Город Воронеж и Воронежский уезд

Воронеж— старейший город на Белгородской черте. Его первые укрепления возникли в конце XVI в., задолго до соо­ружения Белгородской - черты. В середине XVII в. старые во­ронежские укрепления частично вошли в состав создававшей­ся укрепленной линии, частично отошли к новым городам, построенным на черте — Усмани, Орлову, Костенску, Белоколодску, частично оказались расположенными в глубоком ты­лу и почти ненужными. На Воронежском участке нигде не было земляных валов, и это неизменно подчеркивалось в Белгородских годовых сметных книгах. Географические кон­туры Воронежского участка Белгородской черты определя­лись течением трех рек: Дона, Воронежа, Усмани. Наиболее уязвимым местом был степной промежуток между реками Во­ронежем и Усманыо, восточнее г. Воронежа. На Воронежском участке четко выделялись четыре части, отрезка: по р. Дону. по р. Воронежу, степной, по р. Усмани.
От Гремячего колодезя до устья р. Воронежа документы XVII в. не упоминают татарских перелазов через Дон. Этот юго-западный донской отрезок Воронежского участка длиной примерно в 7 км являлся относительно спокойным. У устья р. Воронежа Белгородская черта отходила от Дона. Второй отрезок Воронежского участка километров в пятнадцать дли­ной проходил по р. Воронежу. Здесь было несколько мест, сравнительно удобных для переправ татарской конницы,— подходы к ним с левого берега перекрывались надолбами и тарасами. В четырех местах вдоль берега р. Воронежа рас­полагались сторожи. Ближайшая к г. Воронежу находилась за рекой, «на Кашкановом яру». Здесь, на левой стороне р. Воронежа, надолбы тянулись па 500 саженей, среди на­долб стояла караульная башня, сторожа состояла из 10 че­ловек. Воронежские служилые люди стояли на сторожах к 70-х годах XVII в. по две недели. К северу от дер. Шило­вой по правому берегу р. Воронежа вплоть до г. Воронежа тянулся Шиловский лес, сохранившийся и сейчас.
Не доходя примерно двух километров до Воронежской крепости, в том месте, где на правом берегу р. Воронежа кончался Шиловский лес и начиналась пригородная Чижовская слобода, а слева в Воронеж впадала речка Песчанка, Белгородская черта отходила от р. Воронежа в восточном на­правлении, к р. Усмани. Г. Воронеж располагался как бы на вершине прямого угла, образованного этим поворотом Белгородской черты. В XVII в. Воронежская крепость неод­нократно перестраивалась, обрастала пригородными слобода­ми. По дозорной книге 1615 г. она состояла из двух частей: небольшого «рубленого города», длина стен которого состав­ляла примерно 300 м, и острога, тянувшегося на 1,7 км. В се­редине XVII в. стены Воронежской крепости построены были уже «по-острожному», бывший «рубленый город» (внутренняя крепость) стал называться «малым городом». Последняя крупная перестройка стен и башен Воронежа проводилась в 1671 г. Город снова (и на этот раз весь) стал «рубленым», стены его были построены «по-городовому», бревна в срубах-клетях, составлявших стену, лежали горизонтально.
Город располагался на высоком правом берегу р. Воронежа. В 1676 г. в городской стене имелось 5 проезжих и 12 глухих башен. Кроме этого сохранялись «две башни ста­рые в малом городке». Высота стен с обламами составляла 2 1/6 сажени (4,6 м), ширина стен— 1 1/2 сажени (2,6 м). Про­тяженность городских стен равнялась 811 саженям (1,7 км). С трех сторон за крепостными стенами был про­рыт ров глубиной в 3 сажени, на дне рва вбит частик. Со стороны реки стена шла у крутого склона. Существовал и подземный ход. В 1669 г. тайник прорыт был заново в связи с тем, что колодец в старом тайнике «занесло песком». До­кументы 70-х годов сообщают, что в новом тайнике «вода добра».
