Русская культура: традиции, обряды, украшения, одежда и т.п.

Глава 1. О царех, и царицах, и о царевичах, и о царевнах, и о женитьбе царской каким обычаем бывает веселие.

1. Великий князь Иван Васильевичь Московский, Гордый, со многими своими князи и з боляры, ходил войною со многими войски под Казанское, и Астараханское, и Сибирское царствы; и Божиим изволением, пленил тех царств царей, сь их государствы и з землями, и поселил в тех государствах и землях многих людей, християн, для укрепления. И с того времяни учинился он великий князь над Московским государством, и над теми взятыми царствы, и над прежними княжствы, царем и великим князем Иваном Васильевичем всеа Русии; и таковым обычаем в Росийской земле началося царствование.
Княжествовавше же той великий князь, и потом царствова, правивше государство свое в ярости и во злобе силне, тиранским обычаем, и имеяй со окрестными государствы войну и розвратие. Когда ж ему не случися быти со окрестным государствы в розвратии, и тогда пленил подданных своих, единоверных християн, и многи мучителства над князи и боляры своими и простыми людми показа; понеже и сына своего смири на оный свет, пробиша его осном своим, и единаго митрополита повел задушити подушкою. Царствова же той царь, преставися.

2. По смерти же того царя, на Московском царстве учинился царем сын его царевичь Феодор Ивановичь, а другому сыну его, царевичю Димитрию, с материю его, дан был в удел город Углечь с уездом. Бысть же той царь и великий князь Феодор Ивановичь всея Русии на Московском государстве зело тих и боголюбив, не таков яко отец его, и некоторого велможу, зовомаго Борис Годунов, перваго конюшего боярина, учинил над государством своим во всяких делах правителем; а сам предался смирению и на молитву. Той же боярин, правивше государство неединолетно, обогатися зело; проклятый же и лукавый сотана, искони ненавидяй рода человеча, возмути его разум, всем бо имением, богатством и честию исполнен, но еще несовершенно удоволен, понеже житиe и власть имеяй царскую, славою ж несть. И дияволим научением мыслил той боярин учинитись царем, и чрез какой бы обычай; и сь единомышленными своими умыслил послати некоторых людей во град Углечь, обещая им великую честь и богатство, чтоб они царского брата царевича Димитриа убили. Те же посланные люди, по повелению его, то и сотворили, пререзали тому царевичю гортань; и того ж времяни и самих их забойцов гражане побили. И как ему боярину ведомо учинилось, что по его мысли все совершилось, велми радостен бысть; и скоро о смерти его царю объявил, что тот его брат, играя с младенцами своими, убился сам. Царь же уведав о том, велми опечалился, и очей своих ни на един час от слез не осушил, и умыслил ехать тело брата своего погребсти и проведать, каким обычаем ему смерть учинилась; той же Борис Годунов послал во град Углечь многих людей, и по дорогам поставил заставы под смертною казнию, чтоб никто о том убиении подлинные ведомости не сказал, но чтоб сказывали все по его приказу, как он об нем сказал царю, так же которые писма от матери его царской будут писаны к царю, приносили б к нему. Царю ж на погребение брата своего с Москвы ехавшу, и бывшу у Троицы, в первом Московском монастыре, от Москвы 60 верст, и тот зломышленный болярин велел на Москве дворы зажигати и грабити, и людей побивати; и от того учинилося великое смятение, и кроворазлитие, и пожар, по всей Москве. Он же боярин прииде к царю и поведа, что на Москве учинилося великое смятение и пожар, чтоб он возвратился к Москве, а брата своего приказал погребсти без себя; понеже, его приездом, оживления ему не будет. Царь же послушав его, то и сотворил. И которые люди посланы были от него боярина по городом, и на заставы, и к Москве дворов зажигати, дворы их всех погорели; той же боярин, страшась тех людей, чтоб на него чего не объявили и ему чего не учинили, давал им из своей и из царской казны множество имения и богатства. Царствова же той царь, по смерти брата своего в печали немнога лета, преставися.

3. По смерти же того царя, на Московском царстве учинился царем той боярин Борис Годунов, и царства его было немнога лета; и после того в Росийском царстве начало быть в людях смятение и 3 неприятелское нахождение свыше прежнего. И в те смутные времена, из некоторого монастыря черной дьякон, покиня свое черное платье, был в Полше у Сердомирского за челядника, и назвался царевичем Димитрием царя Ивана Васильевича сыном; и в скором времяни, чрез многой свой умысл и через допоможение Полских войск, достал Московское государство под свое владенье, и был царем; а того Сендомирского дочь взял за себя. И в то время его многие люди узнали, что он не прямой царевичь Димитрий, вор Гришка Отрепъев, которой был черньцем; однако не смели против него ничего говорить. А как начал царствовать, и в Росийском государстве учал было заводить вновь веру папижскую, и Греческия церкви переделывать в костелы Лятцкие и многие пакости чинил, - и ему того не потерпели, бояре и всякого чину люди, умышляли чем бы такого воровского царя искоренить. И по их замыслу, скоро то и совершилось: каковым обычаем достал он себе царство вскоре и царствовал не истинно, и такова ему скоро смерть учинилась. Поляков же и Литву, которые были при том лживом царе и в городех, начали их побивати, и из Московского государства выбили в свое государство; и от того с короною Полскою и с Литвою ноипаче была война. А по том царе и иные такие ж воры пролыгався называлися царевичем Димитрием; и таким людем но замыслам их и конец им был таков же.

4. По смерти же того вора лживого царя, на Московском царстве был некто из боляр, роду великого Шуйских, царь и великий князь Василей Ивановичь; и при царстве его с Поляки и с Литвою потомуж бысть война. И царствова той царь, преставися.

5. По смерти же того царя учинился царем, племене царского по роду Романовых, царь и великий князь Михайло Феодоровичь, всеа Русии самодержец. Присвоение ж имея к царю Ивану Васильсвичю такое: понеже роду их Романовых за царем Иваном Васильевичем была Настасея Романовна, а у ней был брат родной боярин Никита Романовичь, и от того ее брата родилися два сына, Федор да Иван, и от Федора родился Михайло Феодоровичь, которой был царем. С начала ж царствования его еще с Поляцы войне от кроворазлития престати не минуша. И бысть при царе Василии Ивановиче и при царе Михайле Феодоровиче война с Поляки велия, мало государству не опустети. Царю ж и великому князю Михаилу Феодоровичю от кроворазлития християнского успокоившуся, правивше государство свое тихо и благополучно. Отец же его Феодор, во иноческом чину Филарет, при его царстве бысть в Московском государстве патриархом. Бысть же у того царя два сына: царевичь Алексей Михайловичь, и той бе зело тих был в возрасте своем, как и отец; вторый же Димитрий, с младенческих лет велми был жесток, уродился нравом прадеда своего первого Московского царя. Людие же, роду великого и среднего, которые блиски приходити к царю и к царевичам, мысляше о нем, что еще в младых суще летех зла творит много, понеже по смерти отца своего наипаче болше зла творити начнет, усмотривше времяни час упоиша его отравами; и от того скончася, никто же о том домыслися, яко бы пришел ему час смерти. И царствова той царь во успокоении, преставися.

6. По смерти же его осталися: сын его царевичь Алексий Михайловичь да три тщери царевны. И мало время минувше, патриарх, и митрополиты и архиепископы и епископы, и архимариты и игумены, и весь духовный чин, соборовали, и бояре и околничие и думные люди, и дворяне и дети боярские, и гости и торговые и всяких чинов люди, и чернь, после смерти прежнего царя на царство обрали сына его, нынешняго царя, и учинили коронование в соборной болшой первой церкве и молили Бога. А когда царя коронуют, и в то время бывает ему помазание елеом, и потому имянуется Помазанник. И после того власти, и бояре и ближние и всяких чинов люди, на государстве его поздравляли. И по поздравлению, патриарх, и митрополиты и архиепископы и епископы, и иныя власти, царя благословляли образами и подносили хлебы, и бархаты, и объяри и отласы и камки золотные и простые, и соболи, и серебряныя сусуды; а бояре и ближние люди, и столники, и стряпчие, и дворяне Московские, и дьяки, и жилцы, и полковники, и дворяне и дети боярские городовые, и гости, и служилые люди, дарили против тогож что и власти; а сотенные, и торговые, и из городов посадцкие люди, подносили хлебы с солью, и дарили против такого ж обычая, у кого что прилучилося; а было тех дворян, и детей боярских, и посадцких людей, для того обрания, человека по два из города. И потом у царя на властей, и на бояр, и на всяких чинов людей, были пиры. И после того времяни царь с патриархом советовал, и со властми и з бояры и з думными людми говорил, чтоб ему сочетатися законным браком; и патриарх, и власти на такое доброе дело к сочетанию законныя любви благословили, а бояре и думные люди приговорили. И сведав царь у некоторого своего ближнего человека дочь, девицу добру, ростом и красотою и разумом исполнену, велел взяти к ceбе на двор, и отдати в бережение к сестрам своим царевнам, и честь над нею велел держати яко и над сестрами своими царевнами, доколе сбудется веселие и радость. И искони в Росийской земле лукавый дьявол всеял плевелы свои, аще человек хотя мало приидет в славу и честь и в богатство, возненавидети не могут. У некоторых бояр и ближних людей дочери были, а царю об них к женидбе ни об единой мысль не пришла: и тех девиц матери и сестры, которые жили у царевен, завидуя о том, умыслили учинить над тою обранною царевною чтоб извести, для того, надеялися что по ней возмет царь дочь за себя которого иного великого боярина или ближнего человека; и скоро то и сотворили, упоиша ея отравами. Царь же о том велми печален был, и многа дни лишен был яди; и потом не мыслил ни о каких высокородных девицах, понеже познал о том, что то учинилося по ненависти и зависти. И после того времяни случися ему быти в церкве, где коронован, и узре некоторого Московского дворянина Ильи Милославского две дочери в церкве стоят на молитве, послал по некоторых девиц к себе на двор, велел им того дворянина едину мнейшую дочь взяти к себе в Верх; а как пение совершилось и в то время царь пришед в свои хоромы, тое девицы смотрил и возлюбил, и нарек царевною, и в соблюдение предаде ея сестрам своим, и возложиша на нее царское одеяние, и поставил к ней для оберегания жен верных и богобоязливых, дондеже приспеет час женидбы.

