр Алексеевич. 4-й ст. В бою 1 января 1919 года уд. Черная, под сильным артиллерийским и действительным пулеметным огнем противника, поднес ленты для своего пулемета, когда в них была чрезвычайная надобность, чем обеспечил дальнейшую работу нашего пулемета. Ст. 67 п. 29. Георг. Статута. 101. Стрелок Гаснин Павел Филиппович. 4-й ст. В бою 1 января 1919 года у д. Черная, выдвинул пулемет во фланг противнику и своим огнем заставил его отойти. Ст. 67 п. 12. Георг. Статута. 102. 103. 104. Стрелок Карелин Ларион Артемьевич. Стрелок Скороходов Дмитрий Алексеевич. Стрелок Доронин Анатолии Иванович. 4-й ст. 4-й ст. В бою 30 декабря 1918 года у д. Стрелки отбили неприятельский разъезд в 60 человек с 10-ю человеками. Ст. 67 п. 13. Георг. Статута. 270 105. Мл. унтер-офицер Кинев Прокопий Петрович. 4-й ст. В бою 31 декабря 1918 года у д. Черная, под ураганным артиллерийским, пулеметным и ружейным огнем противника пошел добровольно в разведку к д. Черная для точного определения позиции противника. Откуда вернулся только по исполнению своей задачи и по ранению взводного офицера прапорщика Маркова; личным примером мужества и храбрости увлекал за собой взвод вперед, несмотря на сильный пулеметный и ружейный огонь. Ст. 67 п. 16 и 17. Георг. Статута. 106. Ефрейтор Фролов Николай Иванович. 4-й ст. В бою 29 ноября 1918 года при взятии занятой неприятелем д. В. и Н. Северной, примером личной храбрости и доблести увлек за собой часть взвода в обхват д. Северной и ворвавшись в дома и дворы, захватил в плен 9 бойцов противника с винтовками в руках. Ст. 67 п. 14. Георг. Статута. 107. Мл. унтер-офицер Конещев Петр Феодорович. 4-й ст. В бою 11 ноября 1918 года у д. Большая Лысьва с несколькими человека своего взвода снял караул противника, взяв в плен 11 человек. 271 108. Стрелок Лаптев Владимир. 4-й ст. Ст. 67 п. 15. Георг. Статута. В бою 4 января 1919 года у д. Карабево, по собственной инициативе под сильным ружейным и пулеметным огнем, выдвинул отделение и лично повел его в наступление во фланг противнику и свом ружейным огнем заставил его отойти и этим ослабил контратаку противника на наш боевой участок. Ст. 67 п. 7. Георг. Статута. 109. Стрелок Мешков Карп Ларионович. 4-й ст. В бою 1 января 1919 года у д. Черная, когда наше наступление встретило со стороны противника упорное сопротивление и меткий ураганный пулеметный и ружейный огонь, Мешков получил приказание двинуться вперед, поднял свой взвод и стремительно бросился вперед в штыковую атаку, увлекая за собой людей своего взвода и первый вошел в д. Черная. Ст. 67 п. 4. Георг. Статута. 272 ПО. Стрелок Усольцев Иван Миронович. 4-й ст. В бою 1 декабря 1918 года уд. Крутой Лог, быстро продвигаясь вперед под сильным ружейным и пулеметным огнем противника, первый бросился в атаку и примером личного мужества и храбрости увлек других за собой, чем и способствовал успеху атаки. Ст. 67 п. 5. Георг. Статута. 111. Стрелок Китов Конон Феодорович. 4-й ст. В бою 29 ноября 1918 года при взятии занятой неприятелем д. В. и Н. Северная, примером своего мужества и отличной храбрости. Увлек за собой своих товарищей, бросившись вперед цепи и ворвавшись первым из обходной Северовосточной колонны в д. Северная. Ст. 67 п. 4. Георг. Статута. 112. Стрелок Юртайкин Василий Яковлевич. 4-й ст. В бою 2 января 1919 года у ст. Шабуничи провел удачную разведку и донес, что стация Шабаничи противником оставлена. Ст. 67 п. 17. Георг. Статута. 113. Стрелок Клейнин Феодор Петрович. 4-й ст. В бою 10 декабря 1918 года под д. Большая Лысьва. Под сильным огнем противника и с явной опасностью для жизни, восстановил связь между 6-й ротой и обходным взводом, что способствовало быстрому выполнению задачи. Ст. 67 п. 19. Георг. Статута. 273 114. Стрелок Наумов Тимофей Михайлович. 