Алфавитный указатель киевских родственников и близких : ВГД

Кистерн (Барская), Вера Александровна (1838) - дочь А. А. Барского, жена поручика П. Б. Кистерна. https://www.familysearch.org/tree/person/details/GZT8-R1Q
Кистерн, Петр Богданович (1822) - поручик. Муж Веры Александровны Барской.
Дети: Михаил (1865), Владимир (1866, Иркутск), Алексей.

РУССКАЯ ШУРИНОВКА, русская деревня Вадинского сельсовета [Вадинского р-на Пензенской обл.], в 7 км к северу от него. На 1.1.2004 г. – 18 хозяйств, 32 жителя. В 1646 г. упоминается д. Шуриновка служилого татарского князя Сюняя Кутушева (так в копии архивного документа. Возможно, правильно Кугушев?). После смерти князя поместье в 1672 г. отказано касимовцу Мустаю мурзе Моксутову. Однако вскоре вотчина была отписана на великого государя, возможно, за отказ местных татарских мурз принять крещение. С той поры большинство населения составили здесь русские служилые люди Керенского уезда. В 1782 г. деревня Шуриновка Петра Михайловича Салтыкова, Марии Ивановны Всеволожской, Егора Ларионовича Кикичева, Ивана Елисеевича Богданова, Мустафы Ибраима детей Шагаевых, Бишая Бектемирова сына Тихаева, а многих других татар, 117 дворов, 1874 десятины всей земли; «земля – чернозем, урожай хлеба и травы средствен»; Однодворцы и татары на положенном казенном окладе, помещичьи крестьяне – на оброке (РГАДА, ф. 1355, оп. 1, е. хр. 1040, л. 3 об.). В 1785 г. часть деревни показана за помещицей Марфой Ивановной Всеволожской. В 1806 г. в д. Шуриновке окладных душ: 13 – однодворцев, 5 – мурз, 16 – татар (ГАПО, ф. 60, оп. 1, д. 303). В начале 19 в. помещиком был Федор Громницкий, керенский уездный судья, отец известного декабриста. В середине 19 в. татарская часть образовала выселок в 1 км к северо-востоку от Шуриновки (см. Татарская Шуриновка), отсюда снижение численности населения между 1864 и 1897 гг.
Перед отменой крепостного права в д. Шуриновке показаны помещики: 1) Богдан Богданович Кистерн, 150 ревизских душ крестьян, 19 ревизских душ дворовых, 70 тягол (все на оброке, платили в год по 35 рублей с тягла), у крестьян 52 двора на 26 десятинах усадебной земли (с огородами, гуменниками и конопляниками), 210 дес. пашни, 70 дес. сенокоса (по лесу), 17 дес. выгона, у помещика 316 дес. удобной земли, в том числе леса и кустарника 225 дес.; Михаил и Варвара Федоровна Шембель, 49 ревизских душ крестьян, 18 тягол (все на барщине), у крестьян 11 дворов на 3 десятинах усадебной земли (с огородами, гуменниками и конопляниками), 54 дес. пашни, у Шембелей 110 дес. удобной земли, в том числе леса и кустарника 70 дес. (Приложение к Трудам, т. 2, Керен. у., №№8, 12). В 1911 г. показана единая Шуриновка, в 1926 г. – вновь как два селения. В 1911 г. – 4 общины, 171 двор, 2 лавки. Шуриновка – правый приток Керенки (бассейн Вада), длина 6 км; протекает через эти две деревни. Население являлось прихожанами Успенского собора в Керенске. В 1955 г. – центральная усадьба колхоза имени Куйбышева.
Численность населения (по годам): в 1782 – 884, 1864 – 1026, 1897 – 550, 1911 – 982 (вместе с Тат. Шуриновкой), 1926 – 717, 1930 – 753, 1939 – 495, 1959 – 292, 1979 – 163, 1989 – 84, 1996 – 71 житель.

ТАТАРСКАЯ ШУРИНОВКА (Тат. Шуриновка), татарская деревня (поселок) Вадинского сельсовета [Вадинского р-на Пензенской обл.], в 8 км к северу от него. На 1.1.2004 г. – 7 хозяйств, 16 жителей. Выселок татар из Шуриновки, ставшей Русской Шуриновкой. Переселение произошло между 1864 и 1897 гг. В 1911 г. показана в составе Русской Шуриновки, с 1926 г. Татарская Шуриновка стала считаться самостоятельным селением. В 1955 г. – колхоз «Заветы Ильича». (Ильич – народное прозвище руководителя партии большевиков, организатора СССР Владимира Ильича Ленина).
Численность населения (по годам): в 1911 – см. Русская Шуриновка, 1926 – 160, 1930 – 179, 1939 – 100, 1959 – 80, 1979 – 40, 1989 – 22, 1996 – 17 жителей.

Спасский край. Кистерн Мария Дмитриевна дочь? Д.А. Каменского – версия (или Константиновна?) Кошелевка, хутор, 1917 – разгромлена усадьба. На этой усадьбе позже располагалась Беднодемьяновская МТС, (сведения старожилов), ныне - зона отдыха «Кленовая роща». Ист.: Крестьянское движение в Тамбовской губернии в 1917-1918 гг. Сборник документов.

