Хирино

Село Хирино

Историко-этнографическое описание 1901 года.

Как ни однообразны и просты по своему внешнему устройству селения русского народа, каждое из них, несомненно, имеет свои отличительные особенности, свои характерные признаки. При поверхностном наблюдении часто кажется, что смежные сёла сходны между собой не только по своему внешнему виду, но имеют одни и те же промыслы, нравы и обычаи. Далеко не так на самом деле. Достаточно внимательнее посмотреть внешнюю обстановку русского народа, чтобы заметить, что и постройки каждого населения носят свой оригинальный колорит, чуждый даже соседним сёлам. Сплошь и рядом можно встретить несколько смежных селений, из которых каждое по своему внешнему виду имеет свои характерные признаки, обнаруживающие тот или иной вкус жителей. Народ одного селения, например, любит украшать свои дома витиеватой резьбой, другой склонен красить окна своих домов под известный цвет, наконец, в некоторых селениях мезонин служит непременной пристройкой каждого дома и т.п. Правда, эти особенности настолько незаметны и мелки, что могут легко ускользнуть от поверхностного наблюдателя. Но при всём своём ничтожестве они служат характерными признаками каждого селения.

Всматриваясь в духовную жизнь народа отдельных селений, так же можно легко убедиться в том, что каждый из них в этом отношении носит свой особый характер, так сказать, свою индивидуальность. Живя под влиянием одних и тех же условий, односельчане принимают один общий характер, который отличает их от жителей даже соседних сёл. Но нельзя провести подобную этнографическую грань между жителями одного и того же села. Живя вместе, они как бы ассимилируются между собой, оставаясь всегда верными нравам и обычаям своей родины.

Ввиду указанных соображений этнограф, чтобы дать определённую и полную характеристику известного населения, должен по возможности указать все его отличительные признаки, как бы мелки и ничтожны они ни были.

В расстоянии тридцати вёрст к югу от г. Арзамаса на плоской равнине расположено село Хирино с населением в 630 душ мужского пола. Лет пятьдесят тому назад в состав прихода с. Хирина входили две деревни: Корино (3 в.) и Крутец (7 в.). С 1894 г. приход Хирина состоит только из сельского населения. Хиринский храм по сказаниям церковной летописи построен в 1758 году князем А.А. Путятиным. Внешняя фигура храма довольно оригинальна и носит на себе следы византийского художества. Построен храм в крестообразной форме и имеет два этажа, из которых нижний занимает тёплая церковь, а верхний – холодная. Высота храма достигает 18 сажен. Благодаря такой высоте летняя верхняя церковь, несмотря на двухэтажное устройство всего храма, отличается большим простором. Вход в верхнюю церковь ведут с трёх сторон широкие лестницы или, по местному названию, балясы, укреплённые на толстых колоннах. Все три входа в церковь имеют свои особые лестницы, из которых каждая состоит из трёх малых лестниц. Две из них начинают балясу с противоположных сторон, а третья - от соединения первых двух ведёт прямо ко входу в храм. При этом двери храма соединены между собой террасами, которые окружают крестообразную фигуру храма со всех сторон, кроме восточной. Террасы эти также утверждены на колоннах величиной около шести аршин в окружности. В устройстве баляс выразилась слабая сторона древней архитектуры, задача которой, по-видимому, состояла в том, чтобы строить твёрдо, прочно, но в то же время мало обращая внимания на удобство и красоту. Вследствие чрезмерной величины колонн промежутки между ними получили форму арк, которые и служат единственными проводниками света в окна нижней церкви, отчего в ней всегда ощущается недостаток света. Но насколько тесна и мрачна нижняя церковь, настолько светла и удобна верхняя. Высота её внутреннего помещения достигает 11 сажен, считая вместе и купол. На высоте семи сажен помещаются хоры. Иконостас состоит из семи ярусов, завершаясь крестом Распятого Христа. Верхняя церковь не имеет приделов и вся посвящена имени Пресвятой Богородицы Живоносной Источницы. Потолки и стены храма украшены картинами, изображающими большей частью библейские события. В общем своём виде верхняя церковь производит очень сильное впечатление. Преосвященный Модест, посетивший в 1880-х годах хиринский храм, обратил внимание на красивое устройство верхней церкви и в своей речи, произнесённой перед народом, выразил мысль, что хиринский храм «первый по фигуре и красоте» среди сельских церквей. Колокольня примыкает к церкви, соединяясь с ней балясами. Общий вид храма со вне, при внимательном наблюдении, заключает в себе некоторые несообразности, происшедшие, впрочем, по неблагоприятно сложившимся обстоятельствам при постройке его. В то время, когда колокольня, начатая по широте своей пропорционально величине церкви, была доведена до половины второго яруса, неожиданно помер архитектор-строитель А. Путятин. Недостаток материала и отсутствие умелого и опытного руководителя в продолжение церковных работ заставили мастеров изменить тот план колокольни, который намечен был Путятиным, и значительно сократить объём и высоту её. Но, несмотря на такое неудачное окончание церковных работ, высота колокольни достигает 15 сажен.

