Сысоевы родом из с. Леденгское Тотемского уезда Вологодской : ВГД

ДЕЛЬВИГ НИКОЛАЙ ИВАНОВИЧ – ДОПОЛНЕНИЕ:

ИЗ СТАТЬИ БОРИСА НИКОЛЬСКОГО «ФОН ДЕЛЬВИГ В ОБОРОНЕ СЕВАСТОПОЛЯ»:

МОЁ ПРИМЕЧАНИЕ:

Нижегородский историк и краевед Борис Витальевич Никольский в своей очень интересной статье пишет о военной деятельности Николая Ивановича Дельвига, его родословии и личной жизни.
Из вышеуказанной статьи я выбрал сведения о родственных отношениях и личной жизни героя повествования.

РОДОСЛОВНАЯ РЫЦАРСКОГО РОДА БАРОНОВ ФОН ДЕЛЬВИГ:

Генерал-лейтенант барон Николай Иванович Дельвиг родился 26 мая 1814 года в селе Студенец Задонского уезда Воронежской губернии.
В семье уже было двое сыновей, - Александр, родившийся в 1810 году и Андрей, родившийся в 1813 году.
Наибольшую известность из братьев получил Андрей, - будущий сенатор, генерал-инженер, начальник московских водопроводов, оставивший подробные, эмоциональные воспоминания, и уже тем обеспечивший себе достаточную известность.
К сожалению воспоминания эти, не всегда основательны и объективны, особенно, что касается родословия предков, и тем в большой степени способствовали известной путанице, проникшей в последствии на страницы весьма почтенных изданий.
Вполне заслуживающие доверие документы по роду баронов Дельвиг, появились лишь в 1864 году, когда брат покойного поэта и двоюродный брат нашего героя, Александр Антонович Дельвиг, гвардии штабс-капитан в отставке, обратился в Тульское Дворянское собрание с прошением о внесении членов своей семьи в 5-ю часть дворянской родословной книги.
Так как речь стояла о внесении фамилии в раздел титулованного дворянства требовались дополнительные доказательства древнего происхождения фамилии Дельвигов.
С этой целью запрос был направлен в Ревель – в Эстляндское Дворянское собрание.
Откуда в 1864 году поступили копии, снятые с ценнейших документов по истории рода Дельвигов: выписка из родословной дворянской фамилии баронов фон Дельвиг и выписка из протоколов дворянского комитета за 1759 год, подтверждающая дополнительные доказательства о древности означенной дворянской фамилии.
И «так как по оным оказалось, что этот известный род еще во времена гермейстеров (магистров Ливонского ордена) бесспорно владел поместьями в Герцогстве Эстляндском, то ему принадлежит это достаточно доказанное преимущество не только в здешнем матрикуле, но оно предоставлено Господину Тайному советнику посольства и Камергеру Барону фон Дельвигу в доказательство его древнего дворянского происхождения также при дворянстве Лифляндии».

ДЕЛЬВИГ – баронский род, происходящий из Вестфалии, где его предки носили фамилию Dallwig и были известны с 13-го века.

Эверт Дельвиг, умерший в 1555 году, выехал в Лифляндию и сделался родоначальником здешнего рода Дельвигов.

Его сын Эверт был убит в 1560 году в сражении с русскими у Саулова моста. Полковник Рейнгольд Дельвиг в 1723 году получил от шведского короля баронский титул.

Барон Беренд Рейнгольд (умер в 1770 году) был гофмаршалом при Петре Третьем, а Карл Берендович (Борисович) Дельвиг в русскую службу из голштинской был принят в 1764 году, в 1780 году был обер-комендантом Выборга. Умер в 1791 году в должности выборгского коменданта.

Отто Яков, в русском варианте – АНТОН АНТОНОВИЧ, генерал-майор. Был окружным генералом 1 и 2 округов Отдельного корпуса внутренней стражи. Годы его жизни – 1772-1828. Был женат на Красильниковой Любови Матвеевне, умершей в 1859 году.

Дети Антона Антоновича и Любови Матвеевны Дельвигов:

Антон Антонович – поэт, друг и однокашник А. С. Пушкина. Известен так же как издатель: в 1825-32 годах вместе с О. М. Сомовым он выпустил 8 книжек альманаха «Северные цветы»», в 1829-30 годах – 2 книжки альманаха «Подснежник», а с 1830 года предпринял издание «Литературный газ», которое продолжалось после его смерти.
Он с 1825 года был женат на дочери писателя Салтыкова Михаила Александровича (1767-1851), Софье Михайловне (1806-1888). Дочь Елизавета Антоновна (1830-1913).
Александр Антонович (1816-1882). С 1857 года в отставке штабс-капитаном.

Мария – родилась в 1809 году.

Иван – родился в 1819 году.

Брат генерала Антона Антоновича, отец нашего героя, - ИВАН АНТОНОВИЧ (РЕЙНГОЛЬД ИОГАНН), не имея состояния, был вынужден очень рано поступить на военную службу и в 1807 году, в войне против французов был тяжело ранен.
По состоянию здоровья ему пришлось уйти в отставку в чине майора. Вскоре Иван Антонович был принят в Главное управление путей сообщения и назначен смотрителем судоходства в Моршанске.
В этой должности И. А. Дельвиг пробыл недолго и, выйдя в отставку надворным советником, умер в 1815 году в имении своей жены, Александры Андреевны. Похоронен был на старом лютеранском кладбище в Москве.

У Николая Ивановича были все основания гордиться и своими предками по матери, урожденной княжны Волконской.