7. Царю ж отложивше всякие государственные и земские дела правити и росправу чинити, почал с своими князи и бояры и околничими и думными людми мыслити о женидбе своей, кого из бояр и из думных и из ближних людей, и из их жен, обрати в какой свадебной чин, во отцово и в материно место, и в сидячие бояре и в боярыни, и в поезжаня, в тысецкие и в бояре и в дружки, и в свахи, и в свещники и в коровайники и в конюшенной чин и в дворецкие, так же и с царевнину сторону сидячих бояр и бояронь и дружек и свах. И мысля о том многие дни, указал, для такия своея царския радости, думным дьяком росписати на роспись: кому в каком в том свадебном чину бояром и околничим и думным и ближним людем, и их женам, в чинех же быти, по своему обранию, кого в какой чин излюбил, не по родом и не по чином и не по местом, где кому в каком чину указано быти, и тому по тому и быти, а написав тое роспись, закрепити им же дьяком и поднести ceбе. А свой царской указ бояром, и околничим, и думным и ближним людем, велел сказати, при многих людех: чтоб они к тому дни, в которой день у него будет радость, в том чину кому где указано быть, были готовы без мест, не по роду и не по чином; а как у него будет радость, и в те дни будет кто из них бояр и околничих и думных и ближних людей учинят в свадебном деле, породою своею или местами или чином, какую смуту, и в том свадебном деле учинится помешка, и того за его ослушание и смуту казнити смертию, безо всякого милосердия, а поместья его и вотчины взяти на царя; так же и после свадбы никому никого никакими словами о свадебных чинех не поносити, и в случаи не ставити, кто кого в чину выше ни был, а кто кого учнет поносити, а себя высити, и про то сыщется, и тому от царя быти в великой опале и в наказании.

8. А бывают свадебные чиновные люди таковы: с царскую сторону первой чин, отец, мать, сидячие, которые бывают за царского отца и мать; 2-й чин поезжаня, протопоп с крестом, тысецкой, и тот тысецкой в поезду болшим чоловеком; потом царь; восемь человек бояр, и тех поезжан чин таков: бывают с царем и с царицею у венчания в церкве, и за столами сидят выше всех людей; дружка, поддружье, чин их таков: на свадбу созывают гостей, и в свадбе от тысецкого и от царя говорят речи, и розсылаются з дарами; свахи, дружковы жены, чин их таков: царицу укручивают и оберегают, и платье надевают и снимают; свечник: как царицу укручивают перед венчанием, и он в то время держит свечю; коровайники, которые носят к церкве и от церкви хлеб на носилках, а бывают те носилки обиты бархатом золотным и покрыты пеленою шитою да соболми; конюшей, с своим чином; третей чин сидячие бояре и боярыни, по 12 человек мужского полу и женского, которые сидят гостми за столами, с царским отцом и с матерью вместе, а в церковь с царем не ходят; четвертой чин дворецкой, с своим чином, у поставца у ествы и у питья. С царицыну сторону первой чин: отец и мать родные; другой чин сидячие бояре и боярыни; 3-й чин дружка, свахи, дружкины жены; свечник, коровайники, против токого ж обычая.
Да на свадбе ж кому носити еству и питье, столником, пред царя и царицу и во все столы перед чиновных людей, кому где ведено быти по росписи: и те б были потомуж без спору.

9. А как приспеет день день женидбе царской, и в навечерии того дня бывает у царя стол, на бояр и на бояронь, и на отца и мать невестиных; и сидят царь с невестою своею за столом, а бояре и боярыни за розными особыми столами. И пред ествою царской духовник, протопоп, царя и царевну благословляет крестом и велит им меж себя учинить целование; и потом бояре и боярыни царя и царевну поздравляют обручався. И евши и пив царь царевну отпустит к сестрам своим, по прежнему; а бояре и их жены розъедутся по домом.

10. И наутрее того дни, в которой быть женитбе, бывает царь в первой соборной церкве и молебствует; и по молебствовани патриарх благословляет царя крестом и кропит водою святою, и царь прикладывается к образом и святых к мощем, а потом благословляетца у патриарха о женидбе своей, и патриарх его благословляет словом. И пойдет царь из церкви в другую соборную ж церковь, где погребены прежние цари, и в то время отправит по мертвых пение; и учиня у гробов прощение, пойдет к себе.себе.

11. О чину как устраивают свадебной чин. Первое полату нарядят, объют бархаты, и постелют ковры Турские и Персицкие болшие; и учинят поставят царское место, где сидеть царю и его царевне, и перед ними стол, да столы ж, за которыми сидеть бояром и бояроням, и на тех столех положат скатерти да хлеб с солью. А царь в то время устраиваетца во все свое царское одеяние, так же как и при короновании; а новую царевну прикажет нарядити во все царственное ж одеяние, опричь короны, а положат на нее венец девичей; и в то ж время и бояре, и все свадебные чины, и столники, и стряпчие, и дворяне Московские, и дьяки, и полковники, и головы, и гости, устроятся в золотое одеяние. А как то все устроится, и о том известят царю, и мало время минувше укажет царь царевнину отцу и матере, и всему чину ея половины, итти с нею в тое полату и ожидати своего пришествия; и как царевна, со отцем своим и с матерью и з свадебным чином, в полату войдут, и в то время царевну посадят на ее устроеное место, а сами ожидают царского пришествия у своих мест, где устроено им сидеть. И как о том царю ведомо объявится, что они со всем чином в полату пришли и устроилися, и царь скажет духовнику своему протопопу, что ему итти час, и духовник начнет говорить молитву, а царь и чин свадебной молятся образам; и по молитве духовник свадебной чин и царя благословляет крестом, и дружки и свадебной чин благословляются у отца и у матери, которые устроены за царского отца и мать, ехать по новобрачную невесту; и потом царь благословляется же, и отец и мать дают благословение словом: «благослови Бог!» и потом пойдут протопоп, и чин, и царь; а перед ними идут коравайники, несут хлеб. А как приходят к той полате где устроено, и протопоп учнет свадебной чин и царя благословляти крестом, и входит наперед в полату протопоп, и чин, и царь; а царевна в то время и eе чин стоят. А вшед протопоп, и чин, и царь, молятся образом, и потом дружки и поддружья у отца и у матери невестины благословляются новобрачному и дщери их садитися на место; и они их благословляют словом же. А как царь и царевна сядут на место на одной подушке, и потом сядут и бояре и весь свадебной чин по своим местом за столы, и учнут пред царя и пред царевну, и пред свадебной чин, носити есть столники и ставити ествы по одному блюду на стол, а не все вдруг; и в том столе, где сидят бояре и боярыни, ставитца одной ествы блюд по пяти, потому что иные сидят от первых людей один от другого вдали; а как еству испоставят, и в то время встав духовник начнет пред ествою говорити молитву: «Отче наш», а соверша молитву, садятся по местом; и потом дружки и поддружья учнут благословлятися у отца ж и у матери новобрачной косу чесати, а протопоп и свадебной чин начнут ести и пити, не для того чтоб досыта наестся, но для чину такого, а пред царя есть ставят и розрезывают и отдают с стола, а он не ест; и в то ж время как у новобрачной косу росчешут, дружки благословляются у отца и у матери новобрачную крутити и они потомуж благословляют словом; а как начнут косу чесати и укручивати, и в то время царя и царевну закроют покровом и держат покров свещники, а косу розчесывают свахи и укручивают; да в то ж время пред царем стоит на столе, на болшом блюде, хлеб да сыр, и тот хлеб и сыр начнут резать и класть на торелки, да сверх того хлеба и сыра на те ж торелки кладут дары, ширинки от новобрачной, по росписи, и подносят наперед священнику да отцу и матере невестиным да тысецкому, потом царю и поезжаням и сидячим бояром и бояроням, и дружки ж себе и свахам и конюшему и дворецкому и чином их, по росписям же; а укрутя новобрачную покроют покровом тем же, которым были закрыты, а на том покрове вышит крест, а венец девичей бывает снят и отдан в сохранение; так же и к царскому отцу и матере, и к царевнам, и к сидячим бояром и бояроням, хлеб и сыр и дары посылают с невестиным дружкою, а к патриарху белого полотна сколко доведется; бывают те дары ширинки тафтяные белые, шиты кругом золотом и серебром, около кисти золото с серебром, а иные золото и серебро с шолком. И после того окручения, из за третьие ествы протпоп встав из за стола учнет говорити по обеде молитву, и потом дружки у отца и у матери учнут благословлятися царю с царевною и с поездом итти к венчанью, и они их благословляют; и потом отец и мать царя и новобрачную благословляют образами окладными, обложены золотом с каменьем, и с жемчюгом, и потом отец и мать дочь свою взяв за руку отдают царю в руки и прощаются; а как пойдут в церковь, и в то время в полате протоцоп благословляет коровайников и свещников, и свадебных людей, и царя и царевну, крестом, а пойдут к венчанию к той церкве где служить духовник, и где мимо той церкви ходят в Верх к царю через сени всех государств послы, и приходя к церкве також протопоп благословляет крестом всех, и потом входить в церковь; а ис полаты царь к церкве идет с царевною вместе, и ведет ее за правую руку; и в то время учнут во все колокола звонити, и во вcеx церквах Бога молити о здоровье его царском и о царевнине и о сочетании законного браку. А вшед в церковь царь и царевна станут среди церкви, блиско олтаря, и постелют под них на чом стояти объяри золотной сколко доведется, и с одну сторону царя держать под руку дружка, а царевну сваха; и протопоп устрояся во одеяние церковное, начнет их венчати по чину, и в то время царевну открывают; и возлагает на них протопоп венцы церковные, а по венчании подносит им из единаго сосуда пити вина Французского красного, и снимет с них церковные венцы, и взложат на царя корону. И потом протопоп поучает их, как им жити: жене у мужа быти в послушестве и друг на друга не гневатися, разве некия ради вины мужу поучии ея слехка жезлом, занеже муж жене яко глава на церкве, и жили бы в чистоте и в богобоязни, неделю и среду и пяток и все посты постили, и Господьския празники и в которые дни прилучится празновати Апостолом и Еуангелистом и иным нарочитым святым греха не сотворили, и к церкве б Божии приходили и подаяние давали, и со отцем духовным спрашивались почасту, той бо на вся блага научит. А соверша протопоп поучение, царицу возмет за руку и вдает ю мужеви, и велит им меж себя учинити целование, и по целовании царицу покроют; и потом протопоп и свадебной чин царя и царицу поздравляют венчався. А по поздравлении протопоп розвлачась, идет из церкви вон, и весь свадебной чин, и царь и царица, и в сенях у дверей протопоп против прежняго ж начнет всех благословляти крестом, и идут в царския полаты; и тысецкой дружку посылает, наперед их приходу, к царскому и к царицыну отцем и матерем, и к сидячим бояром и бояроням сказати, что царь с царицею венчались в добром здоровье и идут к ним - и они отвещают, что они пришествия их ожидают; а сказав дружка воротится и скажет их речи тысецкому. А как царь идет ис церкви в хоромы, и в то время бывает звон во все колокола. Да в то ж время как царь с царицею венчаются, царской отец и мать и бояре и боярыни сойдутца все вместе, в тое полату, где окручение было; а как царь и свадебной чин входят в полату, и у полаты протопоп благословляет крестом всех по прежнему ж, - и в то ж время отец и мать царские царя и царицу благословляют образами окладными, и потом отцы и матери и бояре и боярыни царя и царицу поздравляют венчався; и садятца за столы царь с царицею, а бояре и чин свадебной за своими столами, и начнут носити есть, и едят и пьют до тех мест, как принесут еству третьюю, лебедя, и поставят на стол; - и в то время дружка у отца и у матери, и у тысецкого, благословляются новобрачному с новобрачною итти опочивать, и они их благословляют словом же; и царь и царица, и отец и мать, и иные немногие люди и жены провожают их до той полаты, где им опочивать, и проводя пойдут все прочь по прежнему за стол, и едят и пьют до тех мест, как от царя ведомо будет.

