Логиновы - Порфирий Ф. Хорошкевич, Слободские, Сивохины : ВГД

На сайте ВГД собираются люди, увлеченные генеалогией, историей, геральдикой и т.д. Здесь вы найдете собеседников, экспертов, умелых помощников в поисках предков и родственников. Вам подскажут где искать документы о павших в боях и пропавших без вести, в какой архив обратиться при исследовании родословной своей семьи, помогут определить по старой фотографии принадлежность к воинским частям, ведомствам и чину. ВГД - поиск людей в прошлом, настоящем и будущем!

ЦИАМ. Метрическая книга данная в Московскую Китайскаго Сорока Покровскую, на Варварке, церковь для записи родившихся, браком сочетавшихся и умерших с 1861 года.
Часть вторая, о бракосочетавшихся (в 1861-63 гг.)
№ 6. 29.10.1861.
Служащий в канцелярии Московскаго военнаго Генерал-Губернатора, поручик Порфирий Феодоров Хорошкевич, первым браком, православнаго исповедания, 26 лет.
Девица Елизавета Васильева Логинова, дочь умершаго потомственнаго почетнаго гражданина, православнаго исповедания, живущая в нашем приходе, в доме купца Слободскаго, 16 лет....
Приходской священник Петр Орлов с диаконом Николаем Цветковым и пономарем Александром Уваровым.
По женихе: коллежский секретарь Иван Иванов Вознесенский, живущий в Казанском, у Калужских ворот, приходе, в собственном доме и полковник Димитрий Феодоров Пипков, живущий в Николокузнецком (неразборчиво) приходе, в собственном доме;
по невесте: попечитель ея, Московский купец Николай Иванов Слободский, живущий в нашем приходе, в собственном доме и Гжатская почетная гражданка вдова Евдокия Иванова Сивохина, живущая в доме Слободскаго.

ЦИАМ.
Часть 1, о родившихся (в 1861-63 гг.)
1(1).11.1862. родилась Елисавета
Родители - служащий в Канцелярии Г. Военнаго Генерал-Губернатора Провинциальный Секретарь Порфирий Федоров Хорошкевич и законная его жена Елисавета Васильева, оба в первом браке, православнаго вероисповедания, живущие в доме Слободскаго.
Часть 3, об умерших (в 1861-63 гг.)
1(4).11.1862. Елисавета, дочь провинциального Секретаря Порфирия Хорошкевича, 1 дня, от слаборождения, погребена в Покровском монастыре приходским священником с причтом.
Часть 1, о родившихся с октября 1863 года. (1864 и далее)
13(16).01.1864. Анна.
Родители - Губернский Секретарь, Служащий в Канцелярии Военнаго Генерал Губернатора Порфирий Феодоров Хорошкевич и законная его жена Елисавета Васильева, оба в первом браке, православнаго исповедания, живут в доме купца Слободскаго.
Восприемники : Коллежский Асессор Николай Петров Бушев и Гжатская почетная Гражданка вдова Евдокия Иванова Сивохина.

9-я ревизия (1850 г.)- слобода Напрудная.

№ 38 - август 8 числа.

Иван Степанович Слободской, вдов, умер в 1847 г.
Сын - Николай 19 лет.

10-я ревизия (1857 г.)

№ 85 - апрель 22 числа
Николай Иванович Слободской (19) 26 лет, у него жена Анна Васильевна (урожд. Ганешина) -22 года
Дети их:
Иван - 3 г. 9 мес.
Любовь - 2 г. 8 мес.
Александра - 1 г.

Николай Иванович Слободской - опекун малолетней Елизаветы Васильевны Логиновой.
и муж Анны Васильевны, в девичестве Ганешина
Елизавета Васильевна выдана замуж из дома Слободского.
Отец Николая Ивановича Слободского умер в 1847 г.
====================================
4. (3) Василий Васильевич Логинов (1796 - 4 февраля 1847), пот. поч. гр., Кожевническая слобода, похоронен на Ваганьковском кл.
= Надежда Степановна (1798 -?)

= второй брак - Мария Максимовна (1-й брак) (1816 - 1843)
МК. за 1843 г. Успенской церкви, что на Вражке
Л.675об.-676
18ж. 25(28).09. Умерла Московской 2-й гильдии Купца Василия Васильева Логинова жена Мария Максимова, 26, от нервической горячки, исповедал и Святых Таин приобщил Приходский Протоиерей Терентий Константинов Соколов.
Отпевание тела исправлял Преосвященный Иосиф Епископ Дмитровский Викарий Московский с прочим Духовенством и погребена на Ваганькове кладбище».

= третий брак - Анна Ивановна (Нефедьева по первому браку, 1822 - ?), дочь купца 1-й гильдии Ивана Стефанова Слободского (1783 - 1847).
5.(3) Иван Васильевич (1798 - ?)
6.(4) от первргр брака - Александр Васильевич (1820 - 23 апреля 1872), пот. поч. гр., похоронен на Ваганьковском кл.
7 (3) Степан Васильевич (1821 - 18 ноября1873), пот. поч. гр., похоронен на Ваганьковском кл.
8. (4) Николай Васильевич (1822 - ?)
9. (4) Василий Васильевич (1827 - 19 августа 1852), пот. поч. гр. , похоронен на Ваганьковском кл.
(4) Софья Васильевна (1828 - после 1845) = в этой сказке не числится (вышла замуж?)
(4) от первого брака -Марья Васильевна (1830 - ?), = муж, Почетный Гражданинъ временно Московскій 3-й Гильдіи купецкій сынъ Петръ Петровъ Шипиловъ
(4) от первого брака - Любовь Васильевна (4 августа 1833 - ?) = в этой сказке не числится (умерла ?, вышла замуж ?)
МЕТРИЧЕСКИЕ КНИГИ МОСКВА НИКИТСКИЙ СОРОК
ЦГА Москвы, фонд №203, опись №745, дело №299А, стр. 708
1 января 1833 — 31 декабря 1833
МК о родившихся 1833 г.
4\6 Въ Августѣ, Четвертаго числа, у московскаго 2- й Гильдіи Купца Василья Васильева Логинова, и законной ево жены Надежды Степановой, родилась дочь Любовь.
Восприемники: Означеннаго Купца Логинова Малолѣтной сынъ Александръ Васильевъ Логиновъ, и вологодская Купецкая дочь дѣвица Анна Степанова Алфѣева.

(3) Александра Васильевна (1838 г. от 2-ого брака) =
(4) Анна Васильевна (1840 г. от 2-ого брака) = :
«Л.821об.-822
5ж. 9(9).02. Анна
Живущий в собственном доме Московский 2-й гильдии Купец Василий Васильев Логинов вторым браком и законная жена его Марья Максимова первым браком, оба православнаго вероисповедания.
Восприемники были: означеннаго купца Логинова сын Александр Васильев Логинов и Московскаго 3-й гильдии Купца Максима Иванова Короткова жена Марья Иванова Короткова.
Таинство крещения по омолитвовании и наречении имени совершал приходский Протоиерей Терентий Соколов с Диаконом Иоанном Тихфинским и пономарем Иоанном Молчановым».

(3) Елисавета Васильевна (29 августа 1845 г. - 23 \ 26 декабря1883 г., от чахотки, 37 лет) от 3-го брака)

Метрические книги Москва Пречистенсикй сорок Церковь Троицкая на Арбате 1 января 1883 — 31 декабря 1902
ЦГА Москвы, фонд №203, опись №776, дело №1037, стр. 168
муж = Порфирий Федорович Хорошкевич.
https://yandex.ru/archive/cata...32f6ce/33?
ГБУ "ЦГА Москвы" Фонд №51 Опись №18 Дело №509. стр. 33.
Книга записи купцов личных и потомственных почетных граждан и членов их семей г. Москвы по 10-й ревизии [купеческого отделения Дома Московского Градского общества]
Фонд МОСКОВСКАЯ КАЗЕННАЯ ПАЛАТА ВЕДОМСТВА НАРОДНОГО КОМИССАРИАТА ФИНАНСОВ, Г. МОСКВА.

Елизавета В. Логинова вышла в замужество за Поручика Порфирия Хорошкевича 29-й Октября 1861 года.
Умерла от чахотки в 1883 г., похоронена на кладбище Покровского монастыря
См. https://yandex.ru/archive/cata...ideblock=1

(4) Екатерина Васильевна (1846 г. от 3-го брака) = ?
=========================================================
Результаты дополнительного поиска!

Было известно, что у московского купца Василия Васильевича Логинова последний ребенок от второго брака – дочь Анна – родилась в 1840 г., а первый ребенок от третьего брака – дочь Елизавета – родилась в 1845 г. В одном из источников (Найденов) было указано «Живет в Тверской части у Благовещения в Гнездниках, в собственном доме».
После смерти отца Елизавета В. Логинова проживала в доме своего опекуна - Николая Ивановича Слободского.
В справочнике Московской епархии церкви "Благовещения в Гнездниках" нет, а есть: Благовещенская на Тверской и Николаевская в Гнездниках.
В книге церкви Благовещенской на Тверской за 1845 (ЦГА Москвы, Ф.203 Оп.745. Дд. 402 и 391) нет рождения Елизаветы Васильевны Логиновой.
Николаевская на Тверской не просматривалась

По А-К гор. Москвы 1842 г., обнаружилось, что семья В.В.Логинова проживала в приходе церкви Успенской, что на Вражке. Данная церковь находилась (сохранилась и действует сейчас) в непосредственной близости к месту расположения дома В.В.Логинова.
В МК этой церкви и были обнаружены все "недостающие" члены этой семьи (книги за 1840, 1843, 1844 и 1845 гг. -там же, Дд. 403 и 347).
Записи о втором и третьем браке и о рождении детей от этих браков. Меня интересовал, собственно, 3-й брак - мать моей прабабушки.