Воронежская ветвь Волконских, - самая младшая в этом обширном семействе. Она не дала крупных государственных и общественных деятелей и поэтому о ней известно очень мало. В исторической и генеалогической литературе упоминаются лишь отдельные представители этой линии.
Эта линия княжеского рода Волконских идет от Порфирия (Перфилия) Ивановича, внука Федора Федоровича Тарусского (+1437).
Порфирий в шестом колене имел потомка Григория Ивановича (23 колено от Рюрика), которому Петром Первым между 1709 и 1711 годами были дарованы земли в Воронежской губернии (ныне Задонский район Липецкой области).
Григорий Иванович Волконский в 1688 и 1692 годах показан стольником, в 1703 году Ярославским обер-комендантом в чине подполковника, в 1707 году – воеводой в Козлове в чине полковника.
В 1711 году он стал сенатором и начальником оружейного производства Тульского завода.
В том же 1711 году вместе с В. А. Апухтиным он принял на себя подряд по поставке провианта в Брянск. За злоупотребления он был казнен в 1715 году. По версии же Андрея Ивановича Дельвига, - его прадед умер своей смертью в 1718 году, но, тем не менее, его имения были отписаны в казну.
Сыновья Григория Ивановича дали начало воронежской ветви князей Волконских.

У Григория Ивановича было пятеро сыновей:

Андрей (1692-1732), капитан кавалергардской роты;

Михаил (+1737), лейтенант флота;

Иван (+после 1762);

Федор (+1743), женат на Дашковой;

Александр.

Об Александре Григорьевиче известно, что он был коллежским асессором, женой его стала Прасковья Алексеевна Львова, умер он 9 апреля 1773 года.

У Александра Григорьевича и Прасковьи Алексеевны было шестеро детей:

Сыновья – Николай, Лев и Андрей, дочери – Пелагея (замужем за князем Амилахваровым), Мария (1740-1808) и Анастасия (1748-1813), обе умерли девицами.
О Николае Александровиче сведений нет.

Лев Александрович (1744-1817) в службу вступил в 1758 году сержантом артиллерии, в 1763 году произведен в штык-юнкеры, в 1775 году – в капитаны.
Лев Александрович бывал в походах против турок и крымцев, при отставке получил чин майора фузилерного полка. В 1785-1794 годах неоднократно избирался уездным предводителем задонского дворянства и, судя по архивным данным, проявил себя в этой должности с лучшей стороны.
Поместья Л. А. Волконского находились в с. Варваровском (Борки или Княжеские Борки тож) Задонского уезда Воронежской губернии и были населены 749 крепостными.
Кроме того, ему принадлежали земли в Подольском, Одоевском, Карачевском и Усманском уездах других губерний.
Лев Александрович был женат на Анастасии Михайловне Надеиной (Надейновой) (+1820), дочери коллежского регистратора.
Л. А. Волконский умер в 1817 году. Дату, приведенную в «Провинциальном некрополе» (1837), следует считать опечаткой.

Супруги имели сыновей – Андрея, Дмитрия, Сергея и дочерей – Александру, Елизавету, Пелагею и Елену.

Брат Льва Александровича, Андрей (1750-1813) служил в Воронежском наместничестве, а затем в губернском правлении, в отставке надворным советником. Успешной карьере способствовала женитьба на дочери вице-губернатора Филиппа Ивановича Ярцева от его первой жены Наталии Ивановны. В сельце Студеном ему принадлежал винокуренный завод, поставлявший в казну 700 ведер хлебного вина в год.
Старший его сын Александр (1774-1847), был майором; в 1816 году был вписан в родословную книгу Московской губернии, а в Воронежской губернии, совместно с Дмитрием владел имением в с. Верхний Студенец. Александр учился в Московском университете.
Женат был дважды: первым браком на Екатерине Григорьевне Ломоносовой (1801-1820); умершей после одиннадцати месяцев замужества и похороненной рядом с отцом, генерал-майором Григорием Гавриловичем Ломоносовым (1767-1810), на кладбище Покровского монастыря. Второй раз – на княжне Урусовой Софье Васильевне (1809-1884), принявшей после смерти мужа монашество с именем Сергии, и ставшей игуменьей Вознесенского монастыря. Оба брака были бездетными.
Николай Андреевич (1792-1829) был капитаном 23-й конноартиллерийской роты и умер на позициях от холеры в ходе русско-турецкой войны 1828-1829 годов. Жены и детей у него не было.

Дмитрий Андреевич (1792-1859), в отличие от братьев, предпочел службу в Воронежском губернском правлении, в отставку вышел губернским секретарем. Дмитрий Андреевич долго был холостым, предпочитая «общение» со своими крепостными крестьянками. К тому же князь довольно жестко обращался с крестьянами, заставляя их выходить на барщину более 3-х дней в неделю, что было запрещено законом. Вот характеристика, данная ему племянником Андреем Дельвигом: «Дядя мой был весьма вспыльчивого характера, колотил своих людей. От золотухи еще в детстве у него согнулась левая нога, и он ходил с костылем из черного дерева. Этим костылем он и бил своих людей, это не мешало ему быть религиозным и набожным. Вместе с братом своим Александром «они пользовались в отношении крепостных девок тогдашними слишком мало ограниченными правами владельцев людей». Общее недовольство привело к тому, что крепостные Матвей Артамонов и Максим Богомолов в 1844 году избили барина, сломав ему при этом другую ногу. Во время следствия, проводимого жандармским офицером вместе с губернским предводителем дворянства, были обнаружены факты привлечения крестьян к сверхурочным работам. Принуждение женщин к незаконному сожительству точно установлено не было, хотя князь оставался на подозрении. Репутация Волконского как «помещика самой дурной нравственности стала известна всему воронежскому дворянству, и в 1846 году князь предпочел уехать в Москву, «чтобы положить конец слухам», а вскоре женился на Софье Андреевне Дубенской. Умер Дмитрий Андреевич 10 октября 1859 года и похоронен на кладбище Задонского Богородицкого монастыря. Софья Андреевна умерла в Москве, завещав состояние своей племяннице Александре Ивановне Мосоловой, так как детей в этом браке е было.
Со смертью Александра и Дмитрия Андреевичей мужская линия воронежских Волконских прерывается.
Это все, что касается братьев Александры Андреевны Дельвиг.
Я так подробно остановился на родословной отца и матери нашего героя, Николая Ивановича, по той причине, что до широкого круга читателей родословная Дельвигов и воронежских Волконских дошла со слов его брата, - генерала и сенатора Андрея Ивановича, который несколько пристрастно дал информацию по своей родне.

УЧАСТИЕ В ВЕНГЕРСКОЙ КАМПАНИИ.