12. А как начнет царь с царицею опочивать, и в то время конюшей ездит около той полаты на коне, вымя мечь наголо, и блиско к тому месту никто не приходит; и ездит конюшей во всю ночь до света.

13. И испустя час боевой, отец и мать, и тысецкой, посылают к царю и царице спрашивати о здоровье. И как дружка приходя спрашивает о здоровье, и в то время царь отвещает что в добром здоровье, будет доброе меж ими совершилось; а ежели не совершилось, и царь приказывает приходить в другой ряд, или и в третьие; и дружка потомуж приходит и спрашивает. И будет доброе меж ими учинилось, скажет царь, что в добром здоровье, и велит к себе быти всему свадебному чину и отцем и матерем, а протопоп не бывает; а когда доброго ничего не учинится, тогда все бояре и свадебной чин розъедутца в печали, не быв у царя.царя.

14. А как свадебной чин приходить к царю, и отцы и матери, и весь чин царя и царицу поздравляют сочетався законным браком, и царь жалует подает им кубками и ковшами питья, и потом и царица подает же; и потом царь велит принесть себе и царице есть лехкое, потому что тот день весь постили, и едят с царицею вместе. А как откушают, и в то время сказывает царь свадебному чину, чтоб они ехали к себе, и наутрее были к обеду, и сьезжaлись бы все преж обеда; а сам с царицею по прежнему начнет опочивать.

15. И наутрее того дни, царю и царице готовят мылни, разные, и ходит царь в мылню, а с ним дружка да постелничей; а как царь выходит из мылни, и в то время возлагают на него срачицу и порты и платье иное, а прежнюю срачицу велит сохранити постелничему; а после того слушает царь заутрени, доколе царица в мылни; и как ее во одеяние нарядят, и в то ж время и бояре сьезжаются к царю. А как царица пойдет в мылню, и с нею мать и иныя ближния жены и сваха, и осматривают ее сорочки; а осмотря сорочки, покажут царской матере и иным сродственным женам немногим, для того что ее девство в целости совершилось, и те сорочки, царскую и царицыну, и простыни, собрав вместо, сохранят в тайное место, доколе веселие минется; и потом из мылни выходит в свои полаты. А как царю о том ведомо учинитца, что уж из мылни вышла и по чину изготовились, и в то время царь со всем своим поездом ходит к царице; а царица в то время бывает во всем своем одеянии, и в венце царском; и чиновные люди царя и царицу поздравляют; а потом царица подносит мылные дары царю, и бояром, и всему свадебному чину, сорочки и порты, а бывают те сорочки и порты тяфтяные и полотняные, шиты золотом и серебром. И потом царь с поезжаны ходит к патриарху, и патриарх его благословляет и поздравляет; и от патриарха ходит царь по церквам своим и молебствует, а по молебствовании прикладывается к образом.азом.

16. А как приспеет обед, и в то время царь и с царицею едят в той же полате, где сперва чин начался, а словет тот стол княжей; и садитца царь с царицею за своим столом на маестатех, а чиновные люди и боярыни в прежних своих местех; и по обеде ставят на стол овощи всякие, сахары и ягоды и иные диковинки; и в то время царь и царица и все чины стоят; и сперва царя и царицу отец и мать посаженые, и царевны, и сидячие бояре и боярыни, и тысецкой, начнут благословляти образами окладными, и потом царя дарят бархатами я отласами и камками и объярми золотными и серебряными, и собольи, и серебряными кубками, так же и царицу дарят бархатами ж и отласами и камками и объярми, и соболми, и пернстми золотыми с каменьем, и сосуды серебряными, у кого что прилучилось; и етчи и пив за здоровья их государские, того дни бояре и все чины розъедутца по домом. Таким же обычаем и на третей день у царя потомуж бывает стол от новобрачной царицы, на бояр же и на свадебной чин, а называетца тот стол княгинин, и обедают противо прежнего ж; а после стола за овощами начнут царя и царицу образами благословлять, царицын отец и мать и ее сродичи, и сидячие бояре и боярыни, и дарят против того ж, как и царские чиновные люди; и етчи и пив потомуж все чины розъедутца по домом.

17. А как то веселие бывает, и на его царском дворе и по сеням играют в трубки и в суренки и бьют в литавры; а на дворех чрез все ночи для светлости зжгут дрова, на устроеных местех; а иных игр, и музик, и танцов, на царском веселии не бывает никогда.огда.

18. В четвертый же день у царя бывают патриарх, и митрополиты и архиепископы и епископы, и архимариты и игумены, и келари, на обеде; и по обеде патриарх и власти царя и царицу благословляют образами, и потом дарят против того ж, как и бояре; и те образы и дары у патриарха и у болших властей царь и царица приимают сами, а у иных властей велят принимать. А потом царь и царица подносят им кубками и ковшами питья, и власти, пив за их государское здоровье, розъедутца по домом; и потом к патриарху и ко властем бывают от царя и от царицы милостиня, денгами, и подарки полотняные, и подачи ества и питье.

19. Таким же обычаем в-ыные дни бывают столы на столников на стряпчих на дворян Московских, и на гостей, и на сотенных людей старост, и на городовых выборных посадцких людей; и те люди царю и царице дары подносят против того ж, у кого что прилучилося; и те дары царь принимает сам, а царицы в то время не бывает.

20. Попов и дьяконов, и служебников соборных церквей и иных, кормят на царском дворе не по один день, а иным есть и пить дают в домы; да им же дают денги, что они за их государское здоровье молили Бога, по 10 и по 5 рублев и менши, а меншое самое по полтине, смотря по церквам, как кому годовое царское жалованье идет. А в городы посылают царские грамоты, соборных и иных церквей попом и дьяконом велят давать молебные денги, против Московскпх вполы, из городцких доходов. Да с Москвы ж в городы по монастырем посылаются столники, стряпчие, жилцы с милостиною и с молебными денгами, и кормить черпцов - и дают денги по 5 рублев и по 4 и по 3 и по 2 и по рублю и по полтине и менши человеку чернцу, смотря по человеку, да по полотенцу и по 2 платка; а они против того тех людей благословляют образами и дарят, из монастырской казны, чем прилучилось.

21. А по веселии его царском, пойдет царь с царицею по Московским монастырем, и молебствуют, и кормят чернецов, и дают милостиню: архимаритом, и игуменом, и келарем по 20 и по 15 и по 10 рублев человеку, соборным и рядовым по 5 и по 4 и по 3 и по 2 и по рублю человеку, да по полотенцу, и по два платка; а как царь и царица с монастыря пойдут, и в то время власти с братьею царя и царицу благословляют образами окладными, и подносят хлебы. И потом царь и царица ходят по богаделням и по тюрмам, и дают милостиню ж; так же и нищим и убогим людем дают по рублю и по полтине и менши человеку. И тех денег росходится множество тысечь.

22. Да в то ж время, как царя коронуют и веселие бывает, на Москве и в городех всех воров свобождают на волю, кроме самых великих убийственных дел.

23. А по всей его царской радости, жалует царь по царице своей отца ее, а своего тестя, и род их: с ниские степени возведет на высокую, и кто чем не достатен сподобляет своею царскою казною, а иных розсылает для покормления по воеводствам в городы, и на Москве в Приказы, и дает поместья и вотчины; и они теми поместьями и вотчинами, и воеводствами, и приказным сиденьем побогатеют.

24. О покоех царских. У царя и у царицы покои свои особые; и видают царицу бояре и ближние люди времянем, а простые люди мало когда видают. И на празники господския, и в воскресные дни, и в посты, царь и царица опочивают в своих покоех порознь; а когда случитца быти опичивати им вместе, и в то время царь по царицу посылает, велит быть к себе спать, или сам к ней похочет быть. А которую нощь опочивают вместе, и наутрее ходять в мылню порознь, или водою измыются; а не быв в мылне, или не измывся водою, в церковь и ко кресту не приходят, понеже поставлено то в нечистоту и в грех, и не токмо царю и царице, но и простым людем запрещено.

