Спасское

Хозяйственно-земледельческий быт крестьян Спасской волости, Арзамасского уезда, и их положение (1894 г.)

Прежде, чем приступить к описанию хозяйственно-земледельческого быта крестьян нашей волости, я не лишним считаю в кратких чертах обрисовать характер этой местности и в общих выяснить её почвенные условия.

Спасская волость находится на пограничной окраине Арзамасского уезда с Лукояновским. Эта полоса земли иссечена параллельно идущими с севера на юг холмами. На юге эти холмы не высоки и почти теряются в долах по р. Астре, незначительном притоке Тёши, на севере же принимают значительные размеры и уже в соседних Костянской и Смирновской волостях переходят в плоскую возвышенность. Южные окраины этой местности сплошь покрыты хвойными и лиственными лесами (принадлежащими частным владельцам); вся северная часть, за малым исключением, составляет пахотную землю. Почвенные условия нашей волости смело можно причислить к самым худшим всего уезда. Из пяти селений: Спасского, Трянгуш, Быкова Майдана, Кержемка и Красных Выселок в более выгодных условиях стоит последнее, оно пользуется супесчаной почвой с примесью значительного количества перегноя. Быков Майдан и Кержемок имеют незначительное количество плодородной глины, вся же остальная земля первых четырёх селений - супесок, лишённый каких-либо плодородных частей; вернее сказать, что это даже не супесок, а плотный ил, смешанный с самыми мельчайшими частицами песку. Свойства этой почвы часто ставят крестьян в явное затруднение: поле, вспаханное сегодня утром, в сухую погоду, к вечеру другого дня не поддаётся боронбе, комья земли разбиваются с большим трудом. Кроме этих видов в состав надельной земли с. Спасского входили несколько десятин с почвою чисто песчаною. Песок здесь лежит таким толстым слоем, что ногу в течение пяти минут затягивает в него на 1 1/2 вершка. Во время сильных ветров песок этот переносится с места на место и причиняет немало вреда близлежащим коноплянникам; на них он ложится волнистым слоем в 1/2 вершка и более.

Ознакомившись с почвой нашей волости, перейдём теперь к условиям, в какие поставлен ею наш крестьянин. Естественно, что плохая почва даёт плохой и урожай. Редкий крестьянин, пользующийся только надельной землёй, не покупает базарного хлеба до Рождества, ещё реже можно встретить, кто ест свой хлеб до Пасхи, до нови же ни у кого не хватает.

Такое положение нашего крестьянина заставило его обратиться к различным способам поддержки своего существования. Земледелие на арендовых и испольных владельческих землях, лесной и отхожий промыслы и нищенство служат к пополнению его бюджета.

Наша волость может быть подразделена на три хозяйственно-земледельческие фазы. В памяти стариков удерживаются ещё рассказы их отцов и дедов о докрепостническом времени. Они (рассказы) живо рисуют экономическо-хозяйственную жизнь крестьян тех времён. Вся местность, занимаемая нынешней Спасской волостью, представляла собой глухие, непроходимые леса. Среди них, как незначительные лесные поляны, были расчищены места для пашен. Расчистка земли производилась крестьянами произвольно и самым примитивным способом. На облюбованном участке корчевали лес, за малым исключением, сжигали его, землю распахивали и делали засев. Как скоро чищоба переставала родить, операция выжигания производилась на новых местах, старые запускались и зарастали лесом. Само собой чищобы щедро дарили крестьянина урожаем и это побуждало его раздвигать рамки своего хозяйства шире, так что ко времени перехода его в крепостничество, его благосостояние можно было считать упроченным. При крепостном праве чищобная система была поставлена экономичнее. Участок леса давался мужикам на расчистку с правом пользования первыми 2-3 посевами безвозмездно, либо исполу, либо за известную плату и леса сжигалось тут уже меньше чем прежде: более ценный, т.е. строевой материал, вывозился, но несмотря на это дров сжигалось громадное количество, как передают старожилы. Это делалось ввиду того, что на золе и выжженых местах хлеб родится лучше. Однако, скоро поняли, что лес необходимо беречь, что он представляет немалую ценность в хозяйстве, и чищобная операция стала помалу прекращаться, а с ней кончилась первая фаза земельного хозяйства нашего крестьянина.

Крепостной крестьянин остался теперь уже на тягловой земле, а внимание помещика было обращено на удобрение почвы. Хлеба на чищобной земле (особенно из-под последних расчисток) родились хорошие, корма скоту было вдоволь, соломы тоже, недостатка в навозе не замечалось и удобрение земли шло рука об руку с урожаем. В этом случае помещик не жалел средств к улучшению крестьянского хозяйства, хорошо сознавая в том свою пользу. Мужик был сыт и у него копна дольше застаивалась до нового хлеба; лошадь, две коровы и до десятка овец насчитывались у самого посредственного хозяина. Это вторая фаза. Она обуславливалась для крестьянина большим трудом, нежели чищобная система, но и владельцу доставляла большую выгоду, чем первая: леса у него оставались нетронутыми, земля родила не хуже прежнего и материальное положение крестьянина-работника не ухудшалось. Ко времени освобождения крестьян от крепостной зависимости заботы помещика об их благосостоянии приняли более ограниченные формы, требования же помещика прогрессивно увеличивались, так что крестьянину для удовлетворения этих требований приходилось поступаться многим в ущерб своему хозяйству.