Воронежская крепость имела немалый гарнизон. В 1676 г. по данным Белгородской сметной книги, в Воронеже и уезде числилось дворян и детей боярских, отставленных от полко­вой службы в 1675 г. и переведенных в городовую службу,— 158, детей боярских городовой службы — 440, поместных ата­манов— 110, казаков, включая поместных и беломестных,— 541, стрельцов— 293, пушкарей — 32, затинщиков — 11, ворот­ников— 8. В крепости находилось 12 железных и 10 медных пушек. В городе жило и торгово-ремесленное население, при­чем в течение XVII в. шел неуклонный рост воронежского посада. В 1676 г. в Воронеже насчитывалось 297 посадских людей. Вокруг пригородных слобод поставлены были надол­бы в два ряда, которые тянулись (по донесению А. Еропки­на в 1669 г.) на 1350 саженях. В описаниях Воронежской крепости содержится любопытное сообщение о том, что го­род во второй половине XVII в. имел освещение. Среди во­енного имущества названы «10 коз железных подсвечных что огонь кладут на башнях в осеннее время».
Третий отрезок Воронежского участка Белгородской чер­ты перекрывал степное пространство между реками Вороне­жем и Усманью. Здесь были построены деревянные укрепле­ния (надолбы, башни, караульный острожек), которые тяну­лись с запада на восток на 11 км от устья р. Пещанки к с. Усмань-Собакину. Под защитой этих укреплений находились в первую очередь воронежские села, возникшие к восто­ку и северо-востоку от г. Воронежа еще в конце XVI — на­чале XVII в. (Репное, Гололобово, Бобяково, Боровое, Усмань-Собакино). Укрепления защищали также подходы к г. Воронежу с востока. А. Еропкин сообщает, что надолбы построены «вместо земляного валу». Надолбы стояли в два ряда. В середине XVII в. среди надолб находился один ка­раульный острожек, позже было построено еще несколько башен. В 80-х годах кроме караульного острожка («опасно­го городка») на этом отрезке Белгородской черты стояло 6 башен, все они имели названия (со стороны Воронежа — Теплуха, Веселуха, Красная, Березовка, затем шел карауль­ный острожек, Луговая, Западная).
Четвертый, последний отрезок Воронежского участка, дли­ной примерно в 15 км, проходил по р. Усмани, в том месте, где эта река образует дугу, выгнутую к югу. Линия надолб подходила к р. Усмани у с. Усмань-Собакина. (Село это в XVII в. имело еще такие названия: Собакино, Усмань, Усмань на Собакиной поляне; ныне село называется Новая Усмань, это — центр Новоусманского района Воронежской области). У реки располагался еще один караульный остро­жек, источники XVII в. называют его «Собацким». По правому берегу р. Усмани от острожка к Истобенскому ле­су стояли надолбы в 3 ряда на 1220 саженях (2,5 км). В 1669 г. А. Еропкин нашел, что надолбы «погнили и от по­левых пожаров погорели» на 410 саженях. Далее до Хрено­вой поляны вдоль р. Усмани шли «топкие места», татарских перелазов здесь не было. От Хреновой поляны начиналась военная зона городка Орлова.
В описаниях воронежской военной зоны вплоть до 70-х годов XVII в. обычно упоминается еще одна линия укрепле­ний—Так называемые «вербиловские крепости». Эти укреп­ления находились в северной части Воронежского уезда, на правом берегу р. Воронежа. Здесь от с. Вербилова к северу примерно на 5 км до речки Ериловки и с. Грязного стояли надолбы. Надолбами было защищено и само с. Вербилово.
Среди надолб находился, как сообщает в 1669 г. А. Еропкин, «для убежища от воинских людей стоячий городок». После основания г. Усмани и строительства усманского земляного вала «вербиловские крепости» в Воронежском уезде в 50-х юдах XVII в. еще некоторое время имели значение. Они за­крывали путь татарским отрядам, которые могли обойти усманские укрепления с севера. Но в 60—70-х годах после строительства Белоколодска и возникновения Белоколодского участка Белгородской черты с передовыми укреплениями на левом берегу р. Воронежа «вербиловские крепости» ока­зались во второй линии обороны и постепенно потеряли смысл.
Общая протяженность Воронежского участка Белгород­ской черты (без вербиловских укреплений) составляла при­мерно 48 км