Брак Михаила Петровича Кистерна с Софией Николаевной Хандриковой в Киеве в 1905 г. Свидетель на браке астроном профессор членкор. Митрофан Федорович Хандриков (ее двоюродный дядя). Интересно, что с Хандриковыми у меня тоже есть родственные связи. Возможно именно Митрофан Федорович, уроженец Москвы, служивший в Киевском университете и познакомил моего москвича прадеда, родственного Хандриковым и киевлянку прабабушку, родственную Григорович-Барским. И такую же роль сыграл для Кистерна и Хандриковой. У них была дочь Лидия 1906 г.р.

16,140 Кистерн (Хандрикова) София Николаевна 50 1-й Обыденск. пер.д.9 безработная инвалид СПИСОК ЛИЦ, ХОДАТАЙСТВОВАВШИХ ОБ ОСТАВЛЕНИИ ПРИХОЖАНАМ ХРАМА ИЛИИ ОБЫДЕННОГО

Галина Владимировна Кистерн замужем за Николаем Владимировичем Земляницким. Воспоминания бывшего начальника штаба 657 стрелкового полка 125 дивизии Земляницкого Николая Владимировича.
20 марта 1969 года. https://www.sgvavia.ru/forum/150-7134-1#915026

Январь 1927 года. Земляницкий Николай Владимирович. Мне уже исполнилось двадцать один год, когда я решил оторваться от иждивения матери и сестер, живущих на нашей родной ферме Земледельческого училища г. Казани. Я, окончивший два курса института, бросил учебу и выехал из Казани, как можно дальше, в город Тюмень. В Тюмени я поступил на работу ст. лаборантом Госхлебинспекции и проработал там два года. В Тюмени я познакомился с молодой девушкой, уроженкой г. Иркутска. Она только что окончила Иркутский университет и была прислана служить судьей в г. Тюмень. Там мы и познакомились, так как жили у одних хозяев. Ее звали Галиной Владимировной Кистерн, а потом она стала зваться Земляницкой Галиной Владимировной. В конце 1929 года она забеременела и пошла к врачу. Врач определил у нее больное сердце и сказал, что если ей желательно родить ребенка, то это нужно сделать под наблюдением хороших врачей…
Мы ездили в отпуск сначала к ее родным в г. Иркутск, были на Байкале и на реке Ангаре. Повидали Шаманский камень, который лежит при вытекании Ангары из о. Байкал, и который по преданию местных жителей удерживает весь Байкал от вытекания (девятый вал). А потом съездили к моим родственникам, матери и сестрам в Казань.
В 1929 году я был призван в ряды Красной Армии и должен был явиться в октябре 1929 года в Тюменский Р.В.К. для отправки в часть.
Предварительно вызвав мать из Иркутска, жена, проводив меня в армию, уехала в Иркутск вместе с матерью и встала там на учет у известного профессора.
В одном из писем я получил открытку с изображением лесной поляны зимой, и среди поляны стоит молодая девушка. На этой открытке жена написала: «Мне холодно и страшно одной!». Эту открытку я получил за месяц до ее смерти. Видимо она чувствовала приближение смерти. И вот я получаю две телеграммы. В одной сообщалось, что родилась дочь, а во второй кто-то помер, а кто непонятно. Я беру отпуск и мчусь из Средней Азии в Иркутск. Там я узнаю, что моя жена пожелала съездить к родному брату Юрию, который работал директором зверосовхоза, расположенного на острове. Это нужно было ехать на поезде 40 км. до Байкала, и потом на лодке переправляться на остров. До родов оставалось всего две недели. Сестра Ангелина с матерью уговаривали не ездить, но Галина настояла на своем, и вот они вдвоем с матерью поехали к брату на Байкал. В первую же ночь у Галины начались схватки. Юрий решил положить Галину в ялик и вместе с матерью везти их водой в Иркутск, так как поезда ждать было долго. Когда Галину посадили на извозчика, она попросила дать поцеловать новорожденную дочку и потом впала в беспамятство. Врачи в больнице пробовали привести ее в сознание, но не смогли. Все это я выслушал с болью в сердце, сходил на кладбище на могилу своей Галинки, съездил с Ангелиной на Байкал и отправился опять в свою далекую Туркестанскую дивизию в г. Фергану, так как мой отпуск уже подходил к концу. Всю обратную дорогу я вспоминал жизнь в Тюмени, как мы, придя домой после работы, садились с Галинкой за папки судейские и разбирались в них, так как на следующие утро нужно было ей судить живых людей. Вспоминал также, когда Галинка была на работе поздно, она просила приехать за ней в суд. Я брал Орловского скакуна у хозяев квартиры и заезжал к Гальке. С каким интересом я слушал суд. А по окончании суда мы садились в кошевку, я одевал на Галинку доху, и мы мчались за город. М все это исчезло со смертью жены Галинки. Вот с таким убийственным настроением я возвратился в часть в г. Фергану.

Алфавитный указатель киевских родственников и близких

Для упорядочения работы, сбора информации и выяснения предполагаемых родственных связей