Существует местное предание, что для хиринской колокольни, имевшей быть по плану Путятина выше церкви, был слит колокол весом в 500 пудов. Но вследствие указанных обстоятельств был отправлен в Саров, как слишком тяжёлый для хиринской колокольни. Взамен этого колокола был приобретён в 69 пудов, который с 1835 г. занимал место полиелейного колокола, а в 1899 г. был перелит вследствие появившихся в нём трещин. В настоящее время большой колокол весит 160 пудов.

В восточной половине церковной ограды рассажено много деревьев различных пород, среди которых растут яблони числом около двадцати. Встречаются и садовые яблони. При надлежащем надзоре и порядочном уходе сад мог бы приносить церкви некоторый доход. В настоящем же своём состоянии сад этот удовлетворяет только рыцарским набегам сельских ребятишек, которые не замедляют каждую весну очищать все яблоки от появившихся на них плодов. Вообще, хиринский храм, вследствие несостоятельности крестьянского населения и слабой деятельности местных церковных попечителей, весьма редко подвергается ремонту и строгому надзору, несмотря на настоятельную нужду в упорядочении и поддержке благолепия хиринского храма.

С уменьшением церковного причта совпадает и падение села по своему внешнему вида. Впрочем, внешнее благоустройство с. Хирина того времени сосредотачивалось в богатых владениях помещиков. Обширный трёхэтажный дом, прекрасные усадьбы, высокая липовая роща с правильными аллеями, наконец, великолепный пруд, обнесённый целым рядом вётел – всё это действительно должно было придавать Хирину красоту. С отменой крепостного права помещичьи постройки были частью разрушены и проданы, частью же долгое время оставались в развалинах. В настоящее время памятниками крепостного права помещиков служат обширный пруд и вековой липовый сад с усадьбами, которые всё ещё остаются во владении преемников хиринских помещиков. По нормальному ходу вещей эти имения, находясь вдали от своих владетелей около тридцати лет, должны были бы перейти в собственность жителей с. Хирина, разумеется, через известную оплату. Но бедность хиринцев и беспристрастная оценка имуществ со стороны управляющего в течение столь долгого времени служат непримиримыми условиями в их взаимной сделке. Но так как постоянный надзор за благосостоянием владений, находящихся вдали от центральных имений, приносит немало беспокойства, да и не всегда возможен, то сообразительный владетель, чтобы совсем покончить все свои заботы и бесполезные сделки с хиринцами, начал систематически истреблять столетний липовый сад. А великолепный, обширный пруд, благодаря соседству с ним глубоких оврагов, во исполнение угроз «барина», вероятно, скоро будет спущен в бездны земные. По своему местоположению помещичьи имения примыкают к церкви. Пруд находится к северу от церкви, занимая большую половину внутренней площади села. Усадьбы и роща, расположенные на восток от храма, начинаются в один уровень с порядком и образуют большой (около 200 с.) промежуток среди строений. Но пока роща и пруд не прекратили своего существования, Хирино имеет вид довольно живописный.

