На сайте ВГД собираются люди, увлеченные генеалогией, историей, геральдикой и т.д. Здесь вы найдете собеседников, экспертов, умелых помощников в поисках предков и родственников. Вам подскажут где искать документы о павших в боях и пропавших без вести, в какой архив обратиться при исследовании родословной своей семьи, помогут определить по старой фотографии принадлежность к воинским частям, ведомствам и чину. ВГД - поиск людей в прошлом, настоящем и будущем!
"Любовь к человечеству — словесный блуд. Любовь к человеку конкретному, на нашем жизненном пути Богом данному, — дело практическое, требующее труда, усилия, борьбы с собой, своей леностью".
Сетуем иногда, что люди не ходят в церковь. Но как они будут ходить в церковь, если живут порочно и не каются? Церковь есть собрание кающихся, а не тех, кто лишь изредка заходит в храм в какой-либо крайней нужде, а потом забывает о ней. Иногда удивляешься, до какой степени некоторые люди не находят себе покоя, изнывая в заботах о ничтожных вещах. Здесь не обходится без вмешательства бесов, внушающих попечения о суетном, вместо попечения о душе. Как на признак последних времён, на это указывают святые, например, Нил Мироточивый: «Многозаботливость будет помрачать чувства человека, нечувственного ко спасению своему, чтобы от множества плотских забот не мог ощущать спасение, то есть люди не будут ощущать ни желания вечной будущей жизни, ни страха вечного осуждения.
Для человека нет ничего дороже времени, ибо оно даётся для спасения. Что успел сделать хорошего в этой жизни, насколько поднялся из рва страстей, таково и твоё будущее. Какое безумие мы проявляем, когда не знаем, как "убить" время, и растрачиваем его на пустые развлечения, празднословие, на пустые дела. Приходит смерть, и застаёт нас не готовыми к переходу в иной мир, ибо мы не ценили время и истратили его впустую. По смерти время меняется на вечность, надо постоянно помнить об этом, чтобы это изменение не принесло нам страх, горечь и разочарование, чтобы демоны не порадовались погибели нашей души.
А вот так пишет известнейший Псково-Печерский старец ХХ века архимандрит Иоанн Крестьянкин:
«Да постится ум твой от суетных помышлений; да постится воля твоя от злого хотения; да постятся очи твои от худого видения; да постятся уши твои от скверных песен и шептаний клеветнических; да постится язык твой от клеветы, осуждения, лжи, лести и сквернословия; да постятся руки твои от биения и хищения чужого добра; да постятся ноги твои от хождения на злое дело. Вот это и есть христианский пост, которого ждёт от нас Господь».
Одного старого монаха спросили его молодые братья: "Когда мы видим брата, который спит во время всеобщей молитвы, должны ли мы ущипнуть его, чтобы он проснулся?" Старый монах ответил: "Дети мои, когда я вижу спящего брата, я кладу его голову себе на колени, чтобы он отдохнул..." Друзья, не нужно щипать ближних своими наставлениями и придирками, пусть лучше они склонят к вам свои головы, и вы просто обнимите их сердцем и согрейте своим теплом. Сердце не поучает - оно сострадает и любит.
--- Благодарю Всех жителей Генеалогического форума ВГД за кропотливую работу. Учусь у каждого! (Беловы,Гунбины,Жуковы, Иноземцевы,Калгины,Койновы, Литвиновы, Мухины,Охотниковы,Павленко, Посикан,Полушины, Румянцевы, Стукаловы,Федько.
Чего ты глаза вытаращил, будто я сказал что-то неприличное? Ты что, умирать не собираешься? Или ты об этом думать не хочешь? А о чем тогда думать — о футболе, о бабах, о деньгах?
Я, например, не хочу умирать в городе. Грязь, пыль, суета. Во многих высотных домах даже грузового лифта нет. Такое впечатление, что строители их спланировали для людей, у которых в жизни не бывает ни шкафов, ни гробов, ни пианино. Вот так умрешь на девятом этаже, тебя сносить замучаются. Те мужики, что поприличнее, сплошь лентяи и через одного — сердечники. Они гроб не понесут. Придется нанимать пролетариев за бутылку. Так они тебя, с матом пополам, и потащат. Не под «Святый Боже», говорю, потащат, а под матюги.
Потом, кладбища все далеко. Будут полдня тебя везти в ритуальном автобусе, будут в пробках стоять, будут рычать сцеплением и визжать тормозами. И не будет в этой фантасмагории ни тишины, ни умиления. И кадильного дыма не будет. Как намек на смрадную жизнь, смерть будет окутана выхлопными газами.
Ты не кривись и не соскальзывай с темы. Если не я сейчас, то кто и когда с тобой об этом поговорит? О смерти говорить надо. Она сама молчит по пословице «Когда я ем, я глух и нем», молчит и в тишине пережевывает человечество. А люди должны нарушать эту тишину. Лучше всего — молитвой, а нет — так хотя бы разговором.