1845 г. - рождение Елизаветы:
«Л. 744об.-745
№ 15 ж. 29(29).08. Елизавета
Живущий в собственном доме Московский 2-й гильдии купец Василий Васильев Логинов и законная жена его Анна Иванова, оба православнаго вероисповедания.
Восприемники были: Московский 3-й гильдии купец Иван Стефанов Слободской и означеннаго купца Логинова дочь девица София Васильева.
Таинство крещения по омолитвовании и наречении имени совершал приходский Протоиерей Терентий Соколов с Диаконом Иоанном Тихфинским и пономарем Иоанном Молчановым».

Вот он и появился - Иван Стефанов Слободской - загадочная ранее личность: в доме его внука, Ивана Николаевича Слободского, жила после смерти отца и до своего замужества Елизавета Васильевна. И Николай Иванович был ее опекуном.
Учитывая, что в восприемники часто приглашали родственников, были просмотрены ревизские сказки Напрудной слободы по 8 ревизии(1833 г).
Семья имела следующий состав:
№ 59 марта 30 - 1 гильдии купец Иван Степанов Слободской (50 лет) прибыл в 1825 г. из Московской губернии, Клинского уезда из экономических крестьян Шестоковской волости.
Прозвищем "Слободской" ему было разрешено именоваться в 1827 г.
У него дети: с. Николай (3 года), у него Ивана, жена Дарья Гаврилова (45 лет), дочери - Ольга (16 лет), Анна (11 лет) Елизавета (6 лет)

Иван Степанов Слободской - (1783 - 1847) = Дарья Гаврилова (род. 1788 г.)
Ольга -род. 1817 г.
Анна - род. 1822 г.
Елизавета - род.1827 г.
Николай - род. 1830 г.

Евдокия Ивановна Сивохина, жившая в доме Н.И. Слободского и бывшая свидетельницей при венчании Елизаветы и восприемницей почти всех детей Порфирия Федоровича Хорошкевича.

Кроме того, что она была почетной гражданкой г. Гжатска, о ней больше пока не удалось ничего выяснить...

Уже удалось, см. ниже

http://bibliotekar.ru/bel2/252.htm
Брокгауз и Эфрон. Лубочные картинки.

В позднейшее время лубочные картинки гравировались почти исключительно на меди — способом, который практиковался начиная с половины XVII в. в Киеве, Чернигове и Москве, но собственно для издания дешевых картинок стал применяться только с 1727 г.
Во второй половине прошедшего столетия (18 в.) народные картинки резались по большей части серебряниками, жившими в подмосковном селе Измайлове, а печатались в Москве у Спаса-во-Спасах и на большой фигурной фабрике купца Ахметьева**, которая славилась своими произведениями более 50-ти лет.
Кроме этой фабрики, существовала в Москве с начала XVIII ст. другая, печатавшая специально Лубочные картинки, гравированные на дереве; имя ее владельца неизвестно.
В конце этого столетия (19 в.) изготовление лубочных картинок перешло в руки мелких фабрикантов, содержавших свои типографии (главный из них был И. Логинов, наследник (???) Ахметьева)

** фабрика Ахметьева открылась в 1727 г. Лубочные картинки отдавались для раскраски крестьянским вдовам и девушкам.
на их фабрике работало 20 печатных станков, кроме того, часть образцов отправлялась в подмосковные деревни, где уже резчики по дереву работали кустарным методом

Но в Энциклопедии на Академике есть немного другие сведения:

Ахметьевы - владельцы фабрики по изготовлению гравированных народных картинок в Москве, существовавшей с 1744 по 1869 г.
Илья Яковлевич Ахметьев (1721—1790), из ярославских купцов, приехал в Москву до 1744 г.; с 1748 г. владел домом в Докучаевом переулке, где на 2 станах печатались с 15 досок образы «Христа Спасителя, Богоматери и прочих разных святых лиц». Первые гравированные доски, с которых началось производство лубков, перешли ему от дяди его жены — известного гравёра на меди Конона Тимофеева.
Пётр Ильич Ахметьев (1751—1800), его сын, ко времени руководства фабрикой вдовой сына Татьяной Афанасьевной (1765—1839) относятся единственные подписные гравюры Ахметьевых — изображения 4 евангелистов и серия листов, посвящённых Отечественной войне 1812 года. Дело продолжила невестка Т. А. Ахметьевой — Анна Васильевна (60-е гг. XIX в.).
подписные гравюры хранятся в частности в ГМИИ, Русском музее.

В православной энциклопедии на http://www.pravenc.ru/text/77208.html
АХМЕТЬЕВЫ
владельцы одной из самых известных фабрик по изготовлению гравированных народных картинок (см. Лубок) в Москве, существовавшей с 1744 по 1869 г. Основатель, Илья Яковлевич Ахметьев (1721-1790), происходил из ярославских купцов, приехал в Москву до 1744 г.; с 1748 г. владел домом в Докучаевом пер., где на 2 станах печатались с 15 досок образы «Христа Спасителя, Богоматери и прочих разных святых лиц». Первые гравированные доски, с которых началось производство лубков, перешли ему от дяди его жены - Конона Тимофеева. Расцвет деятельности фабрики приходится на кон. 60-х - 80-е гг. XVIII в., связан с деятельностью мастера Петра Николаевича Чуваева, гравировавшего сатирические листы. После смерти Ивана Яковлевича производство возглавил его сын Петр Ильич (1751-1800); ко времени руководства фабрикой вдовой сына Татьяной Афанасьевной (1765-1839) относятся единственные подписные гравюры Ахметьевых - изображения 4 евангелистов (ГМИИ) и серия листов, посвященных Отечественной войне 1812 г. (оттиски в ГМИИ, ГРМ, РГБ). Дело продолжила невестка Т. А. Ахметьевой - Анна Васильевна (60-е гг. XIX в.).
http://elib.shpl.ru/ru/nodes/5...t-spb-1895
Подробный словарь русских граверов XVI-XIX вв. Д.А. Ровинский
Ахметьев, Илья Яковлев — имел в XVIII веке в Москве, у Спаса во Спасской, фабрику народных картинок, которая славилась своими произведениями более 50 лет. В моем собрании находится цензурный экземпляр этой фабрики, перемеченный по листкам, в качестве цензора, полицеймейстером Управы Благочиния. Он заключает в себе около 300 листов, переплетенных в книгу, со следующим заголовком: "с дозволения Управы Благочиния книга разных и исторических и забавных листов печатаемых в доме завода содержателя Московского второй гильдии купца Ильи Яковлева сына Ахметева и продаваемых публично". — На этой фабрике печаталось много старых досок, в том числе четыре доски из шестилистового Брюсова Календаря, глобусы и другие доски петровского времени, а равным образом и некоторые доски работы Зубовых и Нехорошевского. Печатание производилось у Ахметьева на 20 станках. Много работал для этой фабрики гравер Петр Николаев Чуваев. В числе Народных Картинок есть 4 с пометою Т. Ахметьева, а именно:

1. "Стый Еvлист Матвеи | Делано. Вмоскве. на фаб-т-ах". — 10.7½ х 7.9.

2. "Стый Еvглист Лука Делано. Вмоскве. на фаб.-т-ах". — 10.5½. x 7.9.

3. "Стый Еvлист Иоанн | делано Вмоскве. на фаб.-т.-ах".

4. "Стый Еvлист Марко. | Делано. Вмоскве. на фаб.-т.-ах". (Е. Тевяшов).

{Ровинский}

Логинов, Василий - московский книгопродавец и издатель Народных Картинок. Издал: "Русские сказания". См. Р. Н. К. II. 16; Вид Иерусалима: IV. 499; Корабль духовный: IV. 575. У него купил несколько досок Голышев (см. Русск. Народ. Карт. II. 16; IV. 499, 524, 539, 574).
Логиновым изданы 6 картинок, в лист, плохо гравирован. пунктиром с подписью издателя, но без имени гравера; в Москве 1816 г.: "1. le depart. 2. la debauche. 3. la ruine. 4. la misère. 5. le repentir. 6. le pardon".

{Ровинский}

http://megabook.ru/article/%D0...0%B2%D1%8B
Ахме́тьевы, семья крупнейших российских издателей народных картинок (см. Лубок) и гравированных книг 18-19 вв. Родоначальник Яков сын Ахметов происходил из ярославских купцов, в 1720-х гг. перебрался в Москву.
В 1744 его сын Илья Яковлевич (1722-90) получил в наследство от своего родственника Конона Тимофеева, дьячка церкви Василия Блаженного в Москве, 15 медных гравированных досок; с этого времени основывается фабрика лубка и гравированных книжек Ахметьевых. Благодаря ловкому поведению на следствии, начатом Синодской конторой, И. Я. Ахметьев и купец Хлебников в 1767 получают монополию от Синода на издание религиозных картинок для народа.
После смерти И. Я. Ахметьева фабрикой руководили Петр Ильич (ок.1751-1800), затем его вдова Татьяна Афанасьевна (1760-1839), далее жена его сына (скончался почти одновременно с матерью) Анна Васильевна (1796 — ок. 1860).
В 1850-х гг. мастерская Ахметьевых переживала сложное время, а в 1869 при Петре, сыне А. В. Ахметьевой, фабрика была продана московскому издателю Алексею Стрельцову.
На фабрике Ахметьевых работали такие мастера лубка, как Петр Чуваев, Дмитрий Баскаков, Илья Петров. Ахметьевы издавали народные картинки и книжки как религиозного, так и светского содержания (среди них множество сказок о Бове, Принце Адольфе Лапландийском, Еруслане Лазаревиче и др.), печатали картинки с досок русских мастеров 17 — начала 18 вв. («Семь смертных грехов» Симона Ушакова, «Синодик» Л. Бунина, «Брюсов календарь» В. Киприянова и др., повторяли их в новых перегравировках, сохраняя традиционное искусство народной гравюры), исполняли государственные заказы (в т. ч. напечатали тиражом 50 тыс. экземпляров листы с объяснениями о пользе прививок против оспы).
Издания Ахметьевых во многом определили репертуар русской народной картинки и гравированной книги в 18-19 вв.