4-й ст. В бою 31 декабря 1918 года у д. д. Черная и Денькова, под сильным ружейным и пулеметным огнем противника доставил важное донесение. Ст. 67 п. 17. Георг. Статута. 115. Стрелок Свиридов Поликарп Ильич. 4-й ст. В бою 31 декабря 1918 года под д. Большая Лысьва, будучи послан с донесением под сильным огнем противника, выполнил приказание блестяще и д. Большая Лысьва была взята. Ст. 67 п. 19. Георг. Статута. 116. Стрелок Конев Дмитрий Макарович. 4-й ст. В бою 31 декабря 1918 года при взятии д. Черная, под сильным артиллерийским и пулеметным огнем противника, выдвинул пулемет вперед и метким огнем заставил замолчать неприятельский пулемет, чем и способствовал успеху нашей атаки. Ст. 67 п. 12. Георг. Статута. 117. Стрелок Балуев Михаил Иванович. 4-й ст. В бою 11 декабря 1918 года у д. Горюны, метким и действительным огнем из пулемета, отбил контратаку противника на наш правый фланг, чем спаса положение боевого участка. Ст. 67 п. 13. Георг. Статута. 274 118. Стрелок Осипов Григорий Никифорович. 4-й ст. В бою 1 декабря 1918 года у д. Крутой Лог, будучи заместителем отделенного командира, при атаке у д. Крутой Лог, под сильным ружейным и пулеметным огнем, блестяще вел отделение вперед и первый из солдат ворвался в деревню, увлекая за собой своих людей. Ст. 67 п. 1 и 4. Георг. Статута. 119. Стрелок Радиевич Болеслав Иванович. 4-й ст. В бою 2 января 1919 года у ст. Шабуничи, под сильным артиллерийским, пулеметным и ружейным огнем противника, быстро исправил идущие вдоль железной дороги телефонные провода, чем обеспечил значительный боевой успех батальона. Ст. 67 п. 27. Георг. Статута. 120. Стрелок Боровских Иван Иванович. 4-й ст. В бою 2 япваря 1919 года у д. Черная, будучи старшим телефонистом при 3 роте, восстановил связь роты под сильным пулеметным и ружейным огнем противника, чем оказал весьма значительный успех роте. Ст. 67 п. 12. Георг. Статута. 121. Стрелок Королев Николай Михайлович. 4-й ст. В бою 14 января 1919 года у с. Канабеково, первый ворвался в занятое противником село, увлекал за собой соседей и во время уличного боя, перебегал от дома к дому, он обнаружил 275 и взял в плен несколько засевших там красных. Ст. 67 п. 1 и 4. Георг. Статута. 122. Стрелок Титов Борис Алексеевич. 4-й ст. В бою с 13 на 14 января 1919 года у с. Конец Бор, вызвавшись охотником в разведывательный дозор, под сильным пулеметным и ружейным огнем противника, произвел с другими товарищами успешную разведку, выяснил расположение сторожевого охранения противника, численность и местонахождение пулеметов, что и способствовало занятию означенного села. Ст. 67 п. 17. Георг. Статута. 123. Стрелок Шевченко Петр Семенович. 4-й ст. В бою с 1 на 2 января 1919 года у ст. Шабуничи, с другими товарищами был послан с технической разведкой по железному полотну для приискания удобного и более скрытного от неприятеля места для разборки железнодорожного полотна в районе расположения неприятеля, далеко продвинулись вперед и были обстреляны ружейным и пулеметным огнем, но благополучно вернулись, доставив важные и необходимые сведения. Ст. 67 п. 17. Георг. Статута 124. Стрелок Анохин Иван Петрович. 4-й ст. В бою 1-го января 1919 года у л. Денькова, стрелки Сопляков и Анохин показали пример редкого мужества, бесстрашной 276 125. 126. Санитар Зеньков Кирилл Феодорович. Стрелок Матюшов Григории Филиппович. 4-й ст. 4-й ст. предприимчивости и хладнокровия. Тотчас после того, как команда пеших разведчиков ворвалась в д. Денькова, они совершенно добровольно бросились в след за прапорщиком Кочетковым по пути отступления противника на д. Черная, надеясь на плечах красных ворваться в деревню и попытаться произвести панику стрельбой. Попав в 20-ти шагах от первых домов д. Черная под сильный пулеметный и ружейный огонь противника, не потеряли присутствия духа и все время отстреливаясь, перебежками отошли на д. Денькова, причем добыв важные сведения о противнике, причем стрелок Анохин был убит. Ст. 67 п. 16. Георг. Статута. В бою 3 января 1919 года, вызвавшись охотниками в разведку, зашли в район расположения противника и добыли сведения о его силах, пулеметах и расположение их, чем и способствовали усиленному выполнению задачи. Ст. 67 п. 11 и 17. Георг. Статута. 