Рекруты 50-70-х гг.

Несколько моментов, касательно рекрутской службы

М.Б. Оленев
2018 г.

Через мои руки прошли десятки тысяч послужных и приемно-формулярных списков. Я старался выписывать из них наиболее интересные данные воинской службы – ведь это подлинные источники жизни людей с реальными датами и цифрами (в отличие, например, от разного рода указов и циркуляров).
Глядя на даты в биографиях нижних чинов, начинаешь задаваться вопросами (и, естественно, сравнивать со своим временем) - когда и где именно принимали, в каком возрасте? Через какое время рекрут оказывался в учебной части? Сколько времени он там находился и когда в итоге появлялся в действующих войсках?
Когда был уволен в отпуск и был оттуда призван (в связи, например, с польскими событиями 1863-1864 годов или русско-турецкой войной 1877-1878 годов)?
Еще один довольно интересный момент – смерть Николая I, восшествие на престол нового Императора Александра II и окончание Крымской войны. Новый царь при коронации, в качестве разного рода «милостей», решил сократить армию и вести мораторий на рекрутские наборы на 3 года (потом продлен еще на 3 года). Что же стало с теми, кто был призван под ружье в самом конце войны? И сколько же в результате служили такие рекруты?

* * * *

Викул Егоров из села Сосновки, Зарайского уезда, был принят в рекруты Зарайским рекрутским присутствием 10 ноября 1848 года. В резервный батальон Забалканского пехотного полка (так в документе, на самом же деле - Пехотный фельдмаршала гр. Дибича-Забалканского полк) был зачислен 13 марта 1849 года, а в действующий батальон переведен 10 ноября.
Таким образом, Викул Егоров к месту учебной части двигался 4 месяца, а обучался там 8 месяцев.

Михаил Васильев Морозов из с. Верхний Белоомут, Зарайского уезда, был принят в рекруты Зарайским рекрутским присутствием 3 февраля 1855 года в возрасте. Спустя 10 месяцев, 15 декабря, он был зачислен в 6-й резервный батальон Углицкого пехотного полка. А 1 февраля 1856 года Морозов был переведен в действующий батальон Пехотного фельдмаршала князя Паскевича полк. По окончании Крымской войны 18 мая 1857 года был уволен в бессрочный отпуск.
Таким образом, срок его обучения в резервном батальоне составлял всего менее 2-х месяцев (а дорога туда заняла более 10-ти!). Да и сам срок службы Михаила Морозова в действующей части едва превысил один год.
В бессрочном отпуске М.В. Морозов находился почти 6 лет, пока в связи с начавшимся польским мятежом (как его называли в то время), 26 апреля 1863 года, не был призван и зачислен в только что сформированный 2-х батальонный Вологодский резервный пехотный полк, который уже 13 августа был переформирован в 3 батальона и назван 106-м пехотным Уфимским полком.
Послужной список М.В. Морозова был составлен 13 декабря 1865 года, когда он в очередной раз был отправлен в бессрочный отпуск.
Григорий Митрофанов из сельца Пронюхлово, Зарайского уезда, был принят в рекруты тем же Зарайским рекрутским присутствием 24 февраля 1855 года в возрасте 34-х лет 4 месяцев (согласно формулярному списку). Спустя год и 7 месяцев (!), 23 сентября 1856 года, он был зачислен в 5-й резервный батальон Тарутинского пехотного полка.

Обучался здесь Григорий Митрофанов 4 месяца и 24 января 1857 года был распределен в полки 10-й пехотной дивизии и был зачислен рядовым в Томский пехотный полк. Срок его службы там оказался смехотворным – уже 5 ноября того же года Митрофанов уволен в бессрочный отпуск.
Также, как и М.В. Морозов, в связи с польскими событиями Григорий Митрофанов был вновь призван на службу 23 апреля 1863 года и зачислен в Низовский резервный пехотный полк (который с 13 августа стал носить название Донской пехотный полк).

Первое, что бросается в глаза, это – скорость передвижения. К учебным (резервным в то время) частям рекруты двигались по нескольку месяцев, что резонно вызывало большие расходы и неудобства.
Маршруты рекрутских партий составлялись Инспекторским Департаментом Военного Министерства и порой составляли довольно длительный километраж. Так, например, рекрут 83-го набора 1812 года из Ярославля в Гельсингфорс вели 1141 ¼ верст (67 дней), а из Перми в С.-Петербург – и вовсе 1939 верст (106 дней, т.е. более 3-х месяцев)!
Второе. Обратный маршрут. Резервные части пехотных полков располагались где угодно, но только не вблизи действующих частей. Так, например, в росписании 1856 года указывалось, что резервный батальон Селенгинского пехотного полка находился в г. Лукоянове, Нижегородской губернии, а сам полк – в г. Ливны, Орловской губернии.

* * * *

С появлением в 60-е годы резервных частей, которые стали заменять собой бывшие 5-е и 6-е батальоны, выполнявших функции учебных частей.
Самое разумное, что в этом плане было сделано Милютиным – это то, что резервные пехотные и стрелковые батальоны отныне стали располагаться в пределах тех округов, где набирали рекрут. И не просто в пределах. А как правило – в губернских или уездных городах. Этих рекрут, местных уроженцев, уже не посылали обучаться за тридевять земель.

Так, Трофим Николаев Агапов, уроженец села Новопанского, Михайловского уезда, был принят в рекруты Михайловским уездным рекрутским присутствием 14 февраля 1870 года. Спустя 11 дней, 25 февраля, он был зачислен в 41-й резервный пехотный батальон, дислоцированный в Рязани. От Михайлова до Рязани – всего 70 км, дневной переход!
21 августа 1870 года Агапов получил распределение в полки 10-й пехотной дивизии и 7 сентября 1870 года на разбивке был зачислен в 40-й пехотный Колыванский полк.
Служил Т.Н. Агапов чуть менее 6 лет и 19 января 1876 года был уволен во временный отпуск, откуда был призван по мобилизации 5 апреля 1877 года и направлен в 46-й военно-временный госпиталь.

Максим Никифоров Антонов из сельца Степановки, Городищенской волости, Михайловского уезда, был принят в рекруты Михайловским уездным рекрутским присутствием 29 января 1870 года. 6 февраля был зачислен в 42-й резервный пехотный батальон, который находился в г. Касимове.
Обучение в резервной части заняло 6 месяцев, и 12 сентября Антонов стал рядовым 120-го пехотного Серпуховского полка.

Особенности первых месяцев службы рекрутов