В 1846 году капитан Николай Иванович Дельвиг в составе штаба 5-го пехотного корпуса переводится в Дунайские княжества, а в 1848 году, в связи с резким обострением обстановки в европейских государствах – в пределы Трансильвании. Первые несколько месяцев офицерам штаба корпуса пришлось решать сложные военно-дипломатические задачи.
В ходе сражения при селении Репсикапитан Дельвиг лично возглавил атаку двух эскадронов улан на венгерскую батарею, за что получил чин подполковника и был награжден золотой саблей с надписью «За храбрость». Возможно, именно этот бой убедил молодого офицера в том, что настоящее его призвание в строю, во главе эскадронов и полков…

Приказом Главноуправляющего Главного управления путей сообщения от 30 мая 1849 года майор-инженер Андрей Дельвиг был назначен инспектором военных сообщений действующей армии в кампании против Венгрии. Под руководством Андрея Ивановича был сооружен мост через реку Гернат у деревни Пога и другие переправы, имеющие стратегическое значение. В июне 1849 года Андрей Дельвиг, во главе саперного батальона, лично участвовал в сражениях под Вайценом и Дербеченом.

ПЕРИОД СЛУЖБЫ МЕЖДУ ВЕНГЕРСКОЙ КАМПАНИЕЙ И КРЫМСКОЙ ВОЙНОЙ.

Еще в 1839 году, старший брат, Андрей Николаевич женился на Эмилии Николаевне Левашевой. Ее отец, Николай Васильевич, отставной поручик гвардии, участник войн с Наполеоном. В Москве Левашевы имели дом на Новой Басманной, известный более как салон супруги Николая Васильевича,- Екатерины Гавриловны. Среди гостей ее салона бывали Дмитриев, Вяземский, Боратынские, Жуковский, Пушкин и Чаадаев. Так вот, их дочь, - Эмилия в 1838 году вышла замуж за штабс-капитана-инженера Андрея Дельвига.
В приданное за невестой, молодой, способный, перспективный и исключительно общительный офицер получил село Богородское на Ветлуге. С этого момента дальнейшая жизнь Андрея Ивановича будет связана с Нижегородской губернией.
Эмиль Сокольский в своем очерке «У ветлужских теремов», опубликованном в журнале «Слово» за 2002 год очень подробно и увлекательно знакомит читателя с ветлужскими красотами, и попутно с семьями нижегородских Левашевых, Толстых и Дельвигов…
В 1845 – 1848 годах Андрей Иванович работал над устройством водоснабжения в Нижнем Новгороде и в этой связи он имел частые деловые контакты с председателем Нижегородской казенной палаты действительным статским советником Борисом Ефимовичем Прутченко, часто общался с ним во внеслужебной обстановке.
В октябре 1847 года Николай Иванович, находясь в отпуске, гостит в нижегородском имении старшего брата, бывает в Нижнем Новгороде и знакомится с семьей Прутченко.
Парадной формой капитана генерального штаба, боевыми орденами на груди, а особенно своими пышными усами он произвел неизгладимое впечатление на юную дочь Бориса Ефимовича, Шурочку. Молодые люди расстались в надежде на новую встречу.
По окончании Венгерской кампании подполковник Николай Дельвиг продолжил службу в штабе 5-го пехотного корпуса, теперь уже в должности старшего адъютанта штаба.
Штаб корпуса в это время дислоцировался в Кишиневе, где в это же время, «совершенно случайно» гостила у своей тетушки Александра Борисовна Прутченко.
Николаю Ивановичу нравилась не по годам самостоятельная и решительная девушка, но зная о том, что Борис Ефимович не рассматривает его кандидатуру как потенциального зятя, и, учитывая юный возраст девушки, он предложил Александре поддерживать дружеские отношения.
Борис Ефимович Прутченко был весьма значительной фигурой в структуре финансового обеспечения России. И при этом, он с полным основанием мог считать, что к своему высокому и ответственному посту он пришел благодаря своим способностям и деловым качествам.
По дошедшей до нас информации, его отец, - Ефим Алексеевич, начавший службу с копииста канцелярии киевского полка в 1757 году, в течение 17-ти лет дослужился до чина капитана и вышел в отставку секунд-майором, уже числясь по происхождению «из дворян».
18 января 1829 года отставной секунд-майор и его сыновья были пожалованы в дворянское достоинство.
На тот момент его дети: Борис, - коллежский советник; Дмитрий и Данило, - титулярные советники; Григорий, - поручик; Матвей и Иван, - подпоручики; Федор, - губернский секретарь.
Я к тому это фиксирую, что на тот момент, Борис Ефимович, уже своим чиновным званием коллежского советника, имел полное право на причисление к потомственному дворянству.
Службу он начал в 1801 году, как и отец, - копиистом, и уже в 1824 году находился на должности рязанского вице-губернатора, в 1830 году переведен в Кострому, в 1831 году – в Нижний Новгород, где из вице-губернаторов он 30 июля 1837 года был назначен председателем казенной палаты и оттуда в 1861 году назначен директором департамента государственного казначейства, получив чин тайного советника.
К моменту знакомства с Николаем Дельвигом старший сын Бориса Ефимовича, Дмитрий, служил в лейб-гренадерском полку, дочь Елизавета была замужем за флигель-адъютантом, полковником гвардии фон-Брик [1].

МОЁ ПРИМЕЧАНИЕ:

1. Видимо, опечатка, так как муж Елизаветы Борисовны Прутченко – Сергей Францевич фон Брин, а не фон Брик.

