Офицеры русской армии, погибшие в войне с Японией 1904–1905

ЗОВО 4 ст. 197059 ЗАГВОЗДИН Федор — Оренбургское казачье войско, 11 Оренбургский казачий полк, 5 сотня, младший урядник.
ЗОВО 4 ст. 197060 ШИБАНОВ Митрофан — Оренбургское казачье войско, 11 Оренбургский казачий полк, 5 сотня, казак.
ЗОВО 4 ст. 197061 ТАРАСОВ Илья — Оренбургское казачье войско, 11 Оренбургский казачий полк, 2 сотня, казак.
У всех троих одинаковое описание отличия:
"Во время рекогносцировки 29 мая 1905 г., выбивая японцев в пешем строю из фанз, заметив на поле наших раненых, сел на коня и под огнем противника вывез с поля боя тело убитого подпоручика Острякова и двух тяжело раненых солдат".

ОСТРЯКОВ Николай Алексеевич, подпоручик 218-го пехотного Борисоглебского полка
Род. 4.12.1876 в г. Санкт-Петербурге. сын статского советника, православный. Окончил 6 классов реального отделения приюта принца Петра Георгиевича Ольденбургского и Одесское пехотное юнкерское училище по 2 разряду (1900). Подпоручик (21.3.1901). служил в пехотных полках: 13-м Белозерском (1897–1900), 6-м Либавском (1900–1903), зачислен в запас по Киевскому у. (1.10.1903). Жена: Виктория Иосифовна Косиорек, дочь крестьянина, уроженка с. Хотылова гмины Пищац Бельского у. Седлецкой губ.
В русско-японской войне:
Призван из запаса, прибыл на Дальний Восток в резерв офицеров. Назначен в 218-й пехотный Борисоглебский полк (25.3.1905), начальник конно-охотничьей команды. Находясь в отряде генерала М.И. Грекова, убит 29.5.1905 при взятии д. Сифонтай. Похоронен 31.5.1905 у д. Нянямяо. Исключен из списков 31.7.1905.
Из письма вр. командующего 218-м пехотным Борисоглебским полком подполковника Ф. А. Эккерсдорфа вдове В.И. Остряковой: «Муж Ваш, Николай Алексеевич, был назначен начальником конной охотничьей команды, находившейся в отряде генерала Мищенко*, и 29 мая получил приказание взять деревню Сифантай, занятую японцами. Вечером того же числа он, беззаветно исполняя долг перед Отечеством, с радостью и смело пошел в первый бой с врагом впереди своей команды и быстрым натиском взял вышесказанную деревню, но к несчастью сам геройски пал, сраженный пулей, в то время как, нагнувшись, помогал сделать перевязку раненому рядом с ним нижнему чину. Тело его было привезено в штаб полка, где и похоронено недалеко от города Маймайкая при д. Нянямяо. Господа офицеры полка, свободные от служебных обязанностей, почтили память героя присутствием своим при отпевании его тела и с грустью в сердце проводили на место вечного покоя своего товарища – Вашего мужа».

РГВИА. Ф. 400. Оп. 9. Д. 30063. Л. 678–685; Ф. 400. Оп. 9. Д. 30844. Л. 37, 56 об.;
Ф. 409. Оп. 2. Д. 23516. П/с 313­424. Л. 14, 24–29, 31–31 об.
ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп. 128. Д. 907. Л. 297 об.–298.
Военный сборник. 1908. № 2. С. 271.
Хронологический указатель военных действий русской армии и флота. СПб., 1913.
Т. 5. С. 79.
* ошибка в документе, имеется в виду отряд генерала Грекова.

Теперь мы знаем, КЕМ было вывезено тело подпоручика Острякова.

______________

182938 БЕЛОУС (Белоусов) Филипп —57 пех. Модлинский полк, 5 рота, рядовой. В ночь с 23 на 24 февраля 1905 г., когда ротный командир был убит и тело его осталось лежать около занятых японцами окопов, пошел с другими нижними чинами и вынес тело; японцы заметив их, открыли огонь, которым был ранен его товарищ; подобрав раненого, вернулся назад.