25. Сестры ж царские, или и тщери, царевны, имеяй свои особые ж покои разные, и живуще яко пустынницы, мало зряху людей, и их люди; но всегда в молитве и в посте пребываху и лица свои слезами омываху, понеже удоволство имеяй царственное, не имеяй бо себе удоволства такова, как от Всемогущаго Бога вдано человеком совокуплятися и плод творити. А государства своего за князей и за бояр замуж выдавати их не повелось, потому что князи и бояре их есть холопи и в челобитье своем пишутца холопми, и то поставлено в вечной позор, ежели за раба выдать госпожа; а иных государств за королевичей и за князей давати не повелось, для того что не одной веры, и веры своей отменити не учинят, ставят своей вере в поругание, да и для того что иных государств языка и политики не знают, и от того б им было в стыд.

26. 26. О рождении царских детей. Как приспеет время родитися царевичю, и тогда царица бывает в мылне, а с нею бабка и иные немногие жены; а как родится, и в то время царю учинится ведомо, и посылают по духовника, чтоб дал родилнице и младенцу и бабке и иным при том будучим женам молитву, и нарек тому новорожденному младенцу имя; и как духовник даст молитву, и потом в мылню входит царь смотрити новорожденнаго, а не дав молитвы, в мылню не входят и не выходят никто. А даетца новорожденному младенцу имя, от того времяни как родитца, счотчи вперед в восмой день, которого святаго день и ему то ж имя и будет. И пошлет царь к патриарху с ведомостью, что подаровал ему Бог царевича, и патриарх скоро идет в церковь, а потом и царь, и молебствуют; а по иным по всем церквам и в монастыри пошлют молебствовать же, и роздают милостиню ж нищим и убогим людем; а потом ходит царь по монастырем, и кормит чернецов и дает милостиню ж, так же и в тюрмы и в богаделни посылают милостиню болшую, да из тюрем же виноватых свобождают, кроме самых великих дел. Да того ж дни, как родится царевичь, бывает у царя на патриарха, и на властей, и на бояр родилной стол, а потом на попов и на дьяконов; а стрелцов и иных чинов людей жалует царь, велит поить на погребе питьем. А в городы, к митрополитом и к архиепископом и к епископом и к воеводам, и по монастырем, посылают столников и стряпчих и жилцов с царскими грамотами, чтоб они Бога молили за государские здоровья и за новорожденнаго царевича; а как те люди приехав в городы чин свой исполнят и грамоты отдадут, и после моления у властей и у воевод и в монастырех обедают, а по обеде власти благословляют их образами и дарят, и воеводы дарят же чем прилучитца, и тех даров от властей и от монастырей и от воевод бывает им немало; а как приедут они к Москве, и их спрашивают, кто чем дарил, и будет кто подарил скудно, а место или человек богатые, и о том царь бывает гневен, понеже будто тот человек не рад рождению того царевича. И после того бывают у царя крестины, в которой день ни прилучится, смотря по младенцову здоровью; а крестит того младенца патриарх; а воспреемник бывает первого Троицы Сергеева монастыря келарь старец, а кума царевна сестра, или свойственная царю и царице. И после крещения бывает на патриарха, и на властей, и на бояр, и на иные чины, стол; а после обеда благословляют власти царевича образами, и потом власти и бояре и иные чины подносят царевичю дары, и царь у патриарха и у болших властей и у бояр образы и дары принимает сам, а у иных менших властей и у менших чинов людей образы и дары велит принимать ближним людем; а царевича в то время не бывает; и пив заздравные чаши розъедутца по домом; так же и попом и дьяконом столы, и стрелцом и всяких чинов людем питье бывает против того ж, как в рождении. А дается стрелцом, и салдатом, и иным чином, питье не по мере: толко когда прилучатся такие дни, или празники, и им середи царского двора испоставят вина ведер по 100 и по 200 в кадях, да пива и меду против того в шестеро и в семеро; и кто хочет пить и окроме стрелцов, и ему пить волно; а с двора к себе никому домовь носити не дадут.

27. А как родится царевна, и в рождении ея, и в крещении, и в молебстве, бывает против царевича ж; а в иных домовых статьях и в роздаче денег перед царевичем бывает с убавкою.вкою.

28. А на воспитание царевича, или царевны, выбирают всяких чинов из жон, - жену добрую, и чистую, и млеком сладостну, и здорову, и живет та жена у царицы в Верху на воспитание год; а как год отойдет, и ежели та жена дворянска роду, мужа ее пожалует царь на воеводство в город, или вотчину даст, а подьяческая, или иного служивого чину, прибавят чести и дадут жалованья немало, а посадцкого человека, и таким потомуж дано будет жалованье немалое, а тягла и податей на царя с мужа ее не емлют, по их живот. Да у того ж царевича или у царевны, бывают приставлена для досмотру мамка, боярыни честная, вдова старая, да нянка и иные послужницы. А как царевич будет лет пяти, и к нему приставят для бережения и научения боярина, честью великого, тиха и разумна, а к нему придадут товарыща околничего, или думного человека; так же из боярских детей выбирают в слуги и в столники таких же младых, что и царевич. А как приспеет время учити того царевича грамоте, и в учители выбирают учителных людей, тихих и не бражников; а писать учить выбирают ис Посолских подьячих; а иным языком, Латинскому, Греческого, Неметцкого, и никоторых, кроме Руского научения, в Росийском государстве не бывает. И бывают царевичам и царевнам всякому свои хоромы и люди, кому их оберегати, особые. А до 15 лет и болши царевича, окроме тех людей, которые к нему уставлены, и окроме бояр и ближних людей, видети никто не может, таковый бо есть обычай, а по 15 летех укажут его всем людем, как ходит со отцем своим в церковь и на потехи; а как уведают люди, что уж его объявили, и изо многих городов люди на дивовище ездят смотрити его нарочно.

29. Царевичи же во младых летех, и царевны, болшие и меншие, внегда случися им итти к церкви, и тогда около их по все стороны несут суконные полы, что люди зрети их не могут, так же как и в церкве стоят люди видети их не могут же, кроме церковников, а бывают в церкве завышены тафтою; и в то время в церкве, кроме бояр и ближних людей, мало иные люди бывают. А как ездят молитися по монастырем, и тогда каптаны и колымаги их бывают закрыты тафтами ж. А учинены бывают царице и царевнам, для зимние езды, каптаны на санях избушками, обиты бархатом или сукном красным, по обе стороны двери з затворами слюдяными и з завесами тафтяными; а для летние езды колымаги зделаны на рыдванную стать, покрыты сукном же, входят в них по лесницам, а зделаны бывают на колесах просто как и простая телега, а не так как бывают кореты висячие на ремнях: и те колымаги и каптаны бывают о дву оглоблях, а дышел не бывает, и лошадей в них запрягают по одной, а потом прибавливают и иные лошади в припряжь.

30. Как бывает празновати поодиножды в году день рождения царского, или царицына, или царевичей и царевен, и того дни у царя на патриарха, и на властей, и на бояр, и на думных людей, бывают столы; и после стола патриарх моля Бога говорит речь заздравную, и пьет чашу наперед сам, потом подает царю и митрополитом и бояром; и пив за царское здоровье, так же и царицыно и царевичей и царевен, розъедутся по домом. А до стола как придет царь к себе, от себя и от царицы и от царевичей и от царевен, которого бывает день, властем и бояром и думным и ближним людем, так же и столником и дьяком и полковником и гостем, роздает имянинные калачи; а зделаны те калачи бывают долгие, аршина в два и в три, толщиною в четверть аршина; а попом и дьяконом и стрелцом корм и питье, и в тюрмы и в богаделни милостиня бывает против того ж, как о том выше помянуто. Да в те ж дни как празнуют их государские имянины, в войне и в городех болшие воеводы, и митрополиты, и в монастырех власти, делают столы на воинских и на иных людей, и на попов и на чернцов; а по обеде потомуж пьют заздравные чаши. Так же в те ж дни, на Москве и в городех, всякого чину люди работы никакие не работают, и в рядех не сидят, и свадеб не играют, и мертвым погребения не бывает.

31. О царевичах как будут два или три. После царя Ивана Васильевича осталися два сына, и един был царем, а другой с материю отделен был, как о том писано выше сего. Ныне же у царя три сына, един приходит в возраст, а другие млады; и при своем животе похочет ли которого женить, или отделить, так же ежели случится по смерти его быти всем живым, или еще вновь прибудут, а единого из них оберут царем, а иным таким же ли отделением жити, как сперва началось, или как об них вновь умыслят, и ежели он им было и отделение, а от них бы розмножились дети, а тем отделением прокормитися им было б скудно и мало: и о том написати не мочно, потому что такого образца не бывало. А даютца в удел городы не государственные; а царств Казанского и Астараханского и Сибирского, и государств Владимерского, Новгородцкого и Псковского давати, опасаются, понеже чрез великую силу достал первый царь под свое владение и привел в совокупление; а как бы то дано было, и тогда б они брату своему царю ни в чем не послушны были, а дети б их от них разлучились и стали б жить своим государством, а не послушенством, или б похотели быть у которого иного потентата в подданстве, и от того б приходило до великой смуты.