127. Стрелок Корнилов Петр Алексеевич. 4-й ст. В бою 4 января 1919 года у д. Карабаево, под ураганным пулеметным и ружейным огнем, подносил патроны, когда в них была чрезвычайная надобность, чем обеспечил занятие деревни. Ст. 67 п. 29. Георг. Статута. 277 128. Стрелок Сантеев Тимофей Прокопьевич. 4-й ст. В боях с 5 декабря 1918 года по 18 января с г. везде добровольно ходил в разведку, где подавал солдатам пример храбрости и сознание долга. Ст. 67 п. 16. Георг. Статута. 129. Стрелок Портанский Григорий Иванович. 4-й ст. В бою 31 декабря 1918 года под ст. Шабуничи участвовал в наступлении на неприятеля; 1 января разобрал путь железной дороги под огнем неприятельского броневика. Который старался мешать разборке. Этим героическим подвигом был остановлен броневик и не мог двигаться вперед на наши части. Ст. 67 п. 16. Георг. Статута. 130. Стрелок Созыкин Зосим Федорович. 4-й ст. В бою 1 января 1919 года у д. Черная, личным мужеством и храбростью содействовал успеху атаки и первый ворвался в снеговые окопы противника. Ст. 67 п. 1 и 4. Георг. Статута. 1-го Пермского партизанского отряда, состоящим при 6-м Мариинском 278 131. Сибирском стрелковом полку. Подпрапорщик Агафонов Козьма Яковлевич. 4-й ст. В ночном бою 26 января 1919 года под д. Быстрята отряд партизан под командой Агафонова повел наступление на д. Быстрята и обходными маневрами выбили противника и заняли последнюю, что не дало возможности прорыва нашего фронта в названной деревне и способствовало успешному выполнению общей задачи. Ст. 67 п. 6 и 7. Георг. Статута. 132. Стрелок Мальцев Федот Федотович. 4-й ст. В бою 27 января 1919 года во время наступления на д. Быстрята, под сильным ружейным и пулеметным огнем противника, когда не было возможности пройти из конца в конец деревни, доставил в цепь в критическую минуту патроны, рискуя своей жизнью и не обращал внимание на стрельбу. Чем дал возможность удержать деревню и отбить противника с большими для него потерями. Ст. 67 п. 6 и 7. Георг. Статута. 133. Стрелок Шистеров Григорий Трофимович. 4-й ст. В бою 31 января 1919 года под д. Баханы, будучи в группе лыжников, которым было приказано обойти д. Баханы, зайти в тыл и занять деревню; обход был совершен удачно и 279 134. 135. 136. Партизанского Красносельского отрада при 6-м Мариинском Сибирском стрелковом полку. Мл. унтер-офицер Козлов Петр Кузьмич. Ефрейтор Зырянов Николай Степанович. Стрелок Мязов Матвей Матвеевич. 4-й ст. 4-й ст. 4-й ст. лыжники были в тылу, Шистеров первый с громким криком «Ура», бросился в деревню и своим беспримерным мужеством и храбростью увлек за собой соседей и занял деревню, захватил 8 человек пленных, а остальные красные в панике бежали, расстреливаемые лыжниками: Ст. 67 п. 4. Георг. Статута. В бою 15 января 1919 года под д. Песерцы, где находился противник, с силою полуроты с пулеметом, будучи высланы в разведку, выяснили расположение сил противника и заехав в тыл деревни, перехватили у леса дорогу, открыли выдержанный заставой огонь по деревне, что произвело на противника сильное моральное впечатление и заставило его бежать в панике из деревни; сами же, заметив движение обоза по перехваченной дороге устроили засаду и когда он приблизился, неожиданно и стремительно бросились на 280 него, захватили мясо, хлеб и 4-х пленных, которых и доставили в штаб 7-го Кузнецкого Сибирского стрелкового полка, после этого выехали в Песерцы и донесли о занятии деревни. Ст. 67 п. 6 и 16. Георг. Статута. 