История гравюры и литографии в России. Эрик Голлербах.

http://biblionne.narod.ru/books/822.html
Н.А. Кожин, А.С. Абрамов. Народный лубок второй половины XIX века и современный.
Ленинград. Издание Музея Общества Поощрения Художеств (ОПХ), 1929 г., 38 с., 6 листов иллюстраций, уменьшенный формат.
Тираж 1.000 экз. Напечатано к выставке Народного Лубка, организованной Художественно-Краеведческой Комиссией Л.О.Бюро Краеведения и Отделом ИЗО в Музее Общества Поощрения Художеств. Материалом выставка послужили собрания лубка Государственного Института Истории Искусств, Государственной Публичной Библиотеки и И.С. Абрамова.

Приведены картинки: Трудолюбивый медведь - Картинка выпуска лит. А.Иконникова. Птрб. 1865 - Московский лубок выпуска металлогр. Логинова. и еще три картинки, одна из которых времен Советской власти.
Одно из немногих изданий, посвященных лубочным картинкам.

Коментарий модератора

(главный из них был И. Логинов, наследник (???) Ахметьева)

1. Интригующая формулировка: НАСЛЕДНИК (формальный или как бы продолжатель дела?)
2. Также как и Ахметьевы, пришедшие в Москву в 1805 г. 2 брата Логиновых, - Савелий и Семен были из Ярославского у. (сельца Кобекова из вольноотпущенных от дворян, канцеляриста Петра Ефимонова крестьян).

Браки Василия Васильевича:
Василий Васильевич (1796 - 4 февраля 1847), пот. поч. гр., приписан к Кожевнической слободе, лавка на Никольской ул. 14, 15.,
похоронен на Ваганьковском кл.
первый брак = Надежда Степановна (1798 -?)
второй брак = Марья Максимова (первым браком)
третий брак = Анна Иванова Слободская(Нефедьева по первому браку)

Церковь Успенская на Вражке..
В МК 1844 г. (ЦГА Москвы Ф. 203 Оп. 745 Д. 392)
«Л.790об.-791
№ 3. 10.05.
Жених, живущий в собственном доме Московский 2-й гильдии Купец Василий Васильев Логинов Православнаго вероисповедания, третьим браком, 47.
Невеста, Московская 3-й гильдии Купчиха вдова Анна Иванова Нефедьева, Православнаго вероисповедания, вторым браком, 22.
По женихе: Московский Купец Васильев Лукутин (так в документе), Московский 2-й гильдии Купец Ксенофонт Алексеев Полевой и Московский 3-й гильдии Купец Иван Иванов Федурин.
По невесте: Отец ея родной Московский 3-й гильдии Купец Иван Стефанов Слободской, Смоленской губернии Города Гжатска, 1-й Гильдии Купец Иван Сергиев Сивохин и Московский 3-й гильдии Купец Николай Васильев Клушинцов.
Таинство брака совершал приходский Протоиерей Терентий Соколов с Диаконом Иоанном Тихфинским и пономарем Иоанном Молчановым».

Анна Ивановна – урожденная Слободская, а опекун Елизаветы Васильевны Логиновой – ее родной дядя по матери Николай Иванович Слободской.

1842 г., - семья купца В.В.Логинова проживала в приходе церкви Успенской, что на Вражке. Данная церковь находилась в непосредственной близости к вычисленному месту расположения дома В.В. Логинова.
1845 г. - рождение Елизаветы:
«Л. 744об.-745
№ 15 ж. 29(29).08. Елизавета
Живущий в собственном доме Московский 2-й гильдии купец Василий Васильев Логинов и законная жена его Анна Иванова, оба православнаго вероисповедания.
Восприемники были: Московский 3-й гильдии купец Иван Стефанов Слободской и означеннаго купца Логинова дочь девица София Васильева (от 1 брака)
Таинство крещения по омолитвовании и наречении имени совершал приходский Протоиерей Терентий Соколов с Диаконом Иоанном Тихфинским и пономарем Иоанном Молчановым».

http://kulturaperm.ru/content/file/Dar_bescennyi.pdf

Экслибрисы, штемпели, подписи - Пермь

http://static.iea.ras.ru/books/lubok.pdf

Предприниматели и мастера.

Лубочные листы XVII–XVIII вв. почти не содержат информации ни об авторах, ни о владельцах мастерских, в которых они отпечатаны. И все-таки, известно, что в последней трети XVIII в. ярославский купец Илья Яковлевич Ахметьев основал в Москве мастерскую, где на двадцати фигурных станках в течение почти пятидесяти лет печатались картинки. Объем выпускаемой продукции достигал значительных размеров, что позволяло называть его мастерскую «фигурной фабрикой» или «печатницей». Помимо лубочных картинок
различного содержания здесь же выполнялись правительственные заказы («батальный лубок» и др.).
Впоследствии дело И.Я. Ахметьева перешло к другому представителю купеческого рода, его «совместнику» П. Логинову, он прославился печатанием (21) этих «простонародных» изданий уже в самом конце XVIII в.
.......
Поэтому важный источник,
помогающий определить круг лиц, некогда причастных к производству лубка, – материалы Московского цензурного комитета.
Регистрация картинок в комитете началась только с 11 декабря 1828 г. Сведения о предпринимателях скудны: из 7 человек, представивших картинки на цензуру, пятеро были «содержателями» или владельцами мастерских: Линдрот, два мещанина – Стрельцов и Щуров, купец Иван (ошибка - Илья) Ахметьев, книгопродавец Василий Логиков (Табл. 1).- (ошибка - Логинов)
------
В 1829 г. круг лиц различного звания и социальной принадлежности – дворянин («гвардии поручик князь Николай Щербатов»), губернские и коллежские секретари, коллежские регистраторы, чиновники 10-го и 12-го классов, военные, канцелярист, студент, мещане и купцы, крестьяне – заметно расширился (Табл. 2). Известны их имена: «купецкий сын», М.П. Щуров, мещане – Стрельцов, И. Свешников, Курятников, К. Немов, Фролов, Соловьев, Чижов, Бородин (он же купец), а также «литографы» – Бартольди, Ястребилов.
Четверых из них знали как книгопродавцов – Василия Логинова, Трухачева, А. Кузнецова, Ивана Свешникова. Продажу книг они успешно совмещали с торговлей картинками. В. и И. Логиновы заявили наибольшее число листов – 180, прочие намного меньше: Линдрот – 97, Щуров – 34, Ахметьев – 29, Стрельцов – 22, Свешников – 19 и т.д.
....
Кроме того, картинки получали «для доставления», например: «Получил за мещанина Чижова дворянин Гурьянов» или лист был принят от Ивана Логинова, а получил его канцелярист Сергеев и т.д. Все это свидетельство того, что между предпринимателями и мастерами существовали тесные контакты; что сюжеты картинок издатели друг от друга пока еще не скрывали, т.е. авторское право практически не было официально закреплено за владельцем оригиналов.
.....
В 1830 г. число лиц, представлявших картинки в цензурный комитет, сократилось до тридцати человек (Табл. 3). Из них девять были мещанского и четыре – купеческого звания; два книгопродавца, один гравер и один литограф. Картинки поступили от губернского секретаря, канцеляриста, студента, ротмистра, прапорщика и майора. Число картинок, заявленных на цензуру, также сократилось: от Линдрота – всего 48 листов, от В. и И. Логиновых – 45, от В. Ястребилова – 30, от Бартольди – 28, от Щурова – 18, от Соловьева – 14, от Ахметьева – 12, от других – и того меньше.
В 1831 г. к уже известным именам владельцев мастерских и тех, кто им помогали, добавляются новые имена (Табл. 4). Среди них – губернский секретарь Рудожский, Тромонин, чиновник 10-го класса Волохов и др. – всего двадцать девять человек. Из содержателей мастерских – девять мещанского и два купеческого звания. Наибольшее число листов поступило от Трухачева –
48, от Бартольди – 40, от Щурова – 38, от Логиновых – 25, от Стрельцова ....
..............
Архивные материалы, начиная с 1849 г., наглядно показывают, какие существенные перемены произошли за эти 16 лет. В 1849 г. круг причастных к производству лиц сократился (Табл. 5). Из тринадцати человек, представивших на цензуру листы, восемь – содержатели металлографий и литографий. Правда, появились новые имена: А. Руднев, А. Логинов, А. Белянкин, В. Шарапов. Это
свидетельствует о том, что контингент лиц, занятых в производстве, начал меняться. Одна часть мастерских ликвидировалась, другая – перешла по наследству (от В. и И. Логиновых – к А. Логинову). Показательно, что А. Руднев сдал 49 листов, А. Логинов – 13, А. Белянкин – 9, А. Стрельцов – 7, Э. Лилье – 5, Чишкова – 4, В. Шарапов и В. Кириллов – по одному листу. Помимо мещан и купцов, в комитет обращались некий титулярный советник и один коллежский секретарь.....
...............
В 1850 г. по сравнению с 1849 г. в цензурный комитет поступило больше картин (231 лист), но при этом круг предпринимателей пополнился ненамного (Табл. 6). К уже известным прибавились следующие фамилии: Иона Шелковников, Сиверс, Кирстен, Ф. Роппольт, Варажский и др. Наибольшее число листов было заявлено от А. Руднева – 43; от А. Белянкина – 19, от П. Черкасова – 15, от И. Шелковникова – 13, от Сиверса – 12, от Стрельцова –11 и от А. Логинова – 9.
В 1852 г. картинки поступили от 34 лиц (Табл. 7). Из них 15 были содержателями литографий: шесть – мещанского и два – купеческого звания; остальные – разных сословий: дворянин, надворный советник, губернский секретарь, два чиновника 14-го класса, два студента, крестьянин, отставной унтер-офицер. Наибольшее число листов (62) было представлено
книгопродавцом и владельцем металлографии Александром Логиновым.
Серьезную конкуренцию составил ему А.Руднев, который подал 52 листа. Одновременно с ними сдавали картинки Осип Васильев – 31 лист, Алексей Стрельцов – 19, Эбергард Лилье – 15, Ефим Яковлев – 11, Роппольт – 8, Сиверс – 6, Шарапов – 5 листов, и др.lxxii Новые предприниматели из среды московского купечества и мещанства заявили о себе как о серьезных монополистах в лубочном производстве. В этом особенно убеждает разнообразие тематики их листов.В «Книге для записывания рукописей, представленных на рассмотрение комитета на 1853 г.» имеются сведения о том, что наибольшее число картинок сдали на цензуру Э. Лилье – 32, А. Руднев – 23, Ф. Роппольт – 15, А. Лаврентьева – 11, Чуксин – 11, А. Логинов – 10
............
Из числа обращавшихся в комитет девять человек были мещанского звания, два книгопродавца (из них чаще других упоминается А. Логинов).
........
Материалы 1859 г. включают билеты, выданные на право выпуска картинок в свет, из них 113 листов относятся к 1858 г., 225 листов – к 1859 г., остальные – к 1854–1857 годам. По ним можно установить, что всего владельцев мастерских было тридцать. Из них Руднев заявил 81 лист, Голышев – 39, Лукьянов – 36, Яковлев – 30, Морозов – 28, Прокофьев – 24, Емельянов –16, Венцель – 14, Иорданов – 14, Потоловский – 10, Логинов – 9. Остальные владельцы (Стрельцова, Лаврентьева, Дмитриев, Шамин, Васильев, Евреинов, Покровский, Цветков, Титов и др.) сдавали от одного до восьми листов.
Следующий, 1860-й год, в отличие от предыдущего более разнообразен
.................
Материалы Московского цензурного комитета демонстрируют, что для успеха производства лубочных картинок немаловажное значение имело право наследовать мастерскую в одном случае сыном от отца, в других случаях –близкими родственниками. Таким образом, в течение 1820–1860-х годов складывались династии «лубочных» предпринимателей.
Члены фамилии Ахметьевых, известной с последней трети ХVШ в., продолжали сохранять свои позиции и в первой половине XIX в. В 1828–1831 гг. картинки представлял Иван Ахметьев, купец и мещанин. Листы для него забирали несколько лиц: канцелярист Сергеев, «купецкий сын» М. Щуров, Стрельцов.
Иван Петрович Ахметьев представлял «металлографическое заведение», которое принадлежало до 1837 г. (а возможно и позже) его матери «купецкой вдове» Татьяне Афанасьевне Ахметьевой. Другой Ахметьев, владелец литографии, зарегистрирован в 1853 г. У С.А. Клепикова есть сведения, что некая Анна Ахметьева была хозяйкой литографии в 1856 г.lxxxvi