На фоне эдакого служебного положения и семейного процветания, Николай Дельвиг не показался Борису Ефимовичу подходящей партией для его дочери Александры.
В том же 1849 году штаб корпуса был переведен в Одессу. В 1850 году подполковника Николая Дельвига назначают дивизионным квартирмейстером 13-й пехотной дивизии. Должность эта соответствовала начальнику оперативного отдела штаба.
Служа на этой должности, Николай Иванович впервые в жизни попадает в Крым. В Симферополе размещается штаб дивизии, в окрестностях Севастополя дислоцируются два полка дивизии.
На этой должности Николай Иванович получает очередное звание – полковник, и через год, как офицера Генерального штаба, для получения практики командования его прикомандировывают к Житомирскому пехотному полку, Житомирский полк входил в 14-ю дивизию. Полки дивизии были расквартированы по близлежащим городкам и селениям. Так, Житомирский полк сначала находился в Кишиневе, затем в Ново-Константинове, Подольский полк сначала находился под Балтой, затем ему определили постоянное место дислокации в Николаеве. Летом 1852 года император Николай Павлович произвел смотр всех дивизий 5-го корпуса в лагерях под Вознесенском. Корпус в это время насчитывал до 75 тысяч человек пехоты, кавалерии и артиллерии. Процесс «сколачивания» подразделений, полков, бригад и дивизий предусматривал строевые занятия по 10-12 часов в сутки. Завершался этот процесс императорским смотром всего корпуса. Присутствуя на маневрах в течение трех дней, император остался доволен состоянием полков и дивизий и распорядился выдать каждому солдату по 50 копеек серебром. Это был показатель достаточно высокой оценки смотра войск корпуса. По результатам императорского смотра командир корпуса генерал-лейтенант Лидерс был пожалован орденом Святого Андрея Первозванного.
В декабре 1852 года по приглашению многочисленного семейства брата, Николай Иванович гостит в его Нижегородском имении, - Богородском на Ветлуге.
Шурин брата, Валерий Николаевич Левашев был женат на Ольге Степановне Зиновьевой, - внучке знаменитого Жомини.
Сестра жены Андрея Ивановича, Лидия, была замужем за отставным офицером гвардии Николаем Сергеевичем Толстым, сыном бывшего нижегородского вице-губернатора.
Здесь же на правах юной подруги хозяйки дома, Эмилии Николаевны, гостила значительно повзрослевшая Александра Борисовна Прутченко.
На этот раз в качестве свахи выступила Эмилия Николаевна Дельвиг, сообщившая свояку о том, что Борис Ефимович Прутченко не возражает против брака своей дочери с Николаем Ивановичем.
Помолвка Николая Ивановича Дельвига с Александрой Борисовной Прутченко была организована немедленно, во избежание дальнейших проволочек, а венчание состоялось на Рождество 1853 года в соборе Нижегородского Крестовоздвиженского монастыря.
Дальнейшая семейная жизнь Николая Ивановича, без преувеличения может служить образцом семьи офицера, в чем мы с вами еще успеем убедиться в ходе дальнейшего повествования.

УЧАСТИЕ В КРЫМСКОЙ КАМПАНИИ ДО СЕВАСТОПОЛЬСКОГО ПЕРИОДА.

Весной 1853 года резко осложнились отношения с Турцией, принимается решение о занятии Дунайских княжеств. Для похода на Дунай были выделены войска из 4-го корпуса генерала Данненберга и 5-го корпуса генерала Лидерса под общим командованием генерала Горчакова. Всего в группировку войск вошли 5 пехотных и 2 кавалерийские дивизии – 82 тысячи человек при 196 орудиях.
В основном, это были опытные войска, воевавшие на Кавказе и участвовавшие в Венгерском походе 1849 года.
21 июня авангард под командованием генерала Анрепа перешел реку Прут у Скулян. В течение последующих трех недель были оккупированы Молдавия и Валахия.
9 октября 1853 года Турция в ультимативной форме потребовала вывода российских войск из княжеств, а 16 октября объявила войну России.
Ноябрь и большая часть декабря 1853 года на театре военных действий прошли спокойно. Войска разместились по зимним квартирам, отдельными гарнизонами. Такая практика едва не привела к катастрофе. Тобольский полк полковника Баумгартена 23 декабря был внезапно атакован в шесть раз превосходящим его противником. Произошло это при селении Четати. Героизм тобольцев и своевременный подход егерей Одесского полка привели сначала к отражению атак противника, а затем и к поражению неприятеля в результате жестокого боя. В бою при Четати на нашей стороне действовали сначала 2500 человек, затем до 5000 при 12 орудиях. Наши потери: до 2000 убитых и раненых. Неприятельские потери составили до 3000 человек, с потерей 6 орудий и 2-х знамен.
Николай Дельвиг с повышенным интересом анализировал ход сражения, еще и потому, что командир Тобольского полка, полковник Баумгартен, - его однокашник по академии Генерального штаба.
Наконец-то нашлось серьезное дело и для дивизий 5-го корпуса. В ходе боевых действий, 24 марта 1854 года русские войска перешли через Дунай. Несмотря на солидный возраст, - 73 года, генерал Лидерс поражал всех окружающих своим умом, отвагой и работоспособностью.
Полковник Дельвиг, находясь в штате Житомирского полка, выполнял отдельные поручения командира корпуса. Так, в сложнейших условиях, при активном противодействии турок, он координировал переправу полков 14-й дивизии через Дунай в районе Галаца, за что был отмечен генералом Лидерсом.
В ходе последующих боевых действий, Николай Дельвиг неоднократно бывал под огнем, координируя боевую деятельность полков дивизии. Особенно он отличился в ходе занятия Мачина и в борьбе под Силистрией.

А в сентябре того же 1854 года полковник Николай Иванович Дельвиг был назначен командиром Владимирского полка, участвовавшего в обороне Севастополя.

КОМАНДОВАНИЕ ВЛАДИМИРСКИМ ПЕХОТНЫМ ПОЛКОМ.