32. О преставлении царей и цариц и царевичей и царевен, и о погребении их. Когда лучится царю от сего света преселитися во оный покой, и тогда пошлют ведомо учинити к патриарху и к бояром; и патриарх тогда пошлет у первыя своея церкви звонити во един колокол, изредка, чтоб все люди ведали; а потом патриарх идет в церковь, и отпевает по мертвом Великий Канон; а бояре, и думные и ближние люди, нарядятца в чорное платье, поедут на царской двор и у царского тела прощаются; и того ж дни царя измывают теплою водою, и возложа на него срачицу и порты и все царское одеяние, и корону положат во гроб, а бывает тот гроб деревяной в середи обито бархатом вишневым, а сверху червчатым; и стоит его царское тело в его царской церкве, которая устроена пред покоями его, до тех мест как будет погребение; и до 6 недель у гроба его говорят церковные дьяки денно и ночно псалтырь с молитвами. А на Москве и в городы, по всем монастырем и по церквам, прикажут чинити по царе до шти недель поминание, и поставляти кутию по вся дни, кроме воскресения и болших празников; и посылают на Москве в монастыри и по церквам на поминание денги, а в городех в монастыри и по церквам на поминание денги дают из городцких доходов, против Московских вполы. Да в городы ж к митрополитом и к архиепископом и к епископом, и в монастыри к архимаритом и к игуменом, посылает патриарх грамоты, велит им для погребения царского быти всем. А на Москве в третий день бывает у царицы, или у царевичей, на патриарха, и на властей, и на бояр, и на попов, по царе поминалной стол, и отпевают панафиду над кутиею, а бывает кутия зделана вареное пшено с сытою да с сахаром и сь ягоды, а в монастырех и по церквам бывает кутия пшеница вареная с сытою; таким же обычаем бывает стол, на патриарха, и на властей, и на бояр, как минет три недели. А как из городов власти сьедутца все к Москве, и тогда изобрав день, в которой быть погребению, патриарх и власти, и попы и дьяконы, соберутца на царской двор и оденутся в церковныя одеяния, а царица и царевичи или и царевны, и бояре и ближние люди, и боярыни и многие жены, устроятся в черное платье, и взяв царское тело пойдут с царского двора, по чину: напередь идут дьяконы, попы, певчие дьяки, и поют Каноны, а позади их несут царское тело попы, а позади царского тела идут патриарх и власти и царевичи и бояре, потом царица и царевны и боярыни, и много множества народа, мужеска полу и женска, все вместе, без чину, рыдающе и плачюще. А как придут к той церкве, где погребаются цари, блиско царского двора, именуетца та церковь Михаила Архангела, дьяконы и попы останутся у церкви, а власти, и царица и царевичи и царевны, и бояре, и иные чины идут в церковь; а вшед в церковь царское тело поставят среди церкви, блиско олтаря, а в олтарь не вносят; и учнут отпевати погребателное пение, а отпев погребут царское тело в землю и покроют каменною цкою; и потом патриарх над кутиею учнет говорить молитву и кадить ладоном, а проговоря молитву, начнет патриарх ести кутию, ложкою, трижды, потом подносят царице и царевичам и царевнам, и болшим властем, и бояром, и всякого чину людем; и сотворя погребение пойдут кождый восвояси; a предики не бывает. Тогда ж как погребают царя, всякого чину людем дают восковые свещи, витые и простые, для провождения, - и тех свещ изойдется в то время болши 10 берковеск. Да в то ж время даетца ис царские казны, за погребение, властем, и попом и дьяконом, денги: патриарху по 100 рублев, митрополитом по 80, архиепископом и епископом по 70 и по 60, архимаритом и игуменом и самым болшим попом по 50 и по 40 и по 30 рублев, а иным попом и дьяконом рублев по 20 и по 15 и по 10 и по 5 и менши, смотря по человеку. Да в то ж время во всех Приказех, изготовя множество денег, завертывают в бумаги по рублю и по полтине и по полуполтине, и вывезши на площади подьячие роздают милостиню нищим и убогим и всякого чину людем, поручно; такъже и по монастырем, старцом и черницам, и в богаделнях, роздают всякому человеку рублев по 5 и по 3 и по 2 и по одному, смотря по человеку; да и во всех городех чернцом, и попом, и нищим, дают погребалные денги и милостиню, против Московского вполы и в третьюю долю. Такъже, на Москве и в городех, всяких воров, для царского преставления, из тюрем свобождают всех без наказания. Горе тогда людем, будучим при том погребении, потому что погребение бывает в ночи, а народу бывает многое множество, Московских и приезжих из городов и из уездов; а Московских людей натура не богобоязливая, с мужеска полу и женска по улицам грабят платье и убивают до смерти; и сыщетца того дни, как бывает царю погребение, мертвых людей убитых и зарезанных болши ста человек. А как минет по смерти царской 40 дней, называются сорочины, и тогда власти, и царица и царевичи, и бояре, бывают в той же церкве у обедни и отпевают по царе панафиду; и потом на властей, и на бояр, и на попов, в царском дому бывает стол, а в монастырех чернцов кормят ближние люди, и дают милостиню ж против погребения вполы. И изойдется на царское погребение денег, на Москве и в городех, блиско того, что на год придет з государства казны. А когда царица преставится, и ее погребение и чин бывает против того ж, что и царской; а власти съезжаются не все, потому что живут многие вдали; и денгам росход против царского вполы. А когда преставится царевич, и ему погребение бывает против царицына малым чем с убавкою. А как преставитца царевна, и им в погребении бывает против царского в четвертую долю. А чин тому погребений бывает ровен всем. И погребаются цари и царевичи все у той церкви Михайла Архангела; а царицы и царевны погребаются в Выше ж городе в Вознесенском девиче монастыре, где живут черницы. А как царевич или царевна преставится, и тогда царевны на погребении их не бывают. А ходит царь по царице своей и по царевичах и по царевнах, и царица и царевичи и царевны по царе, и един по другому, как царевичи по царевнам, так и царевны по царевичах, в печалном платье, шесть недель, а болши того не бывает; такъже и бояре и думные и ближние люди, и их жены, и всякого чину служилые люди, ходят в печали по государех своих и по своих сродственных против такого ж все, кроме мелких людей. Да по царех же и по царицах, и по царевичах, и по царевнах, на Москве и в городех, по монастырем, по церквам по вся годы, по суботним дням бывает поминание аже до веку....

Продолжение следует

Глава 2, а в ней 20 статей. О царских чиновных людех: о боярех и околничих и думных и ближних людех, о столниках, о стряпчих, о дворянех, о полковниках и головах стрелецких, о диаках, о жилцех и о всяких служилых и дворовых людех.

1. Прежние болшие роды, князей и бояр, многие без остатку миновалися. Ныне ж по тех родах роды, которые бывают в боярех, а в околничих не бывают: князей Черкаских, князей Воротынских, князей Трубетцких, князей Голицыных, князей Хованских, Морозовых, Шереметевых, князей Одоевских, князей Пронских, Шеиных, Салтыковых, князей Репниных, князей Прозоровских, князей Буйносовых, князей Хилковых, князей Урусовых.

2. Роды ж менши тех, которые бывают в околничих и в боярех: князей Куракиных, князей Долгоруковых, Бутурлиных, князей Ромодановских, князей Пожарских, князей Волконских, князей Лобановых, Стрешневых, князей Борятинских, Милославских, Сукиных, Пушкиных, Измайловых, Плещеевых, Лвовых.

3. Роды ж, которые бывают в думных дворянех и в околничих, ис честных родов и из середних, и из дворян; и те роды болши тое чести не доходят. Есть потом и иные многие добрые и высокие роды, толко еще в честь не пришли, за причиною и за недослужением.

4. Думные дьяки. Три или четыре, а болши четырех не бывает; и в тех думных дьяках бывают из дворян, и из гостей, и ис подьячих; и ис тех думных дьяков посолской дьяк, хотя породою бывает менши, но по Приказу и по делам выше всех; а честию и высочеством те думные дьяки будут таковы, как в Полше референдариусы.

5. Спалники, - которые сидят у царя в комнате, посуточно, по переменам, человека по четыре; и многие из них женатые люди, и бывают в том чину многие годы, и с царя одеяние принимают и розувают; а бывают в тех спалниках изо всех боярских и околничих и думных людей дети, которым царь укажет, а иные в такой чин добиваются и не могут до того притти; и быв в спалниках, бывают пожалованы болших бояр дети в бояре, а иных менших родов дети в околничие, кого чем царь пожалует, по своему разсмотрению, и называют их комнатной боярин или околничей, а в посолственных писмах пишут ближними бояры и околничими, потому что от близости пожалованы. А жалует царь в бояре и во околничие и в думные люди, хотя которого и на Москве не бывает, в Новое лето, сентября в 1 день, на Светлое Христово Воскресение, на день рождения празнества его, из околничих боярином, или из столников и из спалников боярином или околничим, или думным человеком. И как царю лучится сидети с теми бояры и думными людми в думе о иноземских и о своих государственных делех, и в то время бояре и околничие и думные дворяне садятца по чином, от царя поодаль, на лавках, бояре под боярами, кто кого породою ниже, а не тем кто выше и преж в чину, околничие под боярами против того ж; под околничими думные дворяне потомуж по породе своей, а не по службе, а думные дьяки стоят, а иным времянем царь велит им сидеть; и о чем лучитца мыслити, мыслят с царем, яко обычай и инде в государствах. А лучитца царю мысль свою о чем объявити, и он им объявя приказывает, чтоб они бояре и думные люди помысля к тому делу дали способ: и кто ис тех бояр поболши и разумнее, или кто и из менших, и они мысль свою к способу объявливают; а иные бояре, брады свои уставя, ничего не отвещают, потому что царь жалует многих в бояре не по разуму их, но по великой породе, и многие из них грамоте не ученые и не студерованые, однако сыщется и окроме их кому быти на ответы разумному из болших и из менших статей бояр. А на чом которое дело быти приговорят, приказывает царь и бояре думным дьяком пометить, и тот приговор записать. А лучится писати о чем грамоты во окрестные государства, и те грамоты прикажут готовить посолскому думному дьяку, а думной дьяк приказывает подьячему, а сам не готовит, толко чернит и прибавливает что надобно и не надобно.
А как изготовят, и тех грамот слушают наперед бояре, и потом они ж бояре слушают въдругорядь с царем все вметсте; такъже и иные дела написав взнесут слушать всем же бояром, и слушав бояре учнут слушать въдругорядь с царем же. А на всяких делах закрепляют и помечают думные дьяки, а царь и бояре ни х каким делам, кроме того что послы прикладывают руки к договорным записям, руки своей не прикладывают, для того устроены они думные дьяки; а к меншим ко всяким делам прикладывают руки простые дьяки, и приписывают подьячие свои имена. А как царю лучится о чем мыслити тайно, и в той думе бывают те бояре и околничие ближние, которые пожалованы из спалников, или которым приказано бывает приходити; а иные бояре, и околничие, и думные люди, в тое полату в думу и ни для каких нибуди дел не ходят, разве царь укажет.