Имя Василия Ивановича Логинова, владевшего собственной металлографией с 1812 по 1846 г. и торговавшего не только в Москве, но и в Нижнем Новгороде, встречается в материалах комитета за 1829–1830 гг. Ему помогают «купецкий сын» Иван Логинов (очевидно, его сын) и Митрий Логинов. Иван Логинов имел также картинную лавку на Смоленской. Позже им
на смену приходит Александр Логинов, книгопродавец и тоже содержатель
металлографии (1849–1850 гг., 1852 г., 1853 г.).
С.А. Клепиков сообщает, что Александр Васильевич Логинов имел собственную литографию с 1846 по 1858
г. и одновременно был издателем. В архиве обнаружены записи, что Логинов
представлял материал в 1859, 1860 и 1862 гг. Листы для него чаще других забирал Николай Гультен – один из авторов лубочных картинок. Хорошо известно имя В.В. Логинова – крупнейшего продавца лубочных картинок и книг. Он имел книжные лавки на многих ярмарках России – в Харьковской, Вологодской, Ростовской, Нижегородской и других губерниях.
........
Династия Шараповых была хорошо известна в среде предпринимателей. Петр Николаевич Шарапов (1802–1885), богатый купец, торговавший пушниной, после смерти брата Василия занялся продажей лубочных картинок.
С 1856 по 1878 г. он – владелец металлографии, а затем и литографии.
Помимо него, в производстве участвовали члены его семьи. В 1854 г. Алексей Шарапов представлял в комитет листы, а получал их Сергей Стрельцов. Сам же Шарапов получал листы для Владимира Стрельцова, Кузнецова и Логинова. Не исключено, что литография «госпожи Стрельцовой» была товариществом на паях не только со своими родственниками, но и с Алексеем Шараповым,
который в 1857 г. зарегистрирован как содержатель литографии. А. Шарапов получал листы также и для Логинова (1859, 1862), продолжавшего печатать картинки со старых медных досок. В дальнейшем эти доски перешли к Шарапову, ставшему наследником и продолжателем дела Логинова.
.......
По этим же надписям можно установить, где находились мастерские московских предпринимателей: литография А. Руднева – на
Никольской улице в доме Шереметева, А. Абрамова – на Немецкой улице, П.Н. Шарапова – у Бородинского моста в доме Сорохтина, В.В. Логинова – на Тверской улице и т.д.
................
В записях Московского цензурного комитета среди предпринимателей неоднократно встречаются женские имена. Имя Логиновой зарегистрировано в 1829–1831 гг., но о характере ее деятельности нет точных сведений.
...............
Записи в 1854 г. дают не только новые имена, но уточняют связь мастеров с конкретными предпринимателями: рисовальщик Леонид Питомцев работал у М. Шамина; художник Солоницкий – у Бахмана; Курятников – у Шелковникова; Николай Гультен – у А. Логинова...
..............
Согласно уставам о цензуре, комитеты не пропускали те листы, на которых изображение и текст к нему не соответствовали общепринятым нормам морали. В 1853 г. цензору Н. Зернову было сделано замечание за пропуск лубочной картины «Снежный ребенок», изданной в 1849 г. в металлографии А. Логинова. Ей был предпослан следующий текст: «Поехал в Астрахань из Вологды купец и там жену оставил. На Волге в три года он все дела исправил и наконец к жене в свой город возвратился». Жена за это время родила ему сына, объяснив мужу, что ей попала в рот снежинка. Муж, не признав ребенка своим, отвез его в дом для сирот. Безнравственной была признана часть текста, в которой говорится, что жена, будучи наказана за проступок, смеялась над мужем вместе с подругой. Подобные рассказы, по мнению министра народного просвещения, «могли оказать дурное влияние на
нравы простонародья».
......
Лубочные картинки продавались в лавках. В 1826 г. в Москве на Никольской улице помимо Синодальной типографии, распространявшей духовные книги и листы религиозного содержания, находились лавки уже знакомых нам предпринимателей: Логинова, Свешникова, Андреева, В. Немова, Трухачева и др. Торговля регламентировалась различными постановлениями, которые укрепляли положение купечества, но ущемляли интересы крестьян и мещан. Стационарная торговля картинками тоже
регламентировалась: по уставу 1826 г. книгопродавцы не могли продавать печатную продукцию, не одобренную цензурой
...............
Крупная оптовая закупка лубочных картинок на Нижегородской ярмарке происходила с 20-х годов XIX в. Нижний Новгород был для торговли чрезвычайно удобным пунктом, поскольку соединялся со многими губерниями: Владимирской, Тамбовской, Рязанской, Московской, Тульской, Калужской и Орловской. Отсюда шли тракты к северным губерниям и в Сибирь. В 1840-х годах на ярмарку приезжали известные владельцы московских мастерских и книгопродавцы В. Логинов и И. Свешников.
....
Офени были не только основными разносчиками картинок, они служили «сводчиками», комиссионерами, посредниками и т.д. для всякого рода сделок и операций. Именно к ним, как знатокам ярмарки и дела обращались все сколько-нибудь крупные издатели лубка, поскольку потеря покупателя означала разорение. В.В. Логинов и П.Н. Шарапов имели связи с пятью сотнями торговцев...
...........
Картинки по истории Ветхого и Нового Завета издавались во многих мастерских. В 1830 г. В. Логиновым был представлен в цензурный комитет цикл таких листов: «Братья предают Иосифа», «Потифарова супруга хочет соблазнить Иосифа», «Иосиф объясняет фараону виденные им сны» и др. В 1854–1872 годах, они издавались, например, в литографии М.О. Вольфа; их, как правило, использовали в качестве иллюстраций при преподавании в церковно-приходских школах...
.......
Еще одной особенностью лубка XIX в. стало широкое распространение картинок с изображениями известных служителей церкви: настоятелей, священников, патриархов и других духовных лиц. Среди них портреты патриарха Афанасия (1829 г., поступила от мещанина Курятникова), армянского католикоса Нерсеса (1829 г., от священника Меликова); Авраама, архиепископа Ярославского (1830 г., от Флорова); митрополита Филарета (1831 г., от Бартольди); Ростовского Ставропигиального Спасояковлевского
Димитриева монастыря архимандрита и кавалера Иннокентия (1849 г., от А. Руднева); высокопреосвященнейшего Филарета, митрополита Киевского и Галицкого (1850 г., от А. Логинова); игуменьи Доротеи Нижнегородского Крестовоздвиженского общеприемного монастыря.....
.....
Случалось, что на картинках изображались события, связанные с кончиной одного из членов царской фамилии; например, императрицы Елизаветы Алексеевны, великого князя Константина Павловичаcccix. Лист «Кончина государыни Марии Федоровны» сопровождался текстом стихотворения: «Мария вздох священный свой любви священной посвятила...» (1828 г., металлография И. Логинова. Рис. и грав. П. Федоров. ГЛМ. № 44877/2).
......
Интересно, что среди портретов героев этой войны было немало изображений прославленных военачальников противника, например, известен лист «Махмуд Второй. Император Турецкой» (1829 г., металлография В. Логинова. ВОКМ. № 4983/19). Тот факт, что их охотно покупали, подтверждает описание Н.В. Гоголя известной картинной лавочки на Щукином дворе в Петербурге. ..
......
Портрет Петра I – «императора и Самодержца всероссийского» издавался в 1849, 1850, 1852 гг. (поступило в Московский цензурный комитет от П. Черкасова, Логинова, А. Белянкина);
......
Уже в первые дни 1854 г. в Московском цензурном комитете началась регистрация картинок с изображениями текущих военных баталий. Почти одновременно несколькими владельцами мастерских – Шаминым, Лилье
(дважды), Рудневым (дважды), Семеном, Яковлевым (дважды), О. Васильевым (получил обратно И. Голышев), Чуксиным, Логиновым, Смирновой были представлены листы под названием – «Синопское сражение 18 ноября 1853 г.»; все они получили билеты на право издания, а значит – отпечатаны.
........
О его популярности свидетельствуют тиражи 1866 г. – 10 000 экз. В 1849 г. в
Московский цензурный комитет были представлены следующие листы: «Петр Великий на бивуаке при Полтаве» (от Логинова);
