Дубровенская волость

Умершая кастелянова Бржеская, Екатерина Копціова, при выдаче дочери своей Франциски в замужество за стольника Владимирского, Симона Друцкаго-Любецкаго, назначив за нею в приданое 50.000 злотых талеровою монетою и не имя наличной суммы, уступила князю Любецкому, состоявшее тогда в Оршанском повете, имение Росасну со всеми принадлежностями, и как оное находилось в то время в закладном стороннем владении, то и предоставила князю Любецкому оное выкупить и распоряжать как своим вотчинным. В чем и выдана ему в 1707 году вѣчистая запись, явленная в 1765 году в акты Оршанского земского суда.
Упоминаемая Франциска, из фамилии Копціовъ, по второму супружеству кухмистрова Литовская Залуская, в 1739 году выдала Оршанским ксендзам Тринитарам, при трёх свидетелях, закладную в занятых ею у них 25.000 талерах под залог означенного имения Росасна на три года, введя их чрез вознаго и во владение оным; но за невыкупом в срок, предоставила им владеть семь имением от трёх до трёх лить; да сверх сего особенно записала на том же имении для поминовения 5.000 талеров.

По смерти помянутой Залуской, произошёл процесс о наследстве между князем Франциском Любецким (сыном князя Симона), Огинскими и Сераковскими, к которому призваны были и ксендзы Тринитары, яко временные владельцы имения Росасны.

Сеннинскій поветовый суд, разрешая процесс сей, приговором 1782 года, вотчинничество на имение Росасны утвердил за князем Франциском Любецким, ксендзов же за неявку подвергнул оштрафованію.

После чего, в 1783 году князь Франциск Любецкий, с уполномоченным от покойного князя Потемкина-Таврического, полковником (Василием) Каховским, заключил договор на продажи ему, Потемкину, как означенного имения Росасны, так и другого Любавичи, а в 1784 году выдал и купчую крепость, обязываясь по договору между прочим сделать расчет с находящимися в этих имениях заставными и арендными владельцами.

Имение сие впоследствии продано князем Потемкиным князю Любомирскому вместе с Дубровинскою волостью. Ксендзы Тринитары, узнав о запродаже князем Любецким сего имения, сделали в 1784 году протест и просили, до удовлетворения их залогом и фундушевою суммой всего 30. 000 талеров и сверх того за местные выдержки 6707 талеров и за приобретенных ими крестьян семь душ, наложить запрещение. А в том же году ксендзы сии чрез министра Тринитарского монастыря, ксендза Ивана, с согласия Могилевского архиепископа Станислава Сестрженцевича, заключили с князем Франциском Любецким мировой акт, явленный тогда же в Оршанском поветовом суде, по которому князь Любецкий, вместо залоговой и фундушевой суммы и других претензий, обязан заплатить ксендзам 25.000 рублей (серебром) и на тысячу рублей дать облиг, Всего же 26 000 рублей, а затем и имение Росасны должны ксендзы уступить ему, Любецкому, с возвращением всех документов до оного коснулся. Этот мировой акт подписали: князь Франциск Любецкий, ксендз Иван и лектор Антоний, свидетелями под оным подписались: Иосиф Гурко и Шимонъ Мысловский. Засим подписано: соглашаюсь, дано в Орше 1784 года апреля 11. Архиепископ Станислав.


Вскоре после сего и именно 1784 года мая 6, ксендзы, чрез министра Ивана, протестовали Бабиновецкому поветовому суду, те что князь Любецкий ни в чем обязательства своего не исполнил и, забрав документы, выехал в литовский край.

Потом 1788 года ксендзы Тринитары произвели и самый иск, токмо не по мировому уже акту, а по залоговой Залуской, прося, что как у князя Любецкого состоит в залоговом владении за 25.000 рублей имения князя Огинского, так называемые лавницства: Подсевецкое, Бельское и Княжицкое, то чтобы суммы сей до решительного разбора не было князю Любецкому выдаваемо, и если он оплаты в срок не сделает, то приговорить к занятию им, как помянутых лавницств, так и других имений, какие бы могли принадлежать князю Любецкому, с арестованием и прочих его сумм.

Со стороны Бабиновецкого поветового суда сделан как Огинскому, так и Любецкому, позыв. Князь Любецкий обвинен в неявке, а ксендзом определен ввод в упомянутые лавницства, для выручки процентов из доходов и утвержден арест на все суммы, князю Любетскому следующие.

Лавницства сии впоследствии проданы Огинским помещику Бржозовскому, от которого и внесены те 25.000, кои по залогу следовали от Огинского князю Любецкому; деньги сии поступили, для обращения из процентов, в Могилевский приказ общественного призрения, до окончания дела.

При разборе произошедшего со стороны ксендзов процесса, князь Франциск Любецкий отвергая иск их по залоговой мировою сделкою, начал доказывать, что следующая по сей последней сумма 26.000 рублей, при самом заключении оной, была им отсчитана серебряной монетою и по воле архиепископа Сестрженцевича, при ксендзе Иване, оставлена в Дубровинской кассе князя Потемкина; как засвидетельствовано сие на самой мировой сделке архиепископом Сестрженцевичем следующими словами: «свидетельствую, что вся сумма 26.000 рублей оставлена у князя Потемкина, тот же архиепископ Станислав».