Внешний вид села имеет форму четырёхугольника с небольшими ответвлениями на восток и запад. В расположении порядков села видна заметная правильность, так мало свойственная вообще сёлам. Дома главных порядков, составляющих как бы стороны четырёхугольника, все обращены лицом к центру села. В расстоянии около пятнадцати сажен от домов по прямой линии расположены холодные постройки. Таким образом, улицы в Хирине образуются с одной стороны из порядка жилых домов, а с другой – из целого ряда амбаров, погребов и кладовых (последних, впрочем, насчитывается крайне ограниченное число). Благодаря такому расположению местных построек, дома заграждены от центра села холодными постройками, от чего Хирино получает своеобразный вид и значительно утрачивает в своей красоте. Дома все без исключения деревянные, причём некоторые поставлены на каменные фундаменты. Большинство домов имеют тесовые крыши, остальная же часть крыта соломой.

По своей внешности жилища хиринцев отличаются простотой и незатейливостью. Передняя часть избы в большинстве случаев не украшается ни резьбой, ни красками. Окна непременно с затворами, которые, впрочем, почти никогда не служат своей цели. Рамы, за немногим исключением, по форме своей – задвижные. По внутреннему устройству избы крестьян разделяются на переднюю, или горницу, и заднюю, т.е. кухню. Домашняя обстановка очень скудна по своей комфортабельности, хотя сравнительно довольно опрятна и чиста. Самовар, цветы, занавески считаются здесь роскошью, а потому весьма редко встречаются. Впрочем, чаепитие в последнее время быстро распространяется, причём некоторые крестьяне, за неимением самоваров, кипятят воду в чугунах.

Вся местность вокруг Хирина носит степной вид. Всюду тянутся распаханные поля, изредка видоизменяясь оврагами или небольшими группами кустиков, служащих жалкими остатками некогда бывших здесь лесов. Некоторые старожилы ещё помнят то счастливое время, когда Хирино было окружено лесом. В настоящее время ближайший к Хирину лес находится не дальше 8 вёрст. К югу от села, в расстоянии не более 100 саженей, местность, доселе ровная, круто опускается, образуя долину, которая с запада на восток пересекается речкой, известной под именем Вонячки (своё начало она берёт около села того же названия). В весеннее водополье она иногда может с успехом вести борьбу с мостами, но в остальное время года от неё остаётся только сухое русло. Осенью, когда благодаря частым дождям в ней появляется вода, хиринцы мочат в ней конопли и лён. Для почвы эта речка не приносит почти никакой пользы. Окруженная с обеих сторон возвышенными берегами, Вонячка не имеет разлива даже при высокой воде. Но в своё время и эта речонка играла небольшую роль. В 1860-х годах, когда Хирино окружали леса, на Вонячке около села существовала водяная мельница. Но с течением времени леса уничтожались, и Вонячка, лишившись лесных источников, обратилась в ничтожный ручеёк.

Ровная, довольно возвышенная поверхность хиринской территории, сравнительно редко подвергается тем атмосферным осадкам, которые так вредно действуют на растительность в низменных, сырых местностях. Туманы, морозы-утренники - необходимые явления во всех низменностях, здесь не имеют сильного влияния. Редко подвергаясь вредным атмосферным осадкам, Хирино занимает довольно невыгодное положение в отношении грозовых явлений. В течение последнего пятидесятилетия было несколько ударов молний, из которых один остался особенно памятным для хиринцев.

В 1882 году 27 июля над Хирином разразилась страшная гроза. В самый разгар грозы молния ударила в карниз церковной главы, отбив от него небольшую часть, за тем прошла через окно в алтарь нижней церкви; здесь вышибло около престола камень пола, отсюда прошла через царские двери во внутрь церкви и вылетела в окно северной части храма. Весь это процесс молнии, к счастью, ограничился для церковного здания только порчей оконных стёкол и незначительным повреждением каменного пола. Из церкви молния в виде огненного шара полетела над одним порядком и ударилась в дом крестьянина Столярова. Произошёл пожар, уничтоживший четыре дома. Другие случаи громовых ударов имели место в липовой роще, где молния не раз расщепала и зажигала высокие липы.