6. Столники, - боярские ж, и околничих, и думных людей и Московских дворян, и иных чинов людей дети. Служба их такова: как у царя бывают иных государств послы, или власти и бояре, на обедех, и они в то время пред царя и пред властей, и послов и бояр, носят есть и пить; а ставят на столь еству по одному блюду всякой ествы, пред царя крайчей, а к иным столам приставлены бывают ставить околничие, а с-ыными ествами блюда держат столники на руках, а на стол всех еств вдруг не ставят. И будет тех столников числом блиско пяти сот человек. И посылают их в посолства в послех самих и с послами в товарыщах, и по воеводствам, и для сыскных дел, и бояр спрашивать о здоровье как они бывают по службам; а иные на Москве сидят в Приказех у дел, и у послов в приставех.

7. Стряпчие; чин их таков: как царю бывает выход в церковь, или в поход на потехи, или в полату в думу и для обедов, и в то время несут перед ним скифетр, а в церкве держат шапку и платок, а в походех возят панцырь, саблю, саадак. И посылают их во всякие ж посылки, кроме воеводств и посолств, чтоб сами были послы. А будет тех стряпчих с восмь сот человек. А на Москве они стряпчие и столники живут, для цapских услуг, по полугоду, по полам; а другая половина, кто хочет, отъезжают в деревни свои, до сроку.

8. Дворяне Московские; и тех дворян посылают для всяких дел, и по воеводствам, и по посолствам в послех, и для сыскных дел, и на Москве в Приказех у дел, и к служилым людем в началные люди, в полковники и в головы стрелецкие.

9. Дьяки; и те дьяки во дьяцы бывают пожалованы из дворян Московских и из городовых, и из гостей, и ис подьячих. А на Москве и в городех в приказех, з бояры и околничими и думными и ближними людми, и в посолствах с послами, бывают они в товарыщах; и сидят вместе, и делают всякие дела, и суды судят, и во всякие посылки посылаются.

10. Жилцы; чин их таков: для походу и для всякого дела, спят на царском дворе, человек по 40 и болши, и посылают их во всякие посылки; а дети они дворянские ж, и дьячьи, и подьяческие. И ис того чину бывают в стряпчих, и в столниках, и в думных людех, да они ж бывают в началных людех у конницы и у пехоты, и в рейтарех, и в салдатех. А будет их числом с 2000 человек. Да и всем боярским, и околничих, и думных людей детем, первая служба бывает при царском дворе такова ж, толко по породе своей одни з другими неровны.

11. Дворяне городовые и дети боярские; бывают посыланы во всякие ж посылки, и по воеводствам, и в началные люди к рейтаром и к салдатом, и в какие чины годятца, и за службы бывают пожалованы многою честию. И тех детей боярских прозвание таково: как в прошлых давных летех у Московского государства бывала война со окрестными государствы, и в то время ратные люди збираны со всего Московского государства изо всяких чинов людей, и по покою роспущены по домом, а иные многою своею службою и полоном свободились от рабства и от крестьянства, и у кого были поместья и вотчины и ныне по прежнему за ними; а у которых людей поместей и вотчин не было, и им за службы и за полонное терпение поместья и вотчины даваны, жилые и пустые, малые, и служити им было с тех даных поместей и вотчин против прямых дворян не с чего; такъже у которых дворян были поместья и вотчины, а по смерти их те их поместья и вотчины розделены были детем их и от них дети потомуж розмножились, а дать им было из старых их отцовских поместей и вотчин и вновь не ис чего, потомуж и царских служеб не служивали - и их написали в дети боярские что беспоместны и малопоместны.
Есть по тех и иные чины, которые служат при царском дворе; а написаны они ниже сего в розных местех.

12. Да в царском ж чину царевичи Сибирские, Касимовские, крещены в християнскую веру. Честию они бояр выше; а в думе ни в какой не бывают и не сидят, потому что государства их и они сами учинилися в подданстве после воинского времени, невдавне, да и не обычай тому есть; такъже и опасение имеют от них всякое. А служба их такова: как на празники идет царь кь церкве, и они его ведут под руки, да на всякой день бывают пред царем на поклонении. И даны им поместья и вотчины немалые, такъже поженились на боярских дочерех, и имали их за себя с великими пожитками и с поместьями и с вотчинами; а за которым поместья мало, и ему в прибавку идет царской корм денежной, помесечно. А как Грузинской царевич с материю своею был на Москве, или и вперед будет, и ему честь была такова, что природному сыну царскому; такъже платье ему самому, и матере, и людем их, и всякие наряды и домовые заводы и корм и питье, было все царское, доволное: и ежели вперед будет, и за него может быть что царь выдаст дочь, или сестру свою царевну, понеже он не полоненый есть, но единые с ним веры, а землею его царь не владеет, толко по его послушенству Грузинским пишется в титле к християнским потентатом, а к бусурманским не пишетца. И тех царевичей, такъже и первой и другой статьи князей и бояр и околничих роды старые, царевичи по царствам своим, а князи по княжествам своим, а бояре по боярству своему, которые преж сего бывали в боярех у великих князей Росийских, и по тех царевичах и князех, и дети их, и внучата, и правнучата, называютца царевичи ж и князи, без пременения. Так же и дворяне Московские и городовые, и дети боярские, многие есть старые, издавна тех родов, которые преж сего были во дворянех же при великих князех. А вновь Московский царь из бояр, и из ближних, и из иных чинов людей, князем учинити не может никого, кроме боярств и иных чинов, потому что не обычай тому есть и не повелось; такъже и графов и волных господ чином таковых никого не бывает, и из Московских чинов людей против тех дву чинов приверстати не мочно, потому как бы дано было кому волное господство, и о том бы розмышляли, что то было б самому царю в стыд, будто бы тот человек тем имянем от него уволнился и неподданен. А кому царь похочет вновь дати боярство, и околничество, и думное дворянство из столников и из дворян, или дворянина из дворовых всяких чинов и из волных людей, и таким дает честь и службу, по своему разсмотрению, кто в какой чин и честь годен. А грамот и гербов на дворянства их и на боярства никому не дает, потому что гербов никакому человеку изложити не могут, - да нетокмо кому боярину, или иному человеку, не даются гербы, но и сам царь гербом своим Московским печатаетца на грамотах в християнские государства не истинным своим прямым, а печатается своим истинным гербом к Крымскому хану да х Калмыкам; такъже и у старых родов князей и бояр, и у новых, истинных своих печатей нет, - да нетокмо у князей и бояр и иных чинов, но и у всякого чину людей Московского государства гербов не бывает; а когда лучитца кому к каким писмам, или послом к посолским делам прикладывать печати, и они прикладывают у кого какая печать прилучилась, а не породная; да и потому мочно признать: как бывают Московские послы в посолствах и на съездех, и к писмам и х крепостям печати свои прикладывают, а лучитца тем же послом, или родственником их, быти въдругорядь в посолстве и к писмам печати свои прикладывать, и у тех новых писем с старыми писмами многие печати рознятца. А ис посадцких людей, и из поповых, и из крестьянских детей, и из боярских людей, дворянство не даетца никому; а кто посатцкой человек, или крестьянин, или кто нибудь, отпустит сына своего на службу в салдаты и в рейтары, или в Приказе подьячим и иным царским человеком, а те их дети от малые чести дослужатся повыше, и за службу достанут себе поместья и вотчины, и от того пойдет дворянской род; а грамот и гербов им не даетца ж; а даютца высоким и меншим родом, и дворяном, грамоты на вотчины их и на поместья, и в тех грамотах имянуют их кто каков чином и честью.

13. Постелничей; и того постелничего чин таков: ведает его царскую постелю, и спит с ним в одном покою вместе, когда с царицею не опочивает; такъже у того постелничого для скорых и тайных его царских дел печать. А честью тот постелничей противо околничего.