Реформа 1861 года в земельном хозяйстве нашего крестьянина явилась весьма значительным переворотом - она поставила его в новую фазу, на положение хозяина-земледельца. С этого времени он считает уже себя, так сказать, собственником земли, он с особенным усердием старался увеличить производительность последней. Сознавая пользу удобрения земли, он не жалел для этого ни труда, ни материала. Ознакомившись с законом о земельных переделах, мужики, имеющие или дальние, или почему-либо худшие наделы, стали настаивать на переделах, что принесло крестьянскому хозяйству самые неутешительные результаты. Такие порядки сразу осадили усердных земледельцев; они перестали вывозить навоз на свои загоны, не желая отдавать свои труды в пользование нерадивых. Почва быстро стала истощаться, чему немало способствовало преобладание в ней песка и ила. Урожаи быстро стали ухудшаться, а внимание крестьянина перешло на усадебный надел, как на неотъемлемую собственность (но можно ли возлагать надежду на усадьбу в 600-1200 кв. сажен? Самые опытные и трудолюбивые домохозяева при тщательном уходе и при урожае на нём конопли получают не более 15-30 руб.). Не скоро образумились крестьяне и поняли весь вред частых переделов. Пока прошёл пыл задорной неуступчивости, пока выработались более продолжительные сроки, многие успели запустить своё хозяйство и обеднять.

В свою очередь немалое зло крестьянскому хозяйству наносили и до сих пор наносят семейные разделы. Имея в своём распоряжении весьма ограниченные средства, самый бедный инвентарь полевых инструментов и домашней утвари, небольшой засев и всего одну, в лучшем случае две лошади, семейство дробится на две-три самостоятельных семьи, дробится конечно и их хозяйство. По разделу новому хозяину необходимо поставить избу, завести некоторую домашнюю и хозяйственную утварь, пополнить недостающее количество скота, и, конечно, очень хорошо, если всё это он осилит, тогда хозяйство его упрочится, если же нет, то он должен разориться, что нередко и бывает. Для крестьянина главное разоренье - безлошадность, и этот тип составляет заурядное явление в среде нашего крестьянства. Но, несмотря на это, безлошадный домохозяин по мере возможности старается поддержать доброкачественность усадебной земли и огорода - весь навоз, какой получается у него от коровы или мелкого скота, он вывозит на них, полевой же надел остаётся без удобрения и год за годом ухудшается. Такой крестьянин полевой надел убирает наёмной силой. Платя от 18 до 20 руб. за тягло (около десятины в поле), он нанимает своего односельчанина с тем, чтобы вспахать его землю под яровой сев и засеять её, вспарить пар и управить сенокос (на тягло около 800 квадр. сажен), иногда с помощью хозяина, посеять ржаное и привезти возов 5-10 сучков из ближнего леса. Такого рода хозяйство редко окупается на нашей земле, и хозяйствовать на ней не только безлошадному, но и более исправному крестьянину было бы непосильным бременем, если бы не существовало постоянных заработков; они дают возможность переносить ему частые недороды и пополнять некоторые пробелы в его хозяйстве.

Почти одновременно с упадком земледелия возникли промыслы лесной, отхожий и нищенство.

Лесной промысел охватил собой около половины нашей волости. Село Спасское, дер. Трянгуши и частью с. Кержемок занимаются разработкой лесных материалов и торговлей ими. Этот промысел на первых порах развился быстро, чему очень способствовали дешевизна леса на корню и большой спрос на разработанный строевой материал в безлесные Княгининский и Сергачский уезды. Район лесных операций за последние 15 лет значительно расширился и вместе с тем в среде наших крестьян выработал специалистов по лесной торговле. Вследствие усиленной и частью бесхозяйственной вырубки лесов в последнее пятилетие, они поредели и значительно отодвинулись на юго-запад от нашей волости. За лучшим материалом теперь нередко ездят вёрст за 12-17, тогда как лет 5-7 назад его брали в 2-3 верстах. Из сказанного выше видно, как хищнически обезлесилась наша сторона. Много помогла этому и минувшая засуха 1891-1892 годов - в это время посохли большие площади ельника. Громадное количество сухостоя заставило лесовладельцев спешить разработкой из него строительных материалов и дров, и сбытом их по умеренным ценам и в кредит.

Рассматривая лесной промысел, как главный способ пополнения хозяйственного бюджета нашего крестьянина, необходимо подразделить его на заработки у лесоторговцев и самостоятельную торговлю лесными материалами.