....
Известное событие 16 июня 1552 г., когда Иоанн IV во главе войска отправился в поход на казанцев, нашло отражение в следующих листах: «Взятие Казани царем Иоанном Васильевичем Грозным в 1552 г.» (1849 г., от переславского мещанина Н. Брылина для А. Логинова; 1852 г., от П. Черкасова); ........ В них кратко сообщаются конкретные исторические сведения: «Желая избавиться от набегов татарских Иоанн посадил на престол Казанский преданного ему царевича Шил-Алея…» (1849 г., литография А. Логинова. ГЛМ. № 44934)........
.................
Портреты легендарного Ермака – «завоевателя Сибири» – издавались в 1852 г. в литографии Е. Яковлева, Дмитриева, В. Шарапова, А. Белянкина, в 1871 г. – в литографии И.А. Голышева, в 1867 г. – снова у Е. Яковлева. Известен лист «Единоборство Ермака» (1849 г., от А. Логинова). Возможно, что такие листы особенно популярны были в Сибири, где, по утверждению путешествовавшего там писателя С. Турбина, имя Ермака «твердо сохранялось в народе»
.......
Чаще других издавался лист «Князь Пожарский ополчается на освобождение Москвы»: в 1850 и 1862 г. – в мастерской
Логинова;
....
в 1850 г. – «Торжественный въезд князя Пожарского в Кремль по освобождении Москвы в 1612 г.» (от Логинова);
...
в 1853 г. в
мастерской Логинова – лист «Генерал от кавалерии граф Матвей Платов атаман войска Донского»...
....
Так, в 1829 г., в период Русско-турецкой войны, были изданы портрет «партизана Давыдова» и картинки, изображавшие «французских мародеров, тащущих свинью» (1830 г., от В. Логинова);
...
В материалах цензурных комитетов нет записей о «сказочных» картинках. Только в 1852 г. в книге регистрации Московского цензурного комитета появились записи листов, поступивших из мастерской Логинова: «История о славном и храбром богатыре Илье Муромце и о Соловье-Разбойнике» и «Повесть о курице и лисице». В 1857 г. от него же поступили еще 26 листов: «Еруслан Лазаревич убивает морское чудовище», «Повесть о Ерше Ершовиче Щетинникове», «История о храбром князе Петре-Златых ключах и о прекрасной супруге его княжне Магилене», «История о принце Одольфе Лапландийском и о острове вечного веселия», «О купцовой жене и о прикащике», «Сказка о Иване Царевиче, Жар-Птице и о сером волке», «О двух братьях богатом и бедном», «О блудном сыне» (16 видов), «Еруслан Лазаревич» и др.ccclx Очевидно, они были сделаны по доскам, которые достались Логинову от И.Я. Ахметьева, он сумел их сохранить и после цензурных уставов 1839 и 1851 гг....
......
Появление в начале XIX в. литературной темы в лубке означает расширение его тематики. Она достаточно глубоко изучена С.А. Клепиковым, выделившим два периода. Первый период – 1830–1847 гг. – он охарактеризовал как период искусственного насаждения новой темы «издателями-пионерами» –М. Щуровым, А. Чишковым, В. и А. Логиновыми, А. Рудневым и др. В течение
второго периода – 1847–1859 гг. – были выработаны основные каноны композиции литературного лубка, которые просуществовали без изменения несколько десятков лет и пользовались неизменным спросом...
......
Начиная с 1846 г., на картинках появляются герои басен И.А. Крылова, среди них «Три мужика», «Трудолюбивый медведь»; в 1847 г. – «Крестьянин в беде» и «Крестьянин и разбойник»; в 1854 г. – «Кот и повар»; в 1856 г. –«Музыканты»; в 1857 г. – «Скупой», «Крестьянин и смерть» и «Слон и Моська», «Напраслина» и «Откупщик и сапожник», «Раздел», «Клеветник и змея» и «Бедный богач». Все они отпечатаны в мастерских В.И. Логинова,В. Шарапова, Е.И. Лаврентьевой, В. Зернова, Е. Яковлева и А.В. Морозова....
......
Мода на зарубежную литературу сказалась и на лубке. С 1849 г. начали появляться картинки на сюжеты популярных французских романов, в частности такие; «Женевьева, возвращенная в свои чертоги», «Радостное возвращение Женевьевы» и др. (1852 г., поступила от Логинова)....
...
Авторы лубочных картинок рисовали деревенский быт таким, каким они его себе представляли, это сказывалось не только на оформлении, но и на названиях. Названия многих лубков адресованы Семику как сельскому празднику, это усиливается текстами популярных народных песен, которые давались под изображением. Среди них были такие листы как «Семик или Гуляние в новой деревне» («Возле речки, возле мосту, по канавке травка росла…») (1831 г., ГПБ); «Семик в Новой деревне» («Во лузях...») (1852 г.,
металлография А. Логинова. ГПБ)...
......
Картинки с изображением русской пляски часто представлялись в Московский цензурный комитет: в 1829 г. – от Бартольди (получил Самахин), Путилова, Линдрота, в 1830 г. – от Соловьева, в 1831 г. – от И. Логинова (получил Питухин), ...
.......
Листы, иллюстрирующие семейную обрядность, сообщают сведения о том, как постепенно менялась обстановка дома городского населения. На листе «Интереснейший разговор жениха с невестой» (1858 г., литография Логинова. ГЛМ) изображен интерьер мещанского дома: стены оклеены обоями, стулья на витых ножках с высокими резными спинками; за маленьким изящным
столиком сидят жених и невеста: она – в утрированно декольтированном платье, отделанном кружевами, он – в поддевке, смазных сапогах.
.....
Уже в 1829 г., когда Россия вела войну с Турцией, стали печататься листы с планами и видами Константинополя, турецкие пейзажи. В том же году сто пятьдесят листов поступило в Московский цензурный комитет от В. Логинова на тему «Парижские театры, изображения знаменитых театральных построек».
..................
В 1853 г. увидели свет листы «Московские достопримечательные здания», «Московское пожарное депо и московские пожарные знаки» (от Логинова),
......
О значительном интересе к этой теме говорят и архивные материалы. В 1829 г. в Московский цензурный комитет от владельца литографии Линдрота впервые поступила на просмотр картинка, изображавшая женскую фигуру. Позже от него были приняты другие картинки: женские фигурки и головки; довольно часто аналогичные листы поступали от Бартольди. В 1830 г. от
Шубина поступил лист, «изображавший девицу»; затем портреты «Вариньки», «Сашиньки», «Лизы» от М. Щурова (обратно получил автор – Ястребилов); портреты от Логинова: Nannie, Valerie, Rosalie, Gabrielle и др. В 1831 г. портреты «Амалии», «Нанины», «Паулины», «Катиньки» и др. поступали от Бартольди, Стрельцова и М. Щурова. От Логинова были представлены сначала
портреты Rosine, Charlotte, Pamela и Анны (получил Захар Куликов), а затем еще одиннадцать «женских фигур» без имен. Часты такие записи о листах: «картинка, изображающая женщину» (1831 г., от Ястребилова), «картинка, изображающая женскую фигуру» – от Бартольди, Логинова, Трухачева...
......
С 1820-х годов начали издавать в качестве наглядных пособии азбуки и игры для детей. Они состояли из картинок, печатавшихся все в тех же частных мастерских, выпускавших лубочные картинки. В 1829 г. в Московский цензурный комитет от Линдрота поступили картинки под названием «Детские игрушки для вырезки на дерево» (на одном листе). В течение этого года подобные листы издавались неоднократно, среди них – «Картинки, изображающие разных зверей Эзопа для детей» (от университетской литографии), три
карты к книге «Дитя-архитектор» (от Гурьянова); «Начальные правила рисования» (от Ястребилова), «Подарок милым детям с 14 картинками» (от Линдрота), «Детские игрушки» (от Бартольди), «Разные детские игрушки для азбуки», «Азбучные игрушки для гравирования» (от В. Логинова)...
.....
Карикатуры
В 1828 г, в Московский цензурный комитет были представлены две карикатуры без названия от Бларанбера; в 1829 г. – карикатуры от Линдрота (получил А. Михайлов); несколько карикатур, изображавших проведение каникул, на вокальный концерт, бедность, жадность и притворство – от Трухачева (получил И. Дмитриев). В 1830 г. некоторые карикатуры были с надписями на иностранных языках, например, от В. Логинова – «Academie dedessin», «Drawing School» (получил В. Богомолов)....
....