Главным источником благосостояния хиринского населения служит земледелие. Чернозёмная почва хиринской местности хорошо вознаграждает труды хлебопашцев. При достаточном количестве полевой земли хиринцы могли бы получать от земледелия полное обеспечение. Но, к сожалению, надел земли, причитающийся на каждую душу, благодаря своей незначительности, часто приносит такое количество хлеба, что его едва хватает только до зимы. Так как земледелие не может удовлетворять всем нуждам и потребностям многих семейств хиринцев, то последние принуждены искать себе средств к пропитанию посредством промыслов.

Местные природные условия не могут благоприятствовать развитию почти никакого промысла. Потому хиринцы нашли выгодным заняться отхожими промыслами. По роду своего ремесла хиринцы – каменщики. После Пасхи, с открытием волжской навигации, хиринцы отправляются в разные города на каменную работу, оставляя дома старых да малых. Впрочем, среди хиринских мужиков есть такие, которые предпочитают заниматься земледелием, обрабатывая поля тех домовладельцев, которые уходят работать на сторону. Большинство хиринских каменщиков направляются в Чёрный Городок около г. Баку. Работы хиринцев продолжаются до поздней осени, когда они возвращаются на родину. Где выгоднее промысел, в Баку или в других городах - трудно решить. Всё дело зависит от степени труда и поведения работающих. Усердный и трезвый крестьянин может заработать чистого дохода в течение шести рабочих месяцев не менее 150 руб. Правда, в Баку хиринец легко может занять видное место в известной артели каменщиков и получать довольно солидное жалованье, но вместе с тем подобное положение хиринца невыгодно в экономическом отношении. Самостоятельное, сравнительно видное положение в общей артели, требующее и соответствующих расходов на экипировку, городская жизнь, способствующая развитию роскоши – всё это, так или иначе, приучает хиринца к излишним расходам на удовлетворение таких потребностей, какие в обыкновенном крестьянском быту считаются роскошью. Возвратившись на родину, хиринцы-бакинцы стараются «блеснуть» своим и немецким костюмом, который ещё не вошёл во всеобщее употребление среди хиринских жителей. Чем роскошнее наряд известного «бакинца», тем, по мнению хиринцеев, он больше заработал средств на каменной работе. Но, несомненно, в таких случаях бывает нередко обман и злоупотребление добытыми деньгами. Часто привольная и довольно выгодная жизнь в Баку привлекает сюда многих хиринцев на постоянное проживание. Поэтому в Хирине нередко можно встретить дома с забитыми окнами – признак, что хозяева его поселились в Баку.

Что касается хиринцев, работающих в других местах, то они, вследствие сравнительно неблагоприятных условий своего промысла, оказываются более бережливыми и расчётливыми, чем бакинцы; они, как говорится, научаются знать цену своим деньгам. При скромном костюме они редко уступают бакинцам по количеству добытых на работе денег.

Надо заметить, что среди хиринских каменщиков нередко встречается довольно печальное явление. Приискав себе выгодное местечко для промысла, хиринец – иногда кормилец целой семьи, - настолько увлекается новым житьём, что совершенно забывает о своих домашних родственниках и продолжает проживать на работе до тех пор, пока его не потребуют на родину законным путём. Такие поступки чаще всего допускают сыновья-холостяки в отношении к своим родителям.

Зимой в семействе хиринца большая часть работ выпадает на женские руки. Мужики после долгих летних трудов большей частью отдыхают. Только некоторые из них продолжают справлять кое-какие работы. Но и этот труд их ограничивается тем, что ездят в лес то за дровами, то за сеном, которое у хиринцев лежит в стогах от летних сенокосов.

Несколько разнообразнее оказывается работа женщин. Кроме исполнения семейных обязанностей они стараются собственным трудом добыть себе средства к пропитанию. Из приготовленного осенью льна и конопли бабы в зимнее время прядут нитки, которые и продают на базаре в селе Собакине фунтами. На добытые деньги они покупают т.-паз. несученую бумагу и из неё ткут себе ткань, по преимуществу красную, которая идёт на сарафаны. Некоторые женщины ткут из полоски и льна белый холст. Летом этот холст промывают и белят, расстилая его в солнечные дни по площади. Осенью из холста шьют себе бельё. В тех семействах, где держат овец, женская работа несколько осложняется. Овечья шерсть даёт прекрасный материал для «русского» сукна, которое фабрикуется на ткацких станках самими крестьянами. Твёрдое и дешёвое, это сукно служит весьма выгодной материей для одежды местных обывателей.