Даже гробовых дел мастер Безенчук, который пьян с утра, имел для смерти множество имен. Раз люди по-разному живут, думал он, значит, по-разному умирают. Одни «приказывают долго жить», другие «упокоеваются», третьи «ласты склеивают» и так далее. «Гигнулся», «кончился», «зажмурился». Все-таки лучше, чем просто «сдох». Это уже как-то совсем по-скотски.
Ты как хочешь, «сдохнуть», или «окочуриться», или «Богу душу отдать»? Я, например, хочу «упокоиться». Как дьякон в церкви гудит: «Во блаже-е-нном успении ве-е-е-чный покой...» И надо, чтобы деревья росли у могилы или цветы вокруг. Все-таки на рай похоже. А если никакой лист над головой не шелестит и если каждый луч норовит пришедшему на могилу человеку лысину обжечь, то это истинная печаль и земля изгнания.
Ангелы за душой придут, придут, родимые. Заплаканные придут, потому что подопечный их скверно жил. Как-то все для себя жил, к Богу спиной стоял, ближнему дулю показывал. Мелко жил, без полета, без настоящей радости. Как червяк жил, все рыл и рыл хитрые ходы в беспросветной тьме. Вот, дорылся. Собственно, и не жил совсем. Разве это жизнь, когда перед смертью вспомнить нечего, а родственники, кроме как «сколько водки на стол поставить» и «сколько венков заказать», больше ни о чем думать не будут?
Страшно будет на себя со стороны смотреть. Они тебя моют, а ты на них со стороны смотришь. Они твои негнущиеся руки в новую рубаху запихивают, галстук тебе повязывают, туфли новые надевают, а ты смотришь. Смешно даже. Глянь, как туфли блестят. Отродясь в таких чистых не ходил. Засмеялся бы, если бы не Ангелы за спиной и не эти... чуть поодаль.
Эти придут, понимаешь? Ты понимаешь, бараньи твои глаза, эти придут! Те, которые с тобой до сих пор только через мысли общались. Они шептали, а ты гадости делал; они подзадоривали, а ты психовал без причин; ты грешил, а они твою совесть убаюкивали. Ух и страшные же они! Вот когда ты молиться начнешь. Хотя вряд ли. Не начнешь. Там начинать поздно. Там можно только продолжать то, что на земле начал. Нет, пить не буду. И ты не пей. Не отвлекайся. Слушай.
Картину Мунка видел? «Крик» называется. Там человек на картине кричит, и его сначала слышно. Не веришь — найди и посмотри. Хоть и в Интернете. Сначала слышно. А потом крик таким пронзительным становится и до такой высокой ноты доходит, что его уже и не слышно. Так души от страха кричат. Не приведи Господь, и ты так же кричать будешь, когда свое окаянство почувствуешь и этих увидишь. Самое страшное, что на тебя в это же время будут с трудом пиджак надевать и все мысли родни будут крутиться вокруг расходов на похороны и продуктов на поминки.
Опять же, время года какое будет, неизвестно. Летом страшно, что от жары вздуешься. Мухи, вонь... Не приведи Господь. Поститься надо, чтоб сухоньким преставиться. Незачем червям пиршество устраивать. Хотя грешников и тощих вздувает... Зимой зябко в холодную землю ложиться. И могилу копать тяжело. Гробовщикам больше платить надо. Почему тогда телу не зябко? Зябко. Оно же не навсегда мертвое. Воскреснет же. И чувство в нем не сразу погасает. Когда в крематорий, в печку, тело запихивают, так оно даже сжимается, как будто от страха. Наукой доказано.
Лучше, конечно, весной, но не ранней, когда слякоть, а после Пасхи. Если в Пасху умереть, то даже над фобом вместо простой панихиды будут петь торжественно, весело... «Да воскреснет Бог, и расточатся врази Его. Пасха-а священная нам днесь показа-а-ася: Пасха нова, святая...» Красота. Вечной жизнью жить хочется!
Как откуда я это знаю? У меня ж зять — батюшка. Я у него на приходе всю прошлую зиму прожил, по дому с внуками помогал, ремонт там мелкий всякий, и читать по книжкам старым научился. Я ведь книжки люблю, ты знаешь. У, брат, сколько лет без толку прожил, только под старость маленько прозрел. Сколько всего интересного зять мне понарассказывал, сколько я и сам потом прочитал! И мне теперь как-то все про смерть думается. Со страхом, конечно, но и с надеждой. И поговорить, поделиться хочется. А люди, как от чумного, от меня бегут. Говорят, мол, серьезный человек, полковник в запасе — и с ума сошел. Глупые. Хорошо, что я тебя сегодня поймал. Не смотри на часы. Метро допоздна ходит.
Валаамский павлин Абдула. Почему его так кличут, ведомо только отцу Мефодию, который, как настоящий македонец, развёл этих красивых птиц на Светлом острове. Их уже штук 20, и большинство родились на Валааме. Если будучи на Валааме, услышите на Никольском скиту доносящиеся с соседнего острова странные вопли, не удивляйтесь - это павлины о. Мефодия. И громче всех кричит их вожак Абдула
Дорогая Татьяна, спасибо! Радости Вам побольше!