14. О приезде их боярском к царю. Бояре, и околничие, и думные и ближние люди, приезжают к царю челом ударить с утра рано, на всякой день; и приехав в церкве, или в полате, увидев царя кланяются перед ним в землю; а которого дни они бояре в приезде своем запоздают, или по них посылает, а они будут к нему не вскоре, или что малое учинят не по ево мысли, и он на них гневаетца словами, или велит ис полаты выслать вон, или посылает в тюрму - и они за свои вины потомуж кланяютца в землю, многажды, доколе простит; а как они и на приезде кланяются, а он в то время стоит или сидит в шапке, и против их боярского поклонения шапки с себя не снимает никогда. А когда лучитца ему сидети в покоях своих и слушает дел, или слова розговорные говорит, и бояре стоят перед ним все - а пристанут стоя, и они выходят отдыхать сидеть на двор; такъже и после обеда приезжают к нему, в вечерни, по вся дни. А приезжаючи они бояре к царскому двору на лошадях верхами, или в коретах и в санях, и с лошадей слазят, или ис корет и из саней выходят, не доезжая двора, и не блиско крылца; а к самому крылцу или на двор его царской, не ездят никогда, и лошадей их боярских через двор не пускают, а обводят кругом двора (а ездят бояре в коретах старые, которые на лошадях сидеть не могут). А которой бы боярин, или кто нибудь, учинил через силу чтоб на царской двор ехал на лошади, хотя без самого царя, а ему б о том ведомо учинилось, и его б скоро за то велел послать в тюрму, до указу своего, и честь ево отнята б была; а ежели б человек его боярской, без ведома его, провел через двор лошадь, и тому б человеку учинено было наказание кнутом. Да не токмо бояром ездить неволно и лошади их водити заказано, но и всякого чину людей, кроме стрелцов, с ружьем и в япанчах, и торговых людей с товары, и крестьян и простых людей, через царской двор не пускают же, такъже и иноземцов разных вер на двор и через двор не пускают же; а кому до кого будет какое дело до бояр и думных людей, и они ожидают у царского двора; такъже и в походех его царских и в селех через дворы потомуж не пущают. А которой бы человек, кроме вахты, на Москве и в селех, пошел через царской двор с ружьем, с саблею, или с пистолми, тайным обычаем, с простоты, а не с умыслом злым, и такова б человека увидев, или б кто на него указал, поимав пытали б, для чего он через царской двор шел с ружьем, не на царя ли, или на его дом, или на бояр и на думных и на блнжних людей, и не по научению ль чьему от кого от бояр и думных и ближних людей, или от посадцких и от гулящих людей и от крестьян: и будет тот человек с пытки скажет, что он шел через царской двор с ружьем умыслом своим, а ни по чьему научению, хотя его, царя, и домовых его кого, или из бояр и из думных и из ближних людей, за какое нибуди дело погубити, и такого вора, пытав накрепко трижды, въпрямь ли он шел своим умыслом, а не по научению, казнят смертию, безо всякие пощады, кто б ни был. А будет скажет, что он шел умыслом по научению бояр и думных людей, или каких иных людей, и по его скаске, на кого он скажет, тех людей всех велят похватати и пытати, для чего они такого человека на царское здоровье научали, не по научению ль которого иного потентата, чтоб учинитись у него в подданстве, или сами хотя государством завладети, или на бояр и думных людей, для того чтоб в государстве учинити смута для грабежу домов и животов; и будет те люди по первым речам в тех делах винятся, и их потомуж казнят всех без милосердия; а будет не повинятся, и того кто на них сказывал учнут пытати въдругорядь, и будет скажет с пытки, что впрямь по их научению ходил, и тех людей пытают въдругорядь, и будет не повинятся, и того человека учнут пытати в третьие; и будет скажет прежние ж свои речи, и тех всех потомуж учнут пытать в третьие, и пытав трижды, хотя кто из них изо всех не повинится, и их всех посадят в тюрму, доколе по них поруки будут, что им вперед злого не мыслити и зa воровством не ходити; а будет порук не будет, и они сидев в тюрме лет 15, или сколко доведетца, велят их уволнить и сослать в сылку в далные городы, в Сибирь, или на Терек, на вечное житье. А будет тот человек солжет, с первые пытки скажет на них напрасно, по недружбе, а они все будут пытаны и не винились, а после того тот же человек з другие пытки или с третей, скажет, что он тех людей поклепал напрасно, и такова еще учнут пытати накрепко, с первой пытки на них сказывал, а после зговаривает не по научению ль чьему: и будет скажет, что его научили те ж люди, на которых он говорил, и тех всех и кто научал сыскав потомуж пытают, и будет винятся казнят всех; а будет с тех пыток учнет говорить, что впрямь на них солгал напрасно, по недружбе, и такова одного казнят смертию, а по тех по всех соберут поруки и высвободят; а по ком порук не будет, потомуж в тюрму посадят, до указу.

15. Столники менших родов, и стряпчие, и дворяне, и дьяки, и жилцы, и иноземцы, и подьячие, приезжают в город и с лошадей слазят далеко царского двора, на площади.

16. А приезжаючи бояре, и думные и ближние люди, ходят к царю в Верх в переднюю полату, и ожидают царского выходу ис покою; а ближние бояре уждав время ходят в комнату; а столники, и стряпчие, и дворяне, и полковники и головы, и дьяки, и иные служилые чины, к царю в Верх не ходят, бывают на крылце на середнем перед полатами непокоевыми; а иным чином и до тех мест ходити не велено, где бывают столники и иные нарочитые люди.

17. А куда лучитца царю итти в поход, и бояре, и околничие, и думные люди, и спалники, бывают с ним вместе, кого похочет с собою взять; а иным велит остатца на Москве, для приказных дел. А пойдучи в поход на войну, или по монастырем молитися, или для гулянья в далние и в ближние места, двор свой царской и Москву для оберегания, приказывает одному человеку боярину, а с ним товарыщам околничим двум человеком, да думным дворяном двум же человеком, и думным дьяком: и лучатся какие дела ис полков или из городов, и они те дела кроме тайных, смотря посылают к царю в поход, а по иным делам указ чинят не писав к царю, по которым мочно. Да с царем же бывают в походех столники, стряпчие, дворяне, дьяки, жилцы и иных чинов люди, которым велено бывает; да стремянной приказ 1000 человек стрелцов, на царских лошадях.

18. Такъже как пойдет царь куды в поход, на неделю и болши, или будучи и на Москве, а бояром и думным и ближним людем и полковником и дьяком для гулянья, или для какова дела, понадобится ехать в деревни свои, дни на два, или на неделю и на месяц: и они бьют челом царю о том, и царь их отпущает с сроком, а без отпуску из бояр, и из думных и из ближних людей, и ис полковников, и из дьяков, с Москвы сьехать не смеет никто, ни на один день; да как они бывают отпущены на срок, и преж сроку для какого дела царю будут надобны, и по них посылают грамоты с людми их, которые останутца на Москве, или нарочно [с] стряпчими и з жилцами и с подьячими, велят быть тотчас. Да не токмо для гулянья своего отпрошиваютца, но когда прилучитца им которого дни друг у друга быти в гостях, на свадбе, или на крестинах, или на имянинах, и они отпрашиваются по такому ж обычаю.

19. А как придет празновати день рождения которого боярина, или думного и ближнего человека, или их детей, и они в тот день ездат к царю челом ударить, и царь их спрашивает о здоровье и поздравляет, а после того подносят царю имянинные калачи, и царь у них те калачи велит принимати; и потом пойдут к царице, и царица против того ж поздравляет, и калачи велит принимать; и потом ходят к царевичам и к царевнам, и от них потомуж бывает им поздравление и калачи принимают; а у царевен у самих не бывают, кроме свойственных бояр; и потом меж себя тот день друг у друга пируют. А царь, и царица, и царевичи, и царевны, у них на обедех и в домех их не бывают, ни у кого; и не токмо на обедех и на веселиях их, и на погребениях не бывают же никогда.

20. О царицыных чинов людех и о бояронях. В чину ее бывают и живут в Верху боярские, и околничих, и всяких чинов людей жены вдовы и дочери вдовы ж, и девицы, и мужни жены.

1. Боярыни: казначея, крайчая, постелница, судья.

2. Столники; и в те столники берут боярских и околничих и ближних людей детей, лет по 10 ростом; а как они будут лет пятинатцати, или семинатцати, и они в том чину не бывают, а бывают в царской чин взяты, в столники ж, или в спалники; а бывает их в столниках человек с 20.

3. Мастерицы: швеи, мужни жены и вдовы и девицы, честных и середних чинов дворовых людей, которые делают и шьют золотом и серебром и шолками, с каменьем и з жемчюгом.

4. Постелницы, которые постели постилают под царицу и под бояронь; а жены в том чину дворовых же всяких чинов людей; и те постелницы и мастерицы спят у царицы в Верху, посуточно, по переменам.

5. Мовницы, которые платье моют, жены дворовых же людей; а когда прилучится им мыть платье, и то платье зимою и летом возят на реку в санях, в сундуке, замкнув и запечатав, покрыв красным сукном; а за тем платьем идет боярыня, для бережения.

6. Дети боярские; и тех детей боярских служба такова: посылают боярыни во всякие посылки, и ездят с царицею в поход, и спят у царицы в Верху, для сторожи и оберегания в ниских местех, посуточно, по переменам.

7. А когда царице лучитца куды ехать, и в то время с нею в коретах, или в колымагах и в каптанах, и с царевичами меншими и с царевнами, сидят боярыни; а кореты, или каптаны, бывают закрыты камкою Персицкою, как едут Москвою, или селами и деревнями; а мастерицы, и постелницы, и мовницы ездят верхами на иноходцах, а сидят на лошадях не против того, как в-ыных государствах ездят женской пол, таким же обычаем, как и мужской пол: а будет тех мастериц, и постелниц, и мовниц со 100 человек, кроме девиц мастериц и которые живут в Верху; а всех будет их блиско 300 человек.

8.Таким же обычаем у царевен болших и у менших, боярыни и иные чины против того ж, что у царицы, кроме столников, а столничают у царевен девицы.

9. А когда лучитца царице кушать в покоях его царских, с ним вместе, а которому боярину, или околничему, или думному человеку, лучитца притти с каким делом на доклад, и они сами входити без указу не смеют, разве велят, или ожидают того как откушает; такъже как царь кушает у царицы, и в то время бояре и ближние люди бывают немногие, человека два и в силах три; а столничают в то время у царицы царицыны столники.

10. А лучитца дарю кого послати к царице и к царевичам спросить о здоровье, или для какого иного дела, и они пришед обсылаютца через бояронь, а сами не ходят без обсылки; такъже как и царица посылает кого к царю из бояронь, и они потомуж обсылаютца.

11. Да в царском же чину, и у царицы, и у болших царевичей, учинены истопники, которые полаты и хоромы топят и метут, и у дверей для отворяния стоят, человек со сто, люди честные и пожалованые поместьями и вотчинами; и живут на Москве по полугоду, человек по 50.

12. О боярских женах. Бояр и околничих и думных и блнжних людей жены, вдовы и мужни жены, и дочери вдовы ж и девицы, когда лучитца по них для чего нибудь послати царице, или царевнам или они и сами для чего нибудь к царице и к царевнам ехати похотят, и они ездят зимою в каптанах, а летом в колымагах. А приезжаючи к царицыну двору, ис колымаг и ис каптан выходят у ворот, а на двор не всьезжают, а приходя к царицыным, или к царевниным покоям, посылают бояронь сказати о своем приезде царице, или царевнам: и будет царице и царевнам время, и они им велят быть к себе, а будет не время, и им отказывают; и они боярские и ближних людей жены, или и дочери, не быв у них поедут к себе. А когда они бывают у царицы или у царевен, и они пришед царице и царевнам кланяются в землю, и царица, или царевны, спрашивают их о здоровье и о чем они приедут бить челом; и подают челобитные, и царица и царевны, или и царевичи, челобитья их выслушают и челобитные принимают, и по их челобитью бьют челом, царица, или царевны, или и царевичи, царю - и царь те дела, о которых будет челобитье, по их прошению, делает; хотя б которой князь или боярин или иных болших и менших чинов человек в какой беде ни был, или б о чем ни бил челом, или б кто и к смерти был приговорен, и, по их прошению, может царь все доброе учинити и чинит; и таких дел множество бывает, что царица, и царевичи и царевны, многих людей от напрасных и не от напрасных бед и смертей свобождают, а иных в честь возвышают и в богатство приводят.

