[
Ответ на сообщение irene ]
Спасибо за интересную информацию.
О Сесилии мне тоже известно только то, что есть на сайте Тарданов - что вышла за морского офицера и что мужем ее дочери был Paul Mittelstett.
Думаю, что вы в курсе истории колонии Шаба. Я вам в личном сообщении выслал родословное дерево колонистов.
Расскажу о дяде Сесилии - инженере Леоне Шанцере. Он упоминается в цитате с сайта Тарданов.
Винокуренный завод Шанцера«…Для меня колония Шаба гораздо лучше Аккермана; за одну ее улицу, обстроенную красивыми домиками, усаженную громадными белыми акациями, а далее утонувшую в садах, наполненных цветами, я не взял бы целого уездного городка с его жалкими провинциальными затеями…» – так писал известный этнограф Афанасьев-Чужбинский.
Движущей силой шабского виноделия был Луи-Винсен Тардан – педагог, ботаник, эксперт виноградарства, основатель швейцарской колонии Шабо в Бессарабии.
Тарданы беспрерывно улучшали лозы, ездили за границу и следили за современным состоянием виноделия.
Для соблюдения технологии из Австрии был приглашен инженер-химик Леон Максимилианович Шанцер.
Леон Шанцер родился в 1836 году в Вене, окончил университет и в начале 1860-х годов прибыл в Бессарабию.
Здесь молодому австрийцу приглянулась внучка основателя колонии – Виргиния Тардан. В 1863 году сыграли свадьбу, и через несколько лет у них было уже трое дочерей и сын – Леонтина (1864), Анна (1865), Гортензия (1870) и Виргилий (1867).
Вина в те годы продавались исключительно на разлив, и только во второй половине 1860-х понемногу началась бутылизация, после чего шабские и аккерманские вина появились в гостиницах, ресторациях и буфетах.
«…Бутылочное вино – мечта любого винодела; всякий мечтает о том, какую высокую цену он взял бы за свое вино, если бы продавал его бутылочным.
Бутылочное вино подымает репутацию фирмы, этикетка которой находится на каждой бутылке…» - так писал в своем труде технолог-винодел Леон Шанцер.
Он стал признанным экспертом, участвовал в сельскохозяйственных выставках, проводил химический анализ вин.
Практиковал «вкусовое исследование образцов», или как мы сейчас говорим – дегустацию.
«...Я не из тех, что много пьют, и однако, перепробовав, правда с тремя перерывами, 60-90 проб в один день, не чувствовал ни малейшего опьянения, а просто чувствовал усталость…»
В 1892 году инженер-технолог Леон Максимилианович Шанцер перебирается в Аккерман.
Здесь он является активным членом правления Аккерманского отделения Императорского российского общества садоводства, проводит экспертизы вина местных садоводов.
А на берегу лимана, около спуска к 1-му причалу, Шанцер открывает свой фруктово-винокуренный завод.
На снимке Геровича, сделанном примерно в это время, видны покосившиеся развалины какого-то производства. Кто был предыдущим хозяином этих строений - установить пока не удалось.
Здесь Леон Шанцер обустраивает винокурню с паровой машиной в 2 лошадиные силы.
«..Для устройства сарая спасательной станции и при нем покоя избрано место между городской пристанью и заводом Шанцера» - писали Одесские новости в 1892 году.
Завод упоминается в справочниках «Вся Россия» за 1895 и 1897 годы.
В 1900 году в Петербурге вышел труд Леона Шанцера «Винодѣлие и погребное хозяйство: руководство для виндѣлов, виноградарей и виноторговцев». Даже в наши дни эта книга представляет интерес для виноделов.
Интересная работа, приносящая к тому же немалый доход, растущее производство, уважение и почет в обществе, любимая жена и дочери – все приносило удовлетворение.
Но была одна проблема…
Сын Виргилий увлекся радикальными левыми идеями.
Еще конце 1880-х, во время обучения в гимназии в Николаеве, Виргилий Шанцер входил в группу народовольцев.
В Аккермане его радикализм обострился. Он не желал быть добропорядочным буржуа, как его родители, он хотел считаться пролетарием.
Виргилий поджёг фабрику своего отца в день окончания страховки.
На берегу Днестровского лимана остались стоять развалины бывшего фруктово-винокуренного завода...
Семья резко обеднела. Они переехали в Одессу, где сняли квартиру в доме на углу Ремесленной и Малой Арнаутской. Дочь Анна вышла замуж за армейского пехотного офицера Сергея Борзякова и уехала в Бендеры.
Леон Максимилианович попытался опять открыть винокуренный завод в Одессе. Но невзгоды подорвали его здоровье, и в 1905 году он скончался...
…А его сын, Виргилий Леонович Шанцер, сделался профессиональным революционером и прожил бурную, но короткую жизнь.
С 1901 года он вёл подпольную работу в Москве под партийным псевдонимом Марат, был раскрыт и сослан в Восточную Сибирь.
В 1903 году после II съезда РСДРП стал большевиком. В 1905 году принимал активное участие в подготовке Декабрьского вооружённого восстания в Москве, за что был арестован и в выслан под надзор полиции в Енисейскую губернию. Бежав из ссылки, выехал за границу.
Шанцер-Марат отрицал легальные методы борьбы революционеров, требовал отзыва депутатов-большевиков из Государственной Думы.
В 1910 году вернулся из эмиграции в Россию и через год после тяжёлой болезни скончался в Москве.
Именем революционера до 2016 года называлась улица в г.Белгороде-Днестровском (современная Педагогичная около Педучилища).
ОБРАТИТЕ ВНИМАНИЕ на то, что