Разработкой тёса, протёса и резкой дров по найму у лесоторговцев по преимуществу занимаются те из крестьян, которые не могут вести своей торговли, не имея на то достаточных средств. Для разработки лесных материалов составляются пары на артельных началах. Получая подельную плату, пара равняет недельный заработок пополам, причем владельцем инструмента удерживается некоторая доля за его подержание. Пара, работающая продольной пилой, в летнюю неделю может получить 6 руб., а зимой 5-4 руб., т.е. на каждого работника по 3 руб., 2 руб. 50 коп. и 2 руб. Многие, находя эту работу выгодной, занимаются ею круглый год и только в самое горячее время (сенокос, жнитво) оставляют её недели на 3, на 4.

Пилка дров обыкновенно начинается поздней осенью и кончается с началом весенней пахоты. Эта работа требует меньших условий и искусства, чем разработка тёса и протёса, а потому и занимаются ею нередко подростки и даже женщины.

За последние годы наплыв рабочих рук значительно понизил подельную плату, так, например, прежде за разделку 3/4 сажени дров пара получала 40-50 коп., а теперь за ту же сажень получает только 25 коп.; за сажень 1 1/2 аршинных дров прежде платили 70-75 коп., теперь платят только 35 коп. Хотя, как видно, подельная плата значительно понизилась, однако лесной промысел по найму составляет существенную поддержку для нашего домохозяина.

Совсем в иные условия поставлены торговцы лесом. Исключивши из числа их людей состоятельных, занимающихся этим делом в широких размерах, рассмотрим обстоятельства тех, которые переторговывают лесом, имея на то самые ограниченные средства и подчас пользуясь кредитом у крупных торговцев. По установленной таксе крестьянин-торговец берёт в соседней даче дерево или два, и к базарному дню спешит заготовить из них тёсу или протёсу. И в то время, как крупный торговец ожидает покупателя дома, мелкий со своим товаром должен ехать на базар, вёрст за 25, где цены на его товар часто подвергаются значительным колебаниям. Усиленный спрос на строительный материал обыкновенно начинается по окончании весенней пахоты, в междупарье, а также осенью по первопутку, и цены в это время поднимаются; зимой и летом требований меньше, и цены падают. Хотя эти колебания цен ежегодно повторяются периодически, однако при бесхлебице это сильно отражается на материальном удовлетворении нужд крестьянина. На самом деле, где же справиться ему с нуждой, когда у него нет запасного хлеба и если он должен подчас за что бы то ни стало сбыть свой товар на насущный кусок?

К лесному промыслу нужно отнести и производство саней, но оно не составляет собой крупного промысла, так как этим делом занимается не более семей 6 или 8 в селениях Быкове Майдане и Кержемке.

Отхожий промысел и нищенство в трёх селениях (Спасское, Трянгуши и Красные Выселки) развиты не так сильно, как в с. Быкове Майдане. Это селение значительно удалено от лесной полосы и тот небольшой заработок, который даёт некоторое обеспечение подлесному населению, за расстоянием не может удовлетворить крестьян Быкова Майдана. За весьма малым исключением мужское и женское население, взявши билет, расходится, кто на работу, кто нищенствовать по хлеборобным сёлам Княгининского и Сергачского уездов.

Более выгодным, дающим хороший заработок, занятием в отхожем промысле, можно считать - кровельное. Кровельщики дранкой (сосновой и осиновой) из с. Спасского и д. Красных Выселок ходят даже в Ардатовский и Лукояновский уезды. Но, к сожалению, это ремесло в совершенстве изучили только шесть человек, они занимаются подрядами и набирают артели иногда человек по 10-15.

Из села Спасского вскоре после освобождения крестьян был выселен целый порядок под названием "Красный". Здешнему помещику необходимо было соединить свою усадьбу с остальным имением, поэтому он понудил крестьян этого порядка сменить свою усадьбу на землю, лежащую в двух верстах от села. Некоторые на это изъявили своё согласие и таким образом построилась новая деревня под названием "Красных Выселок", те же, которые не желали выселиться, разместились по вновь отведённым усадьбам в самом селе. Земли, обмененной помещиком, крестьянам дано было слишком мало, лишь по числу душ, переселившихся в то время. Несмотря на хорошее качество земли, с приростом населения этой деревни начинает ощущаться малоземелье. По обычному праву, после смерти старшего в роде, земля делится на равные части между сыновьями. Вследствие такого равнения земли некоторые участки остаются без изменения, некоторые же дробятся всё мельче и мельче. Малоземелье заставило это общество "прихватывать" земли на стороне. Арендование полевых угодий и испольничество у местных землевладельцев является прямой необходимостью не только для крестьян Красных Выселок, но и для многих крестьян прочих селений нашей волости. Пока полевые произведения с владельческих угодий будут попадать в руки нашего крестьянина, пока лес будет давать ему заработки, он с нуждой пополам проживёт и поддержит своё хозяйство; но прекратись это, что ему делать? Часто и много пишут о переселении, не оно ли служит исходным пунктом нашего крестьянина? Переселение! Легко это только выговорить, да и на деле многие убедились, как оно трудно и часто невыполнимо. Молочные реки и кисельные берега пропадают там, где их искали. Неужели же нет ещё никаких исходов? Пока есть, и даже не за горами, а здесь, дома. Это приобретение земель обществами у частных владельцев. Нужна только руководящая помощь.

Источник: "Нижегородские губернские ведомости", 1894 г.

история села