http://www.auction-imperia.ru/book-5.pdf

Лот №34. Реестр российским книгам, продающимся сверх многих других книг, в Москве у книгопродавца Василья Васильева Логинова в книжной лавке под № 13 и 14, что на Никольской улице во флигеле Заиконоспаскаго монастыря. Также на разных ярморках: Нижегородской, Коренной, Сумахе, Харькове, Ромне, Кременчуге, Ростове, Вологде и других.
М.: Типография Н. Степанова при Императорском театре, 1830. - 88, 167 с.
Приплёт 1-ый. Реестр книгам, продающимся в книжных лавках Свешникова, в Москве и в Санктпетербурге.
- Б. м. и г. - 88 с.
Приплёт 2-й. Реест книгам Московской Синодальной типографии. - Б. м. и г. - 18 с.; 21х13 см.
В составном переплёте эпохи. Крышки оклеены “мраморной” бумагой. Корешок из коричневой кожи. Небольшие
потёртости переплёта. На форзаце наклейка фабрики Казьмы Жулина в Москве на Варварке.

Начальные и главные Основания рисовального искусства Г. Кинингера. примеры гравированы в Москве у Василия Логинова 1817 года
Аркадьев, Дмитрий гравер на меди

Синодальной типографии (1817)........

Каталог №25764

Например, М. М. Попов в своей «Иллюстрированной истории методики рисования», совершенно не обратил внимания на методическую сторону. Да и вообще русским методистам он не уделил должного внимания. Всей истории развития педагогической мысли в России он отвел лишь несколько страниц в конце книги, отдавая предпочтение зарубежным методистам. Между тем русская школа рисунка, в особенности в первой половине XIX века, находилась на очень высокой ступени развития и ее вклад в теорию и практику преподавания был весьма значительным. Много было сделано в этот период и в области издания различных пособий, руководств и самоучителей по рисованию. Целый ряд пособий представляет большой интерес как с методической точки зрения, так и с точки зрения художественного оформления. К числу таких пособий относятся:
Кинигер Т. Начальные и главные основания рисовального искусства. М., 1817 Это альбом таблиц-рисунков без текста. Рисование начинается с изучения частей человеческого лица и головы. Здесь наглядно показывается методика работы, в основе которой лежит линейное построение рисунка, и предлагаются методы выявления формы. Основная задача пособия — раскрыть богатые возможности рисунка карандашом. Изучив части головы, ученик переходит к рисунку всей головы и так далее в 1820 году выходит Дополнение, служащее продолжением к примерам начального и главного основания рисовального искуства.

ИЗ СМИРДИНСКОЙ БИББЛИОТЕКИ

Аркадьев, Дмитрий (Dmitri Arcadief) — гравер на меди, работал для Синодальной типографии; в 1827 году запросил с нее, за гравирование антиминсной доски, 800 рублей.

В 2 частях большая редкость,Увеличенный формат 43см х 29см

С. П. Шевырёв — Н. В. Гоголю......

Твой С. Шевырев.
Прибавлю еще к сказанному, что если бы вышла теперь вторая половина «М[ертвых] Душ», то вся Россия бросилась бы на нее с такою жадностью, какой еще никогда не было. Публика устала от жалкого состояния современной литературы. Журналы все запрудили пошлыми переводами пошлых романов и своим неистовым болтаньем. Странст[вующий] Жид [Роман Эжена Сю (1804–1857), писавшего в эти годы в известной зависимости от идей утопического социализма. Роман появился в 1844–1845 гг. и тогда же был дан в приложении к «Библиотеке для чтения».] был самым любоп[ытным] явлением. Три книгопродавца соревновали о нем. Ходебщики Логинова таскали за ноги Вечного Жида по всем углам России. Ты думал о том, как бы Россия стала читать Одиссею. Нет, если хочешь взглянуть на существенность, подумай о том, как Россия читает Вечного Жида, Мартина Найденыша, Графа Монте-Кристо, Сына Тайны и пр., и пр., и пр. [ «Мартин-Найденыш или записки камердинера» — роман Э. Сю (русский перев. 1847 г.). «Граф Монте-Кристо» — исторический роман Александра Дюма-отца (1803–1870; русский перев. 1845 г.); «Сын тайны» (правильнее «Сын дьявола») — роман Поля Феваля (1817–1887; русский перевод 1847 г.).] Не худо заглядывать иногда во все это. Не пора ли дать ей получше пищи? Может быть, она и приготовлена в Петербурге. Твоей новой книги еще не знаю. Но мы ждем от тебя художеств[енных] созданий. Я думаю, что в тебе совершился великий переворот и, может быть, надо было ему совершиться, чтобы поднять вторую часть «М[ертвых] Душ». О, да когда же ты нам твоим творческим духом раскроешь глубокую тайну того, что так велико и свято и всемирно на Руси нашей. Ты приготовил это исповедью наших недостатков, ты и доверши.
Отчет ПБЛ за 1893 г., П., 1896, стр. 33–39.

Ходебщики - видимо, офени

автореферат диссертации Батальная печатная графика в России. 1996
Автор научной работы: Григорьев, Роман Геннадьевич
кандидат искусствоведения.

В середине 1810-х гг. Василий Логинов в Москве издает серию гравюр резцом и пунктиром, оригиналами листов которой были "Духовщина" и "Старый Борисов из серии по рисункам Д.Скотти, гравюра К.Раля по рисунку И.А.Клейна "Взятие плен Вандамма в сражении под Кульмом 30 Августа 1813 года" и офорт А.Гауерма> по рисунку В.Кобелля "Сражение при Ганау 29 октября 1813". Изображение гравю] источников пассивно переводится, без всяких изменений, с попытками переда: стилистику оригинала. Глубокое пространство уплощается из-за неумения гравера передавать перспективное сокращение, разница между немецкими и русские оригиналами сглаживается. Интересен тот факт, что московский издатель выпускал народные картинки с надписями на трех языках: русском, немецком и французском (то же встречаем и на западных гравюрах этого времени).

ygv написал:

[q]

"Список населённых мест Ярославской губернии по сведениям 1859г":
Ярославский уезд.2 стан.
По правой стороне Курбской просёлочной дороги.
786. Кобяково,д.вл.,при рч Тетёрке,пруде и колодцах,40 вёрст от уездн.гор.,23-от станов.кв.,4 д,12м,14ж.
/по"Ист.-стат.обзору Рост.-Яр.епархии.1861г":4дв.,11м,15ж. Входит в числе 15 селений в приход с.Никольского что на Бою./
Между Моск.ш.и торг. дорогой в с.Курбу ,к границе Ростов.у..

1018. Кобяково,сц.вл.,при р.Луте и колодцах,38 в от уездн.гор.,16-от стан.кв.,14д,57м,43ж.
/1861г-15дв,55м,59ж;в числе 7 селений входит в приход с. Халдеева - 2 церкви: Казанской Божией Матери, 1784 г и Святителя и Чудотворца Николая,1794 г/
[/q]

3 ноября 2011

agp21 написал:

[q]

Может позже удастся найти второе Кобяково, тогда посмотрим и приход.
А сами вы не пробовали поискать по атласу Менде и другим источникам.
Метрические книги конечно могут быть, если сохранились.
[/q]

valcha написал:

[q]

По карте Менде не искала! У меня, вообще, по картам что-то плохо получается поиск
[/q]

valcha
Если Вы на современной карте Яндекса найдете поселок Кобяково Ростовского района Ярославской области, то увидите речки Луть и Тетерку, а также нас.пункты Николо-Бой, Халдеево, Ивашково, Ильинское-Урусово.
При сравнении этой карты с планом генерального межевания Борисоглебского уезда (не путать с совр.Борисоглебским районом!) можно увидеть, что это и есть бывшее сельцо Кобяково на речке Луте (подчеркнуто красным справа).

Мне сельцо Кобяково встречалось в документах РГАДА.
Ф.350, оп.2, д.2827. Сказки о монастырских и помещичьих крестьянах Якимовского, Савина станов Ростовского уезда.
Л.63...1762 году июня... дня вотчины леибгвардии Преображенского полку подпорутчика Григория Иванова сына Рагозина Ростовского уезду Савина стану селца Болотова...
Л.63 об.... После умершего до бывшей 2-й ревизии дворового человека Ивана Иванова жена его (Аксинья?) Романова шестидесяти лет взятая Ростовского уезду
Л.64. вотчины девицы Татьяны Яковлевой (Коптяжевой?) из селца Кобякова по отпускной...

К сожалению, я не занимаюсь этой частью Ростовского уезда, поэтому, если ошибусь, не судите строго.
Предполагаю, что с 1727-го года сельцо могло относиться к Ростовскому уезду Переславль-Залесской провинции Московского уезда, с 1777-го - к Борисоглебскому уезду Ярославского наместничества, а с 1796-го - к Ярославскому уезду Ярославской губернии.

valcha написал:

[q]

получается, что надо искать МК на 1739 г. в двух приходах: с. Халдеева или с. Никольского что на Бою?
[/q]

За период с 1739 по 1805 год владельцы могли поменяться неоднократно, а дворовые - тем более. К тому же, вокруг сельца было 3 села, принадлежность его к приходу тоже могла измениться...
Может быть, имеет смысл сначала попробовать поискать Логиновых в материалах 3-ей ревизии в РГАДА?
Скорей всего, искать надо в Луцком стане Ростовского уезда.

Сказки 3-ей ревизии в РГАДА есть.

Ф. 350, оп 2, д. 2831. 1762 – 1763 гг. Сказки о монастырских и помещичьих крестьянах Согильского, Богородского, Пурского, Сотемского, Луцкого, Утемского, Песьего, Верхоусецкого, Лахотского, Веденского, Холмецкого, Пегловского, Якимовского, Назорного, Вексицкого, Рождественского, Порецкого станов Ростовского уезда.

сказки 3-й ревизии информативны - написано, откуда жены, есть информация о дочерях (в 1-й и 2-й этих данных нет).

Liliya_V написал:

[q]
valcha написал:
[q]

Меня больше интересует это сельцо и Петр Ефимонов, их владелец.
[/q]

valcha написал:
[q]

Поиск по фамилии Ефимонов - тоже ничего не дал.
[/q]

Мне кажется, в фамилии владельца может быть ошибка. Не мог ли он быть не Ефимонов, а Нефимонов?
[/q]

Liliya_V написал:

[q]

в фамилии владельца может быть ошибка. Не мог ли он быть не Ефимонов, а Нефимонов?
[/q]

Это не рукопись ( т.е. не я расшифровывала), это печатная публикация Найденова ( о купцах и почетных гражданах)
А слово ефимон - существует, это синоним слова мефимон=нефимон

Мефимон (греч. - с нами Бог) - великое повечерие, во время которого читается Великий покаянный канон святого Андрея Критского с припевом: "Помилуй мя, Боже, помилуй мя".