К делу представлялась мировая сделка в копии, о подлинной же со стороны князя Любецкого, чрез поверенного его, объявлено, что оная потеряна.
Кроме акта сего князь Любецкий, в доказательство об оставленной им у князя Потемкина сумме, представил:

a) Письмо Бржозовского (бывшего поверенного князя Потемкина), который, на отношение к нему князя Любецкого, отвечает так: удостоверен он, что князь Любецкий 26 000 рублей, освобождая имение Росасну из владения ксендзов Тринитаров, уплатил и Тринитары сим довольствовались, когда добровольно отдали имение Росасну во владение князю Потемкину, чего не могли-бы учинить не будучи уверены о сумме, что она осталась в кассе Дубровинской, по соизволению ксендзов Тринитаров, а чтобы сумма, остающаяся не была причиною какой претензии за процент от ксендзов Тринитаров, подавал он, Бржозовский, князю Потемкину мемориал, советуя чтобы приказал выдать оную ксендзам.

6) Свидетельство действительного статского советника Гурки-Ромейки, что он в 1784 году, будучи от покойного князя Потемкина употреблен к договору о покупке имения Любавичъ, и к примирению по спорам и претензиями к оному, заключил между князем Потемкиным и князем Любецким о вотчинничестве договор, к прекращению же происшедшего с ксендзами Тринитарами спора употреблен он, Гурко, был как от них, так и от князя Любецкого, что за посредством его, Гурки, князь Любецкий 25.000 рублей серебром признал Тринитарам принадлежащими, а тысячу рублей серебром же в награду и к совершению миролюбия, в виде дара, обозначил; к каковому условию, по дозволению архиепископа Сестрженцевича учиненному, подписался он, Гурко, от обеих сторон и свидетелем, а ксендзы Тринитары обязались уступить князю Потемкину во владение Росасну и уступили; вся же оная сумма 26.000 рублей серебром, по соизволению архиепископа Сестрженцевича, на предмет предположенного ксендзов Тринитаров переселения в Херсон, осталась в кассе князя Потемкина, и что из сей суммы, за вотченничество означенных имений договоренной, уплачивая он, Гурко, от имени князя Потемкина разные принадлежности, ни князю Любецкому, ни ксендзам Триннитарам, не отдавал.

6) Письмо князя Потемкина-Таврического - князю Любецкому от 16 июня 1790 года, в коем изъясняет, что в скором времени прибыть имеющему от него в Белоруссию поверенному, для приведения в действие учиненных между им, Потемкиным, и князем Любомирским о Дубровне договоров, поручено будет рассмотреть прилежно начатое Оршанскими ксендзами Тринитарами дело и предпринять такие меры, кои бы возвратили ему, князю Любецкому, совершенное спокойствие.

Князем Любецким в 1788 году делан был позыв князю Потемкину, в Бабиновецкій поветовый суд, о представлении, под присягою, чрез архивариуса Дубровинской конторы, всего расчета в суммах за проданное князем Любецким получаемых и для ксендзов оставляемых.

Дело по сему позыву было приостановлено до получения из Санкт-Петербурга от князя Потемкина резолюции, а наконец от бывшего Белорусского генерал-губернатора Пассека предложено: начатое в поветовом суде между ксендзами и князем Любецким дело производить законным порядком, не соединяя с оным актората князя Любецкого против князя Потемкина, о каковом несоединении просили и ксендзы Тринитары.

Со стороны князя Любецкого сделан был позыв и Сестрженцевичу, но Бабиновецким поветовым судом заключено, что он, Сестрженцевич, не есть совместный с Тринитарами истец в деле, по которому отвечать должен, но как их начальник, соизволяющий на мировой документ. Начальство же его в рассуждении гражданских дел с духовными, со времени издания о духовных имениях 1186 года июля 21 дня указа (*) распространяться не может, следовательно и помещать его в делах надобности не имеется; почему, согласно с желанием Тринитаров он, Сестрженцевич, из актората и исключён.