На позиции Владимирского полка полковник Николай Иванович Дельвиг прибыл в день Балаклавского сражения 13 (25) октября 1854 года.
Накануне Инкерманского сражения, состоявшегося 24 октября (5 ноября) 1854 года, командир Владимирского полка полковник Николай Иванович Дельвиг был назначен командиром бригады в составе Владимирского и Суздальского полков, с передачей командования полком командиру 1-го батальона майору Никольскому.
Во время Инкерманского сражения барон Дельвиг возглавил атаку Владимирского полка на позиции английской батареи № 1. Однако, к моменту атаки Владимирского полка на помощь англичанам подошли в большом количестве французы, чей убийственный ружейный огонь встретил атакующих.
В первые же мгновения атаки, барон Дельвиг, находясь в первых рядах атакующих, был тяжело ранен и, передав командование рядом находившемуся майору Никольскому, стал отходить в сторону Каменоломного оврага.
Полковник Дельвиг был ранен штуцерной пулей в руку и потерял много крови. Ему оказали первую помощь, а затем госпитализировали.
25-го октября Владимирский полк переправился через бухту на Северную сторону, где в продолжение короткого привала многие из офицеров поспешили навестить раненых товарищей, размещенных в госпитале. Майор Никольский и капитан Горбунов, в соответствии с исполнением должностей командира и полкового адъютанта, проведали полковника Дельвига, сообщив ему последние полковые новости.
Барон Дельвиг подтвердил полномочия майору Никольскому на командование полком до момента своего выздоровления, а полное выздоровление, как известно, наступило только в марте, следующего 1855 года.
Во время Инкерманского сражения супруга командира полка, баронесса Александра Борисовна Дельвиг находилась в Симферополе. Получив весть о ранении мужа, она исключительно быстро преодолела, весьма проблемное по военному времени, 60-ти верстное расстояние до Северной стороны. О том, насколько кстати оказалось ее присутствие рядом с раненым мужем, каждый себе легко сможет представить.
Очень может быть, что огражденный заботами решительной и инициативной супруги от перспективы заживо гнить в бахчисарайских и симферопольских госпиталях, барон остался жив и до некоторых пор здоров…
Кстати, при нахождения Николая Ивановича в Бессарабии в составе Житомирского полка, его героическая супруга тоже находилась в Кишиневе, - рядом со сражающимся мужем.
Всю зиму, пока полк стоял в селении Орта-Каролез, баронесса не оставляла своего мужа заботами. Официально, барон Дельвиг весь этот период продолжал командовать полком. Когда же, в марте, Николай Иванович, вполне оправился от ранения, и полк покинул свое место стоянки, для перехода в Севастополь, Александра Борисовна вернулась в Симферополь, вблизи которого находился основной обоз полка и обретались менее решительные полковые дамы…
Мы с вами говорили о том, что после ранения в руку Николай Дельвиг, не оставив полк, находился на излечении в полковом лазарете, на попечении полкового лекаря, а главное, - своей заботливой жены. Ранение это было по счету уже пятое, да и шел ему уже пятый десяток лет, - уже не юноша…
Из официальной биографии брата Николая Ивановича, - Андрея Ивановича, нам известно, что с 1852 года он являлся директором московских водопроводов, одновременно председательствуя в ряде комитетов, в том числе председателем совета по постройке храма Христа Спасителя и с 1852 по 1861 год непосредственно участвовал в сооружении храма-памятника. Другая обязанность, возложенная на Андрея Дельвига, состояла в членстве в комитете для надзора за устройством фабрик и заводов в Москве и уезде. Но главным делом для него в это время становится работа по строительству и реконструкции московского водопровода.
В начале Крымской войны инженер-полковник Андрей Дельвиг, с его слов, изъявил желание участвовать в ней в качестве инспектора военных сообщений, но важность работ по устройству московского водопровода воспрепятствовали этому.
И все-таки он побывал в Крыму в это время.
Узнав о ранении Николая Ивановича, Андрей Иванович посчитал своим долгом съездить в Крым, на позиции нашей армии, навестить раненого брата. Повидавшись с ним, и с невесткой, Андрей Дельвиг не удержался и побывал близ Севастополя, дабы увидеть происходящее там своими глазами.
С 28-го марта по 7 апреля, Владимирский полк выдержал усиленное 10-ти дневное бомбардирование, производя на разрушаемом неприятельскими выстрелами 3-м бастионе работы и в тоже время занимая впереди бастиона траншеи.
В ночь с 7 на 8 апреля, моряками 3-го бастиона и охотниками Владимирского полка сделана была вылазка, при чем отбиты были английские ложементы. В ходе вылазки погибли три офицера полка.
В эту же ночь, во время вечернего доклада полкового адъютанта командиру полка, у входа в блиндаж взорвалась упавшая бомба. Свечи погасли, все обсыпало песком и щепками, блиндаж наполнился пороховым дымом. Благородному и деликатному барону хотелось узнать впотьмах, жив ли его подчиненный, и он как бы про себя посетовал на то, что все деловые бумаги засыпало песком.
Николай Иванович был контужен в голову, левая сторона лица исцарапана щепками, сильно ушиблена рука. К вечеру Николай Иванович почувствовал резкую боль в области желудка и сильную головную боль. Все это было следствие контузии.
К вечеру состояние барона ухудшилось и он решился провести ночь в одном из домиков Северной слободки, оставив за себя подполковника Никольского. Когда около 10 часов вечера, Горбунов пошел навестить командира, то к своему величайшему удивлению обнаружил рядом с ним супругу Александру Борисовну.
Причиной же столь быстрого ее появления в Корабельной слободке было то, что побывавшие на бастионе фурштатские солдаты Владимирского полка, вернувшись в Севастополь, распустили слух, что командир полка тяжело ранен в блиндаже.
Баронесса была на грани нервного срыва, она беспрестанно хохотала без видимой на то причины. В это время несколько ядер одно за другим задевали крышу, одно из них раскрошило ступени домика, - все это совсем не располагало к смеху. Учитывая сложившуюся ситуацию, с ведома командования дивизии, было принято решение дать возможность Николаю Ивановичу переправить супругу на Северную сторону.
Уже через несколько часов Горбунов сопровождал барона Дельвига с женой при переправе через Северную бухту. Во время их переправы, вблизи, как нарочно, непрестанно разрывались бомбы и свистели осколки…
Барон поехал на несколько дней в Симферополь, чтобы там подлечиться, а главное, чтобы сопроводить туда свою беременную жену, для последующего ее переезда в Кишинев.
В Симферополе, Николай Иванович простился с супругой, отправив ее в сопровождении фурштатского унтер-офицера в Кишинев, к родне и тут же возвратился к полку, в Севастополь.