Совершается на первой седмице Великого поста и в четверг пятой седмицы (см. Андреево стояние).
У Даля

МЕФИМОН

м. церк. по греч. с нами; иначе нефимон и ефимон.

Список лиц, указанных в актах служилых землевладельцев XV - начала XVII века. Ч.II.

Нефимонов Толочел Иванов сын
Нефимонов Дмитрий Голочелов сын
Нефимонов Кирилл Голочелов сын
Нефимонов Крепкий Дмитриев сын
Нефимонов Парфений Васильев сын, городовой приказчик
Нефимонова Соломонида Голочелова жена

Тысячная Книга 16 в.
Нефимонов, Гаврилка Зыков сын, дворовый сын боярский по Угличу, княж Дмитриевский Ивановича - л. 155.
Нефимонов, Иванец Зыков сын, дворовый сын боярский по Угличу, княж Дмитриевский Ивановича - л. 155.
Нефимонов, Павлин Федоров сын, дворовый сын боярский по Угличу, княж Дмитриевский Ивановича - л. 155.
Нефимонов, Смага Ушаков сын, дворовый сын боярский по Угличу, княж Дмитриевский Ивановича - л. 155.

ДВОРОВАЯ ТЕТРАДЬ 50-х ГОДОВ XVI в.

Коломна
Смага Ушаков сын Нефимонов. Умре.

Павлин Федоров сын Нефимонов.

Иванец Зыков сын Нефимонов. Брат его Гаврилко.

Акты светских землевладельцев России XIV-XVII вв.: указатель содержания.

Содержание
1. Акты светских землевладельцев России XIV-XVII вв.
2. Частные архивы рязанских феодалов XV — нач. XVII вв., которые не вошли в состав Актов служилых землевладельцев XV-нач. XVII вв.

Нефимоновы
1593г. июня 25. — Отдельная выпись зарайского городового приказчика Казарина Кириллова Крепкому Дмитриеву сыну Нефимонова на жеребий д. Черная Гора в Старорязанском ст; Рязанского у.

1593г. сентября 4. — Отдельная выпись зарайского городового приказчика Казарина Кириллова и подъячего Всячины Недовескова Крепкому Дмитриеву сыну Нефимонова и Юрию Иванову сыну Окорокова на д. Сысоевское в Окологородном ст. Рязанского у.

1593г. ноября 22. — Отдельная выпись зарайского городового приказчика Казарина Кириллова и Посника Сушкова Крепкому Дмитриеву сыну Нефимонова на половину сц. Казначеево в Окологородном ст. Рязанского у.

http://forum.yar-genealogy.ru/index.php?showtopic=270
Нефимонов (дворяне; Ярославский у., Закоторожский стан) -

http://forum.yar-genealogy.ru/index.php?showtopic=3673
http://forum.yar-genealogy.ru/...entry59035

yaremenko (23 Декабрь 2010 - 22:24) писал:
Я давно занимаюсь поиском своих предков. В 2010 году из ГАЯО получил подробную поколенную роспись одной из моих ветвей - Степановых. Постепенно вчитываюсь в нее и хочется узнать еще больше. В этой родословной встречается фамилия ярославских помещиков Нефимоновых, живших в деревне Волково Закоторожского стана Ярославского уезда.

О семье одного из Нефимоновых нашел воспоминания крепостной ("Воспоминания русских крестьян 18-19 веков", из серии "Россия в мемуарах", 2006 год), записанные ее воспитанницей Варварой Николаевной Волоцкой, урожденной Нефимоновой (1831), которая была сама литератором и собиралась написать свои воспоминания.
Может, кто что-нибудь о ней (Волоцкой) знает? И подскажет, где искать.

В примечаниях к "Воспоминаниям русских крестьян 18-19 веков" указаны 6 детей Н.П. Нефимонова:
20 Это подтверждается показаниями самого Н.П. Нефимонова: в одном из обращений в дворянское депутатское собрание 1827 г. он упоминает о жене Александре Петровне, "имеющей от роду двадцать один год и троих детей: сына Дмитрия и дочерей Надежду и Любовь, имеющих ныне от роду лет первый пять, вторая четыре и третья три года" (ГАЯО. Ф. 213. Оп. 1. Ед. хр. 2235. Л. 31).

21 В обращении в дворянское депутатское собрание от 5 июня 1832 г. Н.П. Нефимонов указывает имена еще троих детей: сыновья Николай, Александр и дочь Варвара, "имеющие ныне от роду первый — 4, второй — 2 и последняя 1-го года" (Там же. Л. 32).

Может быть этот Н.П. Нефимонов - сын Петра Ефимонова (Нефимонова), помещика с. Кобяково Ярославского у. Ярославской губ. на 1805 г. ???
http://statehistory.ru/books/9...XIX-veka/7

Воспоминания русских крестьян XVIII - первой половины XIX века

По смерти незаменимой барышни я сделалась нянею ее младшей сестры, Александры Гавриловны, а когда эта стала круглой сиротой, то я старалась заменить ей и мать. Младшая барышня уступала старшей в разуме и красоте, но все-таки немного напоминала мне умершую. Она более ее нуждалась в моих заботах и была ко мне ласкова. Когда ее отдали в Ярославский благородный пансион 14, там же, по тогдашнему обычаю, поселилась и я. Там всего больше учили французскому языку, музыке и танцам. В свободное от занятий время воспитанницы читали книги, чаще всего французские романы. Моя барышня также была страстною любительницею чтения. Читала же она внимательно, а из чужих книг даже делала выписки, и при хорошей памяти научилась хорошо излагать свои мысли. Однако чтение романов приучило ее мечтать о герое, представляющем совершенство по красоте и благородству души. Судьба же готовила ей в мужья человека, не вполне подходившего. Верстах в двадцати от Ярославля есть село Волково, родовая усадьба ее суженого, Нефимонова. Они причисляли себя к старинному дворянству и подтверждали то милостивою грамотою от царей Иоанна и Петра Алексею Евтифеевичу Нефимонову15. Я сама видела эту грамоту, она длиною около двух аршин, и в ней сказано, что Нефимонову пожалованы земли в Юрьев-Польском и Ярославском уездах, за службы его и предков в прибыльных войнах, в течение которых из Польши и Литвы вывезены в российские пределы, кроме костельных и военных вещей, многие тысячи пленных всякого состояния, в том числе и шляхетского, кои обращены в крестьян, задворных людей и холопов 16. Один из потомков Алексея Евтифеевича Нефимонова жил в сельце Волкове. Этот, Петр Герасимович, имел только 30 душ крестьян, но был обременен большой семьей. Когда его дети-погодки, мал мала меньше, вели себя неспокойно за обедом, то он усмирял их, стукая о стол ложкой, и от такого употребления эта ложка, большая и полукруглая, наконец совсем измялась. Жена Петра Герасимовича, Надежда Васильевна, была из гордого рода Палицыных. Должно быть, по ним он считал себя сродни князьям Голицыным и пользовался их расположением. Один из Голицыных, живший в Москве, взял к себе его старшего сына Николая и воспитывал в своем доме. Когда же умерла мать Николая, еще молодая женщина, а вскоре после нее и отец, то Голицыны пристроили его на полицейскую должность частного пристава в Ярославле17 и на прощанье подарили ему две золотых табакерки с портретами князя и княгини, рисованными на слоновой кости. Николай Петрович Нефимонов, по общим отзывам,