6-й сотни 11-го Оренбургского казачьего полка. 137. Мл. урядник Мохирев Осип Григорьевич. 4-й ст. 15 января 1919 года, будучи послан с разъездом в числе 6 человек на с. Богоявленское, ложным приказанием: «Сотня в лаву», ввел в заблуждение противника о численности нашего разъезда и несмотря на превосходные силы красных, взял с. Богоявленское. Ст. 67 п. 6. Георг. Статута. 138. Казак Сарапулов Евстрат Алексеевич. 4-й ст. 14 января 1919 года, своим примером увлек за собой 4 казаков и бросился надвое превосходящий численностью разъезд красных, в результате чего красные отступили. Ст. 67 п. 4. Георг. Статута. 139. Казак Речкалов Сергей. 4-й ст. 13 января 1919 года, будучи послан в разведку в с. Тараканово, точно разведал силы противника и, в возникшем 281 140. 141. 142. 143. 144. Гаубичной батареи 2-го Сводного действующего артиллерийского дивизиона. Мл. фейерверкер Ходарков Николай Петрович. Канонир Смагин Николай Васильевич. Канонир Чернов Матвей Парфенович. Канонир Нефедов Кирилл Осипович. Канонир Ларионов Федор Павлович. Канонир Жуков Кирилл Павлович. 4-й ст. затем бою за обладание выше упомянутым селом, увлек за собой других казаков и первый ворвался в село. Ст. 67 п. 4 и 17. Георг. Статута. В бою 19 февраля 1919 года, находясь с орудием непосредственно за пехотой в д. Мелехи, под жестким огнем артиллерии противника из д.д. Ларичи и Корминой и под сильным пулеметным и действительным ружейным огнем наступающих цепей со стороны д. Денисовки, спокойной, самоотверженной и умелой работой при орудии, способствовали отбитию наступления красных и выбили их из упомянутых деревень, нанеся противнику большие потери, после отбития атаки ими был сбит бомбомет за д. Денисовкой, потушен огонь батареи у д. Корминой и прогнан броневик.
Ст. 67 п. 33. Георг. Статута. 282 145. 146. Канонир Петров Степан Петрович. Отдельной тяжелой батареи 1-го СреднеСибирского армейского корпуса. 147. Наводчик Ватолин Алексей Андреевич. 4-й ст. Состоя наводчиками при гаубице во время атаки красных с 24 по 29 января 1919 года на расположение 5-го Томского Сибирского стрелкового полка, находясь под огнем 148. 149.
Наводчик Сушенцов Григорий Иванович. Второй номер Сапегин Геннадий Николаевич. Инженерной роты 2- й Сибирской стрелковой дивизии. противника, поддерживали меткий и постоянный огонь, чем способствовали отбитию атак красных. Ст. 67 п. 33. Георг. Статута. 150. Солдат Синегуб Николай Иванович. 4-й ст. В бою 25 января 1919 года на перегоне между станцией Чайковская и разъездом №34, под сильным ружейным и пулеметным огнем противника, с явной опасностью для 283 жизни. Быстро восстанавливали путь, подорванный противником в тылу нашего броневика в нескольких местах и тем способствовали беспрепятственному соединению броневика №2 с нашими частями. Ст. 67 п. 39. Георг. Статута.

$2.
На основании ст. 145, и 152 Георгиевского Статута нижепоименованных солдат, за выдающиеся отличия, оказанные в разновременных боях с неприятелем, - награждаю Георгиевскими медалями-

№ по порядку / Название части, звание, фамилия имя и отчество Степень и №№ Георг, медалей / Описание подвига, за который награждается.
Отдельной телеграфной роты 1-го Средне-Сибирского армейского корпуса. 284 1. Санитар Селинов Терентий Васильевич. 4-й ст. В бою под Кыновским заводом 8 ноября 1918 года, находясь в течение всего боя в передовой линии, под действительным сильным огнем противника, самоотверженно оказывал помощь раненым. При отступлении наших войск, уходя последним, он подобрал 6 человек раненых и отвел их на ст. Кын. Ст. 145 п. 7. Георг. Статута.
Подлинный подписал: Командир корпуса, Генерал-лейтенант ПЕПЕЛЯЕВ.
Вр. и. д. Начальника штаба, Полковник ЖДАНОВ.
Верно: И.д. Дежурный Штаб-Офицер чин. воен. вр. КОЧНЕВ.
Пермский Государственный архив новейшей истории. Ф. 90. Оп.4. Д.946.Л.72-82