БОЕВОЙ ДЕБЮТ НИКОЛАЯ ДЕЛЬВИГА В ДОЛЖНОСТИ КОМАНДИРА БРИГАДЫ

Назначение Николая Дельвига на новую, вышестоящую должность было явлением вполне закономерным; настораживало здесь лишь то, что накануне грозных, неотвратимых событий решительного штурма Севастополя союзниками, произошла смена командира Владимирского полка.
Как уже говорилось, все предшествующие штурму дни, батальоны полка оставались бессменно на позициях, то есть – пребывали в постоянном боевом режиме и смена командира полка была, казалось бы, несвоевременной.
А оказалось, что именно в преддверии штурма командованием армии и Севастопольского гарнизона оперативно производились крайне необходимые перемещения. Так, для повышения боевой устойчивости войск Севастопольской крепости в состав гарнизона планировалось ввести полки 5-й пехотной дивизии, ранее не участвовавших в боях, и не имевших опыта отражения штурма.
В этой связи, по настоянию начальника штаба Севастопольского гарнизона генерала Васильчикова, поддержанного начальником штаба армии генералом Коцебу, во главе бригад, вводимой в Севастополь дивизии, были назначены опытные, боевые командиры.
В этой связи, генерал-майор Николай Дельвиг, сдав командование Владимирским полком подполковнику Венцелю, срочно отзывается в штаб армии на Бельбек, где с ходу вступает в командование 1-й бригадой 5-й дивизии, состоящей из Архангелогородского пехотного и Вологодского егерского полков.
Остается представить себе чувства и эмоции, обуревающие Николая Дельвига, оставившего полк на позициях бастиона, простившись со своими боевыми соратниками и боевыми побратимами, - со многими навсегда…
Теперь уж точно можно утверждать, что оставшиеся в живых офицеры и солдаты Владимирского полка сохранили о своем боевом командире самые теплые, душевные воспоминания, подтвердив это впоследствии своим единодушным желанием внести имя Николая Дельвига «на вечно» в списки Владимирского мушкетерского полка.
Наверняка у Владимирцев остались самые теплые воспоминания о супруге своего командира, фактически прошедшей с ним боевой путь с первого и до последнего дня Крымской кампании, рискуя своей жизнью и не без оснований тревожась за жизнь и здоровье своего будущего ребенка.

ВОЙНА ПРОДОЛЖАЕТСЯ. ВЫПОНЕНИЕ ЗАДАНИЯ ОСОБОЙ ВАЖНОСТИ.

5-я и 6-я дивизии 2-го пехотного корпуса прибыли в Крым только в начале 1855 года. Если полки 5-й дивизии хоть в последние несколько дней успели поучаствовать в боях в Севастополе, то из полков 6-й дивизии в обороне Севастополя принял участие только Муромский пехотный полк, находившийся в составе гарнизона Севастополя с 27 мая по 27 августа 1855 года…
После оставления нашими войсками Южной стороны Севастополя оставалась очень большая вероятность перенесения боевых действий союзниками в Северо-Западное Причерноморье Отдельные офицеры штаба армии заранее были откомандированы в Николаев и Херсон для координирования вопросов, связанных с постройкой батарей и береговых укреплений. Так, поручик Кедрин Евгений Никанорович, выполняя поручения начальника артиллерии Крымской армии генерала Кишенского, лично курировал возведение позиций полевой артиллерии при входе в лиман в январе-феврале 1856 года.
Срочное откомандирование генерал-майора Дельвига в распоряжение командира 5-й дивизии было связано еще и с тем, что в самое ближайшее время полки дивизии должны были быть подготовлены к длительному переходу.
Полки 5-й дивизии, должно быть, были единственными во всей армии, которым за период менее года пришлось дважды преодолеть более тысячи верст.
В ноябре 1854 года полки эти в условиях осенне-зимнего бездорожья преодолели громадное расстояние между крепостью Замостье (Царство Польское) и Бахчисараем, потеряв на марше от болезней и от физического истощения более 25% личного состава.
Теперь же полкам предстояло совершить марш до Одессы. Движение больших масс людей со снаряжением, артиллерией и обозами по выжженной южным солнцем степи, едва ли могло с чем-то сравниться по трудности. В самые кратчайшие сроки, в условиях продолжавшихся боевых действий, генерал-майор Дельвиг сумел организовать подготовку полков бригады к переходу и сам переход таким образом, что потери на марше составили не более 3% личного состава. Причем, практически все потери пришлись на заболевших тифом и ослабших от тепловых ударов.
Успешно совершив переход до Одессы, полки бригады в ноябре 1855 года на некоторое время расположились в гарнизонных казармах и побатальонно выделялись на работы по строительству прибрежных батарей, устройство шоссейных дорог и прочие работы, связанные с сохраняющейся опасностью нападения союзников. Была и более прозаическая, и в то же время почетная задача у полков бригады, в подготовке к смотру Одесского гарнизона Государем Императором Александром Николаевичем.
Полки 1-й бригады 5-й пехотной дивизии были единственными боевыми полками в гарнизоне Одессы. Не исключено, что и спешная переброска полков, заранее предусматривала обеспечение этого ответственного мероприятия. Люди гражданские, далекие от особого, военного образа мышления, нас не поймут, а мы, военные, не особенно и расстроимся…
После окончания смотра войск Одесского гарнизона и парада, молодой государь вручил награды военным и гражданским чинам; генерал-майор Дельвиг, в соответствии с представлением командующего Крымской армией от 26 мая 1855 года был награжден Орденом Святого Станислава 1-й степени с мечами, - первым генеральским орденом. Все нижние чины обоих полков бригады за образцовый внешний вид и высокий уровень строевой подготовки получили по серебряному рублю.
В Одессе Николай Дельвиг не задержался. В район Херсона, Николаева и Одессы планировалась переброска еще нескольких пехотных и артиллерийских бригад, имеющих боевой опыт; некоторые из них уже были на марше.
В этой связи, командир 1-й бригады 5-й пехотной дивизии, генерал-майор, барон Дельвиг получил приказание готовить полки к переходу в Подольскую губернию, к месту постоянной дислокации. Зимний марш пехотных полков, - это еще одно из экстремальных испытаний. Единственным, но весьма существенным подспорьем было выделение нескольких тысяч крестьянских розвальней для ускоренного передвижения полков бригады.
Переброска полков была завершена в рекордный по тем временам срок, - за 24 дня. Во время этого перехода, заболевшие были, но отставших не было. За успешное выполнение этого сложного и ответственного задания командир бригады Николай Дельвиг удостоился «монаршего благоволения» в приказе по войскам 2-й армии.
Уже 28 декабря 1855 года последовал приказ о назначении Генерального штаба генерал-майора Николая Дельвига начальником штаба 5-го пехотного корпуса. Эта почетная, генеральская должность была заслужена нашим героем, в полном смысле этих слов, - не только кровью и потом, но и умелым командованием, и большими организаторскими способностями в сложнейших боевых условиях.
Верная и отчаянная супруга Николая Ивановича, оставив на попечение сестры и кормилицы шестимесячного сына, сопровождала Николая Ивановича от Кишинева до Варшавы и теперь готова была вместе с ним вернуться в военный Крым, в расположение штаба корпуса…
Николай Дельвиг расстояние от Варшавы до Бахчисарая «покрыл» за две недели, успев при этом завезти супругу в Кишинев…
В Рождество 1856 года генерал-майор Дельвиг уже приступил к исполнению обязанностей начальника штаба корпуса.