Отхожие промыслы, отнимающие у хиринцев лучшую часть года по отношению к сельским работам, весьма неблагоприятно отражаются на состоянии сельского хозяйства в Хирине. Это и естественно. В летнее время население Хирина составляют старые и молодые, большинство которых состоит из женщин, на обязанности которых лежат постоянные заботы по семейным делам. Огороды и усадьбы, предоставленные всецело женским рукам, сплошь наполняются известными овощами. Почти нигде не видно ни одного куста садовых растений и лишь кое-где встречаются два-три деревца черёмухи или лесной яблони, которые, разумеется, приносят пользы не более бесплодной смоковницы. Словом, садоводство, огородничество и пчеловодство среди хиринских жителей практикуется весьма слабо, не говоря уже о других, более трудных отраслях сельского хозяйства. Впрочем, между некоторыми домохозяевами замечается желание ввести у себя садоводство, но среди общего безделья по части сельского хозяйства это желание встречает немало препятствий к своему осуществлению. К одному из важных препятствий надо отнести воровство, или, выражаясь по местному – погородничество. Правда, виновниками этого преступления являются ребятишки, но и ребяческих сил вполне достаточно, чтобы повредить правильному ведению садоводства и заставить доброго хозяина прекратить свои занятия. С сожалением приходится отмечать, что указанные проступки, или, вернее, баловство неразумных детей, легко искоренимое, не находит себе отпора со стороны многих родителей.

Что касается природных условий Хирина, то они не представляют препятствий к успешному ведению здесь почти всех хозяйственных занятий.

В довольно удовлетворительном состоянии находится только скотоводство, которое, впрочем, отличается не столько достоинством своей культуры, сколько количеством домашнего скота.

Вообще говоря, сельское хозяйство хиринских жителей, за исключением скотоводства, стоит на низкой степени своего развития и в зависимости от местных условий жизни крестьян не обещает в будущем большого своего распространения.

Жизнь нашего крестьянина, вследствие трудных условий его существования, носит на себе характер, по-видимому, чисто материалистический. Постоянные труды и заботы о пропитании обращают поселянина в рабочее существо, цель и задача которого состоит в удовлетворении своих телесных потребностей. Но и при таком положении крестьянин, как человек, должен обнаруживать и действительно обнаруживает свои духовные способности. Правда, эти обнаружения, благодаря отсутствию в крестьянском быту нормального воспитания и правильного образа жизни, которые равномерно развивали бы духовные и физические силы – эти обнаружения далеко не всегда так ясны и определённы, чтобы на основании их можно было верно судить о степени интеллектуального подъёма известного населения. В самом деле, сфера умственной деятельности крестьянина настолько ограничена и узка, что не даёт ему возможности всецело проявить свои умственные способности.

Поэтому единственными данными для характеристики каждого народа могут служить только его обычаи и нравы, в коих действительно всегда проглядывает тот или иной умственный склад человека. По мере духовного развития обычаи и приёмы, неприличные с точки зрения цивилизации, постепенно исчезают и уступают место более благородным проявлениям духовных способностей народа.

Ввиду этого при оценке умственного развития какого-либо населения по необходимости приходится ограничиваться только описанием его обычаев и нравов, которые следует считать критерием, хотя и не вполне достаточным и верным для духовного состояния всякого населения.

Обычаи хиринцев не отличаются ни разнообразием, ни количеством. В общем, обрядовая сторона жизни хиринцев сохранила в себе только те признаки, которые ещё повсеместно присущи русскому народу и служат характерными свойствами его широкой натуры. Центральным пунктом всех обычаев нашего народа, несомненно, можно считать свадебный процесс, который почти в каждом селении имеет свои отличительные особенности.

В Хирине свадебный обычай во всей своей сложности практикуется следующим образом.