А вот тут сложнее - в ночной атаке модлинцев участвовал 1-й батальон полка, погибли 2 командира рот: 3-й – Занфиров и 4-й – Гурский, состоявшие между собой в близкородственных отношениях: Гурский был женат на сестре Занфирова. Описание из Работы военно-исторической комиссии показывает более позднее участие в событиях 9-й и части 5-й роты
«В 3 часа 20 мин. ночи командиром Модлинского полка было получено приказание г.-л. Биргера выбить японцев из фанз и окопов, занятых ими. Для этого командир полка назначил 3 роты 1-го батальона, 9-ю роту и подошедшую 14-ю роту Волынского полка. Из этих 5 рот: 3-я рота Модлинцев и 14-я Волынцев были направлены в охват, 4-я и 9-я Модлинцев – для удара с фронта, а 1-я – оставлена в резерве. Когда 3-я рота начала обходить деревню с востока, японцы, занимавшие окоп, бросив его, бежали в фанзы, откуда стали ее обстреливать. Пользуясь этим, 4-я рота бросилась на «ура», но, не дойдя шагов 20 до фанз, за убылью всех офицеров и большинства нижних чинов повернула обратно: всего в роте после атаки осталось 32 чел. В то же время 3-я рота, заметив японские цепи, наступавшие из д. Тхэнитунь, остановилась и, заняв окоп, открыла огонь по наступающим. Но вскоре японцами были подвезены 2 пулемета, открывшие настолько действительный огонь, что рота в течение нескольких минут потеряла всех офицеров и унтер-офицеров, после чего в командование вступил раненый ефрейтор, упорно державшийся в окопе до тех пор, пока не получил приказание отойти. Вскоре после этого 9-я рота и подошедшая часть 5-й роты пытались снова выбить японцев, но, понеся большие потери, принуждены были отойти».

Как-то не вполне ясно, кого из двух капитанов выносил Филипп Белоус, по сведениям в справочнике - и Занфиров и Гурский «остались на поле сражения».

Дмитрий_Н написал:

[q]

На групповой фотографии с Досифеевским есть еще и убитый Григорьев, он у нас тоже не обеспечен портретом. Попробую пересканировать эту страничку Нивы, может, что и удастся...

[/q]

Фотография Григорьева есть в 74-й Летописи на стр. 1458.

Та же фотография Геништы в Руси (58, стр. 917) хуже качеством, но без "фотошопа".

VC

Владимир! И вновь - Спасибо!

Непонятно, как вылетел Григорьев - я эту летопись просматривал многажды, но вот почему-то Самуйлова оттуда взял, а Григорьев выпал, хотя фото очень знакомое. Наверное, отвлекся на Самуйлова.

А фото Геништы почему-то совсем не помню, хотя чего уж проще - https://www.genrogge.ru/hwj/hwj-foto1.htm#3 вот он в общем алфавитном списке портретов.

А с Гиппом такая история. Было два брата в 142-м Звенигородском - Андрей и Евгений Гиппы. Их Особый отдел по сбору сведений перепутал и в "Военном сборнике" напечатали о гибели Андрея. Уже зная, что в списках "Военного сборника" есть ошибки, проводя анализ этих списков, обнаружили в "Общем списке", что Андрей Лаврентьевич к 1909 г. жив-здоров и посчитали это еще одной ошибкой и Гиппа практически весь период работы над справочником вообще не рассматривали, имея в виду только указать в предисловии, что вот, мол, такие ошибки...
Уже к самому концу подготовки рукописи приходит из хранилища коллега - Наталья Геннадьевна и говорит мне: "Я сегодня обнаружила, что зря мы Гиппа исключили, погиб Гипп, но не Андрей, а Евгений, я все про него выписала..."
Но именно по причине путаницы очень знакомое фото Е.Л.Гиппа не было отобрано в качестве иллюстрации.

Капитан 4-го стрелкового полка Василий Иванович Василенко. Бархатов-Функе, 6-й том, стр. 122.