Впоследствии и именно в 1801 году князь Франциск Любецкий с претензией о рублях, в Дубровинской кассе как бы оставшихся, обратился к князю Любомирскому, приобретшему от князя Потемкина графство Дубровинское, Любовицкое и имение Росасны, ссылаясь на третейский приговор между князем Любомирским и наследниками князя Потемкина последовавший, по силе которого князь Любецкий обязан к удовлетворению всех претензий, относящихся к упомянутым имениям, прося Оршанский Поветовый суд подписанные им, Любецким, и в Дубровинской конторе оставленные, о получаемых за продажи Любович и Росасны сумм 1784 года учиненные, оригинальные счета, без сомнения у князя Любомирского находящиеся, велеть ему к окончательному разбору представить. Между тем, по делам князя Любецкого с ксендзами представлены были суда следующие пункты к присяге:
Со стороны ксендзов: 1) что они точно умершей Франциске Залуской по залоговой дали в займы 25.000 талеров и она к этой сумме не болеет приписала на фундуш, как 5.000 талеров; 2) что ксендзы документ, именуемый мировым, заключили не в той мере и не с той мыслью, чтобы показанная в закладной сумма была уменьшена; 3) что документ тот, в надежде, что князь Любецкий не обидит в следующей по закладной сумме, подписан ксендзом министром Иваном, без получения меньшей суммы от Любецкого; 4) что ксендзы никогда суммы не считали и от князя Любецкого не получали и никакого удовлетворения в претензиях своих от него не имели; 5) что ксендзы в кассе князя Потемкина никакой суммы оставлять не хотели и не оставляли; что ксендзы, владея имением Росасны, на разные тяжбы, поселение и за помощь крестьянам и прочее, понесли издержки 1.500 талеров и 7 коп.; что князь Любецкий, чрез 26.000 неуплату ксендзам суммы, причинил убытков вместе с тяжебными издержками 4.000 рублей.
Со стороны Франциска князя Любецкого в том: 1) что он не старался, ни же хотел чтобы деньги ксендзов были в кассе князя п Потемкина и в том не было никакой для него, Любецкого, пользы; 2) что ксендзы оставили 26.000 рублей в кассе князя Потемкина, что таковая была воля архиепископа и что добровольно документы отдали и владение возвратили; 3) что князь Любецкий сполна удовлетворил ксендзов и денег их у себя не имеет, а находятся оные в кассе князя Потемкина, оставленные ксендзами и что закладная выдана Залускою для учинения запрещённого выбытия из дворянского в духовное владение недвижимого имения; 1) что архиепископ на странице вместо мировой записи написал сии слова: «свидетельствую, что вся сумма 26.000 рублей оставлена у князя п Потемкина»; 5) что князь Любецкий писал князю Потемкину, что ксендзы лавницства отобрали угнетая его неправильною тяжбою.
К выполнению присяги по означенным пунктам, определением Бабиновецкого поветового суда, заключено преимущественно допустить ксендзов Тринитаров.
Князь Любецкий, сверх тех 26.000 рублей, оставленных будто бы в кассе князя Потемкина, выводил еще убытков 14.141 рублей, понесённых им от занятия ксендзами трёх лавницств и что они, получив лавницства сии токмо для выбора 5%, пользовались около 18 лет полными доходами; и наконец открыл еще претензию в том, что в проданном князю Потемкину имении оказалось по ревизии излишних против продажи 441 душа, за которые и просил удовлетворения.
Дело сие, по смерти князя Любецкого и князя Любомирского, к которому он, Любецкий, как покупщику имения у князя Потемкина, простирал иск свой, продолжалось между наследниками их.
По рассмотрении оного в Бабиновецком поветовом и Могилёвском главном суде, утверждался сими местами мировой акт, князем Любецким с ксендзами Тринитарами заключенный, и на счёт удовлетворения ксендзов полагаемо было: Поветовым судом, чтобы сумма 26.000 рублей взыскана была с князя Любецкого с процентами и чтобы в число оной обращены были те 25.000 рублей, кои по закладу Огинского обеспечивались лавницствами; в убытках же, чтобы князь Любецкий разведывался с Триинтарами особо. Главным судом, чтобы старшего из наследников умершего князя Любецкого допустить к выполнению присяги в тех пунктах, по которым сам он при жизни своей вызывался и потом деньги 25.000 рублей, которые поступили от помещика Бржозовского, за купленные им три лавницства, бывшая в заклад у князя Франциска Любецкого, вытребовав из приказа общественного призрения, выдать его наследникам. Сумму же 26.000 рублей, в Дубровинской кассе оставленную, с процентами удвоившуюся, ксендзам не выдавать, до расчёта с наследниками князя Любецкого в убытках.
Могилёвские: губернский прокурор, казенная палата и гражданский губернатор, полагали: удовлетворить ксендзов на счёт князя Любецкого, не по мировому документу, а по закладной Залуской, с убытками ксендзами понесенными и с процентами, и на сие обратив 25.000 рублей, за лавницства покупщиком Бржозовским внесенные, в обеспечение остальной суммы поступить по законам; по бывшему же владению ксендзов упомянутыми лавницствами в доходах сделать расчёт.




(*) сей не помещён в Полном Собрании Законов, в записке же, имеющейся в деле Департамента Гражданских и Духовных Дел 1825 г. №176, на странице 81-й, приведена ссылка на законы и записку, данную Белорусскому Наместнику Пассеку от Сенаторов, графа Воронцова и Нарышкина, 1785 г. июля 28, подтвержденную указом Правительствующего Сената 1792 г. октября 4, в коей сказано: «Церковные имения никак почитать не должно чьею либо собственностью или партикулярным каким имѣніемъ, в коем ни начальник монастыря, ни сам архиепископ, ни мириться, ни уступок делать не властен, ибо сим имѣніемъ не частный кто, а заведения или общества содержатся, а потому самому и компромиссов о таковых имѣніяхъ решения быть не долженствует». (Ред.)