Приблизительно за год до свадьбы молодой парень или девица подыскивает себе партию. При этом сватанье не ограничивается только односельчанами, нередко брак заключают и с жителями соседних сёл. После установления взаимного согласия, молодые в продолжение целого года посещают друг друга, вместе гуляют и весело справляют свои сельские праздники. Накануне свадьбы невеста в компании своих подруг устраивают «девичник». Незадолго до девичника невеста моется в бане. По выходе из бани невесту укладывают в постель на лавке или диване около двери. Между тем подруги невесты пляшут, поют песни и наслаждаются гостинцами. При входе в дом нового посетителя невеста встаёт и начинает начитывать соответствующие причеты, разумеется, минорного тона. Через некоторое время от жениха приезжают к невесте его родители. Вся молодёжь от невесты отправляется в дом жениха, где так же весело проводит время. Невеста по прибытии к ней свекоров (горных), нарядившись в лучший костюм, «дарит» им несколько сортов одежды (рубашки, платки, шали и проч.), что и составляет своего рода приданое. Получив с невесты «дары», родители, после несложного угощения, возвращаются домой, а молодые девки снова идут от жениха к невесте. Здесь им предлагается небольшое угощение – пирог с кашей, называемый «курником». Этим и заканчивается девичник. На другой день утром невеста, встав раньше всех, будит родных с известными причетами. Начинается приготовление к свадьбе. Невесту наряжают в тёмный костюм с белыми рукавами и надевают на голову также белый платок. Нарядившись, невеста молится с платком в правой руке и принимает благословение от родителей. Садится затем на войлок или кошму, постеленную на лавке, и склоняет голову, покрытую шалью, на стол. В это время приезжает к ней жених в сопровождении свах и дружков, которые со своей стороны покрывают голову невесты также шалями. Сейчас же приглашается церковный причт и служится молебен, после которого предлагается небольшое угощение и выпивка. Наступает время венчаться. Жених вместе со священником едет на первой подводе в церковь, за ними на второй подводе следует невеста. После свадьбы невеста, всё ещё покрытая шалями, едет в дом жениха. Вечером здесь устраивается пир, так называемый - «горный». На пиру участвует вся родня молодых супругов. На другой день родственники сходятся в дом невесты «на блинки», где угощают их блинами. Вечером этого дня молодые в кругу своих гостей «сыр носят».

Молодой супруг угощает вином всех гостей, а жена, сопровождая его, предлагает выпивающим платки, за которые получает денежную плату. Этим обрядом заканчивается свадебный процесс.

Невеста большей частью поселяется в доме родителей жениха, но неизбежный разлад и раздор между родственниками нередко заставляет молодых искать себе отдельное, собственное жилище.

Почти повсеместный русский обычай – провожать весну, не утратил своего значения и среди хиринцев. Он известен здесь под именем «Ярил». В Хирине справляют этот обычай так. Молодёжь, достав скелет лошадиной головы, втыкает ей в зубы траву, затем насаживает её на высокий кол. К верхней части кола привязывают торпище. Приподняв этот трофей, молодые девки, наряженные в причудливые костюмы, расстилают над своими головами привязанное торпище и с песнями и плясками совершают процессию по селу.

После проводов весны следует «семик». Празднование его касается только молодых девиц и ограничивается тем, что они завивают на деревьях венки, не срывая кустов. Эти венки остаются до Троицы, когда девки их срывают и бросают в пруд, замечая при этом, что если венок тонет, то надо ожидать несчастье в супружеской жизни.

Подобное же поверье наблюдается и в праздник Иоанна Предтечи, 24 июля, или, по народному языку, на «Ивана Купала». Пред обедней в этот день хиринцы рвут ещё не распустившийся папоротник и сажают его в щели по числу членов семьи. Папоротник, который завянет, служит плохим предзнаменованием для семьянина, на имя которого он посажен, распустившийся же обещает, по народному поверью, благополучную жизнь в течение целого года.

В религиозной жизни хиринского народа следует отметить один обычай, свидетельствующий, впрочем, об его религиозном усердии. Каждое воскресенье, за редкими исключениями, хиринцы служат на домах молебны «со всеми святыми», стараясь по возможности принести к себе в дом большее количество церковных икон.

Источник: "Нижегородские губернские ведомости", № 31, 33, 35, 37 за 1901 г.

история села