был человек степенный, трезвый, дельный и честный. В его пользу надо сказать и то, что его двадцатилетняя сестра и он, восемнадцатилетний юноша, вполне заменяли умерших родителей своим младшим братьям и сестрам. По наружности он был очень недурен. Одна почтенная барыня, знакомая начальницы нашего пансиона, говорившая «ты» всем младшим ее летами, однажды сказала ему: «Имея бедных родных, нуждающихся в помощи, ты не можешь жениться на бедной девушке. Я присмотрела для тебя невесту Шестакову, у которой более 200 душ крестьян и дом в Ярославле. Она еще дитя 12 лет, но ты можешь подождать. Приходи в пансион на танцевальный класс и следи за мной: которую барышню я посажу к себе на колени, та и есть твоя невеста». Так Николай Петрович увидел мою барышню, был ей представлен и похвалил ее за ловкость в танцах. Когда дама-покровительница указала ему на меня, смотревшую на танцы из соседней комнаты, то он и мне, как няне, сказал несколько слов о ней и ее доме, находившемся в подчиненной ему части города. После того он не являлся в пансион, но когда мы ездили на лето в усадьбу, он каждый раз подстерегал нас на дороге. В платье не то охотника, не то разбойника, с ружьем в руках, выскакивал он из леса на дорогу и останавливал нашу коляску, будто желая нас ограбить, но затем с поклоном подносил моей барышне коробку конфет и исчезал в чаще. Такими выходкамион явно применялся к мечтательным вкусам барышни. То же проделал он и тогда, когда, окончив курс ученья на четырнадцатом году, она поехала в свою усадьбу Мартьяново, Любимского уезда, на постоянное жительство. Но на этот раз он добавил обещание, что появится в наших местах при первой возможности.
Поселясь в усадьбе, мы нередко развлекались чтением романов. Барышня читала их вслух, а я слушала, и обе мы над ними плакали. Да и книжки-то прежде были такие чувствительные, каких нынче не найдешь. Почитайте-ка «Мортимера и Аминту» или «Дельфину»18, так и сами расплачетесь! Она ставила себя в роль главной героини и хотела верить, что благосклонная судьба, в надлежащее время, уже недалекое, сама приведет к ней ангелоподобного героя. Я же не увлекалась романом, как чужою жизнью, не мечтала ни о чем для себя, а для нее желала только доброго и хорошего мужа. Тогда в нашем соседстве даже вовсе не было порядочных холостых кавалеров. Только раз в приходской нашей церкви появился приезжий офицерик, Каратыгин, молоденький и хорошенький. Он бросил на нашу барышню несколько умильных взглядов, но тем и ограничился, вопреки разглашенному его и нашею прислугою слуху о его намерении заслать к нам сваху и к обидному разочарованию барышни, сразу неосторожно поверившей этому слуху. Я не могла говорить ей о безбрачии. Муж ей был нужен и для того, чтобы прекратить дурное опекунское управление ее имением, допустившее расхищение родственниками половины драгоценностей ее матери, на сумму 6000 рублей. Поэтому я искренно внушала ей, что она должна выйти замуж за такого человека, заведомо хорошего и опытного, как Нефимонов, и притом поспешить это сделать. Опекуном ее был двоюродный дядя, Николай Яковлевич Скульский, у которого был сын Василий Николаевич19. Они-то с Мыльниковым и решили выдать ее за Скульского. После разочарования относительно офицерика барышня моя стала поддаваться моим советам. Пока мы занимались чтением, Нефимонов действовал. Он съездил к Мыльникову и просил руки его сестрицы, Александры Гавриловны. Тот наотрез ему отказал, а сам, приехавши к нам, строго-настрого наказал дворовым нашим, что если, Боже сохрани, кто из них услышит, что Нефимонов близ Мартьянова, то сейчас же присылали к нему верхового. Но Николай Петрович действовал осторожно. Он сам избрал старушку-помощницу быть между нами посредницей. Она приносит письмо от Николая Петровича. Он объясняется в любви к Александре Гавриловне, просит ее руки и пишет: «Хотя ваш братец и отказал мне, но я не думаю, что это он сделал с вашего согласия. Если же, паче чаяния, вы откажете, то знайте, что мне остается только пуля в лоб». Прочитав такое письмо, мы обе расплакались. «А что, если он застрелится, свою душу погубит, братья же и сестры, которым он заменяет отца, станут проклинать вас?» — сказала я ей. Этот довод на нее подействовал, и она дала свое согласие. Через эту же посредницу она написала Нефимонову, чтобы в ближайшее воскресенье он приехал в нашу приходскую церковь к обедне. Нужно было действовать как можно осторожнее. По ночам я шила ей подвенечное платье, 24 октября 1820 года, по окончании обедни, неожиданно для всех выходит из алтаря жених и одновременно с невестой подходит к аналою, и начинается венчание. Лакей наш, старик, бежит к кучеру и говорит: «Ничего-то ты не знаешь, что у нас деется». — «А что?» — «Да ведь нашу-то барышню венчают!» — «Врешь?» — «Какое вру: поди, посмотри сам!» — «Как же теперь быть-то? Ведь надо скакать к барину!» — «Вот еще что выдумал, за двадцать-то верст скакать! Да пока ты думаешь, то их уже обвенчают!» И вот тридцатилетний жених и четырнадцатилетняя невеста стали муж и жена20. Это не один такой случай: прежде рано можно было венчать и без всяких оглашений, тем более у помещиков.
Было бы не худо, если бы Нефимонов после своей свадьбы, хотя недели две, невинно забавлялся со своей молодою женой и продолжал ухаживать за нею, как бы за невестою. Вместо того, привезя ее в свою усадьбу Волково, он сразу сбросил маску кавалера и расхалатился по-деревенски, что ей не понравилось. Кроме того, молодой барыне было неприятно, что он не постарался обеспечить для нее вполне почтительное отношение со стороны домашних, чего добиться личными усилиями мешала ей детская наружность. А в доме жило много его родных, и случалось, что кто-нибудь из них посмеется над нею или даже скажет ей что-нибудь обидное; барин же если и заметит это, то пропустит мимо ушей, как пустяки, не стоящие внимания. Придет ночь, и барыня начнет со слезами жаловаться мужу на все претерпенные днем обиды, а тот ей в ответ: «Полно, матушка, плакать о пустяках; видно, тебе делать-то нечего. Женские слезы — вода!» А сам с этими словами отвернется от нее, да и захрапит. Она же не спит и плачет еще более, огорчаясь таким невниманием мужа к ее жалобам. На другое утро соберутся к завтраку (прежде чай-то пили мало, и то только по праздникам, в обыкновенные же дни, вместо нынешнего чая, подавался завтрак). Все веселы и едят, а она сидит с опухшими от ночных слез глазами и ничего не кушает. Старая тетка барина, жившая тогда у него в доме, взглянет на барыню, да и скажет: «Это еще что за капризы? Да, впрочем, губа толще, так брюхо тоньше!» От этих слов старухи барыня опять в слезы, а барин опять молчит и ее не защищает. Бывало, соседи позовут их в гости в праздник или на именины. Барыня с радостью собирается, и барин соглашается, но с тем, чтобы ему дали соснуть часок. Вот она уже одета, и лошади стоят у крыльца; а он, услыша нетерпение в ее зове, говорит, зевая и потягиваясь: «Велите лошадей отложить, мне что-то нездоровится». Ну, понятно, барыня плачет и сердится. Барин же как будто не замечает ни того ни другого.
Конечно, она была почти дитя, и потому ее слезы иногда бывали детские. Но не всегда так бывало. Раз приходит к ней какая-то женщина и, показывая на свою девочку, говорит: «Вот, матушка, не оставьте мою Любу: она дочь вашего мужа». Барыня опять в слезы. Всякий господин согрешает до свадьбы, но ей хотелось бы, чтобы ее муж был получше других, и ей он сделался противен. Случалось, что он начнет ее целовать, а она плюется. Может быть, вследствие какой-нибудь гневной вспышки с его стороны, она начала его бояться; пойдут, например, они в лес гулять, а она думает: «Как бы он меня не убил». Родив первого мертвого ребенка, она просит мужа: «Отпусти меня в монастырь, возьми себе все мое имение, а я не хочу жить с тобой. Не отпустишь, то сама уйду!» А он отвечает не столько гневно, сколько добродушно-насмешливо и наставительно: «Ну, куда же ты уйдешь от меня? Ведь я тебя везде достану!» Только в разговоре со мной она отводила душеньку и успокаивалась немного. Однако наконец их семейная жизнь стала улучшаться, к моей великой радости. Бариновы сестры повыходили замуж, а братья встали на свои ноги, устроившись вне усадьбы, отчего барыня сделалась единственною госпожою в доме, и в нем ей стало покойнее. Мы переехали жить в ее собственную, любимую ею усадьбу, Мартьяново. Здесь некая барыня втерлась к нам в дружбу, да и стала смущать всех. Барину говорит: «Что ты смотришь, да ничего не видишь? Жена твоя еще ребенок и будет к тебе ласковее, если прогонишь няньку, подучивающую ее против тебя». Нам же она говорит: «Не поддавайтесь барину; не то он няню прогонит, а имение себе заберет». На самом же деле ни я не возбуждала жены против мужа, ни муж не пытался овладеть имением жены, хотя управлял им почти неограниченно. Наговоры посторонней дамы тревожили нас и оказали влияние на барина, который однажды сказал жене: «Дай Авдотье вольную. Мы ее наградим, и пускай она живет, где захочет!» Узнав об этом, я с горькими слезами бросилась им в ноги и говорю: «Ничего мне не надо, только не гоните меня от Детей ваших: очень уж я их люблю!» У барыни каждый год рождались дети21. В последовавших за этим объяснениях выяснилось, как та старушонка нас мутила. Барин рассердился на нее, топнул ногой и приказал ей убираться, куда хочет, с тем, чтобы нога ее никогда более не переступала нашего порога. После этого пошла у нас мирная жизнь. В этом столе лежит черновое письмо, в котором сама барыня глаже меня говорит о перемене ее чувств к мужу.

14 В 1816 г. учитель ярославской гимназии Луи Дювернуа открыл институт благородных девиц (см.: Мельгунов Б.В. Всему начало здесь: Некрасов и Ярославль. Ярославль, 1997. С. 75).
15 В деле «О дворянском роде господ Нефимоновых, занесенных в шестую часть Дворянской родословной книги» хранится копия этой грамоты, датированной 3 марта 1695 г. и начинающейся словами: «Мы, пресвятлейшие и державнейшие Государи, Цари и Великие князья Иоанн Алексеевич, Петр Алексеевич всея Великия и Малыя и Белыя России самодержцы» (ГАЯО. Ф. 213. Оп. 1. Ед. хр. 2235. Л. 23).
16 В XVI-XVII вв. подобное переселение поляков на территорию Русского государства происходило не только в Ярославской, но и в других губерниях центральной части страны, например на Валдай (Новгородская губерния).
17 Служба Николая Петровича Нефимонова окончилась отставкой в 1819 г в чине титулярного советника в должности частного пристава в Ярославле.
18 «Дельфина» (1802) — роман Анны Луизы Жермены де Сталь (перевод на русский в 5 ч. - М., 1803—1804); второй роман идентифицировать не удалось.
19 В 1794 г. Николай Яковлевич Скульский — отставной секунд-майор, владеющий имением в Даниловском уезде Ярославской губернии. В 1817 г. его сын Василий (1800 — ?) — прапорщик, служит в артиллерии (ГАЯО. Ф. 213. Оп. 1. Ед. хр. 2717. Л. 67, 74).
20 Это подтверждается показаниями самого Н.П. Нефимонова: в одном из обращений в дворянское депутатское собрание 1827 г. он упоминает о жене Александре Петровне, "имеющей от роду двадцать один год и троих детей: сына Дмитрия и дочерей Надежду и Любовь, имеющих ныне от роду лет первый пять, вторая четыре и третья три года" (ГАЯО. Ф. 213. Оп. 1. Ед. хр. 2235. Л. 31).
21 В обращении в дворянское депутатское собрание от 5 июня 1832 г. Н.П. Нефимонов указывает имена еще троих детей: сыновья Николай, Александр и дочь Варвара, "имеющие ныне от роду первый — 4, второй — 2 и последняя 1-го года" (Там же. Л. 32).