«МИЛЮТИНСКАЯ» РЕФОРМА РУССКОЙ АРМИИ, ЕЕ ОСНОВНЫЕ ФИГУРАНТЫ.

…В 1862 году Генерального штаба генерал-майор Дельвиг назначается командиром 2-й пехотной дивизии 1-й пехотного корпуса. В том же году в служебной деятельности Николая Ивановича произошло знаменательное событие – за боевые заслуги его имя было навечно занесено в списки Владимирского пехотного полка, с которым у него было связано столько боевых воспоминаний.
Уже в 1863 году последовало производство барона Дельвига в генерал-лейтенанты с утверждением в должности командующего 2-й пехотной дивизией с причислением к Генеральному штабу.
Именно в годы командования дивизией Николай Дельвиг стал жить полноценной семейной жизнью.
Маленький уездный городок Пирятин, где генерал-лейтенант Дельвиг по своей должности начальника дивизии был старшим воинским начальником, его буквально боготворил. Генерал, награжденный многими боевыми орденами, с орденской лентой через плечо, был кумиром всех без исключения уездных дам и босоногих мальчишек.
Именно здесь на Малороссийском приволье произошло значительное увеличение семейства Дельвигов.
С интервалом в один год на свет появились Дмитрий, Ольга и Сергей. Теперь в семье было уже четверо детей, старшему Борису в 1863 году исполнилось 8 лет, и с ним усиленно занималась супруга Николая Ивановича, готовя своего первенца к поступлению в военную гимназию.

«ФИНИШНАЯ» ПРЯМАЯ ГЕНЕРАЛЬНОГО ШТАБА ГЕНЕРАЛ-ЛЕЙТЕНАНТА НИКОЛАЯ ДЕЛЬВИГА.

Размеренный ритм службы и семейной жизни, способствовал и научной работе.
В 1864 году в «Военном сборнике» были опубликованы воспоминания Николая Ивановича о Даргинской 1845 года экспедиции.
Вольно или невольно Николаю Ивановичу приходилось заниматься и семейными, имущественными делами.
Его тесть, Борис Ефимович Прутченко, действительный тайный советник, бывший с 1830 года Нижегородским вице-губернатором, а с 1831 года – заведующим Казенной палаты Нижегородской губернии, прослужив в общей сложности более 60 лет в 1862 году вышел в отставку.
За время своей напряженной и почетной службы Борис Ефимович неоднократно поощрялся министром финансов.
Так, в 1834 году сверх обычного оклада жалованья он получил 2000 рублей серебром, одновременно с получением знака отличия за 30 лет беспорочной службы получил в награду 3600 рублей серебром.
В 1841 году за «особые заслуги» на служебном поприще, Император своим именным указом пожаловал статскому советнику Прутченко 2000 десятин пахотной земли, земли, что позволило рачительному малороссиянину обустроить полученное имение в соответствии со своим высоким служебным статусом.
За последующие 20 лет Нижегородское имение Прутченко находилось в более чем пристойном состоянии, но требовало крепкой хозяйской руки. Самому же Борису Ефимовичу исполнилось 77 лет, и он с нетерпением ждал возвращения семьи дочери на ставшую родной Нижегородскую землю. Первенец в семье Дельвигов, был наречен Борисом в честь деда, и дедушка настоял на том, что для продолжения образования внука был избран Нижегородский кадетский корпус.
Похоже, нищета семье Дельвигов не грозила, - за супругой Николая Ивановича числился двухэтажный особняк в Кишиневе, 200 десятин пахотной земли в Черниговской губернии.
Все бы ничего, только вот старые раны и контузии все больше осложняли жизнь Николаю Дельвигу.
Николай Иванович внимательно следил за событиями в России и за ее рубежами.
В журнале «Военный сборник» № 6 за 1866 год вышла его статья «Поход пьемонтцев в Умбрию и Мархию в 1860 году», систематизировались материалы по Кавказскому периоду службы и Крымской войне.
В 1867 году Николай Иванович был назначен начальником 23-й пехотной дивизии и в этом же году получил орден Святого Владимира 2-й степени. Теперь на его мундире красовались уже две орденские звезды.
23-ю пехотную дивизию Николай Иванович принял у генерал-лейтенанта Гана Александра Федоровича, своего сослуживца по Севастополю, бывшего командира Брянского пехотного полка, принявшего командование 2-й бригадой 9-й пехотной дивизии у погибшего генерал-майора Адлерберга 3-го.
Ган был один немногих командиров полков в Крымской армии, награжденных за исключительную отвагу орденом Святого Георгия 3-й степени.
До 1861 года он служил дежурным генералом 1-й армии, до 1863 года был начальником штаба Киевского округа.
После отстранения барона Врангеля от командования Киевским округом, пытаясь любыми средствами остаться в строю, генерал Ган принял командование 23-й дивизией.
Анализируя с Александром Ганом ситуацию, складывающуюся в армии, Николай Дельвиг в полной мере ощутил опасность исходящую от бывшего своего однокашника по академии, а ныне всесильного военного министра Милютина (пока еще не графа).
23-я дивизия была из вновь сформированных уже по планам военной реформы, квартировала она в окрестностях Киева и от того обстановка в ней была неспокойная.
Именно в этом году у Николая Дельвига резко ухудшилось здоровье, особые проблемы вызывали последствия ранения и контузии головы, полученные 26 мая на позициях 3-го бастиона.
Дельвиг пользовался исключительным уважением и авторитетом как выдающийся офицер Генерального штаба, имевший репутацию отличного строевого командира.
У него были все основания для продолжения военной карьеры. В 1868 Генерального штаба генерал от инфантерии Артур Непокойчицкий, входящий в ближайшее окружение Милютина, хорошо знавший Николая Дельвига по боевым действиям в Трансильвании и в Молдавии, предложил ему высокий пост в военном министерстве.
Предложение это несколько запоздало, тяжелейшие боли и периодические припадки не позволили полноценно исполнять служебные обязанности и в марте 1869 года Генерального штаба генерал-лейтенант Николай Дельвиг был зачислен в запасные войска с оставлением по Генеральному штабу, что давало ему возможность приняться за серьезное лечение.
Сопровождаемый женой Николай Иванович отправился за границу для лечения, однако значительного облегчения он не почувствовал и после возвращения в Россию поселился в своем Нижегородском имении, где ему удалось значительно поправить здоровье.
Но надорванный многочисленными ранениями и непомерными трудами организм уже отказывался служить и 22 июня 1870 года Николай Иванович скончался.
Похоронен он был на кладбище Нижегородского Крестовоздвиженского монастыря, недалеко от восточных ворот.
После смерти Николая Ивановича семья его теперь уже окончательно поселилась в Нижнем Новгороде.
Тестю Николая Ивановича принадлежал специально для него построенный особняк, рядом Нижегородским кремлем, напротив нынешнего дворика Нижегородского владыки, в настоящее время в этом особняке размещается администрация Нижегородского района.
После смерти тайного советника Прутченко, особняк был передан в распоряжение Нижегородской Казенной палаты, и до 1913 года использовался как городской банк.