13. А которого боярина, или околничего и думного и ближнего человека, дочь девица или вдова, понадобитца царице, или царевнам, для житья взяти к себе в дом, и им то волно, кроме самых болших бояр дочерей. И иных девиц и вдов, небогатых людей дочерей, царица и царевны от себя з двора выдают замуж, за столников, за стряпчих и за дворян и за дьяков и жилцов, своим государским наделением, такъже и вотчины дают многие, или на вотчины денгами из царские казны, да их же отпущают по воеводствам; и те люди воеводствами побогатеют.

14. А приезжаючи бояр и ближних людей жены и дочери, и лучитца им у царицы или у царевен обедать, и они обедают с-ыными бояронями вместе, которые у них живут, за особым столом, а не с царицею и не с царевцами вместе; а бояре и ближние люди у царицы и у царевен никогда не обедают, и царица и царевны в дому их ни у кого не бывают и не обедают же. 15. Такъже как бывает день празновати рождения жен их боярских и дочерей, и они, боярыни и их дети, к царице и к царевнам ездят потомуж с калачами сами, что и мужья их и отцы ездят к царю; и те калачи подносят, и царица и царевны велят у них принимати, и потом царица или царевны их поздравляют, а быв у них, поедут к себе.

Глава 3, а в ней 17 статей. О титлах, как которому потентату Московский царь пишетца.

1. К цесарскому величеству Римскому: «Милосердия ради милости Бога нашего, во еже посети нас восток свыше, и направити ноги наша на путь мирен, сего убо Бога нашего в Троице славимаго милостию, мы великий государь царь». Потом имянование и титла его царская болшая, а после титл его цесарское имянование и титлы; а по титлах дело. Пишутца грамоты на самой болшой Александрийской бумаге; травы золотом пишутца болшие.

2. Х королевскому величеству Свейскому: «Божиею милостию мы великий государь царь». Потом имянованье и титлы болшие ж, а после титл царских королевского величества имянованье и титлы болшие; а по титлах дело. Грамоты пишутца на меншой, или на середней Александрийской же бумаге, смотря грамоты по величине; травы золотом пишутца середние ж.

3. К Полскому королю: «Бога в Троице славимаго милостию мы великий государь царь»; и имянование и титлы. Потом Полского короля титла: «Брату нашему любителному, наяснейшему великому государю»; и имянованье и титлы. Грамоты пишутца на болшой и на середней бумаге; травы золотом середние.

4. К Аглинскому королю пишетца сам; и его описует против того ж, что и к Полскому королю.

5. К Датцкому королю в своей титле пишетца против того ж, как к Полскому и к Аглинскому королем; а его в титлах его описует: «Брату нашему любителному и соседу» на середней же и на болшой бумаге, травы золотом середние ж.

6. Х курфирстром, и х князем, и к графом, и к Галанским статом пишетца: «Божиею милостию от великого государя царя» имянованье и титлы болшие ж; а потом: «от нашего царского величества имрк курфистру, князю, графу, статом» и их титлы. Грамоты пишутца на меншой Александрийской бумаге; травы золотом на верху над писмом, а по сторонам не бывает.

7. В Любок, в Амбурк, к бурмистром и ратманом, такъже и к торговым людем, которые служат в его царском промыслу факторами: «Божиею ж милостию» против того что и х курфистром и х князем; на меншой Александрийской бумаге, трав не пишут никаких, толко началное слово золотом.

8. А пишут его царскую титлу золотом по «Московского»; а иные титлы пишут золотом: Цесарскую по «Августус», Свейскую по «Свейского», Полского по «Полского», Аглинскую по «Аглинского», Датцкого по «Датцкого»; курфистров, и князей, и графов, и Галанских статов, против токого ж обычая, с розверстанием; а досталь титл пишетца чернилом.

9. Ко Францужскому, к Гишпанскому, к Португалскому королем посолств и ссылок не бывало, и грамот ни о чем не посылывали, и написати о том не по чему; а хотя преж сего со Францужским королем бывали ссылки, однако в Московское разорение и в пожарное время писма все погорели, и тех старых ссылок ведать не по чему.

10. К Турскому салтану пишется болшою титлою не всею, толко по «повелителя», а его титлу пишет против того, как он сам описуется, на болшой Александрийской бумаге. Травы пишутся сверху до половины листа, и по краям болшие до низу, и внизу травы ж, а вверху середи трав в трех кругах царская и Турского салтана титлы пишутца золотом все; а дело пишетца с половины листа. И таким же обычаем посылаются грамоты к Индийскому шаху.

11. К Персицкому шаху пишется против того ж, как к Датцкому королю «братством же и соседством» титлы по «повелителя», а потом шахова титла, на болшом Александрийском листу, Татарским писмом, с золотом без трав.

12. К Крымскому хану (царю) и к его царевичам пишется короткими титлами «братством же и соседством», а царевичей братьями не именуют; а пишетца царская, и Крымского хана, и царевичей, титлы короткие ж золотом все, Татарским же писмом, потому у Крымского хана титл мало.

13. К Болшому хану, что за Сибирию, такъже и х Калмытцким тайшам и князьям, пишетца короткими ж титлами, такъже и их имена и титлы золотом все, на меншой Александрийской бумаге, Татарским же писмом, без трав.

14. A все те грамоты, кроме Крымских, печатают болшою государственною печатью. А Крымские печатают печатью, вырезано царь на коне победил змия, около подпись царская, титла самая малая по «и иных». То есть самая истинная Московского княжения печать; она ж вырезана и на самой болшой печати, которою печатаетца во окрестные государства, въсереди самого орла. Да тою ж печатью печатают грамоты на поместья и на вотчины всяких чинов людем, и на гостинство гостем.

15. А пишет царь в грамотах своих ко окрестным великим потентатом титлы их по их достоинству, как они сами себя описуют, без умаления; а что преже сего титлы писали королевского величества Свейского не гораздо со исполнением, не против того как он себя сам описывал, и то чинилось нерадением и недосмотрением и нерозтолкованием переводчиков. Зри против того в Валиэсарском и в Кардиском договорех: чтоб обоих великих государей титлы, с обе стороны, воздаваны были по их государскому достоинству, как они сами себя описуют. Таким же обычаем и изо всех окрестных государств потентаты пишут его царскую титлу по его описанию, кроме Полского короля, и Крымского хана, и Калмыков, и князей, потому что, за нынешнею войною, Полской король и царь Московской друг от друга грамот с полными титлами не принимали, а писались короткими титлами. А Крымской хан пишет титлу царскую коротко, таким обычаем: «Брату нашему Московскому царю» имянование его и потом поздравляет, или поклон свой напишет. А Калмыки и князи пишут и того короче: «Белому царю Алексею Михайловичю всеа Русии здравствовать»; а иные толко напишут: «Белому ж царю», а имени его и титл не пишут. А пишет Крымской хан и Калмыки в грамотах своих о всяких делех коротко, и не с прошением, или упоминанием, для того что у них бывает приказ словом с послами.

16. А которые грамоты посылываны преж сего во окрестные государства на какой бумаге, и какие были писаны золотом травы издавна, и ныне пишут против того же, а вновь не прибавливают, для того что тою будто бумагаю и травами золотыми которому потентату болши чести воздают, а иному менши, разве для самой великой грамоты что ее не мочно будет написать на меншой или на середней бумаге, велят писать на болшой. А пишут те грамоты подьячие; а для крепости, вместо царские руки, подписывают подпись думные дьяки сами, или товарыщи их простые дияки.

17. Вопрос. Для чего царь Московской пишется в християнские государства полными болшими титлами, (от «повелителя») «государем Иверские земли, Карталинских и Грузинских царей и Кабардинские земли, Черкаских и Горских князей, и иным многим государствам и землям, восточным и западным и северным, отчичем и дедичем и наследником, и государем и облаадателем» а в бусурманские государства теми титлами не пишется? Что есть тому за причина?
Ответ. Иверское, Карталинское, Грузинское государствы лежат под властию и наболшим послушенством под Персидцким шахом; а в-ыные государства пишется он царь для славы своей, ни по чему, а ис тех государств обычай писатися к царю себя низити, а его высити, и называтися холопми его, яко и в-ыных государствах обычай писати господину к господину, отдаючи себя слугою поволным, и они по тем их униженным писмам разумеют, будто и правда тому есть, что они вечные подданные; а то несть правда, потому что тех государств владетели живут таким обычаем, как межь границ королевского величества и короля Полского и царя Московского живет Курлянской князь. А восточною титлою пишетца Персидцкой же шах издавна, как еще Москвы початку не слыхивано; а на западе много есть иных государств, которые старее и честняя Московского государства. И окроме тех государств и земель, что пишетца в титле к християнским потентатом, иных государств и земель на востоке и на западе у него нет. А хотя на востоке и на западе иные государства и земли есть многие, однако они ему не подданни, но во время против него и войну держат, и тем многим землям восточным и западным, разумеетца, что не есть отчичь и дедичь и наследник и государь и облаадатель, и не гораздо тех двух сторон государства и земли поддаются ему во облаадателство и в подданство; а то есть правда, что на севере у него земель и государств сыщетца. Кабардинская земля, Черкаские и Горские князья под его подданством, однако ему тех титл без других титл писать к Персидцкому шаху некстати. А как бы он писался теми титлами всеми, что пишетца в християнские государства, и на него б за то все бусурманские государства подняли войну; а тех бы государей, которые из тех государств пишутца к нему холопми, ежели б проведал подлинно Персидцкой шах, велел бы их и государства их разорити и погубити совсем. И от того теми титлами не пишется к ним бусурманским государем.

Страницы проставлены по изданию: "О России, в царствование Алексея Михайловича. Современное сочинение Григория Котошихина". Издание археографической комиссии. СПб., 1859.

Русская культура: традиции, обряды, украшения, одежда и т.п.

Русская культура: язык, традиции, обряды, оружие, доспехи, войны, украшения, одежда, дома, быт, искусство, города, селения и т.п. Прошлое и настоящее!