ВМЕСТО ЭПИЛОГА.

Старший сын Николая Ивановича, - Борис на правах сына генерал-лейтенанта получил военное образование в Пажеском корпусе, на выпускном курсе был назначен состоять камер-пажом при Высочайшем дворе, - то есть у юноши просматривалась блестящая карьера…
По выпуску Борис Николаевич из корпуса был назначен служить в привилегированный гусарский полк, но слабое здоровье не позволило ему сделать успешную военную карьеру.
Корнет гвардейской кавалерии Борис Николаевич Дельвиг умер от чахотки 7 ноября 1882 года и был похоронен рядом с отцом на кладбище Крестовоздвиженского монастыря.

Младший сын Николая Ивановича, Дмитрий Николаевич, окончил Московский университет и успешно продвигался по службе, - на 1901 год он уже был вице-губернатором Томской губернии.

О судьбе дочери Николая Ивановича, Ольги Николаевны информацию собрать не удалось.

До некоторых пор достойным приемником отца стал Сергей Николаевич. Родился он 4 июля 1866 года.
Образование он получил в Михайловском артиллерийском училище, которое окончил в 1886 году, и в Михайловской артиллерийской академии, которую окончил в 1891 году.
После выпуска из училища подпоручик Сергей Дельвиг служил на разных должностях в 1-й артиллерийской бригаде.
С ноября 1899 года командовал пешей батареей офицерской артиллерийской школы.
С мая 1906 года служил помощником начальника офицерской артиллерийской школы.
С января 1909 года командовал 24-й артиллерийской бригадой в звании полковника.
С января 1914 года служил инспектором артиллерии 9-го армейского корпуса.
25 сентября 1914 года за грамотное и эффективное руководство артиллерией армии был награжден орденом Святого Георгия 4-й степени.
После взятия крепости Перемышль 19 апреля 1915 года был назначен ее комендантом.
С июня 1915 года находился в распоряжении главнокомандующего армиями Юго-Западного фронта.
С 20 апреля 1916 года – инспектор артиллерии армий Юго-Западного фронта. Успешно руководил действиями артиллерии, во время так называемого Брусиловского прорыва, заслужил уважение и доверие командующего фронтом.
После октября 1917 года поступил на службу в украинскую армию. С конца 1917 по февраль 1918 года служил инспектором артиллерии Генерального войскового штаба.
В марте 1918 года вернулся в Киев, руководил артиллерийским управлением при гетмане П. Скоропадском.
С декабря 1918 года у Семена Петлюры.
В июне 1919 года прибыл в Польшу для переговоров от имени Директории и 21 июня 1919 года подписал договор, по которому была восстановлена демаркационная линия между украинской Галицийской армией и польскими войсками (получившая название «линия Дельвига»).
В 1919 – 1920 годах посол Украинской Народной Республики в Румынии; генерал-полковник украинской армии (1920).
Службу Сергея Николаевича «самостийной» Украине оставим без комментариев.
С 1920 года жил в Румынии, затем переехал в Северную Африку. Умер Сергей Николаевич в 1944 году.

На всякий случай

На сайте Федерального казначейства по Нижегородской области дается публикация, посвященная Первому председателю Нижегородской Казенной палаты Борису Ефимовичу Прутченко.
В этой публикации тайный советник Прутченко ошибочно называется тестем генерал-лейтенанта инженера Андрея Дельвига.
Так, вот, тестем генерал-лейтенанта – инженера Андрея Дельвига был Николай Васильевич Левашов, а Борис Ефимович Прутченко был тестем генерал-лейтенанта Николая Дельвига.

Библиография:

Никольский Борис. – Фон Дельвиг в обороне Севастополя.

Источник:

http://www.proza.ru/2010/02/27/674

Об авторе:

http://www.proza.ru/avtor/boris9